И. Воробьева Здравствуйте, это программа «Чувствительно», и, как всегда, в этой студии Ирина Воробьева и Светлана Сорокина.

С. Сорокина Всех приветствую.

И. Воробьева У нас сегодня очень интересная тема – тема про тех, кто занимается благотворительностью, и как правильно этим заниматься. У нас будут эксперты, один эксперт в студии, другой с нами по скайпу, по телефону. И тема звучит: «Благотворительность как бизнес». Ну, как бизнес, как образование, как специальность. И у нас в студии сегодня директор организации CAF в России Мария Черток. Мария, здравствуйте.

М. Черток Здравствуйте.

И. Воробьева Чуть попозже присоединится к нам Анна Пучкова – это эксперт в области благотворительности, волонтерства и корпоративной социальной ответственности. Ну, вот буквально через несколько минут.

С. Сорокина Ир, а ты знаешь такую организацию, CAF?

И. Воробьева Я слышала, но никогда с ней не сталкивалась.

С. Сорокина А я сталкивалась, я давно знакома. И, кстати говоря, очень приятно, вот мы с Марией тоже давно знакомы. Я просто хочу сказать, что организация корнями из Великобритании, там она начала свою деятельность аж в 1924 году.

И. Воробьева Ого!

С. Сорокина Независимой благотворительной организацией стала в 74-м, а потом за пределами Великобритании вот уже в 90-х годах появились филиалы, в том числе в России обозначено в 1993 году. Это так?

М. Черток Совершенно верно.

С. Сорокина То есть, уже 22 года существует здесь российский филиал CAF. Что это за организация? Вот если зайти на сайт, соответственно, этой организации, можно там увидеть, что CAF работает как консультант, как организатор исследований, как организация, которая помогает ставить вот именно благотворительность как дело, как бизнес. И в том числе вот организация, где я в том числе в попечительском совете, «Линия жизни», на первых этапах CAF очень участвовал именно в становлении «Линии жизни» в том числе, насколько я помню. Правильно?

М. Черток Да, совершенно верно, «Линия жизни» начиналась как наша программа и потом уже стала независимой организацией, очень успешной сейчас.

С. Сорокина Да, это я знаю. Так вот, интересно, изначально CAF, ну, как бы определилась как организация, которая помогает другим вставать на ноги и осуществлять свою деятельность в качестве благотворительных проектов, или нет?

М. Черток Да, изначально. И надо сказать, что мне кажется, что это, наверное, была первая в мире такая инфраструктурная организация в сфере благотворительности. Наверное, неслучайно, что это произошло в Великобритании, где такие прекрасные традиции и условия для ведения благотворительности. И как по-английски мы называемся Charities Aid Foundation, по-русски можно условно перевести как Фонд помощи благотворительным организациям. И действительно…

С. Сорокина Забавно, да? Фонд помощи благотворительным организациям.

М. Черток Да, благотворительные организации тоже нуждаются в помощи. И надо сказать, что и благотворители тоже нуждаются в помощи, и надеюсь, что мы, в том числе и в России, предоставляем им эту помощь, с тем чтобы они могли, ну, для начала стать благотворительными и потом стать этими благотворителями успешно, эффективно.

С. Сорокина Потому что вот неслучайно 93-й год. Именно в это время только начинается у нас, после единственно, там, Красного Креста и Красного Полумесяца, начинается возникновение вот этих благотворительных организаций. И с чего начать, как это делать…

И. Воробьева … никто не знает же.

С. Сорокина До сих пор, кстати, это проблема, и многие не знают. Но сейчас вот, Маш, уже все-таки прошло 22 года, можно говорить, что уже научились у нас в России организовывать проекты, программы, фонды благотворительные как дело?

М. Черток Можно сказать, несомненно, что за эти двадцать с лишним лет случился огромный прогресс в этой сфере. Да, действительно, двадцать лет назад не было практически ничего, стали появляться только самые первые благотворительные организации. То есть, мы примерно такого же возраста, как сам этот сектор. Сейчас, конечно, огромное количество организаций, много опытных организаций, есть уже и донорские организации так называемые. Это и фонды благотворительные, которые распоряжаются собственными средствами, это и компании, у которых масштабные благотворительные программы. Но, конечно, большинство организаций в этом секторе маленькие, неопытные, им не хватает ресурсов, им не хватает людей. Многие из них начинающие – слава богу, есть приток новых людей, новых организаций. Поэтому, ну, на каждом новом этапе требуются другие меры по поддержке этого сектора и по помощи этим организациям.

И. Воробьева А вот эти новые, которые появляются, им на самом деле не хватает только ресурсов и людей, или им не хватает образования и понимания того, как это вообще работает?

М. Черток Им не хватает, конечно, образования, понимания, знаний, конкретных знаний и технологий для этой работы.

С. Сорокина В этом сложном деле, сложном деле. Я вот, кстати говоря, могу сказать о себе, которая наблюдала это все как просто журналист с конца 80-х, потом начало 90-х. Я помню первые телемарафоны благотворительные, и это было такой прорыв. Если помнишь… а, ты не помнишь, наверное. Были такие замечательные журналисты Тамара и Владимир Максимовы, вот они делали первый благотворительный телемарафон. Это было что-то, событие. С детским фондом Лихачева. Это было вот самое начало 90-х, по-моему, чуть ли не 90-й год. И тогда мы все воспринимали эту самую благотворительную помощь как вот, что называется, прямой мосток, да? Вот у меня есть – я тебе отдам. Вот я могу помочь – я это сделаю. Без посредников, без… в общем, все как бы просто, вот просто. Если есть широкая душа, большой карман, то можно оказать помощь кому угодно. И со временем я потом уже, посещая какие-то семинары или присутствуя на конференциях того же CAF, я вдруг поняла, как все это непросто, как все это, по большому счету, сложно, сколько требуется возможных людей, отдельных талантов, специальностей, знаний. Это все страшно трудный процесс. Но это пришло не сразу. Я думаю, что многим и сейчас кажется, что все несложно. Нет, сложно, все очень-очень сложно, особенно когда это серьезная какая-то программа и проект.

И в связи с этим вот как раз хотела спросить. Люди, которые этим занимаются, они же должны иметь какое-то специальное образование. Раньше про это не думали, но мне кажется, сейчас в мире эти специальные специалисты должны уже появиться.

М. Черток Да, с одной стороны, так. С другой стороны, по факту происходит то, что называется обучение на работе.

С. Сорокина На работе, это понятно, да.

М. Черток Хотя, конечно, многие вещи, которые требуются, многие знания, умения, опыт, который требуется в некоммерческих организациях, в благотворительности – это нормальные рыночные профессии. Требуются специалисты по коммуникациям, например, требуются специалисты по интернет-технологиям, требуются финансисты, требуются юристы. Понятно, что есть своя специфика, но, тем не менее, вот эти вот базовые вещи, они нужны так же, как и во всех других местах. Другое дело, что есть очень специальные вещи. Например, самый востребованный профессионал в некоммерческой организации называется фандрайзер – это человек, который собирает деньги так или иначе, ищет деньги. Вот с кем ни поговоришь, все ищут сейчас фандрайзера. А нету никаких фандрайзеров, никто их как бы…

С. Сорокина … не выпускает.

М. Черток Никто их не выпускает. Нельзя пойти в институт и научиться быть фандрайзером.

С. Сорокина Это такой должен быть отдельный талант, да?

М. Черток Ну, это совмещение знаний и умений и, конечно, определенного человеческого типа. Это человек, который верит в дело, на которое он собирает деньги, не видит препятствий. Вижу цель, верю в себя, не вижу препятствий. Вот это фандрайзер, да. Ближе всего, наверное, это к тому, что называется сейлзы, то есть, люди, которые умеют продавать. Но, в общем, как это? Сбор денег даже на больных детей, что, в общем, наверное, самое простое в настоящий момент, хотя тоже очень сложно – это все же не продажа носков, да? Это требует гораздо больших творческих усилий и больших технических знаний. То есть, Света, вы совершенно правы, что кажется, что все просто, на самом деле все очень непросто, и не только в смысле привлечения средств, но и вообще в том, как потратить средства, чтобы польза была, чтобы был толк.

И. Воробьева И чтобы дальше потом пришли еще люди, которые готовы дать денег, потому что в предыдущий раз вы потратили так, что все увидели, что эти деньги пошли в дело.

С. Сорокина Та самая пресловутая прозрачность, которая должна в том числе вызывать доверие у тех, кто сдал свои деньги. И то, с чем, кстати, CAF пришел в Россию, говоря о том, что должна быть эффективность и прозрачность. Раньше об этом не очень задумывались, и в связи с этим появилось огромное количество мошенников. А в последнее время серьезные проекты, конечно же, очень озабочены тем, чтобы была прозрачность, чтобы люди верили вот в это.

И. Воробьева Я хотела бы вот про образование людей поговорить, которые приходят вообще в сферу благотворительности. Ну, вот когда человек учится, не знаю, на профессию какую-то, ему нужно знать вот эти предметы, когда человек учится на врача – вот эти предметы. Когда человек приходит в благотворительный сектор, есть какие-то предметы, которые ему нужно изучить, или какие-то специальности?.. Как это происходит просто? Вот как из человека сделать специалиста в области благотворительности?

М. Черток Вы знаете, ну, это вообще в рамках благотворительности, мы начали про это немножко говорить, есть люди, которые занимаются разным.

С. Сорокина Нужны юристы, нужны экономисты.

М. Черток Да, нужны финансисты. Но это такие как бы общего плана профессионалы…

С. Сорокина Нужны пиарщики.

М. Черток Нужны пиарщики, нужны люди, которые занимаются коммуникациями, тем же сбором средств и так далее. Но вообще-то надо помнить о том, что большинство некоммерческих организаций, большинство благотворительных организаций, ну, они занимаются чем-то конкретным, да? Например, они занимаются работой с детьми с особыми потребностями. И их основной костяк специалистов, не тех, кто обслуживают эту деятельность, и тех, кто, собственно, занимаются тем, ради чего организация создана – это могут быть психологи, это могут быть люди, которые понимают про реабилитацию, это могут быть социальные работники, педагоги – целый комплекс специалистов, которые вот про это понимают. Или, не знаю, в экологической организации там будут люди, которые про лес, которые про животных…

С. Сорокина Там будет Куксин.

М. Черток И так далее. Ну, это как везде. То есть, как бы не бывает просто малого бизнеса, бывает парикмахерская, а бывает булочная, и там будут разные нужны специалисты.

И. Воробьева Да, но, в любом случае, люди, которые возглавляют эту организацию или задумали ее, придумали, сделали, они должны знать какие-то базовые вещи, что касается именно вот благотворительности.

С. Сорокина Мы это к чему? Например, действительно, не просто же юрист пришел, его пригласили, и он сел и создал устав и схему деятельности новой благотворительной программы или организации. Все равно это вот какие-то другие знания должны быть еще, мне кажется.

М. Черток Ну, это отраслевые вещи. Знаете, наверное, это как-то наивно звучит, но это как везде. То есть, как бы нет юристов вообще, есть юрист, которые про уголовное право, а есть который про семейное. Есть целая отрасль, связанная с некоммерческим правом.

С. Сорокина А, это вот некоммерческий сектор.

М. Черток И юристы про это узнают. На самом деле мы обсуждали как бы вот эти вот кадровые вопросы многократно, была такая волна обсуждений, и, в общем, пришли довольно единогласно к выводу, что, да, конечно, надо, чтобы базовый профессионализм человека, который приходит к нам на работу, соответствовал тому, что мы ищем. Но вообще-то главное – это мотивация. А доучить можно.

С. Сорокина Маш, а нет нигде, ну, не у нас, может, и у нас тоже, но за рубежом каких-то специальных учебных заведений, или факультетов, или отдельных специальностей внутри этих учебных заведений, которые готовят именно вот charity-специалистов?

М. Черток Сейчас начали появляться у нас тоже такие, ну, как бы маленькие подразделения в рамках разных вузов. Ну, вот в Высшей школе экономики, например, есть лаборатория и кафедра, связанная с этим, в частности, с исследованиями некоммерческого сектора.

С. Сорокина А за границей?

М. Черток В социальном университете есть там что-то про это. За границей тоже. Но, вы знаете, как правило, это скорее уже, ну, как бы короткие программы, связанные с повышением квалификации, то есть, для людей, которые самоопределились по жизни, что они хотят этим заниматься, и дальше у них есть возможность либо нарастить свои лидерские качества, либо заняться чем-то специализированным, тем же фандрайзингом и так далее. И в основном образование в этом секторе происходит, конечно, через какие-то короткие курсы, конференции, обмен опытом…

С. Сорокина … семинары и прочее.

М. Черток … семинары и так далее, да. То есть, скорее это уже, ну, вот в рамках профессионального развития, нежели в рамках базового образования. И я не вижу, честно говоря, в этом ничего плохого.

И. Воробьева Предлагаю подключить нашу вторую гостью, которая у нас по скайпу, если я правильно понимаю – это эксперт в области благотворительности, волонтерства и корпоративной социальной ответственности Анна Пучкова. Аня, добрый день. Слышишь ли ты нас?

А. Пучкова Добрый день, слышу вас, очень рада снова с вами поговорить.

С. Сорокина Здравствуйте.

И. Воробьева Аня, подскажи, пожалуйста, вот просто такое длинное представление было, эксперт в области вот этого всего – чем на самом деле ты занимаешься и почему ты в этом эксперт, вот как ты это делаешь? Собственно, что такое быть экспертом в этой области, я просто пытаюсь понять и нашим слушателям объяснить.

А. Пучкова На самом деле просто я создавала ряд волонтерских благотворительных проектов, являюсь учредителем фонда «Мозаика счастья», была его президентом долгое время.

С. Сорокина Это в Вышке?

И. Воробьева «Мозаика счастья» — нет, это просто фонд.

А. Пучкова Это благотворительный фонд, «Мозаика счастья». Да, в Вышке я тоже являлась консультантом по благотворительности и волонтерству, мы читали лекции для студентов Высшей школы экономики по волонтерству. И действительно очень многие отозвались, и студенты очень живо на это отреагировали. Написали нам более трех тысяч волонтерских проектов, из которых многих были действительно очень классные.

С. Сорокина Ну так вот вопрос у нас, Ань: требуется ли какое-то специальное образование, для того чтобы заниматься дальше работой в некоммерческом секторе?

А. Пучкова Вы знаете, я считаю, что обязательно нужно образование. Потому что очень многие люди считают, что благотворительность – это такая сфера, в которой достаточно только вот любить детей и хотеть им помочь, все. На самом деле благотворительность работает с самыми сложными социальными проблемами, которые, в общем-то, не решаются вот так легко. И поэтому для их решения нужен экспертный такой подход, нужно глубоко знать проблему, нужно знать, как не навредить. И действительно специалисты, которые работают много лет в благотворительности, они очень глубоко знают проблемы, с которыми они работают. Но, помимо этого, благотворительность еще требует широкого спектра навыков, потому что это очень сложное законодательство, это большое количество юридических, бухгалтерских аспектов и ограничений. Помимо этого, это очень сложный менеджмент. У меня просто три высших образования в сфере управления и менеджмента, и надо сказать, что в благотворительности, когда к тебе приходит пятьдесят волонтеров, с которыми у тебя всего две встречи, и у тебя есть всего одна возможность с ними переговорить и сделать так, чтобы все они сработали, как один… А они все из разных социальных слоев, вы не платите им зарплату, вы не нанимали их на работу, вы часто не видели полного их резюме. И вот наладить с ними отношения, наладить управление этими людьми таким образом, чтобы они работали на благо, чтобы никто из них не навредил и чтобы все получили удовольствие, это действительно очень высокий уровень профессионализма и работы.

С. Сорокина Ну, то есть, все равно вот речь идет о каких-то… то, о чем вот Мария рассказывала нам: либо повышение своего какого-то, не знаю, профессионализма, имея уже, например, три высших образования, еще в чем-то специализироваться. Потому что невозможно охватить весь сектор, да? Невозможно сделать специалиста, который был бы хорош для всего некоммерческого сектора. Правильно мы понимаем?

А. Пучкова Я считаю, что есть определенные черты, которые нужны всем специалистам в секторе – это то, что касается привлечения ресурсов, как денежных, так и человеческих, так и любых материальных и нематериальных. То, что касается, конечно, правильного ведения отчетности, работы с волонтерами – это, конечно, более или менее универсально. Но есть детальные вещи, поэтому я считаю, что, помимо обучения, очень важен еще консалтинг, то есть, консультации. И наш фонд всегда предоставлял тоже бесплатные консультации всем активистам, волонтерским движениям, некоммерческим организациям. Потому что это очень важно, у каждого есть свои аспекты, свой подход, и это им тоже очень полезно, очень помогает.

И. Воробьева Мы сейчас с Марией Черток говорили. Я напомню просто, что у нас два гостя, одна в студии – это директор CAF в России Мария Черток. И по скайпу с нами Анна Пучкова, эксперт в области благотворительности, волонтерства и корпоративной социальной ответственности. Мы говорили про мотивацию. Вот у меня к вам обеим вопрос. Мотивация людей, которые приходят в качестве тех же самых волонтеров, то есть, люди, которые не работают в этом секторе, не работают в этой организации, не получают зарплату – вот на чем строится их мотивация? И существуют ли люди, специалисты, которые с этой мотивацией тоже готовы работать, и как эти специалисты, собственно, появляются вообще? Давайте сначала Мария, потом Анна.

М. Черток Далеко не каждая некоммерческая организация работает с волонтерами, для начала. И моя позиция состоит в том, что волонтеры очень важны и очень нужны, но это не отменяет необходимость профессиональных сотрудников, людей, которые действительно понимают про проблему и умеют с ней обращаться. И волонтеров, ну, как-то… волонтеров можно допускать только к тому, к чему их можно допускать.

И. Воробьева То есть, не специалистов. Ну, то есть, не к чему-то специальному.

М. Черток Да. У нас ничего этого никак не отрегулировано, и исходим из того, что некоммерческие организации, ну, как-то разумны и понимают, что они делают. Например, в Великобритании никаких волонтеров работать с детьми вообще не пустят никогда. И там такая проверка нереальная волонтеров, прежде чем их вообще пустят к целевой группе. То есть, как правило, волонтеры там к целевой группе никакого доступа вообще не имеют. Они помогают, не знаю, сайт создавать, или деньги собирать, или что-нибудь в офисе делать, а с нуждающимися, с людьми, которые находятся в трудной жизненной ситуации, с ними работают специалисты. У нас, конечно, ничего такого нет, и волонтеры наши, как правило, мотивируются тем, что… ну, доброе дело сделать, да? То есть, для них чрезвычайно важен доступ к тем, кому они помогают, и именно это, как правило, людей мотивирует. Помочь некоммерческой организации мотивирует мало кого, их интересует помочь людям, что понятно. И как бы вся наша культура начинающаяся благотворительности основана именно на том, что мы хотим конкретным людям помогать. А вот некоммерческие организации – это просто посредники…

С. Сорокина Ну, Маш, наверное, это естественный этап такой…

М. Черток Абсолютно естественный, конечно.

С. Сорокина … который мы должны пройти, прежде чем мы подойдем к чему-то более сложному. Между прочим, вот Британия Британией…

И. Воробьева Я прошу прощения, вот я хотела дать возможность Ане ответить на тот же вопрос. Аня, ты слышишь нас, ты здесь, да?

А. Пучкова Спасибо, да, я здесь. Вы знаете, я тоже согласна, что это две очень большие группы: волонтеры, которые помогают фонду, и волонтеры, которые помогают нуждающимся. И волонтеры, которые помогают фонду – часто это профессионалы в своей области. И мотивация, вот ты говорила про те мотивации, которые есть у волонтеров, они бывают самого широкого спектра, начиная с того, что им просто интересно реализовать свои творческие способности без коммерческих ограничений, и заканчивая тем, что они, ну, не знаю, это их какое-то религиозное убеждение. То есть, полный весь спектр. И то, что волонтеры часто, которые приходят вот уже помогать нуждающимся, то есть, вторая группа, они тоже иногда даже просто хотят познакомиться с хорошими веселыми интересными людьми, они…

С. Сорокина Такой способ досуга, правда же, в том числе? Интересного, полезного, духоподъемного досуга.

А. Пучкова Абсолютно. И я не считаю, что какая-то из этих мотиваций является плохой, ровно до тех пор, пока она никак не вредит делу. То есть, самое главное, чтобы это было максимально эффективно для дела, без вреда. И я тоже согласна с Марией полностью, что волонтеров, которые работают с нуждающимися, их нужно готовить, с ними нужно проводить психологические собеседования. Иногда везет, и приходят действительно люди, которые по образованию психологи, педагоги, врачи, и с ними немного проще.

И. Воробьева Я прошу прощения, Ань, сейчас одну секунду, мы просто вынуждены сейчас прерваться на несколько минут и потом продолжим программу «Чувствительно» буквально вот спустя недолго, что называется.

НОВОСТИ

И. Воробьева Продолжается программа «Чувствительно». Я напомню, что здесь Ирина Воробьева, Светлана Сорокина, а также директор CAF в России Мария Черток у нас здесь в студии, и по скайпу с нами эксперт в области благотворительности, волонтерства и корпоративной социальной ответственности Анна Пучкова, она не в Москве, но она с нами вот здесь по такой связи.

Мы говорили про мотивация, но на самом деле я вот еще хочу о чем спросить. Вот нас сейчас с вами слушают люди, которые, например, никогда не занимались благотворительностью. И хотите ли вы, вот вы, Мария, и вы, Анна, чтобы все эти люди захотели ею заниматься? Все, вообще все, просто все. Да или нет?

М. Черток Да, несомненно.

И. Воробьева Вот так.

С. Сорокина Это, конечно, нереально, но, конечно, желание хорошее.

И. Воробьева А если все придут… я просто себе представляю, вот они придут, значит, в CAF России или вот к Ане, скажут: я хочу помогать, я хочу основать фонд помощи животным, детям, старикам, больным, инвалидам, этим, этим, этим. Такой фейерверк в головах будет. Неужели справитесь?

М. Черток Мне кажется, здесь важно подчеркнуть, что есть очень много разных способов заняться благотворительностью, и можно выбирать на вкус, что называется. И далеко не все должны создавать свои собственные благотворительные организации. У нас, в принципе, довольно много благотворительных организаций уже есть, и можно, для начала, попробовать помочь кому-то из них.

С. Сорокина Да, что и происходит, по счастью, приходят все-таки люди. Вообще вот вопрос, Мария: а насколько увеличилось количество людей, вовлеченных в благотворительность, за эти вот 22 года? Есть такое?

М. Черток Понимаете, поскольку мы считаем практически с точки ноль, то увеличилось… ну, ноль-то на что ни умножай, конечно, выйдет ноль…

И. Воробьева Если сравнивать с нулем, то везде будет сто процентов.

С. Сорокина Ну, а сколько сейчас людей заняты?..

М. Черток Вы знаете, вот наше исследование недавнее, мы исследовали только вопрос, сколько людей делают денежные пожертвования в некоммерческие организации. Отмечу, что это очень ограничено относительно как бы всех возможных вариантов занятия благотворительностью. Мы, в общем, получили, на мой взгляд, вполне ошеломляющую цифру, что около 40% населения имеют такой опыт так или иначе. Это может быть совершенно не регулярный опыт, может быть, случайно они это когда-то сделали, какое-то пожертвование, кому-то перечислили деньги. Но, тем не менее, очень большое число людей имеют этот опыт одноразово.

С. Сорокина Но насколько можно доверять этим опросом? Некоторые же просто могут соврать при опросе, для того чтобы самому себе понравиться – это же тоже…

М. Черток Ну, понятно, да. Понимаете, у социологов – я социолог по образованию – у социологов есть такое понятие, социально приемлемый, социально желательный ответ. То есть, если для людей сказать, что они делали пожертвование – это социально желательный ответ, то, в общем, это уже…

С. Сорокина Уже неплохо.

М. Черток Это уже неплохо, они понимают, что это хорошо. И, может быть, если они этого не делали, они это сделают когда-то в будущем.

И. Воробьева Аня, тот же самый вопрос. Нужны ли все-все-все-все-все в благотворительности, или на самом деле нет?

А. Пучкова Я бы, наверное, сказала, что все, наверное, сразу не нужны, потому что есть люди, которые имеют девиантное поведение. И даже если мы не говорим про конкретно, я не знаю, воров, убийц и так далее, есть люди с психическими отклонениями, есть огромное количество людей, которые просто настолько агрессивны эмоционально во всем, что они делают, что если они пойдут в благотворительность, они будут пытаться сделать все слишком быстро, слишком непрофессионально, и могут нанести большой вред. Поэтому сказать, что мы в состоянии справиться, если все вдруг решат заниматься благотворительностью, наверное, я бы так сильно не сказала.

С. Сорокина Конечно, далеко не всех можно подпускать.

М. Черток Если каждый по сто рублей в месяц перечислит в какую-нибудь благотворительную организацию, в общем, хорошо очень будет, и даже нам неважно, на каком их эмоциональном фоне они это сделают.

С. Сорокина Насколько агрессивно они перевели эти деньги.

М. Черток Да, да.

С. Сорокина Скажите, пожалуйста, а вот сегодня насколько востребована CAF как организатор? И есть ли еще подобные организации, которые помогают становлению этого дела, благотворительности? И насколько востребованы такие вот помощники, такие организаторы?

М. Черток Такие организации, к счастью, есть, кроме нас, и это, уверяю вас, не конкурентное поле, а наоборот, мы все сотрудничаем и чувствуем плечо коллег. Такие организации есть, к счастью, и в регионах тоже. Есть организации, которые называются ресурсные центры – это организации, которые, с одной стороны, помогают и некоммерческим организациям, занимаются тренингами для них, оказывают консультации, а также работают и с потенциальными благотворителями.

С. Сорокина Но это негосударственные все равно ресурсные центры.

М. Черток Да, конечно, это негосударственные ресурсные центры. Есть организации, которые называются фонды местных сообществ

С. Сорокина Вообще ужасно интересно.

М. Черток Очень местные организации, которые работают на очень конкретной территории с проблемами этой территории, вовлекая людей в их решение и приучая их к тому, что решение проблем – это, собственно, вот наше с вами общее дело, не придет никакой губернатор и для нас тут все не устроит, нашу жизнь, чтобы она стала прекрасной. И это, конечно, огромное дело, то, что они делают, именно развивая культуру благотворительности, вовлекая людей, вовлекая бизнес, малый бизнес в том числе, в вот это совместное определение проблем, поиск ресурсов, поиск решений.

С. Сорокина Я смотрела как-то годовой отчет вот какого-то фонда местных сообществ – такие разные и такие интересные проекты! И часто мелочи, но вот именно нужные в этом конкретном месте.

М. Черток Да. И в последние годы они существуют не только в крупных городах, но и даже в сельской местности, в таких неиндустриальных территориях, и это, конечно, совершенно какая-то новая волна гражданской активности в регионах, не политической, а такой настроенной на именно улучшение жизни. Вот.

А. Пучкова Мария ответила насчет организаций, которые помогают некоммерческим организациям. Я считаю, тоже это одно из самых-самых вообще важных направлений. Но при этом есть еще тоже, мне так показалось, что вопрос был насчет двух аспектов. То есть, есть организации, которые помогают людям, обществу делать пожертвования, вовлекаться в благотворительность по чуть-чуть, простыми какими-то путями – это и Благо.ру, и Планета.ру, и Нужнапомощь.ру, и Добро Mail.Ru. То есть, есть целый спектр, я наверняка сейчас кого-то забыла, сразу прошу прощения..

С. Сорокина Это именно такой сбор средств, для того чтобы помочь каким-то организациям.

И. Воробьева Нет, мне кажется, Аня имеет в виду не это. Аня имеет в виду, что все эти организации, они объясняют людям, что помогать – это просто, дают им простые механизмы, для того чтобы они поучаствовали в этом.

С. Сорокина Те, есть и те, которые непосредственно занимаются сбором средств.

И. Воробьева Все, по крайней мере, что Аня перечислила – это именно…

А. Пучкова Эти все про сбор средств, да. По волонтерам есть еще сайт Volonter.ru, который курирует Союз волонтерских организаций и движений, и там тоже можно зайти, посмотреть вакансии волонтеров, кем ты хочешь стать и так далее. То есть, есть разные площадки. Есть together.ru, просто объединение добрых людей, которые хотят решать какие-то вот небольшие, маленькие проекты своими силами.

И. Воробьева Слушайте, а скажите мне, пожалуйста, что вредит благотворительности? Ну, понятно, что когда обманывают, это, конечно, вредит. Но наверняка есть какие-то ошибки, которые люди совершают по неопытности, по необразованности, по непониманию просто.

С. Сорокина То есть, мы не про государство, которое вредит.

И. Воробьева Мы про людей, которые внезапно, вот они проснулись, решили: я буду заниматься благотворительностью. Но поскольку я не знаю, как это делать, я сейчас наляпаю ошибок и нанесу вред и благотворительности в целом, и людям, которые вообще собирают деньги на эти цели, и, собственно, тем, кому я собирала эти деньги. Какие основные ошибки людей, которые вот взяли и решили, что они хотят заниматься благотворительностью? Не те, которые жертвуют, а те, которые организовывают.

М. Черток Ой, те, которые жертвуют, у них тоже с этим нормально, с ошибками.

С. Сорокина А что вот, чем может навредить человек, который жертвует?

М. Черток Вы знаете, вы меня спросили, я не ответила, про востребованы ли наши услуги. К счастью, они востребованы, именно потому, что формируется уже класс доноров, которые заинтересованы в том, чтобы делать… заниматься благотворительностью профессионально, с пониманием того, что они делают. На самом деле навредить очень можно, ну, или, по крайней мере, потратить деньги очень зря можно очень просто. Это гораздо проще, чем потратить деньги с пользой. Дмитрий Борисович Зимин в свое время любил рассказывать анекдот, такой еврейский анекдот, в котором фигурировал Господь Бог. Не буду сейчас пересказывать весь сюжет, но там как бы мораль этого анекдота состояла в том, что деньги-то раздать несложно, а вот чудо сделать – вот как бы… И, понимаете, давайте возьмем, ну, как бы любимую тему, да? Приближается Новый год…

С. Сорокина Это да.

М. Черток Что люди считают нужным на Новый год? На Новый год все хотят быть благотворителями. Нужно устроить праздник для детей-сирот, и побольше конфет. Понимаете?

С. Сорокина Ну да, завалить. Еще мягкими игрушками.

М. Черток И мягкими игрушками. Это смешно, ну, уже в некотором смысле притча во языцех. Уже и Аня Пучкова в том числе внесла свой вклад, и много кто еще, чтобы объяснить людям…

А. Пучкова Спасибо, я стараюсь.

М. Черток У вас была отличная листовка, я была очень рада ее увидеть, она популярно объясняла, почему не надо этого делать. Но вообще-то у людей масса таких совершенно бытовых представлений о том, в чем нуждаются нуждающиеся. И ни у кого…

С. Сорокина Клише таких.

М. Черток Да. И у нас вообще-то нет желания их спросить, что им нужно, да? И что значит для них улучшение их жизни. Ну, вот благотворительные организации, они, как правило, знают, они в контакте.

С. Сорокина Они уже попрофессиональнее, да. Сейчас, кстати говоря, 1 сентября а носу, и мне очень понравилась эта инициатива, что 1 сентября призывают отказаться от дорогостоящих букетов в большом количестве, а перечислить эти деньги для, не знаю, паллиативной помощи, для тех, кто не может в школу пойти…

И. Воробьева Мне кажется, мало кто на это пойдет, честно говоря.

С. Сорокина Нет, уже многие школы откликнулись на это.

М. Черток В прошлом году, по-моему, скандал такой был приличный на эту тему, потому что действительно, как же мы лишим людей праздника, без цветов, дети чтобы без цветов…

С. Сорокина Это договариваются со школами …

И. Воробьева Чтобы школы родителям сказали…

С. Сорокина … чтобы хороший букет один подарили в классе подарили преподавательнице, а остальные деньги, ну, кто захочет – скинулись и переслали в фонд помощи, там, кому-то.

И. Воробьева Возвращаясь к ошибкам, я хочу, во-первых, и Аню спросить. Во-вторых, из вот слов Марии я сделала вывод, что лучший благотворитель – это не тот, который проснулся и решил, что я буду сегодня добрым и хочу быть добрым, вообще все уважают же людей таких, я тоже хочу таким быть, да? А тот человек, который видит, наоборот, проблему и пытается как-то что-то с ней сделать и пытается искать какие-то инструменты. Аня, поправь меня, если я не права.

А. Пучкова Ну, я сначала хочу сказать по поводу ошибок. По мне, так их есть топ-3 ошибок. Значит, это, безусловно, да, подарки в детские дома на Новый год – это просто кошмарный фейерверк из 17 елок, 19 подарков на головы бедных детей. Потом второе – это старая одежда с дырками, грязная или какие-то вещи, которые совершенно… там, крылья ангела или какое-то порванное нижнее белье, которое люди…

С. Сорокина … вместо того чтобы выбросить, отдают.

А. Пучкова Да, отдают в благотворительные магазины и пытаются даже отвезти в детские дома и так далее. И третье, что тоже постоянно появляется, и постоянно ко мне приходят на консультацию – это попытки сделать приложение для смартфонов, где каждый человек может просто выставить: вы знаете, у меня здесь рядом бабушка, которой нужна помощь. Ей нужны, не знаю, продукты или еще что-то. И просто чтобы это все без модерации попадало в это приложение и все откликались. Эта идея, она настолько зажигает всех: ой, как классно, как просто! И можно сразу запостить, и кто рядом, кто захочет, отозвался. На самом деле порождает за собой колоссальное количество проблем, потому что дальше, если это запостила не бабушка, а какой-нибудь мужчина, там, с не самыми чистыми намерениями, или даже если это просто ребята посмеялись, 15-летние подростки, а человек, я не знаю, это может быть женщина 40 лет, учительница, прочитав про бабушку, вдруг бросилась, на последние деньги купила продуктов, пришла, а там 15-летние лбы над дней посмеялись…

С. Сорокина Понятно, без проверки такие вещи, конечно, нельзя делать, разумеется.

А. Пучкова Это убивает волонтерство полностью. Таких идей, слава богу, хватает, постоянно кто-то пытается сделать такое приложение и как-то его все-таки, ну, потому что очень заманчивая идея. Но вот это, наверное, топ-3.

С. Сорокина Понятно, Ань. А скажите, пожалуйста, я уже хотела спросить вот о чем. За эти уже двадцать пять лет, которые мы прошли с самого начала 90-х, появилось что-то в России как направление, что-то очень оригинальное, что-то очень свое, то, что отличает благотворительность нашу от мировой, от других стран?

И. Воробьева Сделано в России.

С. Сорокина Да, вот такое наше что-то появилось? Или нет, мы всего лишь…

И. Воробьева ... на каком-то этапе…

С. Сорокина Да, на каком-то этапе, который, может, даже уже прошли в других странах. Что-то свое есть?

А. Пучкова Вы знаете, мне кажется, что колоссальное количество технологий в благотворительности – именно российские ноу-хау, потому что большинство западных технологий к нам неприменимы. Не все, конечно, есть те, которые можно применять, адаптировать, но ряд технологий абсолютно неприменим.

С. Сорокина Но это технологическое что-то. А вот если идеи брать, если сами идеи, что-то есть?

А. Пучкова Если идеи, вот как раз я сейчас создаю проект, я надеюсь, что в течение ближайших двух недель мы его запустим – это благотворительный аукцион встреч, обучения, услуг «Ради главного». Аналогов в мире, полных аналогов этому нет.

С. Сорокина Это что? Аукцион… не поняла.

А. Пучкова Встреч, обучения, услуг. Это когда каждый человек может выставить в качестве лота любую свою услугу. Например, я научу вас печь торт. Пойдем вместе сходим на выставку.

С. Сорокина А, вот что, понятно.

А. Пучкова То есть, каждый человек, ему есть чем поделиться, какими-то своими знаниями, своими умениями. Инструктор по йоге может провести урок йоги, учитель английского – соответственно, урок английского. И так далее. Пользователи другие делают ставки, выигравшая ставка идет на благотворительность.

С. Сорокина Спасибо, понятно. Маш.

М. Черток Мне, знаете, что пришло на ум? Есть такое уже несколько лет развивающееся движение под названием «Добрые города». Мне кажется, началось это в Питере, но я, честно говоря, не уверена. Может быть, я пальму первенства не тому отдаю. Но суть простая: это такой общегородской, не знаю, фестиваль что ли благотворительности. Есть и Добрый Питер, есть и Добрый Краснодар, и чего только нет. Они между собой вполне обмениваются опытом. Организаторами этого являются некоммерческие организации, конечно же. И это такой вот общегородской праздник, вовлекающий людей в благотворительность самыми разными способами. И мне кажется, что вот… ну, может, такое где-то еще есть, но это было местное изобретение. Я, честно говоря, не вижу ничего плохого в том, чтобы заимствовать западные технологии. Конечно же, они адаптируются так или иначе на российской почве. Те же самые фонды местных сообществ у нас выглядят совсем не так, как они выглядят в Америке или в Великобритании, но, с другой стороны, да ничего в этом плохого нет. Главное, чтобы для нас это было новое и развивающее.

И. Воробьева Мне кажется, что здесь ответ, кстати говоря… я тоже могу ответить на этот вопрос, мне кажется. Мне кажется, что в России все эксклюзивно в том смысле, что здесь законодательство выстроено таким образом, что наши благотворители, они гораздо более прокачаны в скиллах в этом смысле, чем благотворители в той среде, где попроще. У нас надо для этого быть очень сильным человеком. Законодательство, разного рода проверки, нападки и так далее. Плюс люди. Слушайте, мне кажется, что на этом этапе становления благотворительности в России… вот я вот в Европе была поражена, когда видела вот эти плакаты, как у них каждый год проходит, они же могут один процент из своих налогов перечислить в любую благотворительную организацию. У них идет целая широкая рекламная компания. И никому не стыдно просить у людей деньги, это не считается каким-то постыдством. Попробуйте у нас это сделать и что-то такое…

С. Сорокина Это целая отдельная тема еще по поводу того, как наше законодательство не благоволит к дающим, к помогающим и прочее. Здесь-то что-то поменялось, нет, Маш?

М. Черток Вы знаете, у меня такое ощущение, что мы себя вот как-то… вот эта вот наша особость, которую мы так подчеркиваем, она на самом деле не такая особенная, как нам кажется. У нас есть возможность как-то общаться с коллегами из разных стран и видеть, что там происходит. Есть страны, где очень плохие условия для благотворительности и некоммерческих организаций. Масса стран, где они ухудшаются примерно с той же скоростью, что и у нас, начиная от Индии, кончая очень благополучной, с нашей точки зрения, Канадой. Если сейчас, в принципе, ну, как бы это трудно сделать, но исключить тему с иностранными агентами и нежелательными организациями, у нас, вообще-то, не очень плохое законодательство, совсем даже неплохое, и, в общем, можно очень много чего делать. И у нас есть сейчас и налоговые вычеты для частных доноров. У нас нет ничего для корпоративных, это нас отличает как бы в нашей категории стран, но, в целом, не так все у нас и плохо.

С. Сорокина То есть, вы с оптимизмом смотрите на развитие благотворительности в России.

М. Черток Вот за тем исключением, которое мы вывели за скобки. Это исключение – это на самом деле огромный скелет в шкафу. Сейчас совершенно не предмет нашего разговора, но как бы если бы этого не было, я бы вообще…

С. Сорокина Про корпоративных, да?
И. Воробьева Нет, про иностранных агентов.

М. Черток … я бы вообще очень уверенно ответила, что, да, я смотрю позитивно.

С. Сорокина Аня, вы позитивно смотрите на будущее?

А. Пучкова Я считаю, здесь вопрос больше не самого законодательства, потому что оно действительно, в общем, не такое плохое, но правоприменительной практики. И как раз, я думаю, Мария имеет в виду, что вот этот закон об иностранных агентах, он, к сожалению, дает возможность эту практику использовать совершенно любым образом.

С. Сорокина Слушайте, ну, по «Династии», по фонду Зимина мы, конечно, это уже все поняли, во всяком случае те, кто наблюдал за процессом. Большего унижения и обиды, честно говоря, придумать было трудно, это правда.

И. Воробьева Ну что же, у нас, к сожалению, заканчивается время. Хотелось бы пожелать людям, которые хотят заниматься благотворительностью, делать это, но изучать, что называется, вопрос…

С. Сорокина Не изобретать велосипед. И помнить, что все это не так просто и нужно немножечко взять труд на себя и поинтересоваться вопросом.

И. Воробьева Да. И ваши сто рублей, которые вы перечисляете, могут просто уходить в пустоту – неужели вам не обидно? Сделайте труд над собой, подумайте и сделайте все как можно лучше.

Спасибо большое говорим мы нашим гостям – это Мария Черток, директор CAF в России, и Анна Пучкова, эксперт в области благотворительности, волонтерства и корпоративной социальной ответственности. Мы со Светланой Сорокиной с вами прощаемся до следующей недели.

С. Сорокина Спасибо!



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире