'Вопросы к интервью
М.МАЙЕРС: Добрый вечер, уважаемые радиослушатели, у микрофона Маша Майерс и Борис Туманов, постоянный участник нашей программы на своем боевом посту. Здравствуйте, Борис.

Б.ТУМАНОВ: Доброй ночи.

М.МАЙЕРС: Борис, мы сегодня обещали нашим слушателям рассказать историю одного Дурбана. Первый вопрос – хотите, можно вынести это на голосование – где это, дамы и господа? Кто знает, тому будет приз, улыбка там или что-то такое.

Б.ТУМАНОВ: Подсказать?

М.МАЙЕРС: Подскажите.

Б.ТУМАНОВ: Ну ладно, Дурбан – это южноафриканский город, второй по величине порт страны, девятый по величине порт в мире, расположен он на восточном побережье Южно-Африканской республики.

М.МАЙЕРС: А сколько градусов широты, а сколько долготы?

Б.ТУМАНОВ: Не знаю, я в этом не разбираюсь, но я знаю, что он стоит на берегу Индийского океана.

М.МАЙЕРС: Замечательно, а вот теперь это все в лицах, в картинках, в иллюстрациях.

М.МАЙЕРС: Вот этого я рассказать не могу.

М.МАЙЕРС: Правильно, об этом могут рассказать наши гости. У нас в гостях Валерия Макаревич, жительница города Дурбан. Здравствуйте, Валерия.

В.МАКАРЕВИЧ: Добрый вечер.

М.МАЙЕРС: И Настя Макаревич, солистка группы «Лицей», по совместительству дочь Валерии. Добрый вечер, Настя. Анастасия у нас была недавно в гостях в программе «Мамочки-мамаши». Когда я узнала, что ее мамочка-мамаша живет в Дурбане и что Настя недавно там была, я понял, что это просто находка для шпиона, что нам обязательно надо вас пригласить в «Историю одного города», чтоб вы нам рассказали, где это, как это выглядит и вообще что это за город такой интересный. Насть, вот вы приезжаете туда в первый раз, что вы видите? Какие у вас были первые впечатления?

Н.МАКАРЕВИЧ: Маму.

М.МАЙЕРС: Маму, ну понятно, да.

Н.МАКАРЕВИЧ: На самом деле, это потрясающе красивый курортный город, там очень красивые пляжи, наверное, одни из самых лучших в Южной Африке.

В.МАКАРЕВИЧ: И вообще в Африке.

Н.МАКАРЕВИЧ: Да, потому что все туристы приезжают именно в Дурбан отдохнуть на море, позагорать на солнышке, там потрясающе красивый Индийский океан.

М.МАЙЕРС: Ну и конечно море экзотики вокруг. А как совмещается город-курорт и город-порт? В моем представлении, порт Южной Африки это наверняка грязноватый город, и там маслице какое-нибудь плавает, нет? Не смотрите на меня так.

Б.ТУМАНОВ: Нет, ну наверняка плавает, но пляжи-то наверное где-то подальше.

М.МАЙЕРС: Нет, ну я понимаю, но тем не менее, как он выглядит, этот город-порт? Это ощущается? Пьяный боцман там в тельняшке…

Н.МАКАРЕВИЧ: Там есть главная улица вдоль набережной, где расположены различные ресторанчики, лавочки, где продают местные сувениры, шкуры зебр, крокодилов, различные небольшие восточные базары, на которых продаются очень красивые поделки из черного дерева. Там мы и гуляли в основном.

М.МАЙЕРС: В порт не заходили.

Н.МАКАРЕВИЧ: Да, в порт не заходили.

В.МАКАРЕВИЧ: Он как-то в стороне, отдельно.

Б.ТУМАНОВ: Меня подмывает спросить, вот вы упомянули о крокодилах, о черном дереве, ну да, это Африка, конечно, но вот а когда вы ходите по городу, Африка ощущается или это все-таки больше европейский город? Вот ваши впечатления.

Н.МАКАРЕВИЧ: Мне кажется, что это такой синтез. Нет, конечно, наверное, это все-таки Африка. Потому что у меня было такое ярое впечатление, как раз мы остановились около такого восточного базара и выбирали себе какие-то сувениры домой, а в Дурбане очень популярны рикши. Мы хотели с ним сфотографироваться, подошли к водителю этой рикши, такой милый молодой человек, который сказал «Да, конечно», и в одну секунду оделся в какие-то феерические одежды, на нем оказалась феерических размеров шляпа, усадил нас в эту рикшу, и минут 20, наверное, мы проехали по всей набережной вдоль и поперек, то есть он так лихо скакал.

Б.ТУМАНОВ: Это был местный житель зулус, насколько я понимаю, да?

Н.МАКАРЕВИЧ: Да, зулус.

М.МАЙЕРС: Слушайте, а как это выглядит, расскажите. Я об этом знаю только по рассказам О.Генри, понимаете, о том, что есть рикши, что они вот как-то бегают. Что вы на меня так смотрите, я не понимаю?

Б.ТУМАНОВ: Я не помню у О.Генри рассказа о рикше.

М.МАЙЕРС: Ну хорошо, «Короли и капуста», не рассказы, пусть это будет про Банановую республику. Это действительно люди, которые…

В.МАКАРЕВИЧ: Причем они потрясающе совершенно двигаются – такое впечатление, что у них три ноги одновременно в воздухе, он как парит, как летит. А рикши появились в прошлом, вернее, теперь уже в позапрошлом веке, и первая рикша была для магната сахарного тростника.

Н.МАКАРЕВИЧ: Для его жены.

В.МАКАРЕВИЧ: Да, точно, а сейчас 20 зарегистрированных рикш, пожалуйста – они все стоят, причем они стоят такие незаметные, какие-то все невзрачные, но, как Настька сказала, как только они видят туриста, они просто в секунду преображаются, стоит весь такой незаметный, серенький и вдруг раз – и просто павлин, красавец весь такой, с перьями, и бисер, и все сверкает, потом хватает эту рикшу, я даже не понимаю, как это случается, но ты уже сидишь в рикше, катишь по набережной, и он просто летит по воздуху.

М.МАЙЕРС: А сколько это стоит, Насть, прокатиться? Ну хотя бы порядок?

Н.МАКАРЕВИЧ: Это очень недорого.

В.МАКАРЕВИЧ: Это совсем не дорого.

М.МАЙЕРС: То есть об этом даже не задумываешься? Но это того стоит, да? Валерия, расскажите, как вы оказались на другом конце света? Вы ведь там около двух лет живете?

В.МАКАРЕВИЧ: Да. Ну вот такая история со мной приключилась, я о ней уже рассказывала, поэтому не буду много об этом говорить. Я приехала сначала в Африку, как все туристы, потом еще раз приехала в Африку как все туристы, а теперь я там живу.

М.МАЙЕРС: А скажите, как это происходило? Вот вдруг женщина берет и переезжает с одного конца света на другой. Одно дело – когда вы едете работать, а другое – когда вы просто меняете место жительства, это же происходит в один момент – вы купили билет, сели на самолет, и через 20 часов вы на другом конце света, и уже вы здесь живете. Как вы адаптировались, перестраивались?

В.МАКАРЕВИЧ: Это не сразу произошло, так получилось. Я уже сказала, что я приехала первый раз в Африку, потом еще, а потом приехала – и теперь я там живу, я вышла замуж и там живу. Адаптировалась? Да я пока еще не очень адаптировалась, этот процесс все еще длится.

М.МАЙЕРС: А что самое трудное – климат, общение с людьми, быт?

В.МАКАРЕВИЧ: Самое трудное – то, что это не Москва.

Б.ТУМАНОВ: Климат, как я подозреваю, там вполне терпимый.

В.МАКАРЕВИЧ: Климат замечательный, да – 320 дней в году светит солнце, сейчас там зима. Вернее, что сейчас, сентябрь? Значит, весна. Зимой температура где-то 18-20 градусов, но я мерзну.

М.МАЙЕРС: Мерзнете? А почему?

В.МАКАРЕВИЧ: Да, потому что вечером очень прохладно, дома не отапливаются, и если я вечером Сиду и смотрю телевизор, то сижу в меховых тапочках и чуть ли не в одеяле.

Б.ТУМАНОВ: Я это могу подтвердить, даже на экваторе, где в сухой сезон температура опускается до 16-18, люди натягивают шерстяные свитера.

М.МАЙЕРС: Слушайте, а может, как это сказать-то, буржуи изнеженные, приехали в Африку?

Б.ТУМАНОВ: Вот представьте себе, там спят под шерстяными одеялами.

В.МАКАРЕВИЧ: Действительно очень холодно. Там все смеются, когда у нас этой зимой в Москве были морозы 30-35 градусов, меня все спрашивают, а как же ты у себя-то жила, если ты тут все время мерзнешь? А я говорю, а у нас дома тепло, а на улице шуба, перчатки, все прочее.

М.МАЙЕРС: Ну а как для жителей для местных?

В.МАКАРЕВИЧ: Ходят в этих же шортах и шлепанцах, а для меня это холодно.

М.МАЙЕРС: Ах вот оно что. А летом там что?

В.МАКАРЕВИЧ: А летом там безумная жара, но она легко переносится, потому что рядом океан, и хотя есть определенная влажность, но все равно этот вот воздух с океана чистый, свежий, вообще воздух – это отдельная песня.

Б.ТУМАНОВ: Скажите, Валерия, а там есть такое деление на сезон дождей и сухой сезон или там все-таки ближе к европейскому?

В.МАКАРЕВИЧ: Нет, такого, как в индии, там нет сезонов муссонов. Там есть, как у нас, осенью и весной дожди.

Б.ТУМАНОВ: Наша весна это их осень.

М.МАЙЕРС: А меня интересуют всякие бытовые подробности. Я не представляю – Валерия Макаревич идет первый раз в магазин помидоры купить или идет платить за квартиру или я не знаю что, делать лишнюю пару ключей.

В.МАКАРЕВИЧ: Нет, ну там по-английски можно объясниться, тем более что язык это не проблема для меня, это все в порядке. Самая большая проблема была – привыкнуть к острой еде, еда очень острая.

Б.ТУМАНОВ: Вот об этом мы поговорим, да.

В.МАКАРЕВИЧ: Очень сложно было привыкнуть, и когда мы первый раз поехали в ресторан и мне заказали карри, там же очень много индусов, и карри – это то, что едят с утра до вечера и делают из всего подряд – из морепродуктов, из мяса, из яиц, из всего. Берется продукт, туда добавляется карри, это, конечно, безумно вкусно, но когда мне первый раз принесли в ресторане, я поняла, что нереально проглотить даже кусочек – слезы на глазах, все прочее. В общем, уносили три раза, делали это все мягче и мягче, но я не смогла осилить все равно. А сейчас я научилась его готовить.

М.МАЙЕРС: То есть три месяца вы сидели голодная.

В.МАКАРЕВИЧ: Ну практически.

М.МАЙЕРС: Сидели на бананах с соседней пальмы.

В.МАКАРЕВИЧ: А сейчас я научилась готовить такое карри, что когда местные люди в гости приходят, они сидят, и у них пот по лицу, «как ты можешь это есть?» а мне это нормально.

М.МАЙЕРС: То есть вы уже делаете это настолько остро?

В.МАКАРЕВИЧ: Да. Понимаете, может, это действительно климат диктует, потому что когда я приезжаю в Москву, мне этого совершенно не хочется, а там это солнце, жара, и хочется острой пищи.

М.МАЙЕРС: Насть, а как сказалась поездка в Африку на вашей фигуре?

Н.МАКАРЕВИЧ: Ела я там много, и пот с меня стекал, действительно очень остро. Потрясающая там морская кухня. Там очень много живности водится в Индийском океане. У мамы есть лицензия, и мы сами ловили мидий. Это потрясающий процесс, они растут на огромных камнях, там даже есть специальное расписание, где указано время отливов, и когда отлив, ты приходишь и соскребаешь ножом. В этой огромной волне, которая тебя сбивает с ног и переворачивает, ты стоишь и срезаешь мидии. Причем, конечно же, ты берешь самые-самые большие, таких мидий я не видела нигде, ни в одном ресторане.

М.МАЙЕРС: Ну вот в сантиметрах это сколько?

В.МАКАРЕВИЧ: Ну сантиметров 20, наверное, они такие огромные, жирные, но их очень трудно собирать, потому что индийский океан очень мощный, сильный, бурный, там такие волны, что даже когда идет отлив, я не понимаю, что это отлив, мне кажется, что это безумный прилив. На седьмой волне немножко легче становится. Когда идешь за мидиями, то одеваешь рубашки, джинсы, потому что если вдруг тебя накроет волна и протащит по этим мидиям, они безумно острые, и долго потом раны заживают.

Н.МАКАРЕВИЧ: Валерия говорит, джинсы, рубашки, да выплыть бы. Да пусть царапают, выплыть бы.

Б.ТУМАНОВ: Так, давайте на минуту закончим собеседование и ответим на вопрос серьезного характера. Вот Иван из Москвы нас спрашивает: «При каких обстоятельствах и сколько лет назад был основан Дурбан? Какова его площадь?»

М.МАЙЕРС: В квадратных километрах, пожалуйста.

Б.ТУМАНОВ: В квадратных километрах я не могу сказать, но я вам могу напомнить, что их европейцев в этом месте первым побывал в конце 16-го века Васко да Гама, который плыл в Индию. Он, естественно, там ничего не построил, это уже позже голландцы построили порт, а когда там появились англичане, они как раз сделали этот город столицей своей колонии, было это где-то в 1835 году, и назвали Дурбаном в честь первого английского губернатора.

М.МАЙЕРС: А, а я думала, это как-то связано с Дублином, еще с чем-то.

Б.ТУМАНОВ: Нет, Дурбан – Durban.

М.МАЙЕРС: А как это звучит на местном языке?

В.МАКАРЕВИЧ: На местном языке, вообще они все очень удивляются, когда я, например, произношу и говорю «Дурбан», а вообще-то Durban.

Б.ТУМАНОВ: Нет, ну это на английском, а на местном Теквени.

М.МАЙЕРС: А это что такое?

Б.ТУМАНОВ: Это на зулусском.

М.МАЙЕРС: А, так это на зулусском. Это они так на зулусский язык переводят фамилию губернатора, что ли?

Б.ТУМАНОВ: Нет, это место, которое и называлось так раньше – Теквени.

М.МАЙЕРС: А что это, это деревня какая-то была?

Б.ТУМАНОВ: Наверняка была деревня, там жили зулусы. Не будем забывать, что до прихода голландцев, англичан, это было мощнейшее в Африке королевство. Зулусы считаются самыми воинственными из всех африканских этносов. Этому доказательством были сокрушительные поражения, которые зулусы наносили английской колонии.

М.МАЙЕРС: Но потом произошел перелом, все-таки.

Б.ТУМАНОВ: Ну естественно. Оружие сделало свое дело, те все-таки сражались луками, стрелами, копьями и так далее, хотя у них тоже появлялось огнестрельное, но естественно, против регулярной армии они ничего не могли поделать.

М.МАЙЕРС: А скажите, пожалуйста, кто сегодня живет в этом городе? Каков состав населения? Сколько человек? Какие национальности, цвета кожи? Какой религиозной принадлежности?

В.МАКАРЕВИЧ: Ой, это многонациональный город, очень много индусов.

М.МАЙЕРС: То есть это Васко да Гама виноват, который искал Индию?

Б.ТУМАНОВ: Нет, я хочу уточнить – индусы и пакистанцы в Африке не редкость, особенно их много, и это естественно, на восточном побережье Африки. Их можно найти и в…

М.МАЙЕРС: А что в этом естественного?

Б.ТУМАНОВ: А потому что напротив Индия.

М.МАЙЕРС: Ну и что? А у нас напротив Канада.

В.МАКАРЕВИЧ: Нет, просто в 18 веке было завезено очень много индусов для работы на сахарных плантациях, сахарного тростника. И по-моему, в Дурбане больше, чем в Бомбее индусов. Это индусы, пакистанцы, естественно, англичане, курды, очень много европейцев, я встречала много венгров.

М.МАЙЕРС: А русские живут в городе?

В.МАКАРЕВИЧ: Очень мало пока в Дурбане.

М.МАЙЕРС: Вообще, насколько я знаю, в Йоханнесбург даже президент наш ездил, мы практически по его стопам отправляемся сегодня.

В.МАКАРЕВИЧ: Да, в Йоханнесбурге гораздо больше русских.

Б.ТУМАНОВ: Валерия, а европейцев каков процент по отношению к остальным?

В.МАКАРЕВИЧ: Ой, ну в процентах мне сложно сказать, по ощущению, маленький.

М.МАЙЕРС: Все-таки маленький. А что касается храмов каких-то, это есть?

В.МАКАРЕВИЧ: Да, в основном это мечети.

Б.ТУМАНОВ: это пакистанцы, мусульмане.

В.МАКАРЕВИЧ: Да. Там есть самая большая мечеть, она называется Джуммумусджит, как-то так, она вмещает до пяти тысяч человек.

М.МАЙЕРС: А кто возглавляет город? Например, мэр кто по национальности?

В.МАКАРЕВИЧ: Я думаю, что он зулус. В основном все такие административные должности занимают зулусы.

Б.ТУМАНОВ: А как насчет безопасности?

М.МАЙЕРС: Да, потому что рассказывают какие-то очень страшные вещи про Йоханнесбург – что это мертвый город, что там живут только за колючей проволокой и за высокими стенами.

В.МАКАРЕВИЧ: Нет, это не совсем так. По-поему, сейчас везде небезопасно, поэтому если соблюдать какие-то разумные меры предосторожности, то вес нормально.

Б.ТУМАНОВ: А есть кварталы, в которые лучше не заходить?

М.МАЙЕРС: Ну вот в порт наши девушки не пошли.

В.МАКАРЕВИЧ: Нет, ну в порт мы не пошли, потому что это не так интересно.

Б.ТУМАНОВ: У меня такой вопрос – почти во всех африканских городах, особенно бывших колониальных столицах, есть четкое деление – европейские кварталы и африканские кварталы, где преимущественно африканское население. А в Дурбане есть такое же деление? Или живут вперемешку?

В.МАКАРЕВИЧ: Вперемешку живут черные и индусы.

Б.ТУМАНОВ: А европейцы все-таки как-то отдельно?

В.МАКАРЕВИЧ: Европейцы да, выдвигаются и переселяются в близлежащие городки. Но в принципе есть разделение – индусы отдельно живут, черные тоже, у них какие-то свои отдельные, я не могу назвать это кварталами, а это скорее районы.

Б.ТУМАНОВ: А что, город состоит из каких-то отдельных?...

В.МАКАРЕВИЧ: Да, живет много белых, но они живут уже ближе к окраинам, в центре в основном цветное население. Город очень распростертый.

М.МАЙЕРС: То есть он большой по площади?

В.МАКАРЕВИЧ: Он большой по площади, потому что это только в центре какие-то многоэтажные красивые гостиницы, многоквартирные дома, а белые живут в отдельных домах.

М.МАЙЕРС: На виллах и фазендах.

В.МАКАРЕВИЧ: Да, практически на фазендах, но ближе к окраинам.

Н.МАКАРЕВИЧ: Насть, а вот был вопрос про безопасность, Борис задал, а вот как себя такая девушка, как вы, со светлыми волосами, со светлой кожей чувствует себя на улицах Дурбана?

Н.МАКАРЕВИЧ: Я чувствовала себя отлично, потому что со мной ездил мой муж, косая сажень в плече.

М.МАЙЕРС: Нет, ну серьезно. Валерия, вот как реагируют мужчины на европейских девушек там?

В.МАКАРЕВИЧ: Спокойно.

Б.ТУМАНОВ: Смотря какие мужчины.

М.МАЙЕРС: Что значит, какие? Которые живут в Дурбане.

Б.ТУМАНОВ: Нет, ну как, есть зулусы, есть индусы, есть пакистанцы, есть европейцы.

М.МАЙЕРС: Нет, ну мы заговорили о безопасности, я пытаюсь понять, могу я одна в Дурбане добраться до дома или мне лучше этого не делать.

В.МАКАРЕВИЧ: А в Москве вы ходите одна?

М.МАЙЕРС: Ну не знаю, по-разному.

В.МАКАРЕВИЧ: И там по-разному. Либо на машине, либо если Настя одна, то пусть лучше с ней рядом муж будет.

М.МАЙЕРС: А нет никаких таких вот гуляний ночных по набережной, как обычно в приморских городах?

Н.МАКАРЕВИЧ: Тусовки? Нет, нету.

Б.ТУМАНОВ: Погодите-ка, а знаменитая «золотая миля», вот эти шестикилометровые…

Н.МАКАРЕВИЧ: Пляжи?

Б.ТУМАНОВ: Да.

В.МАКАРЕВИЧ: Но это в основном днем, все происходит на этих пляжах.

Б.ТУМАНОВ: А вечером там никто не прогуливается?

В.МАКАРЕВИЧ: Там вообще все очень рано ложатся спать, и для меня после Москвы это совершенно какое-то непонятное ощущение. Они очень рано начинают работать, ну климат такой, в восемь часов все уже на работе, поэтому в семь часов все уже начинают потихоньку выдвигаться. И для меня было очень странно, что в семь утра удобно звонить людям, а в десять вечера – это уже моветон.

М.МАЙЕРС: Насть, ну а вот вы же человек ночной, у вас выступления, концерты, вам не скучно было в городе? Никому уже не позвонишь, никуда не выйдешь.

Н.МАКАРЕВИЧ: Да, ну вот я хотела сказать, что немного другие там развлечения, потрясающая природа, и вот днем ты ездишь и любуешься, там много очень красивых мест. Рядом с городом находится потрясающий сафари-парк, где живут слоны, носороги, львы, обезьяны, то есть это абсолютно дикое место, где все они обитают. И можно проехать там на машине и все это увидеть, мы постоянно ездили и любовались красотами саванны, «буш» это называется, причем мы туда приехали довольно рано как-то и наблюдали восход солнца, потому что все звери после полудня. Когда наступает жара, все прячутся и отдыхают.

М.МАЙЕРС: Что вы видели?

Н.МАКАРЕВИЧ: Нам очень повезло, потому что мы видели всех зверей достаточно близко – мы видели стало слонов с маленькими слонятами, они проходили буквально метрах в десяти.

Б.ТУМАНОВ: Ой, какая прелесть.

М.МАЙЕРС: В десяти метрах?

В.МАКАРЕВИЧ: Да, мы подъехали к одному слону…

М.МАЙЕРС: А как они на машины реагируют?

В.МАКАРЕВИЧ: На машины они не реагируют. Это так странно, но не реагируют. Но если ты выйдешь из машины, реакция мгновенная. Там вообще-то запрещено выходить, бывают разные случаи.

М.МАЙЕРС: То есть могут напасть, да?

В.МАКАРЕВИЧ: Да, а в машине достаточно спокойно, хотя там был случай, когда слон сел на машину.

Б.ТУМАНОВ: Ну он нечаянно.

В.МАКАРЕВИЧ: Конечно, сел передохнуть. В общем, запрещено выходить.

Б.ТУМАНОВ: Нет, это все логично, дело в том, что машины…

В.МАКАРЕВИЧ: Они вреда не приносят им.

Б.ТУМАНОВ: Нет, дело даже не в этом, просто они воспринимают машины не как живых существ, а как, допустим, камень, ну вот слон сел на эту машину – он просто передохнуть сел, никакого зла он не хотел.

М.МАЙЕРС: Борис, откуда вы так тонко знаете психолог7ию слонов?

Б.ТУМАНОВ: Нет, дело в том, что мне тоже приходилось бывать в таких парках на востоке Конго, вот там мне и объяснили, что до тех пор, пока он не проассоциирует этот передвигающийся предмет с человеком, он на него не реагирует, для него это скала, ну, движущаяся скала, мало ли, почему.

М.МАЙЕРС: То есть в окошко он не заглядывает, понятно.

Н.МАКАРЕВИЧ: Если говорить о живности, то что меня поразило и напугало больше всего – это то, что очень много змей.

В.МАКАРЕВИЧ: Где же ты их видела, расскажи пожалуйста?

Н.МАКАРЕВИЧ: Я их не видела, но судя по твоим рассказам, их там очень много. Сидит черная мамба, самая страшная змея в Африке, очень ядовитая, смерть наступает буквально через две минуты. Причем она очень агрессивная— если другая змея видит человека и уползает, то черная мамба сразу же кидается, защищая себя.

М.МАЙЕРС: Но вы их видели?

В.МАКАРЕВИЧ: Черную мамбу я видела, есть еще зеленые. Когда приезжаешь первый раз, все местные жители сразу стараются отвести тебя в парк змей и показать неприятеля в лицо. Ты приезжаешь в этот парк, садишься в такой амфитеатр, там выступление идет, обо всех змеях рассказывают и показывают их со всякими палочками.

М.МАЙЕРС: А дудочки есть?

В.МАКАРЕВИЧ: Нет, без дудочек. Кстати говоря, сначала их вообще невозможно увидеть, и только потом начинаешь их замечать и реагировать. Показывают черную мамбу, зеленую мамбу.

М.МАЙЕРС: А как они показывают, как представление просто?

В.МАКАРЕВИЧ: Ну как знакомство, чтоб ты знал, кого бояться.

М.МАЙЕРС: А, понятно.

В.МАКАРЕВИЧ: Ну вот кстати, черная мамба это безумно страшная змея, я ее ни разу нигде не видела кроме этого парка, но у нее хватает яду на 60 человек, после этого она должна его накопить.

Б.ТУМАНОВ: Целую роту может подкосить.

М.МАЙЕРС: Ну ладно, хорошо, вот черную мамбу вы не видели, а питоны, которые вот, не у вас там был случай, не в Дурбане, этот несчастный питон съел овцу и не смог уползти.

В.МАКАРЕВИЧ: Нет, я видела, но это было не в Дурбане.

М.МАЙЕРС: Нет, а вот серьезно, с какими змеями можно столкнуться на улице?

В.МАКАРЕВИЧ: Со всеми. Ну то есть в самом Дурбане невозможно, но в маленьких городках и там, где есть небольшие садики у людей, там можно любую змею в принципе встретить. Я как-то была в салоне, что-то делала со своими волосами, и разговаривала с парикмахершей. Я ее спросила про змей, он мне говорит, да что ты волнуешься, в конце концов, я дам тебе телефон, быстро позвонишь, приедет человек и ее поймает, тут поворачивается ко мне очаровательная старушка вся в букольках и говорит: «Ой, моя дорогая, да змеи не так страшны, вот когда вы разбираете кровать, смотрите, чтобы не было скорпионов – черного или красного». И тут я думаю, боже, зачем я это спросила.

М.МАЙЕРС: О боже.

Б.ТУМАНОВ: Ну и как, пока вы скорпионов не видели?

В.МАКАРЕВИЧ: Пока нет, но когда я открываю шкаф, я все время смотрю, кто там сидит.

М.МАЙЕРС: Господа, это программа «История одного Дурбана», у нас в гостях Анастасия и Валерия Макаревич, мама и дочка, они рассказывают нам про южноафриканский город Дурбан. А вот как, когда шестидесятиградусная жара, ведут себя насекомые, все эти жужжащие, звенящие, крылатые, какие там еще бывают?

В.МАКАРЕВИЧ: В шестидесятиградусную жару не знаю, а вот 35-38 было. Там нет мух. Я не знаю, почему, может, они есть в каком-то буше далеком, но в городе их нет, видимо, им очень жарко или просто что-то не подходит, но там есть такое насекомое, я не знаю, как оно называется, похожее на нашу осу, только жало у нее сантиметра три, и вот когда она появляется и начинает летать надо мной, я понимаю, что все, смерть пришла.

Н.МАКАРЕВИЧ: А есть еще какие-то огромные тараканы летающие.

В.МАКАРЕВИЧ: А, еще какие-то тараканы безумные.

М.МАЙЕРС: У нас ведь то ли оса то ли пчела символ сотовой компании – это, наверное, у нее антенна такая.

В.МАКАРЕВИЧ: Вот, а когда я увидела этого таракана летающего, он действительно величиной с воробья, по-моему. И он полз по ковру, я просто в секунду залетела на диван с ногами, я думала, что это что-то такое, что сейчас съест, а потом поняла, что это таракан. И бороться с ними бесполезно.

М.МАЙЕРС: А они опасны? Они кусаются?

Б.ТУМАНОВ: Нет, они абсолютно безобидны.

М.МАЙЕРС: А зачем они тогда залетают? Крошки поесть?

Б.ТУМАНОВ: Ну конечно, они такие же тараканы, только летающие, вот и все.

М.МАЙЕРС: а я еще слышала, что там в доме живут гикконы.

В.МАКАРЕВИЧ: Да, маленькие такие прозрачные ящерицы, спасители.

М.МАЙЕРС: А спасители от кого?

В.МАКАРЕВИЧ: Они всяких мушек мелких пожирают, тараканов по стенам. И так интересно наблюдать, я уже некоторым дала имена, потому что я знаю, кто в какое время появляется из-за картины, начинает ловить, очень быстрая у них реакция, это очень интересно наблюдать, как в зоопарке.

М.МАЙЕРС: Молока там им поставить, да?

В.МАКАРЕВИЧ: Да.

Б.ТУМАНОВ: А вот со всеми этими африканскими прелестями, вот хороший вопрос нам пришел – «Ощущение мегаполиса в Дурбане есть?»

М.МАЙЕРС: Или это какая-то саванна где-то там?

В.МАКАРЕВИЧ: Нет, это крупный город.

М.МАЙЕРС: А сколько там людей живет?

В.МАКАРЕВИЧ: Где-то шесть миллионов.

М.МАЙЕРС: Аааа, я думала, вы сейчас скажете, 300 тысяч.

В.МАКАРЕВИЧ: Нет, шесть миллионов. И там совершенно удивительное ощущение в Африке. Когда говорят «Африка», то вспоминают сразу «Не ходите, дети, в Африку гулять», там гориллы, злые крокодилы… но Африка – это удивительное ощущение комфорта и экзотики, там настолько…

Б.ТУМАНОВ: И свободы.

В.МАКАРЕВИЧ: Да, и свободы, лучших дорог не видела нигде, дороги в ЮАР просто потрясающие, шикарные гостиницы, улицы очень красивые, очень красивая архитектура, это огромный город.

М.МАЙЕРС: Насть, а вот на что это похоже? Вы много ездите – с чем можно сравнить? Вот именно по городским ощущениям. Сейчас нам опять начнут рассказывать про дома в колониальном стиле.

Н.МАКАРЕВИЧ: Ой, я даже не знаю, с чем можно сравнить.

М.МАЙЕРС: Ну вот какие там дома? Вы говорите «центр», как там? Это высотки какие-то?

В.МАКАРЕВИЧ: Там есть и высотки, есть и стеклянные дома, есть и осбняки очень красивые.

Б.ТУМАНОВ: Я бы переформулировал немного вопрос.

М.МАЙЕРС: Ради бога. Вам никогда не нравятся мои вопросы.

Б.ТУМАНОВ: Маш, вы меня парализуете. Вот, скажем, там есть архитектура, по которой можно проследить эволюцию этого города? Например, какие-то голландские постройки, английские?

М.МАЙЕРС: Ну, там 19 век, 20-е годы, современные постройки?

В.МАКАРЕВИЧ: Скорее английские.

Б.ТУМАНОВ: Английские все-таки преимущественно, да?

В.МАКАРЕВИЧ: Да.

Б.ТУМАНОВ: Викторианский стиль, да?

В.МАКАРЕВИЧ: Да, это все узнается, потрясающе красивые, но их, кстати, там не так много, очень много современных домов и безумное количество особняков, есть супершикарные, есть попроще, но все они абсолютно разные, и очень красивые сады.

Б.ТУМАНОВ: А вдвилии там растут?

В.МАКАРЕВИЧ: Да, я ж говорю, очень красивые сады.

М.МАЙЕРС: Кто?

Б.ТУМАНОВ: Вдвилия. Это прелестное дерево с розовато-фиолетовыми цветами. Его еще называю в переводе с французского «пылающее огнем дерево».

В.МАКАРЕВИЧ: Да, эти деревья просто покрыты цветами, там листьев как бы нет.

Б.ТУМАНОВ: Такой костер, нежно-розовый костер.

В.МАКАРЕВИЧ: Потрясающей совершенно красоты.

М.МАЙЕРС: И тоже в городе?

В.МАКАРЕВИЧ: В городе, да.

М.МАЙЕРС: А какую там часть южной Африки зачищали от бабуинов, когда туда поехал наш президент?

Б.ТУМАНОВ: Это как раз мыс Доброй надежды.

М.МАЙЕРС: А, точно. А если серьезно, то в городе есть обезьяны?

Н.МАКАРЕВИЧ: Ну вы наверное уже знаете, что в пригороде много обезьян.

М.МАЙЕРС: Но они ведут себя так ужасно и нагло, что от них надо отбиваться палками?

Н.МАКАРЕВИЧ: Да, они могут залезть в дом и перевернуть там все вверх дном, то есть какие-то там фрукты, еду на столе оставлять нельзя.

Б.ТУМАНОВ: Вот тут пришел немножечко технический вопрос, наш слушатель Николай из Москвы спрашивает, есть ли в ЮАР железные дороги.

В.МАКАРЕВИЧ: Есть.

М.МАЙЕРС: Наверняка есть.

В.МАКАРЕВИЧ: Я видела.

М.МАЙЕРС: А какие автомобили? Какое движение?

Б.ТУМАНОВ: Да, там право— или левостороннее?

В.МАКАРЕВИЧ: Как в Англии.

Б.ТУМАНОВ: То есть левостороннее и с правым рулем?

В.МАКАРЕВИЧ: Да.

Б.ТУМАНОВ: Ну понятно.

М.МАЙЕРС: а какие автомобили ездят?

В.МАКАРЕВИЧ: В основном японские.

Б.ТУМАНОВ: Они всюду.

М.МАЙЕРС: Тойоты ездят по южной Африке? А наших автомобилей не видели?

В.МАКАРЕВИЧ: Ни разу.

М.МАЙЕРС: Насть, а вы? Вы не ездили, не пробовали?

Н.МАКАРЕВИЧ: Я только на рикшах каталась.

М.МАЙЕРС: 7256633 – это наш эфирный пейджер. Мы сегодня, друзья, говорим о городе Дурбане в южной Африке, у нас в гостях Валерия Макаревич, которая два года уже живет в этом городе, и Настя Макаревич, солистка группы «Лицей», которая недавно побывала в гостях у мамы и делится впечатлениями. Насть, а вот на ваш женский взгляд, как люди выглядят? Как выглядит толпа?

Н.МАКАРЕВИЧ: Мужчины практически все ходят в шортах.

В.МАКАРЕВИЧ: Это ужасно.

Н.МАКАРЕВИЧ: То есть увидеть мужчину в брюках, это практически нереально.

Б.ТУМАНОВ: Ну если у мужчины стройные ноги, то почему нет?

Н.МАКАРЕВИЧ: Все мужчины ходят в шортах.

Б.ТУМАНОВ: Да, но Валерия добавила, «это ужасно».

М.МАЙЕРС: Нет, это в принципе ужасно, когда все мужчины ходят в шортах, понимаете?

В.МАКАРЕВИЧ: Да, и в сандалиях каких-нибудь, или шлепанцах.

Н.МАКАРЕВИЧ: На самом деле все одеваются очень просто, то есть ярких цветов нет, ходят в том, что удобно. Буйные краски вокруг природные…

В.МАКАРЕВИЧ: На фоне шорт смотрятся замечательно.

М.МАЙЕРС: Слушайте, ну а офисы?

В.МАКАРЕВИЧ: Нет, в офисах ходят в брюках, но они в офисах сидят, поэтому ты их не видишь, а вот на улицах уже все в шортах. Что касается женщин, там нет, наверное, понятия моды, там существует, предположим, какой-то цвет сезона, но тоже все одеваются очень просто.

М.МАЙЕРС: Ну а какой цвет сезона? это белый, бежевый, хаки?

В.МАКАРЕВИЧ: Да-да-да.

Н.МАКАРЕВИЧ: Когда мама прилетела в Москву, пришлось обновлять гардероб.

В.МАКАРЕВИЧ: Да, когда я прилетела в Москву, младшая дочка мне сказала «Мама, это мегаполис», я поняла. Ну да, там вообще, стиль немножко вольный, это раз, а потом, естественно, влияние индусской моды – очень много всяких блесточек, всяких штучек, все блестит, сверкает. Я себя тоже не раз уже ловила на том, что вот мне надо что-то купить, предположим, джинсы, я приезжаю в магазин, кстати, магазины там просто супершикарные…

М.МАЙЕРС: Да, вот я как раз хотела спросить про шопинг.

В.МАКАРЕВИЧ: Шопинг это отдельная песня. Да, вот мне нужны джинсы, и я не могу понять, почему я стою перед зеркалом, и на мне сплошные блестки, ну невозможно удержаться, это какой-то такой своеобразный стиль, но это очень симпатично.

М.МАЙЕРС: Скажите, а вот ЮАР все-таки в нашем сознании ассоциируется с алмазами, с золотом, украшения носят люди или это не принято?

В.МАКАРЕВИЧ: Носят.

М.МАЙЕРС: Потому что вот у нас говорят, что русским это несвойственно, но у нас в метро если вы спуститесь, то увидите столько золота на среднестатистической женщине.

Н.МАКАРЕВИЧ: Нет, в ЮАР нет.

Б.ТУМАНОВ: Скажите, вот вы сейчас преимущественно говорили о европейских женщинах, а вот местные жительницы, они ходят в своих длинных…

В.МАКАРЕВИЧ: Нет, они одеты очень современно, но на местных более яркие цвета преобладают в одежде. То есть, предположим, европейцы не носят красные или оранжевые, яркие цвета, нет, а такие носят в основном черные и индусы.

Б.ТУМАНОВ: Слушайте, я чувствую, что африканского колорита в Дурбане не так уж и много. Но вы его хоть повидали? Вот к зулусам в деревню какую-нибудь вы ездили?

Н.МАКАРЕВИЧ: Да.

В.МАКАРЕВИЧ: Но там все эти деревни в основном уже для туристов.

Б.ТУМАНОВ: То есть там всякие ремесла, да?

В.МАКАРЕВИЧ: Да, там плетут из бисера, там же очень развито бисероплетение.

Б.ТУМАНОВ: Пляски?

В.МАКАРЕВИЧ: Пляски, скачки всякие, они там скачут с палками вокруг, с барабанами, прихлопы-притопы, все это интересно посмотреть, но это в основном для туристов, а таких деревушек в принципе не осталось. Я не знаю, может они где-то и есть, но я туда пока не добралась.

М.МАЙЕРС: Вы знаете, Борис, вот я ловлю себя на мысли, что мне хочется задавать такие вопросы, как русским задают «А у вас там медведи по улицам ходят?», мне хочется очень спросить, а телевидение там местное есть, а радио есть? А какую музыку передают? а какие программы? А телесериалы в ЮАР снимают? Какие-то такие вещи спросить хочется.

В.МАКАРЕВИЧ: Да, телесериалы снимают, кстати и про няню там тоже какой-то идет. Кстати, про медведей, я себе купила майку, на которой по-английски написано «В Москве медведей нет», потому что мне надоело отвечать на этот вопрос, я себе купила такую майку, решила, что приеду и сразу одену.

М.МАЙЕРС: А что интересного можно купить в ЮАР, что вы привезли? Какие сувениры?

Н.МАКАРЕВИЧ: Хлыст, шляпу.

М.МАЙЕРС: Хлыст?

Н.МАКАРЕВИЧ: Да.

М.МАЙЕРС: То-то мне эта очаровательная милая девушка в программе «Мамочки-мамаши» рассказывала, как она рукоприкладствует.

Б.ТУМАНОВ: Маша, я в свою очередь слушая ваши разговоры с особым акцентом на моде, с горечью думаю «Вот что значит оказаться в компании трех женщин». Вы подавляете меня.

М.МАЙЕРС: Я, наоборот, смотрю на вас и пытаюсь вас…

Б.ТУМАНОВ: Шопинг, что купили, я вас наоборот пытаюсь в Африку к зулусам, а вы меня…

М.МАЙЕРС: Я понимаю, к чему вы клоните, рано или поздно вы начнете говорить о женщинах, а я пытаюсь этого не допустить.

В.МАКАРЕВИЧ: Давайте я потом расскажу.

Б.ТУМАНОВ: Хорошо.

В.МАКАРЕВИЧ: Давайте я вам про кухню расскажу.

М.МАЙЕРС: Нет, подождите, давайте про шопинг закончим.

Н.МАКАРЕВИЧ: Да, но на самом деле очень много бижутерии, блестящей, сделанной вручную из бисера, там даже есть специальные магазины.

М.МАЙЕРС: Терпите, дорогой мой, терпите.

Н.МАКАРЕВИЧ: Ты можешь прийти и сам себе сделать украшение, которое тебе нравится.

В.МАКАРЕВИЧ: Тебе дается куча бусин различных, и сиди там, ковыряйся.

Н.МАКАРЕВИЧ: Да, это очень здорово и красиво. Ну а также куча нарядов на лето, дабы там все очень дешево по сравнению с нашими ценами.

М.МАЙЕРС: То есть там какая-то достойная одежда? Можно что-то выбрать из местного?

В.МАКАРЕВИЧ: Она значительно отличается от той одежды, которая продается в Москве, она немножко своеобразная, какой-то забавный стиль, но он очень симпатичный.

Н.МАКАРЕВИЧ: Можно привести какую-то новую моду в Россию. В некоторых нарядах я выступала.

М.МАЙЕРС: Да? серьезно? То сеть то, что в Дурбане продается просто на улице, вы использовали как сценический костюм?

Н.МАКАРЕВИЧ: Да, у меня есть шикарное вечернее платье, все в блестках, смотрится очень стильно.

Б.ТУМАНОВ: У меня такое ощущение, что вы поедете в Дурбан делать шопинг.

М.МАЙЕРС: Давайте про акул теперь поговорим. Видели ли вы там кита какого-нибудь или акулу?

Б.ТУМАНОВ: Так про акул все-таки?

М.МАЙЕРС: Ну какая разница, зачем вы придираетесь, Борис?

Н.МАКАРЕВИЧ: Там есть очень увлекательная экскурсия, которая проходит на минидельтоплане, называется он «микролайт», ты садишься на него вместе инструктором, для меня это была просто летающая табуретка, поэтому я долго не решалась на нем полететь, я вообще очень боюсь полетов, но этот микролайт пролетает над всем Дурбаном, над побережьем, он садится на пляже, а потом опять взлетает, и вот когда мы пролетали над морем, мы видели целую стаю дельфинов, которая проплывала прямо под нами. Вода настолько прозрачная, что действительно все можно увидеть, моя сестра видела кита, китенка небольшого, тигровую акулу.

М.МАЙЕРС: Ну вот видите, все рядом.

В.МАКАРЕВИЧ: Ну да, что-то такое большое она видела. А акул, кстати говоря, самое большое количество на душу населения в Африке. И это единственная страна, которая защищает акул – если акула попадает в сети, они их обязательно выпускают.

М.МАЙЕРС: Подождите, а как их считают, Валерия? Ведь индийский океан большой же, они наверное туда-сюда плавают.

Б.ТУМАНОВ: А эти акулы вообще кусачие?

В.МАКАРЕВИЧ: Да, они очень опасные, и на всех пляжах, ну вот на каком-то диком пляже даже не рекомендуется заходить в океан, потому что на культурных пляжах везде стоят сетки, по-моему, они правда, не очень спасают.

Н.МАКАРЕВИЧ: Да, но вообще много таких природных бассейнов, в камнях такие заливчики, где люди купаются, хотя мы ездили на самый красивый пляж – он, конечно, не защищен сетками, не знаю, почему, но мы там купались.

В.МАКАРЕВИЧ: Видимо, чтобы очень много народу не приезжало.

Н.МАКАРЕВИЧ: Очень много серферов.

В.МАКАРЕВИЧ: Да, и вот они страдают от акул больше всего.

М.МАЙЕРС: О боже.

В.МАКАРЕВИЧ: Да, в новостях бывают всякие страшные истории.

М.МАЙЕРС: Давайте о приятном. А их едят? А, вы говорите, что отпускают. То есть не принято суп есть из акульих плавников?

В.МАКАРЕВИЧ: Нет, есть и супы, и акул едят, но это не так вкусно.

М.МАЙЕРС: А что в ЮАР, в частности в Дурбане, пьют?

В.МАКАРЕВИЧ: Вино.

М.МАЙЕРС: А, ну конечно же, южноафриканское вино, которое сейчас так популярно.

Б.ТУМАНОВ: Кстати, я должен сказать, что не зря оно так славится, потому что оно производится из лучших сортов винограда, который голландцы еще в 17-м веке привезли из Европы. Вот.

М.МАЙЕРС: То есть это те же самые европейские сорта винограда?

Б.ТУМАНОВ: Совершенно верно, ну, может быть, немножечко измененные в связи с климатом.

М.МАЙЕРС: Ну что вы, конечно, там почвы, солнышко, это же все влияет на вкус.

Б.ТУМАНОВ: Конечно, но тем не менее, южноафриканское вино это, как говорится, не такой уж и нонсенс, это не оксюморон.

М.МАЙЕРС: А как пьют его? Каждый день? Разбавляют водой?

В.МАКАРЕВИЧ: Нет, водой не разбавляют, оно не очень крепкое.

М.МАЙЕРС: Не разбавляют – правильно – зачем портить хорошую вещь?

Б.ТУМАНОВ: Одну минуточку, вот наша слушательница, Валентина Александровна из Москвы, просит рассказать вас, есть ли там музеи?

М.МАЙЕРС: Музеи, театры, филармонии.

В.МАКАРЕВИЧ: Вот знаете, честно скажу, до театров не добралась.

Б.ТУМАНОВ: А есть ли они там вообще?

В.МАКАРЕВИЧ: Есть. Нет, я была один раз, но это был даже не театр, это был какой-то концерт, и на меня это произвело ужасное впечатление.

М.МАЙЕРС: Почему?

В.МАКАРЕВИЧ: Берут какую-то еду, на входе там что-то такое продается типа пиццы или кур каких-то жареных, все это забирают с собой в зал, там стоят специальные столы, и идет какой-то концерт, представление. Это и не ресторан, это театр, и они сидят, потом в ведрах, чуть ли не оцинкованных, со льдом приносят бутылки вина, и они сидят, едят-пьют и наблюдают за тем, что происходит на сцене.

М.МАЙЕРС: То есть это что-то типа шоу?

В.МАКАРЕВИЧ: Да, это как шоу, но это очень неприятно.

Б.ТУМАНОВ: То сеть это скорее театр-варьете?

В.МАКАРЕВИЧ: Это даже не варьете, у них там бывают какие-то постановки, и они происходят так же.

М.МАЙЕРС: Ну значит так принято.

Б.ТУМАНОВ: А музеи наверняка там есть? Какого-нибудь африканского искусства?

В.МАКАРЕВИЧ: Есть, есть очень много галерей, это даже гораздо интереснее, чем музеи, потому что там современное искусство. Все эти галереи очень маленькие обычно, но там потрясающие вещи – необыкновенный куклы из бисера, необыкновенные картины, причем это все современно выполнено, ну очень красивые вещи, совершенно другие.

М.МАЙЕРС: Ну вот вы знаете, Борис, я думала, что это только я могу задавать вопросы про медведей в Москве, а вы купились совершенно на ту же удочку, потому что Валерия с Анастасией рассказывают нам про шестимиллионный мегаполис, а мы с вами спрашиваем, а есть ли у них телевидение, музеи и театры.

Б.ТУМАНОВ: А кто говорит про телевидение?

М.МАЙЕРС: Я спросила, ну неважно, а вы про театры.

В.МАКАРЕВИЧ: Есть телевидение, есть радио, но почему-то его, к сожалению, так много не слушают, как у нас. В машинах практически никто не слушает радио.

М.МАЙЕРС: Серьезно? А что они слушают – музыку?

В.МАКАРЕВИЧ: Нет, они едут и любуются тем, что они видят из окна. Кстати, мои друзья путешествовали по Африке, но не добрались до Дурбана, они были на другом побережье, на Атлантическом, и моя подружка сказала «Ты знаешь, даже если бы нас вообще не выпускали из машины, а просто провезли бы по Африке, нам бы этого хватило, потому что это такие красоты!» Там едешь – и все вокруг красиво.

Б.ТУМАНОВ: Валерия, вы как постоянная жительница Дурбана почувствовали, или существует ли вообще соперничество, как во многих странах мира, между крупными городами, как Кейптаун, Дурбан…

В.МАКАРЕВИЧ: Конечно.

Б.ТУМАНОВ: Да? А вот как дурбанцы смотрят на кейптаунцев?

В.МАКАРЕВИЧ: Дурбанцы смотрят на кейптаунцев как на очень высокомерных, которые очень много о себе думают.

М.МАЙЕРС: Ну понятно. Эти смотрят на дурбанцев свысока, считая их деревней, скажем так. Потом есть еще команды регби.

М.МАЙЕРС: Это как Питер и Москва.

В.МАКАРЕВИЧ: Да, абсолютно. Там все люди спортивные очень, и, естественно, Дурбан не любит команду Кейптауна, Кейптаун не любит команду Дурбана, в общем, все то же.

Б.ТУМАНОВ: Все, как у людей.

М.МАЙЕРС: Никита из Москвы спрашивает «Скажите, ЮАР по своему благосостоянию отличается от всей остальной Африки?»

В.МАКАРЕВИЧ: Да, конечно.

М.МАЙЕРС: Богаче это страна?

В.МАКАРЕВИЧ: Конечно , это отдельная страна в Африке, это страна с более развитой инфраструктурой.

Б.ТУМАНОВ: Не будем забывать, что это в общем-то не колониальная страна, там были и свои проблемы с этим апартейном, отдельным существованием белых и черных, цветных, и так далее. Но это была страна, которую южные африканцы, белые создали и культивировали.

М.МАЙЕРС: Поэтому она так и отличается, живет на другом уровне. Насть, еще вот не могу не спросить, я, конечно, понимаю, что в вас женщина победила музыканта, и вы потратили все деньги на вечерние платья с блестками…

В.МАКАРЕВИЧ: Почему? Она еще барабанчик купила.

М.МАЙЕРС: Ну вот я хочу спросить – на ваш профессиональный музыкальный слух были какие-то моменты, которые привлекли ваше внимание? Инструменты, манера пения? Может, что-то используете в будущем вашем творчестве?

Н.МАКАРЕВИЧ: Ну да, я вот купила местный барабан, мне показывали, как им пользоваться, но я забыла. На самом деле, правда, это было не в Дурбане, а в Кейптауне, мы побывали в одном из очень популярных джаз-клубов и слушали там очень хороший джаз.

М.МАЙЕРС: Ну, джаз это музыка международная, а вот именно из каких-то фольклорных вещей? Может, ритм какой-нибудь надо срочно ввести в репертуар?

Н.МАКАРЕВИЧ: Движение.

М.МАЙЕРС: А, или движение, да.

Н.МАКАРЕВИЧ: Но пока я танцую только для себя в основном.

В.МАКАРЕВИЧ: Чтоб никого не пугать, видимо.

М.МАЙЕРС: Здорово, а чай или кофе?

В.МАКАРЕВИЧ: И чай, и кофе.

М.МАЙЕРС: То есть нет приоритетов никаких? А сладости?

В.МАКАРЕВИЧ: Очень много всяких вкусных тортиков.

М.МАЙЕРС: То есть пекут?

В.МАКАРЕВИЧ: Да, везде пекут.

М.МАЙЕРС: Я думала, вы сейчас скажете, сушеные такие, сушеные сякие.

В.МАКАРЕВИЧ: А зачем сушить, когда все растет?

М.МАЙЕРС: А, то есть это неинтересно?

В.МАКАРЕВИЧ: Как-то нет. Рождественские есть такие специальные пироги, очень вкусные, типа кексов, с цукатами.

М.МАЙЕРС: Кстати, что касается рождественских, хотела этот вопрос задать, у нас одна минута осталась, вы говорили, мы не знаем, о чем целый час говорить.

В.МАКАРЕВИЧ: А мы еще ничего не рассказали.

М.МАЙЕРС: Что касается праздников, то это европейские все-таки или еще какие-то добавляются?

В.МАКАРЕВИЧ: Кстати, эта провинция была открыта Васко да Гаммой 25 декабря.

М.МАЙЕРС: То есть это одновременно и рождество и национальный праздник день открытия, да?

В.МАКАРЕВИЧ: Да, но у нас 8 марта нет.

М.МАЙЕРС: Ах, 8 марта нет. Слушайте, ну надо это исправить каким-то образом. Борис, вот теперь вы у нас ответственный, теперь вы будете создавать восьмое марта в ЮАР.

Б.ТУМАНОВ: Вы знаете, восьмое марта – это единственный праздник, который я не признаю.

В.МАКАРЕВИЧ: И я тоже не люблю.

М.МАЙЕРС: Насть, а вы?

Н.МАКАРЕВИЧ: Я тоже считаю, что восьмое марта для женщин должен быть каждый день.

Б.ТУМАНОВ: Женщин надо обожать ежедневно.

М.МАЙЕРС: А я люблю. Вот вам и пожалуйста, вот поэтому в южной Африке и нет вам никакого восьмого марта, поэтому вы и уехали туда жить. Спасибо вам огромное. Анастасия Макаревич, солистка группы «Лицей», Валерия Макаревич, жительница города Дурбана. Мы рассказывали вам историю одного Дурбана все вместе, с Борисом Тумановым тоже. Прощаемся до следующего четверга, спасибо вам.

Н.МАКАРЕВИЧ: До свидания.

В.МАКАРЕВИЧ: Спасибо огромное.





Комментарии

0

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире