Время выхода в эфир: 13 июня 2009, 23:06



ЭЛИНА НИКОЛАЕВА: Человек со стопроцентным обаянием, светящимися глазами, прекрасным голосом, артистическими способностями и даром к сочинительству. В студии нашей скандальной программы Марина Хлебникова. Здравствуйте, Марина.

МАРИНА ХЛЕБНИКОВА: Добрый день. Доброе утро, добрый вечер.

Э. НИКОЛАЕВА: Как хотите.

М. ХЛЕБНИКОВА: Ну, конечно, потому что радио имеет свойство вещать везде, везде, везде. А страна настолько необъятна, что часовые пояса меняются, а люди слушают.

Э. НИКОЛАЕВА: Вот так. Марин, вы готовы поскандалить: Выпустить пар, чтобы люди слушая нас, говорили…

М. ХЛЕБНИКОВА: Да, я, скорее человек не скандальный, скорее философствующий, размышляющий. Да. Тем более попасть на такую замечательную радиостанцию, о которой нельзя зря говорить.

Э. НИКОЛАЕВА: Впустую.

М. ХЛЕБНИКОВА: Конечно.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, значит, люди, слушая нас, будут говорить: ай, молодцы, как правду матку режут. В кризис, как сознательные работники массовой культуры, Марин, мы просто обязаны с Вами это делать.

М. ХЛЕБНИКОВА: Давайте.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, а Вы, кстати, никогда не задумывались, что вся наша эстрада, ну, подойдем ближе к телу нашего гостя, к его творческой субстанции. Что вся наша эстрада – это громадный механизм по тому самому выпуску пара, отвлечению от тягот бытия.

М. ХЛЕБНИКОВА: Нет, я с этим не согласна, потому что эстрада любой страны – это кусок исторической культуры, который в конечном итоге будет записан в учебниках музыкальной истории, как в свое время был записан, скажем, жанр городской песни, который шел от Менестрели и Минизенгрев превратился потом в маленькие популярные арии, потом стал просто городским романсом. Потом превратился в городскую песню, потом стал шансоном, причем сначала он стал в романсах французской шестерки классических романсов, а потом уже… И мы таким образом плавно войдем в культуру, лучшие представители сделают маленькие шаги, и мы вложим свои полсекунды в жизнь того, что мы называем музыкой.

Э. НИКОЛАЕВА: Понятно. Т.е. это у нас не выпуск пара, не отягчение душ, отвлечение от тягот бытия, а приобщение к прекрасному.

М. ХЛЕБНИКОВА: Мы сейчас разнесем в пух и перья все, что можно разнести.

Э. НИКОЛАЕВА: Приобщение к прекрасному — наша эстрада. Но, тем не менее, вот именно такие мысли приходят в голову, когда смотришь очередное помпезное шоу по государственным телеканалам. Они просто переполнены этими шоу. И, кстати, я вот даже не понимаю, с чего это вдруг повелось. Я их называю – коля Басков и другие. Ну, Николай, конечно, достойный представитель нашей эстрады…

М. ХЛЕБНИКОВА: Нет, Коля достойная личность…

Э. НИКОЛАЕВА: И, тем не менее, все одно и то же под копирку. И вот думаю я, а это почему вообще-то в какое-то совершенно праймтаймовое время, в выходные каждый чуть ли там день недели…

М. ХЛЕБНИКОВА: Ну, это закон жанра.

Э. НИКОЛАЕВА: Одно и то же, одно и то же.

М. ХЛЕБНИКОВА: А Вы знаете, чем нам это всем грозит? Сейчас же не только эстрада, это не только музыка, это телесериалы, это новости. В конечном итоге, центральные каналы станут такими же, как и в Мексике, это будут телеканалы, которые будут бесплатными, и которые будут смотреть только нищие. А все остальные будут сидеть на кабельных телевидениях и выбирать то, что они хотят видеть и то, что они хотят слышать.

Э. НИКОЛАЕВА: Понятно. А дружба наших власть предержащих со звездами эстрады, вот как они это любят, скажите, Марин, каждый мало-мальски значащий чиновник, мне кажется, желает иметь в своем окружении звезду сцены. А Вы не чувствуете эту любовь власти?

М. ХЛЕБНИКОВА: Да, не обязательно нужно любить. Как, знаете, говорят, комнатную собачку, которая придворный певец, придворная певица, придворный шут. Ну, во-первых, это было традиционно всегда при всех королевских дворах, конечно же, были придворные любимцы, придворные шуты. Музыканты – это традиция историческая, мы ничем от этой традиции не отличаемся. Ну, а что касается о любви, скажем, чиновников, или людей и власть предержащих к людям искусства, ну, и что? А вот иметь дружбу, вот насколько она искренняя с обеих сторон, вот здесь, конечно, и возникает вопрос.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, дружба – это, конечно, громко сказано.

М. ХЛЕБНИКОВА: Я думаю, да.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, наверное, на том уровне, на котором находятся пока певец, певица и власть предержащий.

М. ХЛЕБНИКОВА: Ну, ровно на том, на котором каждый из них находится. Это же, конечно….

Э. НИКОЛАЕВА: А так чтобы пронести через всю жизнь, и когда один уже не у власти, а другой уже…

М. ХЛЕБНИКОВА: Ну, у меня есть один из таких людей, он не чиновник, правда, он полковник.

Э. НИКОЛАЕВА: Тоже хорошо. Не чиновник, полковник. Сейчас модно кичится дружбой с полковниками всех родов войск.

М. ХЛЕБНИКОВА: Я не знаю насчет этого, но я вот его очень люблю, потому что он просто работает с ГАИ работает в ГАИ, и что самое интересное, я его сколько лет знаю, и  он меня сколько лет знает, у нас никогда не было такого, что вот надо. Вот просто посидеть. Он просто очень интересный человек. У него очень интересные друзья. Я знаю его семью. Он знает моих друзей. И как раз вот это мне гораздо дороже. Это тоже есть, и Вы представляете, и это нормально.

Э. НИКОЛАЕВА: И даже его среди сотрудников ГАИ нет, ну, конечно, там, наверное, много порядочных людей.

М. ХЛЕБНИКОВА: Конечно, да. Если бы в это не верили, то по-другому все было бы. Ну, а как любовь у чиновника. Ну, нравится такая музыка, ну, хорошо, давайте приедем, давайте споем. Ну, давайте мы вам за это не заплатим. Но мы Вам что-нибудь за это сделаем. А что сделаем? А Вы к этому сходите, к дяде Ване.

Э. НИКОЛАЕВА: Там станцуйте, спляшите, спойте.

М. ХЛЕБНИКОВА: Да, а девчонки говорят: а Вы идите к тете Миле. А там Зинаида Прокофьевна сидит.

Э. НИКОЛАЕВА: Так и будете всех обслуживать, коль дружба. Итак, в студии нашей программы Марина Хлебникова, певица, композитор, поэтесса. Вопросы здесь задаю я, Элина Николаева. Марина, ну, давайте Вашу, что называется, любимую как-нибудь напомним нашим радиослушателям…

М. ХЛЕБНИКОВА: Нет, давайте не любимую. Не столько любимую, и даже не мою. Давайте ту, с чего Вы начали программу. Вы же спросили почему происходит то ,что происходит в средствах информации. Беру песню, записываю, отличная такая композиция получается, умная, неплохая. Пишет мне ее офицер на МВД. Ну, мы с ним давно переписывались. У меня очень много интересной музыки, ну как-то не спела я. Приносит. Ладно, сделали работу, приношу на радио, а мне говорят: а мы не поставим, у нас в стране кризис, нам людей развлекать надо. А вот Вы поставите?

Э. НИКОЛАЕВА: Давайте.

М. ХЛЕБНИКОВА: «Совесть» она называется.

ПЕСНЯ

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, что же «Совесть», так совесть. Итак, рубрика «Личное дело. «Биография Ваша известная. Родились в 65м году в Долгопрудном, скорпион.

М. ХЛЕБНИКОВА: Нет, родилась я в Москве. Я не знаю, кто написал, что я родилась в Долгопрудном.

Э. НИКОЛАЕВА: Понятно.

М. ХЛЕБНИКОВА: Написано во всем интернете. Родилась я в Москве в роддоме рядом с площадью Белорусского вокзала.

Э. НИКОЛАЕВА: Все очень просто.

М. ХЛЕБНИКОВА: Дело в том, что просто родители потом стали жить в Долгопрудном. И, конечно, я жила с ними. И поэтому все мое детство и юность, конечно, связаны с этим городом замечательным.

Э. НИКОЛАЕВА: Итак, продолжим рубрику «Личное дело». Школа по классу фортепиано, училище им. Гнесиных, солистка в группе Бари Алибасова, «Интергал», опять Гнесинка, вокал на курсе Лещенко и Градского.

М. ХЛЕБНИКОВА: Да.

Э. НИКОЛАЕВА: Какие у Вас знакомства. Давайте лучше коротко пройдемся по Вашей дискографии с Вашими же комментариями. «Останься» – 93й год это такая кооперативная музыка, да?

М. ХЛЕБНИКОВА: «Останься» – это 94й год, это альбом, который должен был идти вровень с альбомом Линды. Его записал «Синтез рекордс» тогда была такая компания. Ну, меня продюсировал Александр Кутиков. Саша из «Машины Времени».

Э. НИКОЛАЕВА: Характер у него хороший.

М. ХЛЕБНИКОВА: Да, и человек он хороший. И нашел он молодых ребят, которые сделали это все, записал этот альбом. У нас не было чипов, они были только у Макса Фадеева, поэтому Линду свели, как полагается, а мы свелись, как получилось….

Э. НИКОЛАЕВА: Как смогли.

М. ХЛЕБНИКОВА: Да. И честь и хвала Саше, потому что он снимался и сведением вот этот альбом. Это альбом «Останься». Из него остались такие хорошие, замечательные песни, которые мне дороги. И туда, по-моему, уже вошла «Карусель», которая потом была снята. И тогда же был 95й год, который годом был Тарантино, тогда же страну съел очень много песен, в том числе, «Гестас передайз» была такая песня тогда же. И 95й год вообще пробомбил всех фильмами «Криминальное чтиво» и «Прирожденный убийца». Это вот такой был год 95й год альбома «Останься». И в этом альбоме было знакомство, у меня появляется директор, и мы выпускаем первый альбом официальным образом с официальными совершенно организациями. Первый раз в моей жизни.

Э. НИКОЛАЕВА: «Билибом» 96й год, первое, что я про Вас помню.

М. ХЛЕБНИКОВА: «Билибом» замечательная песня. Она очень смешная, и я благодарна Саше Ревзину, что он показал ее. Она была такой неординарной, все, что я напомнила о съемках. То, что парень, который должен был играть на басу, накануне снес себе палец, просто чиня себе машину. Просто снес кончик пальчика острым очень ножом, и с забинтованной рукой играл на барабане, вместо того, что играть на басу. Так что у нас было два барабанщика, я была в колпаке. Мы привезли колпаки из Испании. В Испании главенствовал Хардкор и до сих пор самой ведущей песней «Билибома» я считаю песню «Разбитое сердце», случайная любовь, которая жива в концертах до сих пор. А песня «Волчья» до сих пор занимает лидирующие позиции по скачиванию в Ютубе.

Э. НИКОЛАЕВА: «Чашка кофею» 97й год заняла 4е место по итогам продаж по России, да?

М. ХЛЕБНИКОВА: Да, это совершенная правда, и соответственно я увидела из этого 4го места, может быть, полтора процента.

Э. НИКОЛАЕВА: «Фотоальбом» 99й год.

М. ХЛЕБНИКОВА: Абсолютно пропущенный альбом. Пропущенный выпускающей компанией и моим бывшим директором, потому что на нем были замечательные песни, такие, как «Полоска взлетная». В чем я убедилась, когда вышла с одной радиостанции, и завела разговор, на улице женщина меня узнала, подошла, сказала: ну, а чего я вот у Вас знаю? Вот эту песню знаю, вот эту песню знаю. Говорю: а вот эту песню знаете? И эту знаю. А вот «Полоску взлетную» знаете? Говорит: так это же народная. Ну, фига, это моя.

Э. НИКОЛАЕВА: А какая? Напойте-ка, Марин.

М. ХЛЕБНИКОВА: Ах, ты, полоска взлетная, обледенела милая. Вот она считала, что это народная.

Э. НИКОЛАЕВА: Написанная?

М. ХЛЕБНИКОВА: Да, это песня, написанная Димой Чижовым. И  она как раз в альбоме числится.

Э. НИКОЛАЕВА: «Солнышко мое, вставай» – наверное, это посвящение дочке.

М. ХЛЕБНИКОВА: «Солнышко мое вставай», это не дочка. Это вообще не понимаю что. Это была машина, в которой я ехала, и у меня зависло в голове: ла-ла-ла-ла-ла. Приехала. Представляете, три ноты, две буквы. Казалось бы, что с ними делать. Восемь раз повторяешь, а потом когда я стала работать с гармонией, я поняла, что когда ты относишься очень внимательно к тому, что находится внутри этой песни, т.е. к состоянию собственно текста и музыкальной аранжировке, от хит, конечно… Да, запоминание делает песню узнаваемой. Но вот какая-то сердечность была. И  очень многие до сих пор не могут, прямо обожают эту песню. И там же был «Генерал» в этом альбоме выпущен.

Э. НИКОЛАЕВА: «Кошки моей души» 2005й год. Что это за странное название?

М. ХЛЕБНИКОВА: Это не странное название. Это название песни.

Э. НИКОЛАЕВА: Кошки, которые типа скребут на душе?

М. ХЛЕБНИКОВА: Я думала, что так будут говорить. На самом деле «Кошки моей души» это наши желания, которые… Вы никогда не выходили в московский двор, где очень много пыли оседает, когда выходишь рано утром, и деревья стоят. И если это старый двор, то там на капотах машин всегда кошачьи следы остаются.

Э. НИКОЛАЕВА: Забавно.

М. ХЛЕБНИКОВА: Собственно с этого начинается песня, что кошки оставляют следы на капотах наших машин. И кошки оставляют следы на осколках нашей души. Ну, и все, что связано с кошками в нашей жизни…

Э. НИКОЛАЕВА: А что связано с кошками?

М. ХЛЕБНИКОВА: Ну, дело в том, что у нас мама кошатница, я кошатница, кошка у меня прожила 18 лет, она была членом нашей семьи. Хотя я обожаю всех животных, не смотря на это, вот эти наблюдатели из космоса, они живут у меня…

Э. НИКОЛАЕВА: В кошках.

М. ХЛЕБНИКОВА: Да.

Э. НИКОЛАЕВА: В кошка и в Марине Хлебниковой. Сколько у Вас кошек?

М. ХЛЕБНИКОВА: Одна у меня кошка. А в коллекции, не знаю, наверное, штук 300.

Э. НИКОЛАЕВА: Это что значит?

М. ХЛЕБНИКОВА: У меня есть коллекция. Я собираю фигурки. Они разные, они бывают матерчатые, бывают фарфоровые, бывают стеклянные, металлические….

Э. НИКОЛАЕВА: Где Вы их умещаете, Марина?

М. ХЛЕБНИКОВА: В витриночках.

Э. НИКОЛАЕВА: Продолжим Вашу фильмодискографию. Ди-джей Скайдример и Марина Хлебникова 2004й год это те самые ремиксы, которые требуют девушки в розовых кофточках.

М. ХЛЕБНИКОВА: Ну, было, но…

Э. НИКОЛАЕВА: А девушки, кстати, требовали ремиксов, или, наоборот, заедали Киркорова, что у него сплошные ремиксы?

М. ХЛЕБНИКОВА: Нет, мы сделали, скорее, его ремиксы, чем мои. Потому что я никогда не делала песню, как ремикс. Мы вот сейчас хотим попробовать сделать одну песню. Это была песня специально написана в мелодике. Нужно же все рассчитывать, ребята, нужно же еще понимать, что вы поете на Евровидении. Вообще, меня это убивает. Если всем понятно, что конкурс песни Евровидения, то почему мы смотрим, что вокруг и кто поет. Цените песню. Вот скажите мне, положа руку на Ваше прекрасное сердце. Песня 2009го года хоть одна была на Евровидении 2009го ода? Бритпоповская культура была в конце 2008го года на первом месте.

Э. НИКОЛАЕВА: Это же конкурс эстрадных исполнителей. Эстрада.

М. ХЛЕБНИКОВА: Это не конкурс эстрадных исполнителей это конкурс песни.

Э. НИКОЛАЕВА: И танца.

М. ХЛЕБНИКОВА: Нет. И меня всегда убивало, что если это конкурс песни, то Вы тогда должны вообще все выключить и послушать соответствует ли эта песня 2009му году.

Э. НИКОЛАЕВА: Значит, не соответствовала. Бритпоп должен был быть.

М. ХЛЕБНИКОВА: Да.

Э. НИКОЛАЕВА: А у нас его не было нигде.

М. ХЛЕБНИКОВА: Нигде.

Э. НИКОЛАЕВА: Но все победили и все счастливы. Было красивое и очень дорогостоящее шоу.

М. ХЛЕБНИКОВА: Немецкое.

Э. НИКОЛАЕВА: Немецкое?

М. ХЛЕБНИКОВА: Говорят да. Но  они здорово сделали. Они хорошо работают.

Э. НИКОЛАЕВА: Красиво.

М. ХЛЕБНИКОВА: Очень красиво.

Э. НИКОЛАЕВА: Так, ну, что, а где новые работы? Вас как-то мало стало, Марина Хлебникова, которая в студии нашей программы, певица, композитор, поэтесса.

М. ХЛЕБНИКОВА: Вы себе представляете, если Марины Хлебниковой столько же, сколько других? Да все остальные просто перестанут кататься. Потому что я настолько крепкий конкурент, что если меня начать крутить, каждая работа имеет шанс стать просто супер хитом. И потом, ребята, знаете, меня люди любят, а я их не имею права подвести. Поэтому крутите других, а я буду лучше музыку писать и кататься. Вот мое…

Э. НИКОЛАЕВА: Кататься – вы имеете в виду гастролировать.

М. ХЛЕБНИКОВА: Конечно.

Э. НИКОЛАЕВА: Это называется кататься.

М. ХЛЕБНИКОВА: Ну, ездить.

Э. НИКОЛАЕВА: Хорошо, что катать. Так, а где…

М. ХЛЕБНИКОВА: Ну, а как по-другому? Ну, смотрите, ну, вот у Вас есть такая тарелочка. На ней лежит пирожок. Его могут съесть 10 человек. А тут кто-то еще один появляется, Значит, у  кого-то становится меньше кусочка пирожка.

Э. НИКОЛАЕВА: Понятно. Т.е. Марину Хлебникову сейчас нельзя услышать на радио и на ТВ.

М. ХЛЕБНИКОВА: Нет, я  очень много появляюсь на радиостанциях, и Вы знаете, недавно разговаривала с Ксюшей Стриж, она сказала: слушай, ты удивительным образом ухитряешься звучать… вот, например, есть исполнители одной радиостанции. Вот берет радиостанция и крутит одного этого исполнителя. А ты каким-то образом ухитрилась, я говорит, посчитала, 10 насчитала. Но это, наверное, не конечный список. А я сама смеюсь над тем, что песни, которые я вообще не ожидала услышать, они появляются на этой радиостанции. Ну, вот я бы концерт, конечно бы показала. Но я не знаю механизма, по которому сейчас можно сняться.

Э. НИКОЛАЕВА: Подождите, вы  одной обойме со всеми теми, кого показывают по каналу Россия на всех этих жутких совершенно многочисленных концертах…

М. ХЛЕБНИКОВА: А почему они жуткие?

Э. НИКОЛАЕВА: Не знаю, ну, это качественно снято, конечно, но это просто как будто из другого мира, но праздником это даже… это не все искренно…

М. ХЛЕБНИКОВА: Не назовешь иногда праздником.

Э. НИКОЛАЕВА: Все шаблонное. Все какое-то вычурное, все искусственное, все фальшивое, все ложь какая-то.

М. ХЛЕБНИКОВА: А, соскучились.

Э. НИКОЛАЕВА: Просто это настолько отрепетировано, просто как для дебилов для каких-то. Заведенная машина какая-то.

М. ХЛЕБНИКОВА: Задача таких как я писать хорошие песни, выкладывать их в интернет, приезжать на нормальные передачи…

Э. НИКОЛАЕВА: Почему Вы в этих концертах не участвуете? Почему Вас не зовут в эти сборники, где там сидят одни и те же и пляшут одни и те же, и ведут одни и те же…

М. ХЛЕБНИКОВА: Понимаете, если бы это был вопрос ко мне, я бы на него ответила.

Э. НИКОЛАЕВА: Бред какой-то…

М. ХЛЕБНИКОВА: Но это вопрос не ко мне.

Э. НИКОЛАЕВА: Наснимали на века это все, это будет столетиями крутиться, просто ничего не меняется.

М. ХЛЕБНИКОВА: Давайте спросим у них, почему они не крутят. Думаете, они ответят. Они скажут: мы не знаем ответа. Или знаем, но не скажем. Это не ко мне вопрос в любом случае.

Э. НИКОЛАЕВА: Да, своеобразные такие шоу. Просто смотреть на это невозможно.

М. ХЛЕБНИКОВА: Да, действительно, я много знаю, что выключают каналы.

Э. НИКОЛАЕВА: Для бабушек на периферии.

М. ХЛЕБНИКОВА: Зато есть замечательные каналы, которые смотрят. Вот я по музыке знаю. Ичван, Мюзик Бокс…

Э. НИКОЛАЕВА: Да, ну, и классику опять-таки смотрят.

М. ХЛЕБНИКОВА: Да. Посмотрите, как смотрят замечательно этот канал. Я сама все время включаю. Потом мне нравится петербургский канал. Потом канал, «Звезда» что ли называется? Там такие фильмы замечательные показывают.

Э. НИКОЛАЕВА: Звезды в цирке, танцы на льду, звезды подо льдом. Шутка. Это не про Вас?

М. ХЛЕБНИКОВА: Нет, я не своей фразой можно отвечу? Один раз мой хороший добрый друг, если меня вынуть, я скажу кто это. Но лучше не говорить…

Э. НИКОЛАЕВА: Ой, ну, давайте, Марина, скорее скажите.

М. ХЛЕБНИКОВА: Да. Ладно, не скажу, скажу, что это один мой очень хороший музыкант очень известный исполнитель…

Э. НИКОЛАЕВА: Можно и сказать.

М. ХЛЕБНИКОВА: Поехали в клуб кино, и я захожу, а  он выходит. Валерка Сюткин снимается. И мы с ним тоже ля-ля. Ну, как всегда, когда не видишь, языками зацепились. И все. Он говорит: нет, это не по мне. Ну, представляешь, Марин, полгода ты на острове живешь, полгода ты боишься, что тебе руку отрежут коньком. Полгода ты в цирке на лонже пытаешься зацепиться. А песни то петь кто будет?

Э. НИКОЛАЕВА: Да, нет, это жуть, конечно. А люди прямо сломя очертя голову…

М. ХЛЕБНИКОВА: Элина, я же музыкант.

Э. НИКОЛАЕВА: Прыгать, шоу устраивать. За это, наверное, должны большие деньги платить.

М. ХЛЕБНИКОВА: Ну, пусть платят. Я не уверена, что платят. Я просто считаю, что вот по моему характеру лучше музыку писать. Но если я музыкант, моя задача какая? Пой песню, пиши песни. Все.

Э. НИКОЛАЕВА: Слушайте, Марина, зато вы участвуете в различных благотворительных проектах и программах. Как по вашим наблюдениям, кстати, развивается благотворительность в стране. Меня, кстати, позабавило, что Вы награждены грамотой за участие в работе по патриотическому воспитанию военнослужащих вооруженных сил РФ в 2007м году. Вот почему даже хорошее дело надо облекать в такие кондовые формы, я не понимаю.

М. ХЛЕБНИКОВА: Знаете, давайте так закончим эту тему. Я действительно занимаюсь благотворительными концертами, и имею знакомство с людьми. Но говорить об этом не хочу, потому что ну не хочу я об этом говорить. Делаю себе и делаю. Что касается уровня благотворительности, вот об этом можно поговорить. Я считаю, что прежде чем говорить о благотворительности, которой занимаются артисты, нужно перевести все наличные деньги в безнал. Тогда все станет на свои места, потому что когда ты видишь такое количество стариков и детей, такое количество инвалидов, сирот, вообще, все это ужасно, когда ты видишь, что происходит с тобой самим, когда ты не защищен законом, когда все государство…

Э. НИКОЛАЕВА: У Вас же есть конституция…

М. ХЛЕБНИКОВА: Да, а что толку, конституция.

Э. НИКОЛАЕВА: Даже она не спасает…

М. ХЛЕБНИКОВА: Не спасает, если есть специальное постановление отдельного года. Да, конституция есть, но вот с такого-то числа по такое-то число действует в городе конкретном за подписью конкретного чиновника такая-то акция. Все, конституция в данном случае не работает, потому что спецпредписание.

Э. НИКОЛАЕВА: Это Вы, наверное, научены горьким опытом в результате своих гастролей, которые возможно, отменялись в таких ситуациях.

М. ХЛЕБНИКОВА: Да нет. Просто я так думаю, что все-таки не научилось наше государство людей беречь. Я знаете, как-то раньше стеснялась говорить. Думала, да побоюсь, обижу. Нет, в этом нет ничего обидного…

Э. НИКОЛАЕВА: Да. Особо Вы никогда правду матку не резали.

М. ХЛЕБНИКОВА: Да, но я так думаю, что люди, которые находятся наверху, они это тоже знают. Поэтому вот мой маленький голос, он, в конечном счете, все равно все будет решать совет директоров, а не этот замечательный человек, который может находиться наверху. И потом если раньше нашу страну считали страной третьего мира, какого третьего. Мы, ребята, страна тридцатого мира. О чем мы говорим. Какая демократия. Нет, мы можем с Вами здесь посидеть, порадовать наших слушателей, пускай тут жареного понюхают, тут улыбнутся. Тут подумают: ай, девчонки какие глупые. Молодые, пускай еще пока потрепятся. Пускай поболтают, а мы их послушаем.

Э. НИКОЛАЕВА: Итак, в студии нашей программы Марина Хлебникова, певица, композитор, поэтесса. Марина, вот поэтесса, а что за стихи Вы пишите? Сейчас она меня уроет. Только лирику или что-нибудь на злобу дня? Почитайте.

М. ХЛЕБНИКОВА: Стихи приходят редко, раньше они приходили чаще. Последний стих был написан, наверное, месяца полтора назад, он был краток и заканчивался он так: у ночного окошка – дочь, женщина, кошка. Но дело не  в этом, дело в том, что стихи, они очень невостребованная на сегодняшний момент субстанция. Они вообще не востребованы, поэтому чаще сейчас приходят вместе с музыкой, прямо вот сразу, их главное успеть записать. А так стихов много, и когда я собиралась издать сборник, мне сказали: а у нас стихов не читают. Мы не продадим. Поэтому лучше, Марин, не выпускайте. Поэтому лучший способ для человека, который пишет хорошие, ребята, стихи, покажите это в издательство, пускай редактор отредактирует, пускай он это сделает. Ну, выпустите 150 штук книжек, подарите своим друзьям и близким.

Э. НИКОЛАЕВА: Чтобы потешить себя.

М. ХЛЕБНИКОВА: Нет, чтобы осталось.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, Вы так и сделали?

М. ХЛЕБНИКОВА: Нет, я еще не сделала. Я разговаривала вчера со своей племянницей, она такая умная девочки, очень хорошая, смешная. Она говорит: ну, а дальше то чего? Я говорю: Оля, чего ты хочешь? Она говорит: я хочу, чтобы деньги зарабатывать. Я должна для этого сделать вот то-то, и то-то, и то-то и работать должна. Я говорю: ты не понимаешь. Ты чего хочешь? Ты хочешь семью, или ты хочешь работу, или ты хочешь денег? Денег зачем? И вот тут она растерялась.

Э. НИКОЛАЕВА: Для счастья. Чтобы не быть зависимой.

М. ХЛЕБНИКОВА: Но ведь деньги в гроб не положишь. Ты можешь либо что-то на них построить, либо что-то после себя оставить, но если ты не будешь это любить, после тебя ничего не останется. Даже если ты не будешь любить деньги, ты тоже не сможешь их заработать. Потому что их тоже нужно любить, тогда ты должен быть банкиром, крупье, не знаю, фальшивомонетчиком. Не знаю, вором банка, но ты должен любить вот эти деньги.

Э. НИКОЛАЕВА: Чиновником, сидящим на…

М. ХЛЕБНИКОВА: Нет, чиновники – это власть.

Э. НИКОЛАЕВА: На откат.

М. ХЛЕБНИКОВА: Нет, там уже другое. Есть же конкретная категория – вот власть. Ведь спорт и музыка, представляете, какие монстры. Если поставить спорт и музыку, да  они так же как власть и деньги, они равновелики. Если бы  они не были равновелики, они бы миллионы людей на стадионах не собирали.

Э. НИКОЛАЕВА: Понятно, т.е. Вы тоже конкурент.

М. ХЛЕБНИКОВА: Музыканты вообще конкуренты, потому что остаются лучшие. Деньги, они не прогрессивны. Они как бы существуют, поскольку они есть. А вот то, что наука как вот все говорят, естественнонаучный подход, мышление, что мы должны. Что вот это социум. Ну, какой, например, у бедуина в 2009м году социум? Верблюд и песок. И ему знаете, как хорошо. И там у него решают не деньги. Вот и бедуины зато самые долгоживущие люди на земле.

Э. НИКОЛАЕВА: Видать, вы не так давно вернулись из бедуинщины.

М. ХЛЕБНИКОВА: Нет, я просто знаю, что такое социум.

Э. НИКОЛАЕВА: Вы его как-то определили сами для себя свой личный социум и окружаете себя, наверное, тем, что продлевает Вам жизнь.

М. ХЛЕБНИКОВА: У меня не всегда получается.

Э. НИКОЛАЕВА: Есть моменты, которые разрушают душу.

М. ХЛЕБНИКОВА: Бывает.

Э. НИКОЛАЕВА: Например, тот, который кофе не наливает вовремя.

М. ХЛЕБНИКОВА: Нет, это не раздражает, это веселит.

Э. НИКОЛАЕВА: А, т.е. Вы можете спокойно не реагировать. Это же злит. Это же всплеск эмоций.

М. ХЛЕБНИКОВА: Да, ну, это же смешно.

Э. НИКОЛАЕВА: Ладно, Марина Хлебникова. А как Вы относитесь к рублевским певицам?

М. ХЛЕБНИКОВА: Это кто?

Э. НИКОЛАЕВА: А вот смотрите, которым папеньки нанимают композиторов, поэтов, продюсеров.

М. ХЛЕБНИКОВА: По именам.

Э. НИКОЛАЕВА: А я их не знаю.

М. ХЛЕБНИКОВА: И я их не знаю.

Э. НИКОЛАЕВА: Их так много.

М. ХЛЕБНИКОВА: Нет, я их не знаю, Вы их не знаете, значит, это не певицы. Значит, их нет.

Э. НИКОЛАЕВА: А, ну, они же ведь там чего-то поют. На всяких тусовках они фигурируют, во всяких…

М. ХЛЕБНИКОВА: Имена знаете? В лицо знаете?

Э. НИКОЛАЕВА: Нет, не знаю. Ну, там смешно, откроешь журнал, пишут: такая, сякая – певица. Такая-то сякая-то там фотомодель, или какая-то еще певица.

М. ХЛЕБНИКОВА: Нет, подход неправильный….

Э. НИКОЛАЕВА: Смешно просто на них смотреть. Они все на одно лицо, накаченные губы…

М. ХЛЕБНИКОВА: Неправильный вопрос. Певицу в лицо знаете? Имя знаете?

Э. НИКОЛАЕВА: Они же одинаковые все.

М. ХЛЕБНИКОВА: Песню спеть можете? Нету такого явления.

Э. НИКОЛАЕВА: Придумала. А есть.

М. ХЛЕБНИКОВА: Значит, это не певицы.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, результат всегда почему-то один у таких вот…

М. ХЛЕБНИКОВА: Какой?

Э. НИКОЛАЕВА: Монотонное пение типа: я за тобой бегу на свою беду, я без тебя не могу, утром я приду, а ты меня не ждешь. Я взяла какое-то такое…

М. ХЛЕБНИКОВА: Ну, нету этого явления.

Э. НИКОЛАЕВА: Есть, Марина.

М. ХЛЕБНИКОВА: Нету.

Э. НИКОЛАЕВА: Огромное рублевское явление.

М. ХЛЕБНИКОВА: Оно уйдет. Ну, нет такого понятия…

Э. НИКОЛАЕВА: Через века.

М. ХЛЕБНИКОВА: Если ты певец, значит, от тебя должны остаться песни. Если песен нет, значит, тебя нет. И ты ничем это не купишь. Ты вот тут какой хочешь можешь быть, ты можешь быть монстр. Но если ты не Меркури, ты все равно не певец.

Э. НИКОЛАЕВА: Вот это Меркури – это. Это ж Вы хватили Меркури.

М. ХЛЕБНИКОВА: Да. А чего, я вот знаю, например. Володька Дыбский, ну, как поет. Певец, его знаю, песни знаю. Знаю, что поет, знают, как поет. Знаю, что сделал. Катя Дунникова, пожалуйста, да все, что угодно. Певица, а тоже песен нет.

Э. НИКОЛАЕВА: Катя – это которая у нас в А-студио?

М. ХЛЕБНИКОВА: Мюзиклы. Нет, это которые мюзиклы исполнители. Но, тем не менее, поют, профессионалы знают, это певицы. Певец – это который поет. А музыкант – это который музыку делает. А рублевская певица…

Э. НИКОЛАЕВА: Смотря какую музыку тоже, он иже сделают там ум-ца-ца и говорят: музыка.

М. ХЛЕБНИКОВА: Они не сделают. Это же музыканты сдедают, они же издеваются над ними.

Э. НИКОЛАЕВА: Понятно. Деньги срубают. Понятно. Просто бизнес такой легкий. Халтура. Говорят поэтом, пишущим тексты для песен быть очень выгодно. Вам что-то Марина, капает? Ваши авторские права соблюдаются, кстати? Вы же ведь написали тексты.

М. ХЛЕБНИКОВА: Я вообще очень счастлива, что есть такая организация, как РАО. Я в РАО очень много лет, очень много моих друзей в РАО. Более того, не только соблюдаются, мы еще и налоги платим. Как физики.

Э. НИКОЛАЕВА: Какие налоги Вы платите?

М. ХЛЕБНИКОВА: 13%, не 6, как ИП, могли бы и 6 платить, если бы завели на ИП. Нет, честно все.

Э. НИКОЛАЕВА: Индивидуальное предприятие.

М. ХЛЕБНИКОВА: Отслеживают, я всегда думаю, а как они это делают.

Э. НИКОЛАЕВА: Какие-то деньги капают? Чего-то все-таки приходит?

М. ХЛЕБНИКОВА: Да, приходит. Там 2 рубля с этой станции, 4 с этой.

Э. НИКОЛАЕВА: Здорово как. Какие большие гонорары.

М. ХЛЕБНИКОВА: Нет, а Вы даже не представляете, даже я с небольшим, я понимаю, количеством песен моих, но это…

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, сколько в месяц набегает?

М. ХЛЕБНИКОВА: Ну, последний раз за 3 месяца 54 000.

Э. НИКОЛАЕВА: А, ну, хорошо.

М. ХЛЕБНИКОВА: Ну, хорошо.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, чего ж плохо то. На пенсию хватит на хлебушек с изюмом.

М. ХЛЕБНИКОВА: Так это в белую все, конечно.

Э. НИКОЛАЕВА: И молочка чай будет налить.

М. ХЛЕБНИКОВА: Конечно. Нет, ну, я, правда, их снимаю, трачу.

Э. НИКОЛАЕВА: Такая транжира что ли. А с виду не скажешь, нет такого расфуфырства какого-то.

М. ХЛЕБНИКОВА: Я пришла Сбербанк наш…

Э. НИКОЛАЕВА: Я думала, сейчас придет Хлебникова все попсовая, попсовая. Вся в золоте в бриллиантах.

М. ХЛЕБНИКОВА: Открываю сберегательную книжку, они мне пропечатывают авторские. Это было, наверное, лет 7 назад, и у меня там астрономическая сумму, которую я вообще не ожидала получить с авторских. Я думаю, все сейчас потрачу в тартарары. Пошла и на все эти деньги купила шкатулку вот такой величины. Как огромный торт. А в ней 4 спектакля музыкальных. Немецкая шкатулка. Уникальная.

Э. НИКОЛАЕВА: Музыкальная такая.

М. ХЛЕБНИКОВА: Да, в ней фигурочка крутятся, Чайковский играет.

Э. НИКОЛАЕВА: Просто какой-то раритет в антикварном?

М. ХЛЕБНИКОВА: Да, нет, но больше не видела. Потом видела, вот сейчас, короче, все деньги на эту шкатулку спустила. Ничуть не жалею.

Э. НИКОЛАЕВА: А как же подать нищим?

М. ХЛЕБНИКОВА: Это где храм, или вообще…

Э. НИКОЛАЕВА: Так отложить старичку какому-нибудь. Вы же, наверное, помогаете, да, содержите своих родителей, помогаете им?

М. ХЛЕБНИКОВА: Ну, не только им. И  я тоже об этом не хочу говорить. Добрые дела, они делаются тихо.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, я смотрю, Вы верующая, крест носите.

М. ХЛЕБНИКОВА: Ну да.

Э. НИКОЛАЕВА: Красивый такой, какая-то авторская работа, да, Марин?

М. ХЛЕБНИКОВА: Подарок друзей.

Э. НИКОЛАЕВА: Очень красивый. Ну, что, как по Вашим наблюдениям кризис повлиял на гонорары звезд?

М. ХЛЕБНИКОВА: Кризис повлиял не столько на гонорары, сколько на количество работы. Потому что работодателей стало меньше, и они качественно изменились. Потому что если это были индивидуальные, скажем, предприниматели, или частные корпорации, то это больше государственные заказы. Но я могу сказать, что востребованы люди все равно. Да, идет сокращение концертов. Чего от этого отказываться, вот чего говорить глупости. Вот я удивляюсь, если я встречу администратора, говорит: ой, а у нас вот прямо каждый день чешем. Ребята, ну не надо никого обманывать.

Э. НИКОЛАЕВА: Не надо врать.

М. ХЛЕБНИКОВА: Не надо врать. И поэтому когда меня спрашивают, как ты проживаешь с концертами, я говорю: так же, как и все мы. Потому что мы сейчас так же, как и все находимся в состоянии… что самое ужасно, у нас говорят, опять к осени новая волна. Еще по новой.

Э. НИКОЛАЕВА: Да? Так вроде нефть опять растет в цене. Вроде все сейчас нормально, и доллар…

М. ХЛЕБНИКОВА: Да, нефтяников у нас не так много, еще же другие люди.

Э. НИКОЛАЕВА: Что ж нас ждет то?

М. ХЛЕБНИКОВА: Не знаю, чего ждет.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, на авторские будете жить. Вам-то хорошо.

М. ХЛЕБНИКОВА: Ну, да, 4 рубля…

Э. НИКОЛАЕВА: Насколько актуальна тема кабальных договоров, которыми связывают артистов?

М. ХЛЕБНИКОВА: Наверное, актуально не насчет кабальности, а насчет удивительной изворотливости фирм, которые подписывают договора, когда ты им должен все, а  они ничего. Я такие договора не подписываю.

Э. НИКОЛАЕВА: Просто не подписываю и все. Я просто знаю, что в кабале находятся все талантливые люди, у нас, наверное, только воровать выгодно. А так все работают на 5 работах.

М. ХЛЕБНИКОВА: Вот смелая женщина – воровать выгодно. Нельзя это говорить. Что значит выгодно воровать? Люди не выгодно воровать, не воруйте, работайте.

Э. НИКОЛАЕВА: Да, как это работайте? Один сел на каком-нибудь потоке госфинансирования. Сидит себе и ему капает. Присосался к госбюджету, и все. А еще некоторые сидят на распилах корпоративных денюжек.

М. ХЛЕБНИКОВА: Это в смысле в нашем бизнесе так?

Э. НИКОЛАЕВА: Да. Во всех бизнесах.

М. ХЛЕБНИКОВА: Везде сидят?

Э. НИКОЛАЕВА: Ага. Мне говорят: слушай, чего ты все бегаешь, бегаешь, какие-то копейки эти срубаешь. Там трюльник, тут пятюльник, ты чего не знаешь, есть табачная копания, ну, крупная, мне одну в пример привели, не буду называть. Не буду называть фамилию.

М. ХЛЕБНИКОВА: Не надо, конечно, зачем их рекламировать лишний раз.

Э. НИКОЛАЕВА: Так эта табачная компания, вот у них есть продакшн, к презентации готовят одну фотографию, к примеру, 64 пачки сигарет на одном фоне. Да. Они за одну карточку могут 10 000 долларов выписать. Вот чтобы просто показать на презентации.

М. ХЛЕБНИКОВА: И все дербанят.

Э. НИКОЛАЕВА: Рассчитали все, распределили все по этим. По клювикам и все. Пишут в отчетах – проведена эта. А тут бегаешь, там программу запишешь, тут журнал выпустишь, ту еще что-то. И все эти копейки, копейки, думаешь, когда же это закончится вообще.

М. ХЛЕБНИКОВА: Так Вы же замечательная женщина получается.

Э. НИКОЛАЕВА: Хочется уже как-то отдохнуть немножечко. Какие-то деньги чтобы хоть были.

М. ХЛЕБНИКОВА: Могу заменяться, услуга, на услугу. Вы мне чего-нибудь хорошее предложите, а я вас на Эльбрус отправлю бесплатно на недельку, на две, хотите зимой.

Э. НИКОЛАЕВА: На Северный полюс ее, в Антарктиду ее. Чтобы не вякала тут много.

М. ХЛЕБНИКОВА: Я могу.

Э. НИКОЛАЕВА: Очень хорошо. А я там замерзну ведь. У Вас как опасений нет?

М. ХЛЕБНИКОВА: Нет. Вам будет там хорошо.

Э. НИКОЛАЕВА: Давайте, люблю Эльбрус. Там на горных лыжах можно кататься?

М. ХЛЕБНИКОВА: Там можно все. Прямо с Эльбруса сверху как поедете.

Э. НИКОЛАЕВА: Нормально. Хорошая шутка в стиле…

М. ХЛЕБНИКОВА: Ничего себе шуточка. Я заменялась на это.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, как это заменялась?

М. ХЛЕБНИКОВА: Да добрую услугу. Я песню в студии записываю, меня за Эльбрус везут.

Э. НИКОЛАЕВА: Нормально, да, т.е. Вы на Эльбрус не хотите. Вы хотите передать…

М. ХЛЕБНИКОВА: Я хочу переменяться.

Э. НИКОЛАЕВА: Хорошо обсудим предложение интересное. Вы когда-то были за запрет фанеры. А теперь можно ли хоть что-нибудь решить запретами… Вы же такая голосистая, Марина. Вам же, наверное, обидно горло драть, драть. А другие фанеру поставили.

М. ХЛЕБНИКОВА: Устаешь.

Э. НИКОЛАЕВА: И бабло то же самое получили. Не будешь же рубаху на груди рвать.

М. ХЛЕБНИКОВА: Можно я вернусь к закону о защите прав потребителей. Я потребитель, купила себе маленький универсальный пульт управления полетами. Пришла к пульту звукорежиссера, концерт начался, я так на пульт универсальный. Фанера – оп. Встала. Вот в этом случае я могу прийти и попросить свои денежки обратно. Или подать в суд на организацию, которая организовывала концерт, или потребовать свои деньги за билет, либо подать в суд на исполнителя. Если на афише не написано. Закон то принят.

Э. НИКОЛАЕВА: Т.е. что если встало? Т.е. звук что ли перестал идти?

М. ХЛЕБНИКОВА: Ну, вот представляете, вот сейчас нам возьмут рычажок и оп, микшерный фэйт.

Э. НИКОЛАЕВА: И звука нет.

М. ХЛЕБНИКОВА: А Вы представляете телевизор щелк, а вот Вы на тот пульт нажали, все, концерт остановился.

Э. НИКОЛАЕВА: В твоей душе. Замечательный концерт остановился.

М. ХЛЕБНИКОВА: На афише то должно быть написано, как идет концерт.

Э. НИКОЛАЕВА: А просто должно быть указано – под фанеру. Какое у нас музыкальное устройство. Чтобы люди знали, за что деньги платят.

М. ХЛЕБНИКОВА: Да. Хотим, идем под фанеру, а хотим, не идем.

Э. НИКОЛАЕВА: А если под фанеру, давайте дешевле продавайте. И не надо нам втюхивать как вживую такие деньги.

М. ХЛЕБНИКОВА: Нет. Не втюхивать. Это лет 15 назад Витя Чайка был так поражен. Он был в Турции, и слышал, как хозяин отеля орал благим матом на концертной площадке турецким…

Э. НИКОЛАЕВА: Благим турецким матом.

М. ХЛЕБНИКОВА: Да. На коллектив, который он пригласил к себе. Он говорил: почекму я должен платить 15 000 долларов за плэйбэк, который играет у меня, заберите свои 2, и Ваш контракт недействителен. И порвал на руках. И Витя подошел к нему и поинтересовался, в чем дело. Оказывается, во всем мире это стоит действительно дешевле, правильно Вы говорите.

Э. НИКОЛАЕВА: Во всем мире есть расценки на фанеру и на не фанеру.

М. ХЛЕБНИКОВА: Вот я про это и говорю.

Э. НИКОЛАЕВА: А у нас куда бечь, чего доказывать.

М. ХЛЕБНИКОВА: Буковки на афише стоят. А если не стоят, пультик универсальный.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, что Мариночка, Вы живете далеко от центра. В Бутово.

М. ХЛЕБНИКОВА: Далеко, да, хотелось бы еще дальше.

Э. НИКОЛАЕВА: Такая целая Марина Хлебникова, правда, в 2этажной квартире.

М. ХЛЕБНИКОВА: Двухуровневой. Она называется. Пока набегаешься по лестницам, до телефона можно успеть не добежать.

Э. НИКОЛАЕВА: Почему такой выбор и как давно Вы в связи с этим за рулем? Конечно, за эти годы у Вас накопилось, чего сказать.

М. ХЛЕБНИКОВА: За рулем больше. А там потому что так случайно получилось. Ну, там решили купить квартиру, купили там. Остались. Там хорошо, мне нравится.

Э. НИКОЛАЕВА: Зеленая зона. Как, по-вашему, решить проблему с парковками в центре. Вдруг перескочила она неожиданно.

М. ХЛЕБНИКОВА: Вдруг, да.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, угонщики, подставщики, я знаю, у Вас постоянная эта тема автомобильная.

М. ХЛЕБНИКОВА: Это вообще кошмар. Сегодня был кошмар. Очень близкой моей подруги, остался автомобиль под окнами. Просыпается, а ключей нет, вторые взяла. Спускается стоит ее машиночка замечательная, красивенькая, новенькая, большая машиночка…

Э. НИКОЛАЕВА: С ключами в машине оставила?

М. ХЛЕБНИКОВА: Оставила. И ничего.

Э. НИКОЛАЕВА: Вот. Мы же живем в замечательной стране. Сказка просто.

М. ХЛЕБНИКОВА: Прелесть, а не страна. Россия.

Э. НИКОЛАЕВА: Просто никто не обратил внимания. К счастью.

М. ХЛЕБНИКОВА: Да, они на другие обращают внимание.

Э. НИКОЛАЕВА: Так…

М. ХЛЕБНИКОВА: Так вот что с парковками делать в Москве? А ничего. Делать парковки.

Э. НИКОЛАЕВА: Да, делать парковки. Реализовали ли Вы свою мечту о собственном доме, Марина?

М. ХЛЕБНИКОВА: Не знаю.

Э. НИКОЛАЕВА: Время кризиса, конечно, тяжело на это замахиваться.

М. ХЛЕБНИКОВА: Не знаю, честно скажу.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, что же, теперь самое время послушать что-нибудь лирическое. Давайте Вашу любимую какую-нибудь задушевную

М. ХЛЕБНИКОВА: Давайте ту, которую я никогда не ставлю на радио. Пускай она будет о любви и о мужчинах, которые знают, что они тоже нас любят. «Не плачь, любимая», она называется.

Э. НИКОЛАЕВА: А я напоминаю, что на вопросы, типа «Какого черта» отвечала…

М. ХЛЕБНИКОВА: Марина Хлебникова и какого черта я на них отвечала. Потому что ребята, Вы и так знаете ответы на  все вопросы. Потому что, имея такую замечательную станцию, и имея возможности общаться с Вами напрямую, и имея рядом замечательного журналиста, потрясающую женщину, невозможно обмануть Вас, тех, которые меня случают. И поэтому я сегодня была с Вами, как всегда, искренняя. Спасибо Вам.

Э. НИКОЛАЕВА: Всем пока. Вела программу Элина Николаева.

ПЕСНЯ





Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире