'Вопросы к интервью
31 июля 2008
Z Назад в будущее Все выпуски

В кадрах решили — и всё. Почему российские предприятия отчаянно нуждаются в руках и головах?


Время выхода в эфир: 31 июля 2008, 00:03

А. НАСИБОВ: У микрофона Ашот Насибов. Программа «Назад в будущее» приветствует уважаемых слушателей. В кадрах решили — и всё. Почему российские предприятия отчаянно нуждаются в руках и головах? Откуда растут руки? Из головы? Эту тему мы обсуждаем с Марией Марковой. Мария один из руководителей Национального союза кадровиков. Мой первый вопрос Марии, какие самые большие проблемы кадровых служб, как говорили раньше, на нынешнем этапе? М. МАРКИНА: Я бы сконцентрировалась, пожалуй, на двух проблемах. Первая проблема – это пресловутый дефицит кадров. Он действительно существует, особенно рабочие специальности, технические специальности, инженерный состав. И второй вопрос я бы сформулировала, как адекватность персонала и соответствие возможности персонала их потребностям. Очень часто кадровые службы сталкиваются с тем, что приходят люди, квалификация которых незначительная, но запросы финансовые чрезвычайно велики. А. НАСИБОВ: Давайте разобьем ваш ответ на две части. Вы сказали дефицит кадров, и второе – адекватность персонала. По дефициту кадров, это не миф?

М. МАРКИНА: Нет, к сожалению, это не миф. Дефицит кадров существует.

А. НАСИБОВ: Тогда я разобью, и этот вопрос на две части. На дефицит кадров и дефицит рабочих рук. Вот так. Начнем с дефицита кадров. Что такое кадры у нас? Это квалифицированные, подготовленные люди для той или иной работы? Какое определение вы дадите кадрам?

М. МАРКИНА: Я бы, наверное, сказал, что кадры, это все-таки любой персонал, который можно найти достаточно быстро. То есть, дефицит, это тогда, когда ты затрачиваешь на поиск гораздо больше времени, чем можешь себе позволить. Когда это уже вылетает в «копеечку».

А. НАСИБОВ: И дефицит кадров сейчас существует?

М. МАРКИНА: Да. На самом деле, это мировая тенденция. И он будет увеличиваться.

А. НАСИБОВ: Примерно масштабы дефицита кадров?

М. МАРКИНА: Думаю, что какие-то цифры конкретные я сейчас не приведу. Но на самом деле, эта тема обсуждалась и на Европейском конгрессе, на котором выступали специалисты по управлению персоналом. Это было в апреле этого года. Европейское общество приходит к тому, что они задействуют людей старшего поколения на каких-то консультационных должностях. Они задействуют молодежь. И они вплотную задействуют мигрантов.

А. НАСИБОВ: А адекватность персонала, что это такое?

М. МАРКИНА: Это отсутствие специалистов должной квалификации. Сейчас многие пришли к тому, что необходимы стандарты профессии. И такие стандарты начинают вырабатываться, такие стандарты появились у рестораторов. Мы выработали такие стандарты, стандарты специалиста по управлению персоналом и по кадровому менеджменту. Есть Национальное агентство квалификации, создано оно при РСПП. И цель всего этого в том, чтобы стандарты профессии соответствовали стандартам обучения. Стандарты обучения должны подтягиваться под требования работодателя.

А. НАСИБОВ: Илья задал вопрос, если сейчас дефицит рабочих квалифицированных специальностей, то ПОЧЕМУ предприятия предлагают за их труд нищенскую зарплату в 16-20 тысяч рублей? Или порядка 600-850 долларов в месяц? Это нищенская зарплата? Илья прав?

М. МАРКИНА: По Москве это считается почти средняя зарплата. А почему предлагают? Ну, люди идут на эту зарплату. Вы же понимаете, что предлагаемая зарплата, соответствует рынку. Если бы никто не шел работать за эти деньги, то работодатель был бы вынужден поднять ее.

А. НАСИБОВ: Насколько адекватность персонала соответствует адекватности зарплаты?

М. МАРКИНА: Взаимосвязано. Но, к сожалению, сейчас рынок перегрет в плане зарплаты. И специалисты не очень высокого уровня хотят зарплату, пожалуй, в два раза выше, по…

А. НАСИБОВ: То есть вот это уже не адекватность персонала?

М. МАРКИНА: Да. Несоответствие запросов квалификации.

А. НАСИБОВ: Сколько сейчас просит молодой выпускник ВУЗа?

М. МАРКИНА: Я не видела запросов ниже тысячи долларов в Москве.

А. НАСИБОВ: А что говорить о людях, которые чего-то нахватались за 3-5 лет…

М. МАРКИНА: Сейчас средние запросы с опытом работы 3-5 лет, с высшим образованием соответствуют 50-60 тысячам рублей.

А. НАСИБОВ: Когда началась вся эта ситуация? Когда это проявилось в полной мере?

М. МАРКИНА: Пожалуй, пару лет назад.

А. НАСИБОВ: Чем все это было вызвано? Как развивалась ситуация за последние годы, когда все это началось?

М. МАРКИНА: Сложно сказать. После кризиса 1998 года зарплаты упали, и какое-то время они подтягивались до докризисного уровня. И года 2-3 назад начался всплеск, когда зарплаты стали превышать докризисный уровень. Я знаю мнение, что это может быть связано с тем, что банки активно выдают кредиты и рынок перенасыщен деньгами. Но я не готова сказать насколько это адекватное, насколько правдивое мнение.

А. НАСИБОВ: Какие причины привели к дефициту кадров? Можете охарактеризовать ситуацию? Как она развивалась за последние 10-15 лет? Что стало причиной?

М. МАРКИНА: Специалисты говорят о том, что этот дефицит, прежде всего в рабочей сфере, вызван отсутствием нормальной подготовки кадров. Была развалена система подготовки специалистов на уровне ПТУ, техникумов. Была развалена система, которая называлась «наставничество». На крупных предприятиях, которые заинтересованы в своей кадровой политике, сейчас это возрождается. Градообразующие многие предприятия берут под себя специально такие ПТУ, берут над ними шефство и доплачивают ребятам стипендию. Например, «Норильский никель» и не только они. И сейчас уже идет процесс восстановления системы среднего специального образования. Будем надеяться, что через какое-то время мы получим опять…

А. НАСИБОВ: Опять, это мы вернемся к той системе подготовки специалистов, которая была в советские времена?

М. МАРКИНА: Да.

А. НАСИБОВ: Но тогда свои перекосы были. Тогда наши ВУЗы выпускали в неимоверных количествах, например, инженеров. Средние учреждения выпускали в неимоверных количествах средний технический персонал. Что у нас получилось? У нас в отсутствие в то время достаточно серьезных средств компьютерных, условно говоря, притом, что молодые люди умели более-менее работать за компьютерами, мы подменяли АСУ работой инженеров. Вы согласны со мной?

М. МАРКИНА: Я согласна.

А. НАСИБОВ: Мы использовали труд людей вместо труда машин. У нас не складывается такая же ситуация и сейчас? Мы жалуемся на дефицит рабочих рук, а вместе с тем не обновляем АСУ, не механизируем работу, не заменяем труд людей теми же роботами там, где это возможно.

М. МАРКИНА: Конечно, и это тоже происходит. Но мне все-таки кажется, что не в такой мере, потому что наступил такой период, когда работодатели очень четко считают цену рабочим рукам, считают бюджет предприятия и высчитывают что выгоднее – человеческий ресурс или все-таки автоматизированный. Поэтому если есть возможность автоматизировать производство, его, конечно, автоматизируют, если это выгодно.

А. НАСИБОВ: А что выгоднее в такой ситуации, готовить собственные кадры или импортировать уже готовые?

М. МАРКИНА: Импорт в той или иной мере происходит и сейчас. Есть экспаты, которые приезжают сюда на топовые позиции. Есть мигранты, которые работают на низших позициях. Другой вопрос, что если делать импорт более массовым, то сразу встанет вопрос о социализации этих рабочих рук.

А. НАСИБОВ: А если вахтовым методом работать? Смотрите, что получается, можно приглашать строителей на крупные стройки из республик Средней Азии, из Китая. Они оседают в районе строек, они подтягиваются семьями. А можно заключать договоры с фирмами-подрядчиками в тех же странах, которые сами набирают своих специалистов, привозят их сюда на месяц. Потом другая партия. И без всяких семей, без всякого оседания… Почему к этому способу не прибегнуть? Такие примеры есть.

М. МАРКИНА: Я тоже знаю, что такие примеры есть. Но мне кажется, что такой вахтовый способ используется на предприятиях, где не требуется какая-то квалификация. Либо это сельхозпредприятия, либо это какие-то строительные фирмы. То есть люди с низшей специальностью. Более прогрессивная специальность, допустим, тот же токарь, на автоматизированном более сложном станке, мне кажется, что здесь могут возникнуть проблемы. Я плохо себе представляю вахтовым методом привозить людей достаточно высокой квалификации.

А. НАСИБОВ: У вас перед глазами лежит стопка всяких хитрых опросов сотрудников кадровых служб в нашей стране. Там есть вопрос, что людей привлекает в первую очередь, зарплата или другие какие-то условия? Огласите, результаты.

М. МАРКИНА: 56% ответили, что люди, работающие, прежде всего ради денег… И это, надо сказать, правда. 15,3% это люди, которые готовы пожертвовать высокой зарплатой ради интересной работы. Это люди, нацеленные на карьерный рост, 13,12% это люди, более всего ценящие хороший коллектив. Такие компанейские люди. 12,16% это люди, ради опыта в компании с крупным брендом, соглашающиеся на меньшие деньги. То есть люди, нацеленные на будущее. Чтобы с записью работы в такой компании, иметь более хорошие перспективы. И всего 3% ответили, «другое».

А. НАСИБОВ: Наверное, «другое», это моральное удовлетворение от работы.

А. НАСИБОВ: Я беседовал со специалистами по проблемам занятости. Некоторые утверждают, что у нас существует несколько мифов. Например, о том, что необходимо бороться с безработицей. Ваше отношение к этому вопросу?

М. МАРКИНА: Бороться надо, но без фанатизма. Потому что мне совершенно непонятно, когда людей, оставшихся без работы, приходящих в службу занятости, с высшим образованием, пытаются переучивать на какие-то рабочие специальности. Понятно, что люди идут на это неохотно. А служба занятости тратит на это средства. Возможно, к этому вопросу надо подойти более избирательно, провести какой-то мониторинг, каким образом этих людей можно использовать, занять социально-полезным трудом.

А. НАСИБОВ: А если люди живут понятиями 15-20-летней давности, если их квалификация уже не соответствует современным требованиям, притом, что у них высшее образование? Если они всю жизнь занимались тем, что распивали чаи у себя в конторах? Понятно, что в перерывах писали какие-то бумаги, щелкали на счетах… Они уже сами, по психологии не рассчитывают на большие деньги. Им бы пристроиться куда-нибудь. Что делать с ними?

М. МАРКИНА: Мне кажется, что те люди, о которых мы сейчас говорим, приходят в службу занятости не за работой, а за пособием. И это надо адекватно понимать, и тратить деньги на их переобучение неразумно.

А. НАСИБОВ: Второй миф, как мне сказали, это то, что у нас в стране некому работать.

М. МАРКИНА: Мне кажется, что вот это правда миф. Потому что если бы некому было работать, то мы бы здесь не сидели. Все-таки люди работают. Если есть поступления в бюджет, если мы каким-то образом живем… Не совсем же он нефтяной?

А. НАСИБОВ: Я, паркуя машину, обращаю внимание, какие здоровые молодые «лбы» этим занимаются. Я не знаю, сколько они получают, но так можно стоять всю жизнь, при таком количестве машин в нашем городе. Я понимаю, что нашей стране безработица не грозит, когда такое количество молодых здоровых парней занимается таким «высокоинтеллектуальным» трудом.

М. МАРКИНА: Мне кажется, это не вопрос дефицита кадров, а вопрос коррупции в этой области. Я сталкиваюсь с такими молодыми людьми в школе, когда они сидят в охранной будке. Но надо отметить, что они не москвичи. Это приезжие из провинции, где зарплата гораздо меньше, чем в Москве. И им в свои 25 лет, проще сидеть здесь и гонять на школьном дворе детей, чем там работать на том же заводе…

А. НАСИБОВ: А это не говорит о неадекватности или не соразмерности оплаты труда за работу на заводе, где требуется квалификация, и за работу на месте парковщика? Люди получают разные деньги в пользу последней работы. Не нарушена ли система баланса оплаты?

М. МАРКИНА: Мне кажется, что нарушен баланс в социальной сфере. Если у нас в одном регионе страны люди живут хуже, чем в другом по определению, если они получают меньшую зарплату и вынуждены переезжать в другой регион… А это повсеместно. У нас нет социальных стандартов уровня жизни, то, как следствие, мы получаем огромное количество в Москве парковщиков, передвигающих столбики.

А. НАСИБОВ: Но это нормальное явление, если люди в поисках лучшей зарплаты переезжают из региона в регион. Это то, на чем построена система рабочих мест в США. Когда люди могут найти себе работу в другом конце страны, они продают свой дом, переезжают туда.

М. МАРКИНА: Да, но у нас они переезжают, не потому что они могут найти себе работу в другом конце страны, а потому что в том конце страны, где у них дом, они ее вообще не могут найти. Либо найти за зарплату гораздо ниже, чем они могут прожить своей семьей.

А. НАСИБОВ: Обратимся к вопросам. Татьяна — пенсионерка из Оренбурга прислала пример объявления вакансии для специалистов. «Требуется врач, 23 года, опыт работы 3 года. Другой врач – тоже 23 года, опыт работы 3 года». В мединституте обучаются 6 лет, плюс год интернатуры, плюс первичная специализация. Какие кадровики составляют такие объявления? Или, например, требуется инженер, 25 лет, опыт работы 4 года.

М. МАРКИНА: Мне сложно сказать, кто составляет такие объявления, потому что они по сути своей содержат дискриминацию. Они незаконны. Мы не имеем права указывать ни пол сотрудника, ни возрастные ограничения. Уж, я не знаю, какого специалиста они хотят себе получить. Почему специалист в возрасте на 2-3 года старше их не устраивает? Это уже какие-то издержки.

А. НАСИБОВ: Сокращение трудоспособного населения в масштабах страны, миф это или реальность?

М. МАРКИНА: Это правда. Несколько процентов в год трудоспособного населения. Во-первых, население стареет само по себе. Во-вторых, уровень жизни, уровень здоровья населения значительно ниже, чем европейский. Сложно сказать, какой процент инвалидности по здоровью сейчас, но очень многие предприятия страдают оттого, что сотрудники, которые способны работать еще много лет, 40-летние становятся инвалидами. Огромный процент инфарктов по стране. Это уже относится к масштабам катастрофы.

А. НАСИБОВ: Это следствие не только изменения системы подготовки кадров, но и изменения системы надзора за состоянием здоровья сотрудников? В советские времена диспансеризацию проходили.

М. МАРКИНА: Это именно так. Сейчас это не является обязательным условием для работодателя. Сейчас диспансеризация на предприятиях воспринимается, как…

А. НАСИБОВ: Социальное обременение?

М. МАРКИНА: Скажем так. Я разговаривала недавно с одним из руководителей профсоюза энергетиков, и он мне сказал следующее: «Люди не хотят идти на бесплатную диспансеризацию, потому что они просто боятся. Они боятся, что у них выявят какие-то заболевания и их уволят с работы».

А. НАСИБОВ: А закон не на их стороне?

М. МАРКИНА: Формально на их. А фактически, вы же понимаете, что работодателю нужны здоровые работники, он вкладывает в них деньги. Люди боятся. Мы живем в условиях рынка.

А. НАСИБОВ: Но это же хорошо, что мы живем в условиях рынка.

М. МАРКИНА: Конечно.

А. НАСИБОВ: Но это же плохо для конкретного сотрудника, у которого выявили отклонения. Так для кого рынок-то?

М. МАРКИНА: Мне кажется, что мы начали жить в условиях рынка, но мы не подготовили к этому население. У нас люди живут все-таки в большинстве своем по советским понятиям. У нас обязательная медицина бесплатная. Люди как-то привыкли, что, если бесплатная диспансеризация вдруг, то надо ждать подвоха, потому что с чего это вдруг работодатель вкладывать в это деньги?

А. НАСИБОВ: У вас еще есть разные интересные результаты исследований, поделитесь с нами.

М. МАРКИНА: Я возьму парочку. Например, важно ли наличие высшего образования при приеме на работу в вашу компанию. Это спрашивали у кадровиков. 42,5% ответили, что оно необходимо, 33,12% да, но только для кандидатов на руководящие должности, 22,5% ответили, что нет, что гораздо важнее опыт и около 2% ответили, что одного высшего образования мало, что предпочитают кандидатов с несколькими дипломами. Надо отметить, что на западе сейчас идет тенденция к тому, что не очень важно, какое у человека образование. Важен опыт работы. Требуют рекомендательные письма. У них нет такого понятия, как трудовая книжка. Есть рекомендации с предыдущих мест работы, есть какие-то характеристики. И это ценится гораздо выше, чем диплом. Мы еще к этому не пришли.

А. НАСИБОВ: Дмитрий пишет, что 2 миллиона сотрудников ЧОПов в России. Это, наверное, помимо парковщиков. А теперь по поводу высшего образования. Смотрите, компания в которой я работаю, создается федеральный ядерный университет, набазе МИФИ. Объединяют еще 33 учеюбных заведения, как высших, так и средних. Госкорпорация Росатом задумалась о подготовке своих собственных кадров. Насколько это естественно в нынешних условиях? Есть ли еще какие-то примеры того, что государственные крупные компании задуимываются о создании собственных профильных ВУЗов? Напомню, что в советские времена у нас были профильные ВУЗы по ряду специальностей.

М. МАРКИНА: Это актуально уже давно. Например, КБ Сухова, которое занимается студентами очень активно. Они ребят окучивают, чуть ли не со школы. Потом доплачивают студентам, которые идут к ним после специального факультета. У них есть что-то типа Совета молодых специалистов, который потом этих ребят поддерживает. И они не одиноки. Многие крупные предприятия, которые заинтересованы в молодых специалистах… Сейчас дефицит, так называемых, космонавтов. То есть, специалистов узкого профиля. Грубо говоря, не химики-технологи, а химики-технологи со знанием японского языка, например. Штучный специалист. Авиастроение, атомная области требуют специалистов особого уровня. И тут надо понимать, что, если предприятие не будет этих специалистов буквально со студенческой скамьи пестовать, то этих ребят подберут на запад. Никакого секрета нет, что многие уезжают сразу после окончания института на очень хорошую зарплату.

А. НАСИБОВ: Дима пишет, что у них на предприятии тех, кто не сделал прививку от гриппа, лишали премии.

М. МАРКИНА: Это незаконно. У нас нет пока обязательной вакцинации. Если предприятие частное это все равно незаконно, потому что Трудовой кодекс у нас действует на предприятии любого типа. Можно обратиться в трудовую инспекцию или подать в суд на своего руководителя предприятия.

А. НАСИБОВ: Вот Николай Кошман президент Ассоциации строителей России заявил, «работа на строительстве должна быть приравнена к альтернативной гражданской службе». Он предлагает, чтобы рабочих и инженеров, которые работают на стройке, не забирали в армию, чтобы вместо этого они отрабатывали свои два года на стройке. Такие предложения в последнее время звучат все чаще. Насколько они являются реальной возможностью ликвидировать дефицит рабочих рук, с вашей точки зрения?

М. МАРКИНА: Мне кажется, что студенты строительных ВУЗов, все-таки не способны заменить мигрантов, которые работают на стройке. И я не уверена, что это нужно. И даже инженеров. Это как-то тюрьмой попахивает.

А. НАСИБОВ: А Алексей из Перми пишет, что человека премировали за то, что он сделал прививку.

М. МАРКИНА: Но все-таки прививка дело добровольное.

А. НАСИБОВ: Локализация трудовых ресурсов. Насколько важно при приеме на работу на крупное предприятие использовать местные трудовые ресурсы, а не приезжих?

М. МАРКИНА: Мне кажется, это очень важно. Все-таки это ослабляет социальную напряженность в регионе. Мы создали сами ситуацию, когда рабочая сила сконцентрирована в основном, в крупных городах. А чем дальше от Москвы и Санкт-Петербурга, тем хуже людям живется. А потом мы удивляемся почему, например, Москва перенаселена.

А. НАСИБОВ: Чем дальше, тем хуже… А если это совсем депрессивный регион, но там дешевая земля, там можно построить хорошее крупное предприятие, а народ местный спился, не хочет работать, даже за повышенную зарплату. Как в таком случае себя вести.

СЛУШАТЕЛЬ: Мне кажется, есть несколько путей решения. Например, первый, если предприятие там строится, они параллельно могут строить инфраструктуру. И тогда туда поедут из ближайших регионов. Такая внутренняя миграция в рамках тысячи километров, мне кажется, это вполне реально. А второй момент, есть такая опция, которая начала действовать в некоторых регионах. Это социальный контракт. Социальные службы заключают договор с местными гражданами. Та же служба занятости, например, или собес. И выплачивает какое-то время пособие человеку за то, что он обязуется вылечиться от алкоголизма, устроиться на работу и наладить свою жизнь. Мне кажется, если эту систему развивать, и развивать ее грамотно, то она…

А. НАСИБОВ: Систему социальных контрактов?

М. МАРКИНА: Да.

А. НАСИБОВ: Тверская область, например. Расположена между Петербургом и Москвой, которые вытягивают из нее рабочих. Что в таких случаях делать? Зарплату повышать, на патриотизм давить? Люди-то уезжают.

М. МАРКИНА: Развивать инфраструктуру в области. По-моему есть целый проект по развитию озераСелигер. Там будет построено жилье. Если это будет, то люди останутся.

СЛУШАТЕЛЬ: Константин, Волгоград. Я в течение 10 лет работаю в разных городах России. И вот заявление о то, что легко и просто переехать, например. из Ярославля в Саратов, меня просто резануло. Не всякая компания готова предоставить жилье. Для семьи это тоже не просто. На сегодняшний день крайний дефицит в квалифицированных кадрах. Любая компания готова принять грамотного специалиста, но дело в том, что не каждая готова его принять в силу своих возможностей. Такие компании существуют за пределами МКАД.

А. НАСИБОВ: Вы затронули интересную тему. За пределами МКАД компании тасуют одни и те же кадры. Самые квалифицированные специалисты перебрались в столицу.

М. МАРКИНА: Не совсем согласна. Сейчас многие топ-менеджеры едут в регионы, с целью потом повысить свои карьерные перспективы. А если компании крупные, градообразующие, они готовы предоставить социальный пакет. Я о переезде сказала только при условии предоставления жилья.

А. НАСИБОВ: СЛУШАТЕЛЬ: Млада, Москва. Я вернулась из Суздаля. Я испытала шок. Там настроили гостиниц. Но люди там получают зарплату 7 тысяч рублей, пенсия там 2 тысячи рублей. За квартиру платят половину пенсии. Отпуск я проводила в Италии. Там почему-то в разных районах уровень жизни одинаковый и высокий. Там не стоит вопрос менять место жительства, чтобы выжить. До какой поры у нас будут неуважительно относиться к человеку, чтобы ставить его в такие условия, что он должен уезжать с родного места?

М. МАРКИНА: На мой взгляд, это как раз то, о чем я говорила, это социальный стандарт уровня жизни. Он должен быть по стране одинаковым. Если это будет так, то не придется уезжать

А. НАСИБОВ: Какие решения должны сейчас быть приняты в области кадровой политики, в области подготовки персонала, чтобы они дали эффект лет через 5-10.

М. МАРКИНА: На мой взгляд, необходим мониторинг подготовки специалистов. Он уже проводится. Надо знать какие специальности будут востребованы через это время. Мы проводили такое исследование для строительных специальностей. Будут востребованы инженерные специальности строительные. Ценность этого исследования в том, что на его основе ВУЗы готовят специалистов. И они готовят их в соответствии с потребностями рынка.

А. НАСИБОВ: По Интернету пришли вопросы. Насколько велика роль блата при приеме на работу, особенно на дефицитные места?

М. МАРКИНА: Мне кажется, что это из уровня мифов, все-таки руководители начинают считать деньги. И если человек свой, но не обладает определенными навыками, все равно предпочтение будет отдано специалисту.

СЛУШАТЕЛЬ: Леонид, Петербург. У нас в любой газете можно прочитать, что требуются специалисты до 30-ти лет. Что делать с возрастным цензом?

М. МАРКИНА: Если вы хотите решить это вопрос в правовом русле, то надо обращаться в суд, потому что это дискриминация. Но реально я не видела ситуации, когда бы отказывали в работе специалистам в 35 лет. Бывают ситуации, когда отказывают людям предпенсионного возраста, потому что дополнительные выплаты надо будет производить. Отказывают иногда молодым женщинам, потому что они могут уйти в декрет.

А. НАСИБОВ: А почему стремятся пригласить людей на работу? Может потому что хотят их обучить?

М. МАРКИНА: Предприятия, которые настроены именно так, они берут студентов сразу после ВУЗов. Мне кажется, что эти возрастные ограничения, это привычка. Возраст не является уже давно критерием.

А. НАСИБОВ: Вы знакомы с западным опытом в этой области? Насколько за рубежом обращают на возраст?

М. МАРКИНА: Если человек здоров, если он хороший специалист, то он работает до пенсии. Многие компании на западе дают возможность работать консультантами, даже дома. Это такая опция уважения. Это дает возможность материальной поддержки, дает возможность быть нужным. Это сейчас широко распространено. И это является одним из инструментов решения вопроса дефицита кадров тоже.

СЛУШАТЕЛЬ: Александр, Москва. Вы говорили, что после ВУЗа молодежь хочет сразу высокую зарплату. А посмотрите, сколько стоит один квадратный метр жилья?

А. НАСИБОВ: Резонно.

СЛУШАТЕЛЬ: И вопрос, как может человек при очень низкой зарплате переехать в другой город?

А. НАСИБОВ: Наверное, сначала ему надо квартиру свою в старом городе продать, а потом уже искать работу в новом. Просто денег нет.

М. МАРКИНА: Но мы же говорили о том, что человек переезжает при условии/. если ему предоставляют жилье.

А. НАСИБОВ: И много сейчас таких компаний?

М. МАРКИНА: Мы рассматривали это, как вариант. Если это будет, то возможно люди поедут.

А. НАСИБОВ: Спасибо. Марина Маркина — руководитель Национального союза кадровиков. Кстати, а кого объединяет ваш союз?

М. МАРКИНА: Специалистов по управлению персоналом и специалистов кадрового менеджмента в масштабах страны. Мы компания, которая представляет Россию в Европейской ассоциации по управлению персоналом. У нас порядка 8 тысяч кадровиков.

А. НАСИБОВ: Спасибо. Встретимся со слушателями через неделю. Программа «Назад в будущее».



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире