'Вопросы к интервью
04 февраля 2019
Z Гараж Все выпуски

ОСАГО на 85.7 миллиардов


Время выхода в эфир: 04 февраля 2019, 14:10

Сергей Асланян: Здравствуйте. В нашей стране, если ты при деньгах, можно не стесняться. Если ты при очень больших деньгах, тоже, в принципе, не обращать внимания ни на кого и ни на что. Хочешь в Совет Федерации – никаких проблем. Ты можешь себе позволить, вообще, абсолютно все. И конечно, если бы мы подозревали, например, в честности наши страховые компании (это было оценочное суждение), то обнародование результата по сбору денег в связи с ОСАГО по итогам 2018 года, конечно бы, у нас, как минимум, вызвало легкое покраснение кожных покровов. И мы вправе были бы ожидать, что и у них тоже по этому поводу есть не то, чтобы угрызения, но, за неимением совести, угрызения ничего такого быть не могут, но хотя бы имитация какая-то.

Тем не менее, к этому рубежу подведения итогов страховые компании подходят с легкой улыбкой, пренебрежением, и, в общем-то, даже, наверно, оттенком сожаления. Результаты объявлены. Результаты деятельности страховых компаний только по одному виду, только по ОСАГО. Страховые компании за 2018 год отобрали у нас с вами 228 млрд рублей за один год. Вернули нам 142 млрд. Им к рукам прилипло 86 млрд рублей. Это к разговору о тарифном коридоре.

Это те самые 86 млрд рублей, которые и легли в основу заявления о непроходимой бедности и убыточности страхового бизнеса, и вынужденном шаге, ну, нет других вариантов. Всего 86 млрд рублей удалось отобрать у нас с вами, и поэтому приходится поднимать тарифы. И тарифы будут подняты, конечно же, во имя справедливости, для того, чтобы персонально обобрать каждого водителя.

И вот ты страхуешься каждый год, страхуешься каждый год, вынужденно страхуешься. У тебя потрясающий совершенно 13 класс. У тебя бонус-малус совершенно великолепный, а тебе все дороже и дороже, дороже и дороже, дороже и дороже. И вот, наконец-то, наступает момент, когда страховые компании говорят: мы не можем больше так существовать. Мы понимаем, что должен быть индивидуальный подход. И тебя грабят уже индивидуально, потому что, когда по результатам года 86 млрд рублей просто ни за что положили в карман, а потом поднимают нам тарифы, потому что не хватило, это все-таки, наверно, уже из категории безнравственности такого уровня, который обсуждать не имеет смысла, потому что о чем говорить? Не то, что тебя не слышат, не то, что над тобой смеются, – тебя просто не замечают. Ну, группа муравьев спорит по поводу поведения муравьеда. Кто-нибудь обращает внимания на это? Конечно, нет.

Это были мои оценочные суждения. По закону «Об ОСАГО», полагается иметь убыточность 77%. Это обязанность. Убыточность 77% означает в переводе на человеческий язык, что 77% отобранных у нас с вами денег страховые компании обязаны нам возвращать. Убыточность, в таком случае, должна была составить 52 млрд. Но, то есть 52 млрд они должны были нам вернуть. Но, соответственно, осталось бы у них всего тридцаточка. Нет! У них осталось 86 млрд рублей за один год. И им мало. И именно поэтому мы с вами должны еще.

Это то же самое, как налог на яхты. У нас яхты не облагаются налогом. А, например, валежник, а вот ягоды, а вот грибы, а излишки продовольствия с собственного участка в шесть соток, – да, они, конечно, налогооблагаемые, ну, потому что это не яхта. И страховые компании, если бы там были люди, которые не то, чтобы не потеряли страну под собой, а хотя бы какие-то элементарные рефлексы, которые позволяли бы им имитировать, или делать вид, что они где-то слегка, самую малость, порядочные. Просто так принято. Но вот не принято, даже в нашем северном климате, ходить в золотых трусах и предъявлять их миру. Наверно, у кого-то есть, но не принято. И тут, конечно, просто за счет того, что холодно, они позволяют себе некую сдержанность.

А других сдерживающих факторов нет. Поэтому, заявляя о том, что необходимо поднять тарифы, во что бы то ни стало необходим тарифный коридор, тут же в одну неделю сообщать о том, что ты отобрал у людей 86 млрд, которые они больше никогда не увидят. И тебе мало, – это из категории того, что даже назвать приличными словами нельзя. Чем хорош великий русский язык, тем, что он, конечно же, на каждую ситуацию имеет совершенно четкий диагноз, сформулированный очень конкретными хлесткими словами. Для радиоэфира это недопустимо.

Это был ряд оценочных суждений о том, как замечательно живут наши страховые компании, которым денег мало, и они об этом говоря: мы можем себе это позволить. Знаете почему? Потому что вы никто для нас. Вы, вообще, никто! Мы придумали этот косвенный налог для того, чтобы вас обобрать. И так было с 2002 года. Семнадцать лет подряд мы вас грабим. И вы ничего не можете. И вы всерьез обсуждаете и петушитесь, что, может быть, это не до конца справедливо, может быть, это не очень даже порядочно. Но это законно, потому что это по закону. Потому что этот закон сформулирован таким образом, что им можно постоянно повышать тарифы, отбирать у нас деньги.

Когда у вас отбирают деньги это как называется? Иногда это называется страхование. В данном случае принудительное. Иногда это называется грабеж. Но иногда это называется оценочное суждение. И мы будем так продолжать в отношении вас, потому что вы ничего не можете поделать. Вообще! Вы никто, и мы вас будем доить, драть, шкурить ровно столько, сколько нам нужно. А то, что вы по этому поводу думаете, то, что вы по этому поводу делаете.

Помните, как в школе? Армия, суд, полиция, тюрьмы, – это четыре признака государства. Не мораль, закон, конституция и права, – а армия, суд, полиция, тюрьмы. Четыре основных постулата, на которых как раз формируется государство. Если этих четырех государственных институтов нет, значит, у тебя больше ничего нет. Это не власть, это не страна, это не государство. У нас есть четыре атрибута, прекрасных совершенно. Отработают, если надо, по спине демократизаторам, тем, кто недоволен тем, что страховые компании отобрали у нас 86 млрд рублей, которые больше мы с вами, конечно же, никогда не увидим.

И поскольку страховые компании делают вид, что они не грабители, не бандиты, не воры, не мерзавцы, не негодяи (это были оценочные суждения), они продолжают в том же духе. Знаете, у нас бизнес. В рамках этого бизнеса есть определенные предложения. Давайте обсудим. Например, с завтрашнего дня мы вас всех начнем расстреливать. Не нравится, да? Хорошо. Давайте мы вас всех тогда кастрируем? Тоже не нравится. Давайте мы вас всех выселим? Тоже не нравится. А давайте так, давайте, мы поднимем стоимость ОСАГО? Нет, не потому, что тарифный коридор. Минуточку, тарифный коридор уже все, он неотвратим. Есть другая идея.

Давайте так, опять же, во имя справедливости. Тарифный коридор расширим во имя справедливости, чтобы ограбить… Простите, заговариваюсь. Чтобы предложить каждому индивидуальные параметры грабежа, ну, в смысле, страхования. А есть другая идея, еще более справедливая. Давайте увеличим возмещение по риску ущерба до 2 млн жертвам ДТП, ну, покойникам. Раньше труп имел право приползти в страховую компанию и попытаться получить 500 тысяч в связи с собственной гибелью. А теперь он имеет право доползти до 2 млн и попросить это возмещение. Давайте это сделаем? Это же справедливо.

Какой процент людей, застрахованных по ОСАГО, истребуют затраты по такому максимальному риску, как ущерб здоровью, соответственно, на 100% в связи с летальным исходом? До трех процентов. Давайте сделаем так, чтобы эти три процента все-таки знали, что они умрут не за 500 тысяч, а за 2 млн. А для этого мы всей стране поднимем тариф.

Пока обсуждается только добровольная сторона. Вдруг, действительно, кто-то подумает, а чего это я буду таким дешевым трупом валяться? Я хочу, как полагается, труп-миллионер, чтобы этих денег никто никогда не увидел. У вас не будет ни одной причины, родственник ли вы, наследник ли вы, неважно кто, у вас не будет ни одной причины для того, чтобы получить эти деньги. Это было оценочное суждение.

Два миллиона декларируются. Вы при жизни, так точно не увидите. Но за эти 2 млн вся страна расплатится. Насколько? Мы предполагаем, что поскольку все-таки справедливость и ущерб здоровью не должны цинично обсуждаться, и 2 млн это нормальная сумма, то мы на десять процентов вам поднимем стоимость полиса ОСАГО, и ничего вы с этим не поделаете. Почему на десять? Ну, потому что мы хотим на десять. У вас три процента застрахованных, от 54 млн, на самом деле, от 60 млн. Шестьдесят миллионов человек у вас застраховалось, из них три процента претендуют на 500 тысяч. Вы хотите им дать в четыре раза больше, и под это дело 60 млн нагнуть еще на десять процентов сверху. Обсуждаются формы, ласки и неотвратимость. Пока носит рекомендательный характер. Это все были оценочные суждения.

Но в совокупности это говорит о том, что страховые компании прекрасно понимают: никто никогда не возразит, и договариваться нужно не с нами. Договариваться нужно наверху. Договариваться нужно с теми, кто ратифицирует подобные предложения, ведь если тебе тарифный коридор на полном серьезе разрешили, при том, что ты собрал 86 млрд, просто ни за что, к рукам прилипло, то, конечно, ты можешь себе позволить все, что угодно. Но, в рамках договоренности сверху, а не снизу. Внизу трещат ли кости, умирают ли люди, отрываются ли чубы у холопов, вообще, никого не волнует, потому что страховой бизнес, он против нас с вами. Он не за нас с вами. Страховой бизнес это обман на уровне государства. Это было оценочное суждение.

Вы помните, когда в истории нашей страны вдруг стало такое массовое явление, в мейнстриме обсуждаемое просвещенной частью общества, как курьеры? Николай Васильевич Гоголь, 1836 год. Только там как раз у Хлестакова 35 тысяч курьеров. Цитирую: «И в ту же минуту по улицам курьеры, курьеры! Можете представить себе, 35 тысяч одних курьеров? Каково положение, я спрашиваю?» Может быть, вы не в курсе, «Ревизор», школьная программа.

Прошло изрядно лет. Не то, чтобы 200, и вдруг опять в мейнстриме, опять курьеры. Заместитель председателя комиссии Мосгордумы по безопасности Андрей Шибаев на 35 тысяч курьеров его, конечно, не хватило, не взволновало. Ему показались интересными только курьеры на велосипедах. И то только те, которые развозят еду. Вот это угроза обществу. А вот Мосгордума, знаете ли, комиссия по безопасности трепещет, потому что это недопустимо. Курьеры! Но не 35 тысяч, как у Гоголя, но все-таки, ведь ездят же! Крутятся же! Чего-то там такое себе, а мы тут! А вдруг кто-нибудь испугался? А вы знаете, у нас, ну, если надо, мы найдем любую статистику.

Хотите, мы сделаем вам статистику, где все ДТП у нас только с курьерами? А хотите, будет статистика, что у нас все курьеры сели и погибли сразу? А хотите, у нас будет такая статистика, что все желтые курьеры Яндекс.Еда, например, вот они точно погибли. Неважно причем на чем, – на самокатах, на самолетах, на вертолетах, на подводных лодках. При помощи цифр, как известно, можно доказать все, что угодно.

Но уже предкомиссии по безопасности Шибаев громко заявляет, что курьеры для выполнения своих задач идут на самые разные ухищрения, создавая опасные ситуации на дорогах. При поездках на велосипедах в метро, при передвижении на самокатах с огромными сумками еды! Еду везут! Еда едет по стране! Ну, хотя бы по городу, по одному, довольно сытому городу. Комиссия по безопасности видит здесь угрозу. Огромные сумки еды везут по Москве! Ох, как пахнет! На самокатах! Еще в метро! И он предложил разработать профессиональные требования к курьерам из сервиса доставки еды. Как хорошо. Оказывается, вот она где, безопасность. Вот тут, действительно, прокол.

Все остальное хорошо. С безопасностью в городе Москве все отлично. Поэтому Мосгордума решительно собирается придумать профессиональные требования к курьерам на двух колесах. Упущеньице. И, конечно, он считает, что в этом виноваты работодатели. И клиенты, конечно, подло себя ведут, – жрать хотят, сволочи. И ДТП много. И поэтому нужно срочно что-то делать. Подробности после новостей.

НОВОСТИ

Сергей Асланян: Александр Изломский беспокоится, что я не привел данные, сколько было выплачено. Нет, Александр, на самом деле, я говорил. Страховые компании за 2018 год собрали 228 млрд, выплатили 142. Дельта между ними, положенная в карман, как раз 86 млрд. То есть к рукам прилипло 86 млрд после выплаты 142 млн. Это те самые деньги, которые мы с вами, к сожалению, увидим не в своем кармане, а в инвестиционном доходе и в перегретом рынке жилья.

Когда только-только воистину умные люди, Игорь Пономарёв, в частности, разбирались с тем, куда идут деньги от наших с вами кошельков отрезанные, отобранные, вырванные, по риску ОСАГО, то он как раз и обнаружил. Игорь Пономарёв, царство ему небесное, он умер в 44 года, это один из владельцев компании Genser. И он как раз тот инициатор, который пытался нагнуть все время Nissan в пользу клиента, с тем, чтобы Nissan не драл семь шкур со своих клиентов, чтобы Nissan, в том числе, по запчастям, ремонту, повернулся лицом. Его после этого чуть не лишили дилерского контракта. И со страховыми компаниями он тоже разбирался.

Именно к разговору о том, насколько выгоден тот или иной страховой тариф, и давайте мы, наконец, под клиента будет придумывать уже какой-то специальный продукт. И по ОСАГО он, придя в страховую компанию, завел разговор о том, какие конкретно деньги идут куда, какие потоки, и каков инвестиционный доход, потому что страховая компания деньги собрала. И куда она их дела? Это же не банк, который хранит и, например, кому-то каким-то боком передает. Страховая компания эти деньги должна куда-то деть. Страховые компании осаговские, а очень многие были созданы именно специально под вид риска ОСАГО, они эти деньги направили в строительный сектор. Перегрев рынок деньгами, они как раз и взвинтили цены на метр жилья, и у нас, что в Чите, что в Новосибирске, что в Иркутске, квадратный метр жилья так же неподъемный, как в Москве.

Это прямое следствие денег, которые у нас с вами отобрали по ОСАГО. И 86 млрд, которые у нас с вами отобрали в 2018 году, они, в том числе, будут брошены в строительный сектор, после чего мы с вами, вообще никакую квартиру, никакой квадратный метр не купим никогда. Эти деньги по-прежнему идут туда. И Игорь Пономарёв рассказывал, как он общался. Представляете, человек приезжает с охраной на шикарной машине, владелец очень серьезного бизнеса, миллиарды, в том числе долларов. К такому же, только представителю страховой компании. Это уважаемый, этот уважаемый, понимаете?

Сидят за столом, хорошие напитки, молоденькие секретарши. И Игорь Пономарёв у этого представителя страховой компании, владельца, на самом деле, спрашивает: «А скажи, пожалуйста, Коля, какой у тебя инвестиционный доход, который ты никому не декларируешь?» На что Коля побледнел, вызвал охрану, и сказал: «Игорёк, этого разговора не было. Еще раз ком не придешь, – с лестницы спущу». Потому что попал на больное. Потому что инвестиционный доход вам не скажет никто и никогда. Никогда не будут открыты эти данные. Страховые компании, отобравшие у нас 86 млрд рублей, эти деньги себе, еще многократно обернув прибылью, конечно же, положат на счета.

А мы с вами? Человек ограбленный, он что? Он может повеситься, выброситься из окна, или написать заявление в полицию о том, что его ограбили. В данном случае, третий вариант, конечно, не проходит. Это были оценочные суждения. А также случаи, сплетни и непроверенные данные. Экспертные непроверенные данные. Экспертные.

По поводу того, как курьеры резко стали участниками движения, это, конечно, полная неожиданность, и очень приятно, что в Мосгордуме есть человек, занимающийся безопасностью, Андрей Шибаев, который обратил внимание на эту трагическую совершенно ситуацию нашего бытия. Потому что 35 тысяч курьеров на велосипедах, которые везут еду с приятным запахом, это очень серьезная угроза обществу, потому что, в принципе, угроза нашему обществу, это какое бы то ни было движение, кого бы то ни было.

Ты вышел на улицу – это угроза. Ты подумал, – это страшная угроза. Ты сказал вслух! Ну, это, вообще, расстрельная статья. Хорошо, не сейчас, но это очень опасно. Строем, командир взвода, старший, ответственный, и все лицензировано. Вы имеете право ходить по этой улице? А лицензия у вас на эту улицу есть? Тогда да. А тут курьеры. Да еще с едой. И опасностей, конечно, очень много, поэтому необходимо разработать специальные нормы, и за эти специальные нормы, конечно же, взыскивать. С кого? С курьеров? Ну, курьер, он не настолько платежеспособен, чтобы его ловить. Здесь должен быть большой финансовый интерес, поэтому, конечно же, с работодателя.

Работодатель – это человек, как правило, юридическое лицо. У него есть расчетный счет, у него есть офис. Если надо, можно маски-шоу устроить. Вот там есть о чем поговорить. Ты что, будешь эти 36 тысяч курьеров ловить? Хлестаковщина какая, не переловишь! Сачком не переловишь. И сколько ты получишь с этого несчастного, не говорящего по-русски, нет, не сенатора, а таджика? Ну, троячок, и все. Ты приходишь, нагибаешь фирму, потому что в Москве очень серьезный вопрос к безопасности.

Курьеры подорвали безопасность города. Курьеры на самокатах, на велосипедах. Курьеры с сумками с едой. Они подрывают безопасность. И мы должны решительно сплотиться вокруг, хотите, коммунистической партии, хотите, нашего вождя, хотите, Мосгордуме. Сплотиться, решительно сказать свое «нет», и, естественно, одобрить любую законодательную инициативу, которая позволит выдоить из этого сектора бизнеса любое количество денег, потому что прозвучало самое главное, – безопасность.

Все, что у нас творится, весь беспредел, весь этот ужас, весь этот кошмар, который загнал уже людей под лавку, они там боятся уже чихнуть, не говоря о том, чтобы всплакнуть. Он, во имя безопасности, ну, за исключением страховых компаний, которые то же самое, но во имя справедливость. Деньги!!! В обществе, находящемся в кризисе морали. Деньги!!! И водители, понятное дело, что кормящие, поэтому, пожалуйста, ОСАГО. А тут еще в Москве отдельно взятые отщепенцы. Курьеры, куда поехали бесплатно!? Ну-ка, быстро!

Соответственно, враги, соответственно, безопасность, соответственно, покарать, наказать. Но, пока Мосгордума так серьезно, разодрав тельняху на груди, бросается на курьеров, пытаясь предотвратить и спасти нас с вами, в Думе, совсем уже умной, которая отвечает не только за город, но за всю страну, там тоже не без героя. Как же иначе?

Член комитета, (член, обожаю это слово!) комитета Госдумы по физической культуре и спорту, туризму и делам молодежи, у молодежи какие-то свои отдельные дела. Знаете, по делам людей и не людей. По делам молодежи и не молодежи. Дмитрий Свищёв предлагает запретить курить за рулем автомобиля. Сигареты, зажигалки, спички, пепельницы, они отвлекают водителя. И с этим только попробуйте спорить, – заявляет Свищёв. Это дополнительно создает определенную напряженность на дороге и опасность для окружающих. Вот так вот. Пепельница – опасность для окружающих.

Знаете как? Чем хороша прямая речь? Тем, что ее и воспринимать нужно так, как сказано. Я предлагаю запретить курить за рулем автомобиля. Пепельницы однозначно отвлекают водителя. Спички однозначно отвлекают водителя. Зажигалка однозначно отвлекает водителя. Пепельница является на дороге опасностью для окружающих автомобилистов и пешеходов. Ну, вот так. По крайней мере, по цитатнику. И курение само по себе вредно, считает товарищ Свищёв. Государство борется (опять безопасность прозвучала), ну, куда же без нее, как же так? Безопасность! Здесь же глотки перервем ради безопасности! В машине едет не один водитель, но и пассажиры. Соответственно, он отравляет не только свое здоровье, но и здоровье пассажиров.

Так, а что у нас в машине еще есть? Здоровье пассажиров отравляешь, соответственно, водитель, понятно, – виноват. Наказать, покарать, о мерах по дальнейшему ужесточению, со звериным оскалом и решимостью во взоре, пламенные революционеры, конечно же, поставят все точки над «i», и решат этот вопрос. Наконец-то, в машинах курить, вот под одеялом можно, а в машине уже будет нельзя. Но, отсюда же следует запрет на пассажиров. Если ты куришь, а, предположим, ты депутат, или судья, или прокурор, или следователь, запретить курить тебе не получится. Ну, если только выстрелом в голову, но вряд ли, не сейчас. Значит, остается запрещать пассажиров. Хорошо бы чего-нибудь запретить. Пассажиров, например.

А какие еще есть угрозы для человека за рулем? Помните рейтинг, с которого я начинал этот год, рейтинг страшной музыки? American Idiot считается самой страшной группы Green, самой страшной музыкой на планете Земля. Нельзя под нее ездить, потому что она такая дебильная, что если ты будешь вслушиваться в этот текст, то, конечно, в телеграфный столб въедешь, поскольку она слишком кретинская. Хотя, конечно, нравится кому-то. И вот эта музыка, вот ведь тоже угроза, не то, что ты куришь и отравишься через 200 лет. Вот ты послушаешь American Idiot и влупишься сразу в «КамАЗ» прямо тут же, то есть быстро возмездие. Преступление и наказание неразрывно связаны, и временного интервала между ними может не оказаться. Бац! И все, и ты покойник, потому что музыку слушал.

А еще какие угрозы для человека за рулем? А вот этот список как раз бесконечный, потому что из года в год водителя пытаются спасти, уберечь, как-то благоразумно пытаться достучаться до него, чтобы внял вот эти угрозы, риски. А теща, рядом трындящая? А баба-дура, не повезло? Пасть открыла и чего-то такое рассказывает. А сосед-алкоголик, у которого денег не хватило? Он тебе про свою трешку очки втирает так, что тебе вынесет мозг. Или, не дай Бог, какой-нибудь очередной егэшник попадется. Он же тебе про iOS 12-1.1 будет рассказывать 8 часов с упоением, и пениться так, как будто это о чем-то серьезном. С ума сойдешь. Кого запрещать будем? iOS будем запрещать? Тещу будем запрещать? Институт брака будем запрещать? Курение-то запретили? Нет, не запретили? Курить можно?

А почему вот здесь теперь уже отдельный состав правонарушения? В целом по стране курить можно, хотя вредно, а для водителя курить не можно, потому что вредно совсем. И в Госдуме по этому поводу чрезвычайно обеспокоены. Мало того, стекла-то прозрачные, говорит товарищ Свищёв. Водитель косвенно пропагандирует курение. Все усилия по борьбе с курильщиками идут насмарку. Вот когда дискуссия бы в нашем обществе была на уровне интеллекта, а не на уровне ягодичной мышцы, это было оценочное суждение.

Помните, фильм Ролана Быкова с Орбакайте в главной роли «Чучело»? Когда этот фильм только-только появился, то нашлись люди, которые Быкову поставили на вид, что он снял правильный фильм, но настолько сильный, и настолько порочный, о том, какие в людях в детстве, в маленьком возрасте, возрастают, вырастают сволочные параметры, это все ставит под удар педагогические результаты в семье. «Вы своим фильмом разрушаете то, чему мы учили детей». На что Быков отвечал: «Значит, вы плохо учили, если один фильм может оказать такое воздействие», хотя фильм, конечно, правильный. Регионы, простите.

Но, умница Быков снял талантливый фильм, и там было о чем говорить. И дискуссия шла, конечно, не на уровне, до которого сейчас скатилась Госдума. Фильм не аннулировал результаты педагогических усилий многих, может быть, не самых талантливых педагогов семейного уровня. Он поставил еще один очень серьезный знак препинания, о который, конечно же, запнулись, потому, как посмотрев этот фильм, не среагировать ты тогда не мог.

Сейчас, конечно, на депутата можно не реагировать, но он считает, что пока стекла прозрачные, водитель косвенно пропагандирует курение. Ну, знаете ли, пока стекла прозрачные, вот в ресторане, например, так там люди пропагандируют распитие спиртных напитков. Сразу как-то хочется по-депутатски, с размахом, то ли напитки запретить, то ли рестораны, либо карточки ввести, либо лицензировать. А кто тебе дал право пить? А у тебя лицензия есть? А справку от врача принес? И далее по восходящей, потому что, уж если ты депутат, то, конечно, в изобретательстве поборов ты не должен иметь равных. Ты должен придумывать, фонтанировать, предлагать и, конечно же, писать законодательные инициативы, а иначе, зачем ты депутат? Ты же депутат по борьбе с собственным народом. Это было оценочное суждение. Не подумайте, что это был вопрос.

И когда депутат всерьез говорит о том, что, поскольку стекла прозрачные, то это является пропагандой, ну, значит, так. А вот по улице едет уважаемая власть, за неуважение которой скоро будут сажать, и ведет себя, там, красный сигнал светофора, спецкортеж. Это пропаганда, нет? Этим можно. Езжайте, ребята, никаких абсолютно проблем. А курящие в форточки пропагандируют. И в общем-то, усилия государства сразу насмарку. Старенькое государство, да? Никак у него не получается.

Так, значит, распитие спиртных напитков запретить, а вот, например, тетка пирожок ест. Так ведь это же ведет к ожирению! Тоже не полезно! Тетку запретить? Пирожок запретить? А она, зараза, пока жрет, мимо, кстати, курьер только что желтый, московский, проехал, не пойманный, с едой. Они же косвенно пропагандируют нездоровый образ жизни. А государство с этим борется. И нужно решительно… Ну, далее по тексту, вот калька 1937 года о том, чтобы сплотиться, о том, чтобы все в едином порыве, – она не меняется, потому что, что стабильно в нашем обществе, это качество идиота. Он абсолютно незыблем. Ни прибавить, ни убавить. Вот как отлили по головному образцу, так из века в век. Антураж меняется, перья, может быть, письменный стол другой, а идиот все тот же. Это были оценочные суждения, не подумайте, что это была литературная критика на одноименное произведение.

И косвенно у нас, конечно же, еще рекламируют, и тем самым пропагандируют, огромное количество другого вредоносного, что придумало человечество. Книжки, например, читают. «451 градус по Фаренгейту», как раз о вреде чтения. Смартфон кто-то тупит, надо бы спасти человека. Надо бы, чтобы он косвенно не пропагандировал и нездоровый образ жизни, и свою невнимательность не пешеходном переходе. Давайте его спасем? А как можно спасти? А спасти в нашей стране можно только одним способом. Можно запретить что-нибудь.

У нас Московская Дума борется с велосипедистами. У нас Государственная Дума борется с водителями, которые курят. У нас все заняты. На каждую проблему по депутату, запросы, экспертное мнение, сколько работающих в стране! Сколько неправедно совершают наши граждане без разрешения депутата, не отлицензировав свою деятельность?

Сколько недозволенного они могут, – думать, действовать, совершать! Это все без депутата Госдумы? Как, сами взяли, сели и поехали? Придумали и заработали? Без депутата? Без закона? Без запрета? Недопустимо!

Теперь о хорошем. На планете Земля идет каждый год разборка о том, кто же самый главный. Кто на свете всех круче, кто выпускает больше всего автомобилей. Долгие десятилетия GM американский был номер один на планете Земля. Столько, сколько производил General Motors, не производил больше никто. Потом очень ловко подпрыгнула Toyota до этого уровня. Начала всерьез отыгрывать. Одна Toyota у всего General Motors рынок. Первая. Один год, второй год, третий год. Сейчас уже корейцы на подхвате. Но, пятый год подряд на планете Земля, причем никто не заметил, что пятый, потому что статистика всегда разная, но Reuters приводит всегда с отсылом к пятилетке. По результатам пятилетки Volkswagen на планете Земля производитель автомобилей номер один.

Дальше, конечно, нюансы, что мы как считаем, из каких количеств. И у Volkswagen, у него 10,8 млн, у Toyota – 10,6 млн, она вторая. У Nissan – 5,6, у Renault – 3,9, у Mitsubishi – 1,2. Вот здесь как раз Renault, Nissan и Mitsubishi упоминаются в рейтинге Reuters совершенно не случайно, потому что, если считать только легковые машины, цифры немножко переигрываются. Но Reuters забыл, что у Nissan, у него грузовое подразделение, и Mitsubishi тоже имеет грузовое подразделение, поэтому, получил неправильную статистику. Это разборка Reuters, пусть они сами там считают, что является грузовиком, а что не является.
Для нас с вами привлекательна вот эта как раз цифра. На планете Земля номер один это как раз Volkswagen. Что там про дизельгейт? Что там про вот этих вот голубых, которые по всему миру восхитились и сказали: «Нас обманули! Нас, голубых, нельзя обманывать, мы за это вас накажем» и долларом, соответственно, и евро. И продажи у вас упадут, и дизель у вас очень плохой, и сами вы очень плохие. А Volkswagen пятый год подряд незыблемо номер один на планете Земля. Как покупали, так и будут покупать. И, конечно же, Volkswagen Golf, в том числе и дизельный, как покупали, так и будут покупать.

А в Европе, так он просто абсолютный рекордсмен. И количество проданных Volkswagen Golf говорит о том, что людям глубоко фиолетово, что там придумывают зеленые и голубые. Им нужен товар. Этот товар производится, этот товар покупается за те деньги, которые есть у населения. И все. И больше никаких других критериев нет. Volkswagen пятый год подряд номер один автопроизводитель на планете Земля.
До завтра.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире