Время выхода в эфир: 08 августа 2009, 23:06



ЭЛИНА НИКОЛАЕВА: Куда катится мир? В былые времена сказочная Америка была для многих несбыточной мечтой. Получить там вид на жительство почиталось за счастье. А теперь некоторые наши эмигранты уезжают из Америки. И виною тому не только кризис. Почему так происходит, нам сегодня расскажет Виктор Фридман, автор книги «Социалистические Штаты Америки». С ним поспорит, а в чем-то согласится его принципиальный читатель Егор Николаев. Здравствуйте, Виктор, Здравствуйте, Егор.

ВИКТОР ФРИДМАН: Здравствуйте.

ЕГОР НИКОЛАЕВ: Добрый день.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, что же, прежде всего, что и Ваша книга, и наша сегодняшняя программа не носят антиамериканского характера в том смысле этого слова, который принят в России. Скорее это такой смех сквозь слезы. Горечь от потери идеала и разочарование в Американской мечте. Вы согласны со мной, Илья? Высказываю только свое мнение.

В. ФРИДМАН: Нет, вполне. Я, единственное, не совсем понял смысл выражения об общепринятом в России понятии антиамериканском.

Э. НИКОЛАЕВА: В том смысле этого слова, который сейчас принят в России. Огульное, наверное.

Е. НИКОЛАЕВ: Ну, я думаю, что основная проблема в том, что критикуют всю Америку, т.е. говорят: Америка – это зло. При этом не акцентируется, что зло – это те люди, которые ее разрушают, те группы интересов, которые разрушают.

Э. НИКОЛАЕВА: Так, ну, мы Вам ответили. Виктор.

В. ФРИДМАН: В общем-то, да. Наверное, соглашусь.

Э. НИКОЛАЕВА: С таким посылом.

В. ФРИДМАН: Хотя принято, наверное, рассматривать все в целом и, наверное, в сегодняшнем мире больше от Америки негатива идет, чем позитива. Поэтому, наверное, многие и считают, что это зло, и, исходя из этого формируется такое…

Э. НИКОЛАЕВА: Обобщающее суждение.

В. ФРИДМАН: Совершенно верно.

Э. НИКОЛАЕВА: Т.е. Значит, с Вашей точки зрения, с Вашей позиции, Виктор, это никакой не смех сквозь слезы, и никакой горечи в этом нет в Вашей работе от потери идеала.

В. ФРИДМАН: Нет, абсолютно.

Э. НИКОЛАЕВА: Т.е. Вы торжествующий разрушитель.

В. ФРИДМАН: Ну, это слишком громко сказал, конечно. Но если Америка, скажем так, придет в упадок, я плакать не буду.

Е. НИКОЛАЕВ: А как быть с тем, что Америка до сих пор фактически толкает мир вперед по части экономики и т.д., не смотря ни на что.

В. ФРИДМАН: Последние годы происходит больше по инерции, во-первых. Из-за того, что мировая экономика зависит от американского доллара, во-вторых.

Э. НИКОЛАЕВА: Скажите, а  по какому Вы будете строю плакать, если все-таки такая участь постигнет какое-нибудь другое государство, если по Америке плакать не будете.

В. ФРИДМАН: Я переживаю за судьбу России, мне нравится здесь жить, это моя страна.

Е. НИКОЛАЕВ: Отлично.

В. ФРИДМАН: Не хочу звучать, как квасной патриот, но действительно так. Мне здесь хорошо, мне здесь нравится, не смотря на все недостатки, которые я не отрицаю, которые здесь явно имеют место быть.

Э. НИКОЛАЕВА: Вдруг стало последнее время, да, Виктор. Ну, что же, для того, чтобы нашему читателю было понятно, почему я Вас так подковыриваю, сразу начнем с Вашей биографии, чтобы понятно было, кто Вы, и откуда, и почему вдруг такая книга. Итак, где родились, Учились, женились?

В. ФРИДМАН: Родился в Москве в 70м году. Учился во французской спецшколе, потом в физмат школе, куда меня притащили родители. Отслужил в армии почти полтора года.

Е. НИКОЛАЕВ: Сверхсрочно.

В. ФРИДМАН: Нет, срочная. После 1го курса. Я учился в МИИТе, у нас тогда еще не было брони, так называемой, поэтому после 1го курса загремел в армию, но по горбачевской амнистии вернулся досрочно. После этого отучился еще полтора курса в институте и в середине 3го курса в 91м году мы уехали в Амрику.

Э. НИКОЛАЕВА: Почему уехали?

В. ФРИДМАН: Уехали в основном по настоянию отца, это была его идея, хотя мы…

Э. НИКОЛАЕВА: 91й год вроде бы такое время демократических преобразований России.

В. ФРИДМАН: Ну, как-то он долго убеждал нас, что у меня, как у инженера нет будущего в Советском Союзе, что в Америке, там горы золотые. Кроме того, он съездил туда в гости в 89м году…

Э. НИКОЛАЕВА: Так-так, вот она американская мечта про горы золотые.

В. ФРИДМАН: Это не просто американская мечта. Это как в известном анекдоте: не путайте туризм с эмиграцией. Ему там все очень понравилось, он нас убеждал, что мы через год там купим дом, и давил в основном на материальные какие-то блага. Мне тогда казалось, наверное, это здорово, и в какой-то момент у меня компас оказался повернут на Запад, и я, в общем-то, согласился, наверное, надо уезжать, хотя в душе совершенно не хотелось этого делать.

Э. НИКОЛАЕВА: Что там делали? Чего там добились?

В. ФРИДМАН: Да, в общем-то, всего, можно сказать, что принято называть американской мечтой. Закончил университет, получил нормальную работу, женился…

Э. НИКОЛАЕВА: Там же.

В. ФРИДМАН: Да.

Э. НИКОЛАЕВА: На американке?

В. ФРИДМАН: Нет, на нашей. На российской девушке. Через 5 лет вернулся обратно.

Э. НИКОЛАЕВА: Сколько лет там прожили?

В. ФРИДМАН: Прожил почти 12 лет. 11 лет 7 месяцев, если быть точным.

Э. НИКОЛАЕВА: Материальное благосостояние, дом, мечта эта осуществилась?

В. ФРИДМАН: Дом не купили. Но было свое жилье, была хорошая квартира, которую мы снимали в Голливуде.

Э. НИКОЛАЕВА: Даже так.

В. ФРИДМАН: Голливуд – русский район Лос-Анджелеса.

Э. НИКОЛАЕВА: Уж мечта, так мечта. По полной программе.

В. ФРИДМАН: Наверное, в какой-то момент просто стало понятно, что, во-первых, нет у меня душевного комфорта, что для меня важнее всяких материальных благ. Ну, наверное, это осознание приходит с возрастом. А во-вторых, когда я женился, я вдруг ощутил, что я не вижу для своей семьи будущего в этой стране.

Е. НИКОЛАЕВ: А писать Вы тогда начали? Или уже после возвращения в Россию?

В. ФРИДМАН: Нет, первый раз я написал статью в 98м году. Она называлась «Другая сторона Америки».

Е. НИКОЛАЕВ: Вы написали ее тут или там?

В. ФРИДМАН: Там, еще там. Она была сплошь построена на эмоциях, даже где-то можно назвать ее мальчишеством. Исключительно основана на личном опыте, субъективно на личном видении того, что происходит в стране. И неожиданно для меня самого эта статья получила сумасшедшую огласку.

Э. НИКОЛАЕВА: Она была опубликована.

Е. НИКОЛАЕВ: Американцы очень любят эмоции. Открытые такие.

В. ФРИДМАН: Нет, я даже не говорю про американцев. Американцам глубоко наплевать, что мы, эмигранты думаем о них. В основном шквал негодования был в среде наших эмигрантов, типичных представителей новой родины, которые очень оскорбились за то, что какой-то диссидент посмел ругать их новую страну. И тогда собственно и…

Э. НИКОЛАЕВА: Возникла мысль, что пора делать ноги.

В. ФРИДМАН: Ну, мысль, наверное, возникла тогда, но она еще не была оформленной, скажем так.

Э. НИКОЛАЕВА: Потому что это было сопряжено с массой обстоятельств, наверное, жизненного плана. Это увоз семьи, да, развод, и девичья фамилия.

В. ФРИДМАН: Самый сложный, наверное, больше психологический фактор.

Э. НИКОЛАЕВА: Оторвать себя…

В. ФРИДМАН: Не то, что оторвать, а признать, что совершил ошибку в некотором роде. И, кстати, это камень преткновения очень многих, которые, может, и хотели вернуться…

Э. НИКОЛАЕВА: Но не все могут себе позволить.

В. ФРИДМАН: Они, прежде всего, должны себе сказать, что, да, мне здесь не  очень нравится, и мой отъезд, возможно, был ошибкой. Если не ошибкой, от не оправдал всех ожиданий.

Э. НИКОЛАЕВА: Почему Америка теперь стала для Вас закрытой страной?

В. ФРИДМАН: Она не стала закрытой страной в обычном понимании.

Э. НИКОЛАЕВА: Я так поняла, Вас ничего хорошего не ждет из Вашей книги.

Е. НИКОЛАЕВ: Ее закрыли, наверное, для Виктора.

В. ФРИДМАН: Нет, теоретически я могу туда поехать в любой момент.

Э. НИКОЛАЕВА: Вас там шманать на границе начнут.

В. ФРИДМАН: На меня состряпали дело, когда я там в прошлый раз был. Видимо, борцов с системой не любят нигде, не только в Советском Союзе. Недавно кстати получил от них ответ, наконец, что вроде как дело закрыто, но могут ли  они его открыть снова, я не знаю.

Э. НИКОЛАЕВА: В любой момент Вашего приезда.

Е. НИКОЛАЕВ: Найти еще что-нибудь новое.

Э. НИКОЛАЕВА: Да, т.е. надо ехать абсолютно голым, чтобы не к чему было придраться. Видимо так.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, мы объясним нашим радиослушателям, по какой причине было открыто и закрыто дело, когда коснемся ниже более обстоятельно протестов Виктора против налоговой системы Америки.

Е. НИКОЛАЕВ: Меня вот что интересует очень сильно. Вы уехали, поскольку больше не смогли мириться с реальностью там. А те люди, которые остались, могут ли  они быть свободными в широком понимании?

В. ФРИДМАН: Мне кажется, гражданских свобод сейчас в Америке ну не то что почти не осталось, но они только на бумаге.

Е. НИКОЛАЕВ: Т.е. мириться с реальностью окружающей действительностью там нельзя.

В. ФРИДМАН: Ну, что Вы имеете в виду?

Е. НИКОЛАЕВ: Если Вы свободная личность, не можете поступаться какими-то своими базовыми правами человеческими и т.д., можете ли Вы там оставаться, жить, работать, быть счастливы? Или нет, это невозможно?

В. ФРИДМАН: Я думаю, все зависит от школы приоритетов конкретного человека. Т.е. если для него, скажем, материальное благосостояние важней, и  он ради него готов отказаться от каких-то личных свобод и от еще много чего, видимо, Америка, скорее для него. Нет, ну, для меня материальные блага никогда не были на первом месте, а это, конечно, важная часть жизни составляющая. Но, во-первых, никогда я не делал из нее культ, никогда она не была на первом месте.

Э. НИКОЛАЕВА: Итак, в студии нашей программы Виктор Фридман, писатель про Америку и не только и читатель, представитель современно мыслящей молодежи Егор Николаев. Ну, название Вашей книги имеет подзаголовок «Дежавю или новые песни о старом». А  на обложке изображен рабочий с молотом, а вместо колхозницы статуя Свободы. В общем, основной посыл понятен. И все же, Вы в СССР официально строили коммунизм. И неужели Америка туда же?

В. ФРИДМАН: Конечно. Я в книге в принципе привожу эту цитату, что бывший кандидат от социалистической партии Америки Норман Томас однажды сказал, что Америка никогда не примет социализма, но под маркой либерализма она постепенно примет все составляющие коммунистической программы, так и не поняв, как это произошло. Собственно это то, что происходит. Можно сказать, что в Советском Союзе произошла социалистическая революция, хотя по большому счету это переворот был, ну, не важно. В Америке происходит социалистическая эволюция, медленная смена власти, она занимает не одно поколение. Но происходит более плавно, без жертв и более эффективно соответственно. То, что мы сейчас наблюдаем.

Е. НИКОЛАЕВ: В рамках вот этой вот модели преобразования перехода от свободного общества к обществу, где всем руководит большинство, когда начался вот этот самый процесс, поскольку в Вашей книге особо об этом не говорится. Была ли это Первая мировая война с теми группами интересов, которые втянули США в это действие, или уже до начались какие-то движения?

В. ФРИДМАН: Мне кажется, я достаточно четко обозначил эту дату, это 1913 год, когда был создан федеральный резерв.

Е. НИКОЛАЕВ: Ну, вот он же неспроста так вот взял и упал с неба. Явно были какие-то к этому мотивирующие факторы.

В. ФРИДМАН: Были, и до этого были, конечно, стремления, но смысл в том, что экономика страны была передана из рук государства в руки группы лиц с частными интересами банкиров. Это Рокфеллер, Ротшильд, и прочие, которые сначала обрисовали план на тайном заседании, тайной встрече на острове Джекиу, о потом в 1913 году, причем заседание было накануне Рождества, когда большинство сенаторов были уже в отпуске, и было принято решение создать федеральный резерв. Вот так вот тихо и незаметно…

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, короче, это общаг Америки – деньги вкладчиков крупных.

Е. НИКОЛАЕВ: Одна какая-то группа интересов, достаточно, может быть, влиятельная, неужели те механизмы, которые работали из американской конституции и т.д., те противовесы, которые были к подобные вещам, неужели  они не сработали? Может быть, кризисные явления были уже и в других вещах, не только в этом. Неужели самые продуманный в истории механизм принятия решений дал подобного масштаба сбой?

В. ФРИДМАН: Ну, скажем так, президент не противился этому. Я  на самом деле не могу сказать, не знаю всех тонкостей состояния страны, экономики на тот момент, но, тем не менее, отправной точкой скатывания страны в пропасть именно является 1913 год.

Э. НИКОЛАЕВА: Итак, хочу заодно упомянуть и о Вашем друге и коллеге по нигилизму писателе Александре Никонове, удивительным образом Вы два друга сошлись на том, что разоблачаете окружающую нас действительность. Нас же Америка окружает практически.

В. ФРИДМАН: Пока еще.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, да, мировое общественное устройство сегодня настолько несовершенно, кризис тому подтверждением, что, пожалуй, нужны такие конкретные ребята, как Вы с Никоновым, пора людям открывать глаза.

В. ФРИДМАН: Пора.

Э. НИКОЛАЕВА: И Вы это начали делать на примере Америки. Начали с Америки.

Е. НИКОЛАЕВ: Вот скажите, если такое положение вещей в США, то как же тогда быль с Европой, которая по части экономической эффективности еще на более низком уровне, чем Америка. Все эти прогрессивные ставки налогообложения, профсоюзы, профессиональные организации, это же все душит Европу.

В. ФРИДМАН: Ну, Европа не менее социалистическая, чем Америка. Посмотрите Скандинавию.

Е. НИКОЛАЕВ: О том и речь. Т.е., может быть, у Вас зреет новая книга?

Э. НИКОЛАЕВА: Не собираетесь в Европу эмигрировать?

В. ФРИДМАН: Нет, я эмигрировать больше вообще никуда не собираюсь.

Е. НИКОЛАЕВ: Или Вам нужно там пожить. Т.е. чтобы писать, Вам нужно пожить и окунуться.

В. ФРИДМАН: Не только.

Э. НИКОЛАЕВА: Нахлебаться, что называется.

В. ФРИДМАН: Вот, может быть, это ближе к истине. Про Европу у Никонова написано достаточно, мне кажется, на эту тему. У него в частности в книге «Конец феминизма» очень много интересного про Европу написано о творящемся там маразме. Недалеко Европа ушла от Америки в этом плане.

Е. НИКОЛАЕВ: А Вам как кажется, дальше или просто по-другому?

В. ФРИДМАН: В чем-то они их переплюнули американцев.

Э. НИКОЛАЕВА: А в чем, интересно?

В. ФРИДМАН: Ну, вот в частности, как там набирают парламент. По-моему, в Швеции.

Е. НИКОЛАЕВ: Финляндии.

В. ФРИДМАН: Или в Финляндии.

Е. НИКОЛАЕВ: У них по процентам от народностей.

В. ФРИДМАН: Да. Там, по-моему, женщины должны в определенном количестве присутствовать.

Э. НИКОЛАЕВА: В общем, принцип тот же, что и в Америке. Должен быть определенный процент типа на инвалидные коляски, женщин, мужчин…

В. ФРИДМАН: Да. Примерно так.

Э. НИКОЛАЕВА: Транссексуалов, лесбиянок, толстых, худых.

В. ФРИДМАН: Политкорректность – вообще мне кажется это вирус, рак, который поразил мировое сообщество, когда стало не принято больше называть вещи своими именами, не дай бог, потому что может обидеться.

Е. НИКОЛАЕВ: А в России не видите ли Вы этих подвижек?

В. ФРИДМАН: Вижу, к сожалению. Я надеялся, что нас это обойдет, но не обошло.

Е. НИКОЛАЕВ: А какие процессы Вас беспокоят, какие явления? Что именно?

Э. НИКОЛАЕВА: Пока пожить надо.

В. ФРИДМАН: Пожить понятно, например, тема 11 сентября. Вот книга у Вас лежит, я вижу, приятно видеть ее. Многие понимают, чем на самом деле являлось 11 сентября. И я уверен, что более, чем прекрасно понимают и более того знают у нас в высших эшелонах власти, что это было, и тем не менее, все претворяются, что они ничего не понимают. И вот это, что называется фигура умолчания, когда принято претворяться, что все во что-то верят, хотя никто в это не верит.

Е. НИКОЛАЕВ: Ну, может быть, это уже больше дипломатия. Некая тактичность, наверное.

В. ФРИДМАН: Зато мы готовы прогибаться под какие-то сказки, под какой-то кем-то придуманный сценарий, чтобы не дай Бог там какой-то договор.

Е. НИКОЛАЕВ: Я не говорю, что это хорошо, я говорю, что это причина.

В. ФРИДМАН: Это уже не дипломатия, это уже какие-то гипертрофированные формы принимает, мне кажется.

Э. НИКОЛАЕВА: Так. Ну, что же. Давайте пройдемся по главам Вашей книги. Самая вопиющая из них про налоги. Где Вы описываете бандитско-мафиозные методы американских сборщиков налогов, сравнивая их с рекетирами.

В. ФРИДМАН: Так и есть. Начать надо, наверное, с того, что была введена в том же 13м году прогрессивная схема налогообложения по Марксу. Это в манифесте коммунистической партии Карла Маркса, где он одним из первых пунктов указывает прогрессивную налоговую схему. И вот с тех пор торжествует принцип – богатые это зло. Такой чисто социалистический принцип.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, для меня это просто завеса с глаз упала, когда я такое Ваше утверждение прочла в Вашей книге. Для меня в свете Америки это было настолько неожиданным. Богатые в Америке это зло.

В. ФРИДМАН: Ну, а как назвать еще все эти правительственные, государственные программы перераспределения средств?

Э. НИКОЛАЕВА: А они точно такие же, как и в любом государстве, все за счет народа.

Е. НИКОЛАЕВ: А расскажите нашим слушателям, как они работают.

В. ФРИДМАН: Объясню, те же пособия малоимущим. Откуда они идут? Вот программа помощи для беженцев, которые прибыли в страну. Что такое велф? Это, грубо говоря, отнимание денег у одной части населения и раздача ее другой части населения. Т.е. если я ворвался в дом кому-то богатому и у него отнял деньги, меня почему-то посадят в тюрьму, а государство считает что это нормально, что ему положено так заниматься этим, разрешено. И у меня недавно состоялся такой ожесточенный спор с одним из моих друзей, т.е. я в нем совершенно неожиданно открыл эти социалистические совершенно взгляды, когда он на полном серьезе пытался доказать, что богатые должны платить пропорционально в процентном отношении больше налогов, чем бедные. Это совершенно несправедливо. Что если человек заработал какие-то деньги своим умом, стараниями…

Э. НИКОЛАЕВА: В равной степени платит, как и любой другой трудоспособный гражданин страны.

В. ФРИДМАН: Абсолютно. Тот же процент, что и любой другой гражданин. А вот эта раздача малоимущим и неимущим – это как раз и спонсирование безделья и безработицы.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, это все делает государство для собственно успокоения, чтобы не было, сами Вы понимаете, дополнительных проблем в виде народного негодования.

В. ФРИДМАН: Конечно.

Э. НИКОЛАЕВА: И не было большого разрыва между богатством и бедностью. А делать это приходится, как всегда, не за свой счет, государственный карман не вытащишь же деньги. За счет народа. Платежеспособного народа.

В. ФРИДМАН: Конечно. Государство считает, что весь народ платежеспособный, за исключением тех, кто вообще ничего не зарабатывает, видимо, поэтому им полагается бесплатно раздавать…

Э. НИКОЛАЕВА: Мне вот только не понятно то, что касается налогов. Мне не понятно, почему помимо прочего непонятного, самая главная непонятность для меня, почему облагается налогом собственность, ну, например, построенная на деньги, которые уже были обложены налогом. Дом, к примеру. Какое это строение. Я понимаю, еще можно платить за землю, за то, что ты имеешь в  собственности земельный участок. Нет цены на самом деле земли, но есть какой-то общий налог, облагаемый на граждан.

В. ФРИДМАН: Ну, да, земля находится в территориальной собственности государства, поэтому можно как-то понять налог, но если человек на этой земле что-то построил…

Э. НИКОЛАЕВА: Да. Не понятно почему.

В. ФРИДМАН: Вырастил, приобрел.

Э. НИКОЛАЕВА: Он сам строит за собственные деньги, которые уже были заработаны, с которых уже заплачены налоги.

Е. НИКОЛАЕВ: Элина, Вы получили полное одобрение.

Э. НИКОЛАЕВА: Да. Виктор Фридман меня одобрил.

В. ФРИДМАН: Так вот продолжая про налоги в Штатах, первый пункт, это то, что прогрессивная налоговая схема. Второй пункт, то, что подоходного налога для граждан США и резидентов по закону не существует. Вот это для меня очень большое откровение.

Э. НИКОЛАЕВА: Да, мы о самом главном-то и не сказали в первых строках.

В. ФРИДМАН: Мне в это поверить было очень трудно, когда я это узнал.

Э. НИКОЛАЕВА: Граждане США в пределах 50 штатов могут не платить налоги на свою деятельность.

В. ФРИДМАН: Нет, они не могут не платить, они не облагаются. Т.е. если налог существует, его нужно платить. Т.е. нет такого, хочешь — платишь, хочешь — нет. Здесь как раз очень тонкая такая семантическая грань. Если есть налог, его платить надо. Если нет налога, его платить нечего. Нет такого надо или не надо платить. Так вот нет подоходного налога для граждан США и резидентов страны.

Э. НИКОЛАЕВА: Но при этом почему мы собственно обвинили бандитско-мафиозный метод американских сборщиков налогов?

В. ФРИДМАН: Американцы платят. Они просто этого не знают. Они никогда не смотрели, не изучали конституцию, налоговый кодекс, который, к слову, достаточно запутан, но при этом вполне читаемый.

Е. НИКОЛАЕВ: А Вы читали?

В. ФРИДМАН: Ну, да…

Э. НИКОЛАЕВА: Но перестал платить.

В. ФРИДМАН: Много времени потратил на изучение налогового кодекса.

Е. НИКОЛАЕВ: Скажите, извините, что я Вас перебил, а как же быть, американцы, и вообще западные люди, они же  очень любят считать деньги. Неужели возможность сэкономить очень сильно для них не является большим мотивирующим фактором к тому, чтобы не платить.

В. ФРИДМАН: Во-первых, многие этого не знают, во-вторых, для многих налоговая служба – это пострашнее, наверное, нашего КГБ. Там она называется (ГОВОРИТ ПО-АНГЛИЙСКИ) АЙЭРЭС и вот эти три буквы, они просто внушают американцам страх.

Э. НИКОЛАЕВА: И ужас.

В. ФРИДМАН: Да. Ну, естественно не обходится без пропаганды в средствах массовой информации, которые этот ужас поддерживают. Поэтому они считают…

Э. НИКОЛАЕВА: Нагнетают.

Е. НИКОЛАЕВ: СМИ как-то тоже….

В. ФРИДМАН: Естественно. Ну, а кем спонсировано, кем поддерживается, кем содержатся СМИ.

Э. НИКОЛАЕВА: Т.е. хочешь жить спокойно…

Е. НИКОЛАЕВ: Какой-то кромешный заговор. Неужели в Америке не появляются те люди, которые всегда с этим боролись? Айн Ренд…

Э. НИКОЛАЕВА: Виктор Фридман.

В. ФРИДМАН: Есть.

Е. НИКОЛАЕВ: Виктор Фридман. Но  он уехал.

В. ФРИДМАН: Я, кстати, летал туда на слушания, уже после моего возвращения, летал туда на слушания в налоговую…

Э. НИКОЛАЕВА: Почему Вы не побоялись открыто вступить в такой протест….

В. ФРИДМАН: Потому что я знал, что он ничего со мной не сделают…

Е. НИКОЛАЕВ: Могли найти какую-нибудь детскую порнографию на Вашем жестком диске.

В. ФРИДМАН: Могли.

Э. НИКОЛАЕВА: Жесткий диск, который конфисковали на границе, чтоб понятно было.

В. ФРИДМАН: Если имеешь дело с подобными людьми, нужно бояться не правды, а нужно бояться…

Е. НИКОЛАЕВ: Провокации.

В. ФРИДМАН: Провокация собственно и случилась.

Е. НИКОЛАЕВ: Но Вы не боитесь.

В. ФРИДМАН: Но я думаю, не только в налогах дело. Там еще была масса активности с моей стороны. И я даже одно время создал веб сайт на английском языке, где чуть ли не призывал к новой революции.

Э. НИКОЛАЕВА: К свержению государственного строя.

В. ФРИДМАН: Ну, нет, не так…

Е. НИКОЛАЕВ: Виктор, но много таких людей, давайте вернемся к этому. Скажите их имена, я бы их, может быть, даже почитал.

В. ФРИДМАН: По поводу налогов. Есть организация, которая называется (НАЗВАНИЕ НА АНГЛИЙСКОМ), что можно перевести, как Братство спасения патриотов. Т.е. организация, лидер которой Джон Котмайер за 20 с лишним лет существования организации не вычел ни цента налогов со своих подчиненных. Это организация, которая выдержала рейд Айэрэс в 93м году, по-моему, когда там устроили настоящие маски шоу, вломился спецназ с автоматами. В общем, там было целое дело, которое хотели сделать показательным. Причем рейд был не только  в офисе организации, но и дома у Джона Котмайера. Человек, который меня просветил первым, его звали Гордон Филипс, с которого вообще началось мое прозрение.

Э. НИКОЛАЕВА: Диссидентство американское.

В. ФРИДМАН: Ну, можно и так сказать.

Е. НИКОЛАЕВ: Я не звал бы это так…

В. ФРИДМАН: Борьба с системой.

Е. НИКОЛАЕВ: Это часто имеет оттенок отклонения от чего-то. И да и борьба часто тоже такое довольно такое детское понятие. А вот некое влияние на нее, это да.

В. ФРИДМАН: Борьба за собственные права гражданские.

Е. НИКОЛАЕВ: Пожалуй, это верно.

Э. НИКОЛАЕВА: Так, назвали имя. Еще кого, давайте, сдавайте всех.

В. ФРИДМАН: Эдгар Стил, совершено удивительный человек, адвокат, который очень часто берется защищать людей из принципа справедливости не за деньги.

Э. НИКОЛАЕВА: Такие еще остались даже в Америке.

В. ФРИДМАН: Да. На самом деле удивительный человек. Я имел честь с ним лично познакомиться во время своего последнего визита.

Е. НИКОЛАЕВ: Ну, скажите, я не вижу миллионных тиражей их книг, телепередач, как это было с Айн Рэнд, например, или с (НЕ РАЗБОРЧИВО) Фридманом. Где вот такие каменные, большие глыбы, где они?

Э. НИКОЛАЕВА: Столпы.

В. ФРИДМАН: Во-первых, миллионов тиражей вряд ли можно ожидать от подобных борцов с системой. А вся информация есть в избытке в интернете, который, слава Богу, пока еще не регулируется, не контролируется. Хотя попытки уже внедряются.

Е. НИКОЛАЕВ: Вам не кажется то, что сама реальность уже не может произвести подобного типа людей.

В. ФРИДМАН: Но они в меньшинстве.

Е. НИКОЛАЕВ: Ну, это всегда было так.

В. ФРИДМАН: Сейчас посложнее. С развитием технологий становится все сложнее. Потому что как говорится, большой брат следит за тобой, поэтому таких индивидуальных борцов легче отслеживать.

Э. НИКОЛАЕВА: Штучные экземпляры.

В. ФРИДМАН: Благодаря интернету.

Е. НИКОЛАЕВ: Выстреливать по одиночке.

Э. НИКОЛАЕВА: Итак, в студии нашей программы Виктор Фридман, писатель, про Америку и не только и его читатель, представитель современно мыслящей молодежи Егор Николаев. А вопросы здесь задаю я, Элина Николаева. Глава «Политкорректность. Генеральная линия партии». Основная мысль – все это придумано для того, чтобы сделать жизнь умных и красивых людей кошмарной. Особенно при этом достается белым мужчинам. Я прочла книгу и была в ужасе. Практически Вам, белым, образованным мужчинам.

В. ФРИДМАН: Смысл политкорректности уравнять всех, т.е. ввести не концепцию равных…

Э. НИКОЛАЕВА: Чтобы не дай бог какой дурак не обиделся.

В. ФРИДМАН: Да, концепция равных результатов. Т.е. все результаты должны быть одинаковы, т.е. не смотря на то, что один умнее другого, результаты должны быть одинаковые. И вот введенный лозунг в школьной программе «Никто не должен остаться позади» еще одно этому подтверждение. Когда какие-то там тесты, экзамены придумываются с тем расчетом, чтобы решить мог полный придурок, которого там…

Э. НИКОЛАЕВА: Т.е. он не должен чувствовать себя идиотом, поэтому тест не должен быть слишком сильным и сложным и заумным.

В. ФРИДМАН: А то он почувствует себя ущемленным…

Э. НИКОЛАЕВА: Комплексы будут у него развиваться.

В. ФРИДМАН: Абсолютно верно.

Е. НИКОЛАЕВ: А как же американская тяга к конкуренции? Выиграть, уделать?

Э. НИКОЛАЕВА: Победить, обойти.

Е. НИКОЛАЕВ: Завоевать?

В. ФРИДМАН: А смысл? Политкорректность все равно все это нивелирует все преимущества одних над другими.

Э. НИКОЛАЕВА: Т.е. не обязательно выделяться, не обязательно добиваться и достигать в жизни какой-то цели.

В. ФРИДМАН: Да лучше даже и не выделяться. Во-первых, у тебя все равно отберут, обложат налогом…

Э. НИКОЛАЕВА: Потому что наушничество существует, соседи настучат. И получат еще от федеральной налоговой службы денежное вознаграждение за то, что вовремя заложил соседа, который вдруг ни с того ни с сего приобрел себе Хаммер. С чего у соседа Хаммер?

Е. НИКОЛАЕВ: Скажите, а то, что у нас начинается ЕГЭ, там…

В. ФРИДМАН: Я считаю. ЕГЭ – это маразм полный. Это скатывание в западную систему.

Е. НИКОЛАЕВ: Это тоже первый шаг.

В. ФРИДМАН: Я считаю, что это огромная ошибка…

Э. НИКОЛАЕВА: И такая же дебилизация.

В. ФРИДМАН: Абсолютно. Это удар по нашей системе. Не смотря на все, что было в Советском Союзе плохо, все-таки образование у нас на уровне. И сейчас, к сожалению, уровень образования падает. Я думаю, это не секрет тоже не для кого.

Е. НИКОЛАЕВ: А  высшее образование, высшая школа?

Э. НИКОЛАЕВА: Высшее лучше, говорят, в Америке.

В. ФРИДМАН: Гуманитарное там хорошее. Т.е. юристы, бизнесмены, да. А технари, мне кажется, все-таки у нас сильнее.

Е. НИКОЛАЕВ: А Вы работаете сейчас, как программист, или хотите полностью переключиться на писательство?

В. ФРИДМАН: Я бы хотел, но пока я не нашел нишу, которая бы меня кормила. Поэтому я программирую, основная моя работа – это программирование. Ну, и немножечко я пишу в журналы.

Э. НИКОЛАЕВА: Итак, у нас есть еще глава «Свободный рынок или народное хозяйство». Вы за то, что в Америке уже торжествует народное хозяйство?

В. ФРИДМАН: Да.

Э. НИКОЛАЕВА: И банкротство Дженерал Моторс следствие этого.

В. ФРИДМАН: Да. Но вот  особенно зачем государство стало выкупать обанкротившиеся фирмы. Это тупиковый путь, я считаю, и повсюду профсоюзы, которые являются такой же язвой на теле свободного рынка.

Э. НИКОЛАЕВА: Цена на то-то должна быть такой-то, зарплаты ты должен получать такую-то.

В. ФРИДМАН: Да, указания о минимальной зарплате.

Э. НИКОЛАЕВА: Просто, как в древнем Риме.

В. ФРИДМАН: Уродует просто свободный рынок.

Э. НИКОЛАЕВА: Егор, помнишь, Вы были во Франции и не могли уехать на пригородных поездах, потому что французские профсоюзные служащие железнодорожных дорог решили побастовать.

Е. НИКОЛАЕВ: И они выбрали, конечно же, самый удобный момент, когда был чемпионат мира по регби, и очень всем надо было ездить.

Э. НИКОЛАЕВА: Нужно было ехать на загородный стадион.

Е. НИКОЛАЕВ: Естественно, выломав руки посильнее…

Э. НИКОЛАЕВА: Они добились желаемого.

Е. НИКОЛАЕВ: Нужно побольше отжать.

Э. НИКОЛАЕВА: Социалистические штаты Франции.

Е. НИКОЛАЕВ: А просто сказать себе, если тут мне не платят, я пойду и поищу еще одну работу себе, они не могут. Они маленькие дети.

Э. НИКОЛАЕВА: Так же  они не могут по книге Виктора Фридмана, мы сейчас за Виктора перескажем всю его книгу нашим радиослушателям, в Америке, к примеру, снимать себе более дешевое жилье. Они хотят жить в более дорогом, в более престижном и качественном. И за это нужно заставить хозяина…

В. ФРИДМАН: Постановление об арендном контроле…

Э. НИКОЛАЕВА: Дома снижает цены.

В. ФРИДМАН: Не то, что снижает. Они диктуют, на сколько он имеет право увеличивать стоимость аренды, и в какой срок.

Э. НИКОЛАЕВА: Итак, в студии нашей программы Виктор Фридман, писатель про Америку и не только. Известно, что в России люди традиционно идеализируют Запад. Причем по разным причинам. Как Вы, Виктор, в свое время себе выстроили в голове идеальную Америку. Что было решающим? Музыка, книги, одежда, кока-кола. Ну, в принципе Вы говорили, что папа говорил, что дом купите. И Вы поехали.

В. ФРИДМАН: А я себе не идеализировал Америку.

Е. НИКОЛАЕВ: Т.е. у Вас не было такого, что…

В. ФРИДМАН: Нет, абсолютно.

Э. НИКОЛАЕВА: Каждый раньше мечтал миллиард получить.

В. ФРИДМАН: Мне приходилось себе нарисовать некий сценарий, как будет протекать наша жизнь. Что абстрагироваться от всего нематериального, и решить, что да, я как программист заработаю много денег и куплю дом, у меня все будет, все будет замечательно. И вот как-то это, наверное, создало некую подушку безопасности, которая помогла мне оторваться от реалий советских. Хотя все равно как-то все это было очень искусственно, и со временем, когда немножко все утихомирилось, стало понятно, что действительно важно в этой жизни.

Е. НИКОЛАЕВ: Ну, хорошо, вы приехали. Не было такого у Вас, что ах, вот оно райское место?

В. ФРИДМАН: Я помню, что первые несколько месяцев мысль была одна, на кой черт мне все это нужно вообще? Ну, да, здесь хорошо, здесь тепло. Мы приехали сразу в Лос-Анджелес, пальмы, вечное лето.

Э. НИКОЛАЕВА: Там же одни мексиканцы.

В. ФРИДМАН: Сейчас да, тогда было полегче.

Е. НИКОЛАЕВ: А с какого времени социальный механизм их уже…

В. ФРИДМАН: Постепенно. Трудно сказать какую-то конкретную точку. Просто со временем постепенно они перебирались…

Э. НИКОЛАЕВА: Их стало много.

В. ФРИДМАН: Да, они, во-первых, считают Калифорнию своей территорией.

Э. НИКОЛАЕВА: Шварценеггеру скоро не поздоровится.

В. ФРИДМАН: Да. Шварценеггер сам открыл границы фактически.

Э. НИКОЛАЕВА: Вместе с мэром Лос-Анджелеса избранным мексиканским.

В. ФРИДМАН: Ну, мэр это отдельная история.

Е. НИКОЛАЕВ: Ну, так (НЕ РАЗБОРЧИВО) первый…

Э. НИКОЛАЕВА: Тепло, хорошо, ничего не парит.

В. ФРИДМАН: Рассказывали нам о том, что мигранты видят полные полки и падают в обморок, но как-то этого не было абсолютно. Мне кажется, настолько все преувеличено. Может быть, один случай был, и теперь выдают за стереотип, что так должно быть со всеми.

Э. НИКОЛАЕВА: В полуобморочном состоянии.

В. ФРИДМАН: Не было такого. Трудно даже сказать, что больше всего удивило, восхитило. Даже сейчас и не вспомню, наверное.

Е. НИКОЛАЕВ: Ну, было такое.

Э. НИКОЛАЕВА: Спокойствие, наверное.

В. ФРИДМАН: Было, что было разочарование, что Лос-Анджелес оказался не городом в обычном понимании, а огромной деревней, разбросанной на много квадратных километров, где практически нет высоких зданий.

Э. НИКОЛАЕВА: С частными домиками.

Е. НИКОЛАЕВ: Как же этот центр с небоскребами.

В. ФРИДМАН: Даунтаун, там чуть-чуть совсем. Ну, сколько он занимает, даунтаун центр города. Плюс еще несколько островков таких высоких построек, а в основном 2-3 этажный город.

Э. НИКОЛАЕВА: С частными домами.

В. ФРИДМАН: С частными. Ну, даже если многоквартирные дома, то три этажа – это уже много. 5 — это уже чуть ли не небоскреб считается.

Е. НИКОЛАЕВ: Ну, эта реальность, она никак не утягивала тебя, не хотелось в это погрузиться?

В. ФРИДМАН: Нет, из этого складывалось общее впечатление, а другое разочарование было, что мы представляли город, высокие дома, широкие проспекты.

Э. НИКОЛАЕВА: Это Нью-Йорк.

В. ФРИДМАН: Нет. Нью-Йорк тоже, нет там широких проспектов практически.

Е. НИКОЛАЕВ: Элина, ты уже не помнишь.

Э. НИКОЛАЕВА: Я была в Нью-Йорке, я видела там не  супер широкий проспект. Там есть жуть какие бурные проспекты.

В. ФРИДМАН: Бурные, да. Но 2-3 полосы максимум.

Э. НИКОЛАЕВА: Высоченные, конечно, давящие на тебя эти дома.

В. ФРИДМАН: Мне вот этим не нравится. Вы правильно сказали…

Э. НИКОЛАЕВА: Как джунгли.

В. ФРИДМАН: Давящее ощущение, мне совершено из-за этого Нью-Йорк не нравится.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, насколько я помню, если разговаривать о мечте эмигранта, у моей подруги была места попасть в Америку, и мало того, что ее родной брат выигран грин карту в результате какого-то там чудодейственного просто случая. И вот он поехал по этой грин карте. Ему был открыт вид на жительство. Он там жил, и она все время рвалась. Для нее американская мечта ассоциировалась с тем, что она купит себе ролики и поедет в Гайд парк и будет кататься на роликах…

В. ФРИДМАН: Не Гайд парк, а Центральный парк Нью-Йорка.

Э. НИКОЛАЕВА: Центральный парк, извините. Будет кататься по аллеям на роликах, будет светить мягкое, нежное солнце Америки, греть ее душу. И при этом ее ничего не будет беспокоить. Она будет просто брать и брать кредиты в банке, жить на кредиты и покупать все, что ей нужно. Благо полки Америки были завалены, как и сейчас, наверное.

В. ФРИДМАН: Про кредиты очень интересно сказали. Сейчас…

Э. НИКОЛАЕВА: Тогда в России нельзя было взять ни одного кредита.

В. ФРИДМАН: Вначале еще одно было очень такое впечатление. Вот уедешь в отпуск на пару недель, возвращаешься, и у тебя полный ящик счетов, которые надо оплачивать. Все деньги оставлены в отпуске, надо их оплачивать. И думаешь, из чего, откуда и как. У нас такого нет, это приятно.

Э. НИКОЛАЕВА: Да. Конечно.

В. ФРИДМАН: Уехал в отпуск, вернулся из отпуска, лежит квартплата, телефон, газ, все.

Э. НИКОЛАЕВА: 3 копейки.

В. ФРИДМАН: Ну, уже не 3 копейки, но все равно. По крайней мере, у нас гораздо более предсказуемые расходы.

Э. НИКОЛАЕВА: Короче, поздно Вы уехали в Америку, Виктор. Надо было раньше.

В. ФРИДМАН: Слава богу, я бы тогда был тупым американцем, не осознавал ничего.

Э. НИКОЛАЕВА: До кого я докатился, кем стал. Потому что музыка уже была открыта для границ для наших.

Е. НИКОЛАЕВ: Т.е. остаться там цельным человеком невозможно.

В. ФРИДМАН: Нет, почему, у меня там достаточно друзей, которые в принципе достаточно неплохо устроены. И можно сказать, остались цельными людьми. Им там хорошо. Они там нашли себя. И готовы мириться со всеми недостатками, так, же, как мы готовы мириться со всеми недостатками в России. Т.е. каждый выбирает для себя сам. Я никому не говорю, что нужно делать, и где жить, в отличие от эмигрантов, которые смешали меня с грязью, когда я посмел что-то высказать негатив.

Э. НИКОЛАЕВА: Хотя Вы классический эмигрант. Вы эмигрант и к тому же Вы Виктор Фридман. Егор, хотелось бы узнать мнение молодого поколения. А какая страна в мире образованного сегодня ближе всего к идеалу, по-вашему? Где бы ты согласился пожить в свое удовольствие?

Е. НИКОЛАЕВ: Ну, если выбирать из того, что есть, наверное, Новая Зеландия. Подальше.

Э. НИКОЛАЕВА: Я там был.

Е. НИКОЛАЕВ: Я там был. Там не то, что я хочу, но, по крайней мере, наименьшее количество вещей меня там смущает сильно. А вообще я бы взял из каждого места определенное вещи. Часть из России, часть из Швейцарии, часть из Новой Зеландии. Может быть, даже часть из Америки.

Э. НИКОЛАЕВА: А что конкретно ты бы взял?

Е. НИКОЛАЕВ: Ну, это долго говорить, Элина.

В. ФРИДМАН: Не путайте туризм с эмиграцией опять же.

Э. НИКОЛАЕВА: Не путайте.

В. ФРИДМАН: Мне кажется, я в Новой Зеландии ты бы свихнулся от скуки.

Е. НИКОЛАЕВ: Ну, там есть Окленд, там как-то поживее, конечно, Но так вообще Вы абсолютно правы. Именно поэтому я туда и не уезжаю. Поэтому мне нравится тут.

Э. НИКОЛАЕВА: Очень далеко летать было бы.

В. ФРИДМАН: А про идеалы, все-таки у каждого опять же понятие идеала свое. Каждому важно, что-то свое. Я не устаю подчеркивать, что ну каждый для себя создает шкалу приоритетов все-таки.

Э. НИКОЛАЕВА: Жить на даче в Подмосковье.

В. ФРИДМАН: Кому-то и это нравится.

Э. НИКОЛАЕВА: Самый кайф. Есть интернет.

В. ФРИДМАН: Я думаю, кроме того, и с возрастом приоритеты меняются. Т.е. если сейчас мне одно важно, то лет через 20, допустим, я сам захочу куда-нибудь уехать в Калужскую область, купить там домик и жить. Лишь был интернет был. Но я думаю, к тому времени будет.

Э. НИКОЛАЕВА: На  реке на какой-нибудь на Оке.

В. ФРИДМАН: Да, ловишь рыбку и сидишь в Одноклассниках.

Э. НИКОЛАЕВА: Работать. Но если еще интернет позволяет устроить свой быт таким образом, чтобы производить еще какое-то все-таки дело. Так, вернемся к идеализации. Людям, верящим в Америку особенно трудно читать главу из Вашей книги «По следам трагедии», где 11 сентября представляется вовсе не как заговор исламских террористов. Большая тема.

Е. НИКОЛАЕВ: Более того, сейчас вышла же книга Виктора Фридмана «11 сентября вид на убийство». Прямо по фильму.

Э. НИКОЛАЕВА: У нас просто сегодня фан клуб Виктора Фридмана. А вдохновила нас Америка. У нас глаза Виктор открыл нам на эту страну.

В. ФРИДМАН: Ну, я думаю, что не так все трагично. Я думаю, что вряд ли полностью открыл и вряд ли я один.

Е. НИКОЛАЕВ: Это правда.

В. ФРИДМАН: А что касается 11 сентября, тема, конечно, тяжелая, в том плане, что очень много людей все еще верят в официальную теорию заговора. Я ее называю только так. Потому что она тоже является теорией заговора. Либо это был заговор Аль-Каиды, и Бен Ладана, либо это был заговор сил внутри страны. После тщательного изучения этой темы у меня отношение только  одно, вот людей, которые все еще верят в официальную сказку, я считаю безмозглыми. Вот так категорично, потому что есть, в конце концов, законы физики, которые определенным образом действуют только так и никак иначе. Все остальное это политические примеси, которые потом навешали на это.

Е. НИКОЛАЕВ: Т.е. решающим является, я так понял, то, что даже визуальные факты не укладываются в рамки официальной версии.

В. ФРИДМАН: Конечно.

Е. НИКОЛАЕВ: Т.е. законы физики, они не соблюдаются, учитывая эти тексты все.

В. ФРИДМАН: Естественно, да, кроме того, мне кажется, любой здравомыслящий человек понимает, что не угоняются самолеты коробошными резаками; что мобильные телефоны не работают на высоте 10 км; что здание не рушится от полуторачасового пожара сами по себе, компактненько складываясь в кучку мусора; что Боинг не пролезает в 5-метровую дыру ну и т.д. Много таких фактов.

Э. НИКОЛАЕВА: В здание Пентагона.

В. ФРИДМАН: Причем очень интересно, когда на эти достаточно четкие заявления кто-то начинает рисовать диаграммы. И вот видите, здесь могло быть так. Зачем мне диаграммы, когда есть фотографии, есть документальные свидетельства.

Е. НИКОЛАЕВ: Я думаю, что чаще всего у людей даже честных по отношению к себе, таких же людей немало, которые читают об этом. Просто срабатывает природный механизм сунуть голову в песок, потому что это довольно жутко…

Э. НИКОЛАЕВА: Представить это шок.

Е. НИКОЛАЕВ: Я долгое время занимался этим же, в обсуждениях с моими друзьями этой темы. Ну, это уже совсем плохо.

В. ФРИДМАН: Ну, да, здесь психологический фактор.

Э. НИКОЛАЕВА: Не веришь в бесчеловечность замыслов.

В. ФРИДМАН: Именно так.

Э. НИКОЛАЕВА: В голове это не укладывается, что есть какие-то мозги…

В. ФРИДМАН: Пока ты не закопался туда, ты не видишь выгоду даже этих людей. Тебе кажется это абсурдным сделать так. Только когда ты хоть чуть-чуть пролезешь, ты уже видишь, зачем это нужно, и видишь большие деньги т.д.

Э. НИКОЛАЕВА: И большую политику. Ну, что же программа подходит к концу. А мы еще не поговорили про социальное страхование, питание, медицину, даже право иметь оружие, ведь все это сегодня в Америке, по-вашему, не выдерживает критики.

В. ФРИДМАН: В России ведь у нас нельзя иметь оружие. Ну, я имею в виду носить.

Е. НИКОЛАЕВ: Травматическое. Скрытое ношение разрешено.

В. ФРИДМАН: Ну, является ли для Вас адекватным заменением боевого оружия…

Э. НИКОЛАЕВА: И при этом еще убеждают, что достанешь обычное травматическое. А преступник подумает, что у тебя боевое, и мало не покажется.

В. ФРИДМАН: Тема достаточно тоже избитая. Достаточно посмотреть статистику и опыт других стран, чтобы понять, что легализация огнестрельного оружия всегда приводит к снижению преступности.

Э. НИКОЛАЕВА: Т.е. если преступник знает, что ты тоже вооружен и очень опасен, ему тоже может достаться на орехи. Вряд ли  он будет пускать в ход свое оружие.

В. ФРИДМАН: Конечно. Меня очень смешит, когда люди, начиная разговаривать, что вот в России менталитет другой, у нас все друг друга перестреляют сразу, в психологии называется проецированием.

Е. НИКОЛАЕВ: Ну, а как же, я пытаюсь слегка влезть в шкуру противников оружия. Единственный довод, который хоть как-то может учитываться, то, что в культурно недоразвитых обществах оружие, если попадает в руки недолюдей, скажем так. В Африке. Они друг друга истребляют реально этим оружием. Где порог?

Э. НИКОЛАЕВА: Где вводить можно право на ношение оружия?

В. ФРИДМАН: Здесь есть еще вторая часть. Правоприменительная практика должна быть очень четко отработана. Т.е. если в каких-то диких племенах правоприменительной практики нет, то и понятно, что там будет беспредел.

Э. НИКОЛАЕВА: Нигде не прописано.

В. ФРИДМАН: Вот если у нас легализовать, скажем, огнестрельное оружие, где каждый пистолет будет отстреливаться, будет составлена пулегильзотека, то это будет только на благо общества, абсолютно точно. У нас же тоже, вспомните, сначала боялись легализовать травматики. Сначала боялись 30-джоулевые, думали, перестреляют друг друга. Потом 50 джоулей. Сейчас уже 80 джоулей есть. Т.е. я думаю, постепенно мы все-таки придем к легализации.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, что, за всю свою критику в адрес Америки Вы что, интересно, больше всего подвергаетесь нападкам своих бывших соотечественников. Мы об этом говорили. Им не понятно, за что же вы так не любите то, к чему они так долго стремились. Может быть, Вы здесь скажите, за что. Может быть, Вас за океаном обидели, у Вас не пошел бизнес? Не было работы? Вас завербовали спецслужбы? Шутка. За что Вы так не любите Америку?

В. ФРИДМАН: Я не люблю Америку за то, во что она превратилась. После того как я изучил, на каких идеалах она создавалась, и то, к чему она пришла сейчас.

Э. НИКОЛАЕВА: Вам стало за нее обидно.

Е. НИКОЛАЕВ: А побороться не хочется?

В. ФРИДМАН: Ну, так, а я чем занимался. Нет, безусловно, там есть много хорошего. Ее есть за что любить. Но это просто не моя страна. Это страна, которая мне не интересна, скучна и идиотична во многом.

Е. НИКОЛАЕВ: Для меня Америка это не то, что есть, а то, что может быть. Или то, что было. Вот у меня так. Я не считаю Америку сейчас Америкой.

Э. НИКОЛАЕВА: Бытуют стереотипы.

В. ФРИДМАН: Она действительно в непонятном состоянии.

Э. НИКОЛАЕВА: Так. Закончить программу я хочу пафосной цитатой из Виктора Фридмана: «Идеализирую ли я Россию? Скорее всего, я и не буду этого отрицать. Есть ли у меня на то причины? Безусловно. Человеку, чтобы прожить, надо во что-то верить. В свободной Америке я разочаровался, но я верю в Россию, в страну, которая настрадалась, как ни одна страна в мире». Вашими бы устами, Виктор. Эх, да что там говорить. Всем пока. В эфире были я, Элина Николаева…

Е. НИКОЛАЕВ: Егор Николаев.

В. ФРИДМАН: Виктор Фридман. Спасибо.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире