Время выхода в эфир: 27 июня 2015, 21:05

В.Кара-Мурза Здравствуйте, в эфире радиостанции «Эхо Москвы» еженедельная программа «Грани недели», в студии Владимир Кара-Мурза. Слушайте обзор важнейших событий прошедших 7 дней и анализируйте мнения экспертов и гостей нашей передачи. Итак, в сегодняшнем выпуске:

— исполненным ложного пафоса выдался в этом году традиционный День памяти и скорби;

— означают ли штрафные санкции в адрес фонда «Либеральная миссия» сигнал о его нежелательности?

— возможен ли на московском референдуме о памятнике Дзержинскому перевес сторонников его восстановления?

— в такие же июньские дни 1988 года открылась 19 партконференция.

В.Кара-Мурза Соединённые Штаты Америки не хотят, чтобы Россия сохранилась, как государство, считает бывший директор ФСБ Николай Патрушев. «Мы обладаем огромными богатствами, а американцы считают, что мы владеем ими незаконно и незаслуженно, потому что, по их мнению, мы ими не пользуемся так, как должны были бы пользоваться», — заявил он в интервью газете «Коммерсант». Секретарь Совета безопасности в связи с этим напомнил слова, приписываемые экс-госсекретарю США Мадлен Олбрайт, о том, что России не принадлежит ни Дальний Восток, ни Сибирь. Недипломатичным считает заявление Патрушева журналист Шод Муладжанов:

— В нашей стране чиновники постоянно бегут впереди паровоза и очень хотят, чтобы этому паровозу очень понравилось, как они бегут, стиль их бега чтобы понравился обязательно. Они очень часто потом попадают сами под этот паровоз. Мне кажется, это как раз тот самый случай.

В.Кара-Мурза Недипломатично оценивает дипломатические способности чиновника публицист Артеймий Троицкий:

— Я думаю, что Николай Патрушев просто дурак. Как в каких-то фильмах было: «Дядя, а вы дурак?» Потому что понятно, что если государство под названием Россия существовать не будет, то большая часть этой России отойдёт другому государству под названием Китай. И в этом случае в мире останется одна сверхдержава. Эта сверхдержава будет вовсе не Соединённые Штаты Америки, а Поднебесная. Американцы это прекрасно понимают, поэтому они очень заинтересованы в том, чтобы государство российское сохранялось и желательно примерно в тех же объёмах, что и ранее.

В.Кара-Мурза Не считает чиновника выразителем своих интересов писатель Виктор Шендерович:

— Ни с точки зрения дипломатии, ни с точки зрения здравого смысла недопустимо, чтобы люди такого одноклеточного уровня как Николай Патрушев возглавляли Совет безопасности ядерной державы и говорили от имени огромной страны. Совершенно недопустимо, чтобы такие одноклеточные существа определяли нашу жизнь, жизнь континента и мира.

В.Кара-Мурза Вполне допускает такую риторику журналист Максим Шевченко:

— Это политическая позиция, политическая оценка. Не вижу тут никаких проблем. Считаю, что Николай Платонович даёт достаточно точную оценку политическим целям американского руководства. Они не хотят, чтобы это было государство. Они хотят, чтобы это была территория, которая управляется группами элит, которая завязана на колониальной администрации, сидящей в Вашингтоне, в Брюсселе, транснациональной корпорацией. И эти местные элиты должны просто следить за добычей полезных ископаемых и их транспортировкой в цивилизованный мир.

В.Кара-Мурза Об отсутствии дипломатии в России говорит подобное поведение её политиков, с точки зрения экономиста Сергея Алексашенко:

— Мне кажется, что с точки зрения дипломатии, конечно, такой пассаж недопустим. Этот пассаж говорит о том, что в России нет дипломатии. У России есть риторика агитации, пропаганды. Вообще говоря, эта фраза адресована внутренней аудитории, чтобы разогреть антиамериканские настроения. Я слежу за американскими газетами. Как-то этой фразе всерьёз никто не придал внимания. Бывает, разные люди допускают разные высказывания.

В.Кара-Мурза Сегодня гость нашей студии — Игорь Яковенко, в недавнем прошлом — генеральный секретарь Союза журналистов России. Добрый вечер, Игорь Александрович. Как, по-вашему, допустимо ли, с точки зрения дипломатии, замечание Патрушева о том, что США хотят, чтобы России как государства не существовало?

И.Яковенко Я думаю, что к дипломатии это не имеет никакого отношения. Во-первых, Патрушев не дипломат. Дело, конечно, не в дипломатии, а в элементарном вранье. Потому что в этом своём выступлении Патрушев приводит ещё один очень важный пример. Он говорит о том, что госпожа Олбрайт в своё время заявляла о том, что Сибирь и Дальний Восток не принадлежат России. Это очень известный пример, который вот уже, наверное, 10 лет гуляет по разным студиям и вылетает из разных ртов. Это из, такой, общей серии про то, что Черчилль якобы говорил, что Сталин взял Россию с сохой, а оставил с атомной бомбой, Бисмарк говорил, что самый лучший вариант расправиться с русскими — это натравить русских на украинцев и наоборот. Все эти высказывания объединяет только одно: никто из этих людей ничего похожего никогда не говорил.

С госпожой Олбрайт ситуация очень простая. Дело в том, что в Федеральной службе охраны существовало некоторое время (возможно, и сейчас существует) очень забавное подразделение. Там служат шаманы. Они все в погонах. Возглавлял это в своё время господин Рогозин и господин Ратников. Оба генералы, оба шаманы. Господин Ратников в своё время очень подробно рассказывал, как он это всё узнал: и про Олбрайт, и про Буша, что они думали. Дело в том, что офицеры этого подразделения умеют входить в астрал. Они методом изменённого сознания туда погружаются, затем перемещаются в информационное поле руководителя наших потенциальных противников. Так они проникли в мысли господина Буша и госпожи Мадлен Олбрайт. Там, покопавшись в этих мыслях, они выяснили, что замышляет Буш, и выяснили, что думает (подчеркну, не говорит) госпожа Олбрайт. Из астрала они как-то попадают в своё физическое тело и дальше планируют всякие спецоперации. На всякий случай, вот так выглядит механизм принятия решений высшего российского руководства. Это всё — очень важная вещь. Это всё очень важно знать, когда мы очередной раз видим какую-то ахинею, которую несёт господин Путин, господин Патрушев, господин Шойгу и прочие господа, которые отвечают за безопасность нашего отечества.

Возвращаясь к вашему вопросу, Владимир, я должен вам сказать, что это к дипломатии не имеет никакого, ни малейшего отношения. Это имеет отношение к элементарному вранью и к мракобесию, которым, к сожалению, поражена верхушка российской власти. Это было бы, может быть, забавно немножко, хотя это правда. Это было бы забавно, если бы не одно обстоятельство: размахивая этим шаманским посохом, они могут иногда попасть по ядерной кнопке. Это большая неприятность. Если всерьёз говорить, то представить себе, что Соединённые Штаты Америки хотят, чтобы Россия исчезла как государство — это совсем не понимать интересы Соединённых Штатов Америки. Им ещё не хватало огромной чёрной дыры величиной с одну восьмую часть планеты.

В.Кара-Мурза За нарушение статьи Административного кодекса Российской Федерации 22 июня мировой участок Хамовнического суда вынес решение о наложении штрафных санкций на фонд «Либеральная миссия» под руководством профессора Евгения Ясина. Фонд отказался регистрироваться в качестве иностранного агента. Как сообщили в управлении фонда «Либеральная миссия», он получает финансирование и пожертвования от фонда «Династия» в течение трёх лет, а выдвинутые обвинения привели руководство фонда в недоумение. Угрозу установления тотального контроля за благотворительностью видит в происходящем экономист Сергей Алексашенко:

— Я бы не стал обращать серьёзное внимание на штрафные санкции, потому что штрафные санкции — это самая маленькая проблема, которую получил фонд «Либеральная миссия» или другие фонды, организации, которые признаны «иностранными агентами». Самое главное, что деятельность организаций, в том числе фонда «Либеральная миссия», будет серьёзным образом осложнена за счёт проверок отчётности, документации, документооборота. Деятельность этих организаций становится намного менее эффективной. Они должны намного больше ресурсов тратить на борьбу с российской бюрократией, что, по большому счёту, если убрать в сторону имиджевые вопросы, связанные с самим термином «иностранный агент», на самом деле заставляет людей тратить силы и деньги на абсолютно непроизводительные, с точки зрения общества, задачи.

В.Кара-Мурза «Руки прочь от учёных», — таков девиз журналиста Максима Шевченко:

— Я считаю, что эти санкции совершенно неправильны, думаю, что их не должно быть и думаю, что Евгений Ясин является, согласны вы или не согласны с ним, одним из наших выдающихся экономистов. Так с учёными не обращаются.

В.Кара-Мурза Глава опального фонда не нуждается в рекомендациях, уверен писатель Виктор Шендерович:

— Разумеется, Евгений Ясин — отец экономических реформ и учитель большинства наших экономистов-реформаторов, один из самых уважаемых в прошлом людей страны — уже давно маргинал в России. Он уже давно в подавляющем меньшинстве. И ничего нового в этом сигнале нет: либерализм в России уже целое десятилетие, если не 15 лет — это ругательство. Разумеется, «Либеральная миссия» Евгения Ясина, само название фонда — это фронда и вызов существующему административному миропорядку.

В.Кара-Мурза Напомню, что гость нашей студии — Игорь Яковенко, в недавнем прошлом генеральный секретарь Союза журналистов России. Как, по-вашему, Игорь, означают ли штрафные санкции в адрес фонда «Либеральная миссия» Евгения Ясина сигнал о его нежелательности?

И.Яковенко Вы знаете, вся история с нежелательными организациями, с «иностранными агентами» — это одна история. А что касается фонда «Либеральная миссия» господина Ясина, то это история совсем другая. Дело в том, что этот фонд, вообще-то говоря, политикой не занимается, он не оппозиционный. Господин Ясин такой же оппозиционер, как мы с вами две балерины. Примерно вот так это всё соотносится. Господин Ясин чрезвычайно лояльный по отношению к власти человек, сотрудничающий с властью; он научный руководитель Высшей Школы Экономики, которая старается работать с властью. Но тут история совсем другая. Всегда была так называемая «Партия бабла» и «Партия крови». А если точнее говорить, это «Партия путинских ворюг» и «Партия путинских кровопийц». Так получалось всегда, что системные либералы, к которым относится господин Ясин, (подобно так же, как у Бродского в своё время), делали выбор в сторону ворюг — они были им милее, чем кровопийцы. Они оказывались в хорошей компании нобелевского лауреата Бродского. Эти две партии — «Партия бабла» или «Партия ворюг» и, соответственно, «Партия крови», то есть «Партия кровопийц» — они сотрудничали всегда в Кремле, потому что одни без других не могли обходиться. Одни выполняли функцию защиты наворованной собственности, другие выполняли функции счетоводов, потому что кровопийцы считать-то не умеют.

Но с некоторых пор, когда вся эта история заварилась: «Крым наш», Донецк и так далее, во-первых, стало катастрофически не хватать денег для воровства и распила, а, во-вторых, появилось серьёзное ощущение конца всей этой истории, когда одни воруют, а вторые, так сказать, их прикрывают. Особенно это сильно проявилось во время Петербургского форума. После него, если вы обратили внимание, по всем федеральным каналам те федеральные СМИ, которые являются информационной поддержкой «Партии кровопийц», осуществили очень мощную атаку на вот эту «Партию бабла», на системных либералов. Они всегда их атаковали, но здесь уже просто откровенно. Соловьёв Путина стал критиковать за то, что не увольняет министров, за то, что признал итоги выборов. Это, в общем, довольно серьёзная история. Доренко испытывает нравственные страдания от того, что Кудрина до сих пор не расстреляли. Это атака. Потому что это крыло системных либералов, которое включает в себя и Грефа, и Дворковича в какой-то степени, Кудрина, безусловно, в значительной степени его научным центром является Высшая Школа Экономики и фонд «Либеральная миссия», в котором всё это замыкается на фигуру Ясина. Атака на этот фонд, безусловно, является атакой «Партии крови» на «Партию бабла». Это всё очень серьёзная история, потому что в «Партии бабла» всё-таки думающие люди, и они стараются, в общем, планету сохранить, потому что планета хрупкая. А в «Партии кровопийц» нечем думать. Там ребята рвутся в бой всерьёз и совершенно не понимают, что они делают. Поэтому это симптом очень серьёзный, очень опасная история. Сам фонд — никакая не оппозиция, он поддерживает культуру, поддерживает науку примерно так же, как фонд господина Зимина «Династия».

В.Кара-Мурза В такие же июньские дни 1988 года в Москве открылась 19 партийная конференция. На её открытии с речью выступил Михаил Горбачёв. В ней говорилось о преимуществе Перестройки, планах решить проблему жилья к 2000 году и о гуманизации социализма. 29 июня глава мандатной комиссии Разумовский зачитал доклад о делегатах. Из него следовало, что половина делегатов была в возрасте от 40 до 50 лет и вступила в партию после 1964 года. 30 июня Горбачёв зачитал свою вторую речь, в которой говорилось о реформе власти, охране Конституции и отделении партийных органов от советских. 1 июля были приняты резолюции, подтверждающие слова Горбачёва. В этот день генеральный секретарь произнёс речь закрытия. Хорошо помнит атмосферу партийного форума журналист Шод Муладжанов:

— Я работал на этой партконференции. Я был в то время политическим обозревателем «Московской правды». Я помню в деталях, что там было и так далее. Мне кажется, что уже тогда проявилась неготовность тогдашней партийной элиты всерьёз решать проблемы, всерьёз вокруг себя сплачивать общество (или какую-то часть общества) для того, чтобы какие-то экономические программы действительно реализовывать. Всё ушло совсем в болтологию. Происходило это на фоне страшной беды для тогдашнего СССР, которая сейчас характерна для России — резкого падения цен на нефть. Когда одно помножилось на другое, развалился Советский Союз. На этой партконференции тогда всерьёз стали проявляться оппозиционные настроения, так называемая демократическая платформа формировалась и так далее. Начались какие-то движения внутри партийно-номенклатурной системы, которые обязательно должны были привести к распаду, что, собственно, и случилось.

В.Кара-Мурза Не склонен сравнивать с 19 партконференцией планы распада СССР журналист Максим Шевченко:

— Она не стала совершенно роковой — эта партконференция. Она как раз взяла курс на модернизацию советской системы. Она совершенно не отказывалась от социализма, она не отказывалась от видения социализма или социал-демократии, если угодно, как одного из правильных курсов развития человечества. Она совершенно не устанавливала никаких парадигм либерального капитализма и всё такое прочее. Но, к сожалению, её решения были сорваны в 1991 году глупыми действиями ГКЧП, слабостью Горбачёва и предательством Ельцина.

В.Кара-Мурза Услышать голос гражданского общества позволила конференция, по мнению писателя Виктора Шендеровича:

— 19 партконференция 1988 года — это было незабываемое событие. Мы впервые, кажется впервые, увидели себя и услышали себя в прямом эфире. Это совершенно незабываемо. Я помню переполненную московскую электричку, где в двух концах вагона на полную громкость врубленные радиоприёмники и идёт трансляция партконференции. Точно так же потом слушали через год Съезд народных депутатов. Это было совершенно немыслимо, это был совершенно новый опыт для нас. Мы впервые услышали себя такими, какие мы есть. Впервые мы оказались в прямом эфире.

В.Кара-Мурза Напомню, что гость нашей студии — Игорь Яковенко, в недавнем прошлом генеральный секретарь Союза журналистов России. В такие же июньские дни 1988 года открылась 19 партконференция. Как, по-вашему, почему она стала роковой для судеб советской тюрьмы народов и Империи зла?

— Это был совершенно переломный момент в истории и Коммунистической партии Советского Союза, и самого Советского Союза. Вообще, что происходило? 1985 год, в марте Горбачёв приходит к власти. Абсолютно никаких сигналов, никаких симптомов того, что произойдут какие-то перемены, кроме того, что он сам ходит и сам говорит. Это была некоторая инновация в череде гонок на лафетах, которые до этого происходили. Сначала были общие слова про ускорение, про научно-техническое перевооружение, прогресс. Это, такая, была «бла-бла-бла», вроде хрущёвской химизации и так далее. Ничего за этим не стояло. Потом произошли 2 вещи, которые всё очень существенно изменили. Во-первых, был действительно реально взят курс на гласность. Она была дозированная. Появилось в открытой прессе то, что раньше было в самиздате. Это взорвало всё. После этого движение назад было невозможно. Были изменены правила игры очень существенно.

Второе — это, конечно, кооперативы. Было положено начало создания слоя российских предпринимателей. Назад эту пасту в тюбик затолкать уже было нельзя. Я уверен, я точно знаю, что Михаил Сергеевич Горбачёв, конечно же, совершенно не предполагал, что он сделал. Его основная идея была, во-первых, удержаться у власти. Он прекрасно понимал, что быть избранным генеральным секретарём — совсем не тождественно тому, чтобы остаться в должности генерального секретаря. У него на глазах проходила судьба Никиты Сергеевича Хрущёва, которого благополучно схарчил аппарат. Он понимал, что такое аппарат. Он видел этих людей. Он понимал, что он на самом деле некоторым чудом оказался генеральным секретарём, потому что товарищ Громыко сказал за него слово, а в принципе там были гораздо более авторитетные и заслуженные люди — такие как Гришин, Романов. Их политический вес был гораздо больше, просто на порядок больше, чем политический вес Михаила Сергеевича Горбачёва. Безусловно, в такой ситуации у него возникла необходимость как-то немножко, чтобы увереннее себя чувствовать, чтобы не ходить и оглядываться, а уверенно руководить страной, чего он искренне хотел, у него возникла необходимость некоторой ротации кадров. Понимая, что ему аппарат это сделать не даст, он решил привлечь, так сказать, провести то, что называется демократизацией, привлечь на свою сторону партийные и народные массы. Он сделал несколько серьёзных обещаний, сказал, что будет привлекать трудящихся к управлению. Он сказал, что народы Советского Союза будут иметь возможность на самоопределение и вообще на самостоятельное развитие. Эти импульсы пошли.

Прошло с момента подачи этих импульсов примерно полтора года. Ничего не происходило. Появился бунтарь, Борис Николаевич Ельцин, который на пленуме в 1987 году сделал очень серьёзные заявления общего характера, совершенно бессодержательные, но, тем не менее, неожиданные для такого рода политика заявления о том, что Перестройка идёт медленно и так далее, и тому подобное, что Политбюро плохо работает. Бориса Николаевича, естественно, скинули, по нему прошло стадо динозавров, и вроде как с ним было всё ясно, его судьба была решена. Но он оказался вот таким народным любимцем. Перед этой самой партийной конференцией, которая была тоже уникальным явлением, потому что партийные конференции не собирались. Это было ноу-хау. Они не собирались, не помню, по-моему, с 1950 года. Они были никому не нужны, они были лишними в системе управления. Вот эта партийная конференция, на ней, в общем-то, сошлись основной мейнстрим партийный (консервативный костный), во главе которого стоял Егор Кузьмич Лигачёв, и очень немногочисленные либералы, которые в КПСС были и которые смогли попасть на конференцию.

Произошла небольшая ошибка. Борис Николаевич высказал своё «фе», сказал, что никакой Перестройки нет — всё это ерунда. Михаил Сергеевич не был готов к взаимодействию с какой-то оппозицией в партии, а к тому времени возникла очень серьёзная история. Возникло 2 вещи. Во-первых, поскольку его уже отпустила вот эта железная, так сказать, скрепа, она немножко разошлась, то первые, кто начал вылезать на свободу — это были, конечно, национальные республики и, прежде всего, Прибалтика. Появился «Саюдис». На самом деле здесь уже ничего нельзя было сделать. Здесь надо было либо просто расстреливать, как в своё время расстреляли в 1962 году новочеркасскую историю, или как КГБ или ВЧК подавляло эти все национально-освободительные движения. Причём расстреливать много и очень серьёзно. Уже Горбачёв на это сам был не готов. Он готов был к крови, но очень небольшой. Этой небольшой крови не хватало для того, чтобы запихнуть республики назад, прежде всего, конечно, Прибалтику. Второе — это, безусловно, люди, которые почувствовали запах свободы. Им оказалось мало. Это, прежде всего, гласность, это, прежде всего, журналы такие, как «Огонёк», собственно, толстые литературные журналы, в которых стало появляться невесть что по тому времени. Это «Московские новости» и так далее. Михаил Сергеевич оказался к этому не готов. Он был совершенно не готов к этому, потому что появилась идея многопартийности, а Михаил Сергеевич не был готов даже к фракции внутри КПСС. То есть основная часть партийного аппарата оказалась крайне консервативной.

Сам Горбачёв оказался не в состоянии возглавить те процессы, которые он вроде бы как невольно инициировал. Поэтому дальше пошло всё вразнос. В декабре было принято решение о проведении серьёзной конституционной реформы. Что-то делать надо было. Даже с такими половинчатыми идеями, как у Михаила Сергеевича, всё равно надо было что-то делать. Были объявлены выборы на Съезд народных депутатов СССР, которые состоялись по новой модели. Во-первых, там были альтернативные выборы. То есть это не ситуация, когда один кандидат на одно место и 100% голосование «за». Это были альтернативные выборы. Во-вторых, довольно странная конструкция, когда были квоты для общественных организаций, для самой КПСС. Через эти квоты от творческих союзов, да и от страны в целом, от территориальных участков пролезло довольно большое количество людей, которые составили межрегиональную депутатскую группу. В Верховном совете, в смысле на Съезде народных депутатов оказались такие люди, как представитель «Саюдиса» Ландсбергис — человек с абсолютно жёстким антисоветским настроением. Борис Николаевич Ельцин был избран от Москвы, по-моему, 90% он набрал. Андрей Дмитриевич Сахаров, несмотря на жесточайшее сопротивление (была просто команда его не пускать), тем не менее, выбирал себе, где труднее. Андрей Дмитриевич был человек чрезвычайно принципиальный, он решил идти в самом трудном месте — от Академии наук избираться. Он был избран. Академия наук СССР показала тогда свою принципиальность.

В целом настроения были достаточно вольнодумные. На съезде оказалось достаточно большое количество людей, абсолютное меньшинство, но, тем не менее, межрегиональная депутатская группа заработала. И Съезд народных депутатов превратился в невероятно захватывающий сериал. Люди просто, поскольку как это — верховный орган страны, по новой измененной Конституции. И его прямая трансляция практически стала реквиемом по Советскому Союзу. Потому что выступления Юрия Николаевича Афанасьева с его замечательной формулировкой «Агрессивно послушное большинство», выступления Андрея Дмитриевича Сахарова, которого весь зал захлопывал, но, тем не менее, тяжело больной он вскоре умер, к сожалению, мы знаем это. Андрей Дмитриевич Сахаров, несмотря на то, что его и Горбачёв пытался зашикать и согнать с трибуны, и большинство Съезда пыталось это сделать, говорил то, чего люди не слышали просто никогда. На кухне что-то шептали, по «Голосу Америки», а тут по государственному телевидению на всю страну в полный голос неслись вот такие речи. Это был конец Советского Союза.

После этого Съезд принял… Это отдельная детективная история о том, как Съезд принял первый в истории государства российского (вообще за всю тысячелетнюю историю) нормативный закон «О печати и средствах массовой информации СССР». Он был принят 12 июня 1990 года. И, как правильно говорил замечательный партийный функционер Михаил Андреевич Суслов, через короткое время после принятия закона «О печати», он был горячий противник всякого закона о печати… Через очень короткое время после того, как закон «О печати» был принят, Советского Союза не стало. Потому что Советский Союз и свобода печати — вещи абсолютно несовместимые. А импульс был задан, безусловно, на 19 партийной конференции. Прежде всего, потому что именно там стало понятно, что партия не готова к реформированию, то есть здесь коренная развилка произошла. Теоретически (история не знает сослагательного наклонения, но, тем не менее) был возможен вариант реформирования по китайскому сценарию, когда партия возглавляет реформы, начинает действительно проводить серьёзные реформы в экономике, в политике и так далее. Компартия Китая на это была готова, у неё были на это соответствующие лидеры и соответствующий менталитет, основанный на этом их пресловутом конфуцианском каноне.

У нас, к сожалению, ничего похожего не было. Поэтому партия была вместе с СССР выброшена на свалку истории, а Россия пошла туда, куда она идёт, бредёт, ползёт до сих пор.

В.Кара-Мурза В эфире программа «Грани недели». В студии Владимир Кара-Мурза. Продолжим наш выпуск через несколько минут. В эфире программа «Грани недели». В студии Владимир Кара-Мурза. Продолжаем наш выпуск. Со дня на день Конституционный суд рассмотрит запрос Совета Федерации о переносе выборов в Думу 2016 года. Голосование переносится на более ранний срок с декабря на сентябрь. Нижняя палата приняла соответствующий законопроект в первом чтении. Заседание Конституционного суда будет открытым. К участию в нём будут приглашены президент, сенаторы и депутаты Думы. Власть кровно заинтересована в переносе даты парламентских выборов, уверен экономист Сергей Алексашенко:

— С практической точки зрения, перенос парламентских выборов имеет одну единственную цель — облегчить партии власти сохранение своей монополии на власть. Потому что понятно, что проведение любой агитационной кампании в летний период сильно затруднено. Это решение играет на пользу только «Единой России» и поддерживаемым ею кандидатам, которые будут опираться на административный ресурс, а не на волю и интересы избирателей. Все остальные политические силы от этого проигрывают.

В.Кара-Мурза Давно разочарован в российских выборах писатель Виктор Шендерович:

— Не думаю, что при Путине и Чурове какой-то практический смысл могут иметь выборы. Только в качестве точки приложения усилий и внутренней консолидации, просто самоощущения такого, как было в случае с московскими выборами, на которые ходил Навальный. Просто для ощущения, что нас много, для восстановления, скажем так, бодрости. При Чурове и Путине результаты выборов известны заранее, и это не выборы, а переназначение начальства.

В.Кара-Мурза Напомню, что гость нашей студии — Игорь Яковенко, в недавнем прошлом генеральный секретарь Союза Журналистов России. Как, по-вашему, Игорь, имеет ли какой-то практический смысл борьба за перенос даты парламентских выборов 2016 года?

И.Яковенко История с переносом даты парламентских выборов в 2016 году имеет, безусловно, большой практический смысл. Смысл этот заключается в том, чтобы сделать абсолютно бессмысленным участие в выборах. То есть перенос выборов на сентябрь означает, что оппозиция в этих выборах участвовать не может. Очевидно, что если голосование в сентябре, то люди проголосуют за тех, кого они знают. Оппозиция внепарламентская, а у нас только такая есть, потому что то, что у нас называется парламентской оппозицией, является просто ликами партии власти. Внепарламентская оппозиция малоизвестна, потому что она не имеет доступа к телевидению и к средствам массовой информации. Для того чтобы хотя бы получить какой-то устойчивый доступ к средствам массовой информации, чтобы иметь возможность с людьми работать, нужно, чтобы это, конечно, было не в летний период, не в тот момент когда люди либо ещё находятся в отпусках… А сентябрь — это период отпусков, потому что очень большое количество ВУЗ'ов начинает работать с октября, мы это хорошо знаем. Большое количество людей находится в отпусках просто потому, что бархатный сезон. Некоторое количество людей находится на дачах. Проводить агитационную кампанию в пустом городе перед дворниками-таджиками — вещь довольно бессмысленная. Поэтому я думаю, что смысл этого переноса для депутатов Государственной Думы только в одном: они панически боятся проигрыша. Результаты выборов в Калининграде, когда «Единая Россия» пролетела полностью вся (ничего не получилось совсем), напугали очень сильно. Смысл один — просто не допустить оппозицию до выборов, закрепить своё положение в Государственной Думе.

В.Кара-Мурза В Ереване продолжается массовая акция протеста против повышения тарифов на электричество в республике. Как сообщает пресса со ссылкой на ереванскую полицию, накануне вечером в демонстрации принимали участие более 5 тысяч человек. Между тем, активисты выдвинули уже новые требования к властям: «Пересмотрите прошлогодние повышения электротарифов». По их мнению, этот шаг наряду с решением о повышении тарифов с августа 2015 года необоснован с экономической точки зрения. «Как только наши требования будут выполнены, мы пойдём домой. Наш народ находится в тяжёлых условиях, и у нас нет лишних денег, чтобы платить за свет», — сказал один из митингующих. Признаком неизбежного разрастания революции считает события её первых дней экономист Сергей Алексашенко:

— Хороший вопрос: что может послужить триггером для революции? Это может быть недостаток хлеба. Это может быть, там, золотой батон. Это может быть повышение цен на электроэнергию. Это может быть убийство торговца хлебом, как это было в Тунисе. Сказать, приведёт ли это к революции или не приведёт, можно только потом. Ясно одно: массовые выступления в Ереване, которые мы видим сегодня, вполне по своему масштабу (из того, что понятно) могут перерасти в революцию. Перерастут или нет — здесь нет никаких закономерностей. Может быть, правительство примет какое-то решение, отыграет назад с тарифами на электроэнергию, и всё успокоится. А, может быть, нет. Может, будет стоять до конца и говорить о том, что оно право, и использовать силу — разгонит, ещё раз, начнёт стрелять. Сценариев много. Разные сценарии были за последний десяток лет. Поэтому можно любую картину нарисовать.

В.Кара-Мурза Армяне избавлены от зарубежного воздействия, признаёт журналист Шод Муладжанов:

— На мой взгляд, влияние извне, влияние иностранное в Армении гораздо более затруднено, чем это бывало в ряде других стран, например, в Украине.

В.Кара-Мурза Не считает положение в Армении критическим журналист Максим Шевченко:

— Это не цветная революция. Напомню, что в Армении, которую мы, правда, не обсудили, а это интересно… Армения — страна с населением примерно 3 миллиона человек, на территории которой есть атомная электростанция и ещё несколько работающих ГРЭС, гидроэлектростанций и так далее. То есть Армения производит электричество в десятки раз больше, чем потребляет. Просто вся энергетика Армении принадлежит олигархам, причём даже не армянским, а российским олигархическим группам, которые продают её в Иран, в Турцию, в Грузию. Поэтому армянскому народу остаётся только платить за объедки с барского стола по невиданным тарифам (невиданным для зарплат и пенсий Армении). Поэтому это социальный бунт, социальный мятеж против того, что правительство просто продало страну иностранным корпорациям — в данном случае российским.

В.Кара-Мурза Небогатая страна взбунтовалась против несправедливости, так понимает ситуацию писатель Виктор Шендерович:

— Я не специалист по внутренней ситуации в Армении, по политической ситуации в Армении, но то, что нищая страна, целиком полностью зависимая от России, взбунтовалась — это, очевидно, рано или поздно неизбежно. К чему приведёт этот бунт, как себя поведёт местная элита — это знать невозможно.

В.Кара-Мурза Напомню, что сегодня гость нашей студии — Игорь Яковенко, в недавнем прошлом генеральный Союза журналистов России. Как, по-вашему, Игорь, возможен ли поворот событий в Армении по сценарию цветных революций?

— Армения была страной, в которой вероятность цветной революции была бесконечно близка к нулю. То есть фактически на постсоветском пространстве это единственная страна, в которой никаких шансов. Может быть, еще Узбекистан, потому что там просто страна фактически тоталитарная, или, там, Туркмения. В Армении невозможность цветной революции базировалась просто на исключительно хороших отношениях с Россией, хорошем отношении к русским, к России. Это была действительно очень дружественная страна, по объективным причинам, потому что она находилась и находится в таком холодном окружении и в смысле веры, и в смысле истории — Турция, Азербайджан, всё непросто. Шансы были нулевые. Но 2 группы «чрезвычайно одарённых» людей сделали эти шансы отличными от нуля. Одна группа людей — это абсолютно фантастически жадные и абсолютно фантастически тупые руководители РАО «ЕЭС», которые сделали предложение повысить на 40% тарифы на электроэнергию. Там просто «Армянские Энергосистемы» — это дочка РАО «ЕЭС», поэтому там российское руководство. И вообще додуматься с учётом того, что в Армении тарифы на электроэнергию и так в 2 раза выше, чем в Грузии, выше, чем где-либо на постсоветском пространстве… В стране, в которой 32% населения живёт за чертой бедности, предложение повысить на 40% (реально повысили на 16%) — это фантастическая глупость и жадность. Удивительная бездарность руководства Армении, государственной власти. Потому что вместо того, чтобы немедленно принять все меры для отмены этого решения, начали разгонять этот протест, жёстко: срывали одежду, били, сбивали с ног водомётами, ломали камеры. Это одно из самых глупых решений.

В результате они действительно создали некоторые возможности для перевода вот этих экономических требований в политические.

Там нет абсолютно никаких, так сказать, организаций, которые на это способны. Это принципиальная разница с Украиной. На Украине были какие-то политические структуры, которые сразу же попытались оседлать протест и частично оседлали, частично им это не удалось, частично были созданы новые политические структуры. Ничего похожего в Армении не было. Там до сих пор, когда говорят о руководителях… У нас же сразу пытаются увидеть какие-то заговоры — Вашингтон, Госдеп, марсиане — какие-то таинственные силы пытаются за этим увидеть. Они до сих пор не могут сказать, кто руководит, по той простой причине, что процесс действительно в значительной степени стихийный. Но эти альтернативно одарённые люди из РАО «ЕЭС» и руководства Армянской Республики действительно могут создать реальную возможность для того, чтобы этот социальный протест перешёл в политический. Шанс такой есть.

В.Кара-Мурза Неожиданным выдался в этом году традиционный День памяти и скорби 22 июня. К могиле неизвестного солдата в Александровском саду венок возложил лично президент. Он подошёл к каждому монументу городов-героев, почтил память их защитников. Спустя некоторое время в Кремле президент вручил грамоты о присвоении почётного звания «Город воинской славы» мэрам Старой Руссы, Гатчины, Петрозаводска, Грозного и Феодосии. Вручая грамоты, Владимир Путин отдельно сказал несколько слов о каждом городе. Присвоение звания «Город воинской славы», сказал президент, уже стало не только традицией, но и символом нашей преданности поколению победителей. Россия стала родиной многих городов воинской славы, уверен экономист Сергей Алексашенко:

— Вы знаете, история России, если вспомнить школьный учебник, во многом строится на войнах. Собственно говоря, это даже не город-герой. Статус города-героя, я думаю, и сейчас ничего не даёт. В Советском Союзе что-то давал. С экономической точки зрения, поддержку из бюджета какую-то, признание, возможность построить некую локальную легенду, что в этом конкретном городе была одержана великая победа — такая милитаризация сознания через вроде бы внешне хороший шаг. Город, где была победа. «Город воинской славы» гораздо лучше звучит, чем «иностранный агент». На мой взгляд, это, такая, именно милитаризация сознания (плавно текущая). Поэтому чем больше городов, тем, с точки зрения власти, лучше.

В.Кара-Мурза Ложным счёл пафос нынешнего Дня памяти и скорби писатель Виктор Шендерович:

— Я думаю, это более или менее понятно: чем безнадёжнее дела в экономике, чем безнадёжнее дела в социальной сфере, в политике, тем более пышным цветом цветёт пафос. Нужно всё время придумывать. Администрация вынуждена придумывать всё время точки для усиления пафоса. Надо же на чём-то выигрывать, когда всё проиграно. Значит, будем присваивать звания «Город воинской славы» кому попало. Ничего нового.

В.Кара-Мурза Странным считает набор новых «городов воинской славы» журналист Максим Шевченко:

— Старая Русса — это заслуженно, потому что это был город, который много раз переходил из рук в руки, тяжелейшие бои были за Старую Руссу в 1943 году, она была вся разрушена, сожжена. Бои за Старую Руссу — это северо-западный фронт — это достаточно серьёзные и трагические были бои. Грозный — я не знаю, какая война имеется в виду. Во Вторую мировую войну немцы в Грозном не были. Очевидно, «город воинской славы» — имеется в виду война 1995-1996 годов. И 1999-2006, условно говоря. Какое отношение Грозный имеет к войне 1941-1945, мне вообще не понятно. Немцы остановились под Малгобеком и до Грозного не дошли примерно 100 километров. Гатчина может считаться местом воинской славы, потому что в Гатчине, по крайней мере, сомкнулось окружение, когда немцев громили под Ленинградом в январе 1944 года. В Гатчине было одно из мест, куда шло наступление, через Гатчину. И последнее, Феодосия. Феодосийский десант — это трагические страницы нашей истории. 1942 год, зима, в ледяном штормящем Чёрном море десантники высаживаются в Феодосии и почти все погибают. Это, конечно, город воинской славы, город беспримерного мужества. Сейчас, когда об этом думаю, трудно понять, из чего были сделаны эти люди. Это была абсолютная смерть, и они всё равно шли в этом ледяном февральском или мартовском Чёрном море в этот шторм на берег и мокрые, продрогшие бились на этом берегу. Феодосийский десант — это беспримерное мужество, это абсолютная воинская слава.

В.Кара-Мурза Не видит необходимости штамповать под копирку звания «Городов воинской славы» журналист Шод Муладжанов:

— Я вообще не понимаю эту кампанию. Я не понимаю, зачем сейчас к этому возвращаться. Есть города-герои, которые действительно сыграли выдающуюся роль в нашей победе, в победе советского народа в Великой Отечественной войне. Эта роль была отмечена. Она была сформулирована. В ней никто не сомневается. Что касается всего остального, мне кажется, что это… Вы знаете, с чем бы я это сравнил? Был такой фильм «Горячий снег», почти культовый. Фильм-то обычный, но там финальная сцена такая, что генерал, которого, по-моему, Георгий Жжёнов играл, идёт вдоль маленького строя оставшихся в живых солдат, вешает им медали на грудь и говорит: «Всё, что могу». И это жутко печально, потому что люди пережили кровавое месиво и всё, что им могут дать, если говорить по большому счёту — вот эту как раз медальку на грудь. Это страшно.

В.Кара-Мурза Напомню, что сегодня гость нашей студии — Игорь Яковенко, в недавнем прошлом генеральный секретарь Союза журналистов России. Как, по-вашему, Игорь, насколько оправдано спешное присвоение статуса «Города воинской славы» столь сомнительным и разнородным объектам, как Старой Руссе, Гатчине, Петрозаводску, Грозному и Феодосии?

И.Яковенко Вы знаете, я не профессиональный историк, тем более не большой специалист в истории Великой Отечественной войны, но те поверхностные знания, которыми, как и каждый из нас, я обладаю, заставляют сделать вывод, что это очень формальный акт. Потому что, так или иначе, участвовала в обеспечении победы вся страна. Все города, через которые проходила линия фронта, так или иначе, имеют возможность быть награждёнными. Если награждать, то надо награждать всё-таки штучно, чтобы это была награда. Мне кажется, это девальвация этого звания, девальвация этой грамоты, девальвация этой награды. Старая Русса была оккупирована практически сразу же после начала Великой Отечественной войны и освобождена только в 1944 году. Да, безусловно, там были, конечно же, какие-то акты героизма, как они были в любом населённом пункте, через который прошла линия фронта. Петрозаводск тоже буквально через полтора месяца после начала был оккупирован финскими войсками. И тоже в 1944 году был освобождён.

Эта вся история немножко мне напоминает юбилейное награждение. Я думаю, что это какая-то попытка в условиях, когда нет возможности как-то поощрять элиту, руководителей регионов чем-то более существенным, раздают эти вот бумажки, цацки и так далее. Я почему так пренебрежительно говорю? Не стоит за этим ничего. 70 лет прошло. И сейчас что, какие-то новые факты открылись? Какие-то новые исторические исследования были проведены, которые позволяют сказать, что там был какой-то особый героизм, которого раньше не наблюдалось? Героизм был практически во всех населённых пунктах. Если это какие-то исследования, то их надо обнародовать. Если нет, то, значит, это конъюнктура. Более того, у меня есть одна гипотеза. Поскольку среди этих населённых пунктов есть город Грозный, а мы хорошо знаем особую роль, которую играет Чечня и господин Кадыров персонально в политической структуре государства российского, нет никаких сомнений, что длительная просьба о том, чтобы как-то Грозный наградили ещё и этим — наверное, они просто сыграли свою роль. Награждать один Грозный совсем неприлично, поэтому до кучи подверстали остальных. У меня твёрдая уверенность, что это происходило именно так. Надо было наградить Грозный, надо было очередной реверанс Кадырову сделать, очередной подарок ему сделать на какой-нибудь, я не знаю, день рождения или день ангела или ещё какой-нибудь день, а заодно нужно было наградить ещё кого-то, чтобы не было так неприлично. Поэтому всё это мне представляется довольно формальным и не очень пристойным жестом, потому что война — дело серьёзное, и относиться к ней надо несколько более ответственно, чем то, что сейчас демонстрирует российская власть.

В.Кара-Мурза Большое вам спасибо за участие в нашем прямом эфире. Напомню, что сегодня гостем нашей студии был Игорь Яковенко, в недавнем прошлом генеральный секретарь Союза журналистов России. Это все о главных новостях уходящих 7 дней. Вы слушали программу «Грани недели» на волнах радиостанции «Эхо Москвы». В студии работал Владимир Кара-Мурза. Всего вам доброго.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире