Время выхода в эфир: 06 июня 2009, 23:06



ЭЛИНА НИКОЛАЕВА: 16-летним студентом музыкального училища, а позже и в консерватории он начал прислушиваться к завораживающим звукам музыки в любимых кинофильмах и задаваться вопросом: как это сделано? Почему производит такое впечатление? Как влияет на восприятие фильма? Сегодня Алексей Шелыгин – один из самых востребованных российских композиторов, пишущих музыку для кино, телевидения и прочее, прочее. Здравствуйте, Алексей.

АЛЕКСЕЙ ШЕЛЫГИН: Здравствуйте, Элина.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, Алексей, Вы раскусили по прошествии многих лет, в чем же магическое действие киномузыки. Почему же  она производит такое впечатление.

А. ШЕЛЫГИН: Она такое впечатление производит, когда, видимо, музыка соответствует материалу, который тоже производит впечатление. Т.е. я  о чем хочу сказать. Конечно, хорошая музыка в кино может очень многое изменить в материале самом, но, к сожалению, вот мне часто задают вопрос: а можно ли музыкой спасти плохой киноматериал. Я всегда говорю: спасти, к сожалению, нельзя. И просто…

Э. НИКОЛАЕВА: Тем лучше музыка, тем контрастнее будет видно, что фильм…

А. ШЕЛЫГИН: Сразу видно, что вот фильм проваливается. И музыка начинает подлаживаться или, наоборот, торчать. Вот совершено ни к селу, ни к городу.

Э. НИКОЛАЕВА: Ишь, говорят такие производители, что-то ты перестарался больно. Музыку больно хорошую написал. Видно, что мы тут… налажали.

А. ШЕЛЫГИН: Да. Бывает и такое. И  очень часто, например, просят, не надо как-то так выделяться. Давайте как-нибудь так, вот, значит, чтобы это не было слишком вот так акцентно, чтобы это не было так вот ярко. Поменьше инструментов, покамернее, чуть-чуть вот так вот здесь смикшировать. Здесь не надо такой бас громкий, здесь не нужен такой бас громкий. Им нужна электрогитара. Скромненько, фортепиано, там чего-то позвякивает. Там чего-то похрюкивает, там… вот так очень часто просят…

Э. НИКОЛАЕВА: Не доброкачественные, наверное, теледеятели.

А. ШЕЛЫГИН: Очень, очень боятся. А у меня такой характер, видимо, у тебя темперамент музыкальный, я  очень люблю вот это ни шатко, ни валко.

Э. НИКОЛАЕВА: Легонько, легонько, сторонкой, бочком.

А. ШЕЛЫГИН: Да, ни шатко, ни валко такой персонаж есть.

Э. НИКОЛАЕВА: Так, ну, Леш, Вы не ответили, в чем же магическое действие киномузыки, почему она все-таки производит такое впечатление.

А. ШЕЛЫГИН: Дело в том, что в хорошем произведении, хорошая музыка работает не иллюстративно, а работает на углубление материала, на углубление драматургии, И тогда происходит некая магия. Т.е. в чем эта магия? Такая алхимия. Из двух слагаемых высекается некая третья. Которая даже иногда самим режиссером не была запрограммирована и включено, из-за этого такое магическое ощущение. Вот, на мой взгляд, в принципе, если брать такие, я сейчас специально буду брать такие классические банальные, может быть, примеры. Ну, вот представьте себе, что к фильму «Однажды в Америке» написана музыка Мариконе такая совершенно иллюстративная, вот  он кого-то режет, стреляет, и  она все это иллюстрирует. А вдруг поверх всего этого возникает божественной красоты такое мощная симфоническое тема, крайне на мой взгляд, печальная и грустная, и в этом магия. Высекается некая третья составляющая, которая, я думаю, совершено не предполагалась. Даже Серджио Леоне. Это чистая заслуга Мариконе. Хотя он фильм не сделал, т.е. Леоне и так хорошее кино снял. Но, может быть, он сделал уход в некое другое качество, которое сам Серджио Леоне предположить не мог. Ну, такие же примеры с Нино Роте можно привести в «Крестном отце», эта прекрасная божественная тема, которая, как Вы понимаете, не подчеркивает все эти зверские стороны бытия этих мафиози.

Э. НИКОЛАЕВА: Но, тем не менее, придает неожиданную драматургию.

А. ШЕЛЫГИН: Для меня магия это всегда когда неожиданно. А когда ожидаемо что-то, это не магия, это качественно такая сделанная, нормально сделанная качественная работа.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, может быть, когда вдруг возникает третья тема, и та самая возникает нотка неожиданности, это талант и кинодеятеля, тонкую линию которого уловил композитор. И придал, акцентировал что-то такое подспудное.

А. ШЕЛЫГИН: Безусловно, Элина, без этого невозможно. Я же всегда говорю, мне приходилось иногда встречаться с режиссерами, которые мне говорили: ну как, ты же композитор, вот ты и решай. Ну, как я так не могу, я не для себя какую-то там оперу пишу или симфонию. Я работаю на режиссера. Я всегда начинаю его пытать. Что он хочет. Ну, в последнее время там бывают такие режиссеры, которые вообще ничего не хотят, хочет все время продюсер.

Э. НИКОЛАЕВА: Деньги хочет заработать.

А. ШЕЛЫГИН: Да, тогда я начинаю душить продюсера. Если, слава Богу, он понимающий, он мне объясняет, на что я должен сработать. Потому что я в данном случае, абсолютно зависим, я не независимый художник. Хоть и в полете, но в этом экипаже. Как французы говорят – лекип у них есть такое выражение. Экипаж. Я в этом экипаже, я ничего не могу сделать без ведома режиссера и продюсера.

Э. НИКОЛАЕВА: Нино Рота, Андрей Петров, Эдуард Артемьев, чьих традиций Вы продолжатель? Я думаю, Вам, конечно, ближе Нино Рота, он прославился «Крестным отцом», о чем Вы упомянули. А Вы «Бригадой». Шутка.

А. ШЕЛЫГИН: Шутка. Киргуду.

Э. НИКОЛАЕВА: Бамбарбия.

А. ШЕЛЫГИН: Курзау.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, чьих Вы будете?

А. ШЕЛЫГИН: Я буду, конечно, все-таки их всех. Потому что помимо «Бригады» у меня, например, существует еще и другие работы, такие, как, например, «На Верхней Масловке» Константина Худякова, или там «Штраф бат» Николая Досталя. Поэтому я считаю, что я, скорее, продолжатель отечественной традиции русской музыки и русской киномузыки. Если уж упомянут Эдуард Николаевич Артемьев, то вот, конечно, в этом смысле я ближе в этих произведениях ему. К его стилю, как мне кажется. Ну, не в прямую к стилю музыкальному, если профессионально говорить, а просто в этих традициях.

Э. НИКОЛАЕВА: Манере.

А. ШЕЛЫГИН: Да. Потому что стиль у него абсолютно свой и яркий, и я что-то другое пишу, но влияние то испытываю.

Э. НИКОЛАЕВА: Слушайте, Алексей, давайте мы все-таки послушаем, что Вы пишите.

А. ШЕЛЫГИН: Давайте послушаем.

Э. НИКОЛАЕВА: А что послушаем «Бригаду»?

А. ШЕЛЫГИН: Ну, вообще принято начинать с нее. Причем я хочу сказать, «Бригада», вот с этого диска, который у меня вышел «Избранное», я специально оставил в том виде, в котором она была. Она немножко почищена, поправлена, но  она в таком виде, в каком писали в 2001м году чистая электроника, ни на что. Ни на какие оркестры денег нету, но, понимаете, но это такой исторический момент…

Э. НИКОЛАЕВА: Это уже дорого, как память.

А. ШЕЛЫГИН: Да. Хотя у меня написана партитура, там диси «Бригада» и можно было бы это исполнить симфоническим оркестром, ну, если бы деньги, конечно, нашлись бы на это дело. Но вот  она дана в таком виде, в котором она и дана.

МУЗЫКАЛЬНЫЙ ФРАГМЕНТ

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, Леш, я так понимаю, что музыку к «Бригаде» Вы не считаете вершиной своего творчества.

А. ШЕЛЫГИН: Ну, в общем, понимаете, я считаю это вершиной в каком смысле, что это был перелом, работал в таких узких рамках. Телевидение, такие небольшие программы, какие-то такие сериалы. В том числе там были хорошие сериалы. Например, до этого я написал музыку к сериалу «Гражданин начальник», который делал Николай Досталь, очень качественный, замечательный сериал. Там программа «Куклы», «Российская империя» Леонида Парфенова. Но это такой широко известный в узких кругах.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, ничего себе в узких. В  очень узко широких кругах.

А. ШЕЛЫГИН: Я вообще даже до сих пор считаю, что композитор – это не самое пиар лицо. Потому что, во-первых, титры мало кто изучает.

Э. НИКОЛАЕВА: Титры вообще обозрели последнее время, вообще ничего не видно. Титры долго показывают только на спутниковых каналах, вот я смотрю, к примеру, НТВ+. Вот там резину они тянут, по полчаса. Администраторов и водителей.

А. ШЕЛЫГИН: Я тоже смотрю НТВ+, но мне очень интересно, кто это сделал. Ну, в принципе…

Э. НИКОЛАЕВА: А здесь не углядишь на нашем телевидении.

А. ШЕЛЫГИН: Здесь не углядишь, с такой скоростью.

Э. НИКОЛАЕВА: Что обидно.

А. ШЕЛЫГИН: А иногда и нет, не обидно.

Э. НИКОЛАЕВА: Когда позор. А у Вас такого не должно быть.

А. ШЕЛЫГИН: Вы знаете, не должно быть, но бывает.

Э. НИКОЛАЕВА: А где же?

А. ШЕЛЫГИН: Т.е. и должен помнить. Помните «Иронию судьбы» – должен помнить. Но я не помню.

Э. НИКОЛАЕВА: Но Вы же не должны себе такого позволять.

А. ШЕЛЫГИН: А я не позволяю. Я  очень много сейчас отказываюсь. Вы знаете, не всегда поймете, на что нарветесь. Потому что очень часто приходится какие-то вещи делать до того, до снятого материала. Реже, конечно.

Э. НИКОЛАЕВА: Ты, типа нам дай тему, а мы под нее будем.

А. ШЕЛЫГИН: Да, разработаем что-то. Поэтому тут не известно, что может быть. Но в принципе все-таки на 95% стесняться нечего, слава Богу.

Э. НИКОЛАЕВА: Но, тем не менее, шатко, валко, Вы приблизились к «Бригаде» и, тем не менее, Вы, получается, считаете вершиной своего творчества. И слава композитора успешно романтизирующего бандитизм, и соответственно бандитские фильмы Вас прельщают.

А. ШЕЛЫГИН: Да. Чудесно. Нет, совершенно. Просто произошел перелом. Про меня узнали. А дальше я считаю, что сейчас то, что сделано очень серьезное за последнее время, это фильм, который не вышел. Это 24 серии…

Э. НИКОЛАЕВА: Послушаем фильм.

А. ШЕЛЫГИН: Да. Его можно только послушать. Это большой полонез из 24-серийного фильма по трилогии Суховой-Кобылин «Свадьба Кречинкого» «Дело и смерть Тарелкина», Все записано оркестром, 2 года писалось. Ну…

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, самое главное, что деньги уплочены.

А. ШЕЛЫГИН: Да. Деньги уплочены. Замечательный режиссер там продюсер Вадим Дубровицкий все заплатил. Очень хочется посмотреть, потому что даже я не видел все 24 серии, это невозможно было.

Э. НИКОЛАЕВА: Потому что это же сведенка еще, интересно какие были кадры.

А. ШЕЛЫГИН: Конечно, это совершенна другая история. Так что…

Э. НИКОЛАЕВА: А чего же не вышел, Леш?

А. ШЕЛЫГИН: Ой, это надо выяснять у каналов, и переговоры какие проводили они с режиссером и продюсером. Будем надеяться, что он выйдет на самом деле. Потому что ну может быть, я просто не знаю всех этих тонкостей. Ну, послушаем фильм, полонез Кречинского.

МУЗЫКАЛЬНЫЙ ФРАГМЕНТ

Э. НИКОЛАЕВА: Итак, в студии нашей программы Алексей Шелыгин, один из самых востребованных российских композиторов. Автор музыки к «Бригаде», «Звездочету», «Штрафбату» и не только. Итак, Леша, рубрика «Автобиография». Коротко о Вас. Родился, учился, женился. Давайте колитесь.

А. ШЕЛЫГИН: Значит так, родился в 1960м году, главные этапы моей жизни это то, что я учился в училище имени Ипполитова-Иванова. В 79м году я поступил в Московскую консерваторию, где попытался учиться у разных композиторов, но не получилось. Потому что не выходило как-то мои творческие устремления не сходились. Не будем называть имен. Потом с отчаяния я подал заявление просто в класс инструментовки Эдисона Денисова, который в то время преподавал только инструментовку, потому что на кафедру композиции его не пускали преподавать.

Э. НИКОЛАЕВА: Вот как, и у Вас там свои интрижки?

А. ШЕЛЫГИН: Да, и я у него учился по инструментовке, поэтому у меня нету отметки в дипломе, что я композитор. У меня написано, что я музыковед и преподаватель. Это был теоретико-композиторский факультет. Потому что, выйдя из класса Денисова, я не мог называться композитором. А потом уже после консерватории пошел в армию, отслужил…

Э. НИКОЛАЕВА: Рученки то Вам там не подотбивали?

А. ШЕЛЫГИН: Ну, могли поотбить. Но повезло, не поотбивали.

Э. НИКОЛАЕВА: Счастливые возвращения.

А. ШЕЛЫГИН: Да, все ничего, так в горной пехоте свое отпахал. Потом вернулся.

Э. НИКОЛАЕВА: Такое тоже бывает – горная пехота?

А. ШЕЛЫГИН: Ну, я так каратэнько.

Э. НИКОЛАЕВА: Чтобы понятней было.

А. ШЕЛЫГИН: Отработал концертмейстером в училище циркового эстрадного искусства большая школа для меня, потом в институте искусствознания мнсом я работал, в секторе цирка и эстрады.

Э. НИКОЛАЕВА: Как-то Вас прямо в цирк потянуло.

А. ШЕЛЫГИН: Нет, эстрады и цирка. Ну, так как-то меня, так получалось в жизни. Дело в том, что я в консерватории, я сказал, что я как музыковед вышел, я защитил в 84м году диплом под названием «Выразительные средства рок-музыки». В связи с чем тоже был…

Э. НИКОЛАЕВА: Гоним.

А. ШЕЛЫГИН: Такое полускандальное для 84го года.

Э. НИКОЛАЕВА: Гитара неприличная считалась электронная.

А. ШЕЛЫГИН: Да. И у меня оппонент был Юрий Александрович Фортунатов, который говорил: Вы идете по стопам талантливейшего, гениальнейшего, но падшего Леши Рыбникова. Вот я запомнил это – падший Леша Рыбников.

Э. НИКОЛАЕВА: Такие люди тоже нужны. Если бы их не было, мы бы не поняли…

А. ШЕЛЫГИН: Он понимал роль Рыбникова, это его ученик был по инструменту, он говорит – падший.

Э. НИКОЛАЕВА: Низко падший.

А. ШЕЛЫГИН: Да, то  что он «Юнона, и Авось», это очень.

Э. НИКОЛАЕВА: Потому что это не большое симфоническое произведение.

А. ШЕЛЫГИН: На самом деле крупнейшее просто оперное такое симфоническое произведение с элементами разных стилей. Там и рок, там и академическая музыка, все на свете. Но тогда это в нашей стране так воспринималось. И потом только уже потом после всех этих тяжелых испытаний судьбы, да, я попал в театр Маяковского, и попал я сразу по полной программе.

Э. НИКОЛАЕВА: К Гончарову.

А. ШЕЛЫГИН: Да, я попал к Гончарову. Первый спектакль я свой сделал с Татьяной Ахрамковой, спектакль «Круг»…

Э. НИКОЛАЕВА: Который до сих пор идет с Вашей музыкой.

А. ШЕЛЫГИН: Да, с моей музыкой. Но я там еще и роль тапера играл, выходил на сцену.

Э. НИКОЛАЕВА: И сейчас продолжаете?

А. ШЕЛЫГИН: Ну, нет. Уже сменилось этих таперов, наверное, но я что я же свою музыку играл на рояле, реагировал, общался с артистами, я сразу попал в цветник. Там Лазарев, Немоляева, Костолевский, Симонова, Васильева Татьяна, ну, кто там еще, все там были просто сразу. То я такой испуганный, перепуганный сделал. Это все посмотрел Андрей Александрович Гончаров и взял меня в штат заведующим музыкальной частью. И я тут получил по полной программе. Мне после него больше ни один режиссер не страшен. Потому что как он кричал, как он вопил, топал ногами…

Э. НИКОЛАЕВА: И душил?

А. ШЕЛЫГИН: Да. Причем, я-то кто, заведующий музыкальной частью какой-то 28-летний парень. А когда он там на народных орет. Только с ним Гундарева могла справиться совершенно.

Э. НИКОЛАЕВА: Могла, но чего ей это стоило.

А. ШЕЛЫГИН:Да. Но чего стоило, там все бледные, зеленые за сценой. Ну, и вот я работал в театре Маяковского, потом я попал в ГИТИС и был музыкальным руководителей на курсе Леонида Хейфица. Проработал с большим интересом и радостью.

Э. НИКОЛАЕВА: Ваш круг общения не по работе. Дети, родственники, друзья, любовницы.

А. ШЕЛЫГИН: Все хорошо, двое дочерей, замечательно. Любимая жена, все чудесно. Какие любовницы?

Э. НИКОЛАЕВА: О чем Вы? Поклонницы. Тьфу ты. Простите. Поклонницы.

А. ШЕЛЫГИН: Поклонницы, конечно.

Э. НИКОЛАЕВА: Что еще кроме музыки Вас греет?

А. ШЕЛЫГИН: Кроме музыки меня греют замечательные произведения литературы. Я  очень плохо разбирался раньше, сейчас я в это углубился. Вот если за границей обязательно, раньше же пойти в музей это чего-то такое. Я хожу по музеям, меня греют какие-то картины неожиданные, которые я узнаю.

Э. НИКОЛАЕВА: Погружаешься в их мир, манеру писания.

А. ШЕЛЫГИН: Да. Меня греет просто, например, путешествия по  разным городам…

Э. НИКОЛАЕВА: У Вас губа не дура. Греют Вас путешествия по разным…

А. ШЕЛЫГИН: Да.

Э. НИКОЛАЕВА: Некоторые, кстати, очень тяжелы на подъем.

А. ШЕЛЫГИН: Нет, просто я очень занят, но если есть такая возможность, это же счастье все это посмотреть. Случайно попасть в город. Как городочек называется – Урбины. Здесь Рафаэль родился. А что здесь и его и дом музей есть? Да, пожалуйста, проходите. Или Амстердам. А вот здесь дом Рембранта. А вот это шкаф, в котором спал. Я не знал, а  он спал в шкафу. У них вот такая была система, как у нас встроенный шкаф, только там спальня была. Т.е. такие вещи, они очень…

Э. НИКОЛАЕВА: Прикоснуться.

А. ШЕЛЫГИН: Да, да.

Э. НИКОЛАЕВА: Вы, значит, такой очень чувствительный. Ну, а как Вы можете быть бесчувственным, раз вы такой весь из себя композитор.

А. ШЕЛЫГИН: Да, я должен быть чувствительным, чувствительным.

Э. НИКОЛАЕВА: Итак, в студии нашей программы Алексей Шелыгин, один из самых востребованных российских композиторов, автор музыки к «Бригаде», «Звездочету», «Штрафбату» и не только. Только в 2009м году на кино и телеэкраны выйдет более 10 новых фильмов, к которым вы написали музыку. Я не ошибаюсь? Не многовато ли для одного Вас, если все-таки не ошибаюсь.

А. ШЕЛЫГИН: Ну, Вы знаете, ну, я действительно столько написал, так получилось. В этом смысле как-то очень плотно шла работа. Я не знаю, сколько будет в этом году в связи со всем известными событиями в материальной культуре. Но действительно, я надеюсь, что они выйдут. На самом деле у меня был какой-то год, прошлый, по-моему, а я делал в позапрошлом, я тоже очень много написал, и в результате, почему-то они не выходят. Я не понял, куда они все деваются, эти произведения киноискусства. Но они не выходят. Они, то что Вы говорите, но  они должны выйти. Ну, я надеюсь, они выйдут. Но до такой степени, что я не знаю, меня встречали просто люди и спрашивали: слушай, а в кино ты продолжаешь работать, или для себя пишешь. Я говорю: ну, ничего себе.

Э. НИКОЛАЕВА: Я тут исписался просто.

А. ШЕЛЫГИН: А  они говорят: а ничего нет.

Э. НИКОЛАЕВА: Где оно?

А. ШЕЛЫГИН: Я не знаю где оно на самом деле. Какие-то вещи просто не понятные. Ну, вот я сказал уже про «Полонез Кречинского», ну, я сейчас не буду все перечислять, это не нужно. Но вот такого типа, вот написал, где это.

Э. НИКОЛАЕВА: Леш, когда Вы делали с режиссером Алексеем Сидоровым «Бригаду», это была целая эпопея. А теперь просто поток. Что это штамповка?

А. ШЕЛЫГИН: Это определенная система наработок и определенная система знания и понимания, как это делать. Потому что «Бой с тенью», это был полный метр. «Бригада» это, на мой взгляд, так же как и, не знаю, «Штрафбат» или там «Полонез Кречинского», это много больших метров в сериале. Это кино. А когда я говорю «сериал», я все-таки предполагаю большие, необъятные сериалы. Они все-таки сделаны по определенному типу. Очень часто даже сюжеты берутся. Лицензируются из западных каких-то источников. И над ними можно работать, там нету такой сложной разветвленной структуры, как в «Бригаде», там можно и любить, можно не любить, но вы же понимаете, сколько там вообще линий.

Э. НИКОЛАЕВА: Да. И музыка их должна отразить.

А. ШЕЛЫГИН: Да. А это все система попроще. Это не штамповка. А есть законы. Это уже законы, которые можно назвать иронично какими-то штампами. Но это есть некие законы, и плюс существуют определенные дисциплина. Я не скажу, что это великое искусство, но  это очень четкое и жесткое ремесло. Вам поставлена задача за такое-то время это сделать. И желательно талантливо. Но за определенное время и к определенному сроку. И чтобы сегодня первая серия была готова. Завтра ее в перезапись ми все. И поэтому я не хочу произносить высокие слова «мое творчество», «мое искусство». Нет. Здесь мое определенное, профессиональное понимание задач, что от меня хотят, и что я должен им дать. В данном случае, скажем так, творчеством оттянусь на чем-нибудь другом.

Э. НИКОЛАЕВА: Для души, что называется.

А. ШЕЛЫГИН: Да. Я не стараюсь халтурить. Я именно стараюсь выдать то, что нужно продюсеру или режиссеру. Это работа такая же, как и у тех режиссеров, которые это снимают.

Э. НИКОЛАЕВА: Леш, скажите, а есть ли какие-то общие законы для создания музыки и к кино, спектаклю, телепередачи? Вы о них уже говорили, но вот все-таки поделитесь профессиональными секретами. Как Вы воздействуете на головной мозг слушателей? Вот, например, по себе знаю. Журналист, когда пишет статью, должен делать интригующее вступление. Чтобы читали и яркую концовку чтобы запомнили.

А. ШЕЛЫГИН: Правильно. На самом деле примерно закон тот же самый. Должна быть какая-то очень яркая тема, которая то что на телевизионном и киножаргоне называется шапка, и  она должна быть как можно более яркой. Т.е. эффектной, не боюсь, этого слова хитовой, шлягеной.

Э. НИКОЛАЕВА: Цепляющей.

А. ШЕЛЫГИН: Ну, это давнишняя история, когда ну видимо на кухне тогда еще телевизора не было. Как продюсер говорил, чтобы хозяйка с кухни пообедала смотреть. Вот ее бы сразу, она бы узнавала. Унесло в другую комнату.

Э. НИКОЛАЕВА: Унесло в другую комнату.

А. ШЕЛЫГИН: Да. Это очень важно. И еще к этому ряд таких лейтмотивов, которые бы подтверждали этот заход, и дальше идет техническая работа. В музыке это называется вариационная форма, т.е. варьируется на разные лады…

Э. НИКОЛАЕВА: Знакомая мелодия.

А. ШЕЛЫГИН: Составляются некие модули т.д. Два пути работы. Если уж интересует технология. Есть такая технология, которая и только может сработать в огромных сериалах, там 344 серии.

Э. НИКОЛАЕВА: «Сантк Барбара». Пам, пам, пам.

А. ШЕЛЫГИН: Да, сразу вот такое выдал.

Э. НИКОЛАЕВА: И все бегут. Кролеконий пошел по телевизору.

А. ШЕЛЫГИН: Да, все услышали, все узнали. Что еще можно сделать? Можно написать огромное количество этих тем, то, что называется, папку делаем. И дальше музыкальный редактор с режиссером раскладывает. Ну, а я Вам хочу сказать, что этих вариаций…

Э. НИКОЛАЕВА: Они должны быть похожи.

А. ШЕЛЫГИН: Да, они с одной стороны контрастны, а с другой стороны, должны перекликаться. Чтобы мы не написали музыку случайно к другому фильму.

Э. НИКОЛАЕВА: Чтобы не подумали, что начался другой фильм, а не продолжение этого сериала.

А. ШЕЛЫГИН: Совершенно верно, Вы абсолютно правы. И вот пишется такая папка. Там получается номеров до 100 легко. Огромная работа. И мы выдаем такой материал. А если имеем в виду мини сериал, ну, подумаешь, какие-то 12 серий, то в общем тогда надо работать по то, что я называю хронометражу, по тайм входу. Там другая система. Там тоже шапка работает, но там нужно все время быть, поскольку меньше надо быть собраннее, все это делать очень точно не рассусоливать. А главное, что самое сложное, нужно создать какой-то хит, но чтобы он начинался в 2 минуты, в 02, а заканчивался в 3.25. Потому что как только герой вышел из кадра, музыка должна закончиться, а у меня еще душа поет. У меня развитие мелодическое. А он уже вышел. Про что играем. Как говорил Гончаров: про что играем? Не понятно совершенно. Ну, при этом требуется…

Э. НИКОЛАЕВА: Ого-го го, кульминация.

А. ШЕЛЫГИН: Да.

Э. НИКОЛАЕВА: А герой уже ушел.

А. ШЕЛЫГИН: Уже ушел. Значит, приходиться самого себя брать в кулак…

Э. НИКОЛАЕВА: Резать.

А. ШЕЛЫГИН: Да, перелопачивать, совершенно верно.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, что же, недавно вы выпустили первый альбом, о чем сказали, со своими произведениями. Я так поняла, что этот проект с учетом участия в нем групп «Апокалиптика», да?

А. ШЕЛЫГИН: Да.

Э. НИКОЛАЕВА: «Триплекс».

А. ШЕЛЫГИН: Да.

Э. НИКОЛАЕВА:"Апокалиптика" это финская группа, которая играет рок на…

А. ШЕЛЫГИН: Виолончелях. Это первая группа, которая на классических инструментах….

Э. НИКОЛАЕВА: Музыку слушать эту невозможно, я Вам должна сказать.

А. ШЕЛЫГИН: Это очень тяжело.

Э. НИКОЛАЕВА: Там прямо вот кожа.

А. ШЕЛЫГИН: Да, зверский. Зверские ребята.

Э. НИКОЛАЕВА: Зверские финские парни.

А. ШЕЛЫГИН: Да. Рамштайн такой на виолончели.

Э. НИКОЛАЕВА: А так же Российского государственного оркестра кинематографии под управлением Сергея Скрипки. Получился это дорогой альбом, проект такой. Почему именно сейчас решились на него? Записывали, наверное, до кризиса что ли?

А. ШЕЛЫГИН: Нет, проект затеял действительно до, просто надо было подвести какую-то черту. Надо было сделать это, а ждать, пока кризис пройдет, извините меня, мы же никто не знаем. По-моему, даже на верху никто не знает, когда он закончится.

Э. НИКОЛАЕВА: Как банкиры американские решат.

А. ШЕЛЫГИН: Да, как они решат, так и будет. А я что должен от них зависеть? Ничего подобного. Выпустим. Спасибо, конечно, огромное компании МТУ и продюсеру Илье Груздеву, который инициатором всего этого дела. Спасибо, они нашли деньги, нашли средства и выпустили, по-моему, это даже красиво выглядит.

Э. НИКОЛАЕВА: Красиво выглядит, да? Качественно.

А. ШЕЛЫГИН: Да, двойной пакет с моим буклетом, где я все про себя чего-то рассказываю. Вообще это диск контрастный очень. Принципиально сделанный симфонический оркестр с одной стороны, с другой стороны, совершено другая символика с отсылами к рок музыке, к минимализму. У меня там есть одно произведение под названием «Хау а ю, мистер Нэйман».

Э. НИКОЛАЕВА: Кто у нас будет мистером Нэйманом?

А. ШЕЛЫГИН: Ну, это я как бы стилизую, как бы привет, привет. Это в «Бой с тенью» втором звучала эта вещь. Ну, и совершенно другая музыка лирическая тема любви с «Вы не оставите меня» режиссера Аллы Ильиничны Суриковой. Вообще другая стилистика. Может быть, меня можно в этом упрекнуть, что вот  такой абсолютно я гуляю по разным стилям. Но, во-первых, и фильмы разные, а во-вторых…

Э. НИКОЛАЕВА: Многогранность творчества показываете.

А. ШЕЛЫГИН: Да. А потом стараюсь, потому что в основном все в одну дуду что-то пишут, и получается, что…

Э. НИКОЛАЕВА: У меня свой стиль.

А. ШЕЛЫГИН: У меня свой стиль, а совершенно не учитывают, что фильмы-то разные.

Э. НИКОЛАЕВА: Да. А надо ли такое. Чтобы один стиль гулял по всем фильмом.

А. ШЕЛЫГИН: Да. Причем с разной тематикой, про разные эпохи и вообще драматические и драматургические ситуации.

Э. НИКОЛАЕВА: Вот оно коснулись темы.

А. ШЕЛЫГИН: Одно про любовь, другое про мордобой. Или все в одном стиле.

Э. НИКОЛАЕВА: Какого черта. Итак, Алексей, рубрика «Культура мультура». Конечно, беседуя с Вами автором музыки к «Бригаде» нельзя не обсудить тему рингтонов. Что это за мода такая, и почему ее жертвой пала только Россия? Я тут каталась на лыжах в Европе, в вагоне подъемника ехали в основном только англичане. И вдруг зазвонил у кого-то мобильник. Точнее заиграл панк с матом. Англичанине тихо прифигели. А владельцем мобильника, конечно, оказался русский парень.

А. ШЕЛЫГИН: Ну, видимо, это тоже наша такая радость местная. И как-то…

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, Вы свою музыку на рингтоны…

А. ШЕЛЫГИН: Нет, я этого не делаю.

Э. НИКОЛАЕВА: Деньжат срубить легких.

А. ШЕЛЫГИН: Знаете, может быть, это и существует. Это делается помимо меня. Это как-то происходит. Сейчас же понимаете, сейчас же пиратство. Сейчас моно скачать все, что угодно. Почему сейчас диски, например, невыгодно производить, потому что Вам ничего не вернется. Один диск выставляется в интернете, и с него все качают. Кто-то один купил, и уже достаточно для того, чтобы все было скачено. Что касается рингтонов….

Э. НИКОЛАЕВА: Все ушло налево.

А. ШЕЛЫГИН: Я этот процесс не контролирую. Тогда с «Бригадой» вообще получилось просто хаотичное. И когда я первый раз услышал и решил, что у меня в мозгу помутнение, когда я сидел в кафе, просто пил кофе и услышал, что у кого-то это играет, я решил, что пора мне обратиться к психиатру.

Э. НИКОЛАЕВА: Глюки.

А. ШЕЛЫГИН: Да, потому что никто не предупредил, что такое будет…

Э. НИКОЛАЕВА: Пущено в ход. Интересно, кто заработал больше на продаже рингтонов. Тот, кто продавал музыку из «Бригады» или из «Бумера», Леша, как Вы думаете?

А. ШЕЛЫГИН: Я Вам скажу, я думаю, из «Бумера» должно быть больше, потому что из «Бригады», когда начали официально торговать, они очень поздно спохватились. А «Бумеры», наученные «Бригадой», поскольку «Бригада» была первой, они быстро сообразили, что нечего щелкать, тут надо сразу набрасываться. И  они так и сделали.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, да, они не прощелкали клювом, и теперь Петр Буслов живет у нас на Гоа я так понимаю.

А. ШЕЛЫГИН: Да. Но нельзя осуждать, что было поздно. Тогда же никому в голову не приходило, что вообще это может иметь какой-то резонанс и на этом даже можно денег каких-то заработать. Это никто не понял, а когда это стихийно началось. Само собой, когда из всех палаток понеслось, из всех, каких только возможно.

Э. НИКОЛАЕВА: Творчество Алексея Шелыгина понеслось из всех палаток, которому с этих рингтонов ничего не  капает.

А. ШЕЛЫГИН: Ну, это да, даже помню Камеди клаб начинался, меня ведущий Павел Воля ведущий прокатил, говорит, композитор, которого обманули на миллион.

Э. НИКОЛАЕВА: Представляете, было бы это все.

А. ШЕЛЫГИН: Да. Ладно, я не жалею, потерял и потерял.

Э. НИКОЛАЕВА: Это философия.

А. ШЕЛЫГИН: Вот ни о чем не жалеть.

Э. НИКОЛАЕВА: Не кусать себе локти, Не разъедать себя поедом.

А. ШЕЛЫГИН: Только вперед. Значит, будут другие какие-то возможности Вам даны для того, чтобы реализовать себя еще как-то. А если еще получится заработать денег, чудесно. Не получится, ну, тоже же не бедствуем.

Э. НИКОЛАЕВА: Потом честно, положа руку на сердце, наверное, Леша, Вы бы все равно писали, если бы даже денег не платили.

А. ШЕЛЫГИН: Конечно.

Э. НИКОЛАЕВА: Вы же без этого не можете.

А. ШЕЛЫГИН: Ну, вот что, у меня, например, скрипичный концерт, исполненный один раз. Опера, которую я сейчас написал, которая уже год никого не интересует в принципе, что я там написал.

Э. НИКОЛАЕВА: Что, уважаемые радиослушатели, послушаем оперу.

А. ШЕЛЫГИН: Невозможно послушать, уважаемые радиослушатели. Невозможно, не смотря на то, что хотелось бы, чтобы ее когда-нибудь кто-нибудь услышал. Вы думаете, это один я? Там куча народу. Композиторы, их не слышат, их не знают. Ну, например, даже такая фигура, как Рыбников. Вот у него есть такое сочинение «Оперный дом». Это опера. Либретто Горина. Тоже нет…

Э. НИКОЛАЕВА: Почему на канале Культура не показывают, не снимают, не исполняют. Там же  очень много делается фильмов интересных, исторических.

А. ШЕЛЫГИН: Вы имеете в виду телевизионный…

Э. НИКОЛАЕВА: Телевизионный канал Культура. Культуроведческий.

А. ШЕЛЫГИН: Не понятно. Я не понимаю…

Э. НИКОЛАЕВА: Напишите заявку.

А. ШЕЛЫГИН: Ну, вообще напишем.

Э. НИКОЛАЕВА: Татьяне Пауховой, руководителю канала.

А. ШЕЛЫГИН: Попробуем. Этим, кстати, занимается второй мой учитель, скажем так, по времени, Владимир Сергеевич Дашкевич, композитор, который вокруг него такая собралась орагиназция, куда и Ваш покорный слуга входит. Называется – содружество композиторов третьего направления. А третье направление это очень просто все. Потому что существует академическая музыка и существует музыка других стилей, мягко говоря, боле демократичная.

Э. НИКОЛАЕВА: Популярная.

А. ШЕЛЫГИН: Да, популярная, нормальная. Не попса, просто популярная музыка. Был же такой нормальный термин. Вот это соединение этих. В этом стиле сам Дашкевич работает и Рыбников. Т.е. не такие неистовые авангардисты, которые перепиливают струны на инструментах…

Э. НИКОЛАЕВА: И душу.

А. ШЕЛЫГИН: И душу обязательно при этом. И вот это содружество. Направлено письмо о том, чтобы исполнялись просьбы исполнить. Предоставить площадки. Записать. Снять. А мы Вам вернем, потому что как бы через кассу эти деньги, что называется.

Э. НИКОЛАЕВА: Отработаем.

А. ШЕЛЫГИН: Отработаем, да. Ну, ладно это немножко углубились в другие.

Э. НИКОЛАЕВА: Поплакали чуть-чуть. Алеша, Вы много работали на телевидении, от кукол до авторских программ Парфенова. А мы не можем сейчас послушать эту музыку, а Вы расскажите немножко про эти опыты.

А. ШЕЛЫГИН: Грустная история, музыку послушать невозможно, потому что она нигде не была собрана. Она осталась все в старых как бы компьютерах, в которых это писалось, где это, ну, теоретически, это в каких-то это в битакан все писалось, там же вообще были другие технологии.

Э. НИКОЛАЕВА: Цифры же не было.

А. ШЕЛЫГИН: Да, не было цифры, значит, теоретически если какой-то неистовый исследователь поклонник он пойдет по битакамам это собирать. Послушать невозможно. Можно, наверное, только посмотреть на это все. Слава Богу, это хоть выпущено на DVD. Но это была прекрасная работа, чудесная.

Э. НИКОЛАЕВА: Для каких программ?

А. ШЕЛЫГИН: «Российская империя». Там сколько там было серий.

Э. НИКОЛАЕВА: Много.

А. ШЕЛЫГИН: Сейчас прямо не вспомню. И, например, был замечательный 4-серий фильм, где был ведущий Парфенов и там его сценарий, но который, как режиссер делал Вера Сторожева «Живой Пушкин» 200-летие.

Э. НИКОЛАЕВА: Не смотрела.

А. ШЕЛЫГИН: Это была тоже замечательная работа.

Э. НИКОЛАЕВА: Вы  Леша, сейчас не для каких телепрограмм не пишете? Только кино?

А. ШЕЛЫГИН: Телепрограмм – нет только пока кино. Сейчас для телепрограмм, я пишу, например, для таких вещей, которые можно ну так сяк расценить. Док драмы, например, ну, вот что это, документальное кино. Вот «Светлана» был документальное кино про Алилуеву. Или предположим сейчас такой фильм – реставрация сейчас принято говорить. «Мой муж гений», вот это был скандальный, где Ландау там сексуальный маньяк. Ну, это такие смешанные жанры. А просто для программ, что там? Дорогие друзья, между прочим, в свое время я отличился тем, что первый написал, был программа «Розыгрыш», я же там все эти штучки-дрючки, все эти прокладки, отбивки, отбилки, запилки…

Э. НИКОЛАЕВА: «Небо в алмазах» Василия Пичула это был Ваш первый фильм, да, Леша, на котором Вы прославились после телевизионных.

А. ШЕЛЫГИН: Полный метр, да. До «Бригады». Тяжелейшая была для меня работа. Потому что полный метр, а во-вторых, первое столкновение впрямую с симфоническим оркестром, где там выдающийся дирижер Большого театра Андрей Чистяков, к сожалению, ныне покойный, дирижировал. Жутко волновался. Всего трясло. Ну, был потрясающий, конечно, эффект, когда меня Вася пригласил на съемки так называемого оперного огромного фрагмента, который входит в этот фильм, он снимался на ВДНХ. И вот у меня было такое шоковое состояние. Я приезжаю на ВДНХ. И вдруг я понимаю… Ну, сейчас ВВЦ, извините, что над всем этим ВВЦ моя музыка. На всем вот этом пространстве через громкоговорители. Думаешь: о, масштабы, гигантизм, имперское сознание.

Э. НИКОЛАЕВА: Вот она слава. Собственного величия.

А. ШЕЛЫГИН: Да, но у меня наоборот, когда такое, я  очень смущаюсь и стараюсь куда-то юркнуть. Да, чтоб меня не видели.

Э. НИКОЛАЕВА: И под конец программы нельзя не сказать, что все заинтригованы Вашим новым проектом. Альбом песен в исполнении Анастасии Заворотнюк, Николая Расторгуева, Игоря Верника, Гарика Харламова и других популярных артистов. Интересно, а как поет Заворотнюк?

А. ШЕЛЫГИН: Вы знаете, у нее очень милый, нежный, небольшой голос, но поет чисто, лирично…

Э. НИКОЛАЕВА: Со слухом.

А. ШЕЛЫГИН: Со слухом. Да. Она молодец. Она очень хорошо спела этот романс к фильму «Шекспиру и не снилось» на стихи Юрий Сергеевича Энтина, там мы работали все вместе. И  она, ну, нет в большом, она не оперная певица, и  она не в этом смысле и не эстрадная по большому счету…

Э. НИКОЛАЕВА: Но поет.

А. ШЕЛЫГИН: Но для драматической актрисы вполне достаточно. Иметь слух и такой вот приятную манеру.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, да, Светлана Немоляева тоже поет.

А. ШЕЛЫГИН: Да. Я с ней работал с 88го года со Светланой Владимировной. Ну, да, никто их не обязывает иметь голос, как у Тины Тернер. Или у Эллы Фицджеральд и т.д.

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, что, Алексей, побалуйте нас чем-нибудь проникновенным, задушевным, чтобы взяло и долго не отпустило.

А. ШЕЛЫГИН: Ну, давайте тогда послушаем музыку из фильма Аллы Суриковой «Вы не оставите меня». Это очень задушевная.

МУЗЫКАЛЬНЫЙ ФРАГМЕНТ

Э. НИКОЛАЕВА: Ну, что же наш творческий вечер подошел к концу. Желаю всем хорошей музыки. Пока. В эфире были я, Элина Николаева и…

А. ШЕЛЫГИН: Алексей Шелыгин, спасибо Вам большое, Элина, спасибо, радиослушатели, что дослушали.





Комментарии

0

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире