Время выхода в эфир: 30 июня 2012, 21:04

В.КАРА-МУРЗА: Здравствуйте. В эфире телеканала RTVi и радиостанции «Эхо Москвы» еженедельная программа «Грани недели». В студии Владимир Кара-Мурза. Смотрите обзор важнейших событий прошедших 7 дней и слушайте мнения экспертов и гостей нашей передачи. Итак, в сегодняшнем выпуске:
— Глава государства узнает из прессы о проведении обысков у лидеров оппозиции;
— Общественные деятели взывают к патриарху и Верховному суду о милосердии к участницам «панк-молебна»;
— В такие же июньские дни 1958 года в Москве зародилась традиция неформальных собраний у памятника Маяковскому;
— В разных регионах России вспыхивают конфликты с участием выходцев с Северного Кавказа;
— Сергей Шойгу вступил в неравную борьбу за пересмотр сомнительных сделок с земельной собственностью в Подмосковье.

В.КАРА-МУРЗА: Российские журналисты, как оказалось, служат для Кремля первоисточником информации о преследованиях оппозиционеров. Репортаж Светланы Губановой.

С.ГУБАНОВА: Своё короткое ближневосточное турне Владимир Путин завершил в Иордании. После открытия Центра для православных российских паломников президент вышел к журналистам. На вопрос главного редактора «Эха Москвы» Алексея Венедиктова об обысках и арестах оппозиционеров в Москве в рамках дела 6 мая президент, как говорится, на голубом глазу ответил: «Поверите вы или нет, но я узнал об этом из прессы». Похоже, президент Владимир Путин вообще не ведает, что творится в стране, размышляет политик Геннадий Гудков:
— Мы это проходили как раз до начала событий 90'х годов, что у нас первые лица государства проспали штурм башни в Вильнюсе, не знали о том, что войска были введены в Тбилиси, не ведали, что происходит в Средней Азии. Мы знаем, чем может это кончиться, но мы не знаем, когда. И сегодня вот эти все действия компрометируют президента. Ну как президент великой страны, который должен 24 часа держать руку на ядерном чемоданчике (не дай бог взлетит какая-нибудь сумасшедшая ракета, а то и с десяток, и он должен моментально принять решение), не информирован о массовых арестах, обысках, репрессиях в отношении лидеров оппозиции?

С.ГУБАНОВА: Специально для президента Путина сообщаем: «Марш миллионов» и столкновение на Болотной 6 мая, в результате которого пострадали совершенно невинные люди, положили начало целой череде уголовных дел по статьям «массовые беспорядки», «применение насилия в отношении представителей власти». В отношении именно представителей власти. Заметим – не людей, побитых и покалеченных полицией. В настоящий момент по делу проходят 14 человек. 11 находятся под стражей. В квартирах всех фигурантов целую неделю проходили обыски. Сейчас уже совершенно точно можно констатировать: именно наверху было принято решение сделать заметным дело о массовых беспорядках, добиться существенных результатов, во что бы то ни стало довести дело до суда. Без отмашки сверху такие решения вряд ли бы принимались. Слово политологу, президенту Института национальной стратегии Михаилу Ремизову:
— Я уверен, что он знал, и больше того – каким-то образом дал понять своим подчиненным, что массовые беспорядки не должны остаться безнаказанными.

С.ГУБАНОВА: Политики Гудковы (отец и сын) – одни из немногих во власти по-настоящему оппозиционных – засветились практически на всех митингах и шествиях, начиная с декабря месяца. Геннадий Гудков никогда не скрывал своей активной позиции, поддерживал митингующих и неоднократно заявлял, что президент и его команда идет неверным курсом. В своей статье, опубликованной в газете «Ведомости», Дмитрий Гудков пошагово расписал, что нужно делать власти, чтобы избежать революции. /Геннадий Гудков:/
— Я лично позвонил в приемную Путина, переговорил с сотрудником, который там работает, сказал, что хотел бы, если Владимир Владимирович снизойдет до этого, с ним встретиться, чтобы объяснить позицию: собственно говоря, а чего мы хотим. Просто, может быть, он действительно не знает до сих пор, чего хочет протестное движение. Может быть, мы бы договорились. Может быть, мы бы снизили накал противостояния в обществе. Но никакого ответа нет. Я так понимаю, что и не будет: ни от кремлевских руководителей, ни от самого Путина.

С.ГУБАНОВА: Абсолютно точно программа действий, расписанная на несколько лет вперед, да еще звонок от Гудкова-старшего – всё это вместе взятое могло стать лишь раздражающим фактором для путинского окружения. Кто такие Гудковы, и какое они имеют право? Результат не заставил себя долго ждать: сперва началось давление на семейный бизнес, а потом появился странный фигурант с какими-то странными обвинениями – человек с 12-летней судимостью. /Геннадий Гудков:/
— Как бы сказали герои из одного фильма: «Дело шьют».

С.ГУБАНОВА: Геннадий Гудков не скрывает иронию, хотя поводов иронизировать осталось не так много: личный охранный бизнес пришлось продать за копейки, а вот что делать с этим лжесвидетелем – пока непонятно. Власть натравила этого человека на него неслучайно: ждет, что будет дальше. Пока в прокуратуру не вызывали, следователи и дознаватели не допрашивали. Человек же с явными психическими отклонениями продолжает давать интервью всем государственным СМИ. /Геннадий Гудков:/
— Причем, у него версии такие: я – глава мафии. На второй день пишет: «Нет, Гудков – глава мафии и еще глава русской разведки, который ведет подрывную работу против Болгарии на Балканах». Потом он пишет, что «я тоже агент Гудкова, и все украденные деньги заплатил агентам в качестве гонорара по поручению Гудкова». То есть человек обладает явно, ну если не психопатийными расстройствами, то явно какое-то у него больное воображение.

С.ГУБАНОВА: Как уверяют эксперты и аналитики: Гудкова и ему подобных вряд ли тронут; скорее, попугают и оставят в покое. Слишком сильна политическая коалиция тех, кто во власти: позволят лишить депутатской неприкосновенности одного из, и по кругу пойдут другие. Рассказывает Михаил Ремизов:
— Опасаются, в том числе единороссы того, что механизм снятия иммунитета может быть использован и против них в любой момент, поэтому не хотят открывать «ящик Пандоры».

С.ГУБАНОВА: Это одно из последних заседаний оппозиционной партии ПАРНАС. На повестке дня один-единственный вопрос – давление на оппозицию: тактика и стратегия. На трибуне Борис Немцов:
— Согласитесь, это все, конечно, в чистом виде лукашенизация России. Вот этот маховик репрессий будет только раскручиваться и коснется, в том числе, и здесь присутствующих.

С.ГУБАНОВА: А это заседание другой партии — «Яблоко». Главный лозунг съезда «Мы требуем перемен». Лидер партии Григорий Явлинский выступает с политической речью:
— Главная наша задача – это готовить страну к новым выборам, которые, на наш взгляд, могут состояться в любой момент.

С.ГУБАНОВА: У Следственного комитета по-прежнему собираются неравнодушные люди. Неравнодушных быстро и регулярно сгоняют в полицейский автозак. Маховик медленно, но верно раскручивается, размышляет политик Геннадий Гудков:
— Кто не с нами – тот враг. Я думаю, что мы возвращаемся к какой-то теории заговора и врагов народа. Пока еще, слава богу, нет расстрелов, нет арестов по ночам. Они никак не могут понять, что людей выводит на улицы сама власть.

С.ГУБАНОВА: Что способно поменять ситуацию? Эксперты заявляют: да всё, что угодно. Как говорится, из искры разгорится пламя. Взять тот же список Магнитского. Вроде бы простой, символический жест, ан нет – список грозит перерасти в настоящий политический вызов, тем более что полного списка до сих пор не знает никто:
— Да, действительно, Вашингтонский обком может – он плохо руководит нашей элитой. Вот я предъявляю претензии Вашингтонскому обкому абсолютно обоснованные: они только сейчас сообразили сделать первый список Магнитского, хотя надо делать не список Магнитского, а смотреть ворованные капиталы российской элиты. Хотите, я вам скажу простую, банальную истину? Если сейчас Европа и Америка закроет въезд в страны ЕС трем тысячам российских семей, у нас моментально поменяется внутренняя политика в стране. Моментально, я вас уверяю. Вы представляете, если они сейчас потребуют объяснения от российских бюрократов: откуда у них эти нажитые капиталы, откуда у них шикарные апартаменты, деньги на университеты, на больницы. Тогда как они будут отвечать?

С.ГУБАНОВА: Светлана Губанова. Андрей Плескунов. RTVi. Москва.

В.КАРА-МУРЗА: Сегодня гость нашей студии – писатель и политик, лидер партии «Другая Россия» Эдуард Лимонов. Добрый вечер, Эдуард.

Э.ЛИМОНОВ: Добрый вечер.

В.КАРА-МУРЗА: Как, по-вашему: убедительно ли прозвучали слова президента о том, что он узнает об обысках у оппозиционеров из прессы?

Э.ЛИМОНОВ: Наверняка ему докладывают каждый день — ФСБ, МВД. Неужели в сводках МВД нет всего этого? Это он кривит душой. Против нас репрессии идут безостановочно. Наши первые аресты (первые нападения на нас) датируются 98-ым годом, то есть уже 14 лет. Что нам ожидать, когда у нас бывали времена, когда у меня находились за решеткой единовременно 53 человека. В Петербурге 13 человек… Идет процесс в Выборгском суде Петербурга об якобы участии наших товарищей в деятельности экстремистской организации, то есть запрещенной в 2007 году партии НБП. На самом деле это активисты «Другой России», а власть лишь пытается в очередной раз провести операцию политического мошенничества и судить людей за якобы принадлежность к организации, которая запрещена. Это тотальная ложь. На суде не представлено (вот идет уже несколько месяцев суд) ни единого доказательства, что они собирались в качестве активистов запрещенной Национал-большевистской партии. Это такая мелкая, гнилая ложь. Тем не менее, если моих товарищей осудят, то им грозит где-то до 3-х лет. Организаторам, то есть руководителям организации — Дмитриеву, Песоцкому — грозит, наверно, 3 года, участникам — года 2. Сейчас объявлен перерыв до 1 августа, поскольку судья, насколько я знаю, ушел в отпуск. Я был на открытии процесса — 24 марта, если я не ошибаюсь, я туда поехал продемонстрировать солидарность с моими товарищами, но в суд я не пошел, поскольку намереваюсь выступить свидетелем защиты. Как только закончит обвинение представлять свои доказательства и своих свидетелей, то я поеду опять и буду там выступать в качестве свидетелей защиты. Первое, что я скажу – что не было никакой надобности моим товарищам подвергать себя риску и собирать собрание запрещенной партии, когда есть партия «Другая Россия». В качестве таковых они и действуют – как активисты партии «Другая Россия».

Э.ЛИМОНОВ: Кроме этого у нас постоянно идут суды. Сейчас идет суд в Москве по давнему делу – это мирная оккупация приемной Министерства иностранных дел. Это много лет назад случилось. Тем не менее, людей наших уже осудили. Одного из наших товарищей приговорили к 2,5 годам по этому же делу. Многие получили условные сроки, а теперь один из наших товарищей получил (совсем недавно — несколько дней тому назад). То есть это растянулось на годы. Буквально несколько дней тому назад – 45 тысяч штрафа. Теперь новомодное такое наказание: вместо тюремного заключения (или условного) дают штраф. Во Владивостоке у нас только что закончился суд со штрафами непомерными — 350 тысяч и другому парню — 150 тысяч. То есть вот если говорят, что против, как я их называю, буржуазных лидеров обрушились репрессии, то против нас репрессии идут уже второй десяток лет. У нас за решеткой сейчас опять 9 человек.

В.КАРА-МУРЗА: Спасибо. Напомню, что сегодня гость нашей студии – писатель и политик Эдуард Лимонов.

В.КАРА-МУРЗА: Алексей Навальный, помимо незаслуженных ярлыков, удостоился и вполне респектабельного кресла.

В.КАРА-МУРЗА: Очередное собрание акционеров «Аэрофлота» завершилось сюрпризом: в новый состав Совета директоров компании, чей контрольный пакет уверенно держит государство, вошел один из лидеров оппозиции Алексей Навальный. Его кандидатура, выдвинутая Национальной резервной корпорацией, была поддержана голосами акционеров, чьи права он давно активно защищает. На пользу стране пойдет новое место приложения сил оппозиционера, уверен журналист Николай Усков:
— «Аэрофлот», как мне кажется, достаточно успешная компания; одна из самых динамично развивающихся российских и европейских компаний. Я предполагаю, что это, в общем, только поднимет престиж «Аэрофлота». Человек, который представляет Россию в списке 100 самых людей мира по версии журнала Time — Алексей Навальный, безусловно, очень хорошо будет смотреться в Совете директоров компании, которая является лицом России.

В.КАРА-МУРЗА: Детальной программы работы в Совете «Аэрофлота» у Навального нет – он планирует войти в состав комитета по аудиту и обсудить свою давно обнародованную корпоративную программу управления. Несоразмерным потенциалу политика считает его неожиданное вхождение в менеджмент бизнес-структур диссидент Валерия Новодворская:
— Возможно, Навальный проследит: самолет не украдут, не угонят. А вот как это скажется на его оппозиционных настроениях: не остепенится ли он? По-моему, это отчасти попытка его подкупить и успокоить, чтобы он сидел где-нибудь в офисе, в хорошем костюме, при галстуке и по улицам не таскался.

В.КАРА-МУРЗА: Сам фигурант недавних обысков говорит, что избрание в Совет «Аэрофлота» не означает его ухода из политики. Оно связано исключительно с его компетенцией в области корпоративного права, а не с политическими взглядами. Никакими рисками для «Аэрофлота» приход борца с коррупцией не грозит, взаимную выгоду всех участников возникшей комбинации отмечает писатель Дмитрий Быков:
— Я думаю, это, скорее, поможет «Аэрофлоту», выправив очень сильно его имидж. Навальному это только придаст легитимность, а с коррупцией он хорошо борется и так.

В.КАРА-МУРЗА: В эфире программа «Грани недели», в студии Владимир Кара-Мурза. Продолжим наш выпуск через несколько минут.

В.КАРА-МУРЗА: В эфире программа «Грани недели», в студии Владимир Кара-Мурза. Продолжаем наш выпуск. Страна все глубже погружается в затянувшийся конфликт между ортодоксальным клерикализмом и здравым смыслом.

В.КАРА-МУРЗА: Церковь не будет вмешиваться в дело «Pussy Riot», в частности, в решении вопроса об их освобождении из СИЗО — так отреагировала патриаршая пресс-служба на открытое обращение российских деятелей культуры и искусства в защиту арестованных участниц группы: Надежды Толоконниковой, Марии Алехиной и Екатерины Самуцевич. В непричастность церкви к преследованию узниц совести верит журналист Максим Шевченко:
— Церковь их и не преследует, естественно. Их преследует власть. Я считаю, что власть обязана прекратить преследование в том виде, в каком оно существует. Их надо освободить уже давно и закончить этот суд. Мне непонятно, что там еще надо выяснять, держа их в тюрьме, в конце концов.

В.КАРА-МУРЗА: Куда большую активность проявила пресс-служба в защиту репутации РПЦ, якобы задетой организаторами премии «Серебряная калоша», в числе прочих присужденной Владимиру Гундяеву (это мирское имя патриарха Кирилла) «за непорочное исчезновение часов». Деликатно относиться к чувствам верующих призывает владелец «Независимой газеты» Константин Ремчуков:
— Если люди почувствовали себя оскорбленными… А я знаю многих, я был на этой «Серебряной калоше», которой не аплодировали, и округлили глаза, что они причастны к этому, хотя до этого они были абсолютно светскими персонажами. Видел, как 4 относительно молодых человека, очень известных (из журналистко-глянцевой, телевизионной тусовки), встали и ушли в знак протеста с этой церемонии. Они же ни с кем не проводили дискуссию, не кричали ничего – они были оскорблены. Поэтому я считаю, что вот в этом и деликатность этих отношений, что оскорблять не надо, потому что оскорбление – это не то, что ты должен доказать, что это оскорбительно. Оскорбление – это моральная категория.

В.КАРА-МУРЗА: В апреле на сайте патриархии была опубликована фотография предстоятеля РПЦ (доселе отрицавшего использование дорогих подарков) без часов на руке. При этом их отражение на поверхности стола на фотографии оставалось Девальвацию религиозных чувств граждан отмечает журналист Павел Гусев:
— Кто в этом виноват? Не «Серебряная калоша». Ведь не они выдумали ни часы, ни квартиры, ни еще что-то. Вообще чувство юмора должно присутствовать всегда. И на месте этих часов, которые исчезли, в патриархии нужно было назвать какого-то компьютерщика и сказать: вот этот вот будет и каяться, и его посадят на колени, и будет молиться; и его отправят в такой приход — медвежий угол — чтобы он там почувствовал всю прелесть, как с руки патриарха часы снимать.

В.КАРА-МУРЗА: Глава пресс-службы патриарха, дьякон Александр Волков называл «скоморошничеством» вручение предстоятелю РПЦ «Серебряной калоши». Вмешиваясь в подобные скандалы, церковь дискредитирует сама себя, предупреждает историк Николай Усков:
— Авторитет среди верующих она едва ли таким образом теряет, потому что верующий есть верующий: он легко отделяет патриарха (иерархию) от собственно содержания религии. В обществе, да – церковь, как мне кажется, себя этим дискредитирует. Из института благопристойного, респектабельного, который способен в трудный момент сказать правду, чему-то научить, повести за собой, она превращается в какой-то реакционный, мракобесный институт а ля идеологический отдел ЦК КПСС, которые не будет вызывать, мне кажется, у просвещенной, динамичной части общества никакого почтения и уважения.

В.КАРА-МУРЗА: Отмежевываясь от призывов к физической расправе над участницами панк-группы, пресс-служба РПЦ, тем не менее, признает необходимость покарать организаторов церемонии вручения премии. Отделять институт Церкви от подлинной религиозности призывает диссидент Валерия Новодворская:
— Верующие должны разобраться: во что они верят? В этот давно уже существующий отдел «Единой России» (по идеологии) под названием РПЦ или в Христа? По-моему, у Христа ничего общего с Кириллом Гундяевым нет.

В.КАРА-МУРЗА: Напомню, что гость нашей студии – писатель и политик Эдуард Лимонов. Эдуард, как вы думаете, поможет ли освобождению участниц «панк-молебна» коллективное письмо интеллигенции?

Э.ЛИМОНОВ: Я полагаю, это, во всяком случае, показывает отношение нашей интеллигенции к этому делу. Это уже хорошо, что хотя бы власть будет видеть конкретных людей за вот этим призывом к смягчению судьбы девушек. Меня никто не просил подписать, но я бы, наверно, тоже подписал, безусловно. Я вообще считаю, что государство должно было бы вести себя по отношению к церкви более сурово и твердо. Они себе захватили огромные территории, недвижимое имущество, им возвращают церкви, они себя возомнили Господом Богом на Земле, хотя они всего-навсего те, кто выдают себя за его представителей, не более того. Я считаю, что церковь очень неумна. Ну надо было этот конфликт быстро затушить, быстро каким-то образом (наверно, административно) наказать этих девушек и давно отправить по домам. Никто бы сейчас ни о чем не говорил. А в результате мы имеем социальный скандал. Это не политический скандал, заметьте. Я вот особенно не вмешиваюсь в этот скандал, потому что, на мой взгляд, это не совсем мое дело. Это дело самих граждан – разобраться со своей церковью, со своим государством. Я поэтому немножко стою в стороне и правильно, я думаю, делаю; потому что я же не могу в каждом скандале каким-то образом принимать сторону. Я считаю, что церковь повела себя заносчиво, высокомерно и глупо. И продолжает себя так вести. У нее и так репутация плохая: она – церковь для богатых, она жирная, она ездит на Мерседесах. Уже не на Мерседесах, а на Лексусах, извините. Но в 90'х годах на Мерседесах. Она не церковь для бедных. России нужна была бы (и сейчас) церковь для бедных, вот тогда она пользовалась бы огромной популярностью и могла бы даже возглавить социальную борьбу. А сейчас все на нее смотрят, как на такого пуделя у сапога власти, который лает по приказу.

В.КАРА-МУРЗА: Спасибо. Напомню, что гость нашей студии – писатель и политик Эдуард Лимонов.

В.КАРА-МУРЗА: Новый подмосковный губернатор приобретает репутацию непримиримого борца с коррупцией.

В.КАРА-МУРЗА: Сергей Шойгу демонстрирует революционный стиль управления вверенным ему регионом. Не ограничившись радикальной сменой Сергиево-Посадской верхушки, он поручил Следственному комитету разобраться с фактами перевода лесного фонда престижнейшего Одинцовского района в земли населенных пунктов. Успешно бороться с незаконным оборотом Подмосковных земель желает новому губернатору Константин Ремчуков:
— Мне кажется, что Сергей Шойгу будет работать в этом направлении, потому что это вопиющее безобразие. Помню, я его встретил 9 мая на приеме в Кремле, и перед приемом он был страшно расстроен. Мы стояли с Эльвирой Набиуллиной, он подошёл и прям был не в праздничном настроении. Мы говорим ему: «Сергей Кужугетович, что такое? "
Он говорит: «Вот представляете? Пока я здесь стою, там тысячи гектаров леса уходят из моей юрисдикции «. А у него инаугурация 11 мая, а 9-ого он стоит и говорит: «Вот сейчас подписывается и подписывается «. Конечно, это оскорбление будущего губернатора. Во-вторых, это, я так понимаю, очень сомнительные все, судя по той информации, которая получилась, сделки – оффшоры замешаны. Поэтому, я бы пожелал Сергею Кужугетовичу успехов в этом деле.

В.КАРА-МУРЗА: На совещании в администрации Подмосковного Жуковского Шойгу поручил наказать ответственных за незаконную вырубку Цаговского леса и немедленно возместить ущерб на пострадавшей территории. Готовиться к затяжному противостоянию призывает губернатора журналист Павел Гусев:
— Ему нужно усилить свою охрану, ему нужно очень внимательно задуматься, что на него будут где-то сейчас пытаться найти компромат, сливать этот компромат. И вообще против него начнут войну некие люди, которые обогатились до него в этот период. Это опасные фигуры и опасные игроки, но я знаю, что Шойгу – очень сильная, очень яркая и очень честная фигура, и против него просто вот так просто эти штучки не пройдут. Но опасаться, в любом случае, нужно, потому что всегда врага нужно знать заранее и планировать те действия и противодействия, которые могут возникнуть в этих случаях.

В.КАРА-МУРЗА: Неожиданные инспекции главы региона в горячие точки региона Подмосковья – лишь часть его новой стратегии. Шойгу поручил районным бюрократам возродить институт общественных слушаний, общаться с жителями напрямую, а все проблемы сообща решать с местными активистами. Вступив в единоборство с коррупцией, политик всегда рискует, уверен историк Николай Сванидзе:
— Я на самом деле готов поздравить Сергея Кужугетовича. Он вообще решительный человек. Я готов поздравить его с этим шагом, это смелый шаг, мужской.

В. КАРА-МУРЗА: В эфире программа «Грани недели», в студии Владимир Кара-Мурза. Продолжим наш выпуск через несколько минут.

В.КАРА-МУРЗА: В эфире программа «Грани недели», в студии Владимир Кара-Мурза. Продолжаем наш выпуск. Пять с лишним десятилетий назад в столице возникло уникальное место встреч свободолюбивых людей.

В.КАРА-МУРЗА: Традиция превращения площади Маяковского в место мирных собраний инакомыслящих возникла 28 июня 1958 года в день открытия памятника великому поэту. По окончании официальной церемонии собравшиеся, вдохновленные общей атмосферой оттепели, продолжили торжество поочередным чтением стихов. Притягательность фигуры поэта для нескольких поколений соотечественников понятна писателю Михаилу Веллеру:
— Маяковский был наиболее политизированным из всех писателей и поэтов своей эпохи. Одновременно он был изгоем в современной ему литературной среде. И трансформация походов поэтов к памятнику в походы политических бунтарей к памятнику совершенно симптоматична и логична.

В. КАРА-МУРЗА: Тогда и зародилась традиция легендарных шестидесятнических чтений, а площадь вокруг памятника Маяковскому превратилась в своеобразный Гайд-парк. На поэтические вечера к памятнику собирались известные литераторы, студенты, молодежь. Здесь завязывались философские и политические диспуты, формировались кружки. Знаковым для протестных настроений стало место вокруг памятника, по мнению историка Николая Ускова:
— Маяковский, безусловно, как авангардный революционный поэт, символ всего неудобного, протестного, молодого. Но, тем не менее, у нынешнего поколения, наверное, свои символы. Все-таки Маяковский – это уже давно, а люди, которые выходят на площади сегодня, я даже не уверен, что читали Маяковского.

В. КАРА-МУРЗА: Неформальные сходки не прекращались у памятника Маяковскому до 1961 года. Им не помешало даже строительство транспортного туннеля, разгрузившего Садовое кольцо. Под негласный запрет они попали только в ходе оперативных мероприятий в связи с очередным 21 съездом КПСС. Завсегдатаи собрания у памятника отныне рисковали быть подвергнутыми обыскам и исключению из институтов. Некоторые из них выросли в активистов диссидентского движения и даже, подобно Владимиру Буковскому и Эдуарду Кузнецову, получили лагерные сроки по ложным обвинениям. Сегодняшнее общество по уровню развития гражданских свобод недалеко ушло от современников открытия памятника Маяковскому, считает писатель Леонид Млечин:
— Я это событие помнить не могу, потому что я родился всего за год до этого, и годовалым меня родители к памятнику Маяковскому не водили. Но сам факт, что спустя 54 года мы все еще интересуемся тем, где и как инакомыслящим собираться, могут ли они что-то говорить или не могут, до какой грани они могут дойти, и за какой последует появление людей в мундирах с дубинками, свидетельствует о том, что прогресс в нашей стране очень медленный.

В. КАРА-МУРЗА: Попытка возродить вольнодумную традицию была предпринята в 1965 году, но жестко пресечена властями. Новый толчок к активизации стихийных митингов на площади Маяковского дала горбачевская перестройка. 2 марта 90-ого года здесь состоялся организованный Демсоюзом несанкционированный митинг, посвященный годовщине февральской революции 17-ого года. Его участники были разогнаны милицией, а несколько человек задержаны. Легендарная традиция мирных поэтических собраний не дожила до наших дней, сожалеет историк Николай Сванидзе:
— В современной России, если говорить о памятнике Маяковскому, то никакой традиции с ним уже не связано, всё забыли. И потрясающие поэты (оттепельные) практически почти все, кроме Евгения Евтушенко (дай ему Бог здоровья), ушли из жизни. А что касается интеллигентских объединений, интеллигентской общественной активности, то вот последние месяцы она напомнила о себе. Эта традиция, похоже, не умерла.

В. КАРА-МУРЗА: Монументы поэтов имеют обыкновение превращаться в символы сопротивления режиму, напоминает диссидент Валерия Новодворская:
— Маяковский, как это ни парадоксально, стал прибежищем оппозиционной мысли. Сначала там читали стихи Маяковского, потом вообще стали читать стихи — свои. А потом оказалось, что там и Буковский у этого памятника тусуется, и даже некоторые осужденные потом молодые поэты. Так же, как с Пушкиным. Пушкин стал прибежищем первых демонстрантов в 65-ом году. Это имеет хорошую перспективу, потому что за неимением нормальных оппозиционных политиков, около которых хочется постоять, у нас есть некие поэты. Давайте будем стоять около них.

В. КАРА-МУРЗА: В наши дни площадь, возвратившая первоначальное называние Триумфальная, стала ареной гражданских акций протеста в защиту свободы собраний, гарантированных 31-ой статьей Конституции России. Вот уже 3 с лишним года 31 мая 2009-ого, ровно в 18.00 каждое 31-ое число на площадь выходят активисты «Стратегии-31». У нынешнего поколения возникли собственные традиции, связанные с историческим местом, считает политолог Николай Злобин:
— Молодежь не знает этих традиций и поэтических собраний там, и митингов, и выдающихся советских поэтов, которые читали там стихи. Об этом мало, кто знает. Но, я считаю, что традиция здесь сформировалась другая. Разгон каждое 31-ое на этом месте, я думаю, стал новой российской традицией. Молодежь эту традицию знает, и, скорее, в будущих учебниках по новейшей российской истории будут упоминаться не 60-е годы и Евтушенко, Вознесенский, стоящие на пьедестале рядом с Маяковским, а Людмила Алексеева, которую там пытались загнать в автозак.

В. КАРА-МУРЗА: Все несанкционированные выступления на Триумфальной в последние годы заканчивались массовыми задержаниями их участников милицией. Большой резонанс получило участие в акции 31 декабря 2009 года Людмилы Алексеевой. В тот же день на площади был задержан случайный прохожий Сергей Мохнакин, который стал первым осужденным защитником 31-ой статьи Конституции. Неслучайным считает выбор места для протестных акций журналист Максим Шевченко:
— Сегодня там собираются «лимоновцы» каждого 31-ого числа, по преимуществу. Маяковский – поэт свободы, революции, левого марша; поэт, бичевавший мещанские и буржуазные пороки. Маяковский связан вечно с молодостью и с такой яростью, страстью. Думаю, что это все подтверждает целостность образа Маяковского.

В. КАРА-МУРЗА: Вплоть до октября 2012 года московские власти отказывались санкционировать акции, проводимые в рамках «Стратегии-31», под предлогом проведения на Триумфальной площади других мероприятий, многие из которых организовывались прокремлевскими молодежными движениями. В середине августе 2010 года мэрия Москвы объявила о начале строительства подземной парковки на Триумфальной площади, что препятствовало проведению на ней каких-либо мероприятий. Тем не менее, численность участников по-прежнему исчисляется сотнями, причем их состав с каждым разом молодеет. Потенциал молодого поколения требует выхода вовне, уверен писатель Дмитрий Быков:
— Тот нереальный интерес, который вызывают сегодня лекции, митинги, поэтические вечера – это, конечно, предвестие новых, замечательных времен. Я думаю, что нам бы стоило открыть еще один памятник Маяковскому. Но не памятник горлану-главарю, который там стоит в исполнении, по-моему, Кибальникова, а Маяковскому более домашнему, может быть, более влюбленному, более трагическому, может быть, более авангардному. Правда, хороших поэтов у нас много, так что, думаю, что за памятником и за местом сбора дело не станет.

В. КАРА-МУРЗА: Неуважение властей к традициям, связанным с площадью Маяковского, удручает журналиста Павла Гусева:
— Во-первых, памятник обнесен забором, и собраться возле этого памятника сегодня просто невозможно для того, чтобы почитать стихи. И надо сказать, что сами по себе эти посиделки – их пытаются возобновить. Были попытки постоянно, то в политехе, то в ЦДЛе, но, в конечном счете, все расходится по каким-то квартирам. Сейчас вот смотришь фильм про Виктора Цоя: ведь все основные его какие-то философские вещи – это квартира, посиделки. Вот они сидят, курят, разговаривают, смеются, начинают петь, о чем-то говорят, что-то мыслят. Сегодня, я так полагаю, то же самое происходит в интернете, когда люди в контакте уходят от памятников, от аудитории, садятся в свои каморки, и вдруг оказываются перед лицом всего мира – земного шарика.

В. КАРА-МУРЗА: Особую жесткость власти проявили в связи с предновогодними акциями 31 декабря 2012 года. В этот день были задержаны выходившие с санкционированного митинга на Триумфальной лидеры протестного движения. В новогоднюю ночь все они были осуждены на сроки от 5 до 15 суток ареста. Символом свободы стало культовое место для нескольких поколений россиян, уверен экономист Сергей Алексашенко:
— В современной традиции Триумфальная площадь – это синоним «Стратегии-31», символ борьбы людей, граждан России за свободу собраний, за свободу слова. Собственно говоря, странно было бы сегодня искать какое-то другое символическое значение этой площади. И обращает на себя внимание, что при всех разговорах о переименованиях улиц, переулков, площадей Москвы, никто не ставит вопрос о сносе памятника Маяковскому. Так что как-то смирились с этим, и готовы воспринимать, и даже Владимира Владимировича первого как символ свободы.

В. КАРА-МУРЗА: Напомню, что гость нашей студии – писатель и политик Эдуард Лимонов. Скажите, пожалуйста, почему вы выбрали именно Триумфальную площадь — бывшую площадь Маяковского — как арену для протестных акций «Стратегии-31»?

Э.ЛИМОНОВ: Там было несколько причин. Одна из них – это то, что традиционно площадь Маяковского была местом (еще в 60-е годы) молодежных сходок, чтения стихов. Потом там зародился первый протест. Туда приходили молодой Владимир Буковский, Юрий Голонсков, который потом погиб в лагере. Первые диссиденты — молодежь — читали там свои стихи. Кроме этого, было рациональное, прагматическое понимание того, что такое площадь Маяковского. Это, во-первых, совершенно завершенный архитектурный ансамбль. Очень красивый, кстати говоря. Если у нас кто не понимает – она красивее любой Пушкинской. Она очень органична в городе: такая, в форме каре. Одновременно мы думали: эта площадь далеко от нервных центров государства, и поэтому и был шанс добиться того, чтобы там было возможно проводить мирные митинги, согласно 31-ой статье Конституции. Потому что мы думали: Манежная близко к Кремлю и Госдуме, будут упираться. А тут она как бы вдали от многих вещей и одновременно в центре города. Вот мы подумали (я и мои товарищи) в январе 2009 года, и первые уведомления были поданы именно туда. А потом это превратилось уже в традицию. Сейчас это уже традиция: хотим мы этого или нет. К тому же я считаю, что это во всех отношениях очень выгодное место, овеянное исторической славой (исторических ветров славой) протеста. И само ее название, даже новое, звучит здорово и не вызывает возражений – Триумфальная площадь.

Э.ЛИМОНОВ: Почему я всегда выступал исключительно за несанкционированные митинги? Не потому, что мы хотим, чтобы они были несанкционированными, а потому что, когда митинг несанкционирован, мы бросаем вызов власти, она это понимает и относится к этому серьезно. А любой санкционированный митинг она воспринимает как жест поклонения, смирения. Так она у нас устроена. Власть наша российская в основе своей абсолютистская. Традиции ее восходят своими корнями в Средние века, к какому-нибудь Ивану Грозному. Она не изменилась, ничуть. Она приняла какие-то внешние атрибуты современности. Ходят в костюмах, не в шубах и огромных шапках бояре, как во времена Ивана Грозного, а в цивильных костюмах: атласные галстуки, рубашки от Brioni, костюмы от Brioni и прочее. Но суть ее очень средневековая, гнусная. Почему надо от нее избавляться рано или поздно? Потому что она просто не изменилась. Она ничуть не изменилась. Вот и сейчас она не изменилась.

Э.ЛИМОНОВ: Это же, знаете, этот жест: и регистрацию партий она облегчила. Ну посмотрите – сатанинский жест: вы хотели партий, давайте, мы вам 180 зарегистрируем. Это же жуткая пощечина, издевательство, а наши бегут, расталкивая друг друга локтями: да, мы готовы регистрироваться, мы тут власть. То есть тема 31-ой статьи стала еще более актуальной, чем когда мы ее начинали. И, к сожалению, очень неловкие люди, взявшиеся у нас руководить массовыми волнениями, привели нас к ситуации, которая хуже той, которая была до массовых волнений. Ведь принят этот репрессивный закон только потому, что эти люди не смогли обеспечить победу. Если бы была победа, мы бы имели все. Я бы первый приветствовал, кто бы это ни сделал. Но победы нет. И более того: вы посмотрите, как ужесточили риски для нас? Теперь я пойду, и мне, наверно, 300 тысяч (или сколько там?). Я платить не буду, нечем платить. Но этого «добились» те неумелые вожди, которые водили людей за нос 6 месяцев. У нас проблема лидеров оппозиции. Она у нас была и в 1993 году, когда восставали так называемые красно-коричневые. Я сейчас не оцениваю политически никого. Я просто хочу сказать, что есть проблема лидеров (и тогда, и сейчас), которые не готовы дойти до конца, не готовы вести серьезную политическую борьбу. Это слабость лидеров, а массы у нас то, что надо. Они годятся прекрасно. К любым революционным изменениям они готовы. Но не надо революцию сразу с отрицательным знаком воспринимать. Нам сейчас, как никогда, нужна действительно резкая, быстрая и умная революция.

В. КАРА-МУРЗА: Большое вам спасибо за участие в нашей сегодняшней программе. Напомню, что гостем нашей студии был писатель и политик Эдуард Лимонов – лидер партии «Другая Россия».

В. КАРА-МУРЗА: В России то и дело возникают кровопролитные стычки с участием выходцев с Кавказа.

В. КАРА-МУРЗА: Губернатору Никите Белых пришлось лично гасить конфликт в поселке Демьяново, который начался с того, что дагестанец — владелец пилорамы — поссорился в кафе с местным жителем. В результате произошла массовая стычка со стрельбой между коренными жителями и осевшими здесь дагестанцами. Неизвестные полностью сожгли злополучное кафе, а для предотвращения кровопролития пришлось прибегнуть к услугам полиции, оцепившей территорию пилорамы. Социальную подоплеку инцидента в Кировской области подчеркивает Константин Ремчуков:
— Просто так получилось, что у нас сейчас больше всего бесконтрольных денег на Кавказе, а там жить – не сахар, на самом деле. Жить на самом деле можно здесь у нас, в России, поэтому люди и едут, берут лесопилки, выгодные участки бизнеса, торговые центры, подчиняют себе эти рынки. Они очень сплочены: 20-30 человек в 5 минут могут организоваться, и поэтому это есть точка напряжения, на которую, конечно, власть должна обратить внимание.

В. КАРА-МУРЗА: Незадолго до этого главе Чечни Рамзану Кадырову потребовалось вмешаться в противостояние московского ОМОНа, пришедшего с обском в общежитие Государственной классической академии Маймонида и группы выходцев с Кавказа. Взрывоопасность подобных конфликтов насторожила журналиста Павла Гусева:
— Произошла, действительно, неприятнейшая криминальная история, когда парень начинает орудовать ножом, другие начинают стрелять, третьи – разбегаться, четвертые – бить в морду. И я хочу сказать, что это – самое опасное для общества.

В. КАРА-МУРЗА: Злым умыслом ксенофобов объясняет антикавказскую кампанию журналист Максим Шевченко:
— Я так думаю, что это специально сейчас организуется кем-то (интересно подумать, кем) некая кампания по выдавливанию из политического пространства, в частности, того же Рамзана Кадырова. Поэтому все время вбрасываются в информационное поле такие сводки якобы о конфликтах между русскими кавказцами.

В. КАРА-МУРЗА: От избирательных действий исключительно против кавказцев предостерегает полицию историк Николай Сванидзе:
— Эти действия со стороны полиции должны быть по всему периметру, независимо от того: чеченские это студенты, или монгольские, или русские, или грузинские – какие угодно. Просто нужно следить за соблюдением закона, независимо от этнического происхождения тех людей, которые этот закон нарушают.

В. КАРА-МУРЗА: Целенаправленность антикавказской кампании, развернувшейся в прессе, настораживает диссидента Валерию Новодворскую:
— Это какая-то артподготовка для того, чтобы заставить примириться с сатрапами, типа Рамзана Кадырова, которые творят свои безобразия на Кавказе; и для того, чтобы, простите, делать то, что давно уже делает путинская власть – разжигает межнациональную ненависть и вражду.

В. КАРА-МУРЗА: Несовпадение культурных традиций конфликтующих сторон отмечает историк Николай Усков:
— При столкновении двух культур может, в принципе, проливаться кровь. Правоохранительным органам надо больше заниматься профилактикой подобных преступлений, подобных столкновений, потому что они будут еще более жесткими. И это будут столкновения не только с выходцами из Дагестана или Чечни, это будут столкновения, конечно, с выходцами из Таджикистана, Узбекистана – их тоже очень много.

В. КАРА-МУРЗА: Отсутствие внятной концепции межнациональных отношений ставит в упрек властям писатель Дмитрий Быков:
— Если в стране нет национальной политики, она выстраивается силовыми и довольно отвратительными методами. Если пустить на самотек и далее настоящую реальную жизнь в России, это будет только прогрессировать.

В.КАРА-МУРЗА: Это всё о главных новостях уходящих 7 дней. Вы смотрели и слушали программу «Грани недели». В студии работал Владимир Кара-Мурза. Мы прощаемся до встречи через неделю. Всего вам доброго.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире