'Вопросы к интервью
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: 11 часов 14 минут в столице. Добрый день! Алексей Дыховичный у микрофона. И у нас в гостях Игорь Ямов, заместитель генерального директора компании «Ингосстрах», президент профессиональной Ассоциации противодействию угону. Здравствуйте, Игорь Сергеевич! Чуть позже мы свяжемся по телефону с Инной Святенко, депутатом Мосгордумы, председателем комиссии по безопасности. Мы говорим об угонах автомобилей. Существует статистика, и что там – растет, падает? Вы нам сейчас все расскажете. В этой статистике 100 машин в день угоняют, условно говоря, в Москве, по России – не знаю… Эта статистика ничего не говорит о том, каков риск того, что у меня в течение какого-то промежутка времени угонят машину. Ну, кто его знает? 100 машин – это мне лично ничего не говорит. Это мне всегда было любопытно. У многих ли людей угоняли машину? Вот каков процент? Такой статистики нет, наверное ведь?

Материалы по теме

Угоняли ли у Вас когда-либо автомобиль?

нет, не угоняли
64%
да, угоняли
34%
затрудняюсь ответить
3%


И. ЯМОВ: Спасибо, классный вопрос! Есть три вида лжи. Самый концентрированный это статистика. Поэтому страховая компания, которая взвешивает риски, их оценивает и продает, для них важны более глубокие понятия, чем просто общие данные об угонах. Вообще, пик угонов в нашей стране приходился на замечательные 90-е годы, я имею в виду 92-94 гг. После этого планка стабилизировалась, и мы жили где-то в формате 120-130 тысяч угоняемых автомобилей ежегодно. Часть из которых находилась – это были угоны не только этого года, но и предыдущие. Но в последние годы тренд сломался – со 120 тысяч угоны стали падать, и… у меня нет точных цифр, но похоже, что по прошлому году мы опустились ниже цифры 100 тысяч угонов в год. Угоны стали падать, их структура меняется.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Но вы на мой вопрос не ответили! Потому что, наверное, ответа у вас нет, а я-то хочу получить этот ответ, но нет ответа.

И. ЯМОВ: Скажите, какая у вас машина, и я скажу вероятность того, что ее могут угнать.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: А, вот так вот – по марке машины!

И. ЯМОВ: Конечно.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Я просто хочу нашим слушателям задать вопрос, предельно простой вопрос, и спросить: угоняли ли у вас когда-либо автомобиль? Только у меня огромная просьба: если у вас никогда не было автомобиля, не надо отвечать на этот вопрос, пусть у нас будет не очень много проголосовавших, но зато какая-то понятность будет, ясность. Угоняли ли у вас когда-либо автомобиль. Если да, звоните 660-06-64. Если же нет – ваш телефон 660-06-65. Структура, вы говорите, поменялась?

И. ЯМОВ: Да, конечно. Изменилась структура. Если в количеством выражении по-прежнему лидируют российские автомобили производства ВАЗа, то в относительных вещах, когда в стране эксплуатируются условно 5 миллионов концерна «Фольксваген», из них угоняют 5 тысяч, то это один процент, а когда в стране эксплуатируется 15 тысяч «жигулей», и из них угоняют 40 тысяч, то процентное соотношение абсолютно разное. Во втором случае, это промиле, и, естественно, риск существенно ниже, чем в случае с «фольксвагеном».

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Знаете, есть угон, а есть кража. Да? По-моему, так это классифицируется. Короче говоря, когда просто покататься, а когда это бизнес криминальный. Вот здесь вот как-то меняется ситуация?

И. ЯМОВ: Ситуация реально меняется, и очень важно, что сейчас на рассмотрении депутатов госдумы находятся два законопроекта, которые снимают разницу между понятиями «по существу деяния» и «по размеру потенциального наказания». И для рынка, для участников этого процесса для повышения риска угонщиков, мы считает, это очень важное мероприятие, потому что в случае угона максимальное наказание – это штраф 40 тысяч рублей и возможность уголовного наказания до 2 лет. Сейчас риск резко возрастает, и он приравнивается… вот эти две статьи становятся одинаковыми.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Так. Я остановлю голосование. Для начала я хотел бы связаться с Инной Святенко. Инна Юрьевна, здравствуйте!

И. СВЯТЕНКО: Здравствуйте!

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Мы только что провели голосование среди наших слушателей. Я просил их: угоняли ли у вас когда-либо автомобиль. Как вы думаете, как голоса распределились?

И. СВЯТЕНКО: Ну, я думаю, что, конечно, голоса не в пользу тех, у кого не угоняли автомобили. Потому что мне кажется, угоняются автомобили достаточно часто и с завидной регулярностью. Если говорить обо мне, у меня угнали в жизни 3 автомобиля, причем первый еще в советское время. Поэтому, если судить по мне, то, наверное, это очень частое деяние, особенно в нашем городе.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Игорь Сергеевич, а как вы считаете, как голоса распределились?

И. ЯМОВ: Видимо, люди, у которых угоняли, они более активны, чем те, у которых не угоняли…

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Знаете, вы правы, вы оба правы. У вас разные объяснения, но вы оба правы. 80 процентов позвонивших сказали, что да, угоняли. 20 процентов сказали, что нет. Цифры катастрофические! Даже если поделить пополам, то все равно очень много. Я думал, что как-то более защищен, точнее говоря, мой автомобиль. Ничего подобного – 80 процентов! Не шокирует, Инна Юрьевна?

И. СВЯТЕНКО: Конечно, шокирует! Я же говорю, что на моем личном опыте я теперь прекрасно понимаю, что единственная возможность не нервничать – это страховать свой автомобиль, в том числе от угона.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Вы знаете, тут, может быть, есть и другие варианты. Я вам просто предложу. Нам пришел вопрос по интернету. Бизнесмен из России пишет нам следующее. Я напомню, что Инна Святенко депутат Мосгордумы и председатель комиссии по безопасности. «Большое количество угонов происходит из-за недостаточной уголовной ответственности, плохой раскрываемости и наличия широкого сбыта угнанных автомоблей и запчастей. Поэтому целесообразно ужесточить уголовную ответственность, совершенствовать автоматизированные системы контроля дорог, поставить на контроль все частные автосервисы и авторынки, так как большинство краденных запчастей реализуется через них зачастую даже под заказ». По моему, все вопросы точно в ваш адрес.

И, СВЯТЕНКО: Дело в том, что абсолютно прав радиослушатель, потому что я тоже пользуюсь опытом и зарубежных стран, и некоторых стран СНГ, где довольно жесткие наказания за угон автомобиля, и там не разбираются – угон это или кража, как в российском законодательстве. Так там машины даже никто не закрывает! И понятие сигнализации совершенно отсутствует. И, конечно, с одной стороны, страх это плохое чувство, но, к сожалению, это единственное, что останавливает многих угонщиков или тех, кто крадет с целью перепродажи автомобили.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Мы так на уровне разговоров и остановимся? Вроде все как надо, вот там у них не угоняют, у нас угоняют, у нас 80 процентов позвонивших ответили, что у них угоняли хотя бы раз в жизни автомобиль… И какие действия будут, я вас хочу спросить, и Игоря Сергеевича.

И. СВЯТЕНКО: Игорь Сергеевич абсолютно правильно ответил по поводу того, что государственной думе необходимо рассматривать закон, ужесточающий именно систему наказания. Но, к сожалению, все это происходит очень медленно. Мы, как субъект федерации, неоднократно обращались в государственную думу именно по этому вопросу, чтобы обратить внимание на ту проблему, которая существует. Но, к сожалению, это обсуждается очень медленно, и у меня даже есть некие опасения о том, что существует некое лобби, которое лоббирует то, чтобы эти законы рассматривались значительно медленнее, чем того просит уже создавшаяся ситуация.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: То есть, это лобби – это, наверное, те люди, кому это нужно, это какие-то угонщики? Это что? Это до такой степени мощный бизнес, что он может лоббировать свои интересы в государственной думе?

И. СВЯТЕНКО: Это огромный бизнес! Это чудовищный бизнес! Посмотрите на процентное соотношение, посмотрите, сколько машин угоняется! А раскрываемость этих преступлений? Да она крайне мала, потому что мы видим – машины не возвращаются. Если бы вы сделали еще интерактивный опрос для тех, у кого угоняли машины, сколько из этих машин вернулось к своим хозяевам… И здесь тоже ситуация весьма печальная.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Тот же расклад – 80 на 20 или хуже?

И. СВЯТЕНКО: Я думаю, что приблизительно так – 80 на 20. С учетом того, что 20 процентов, это какие-то наркоманы обкуренные взяли покататься.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Инна Юрьевна, а вот собственно говоря предложение от бизнесмена, они абсолютно… Московским властям что мешает совершенствовать автоматизированные системы контроля дорог? Кризис или что-то иное? Или это лобби опять? Поставить на контроль все частные автосервисы, авторынки и так далее – здесь что это? Абсолютно городской вопрос.

И. СВЯТЕНКО: Вот то, что касается города, то я хочу сказать, что здесь делается с точки зрения именно технических новинок практически все, что возможно. Это и система контроля, это и дорогостоящее оборудование для ГАИЮ которое распознает номера в потоке и, соответственно, обрабатывает эту информацию. Это все в Москве весть. Но, к сожалению, вы сами знаете: чем сильнее действие, тем сильнее противодействие. И Москва это огромный мегаполис, где потеряться значительно легче, чем в каком-то поселке, где каждый знает, где чей автомобиль. И если проанализировать московскую ситуацию, кражи автомобилей происходят в самых многолюдных местах, и местах, где большое скопление автомобилей. Да, там труднее зафиксировать ситуацию. Обратите внимание, ведь даже бизнес-сообщества встали уже на защиту интересов автовладельцев и взаимодействует с ГАИ и по продвижению систем навигации, и по продвижению защиты парковок при больших магазинах, потому что это действительно большая проблема. Огромные парковки, легко затеряться… И предложения о том, чтобы проверяли технические паспорта при выезде со стоянки – это же не случайно! Хотя существуют правозащитники, которые считают, что это посягательство на личные права, и не имеет права охранник парковки проверять технический паспорт того, кто выезжает.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Спасибо вам. Я напомню, что у нас на связи по телефону была Инна Святенко, депутат Мосгордумы, председатель комиссии по безопасности. А в студии у нас продолжает оставаться Игорь Ямов, заместитель генерального директора компании «Ингосстрах», президент профессиональной Ассоциации противодействию угонам. На самом деле, Инна Юрьевна тут подняла ряд вопросов, которые нужно адресовывать непосредственно вам. А вы терпеливо ждали. Я даже не буду их повторять.

И. ЯМОВ: Первое – это бизнес, криминальный бизнес. Огромный теневой оборот. В год оценка от полутора до 2 миллиардов долларов. Страховые компании выплачивают возмещения за угнанные автомобили в масштабах всего рынка на уровне 5 миллиардов рублей. То есть, это колоссальный бизнес, который по доходности, видимо, близок или сопоставим с другими криминальными бизнесами – торговля оружием, наркотики, проституция и так далее. То есть, это огромная среда, которая формирует теневые потоки, и она поддерживает серьезно процесс криминального бизнеса. И бороться с ним… Собственно, Ассоциация выросла из идеи о том, что российская специфика — смещение угоняемых автомобилей из дешевого сегмента в более дорогой сегмент. Здесь все очень просто. Если угнать «порше-кайен», то для того, чтобы получить такой же доход, надо угнать 20-25 «жигулей». Поэтому с точки зрения бизнеса это несопоставимо более эффективно. И Ассоциация возникла из бизнес-идеи о том, что в риске КАСКО есть две большие составляющие при рисках ДТП – собственно повреждение автомобиля и риск угона. И вот риск угона , несмотря на то, что частотность события крайне низкая, но по своему экономическому воздействию, этот риск очень тяжелый.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Вы имеете в виду крайне низкая в сравнении с ДТП? Потому что 80 процентов слушателей позвонивших сказали, что когда-либо бывало такое.

И. ЯМОВ: Дело в том, что у нас специфика рынка КАСКО состоит в том, что высокое проникновение КАСКО в новые иномарки – там проникновение КАСКО можно оценить на уровне 30-35 процентов на федеральном уровне, а проникновение КАСКО в российский автомобиль это 6-7 процентов. Поэтому с точки зрения частотности события, видимо, в страховом портфеле это не более 0,7 процента вероятность наступления. Но это совершенно другая картина, когда речь пойдет о конкретных брендах, конкретных марках, конкретных комплектациях.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: И, соответственно, вероятность угона и стоимость, наверное, страховки…

И. ЯМОВ: Да, соответственно, это все сказывается на стоимости страховки.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Мы прервемся сейчас на 5 минут. Я напомню, что у нас в гостях Игорь Ямов, заместитель генерального директора компании «Ингосстрах», президент профессиональной Ассоциации противодействия угонам. Мы говорим об угонах автомобилей. Сейчас новости, через 5 минут продолжим.

НОВОСТИ

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Игорь Ямов у нас по-прежнему, заместитель генерального директора компании «Ингосстрах», президент профессиональной Ассоциации противодействия угонам. Я сейчас будут долго говорить – простите ради бога! – но мы до новостей связались с Инной Святенко, депутатом Мосгордумы, председателем комиссии по безопасности, и она сказала такую фразу, что единственный способ защиты от угонов — я хочу о защите поговорить – это страхование автомобиля. Ну, когда безвыходная ситуация, тогда, действительно, единственный способ. Почему? Просто потому, что если страховая компания… выживет в условиях кризиса и порядочной окажется, это первый вопрос. Второй вопрос… потом тебе вернут деньги. А все равно «удовольствие» ты получишь по полной программе, да? И машину у тебя угнали, и дальше носиться, собирать справки – это все тоже еще то удовольствие… И, наконец, просто дорого – 5-10 процентов от стоимости автомобиля. Что скажете?

И. ЯМОВ: Ну, угон не стоит так дорого, если это не уникальный автомобиль. Это риск КАСКО, причем риск КАСКО, большая часть – это риск ущерба…

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: А я приду в «Ингосстрах» и скажу: можно мне только угон, и больше ничего?

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Я просто не в курсе был! И многие тоже не знали. Раньше такого не было никогда! Я искал в свое время…

И. ЯМОВ: Классический европейский продукт, который, что называется, покрывает тот …(неразб). Потому что пожар для автомобиля – это конструктивная гибель, поскольку все там сгорает, выгорает проводка, пластмасса оплавляется, железо отпускается…

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: А что вам позволило такой продукт запустить? Потому что раньше, если ты приходил в страховую компанию и говорил: мне только угон – это, дай бог, на 5 процентов было дешевле, чем общая КАСКО. Ну, на 10. И все! А вы говорите – на 80 процентов дешевле. Это очень существенно.

И. ЯМОВ: Ну, да. Это другой продукт, просто выход на другой клиентский сегмент, это другие профили клиента. То есть, мы вышли на эту клиентскую аудиторию с этим продуктом.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Это кризис, да? Он заставил?

И. ЯМОВ: Нет-нет! Просто компания развивается, осваивает новый клиентский сегмент.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Ну, однако же, первый , второй пункт – здесь вы спорить не будете. Компания может разориться тоже, да, страховая компания… Даже, если не разорится, все равно противно… Когда-то была твоя машина, любимая, там висел любимый мягкая игрушечка какая-то, еще что-то… Это была твоя машина. Ее угнали. Противно! Это страхование эту проблему не решает.

И. ЯМОВ: Страхование эту проблему не решает в каком смысле? Вы совершенно правильно сказали: полис не сохранит машину. Полис сохранит ваши деньги. Это его, собственно говоря, функция и задача, поскольку страхование это финансовая услуга. Сохранить машину в условиях, когда вы имеете дело с криминальным бизнесом, – а большинство угонов в России это криминальный бизнес – практически невозможно. Вопрос качества как бы подготовки специалистов, которые идут на машину. На дорогую машину идут профессионалы. Они готовятся, потому что норма доходности доходит до 250 процентов, и себестоимость процесса при этой норме доходности, она хороша на дорогих машинах. Почему уходят «порше кайены», почему уходят «бентли»? Потому что очень выгодный криминальный бизнес.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Однако же… У нас есть такая рубрика в программе – «Интересные факты». По техническим причинам факты мы не записали, но ничего, они будут вживую.

ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ

«Профессиональная Ассоциация противодействия угонам транспортных средств протестировала 11 машин, поставляемых на российский рынок, на предмет их защищенности от похищения. Полученные результаты сравнили с данными по автомобилям тех же марок, но обращающихся на рынке Великобритании. Соединенное Королевство считается эталоном в этом вопросе. Степень защиты оценивается по 5-балльной шкале. В зависимости от нее страховые компании рассчитывают страховую премию. Чем меньше степень защиты, тем выше тариф. Из-за этой госпрограммы в Великобританию экспортируются только надежно защищенные автомобили. Остальные просто не пользуются спросом. Российская Ассоциация противодействия угонам, воспользовавшись английской методикой, проверила машины, которые привозятся к нам. Результат оказался плачевным. Так, например, «мерседес» Е класса в английской комплектации получил оценки 5 и 3. Первая цифра – защита от угона, вторая цифра – защита от кражи из машины. В российском варианте этот автомобиль получил оценку 3 и 1. «Тойота камрия» в Англии 5 и 4, в России 2 и 1. Наиболее печальный результат показал «мицубиси-аутлендер». В Англии 5 и 4, в России 1 и 1. То есть, степень защиты этого автомобиля на нашем рынке минимальная».

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: А между прочим, Ассоциация противодействия угонам – вы ее заместитель генерального директора. Вы это все проводили…

И. ЯМОВ: Нет, я просто президент этой Ассоциации..

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Понятно. Вы это все проводили, это ваши данные.

И. ЯМОВ: Да, это наша информация. И, действительно, английский рынок, он очень показательный в этом смысле. И посыл очень важный.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: А вы говорите: невозможно защититься…

И. ЯМОВ: Дело в чем? В Англии ситуация в 95-97 году приобрела катастрофический характер, и проблема стала политической. То есть, та политическая партия, которая формирует правительство, но не занимается темой угонов, выбрасывает деньги налогоплательщиков. Почему? Потому что для английских налогоплательщиков ДТП на угнанном автомобиле с нанесением ущерба жизни и здоровью стоили миллион 200 тысяч фунтов! Цифра такая, что на ней сконцентрировались все. «Thatchem» является научно-исследовательским центром английского Союза автостраховщиков и ими финансируется, и он формирует тариф. Дело не в том, что нельзя поставить машину. Дело в том, что эту машину покупать не будут, потому что «Thatchem» не даст на нее ставку. Он просто не даст на нее тариф! Эта машина не страхуется, потому что она не соответствует стандартам. Вот наша идея была вполне рыночная – привнести стандарты «Thatchem», общепризнанные, на наш российский рынок. Они дают и по ущербу, и по угону, но вначале по угону. И, в общем, как-то понятнее риск и понятнее с производителем. Мы находимся в диалоге с автопроизводителями. Они поддерживают наши инициативы. Но, с другой стороны, мы понимает, что усиление защиты автомобиля стоит каких-то денег. Несопоставимо меньше на конвейере, чем автомаркет, то есть, послепродажные дополнительные установки. И мы считаем, что наши российские потребители достойны того, чтобы они ездили на автомобилях, имеющих аналогичную защиту с автомобилями, поставляемыми на западные рынки.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Ну, вот одно из решений. «Простое решение, — пишет нам … — установить чипы на автомобили, как на товары в супермаркете, может решить проблему. Но кому ее решать – государству или страховщикам?»

И. ЯМОВ: Дело в том, что дополнительный инструментарий по идентификации автомобилей, он, в общем… существует несколько принципиально разных технологий. И вопрос не в том, чтобы установить, а в том, чтобы наладить информационный обмен на федеральном уровне. Для того, чтобы объединить и обеспечить эффективное взаимодействие по меньшей мере трех баз данных. Это база данных автопроизводителей, это база данных таможни, которая как бы вводит машины, и третья – это база данных ГАИ, которая регистрирует автомобили. Вот пересечение трех точек дает однозначную идентификацию автомобиля в пространстве.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Гениальное сообщение от Влада: «В угонах заинтересованы страховщики». Как, я не очень понимаю…

И. ЯМОВ: Это очень ошибочная очка зрения. Почему? Потому что эластичность спроса на страховые услуги очень высока. Если мы снизим цену, у нас количество клиентов будет намного больше. Непропорционально больше.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Ну, а так, когда угон – страховщики и платят, в общем. Большая часть из них Игорь Ямов, заместитель генерального директора компании «Ингосстрах», президент профессиональной Ассоциации противодействия угонам был у нас в гостях. Игорь Сергеевич, спасибо вам.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире