Э. НИКОЛАЕВА: Мир охватила Мама-мия мания. Каждый день более 18 тысяч человек во всём мире посещают шоу «Мама мия». За всё время проката, спектакль был поставлен в 140 городах. Общее количество зрителей во всём мире, посетивших «Мама мия», 27 миллионов. Поэтому, в нашей студии два человека, которые во многом сделали проект. Наталья Быстрова, исполнительница главной роли Софи, и Дмитрий Богачёв, исполнительный продюсер мюзикла. Добрый вечер уважаемые господа.

Н. БЫСТРОВА: Добрый вечер.

Д. БОГАЧЁВ: Добрый вечер.

Э. НИКОЛАЕВА: Читаю, и не верю своим глазам. 27 миллионов, лидер по количеству постановок в разных странах. Сейчас, одновременно вместе с Москвой, Гамбург, Лас-Вегас, Лондон, Мадрид, Нью-Йорк, Осака, Стокгольм, Штутгарт. Что же это такое?

Д. БОГАЧЁВ: Можете себе представить, что это происходит одновременно. И каждый вечер, когда мы, наши артисты, выходят на сцену, разумеется, с разницей во времени в часовых поясах. Эти же самые Софии, Донны, Скайи…

Н. БЫСТРОВА: Скачут в разных странах, и делают одно и то же.

Д. БОГАЧЁВ: Что интересно, что реакция публики идентична во всех странах. Мы боялись, вернее не мы, а продюсеры «Мама мия», компания «Littlestar», они боялись, что в таких странах, как Япония, Корея, где люди отличаются по менталитету, что и реакция будет несколько иной. Так и происходило. Но неизменно, когда звучат последние три финальные песни, то даже сдержанные японцы вскакивают со своих мест, и начинают танцевать. Финал идентичен везде.

Э. НИКОЛАЕВА: Как вы поняли, уважаемые радиослушатели, в разговор активно вступил Дмитрий Богачёв, продюсер самый главный, Наташа Быстрова, исполнительница роли Софии, милое, совершенно юное создание. Не понятно, откуда у неё хватает сил каждый вечер… Вы каждый вечер поёте?

Н. БЫСТРОВА: Да, каждый вечер, вживую поём три часа, а по выходным и шесть часов, потому что мы играем по два раза. Поэтому приходится.

Э. НИКОЛАЕВА: Ничего, сегодня вам, наверное, тоже придётся помучаться в нашем эфире. Всё связанное с «Мама мия», слишком похоже на сказку, чтобы быть правдой. Даже как-то не верится. Скажите, зрители в конце спектакля действительно, не могут усидеть? Вот Дмитрий это подтвердил, что даже сдержанные японцы в креслах, и танцуют, и поют вместе с артистами.

Д. БОГАЧЁВ: Они не в креслах танцуют и поют, они встают.

Н. БЫСТРОВА: Они не могут усидеть. Вы знаете, я до московской премьеры, имела честь посмотреть мюзикл «Мама мия» в двух странах…

Д. БОГАЧЁВ: Имела удовольствие.

Н. БЫСТРОВА: Да, имела удовольствие, и честь, всё сразу вместе взятое. Я смотрела и в Лондоне, и в Стокгольме мюзикл «Мама мия». Знаете, я с такой завистью наблюдала реакцию зрителей. Более того, в конце, когда такая сюжетная линия, обязательно зритель должен встать, танцевать, ликовать вместе. Для меня было таким откровением и открытием, когда я увидела, в частности в Лондоне, есть такие сентиментальные сцены, русскому зрителю всегда хочется всплакнуть, особенно женщинам. Тем более, у нас такая тема.

Э. НИКОЛАЕВА: Какая тема, кстати, расскажите Наташа, я не была у вас.

Н. БЫСТРОВА: Тема жизненная. Обязательно вам это нужно успеть сделать. Потому что мы сделали такой подарок и самим себе, и нашим дорогим зрителям дорогим. До 25 мая у вас есть ещё возможность придти на мюзикл. Знаете, история такая, близкая совершенно всем. Это история взаимоотношений матери и дочери, дочери и отцов, дочери и с любимым, с друзьями. Абсолютно жизненные ситуации, и там есть такие сцены, где женщины могут всплакнуть. Для меня было откровением, когда в Лондоне я увидела, что мужчины настолько сентиментально наблюдали эту сцену, и плакали, не скрывая своих слёз.

Д. БОГАЧЁВ: Давайте я объясню, о чём там речь. Сюжет, действительно, незамысловатый, драматургия тоже не очень загрузная, что называется. История матери и дочери. Мать, которая 20 лет назад вела довольно активный образ жизни. Общалась с большим кругом, в том числе мужчин. Поэтому для неё остался открытым вопрос жизни, кто же является отцом её дочери. Поскольку дочь собирается выходить замуж по сюжету мюзикла, то для дочери это тоже вопрос.

Э. НИКОЛАЕВА: Кого из пап приглашать.

Д. БОГАЧЁВ: Да, совершено верно. Дочь не находит ничего лучше, она такая легкомысленная девочка 20-летняя. Она не находит ничего лучше, как пригласить на свадьбу всех троих. Причём сделать это как-бы от имени матери, не поставив мать об этом в известность. Конечно, для матери является большим сюрпризом прибытие на греческий остров, где она 20 лет занимается своим бизнесом, маленькой гостиницей. Когда туда заявляются три потенциальных папаши, которые 20 лет назад зажигали вместе с ней по очереди. Для неё это полный сюрприз, а совпадение в том, что в этот же самый момент мама приглашает своих подруг, с которыми они в то время все вместе… У этих трёх женщин, в то время молодых девчонок, была собственная группа. И они пели те самые песни, которые зритель слышит в зале, те самые 22 знаменитых хита квартета «Abba». Некоторые песни поёт Наташа, та самая София.

Э. НИКОЛАЕВА: А девушка – это она и есть?

Н. БЫСТРОВА: Да. Это я и есть.

Э. НИКОЛАЕВА: Дочка у нас в студии, ну наконец-то. Вы случайно не папа?

Д. БОГАЧЁВ: Я папа других трёх дочек, мне хватает. И собственно, всё действие происходит на этом острове, когда трое подруг и трое друзей встречаются вместе, и получается такая взрывоопасная смесь, и многочисленная такая коллизия, комедия положений, которая в конце раскрывается целой чередой сюрпризов. Зритель не ожидает, там, в финале, один за одним, происходят несколько неожиданных поворотов сюжета, и от этого история приобретает ещё большую пикантность. А всё заканчивается таким триумфальным финалом, когда танцуют все.

Э. НИКОЛАЕВА: Значит, Дима, вы хотите сказать, что в этом секрет того, что доводит людей до экстаза, в этой такой коллизии. В чём наркотик этой постановки?

Д. БОГАЧЁВ: Как во всех успешных мюзиклах, секрета не знает никто. Как говорят продюсеры: «Если бы мы знали секрет, то мы были бы самыми богатыми людьми в мире». Секрет успеха мюзиклов.

Э. НИКОЛАЕВА: Не бедствуют, я думаю.

Д. БОГАЧЁВ: Нет, не бедствуют, но заранее очень трудно просчитать, какой мюзикл будет успешным, а какой нет. Можно строить предположения. Есть определённые рецепты, но наверняка не знает никто. Поэтому это некий синтез, доступный сюжет, жизнерадостные песни всемирно известной группы «Abba». История, которая близка и резонирует с публикой. Каждый зритель в зале узнаёт что-то близкое, и чувствует что-то близкое для самого себя.

Э. НИКОЛАЕВА: Возвращение в прежние годы.

Н. БЫСТРОВА: Ностальгия какая-то.

Д. БОГАЧЁВ: У кого-то происходили какие-то похожие события. И вот та сцена, которая очень сильно трогает сентиментальных людей, и меня трогает лично.

Э. НИКОЛАЕВА: Вы тоже плачете?

Д. БОГАЧЁВ: Серьёзно, да, поначалу да, когда я смотрел это в других странах на английском языке. Кстати, первые четыре раза я посмотрел это на немецком языке, не понимая ни слова, тем не менее, я понял всё. Сюжет раскрывается очень доступно и в музыке, и всё понятно из игры актёров. Вот там есть сцена, где Донна собирает дочь под венец, одевает ей фату, платье, расчёсывает волосы. И поёт песню, известную песню «Abba» «Slipping Through My Fingers» (ускользая сквозь пальцы). По содержанию эта песня о том, как быстро растут дети. И в череде каких–то своих дел, какой-то бытовухи, мы просто не успеваем нормально с ними пообщаться. Они вырастают, и улетают из гнезда, и уходят. Она говорит про молчаливый завтрак. Это такой образ, когда, едва проснувшиеся дети и их родители завтракают, и расходятся по своим делам. И только потом понимают, что всё, время ушло.

Э. НИКОЛАЕВА: Дима, перестаньте всё рассказывать, у меня сейчас слёзы навернутся, я расплачусь.

Н. БЫСТРОВА: Я могу добавить, что Бьорн Ульвеус, автор текстов песен, один из солистов группы «Abba», непосредственный автор мюзикла «Мама мия». Знаете, он мне сказал, что эта песня является для него такой знаковой, и значимой, потому что эту песню он написал своей семилетней дочке, когда та уходила в школу. Говорит: «Я совершенно случайно вышел на порог, а она идёт с рюкзаком, с завтраком в пакете, к автобусу. Она оборачивается просто, и помахала мне рукой. И на меня накатило, я раз так: дык-дык-дык-дык». Вот что значит настоящее.

Э. НИКОЛАЕВА: Как трогательно, хорошо, что вы про это сказали первый раз. Нигде вы таких откровений не выдавали, кроме радиостанции «Эхо Москвы». Что-то на вас накатило.

Д. БОГАЧЁВ: Под занавес всегда всплывают такие сентиментальные вещи.

Н. БЫСТРОВА: Тем более, сейчас это начинает ускользать уже.

Э. НИКОЛАЕВА: Шоу с рюкзачком уходит…

Н. БЫСТРОВА: Да, машет рукой.

Д. БОГАЧЁВ: В другие страны.

Э. НИКОЛАЕВА: В какие?

Д. БОГАЧЁВ: Если к технологии, то мы возвращаем этот декорационный свет, костюмы, всё оборудование, на наш большой склад в Германии, где у нас хранится много-много разных постановок. Мы вообще, входим в холдинг, очень крупный, и у нас идёт одновременно 30 мюзиклов каждый день в 11 городах, Берлин, Гамбург, Мадрид, Париж, Амстердам, и Москва. Поэтому мы являемся такой частью интегрированной в мюзикловую культуру.

Э. НИКОЛАЕВА: Это самые успешные?

Д. БОГАЧЁВ: Нет, есть ещё «Король Лев», который бьёт все рекорды.

Э. НИКОЛАЕВА: Который у нас скоро будет в Москве, я так полагаю?

Д. БОГАЧЁВ: Я тоже так полагаю. Есть фантом-оперы. Сейчас «Тарзан» очень популярный мюзикл, тоже диснеевская постановка.

Н. БЫСТРОВА: Знаете, что самое потрясающее, что можно не только осознавать, что ты выявляешься какой-то частью этого огромного холдинга, какого-то колеса во всём мире. А ведь, действительно, есть моменты, которые дают об этом знать. Знаете, что мы все практически знаем друг о друге в других странах. Каждый Мэрри Кристмас, каждое рождество, есть такая традиция, что все «Мама мия» во всех странах делают друг другу поздравления. И всегда, когда мы справляем в новогоднюю ночь, мы смотрим друг у друга поздравления на премьере, или какие-то круглые даты, например 500-й спектакль, или дни рождения. Даже премьера, я вспоминаю, мы пришли, все дарят друг другу подарки не только нашей компании. К примеру, из Лондона, из Штутгарта, из Нью-Йорка, присылают какие-то брелочки. Тем более, они, как люди творческие, они же суеверные. Есть какие-то обереги. Я совершенно была поражена, когда в Лондоне я познакомилась с английской Софии. Вы знаете, мою героиню зовут Софии Шеридан, а девочку, которая играла Софии, зовут Таша, это сокращённое имя Наташа, а настоящая фамилия Шеридан. Мы с ней сфотографировались у неё в гримерке возле какого-то талисмана, и потом она мне его на премьеру отдала. Представляете, как это значимо. И когда у нас закончится проект, я обязательно последую этому примеру, поделюсь своей удачей. Потому что «Мама мия», этот проект, этот спектакль, это что-то просто невероятное. Вся постановочная группа интернациональная, англичане, голландцы, немцы. Когда они приехали, и ставили с нами постановку, то сказали: «Ребята, запомните этот проект на всю жизнь. Будут ли в вашей жизни более глобальные, или нет, но этот проект будет самым значимым для вас». Это действительно так.

Э. НИКОЛАЕВА: Как хорошо. Наташа, просто как пионерка, такая искренняя, восторженная.

Д. БОГАЧЁВ: Она такая и есть, соответственно, играет в спектакле саму себя.

Н. БЫСТРОВА: Практически да. Разница лишь в том, что я живу в России, а не на греческом острове, и я знаю, кто мой отец. Вот и вся разница.

Д. БОГАЧЁВ: Возвращаясь к теме Софии. Их по всему миру есть несколько десятков. Но мы очень гордимся, потому что Анни-Фрид и Бьорн Ульвеус, на премьере мюзикла «Мама мия» в Москве, назвали нашу Наташу Быстрову, исполнительницу роли Софии, лучшей Софией в мире.

Э. НИКОЛАЕВА: Что же, законы шоу-бизнеса суровы. Я знаю, и вы уже сказали об этом, что в мае ваш спектакль всё-таки закрывается.

Д. БОГАЧЁВ: Не просто в мае, а мы знаем точную дату, 25 мая.

Э. НИКОЛАЕВА: И всё, не жалко рубить такое красивое дерево, которое только выросло, и начало плодоносить?

Д. БОГАЧЁВ: Жалко.

Э. НИКОЛАЕВА: А тогда почему, боитесь, что угаснет интерес?

Д. БОГАЧЁВ: Во-первых, это тоже, потому что, как известно, уйти на пике, чтобы осталась какая-то легенда. Во-вторых, раскрываю небольшой секрет, мы думаем о том, чтобы вернуться через два – три года, и показать этот спектакль не только в Москве. Мы получаем колоссальное количество запросов из других крупных городов страны.

Э. НИКОЛАЕВА: России?

Д. БОГАЧЁВ: Да.

Э. НИКОЛАЕВА: Вы никуда больше не возили, кроме Москвы?

Д. БОГАЧЁВ: Нет, мы играли только в Москве, 630 представлений. Ежедневно, в течение 20 месяцев.

Н. БЫСТРОВА: Даже вошли в книгу русских рекордов.

Д. БОГАЧЁВ: Поэтому хотелось, чтобы наши соотечественники, в других городах, которые, в силу разных причин, не имели возможности, и времени приехать…

Э. НИКОЛАЕВА: Когда поедете, Дима?

Д. БОГАЧЁВ: Мы сейчас об этом думаем, это пока не очень конкретный план. Это нужно всё технологически проработать, поскольку тот сет декорационный, в котором играем сейчас мы, он не предполагает гастролей, он стационарен. Мы его устанавливали более трёх недель, звук, свет, декорации, автоматику, и собирать это будем тоже…

Э. НИКОЛАЕВА: Должна быть подготовка?

Д. БОГАЧЁВ: Да. А есть другой тип сета, гастрольный, который мало чем отличается визуально, но он устроен совершенно по-другому. Его можно быстро собирать-разбирать, условно быстро, дня три. Он предполагает гастроли.

Э. НИКОЛАЕВА: Какой следующий мюзикл будет, который вы привезёте? Об этом история умалчивает?

Д. БОГАЧЁВ: Нет, история не умалчивает. Просто об этом узнают наши зрители, слушатели.

Э. НИКОЛАЕВА: Осенью?

Д. БОГАЧЁВ: Нет, не осенью, гораздо раньше, 27 мая. Это будет большая пресс-конференция. Могу приоткрыть немного завесу. Этот мюзикл мы будем делать совместно с Диснеем.

Э. НИКОЛАЕВА: Значит, со львом будет связано?

Д. БОГАЧЁВ: Вовсе не обязательно. Я просто перечислю несколько мюзиклов Диснея, а дальше можете гадать.

Э. НИКОЛАЕВА: Устройте конкурс. С призами.

Д. БОГАЧЁВ: Запросто. Просто мы сейчас с ходу не можем придумать, какие призы, но я обещаю, что там будет три приза.

Э. НИКОЛАЕВА: Пожалуйста, объявляете его.

Д. БОГАЧЁВ: Объявляется мюзикл Диснея, который сейчас ставится в мире. Это «Король Лев» вышеупомянутый, «Красавица и чудовище», «Тарзан», «Русалочка», «Аида», «Мери Поппинс». Вот угадайте, из пяти постановок, до 27 мая. Потому что, если мы 27 числа объявим, то это уже будет не сюрприз. Давайте до 25 мая, до завершения спектакля «Мама мия». Куда их можно присылать?

Э. НИКОЛАЕВА: На сайт «Эхо Москвы», на сайт радиостанции.

Д. БОГАЧЁВ: Кто-то получит билет на премьеру этого самого мюзикла, а кто-то получит ценные подарки какие-нибудь, DVD, или подставки под диски.

Э. НИКОЛАЕВА: Наташу свою замечательную возьмёте?

Н. БЫСТРОВА: Вы думаете, почему я сейчас, как пионерка, хорошо всё отвечаю.

Д. БОГАЧЁВ: Открою вам тайну. Есть такое понятие кастинг. Это неумолимое правило при постановке мюзикла. Это драматические театры, репертуарные, могут себе позволить роскошь брать из своей собственной труппы, и трудоустраивать своих собственных актеров.

Э. НИКОЛАЕВА: Дочек, и т. д. Кстати, сколько лет дочкам?

Д. БОГАЧЁВ: Старшей у меня 16 лет.

Э. НИКОЛАЕВА: Поёт?

Д. БОГАЧЁВ: Она прекрасно поёт. Она, кстати, играла в мюзикле «Норд-Ост». Она была ещё маленькой, она играла маленькую Катю Татаринову.

Э. НИКОЛАЕВА: Но вы её вовремя…?

Д. БОГАЧЁВ: Не совсем вовремя, она как раз играла, не в этот день, но…

Э. НИКОЛАЕВА: Ладно, тему лучше не продолжать.

Д. БОГАЧЁВ: И двое маленьких у меня совсем деток, Соне 3 года, а Тоне ещё и полутора нет.

Э. НИКОЛАЕВА: Судя по всему, тоже будут петь?

Д. БОГАЧЁВ: Будут. Так вот, про кастинг я закончу тему. Поэтому, у Наташи огромные шансы, конечно, потому что она соответствует, но придётся пройти этот кастинг.

Н. БЫСТРОВА: Вот он, естественный отбор среди артистов, как в природе.

Э. НИКОЛАЕВА: Дмитрий Богачёв в виде Дарвина. Итак, Наталья Быстрова, и Дмитрий Богачёв, исполнительница главной роли, и продюсер русской версии мюзикла «Мама мия». А теперь антракт. Из мира песен и танцев перенесёмся в мир изобразительного искусства. Реклама на «Эхо Москвы», и мы потом продолжим.

РЕКЛАМА

Что же, в студии нашей программы Наталья Быстрова и Дмитрий Богачёв, исполнительница главной роли, и продюсер русской версии мюзикла «Мама мия». Блиц. Коротко представим наших гостей. Говорили практически пол-програмы, и теперь решили их немного представить. История золушки Наташи началась осенью 2005 года.

Н. БЫСТРОВА: 2006 года. Я закончила буквально театральный институт в Екатеринбурге. Я сама свердловчанка.

Д. БОГАЧЁВ: С акцентом можешь с уральским?

Н. БЫСТРОВА: Конечно могу, чтобы свои узнали. Я закончила театральный институт и год находилась в таком подвешенном состоянии, потому что звали в другие драматические театры в разные города. Для меня всегда было очень скучно просто играть на сцене, как драматической актрисе, просто петь, как певице. Мне хотелось делать это в совокупности, и мои мастера говорили: «Наташа, в этом твой козырь». Конечно, это всё есть в жанре мюзикла.

Э. НИКОЛАЕВА: Наташа, вот мы всё говорим, а может, вы нам какую-нибудь песенку споёте уже?

Н. БЫСТРОВА: Спою заглавную нашу песню нашего мюзикла «Мама мия».

(поёт Наталья Быстрова)

Д. БОГАЧЁВ: А остальное на спектакле уже. Остальное за деньги (улыбаясь).

Э. НИКОЛАЕВА: С таким голоском глупо было бы не попасть.

Н. БЫСТРОВА: Могу поломаться, что это без распевки, но не важно. Ещё немного больная, ещё продюсер смущает. Хочется показать следующий проект хорошо. Дело в том, что я знала компании «Стейдж Энтертейнмент», потому что посмотрела мюзикл «Кошки». Всё-таки, меня подкупило то, что… Это уже второй вопрос, когда зрители говорят, какие проекты им нравятся, какие не нравятся, но сам факт того, что есть такая идея у нашей компании «Стейдж Интертеймент Раша», привлекать внимание зрителей к мировой культуре. Это потрясающе, потому что мы, в какой-то мере, варвары такие, лесные люди, ничего не знаем, а уже говорим, нам это нравится, а это не нравится. Давайте для начала познакомимся с этим, а потом будем уже…

Д. БОГАЧЁВ: Мюзикл объявили, ещё пять лет назад, чуждым для страны жанром. И скептики, коих было очень много, в особенности среди критиков, журналистов, искусствоведов, говорили, что это абсолютно не популярный в России жанр, и никогда он здесь не приживётся. Мы последовательно опровергаем это последние лет пять. Теперь таких людей нет.

Н. БЫСТРОВА: Собственно, я ездила на кастинги мюзикла «Мама мия» раза четыре, или пять в Москву. Приезжала, показывалась, три месяца ждала ответа, потом меня приглашали на следующий тур. Так раз пять. И находилась целый год в подвешенном состоянии, работала на телевидении.

Э. НИКОЛАЕВА: Вся издёргалась?

Н. БЫСТРОВА: Да, конечно. А потом приехала сюда.

Э. НИКОЛАЕВА: Вам, как ведущей передачи, присылали письма с признаниями в любви, как к артистке.

Н. БЫСТРОВА: Не письма, я работала в прямом эфире на передаче, там мне делали предложение, я уже несколько раз выходила замуж.

Э. НИКОЛАЕВА: Правда?

Н. БЫСТРОВА: Приходилось говорить, чтобы уже эфир освободили, и трубку положили, чтобы можно было дальше вести передачу. Вот приехала сюда, получила главную роль. Конечно, это приятно, это здорово, не буду ломаться, но дело не в этом.

Э. НИКОЛАЕВА: Я смотрю, вы обратно в Екатеринбург не собираетесь возвращаться?

Н. БЫСТРОВА: Пока не закончится кастинг на следующий проект, пока нет.

Д. БОГАЧЁВ: Собирается возвращаться в Екатеринбург в роли ведущей актрисы с каким-нибудь мюзиклом.

Н. БЫСТРОВА: Да, приехать домой на гастроли. Вот я приехала, получила главную роль, получила опыт работы с потрясающими профессионалами из творческой группы иностранной, получила кучу комплиментов от «Abba», и заряд всего положительного.

Э. НИКОЛАЕВА: Фотографировались с «Abba»?

Н. БЫСТРОВА: Конечно.

Э. НИКОЛАЕВА: А в гости не ездили?

Н. БЫСТРОВА: Ездили знакомиться специально, в Стокгольм. Нас Бьорн Ульвеус представил после спектакля «Мама мия» в Стокгольме, позвал меня на сцену, и Елену Чарквиани, исполнительницу ещё одной главной роли, роли моей мамы. Мы вышли, и нам зааплодировал зал так, стоя, что мы… Мы ничего не исполняли, ещё даже не начались репетиции. Мы первый раз увидели мюзикл, и нас позвали познакомиться, и представить, что в октябре будет премьера русской версии «Мама мия». Зал стоя аплодировал, мы с Леной повернулись, взглянули друг на друга, и сказали: «Ну и проект, мы ещё ничего не сделали, а Стокгольм нам уже аплодирует стоя». Приятно, когда мы заходим на служебный вход, стоят иностранцы, и говорят: «Вы знаете, мы не можем найти кассы, мы поклонники, мы из другой страны. Очень хочется посмотреть на мюзикл». Мюзикл имеет фанатов во всём мире. На премьере у нас была японская фанатка, которая посмотрела более 200 постановок. Она сидела с собственным переводчиком, у переводчика был текст, и она его точно сверяла, соответствует ли это тому, что написано. Это приятно, потому что «Мама мия» имеет зрителей и фанатов вне зависимости от национальности, темперамента, характера. Это зрительская любовь, к энергетике, к песням, ко всему положительному, настоящему.

Э. НИКОЛАЕВА: Дима, что вы делаете со своими артистами, вы их стегаете что ли?

Д. БОГАЧЁВ: Просто проект на носу. Открою вам продюсерский секрет, самое лучшее для артиста, чтобы держать его в форме – это дать ему понять, что ему в спину дышат ещё 10 кандидатов на его место.

Э. НИКОЛАЕВА: Не смотря на то, что Наташа с пяти лет занималась хореографией, вокалом, художественной гимнастикой, сама дышала всем в спину. И вот теперь, видите, с самой «Abba» она на одной ноге, на равных.

Н. БЫСТРОВА: Нет, конечно, не на одной ноге, но благословение я получила, и этим очень горжусь.

Э. НИКОЛАЕВА: Что же, Дима, теперь перейдём к вам, к вашей истории. Это история русского яппи, хорошего мальчика из интеллигентной семьи, который хорошо учился, в том числе бизнесу, и вот сейчас ворочает такими губерниями.

Д. БОГАЧЁВ: По поводу яппи я не понял. Термин для нашей страны не характерный.

Э. НИКОЛАЕВА: Не очень хороший главное…

Д. БОГАЧЁВ: Нет, мне в жизни пришлось самому всего добиваться. Я не предполагал, что моя жизнь будет связана с мюзиклами. Ещё 15 лет назад я закончил МИФИ.

Э. НИКОЛАЕВА: Видно по лицу, что вы физик-ядерщик.

Д. БОГАЧЁВ: Потом я работал в Курчатовском институте, потом увлекался организацией концертов, разного рода мероприятий. Мы, помню, концерт организовывали Крамера-Гараняна-Кузнецова, джазовый. Очень тесно мы работали с моей супругой с авторской песней. И постепенно я сменил профессию, как многие, в начале 90-х. и первый большой проект, которым я горжусь, авторы идеи были Георгий Васильев, и Алексей Иващенко, известные в нашей стране барды, которые потом написали мюзикл «Норд-Ост». Первым нашим проектом был бардовский проект «Песни нашего века». Мы записали несколько дисков, создали коллектив звёздных бардов, которые исполнили хором все известные песни Визбора, Окуджавы, Берковского.

Э. НИКОЛАЕВА: Когда я встречаю в нашей студии известного человека, меня прежде всего интересует, кто его поставил на это хлебное место, кто ему помогает, двигает его по жизни. Отвечайте, Дмитрий, как вы пришли в этот жанр мюзикла?

Д. БОГАЧЁВ: Сейчас уже никто не двигает, а начиналось всё с мюзикла «Норд-Ост», и с этой самой авторской песни, когда Георгий Васильев, и Алексей Иващенко, в то время уже мои друзья, пригласили меня в мюзикл «Норд-Ост» на позицию коммерческого директора. Надеюсь, что я не подвёл их, поскольку мы создали то, что создали, о чём говорила вся страна, и не только страна, но и другие страны. К сожалению, судьба этого мюзикла сложилась печально, но, тем не менее, мы были первыми, кто поставил такого размаха зрелище, прокат которого длился более года. Многое мы осваивали сами, по книгам, которые покупали в других странах, поскольку у нас этим никто не занимался. Исходя из здравого смысла, из собственного опыта, какого-то бизнес-опыта. Это была своего рода школа. А потом был мюзикл 12 стульев, который мы сделали с Сашей Цекало, и Тиграном Кеосаяном. Потом меня пригласил в компанию работать известный во всём мире голландский предприниматель Йоп ван ден Энде, в прошлом совладелец компании «Эндемол», известной телевизионной империи, которая придумала жанр реалити-шоу на телевидении. Это их шоу «Большой брат», «За стеклом». Мой хороший друг Дэрк Сауэр, который хозяин издательского дома «Индепедент медиа», «Космополитан», «Ведомости». Это его. Мы начали большую работу по привозу и постановке в Россию больших, первоклассных мюзиклов мировых. И первым был мюзикл «Cats». Этот мюзикл оказался достаточно удачным, мы отыграли его 350 раз, более года, в ежедневном режиме. После этого замахнулись на большую постановку мюзикла «Мама мия». Впереди грандиозные планы. Вот история по всем вопросам.

Э. НИКОЛАЕВА: Что же, Наталья Быстрова и Дмитрий Богачёв, исполнительница главной роли, и продюсер русской версии мюзикла «Мама мия». Что же, мы уже выяснили, что каждый день, по два раза. Всё это тяжело, а хочется всё больше и больше. Сколько вам лет?

Д. БОГАЧЁВ: В мюзикле или в жизни?

Э. НИКОЛАЕВА: В жизни.

Н. БЫСТРОВА: Я вполне перспективная, мне 24 года.

Э. НИКОЛАЕВА: Девица на выданье. Выдерживать вы всё это выдерживаете, потому что вы молодая особа.

Н. БЫСТРОВА: Конечно, потому что это приносит удовольствие, прежде всего.

Д. БОГАЧЁВ: Потенциальных женихов просьба не беспокоиться, Наташа занята 8 дней в неделю.

Н. БЫСТРОВА: Выхожу замуж каждый раз, каждый день.

Э. НИКОЛАЕВА: Что же, Дима, смотрите, вот во всех этих шумных постановках мюзиклов, меня всегда смущала их откровенная коммерческая направленность. Как принцип всё на продажу сочетается с искусством? Конечно, художники работают все на продажу, но они всё-таки делают вид, что свободные, типа что хотим, то и воротим.

Н. БЫСТРОВА: А мы не делаем вид.

Э. НИКОЛАЕВА: Да, а у вас всё в международной системе «Мама мия». Военная дисциплина, шаг влево, шаг вправо, всё по шаблонам, проверенным лекалом.

Д. БОГАЧЁВ: Просто мы тратим деньги те, которые мы зарабатываем. Мы живём на те средства, которые мы сами зарабатываем, нам никто ничего не приносит, никто ничего не даёт, ни государство, ни меценаты, никто. Что касается коммерческого характера, то это вторично, потому что первичный принцип в том, что мы делаем то, что хотят зрители. Соответственно, раз они этого хотят, то они готовы за это платить. Те художники, которые делают так называемые не коммерческие проекты, они в большей степени реализуют свои собственные амбиции, и делают то, что они хотят… А, как известно, если ты хочешь делать то, что ты хочешь, ты должен за это заплатить собственными деньгами. И не надо ожидать, что зрители пойдут платить за то, что хочешь ты сам. Если ты делаешь это для себя, то и плати сам. Мы делаем для зрителей, и ожидаем, что они заплатят за то, что мы им доставляем удовольствие, что вполне понятно и объяснимо. Вот и всё. А те продюсеры, в том числе и мюзиклов, которые пытались ставить большие известные постановки, опираясь на своё собственное желание, на свои собственные предпочтения, то их постигла вполне закономерная неудача. Потому что они ожидали, что они сделают что-то для себя, а заплатят за это другие. Так не бывает.

Э. НИКОЛАЕВА: Кого вы имеете в виду?

Д. БОГАЧЁВ: А вот кого имею…

Э. НИКОЛАЕВА: Скажите, Дима, а почему все мюзиклы в Москве идут теперь на сцене Дворца Молодёжи. Чего вы так привязались к этой площадке? Как вообще со сценами в Москве. Ведь выгодное это дело, почему не построить частный Дворец Эстрады?

Д. БОГАЧЁВ: Все большие хорошие, классные здания театральные заняты постоянными труппами и репертуарными театрами. Соответственно, там существует некий постоянный коллектив, и эти театры взять невозможно на длительный срок. Максимум на день – на два, что и происходит. А МДМ был и остаётся единственной коммерческой площадкой открытой, которую можно придти и арендовать, что мы и сделали на длительный срок, на много лет, и ставим там свои постановки. Других свободных площадок нет. Пока в Москве и в России не пройдёт театральная реформа, которая поставит жёсткие условия конкуренции театров между собой, свободных площадок не будет. Они будут оккупированы какими-то постоянными коллективами, вне зависимости от популярности и востребованности. Вот без обид, зайдите в Горьковский МХАТ, Доронинский МХАТ, и посмотрите, сколько там сидит зрителей, 50 – 100 человек в полуторатысячном зале. Билеты там стоят очень дёшево, 200 – 300 рублей.

Э. НИКОЛАЕВА: То есть, Дима, вы сейчас призываете отнять у Татьяны Дорониной театр?

Д. БОГАЧЁВ: Я ни к чему не призываю, я просто говорю о том, что можно было бы как-то рационально использовать площадь, например, сфокусировать репертуар, оставив только самые популярные спектакли, и играть два – три месяца в году играть в репертуаре, а семь – восемь месяцев ставить какие-то большие постановки, которые интересны зрителю. Это я привёл один пример, а таких примеров очень много.

Э. НИКОЛАЕВА: Да. Своё собственное здание построить можно, Дворец Эстрады.

Д. БОГАЧЁВ: Можно, но это уже десятки миллионов. Может быть, наше государство когда-нибудь вложит деньги в то, что положено государству. Вы знаете, что культура во всех цивилизованных странах является приоритетом государственной политики, потому что какую нацию государство вырастит, таких избирателей оно и получит в результате. В нашей стране большей популярностью пользуется спорт, в силу известных причин. Мы надеемся, что сейчас что-нибудь немного поменяется, в связи с последними событиями. Ещё меня очень поразила информация, которую я услышал два дня назад. Что в связи с парадом победы, что само по себе является очень достойным мероприятием, гусеничная техника испортила в городе дороги настолько, что теперь город выделил миллиард рублей. Может, это была оговорка радиостанции, но на всех радиостанциях фигурировала цифра миллиард рублей на восстановление дорожного покрытия. Миллиард рублей, это без малого 30 миллионов евро. Мы на эти деньги могли поставить восемь мюзиклов, первоклассных постановок, которые шли бы полтора – два года каждый из них, который посмотрели бы миллионы зрителей, и получили бы несравнимо большее удовольствие, чем от прохода гусеничной техники. А ещё можно было бы построить полтора театра.

Э. НИКОЛАЕВА: Можно было бы просто гусеничную технику не пускать на территорию.

Д. БОГАЧЁВ: Это вопрос не ко мне.

Э. НИКОЛАЕВА: Это знаете, как называется, начинают богу молиться, лоб расшибут. В связи с какими последними событиями, вы сказали, что спорту будет меньше внимания уделяться?

Н. БЫСТРОВА: Инаугурация.

Э. НИКОЛАЕВА: То, что Дмитрий Медведев увлекается йогой, мы смотрели все недавние репортажи.

Д. БОГАЧЁВ: Я слышал, что Владимир Владимирович у нас увлекается спортом, горные лыжи, дзюдо, а здесь…

Э. НИКОЛАЕВА: Только дышать будем свободно?

Д. БОГАЧЁВ: Нет, не правда, насколько мне известно, Дмитрий Медведев ещё и меломан, увлекается музыкой, и может, с его помощью начнут больше внимания уделять культуре.

Э. НИКОЛАЕВА: Кстати, цены на билеты на мюзикл «Мама мия» насколько разнятся по миру. Где-то там считается Москва самым дорогим городом?

Д. БОГАЧЁВ: С точки зрения цен на билеты, мы примерно в той же ценовой нише, как, например, Мадрид. У нас похожие цены, у них чуть повыше.

Э. НИКОЛАЕВА: А где самые дорогие билеты, в Токио?

Д. БОГАЧЁВ: Самые дорогие, вы удивитесь, в Гамбурге, дороже, чем в Лондоне, и дороже, чем в Нью-Йорке.

Э. НИКОЛАЕВА: Почему?

Д. БОГАЧЁВ: Не знаю, вот такая столица мюзиклов ещё одна, третья, Нью-Йорк, Лондон, и Гамбург.

Э. НИКОЛАЕВА: Сколько цену не поставь, настолько они мюзикломаны?

Д. БОГАЧЁВ: Билет стоит 100 – 120 евро.

Н. БЫСТРОВА: У них свободных мест нет, невозможно попасть.

Д. БОГАЧЁВ: Представляете, Гамбург, с населением меньше миллиона, и вся Германия едет туда смотреть мюзикл. Там идёт одновременно четыре наших постановки каждый день. В том числе «Король лев» легендарный.

Э. НИКОЛАЕВА: Так что, тот, кто хочет посмотреть, что будет осенью, может съездить в Гамбург.

Д. БОГАЧЁВ: Там этот мюзикл не идёт, который мы собираемся ставить здесь осенью.

Э. НИКОЛАЕВА: Это уже отгадка нашим радиослушателям, подсказка, которые должны прислать свою информацию на echo@msk.ru.

Д. БОГАЧЁВ: У нас цены на билеты достаточно доступные, как говорилось выше, от 600 до 2000 рублей – это средняя цена.

Э. НИКОЛАЕВА: Чем ещё выдающаяся московская постановка, Дима?

Д. БОГАЧЁВ: Алексей Кортнев сделал замечательный перевод. Это был такой своего рода челендж, вызов, потому что песни группы «Abba» наши люди привыкли слушать на английском языке, как и во всём мире. Впервые мы с этим столкнулись в Германии, это была первая не англоязычная постановка мюзикла «Мама мия». Вот решали переводить песни на немецкий язык. Споров и копий было поломано много, потому что нужно было угадать. Представляете, перевели бы, а народ бы не пошёл, и отторжение бы возникло, и всё, провал. Решили рискнуть, и перевели на немецкий язык. Причина в том, что песни не являются вставными номерами, они развивают сюжет, и очень важно понимать содержание. А английским языком, в Германии, и во Франции, может быть, владеют многие, но в не достаточной степени, чтобы получать кайф от постановки, там нужно думать на английском языке.

Н. БЫСТРОВА: Представляете, говорили на русском, и вдруг запели на английском. Нужно успеть перевести, свести, сопоставить, что да как.

Д. БОГАЧЁВ: В Германии мы через это прошли, и потом спокойно прошли в Испании, в России, в других странах. Курьёзно то, что в Швеции шведы впервые услышали песни их соотечественников из группы «Abba» на шведском языке, благодаря мюзиклу «Мама мия».

Н. БЫСТРОВА: Знаете, наши режиссёры, Пол Гарингтон в частности, они очень гордятся нашей постановкой, часто нам говорят, что русская постановка является самой сильной. Они всё время хвалят нашу труппу, и гордятся нашей постановкой.

Э. НИКОЛАЕВА: Что же, «Культура-мультура» совсем не большая. Вопрос Наталье. Какие проявления зрительского внимания вам не нравится, с каким негативом в актёрской жизни вам приходилось сталкиваться, где тонкая душа актрисы разбилась о быт?

Н. БЫСТРОВА: Слава богу, не разбилась о быт, в силу того, что я ещё не старая, не такая измученная актриса, погрязшая в болоте. А молодая, перспективная, работоспособная, получаю удовольствие от работы. Что мне нравится в такой сфере шоу-бизнес – театр. Мы на контрактной основе. У каждого есть свой перечень обязанностей, и мы привыкли слышать, что творится в театре, единомышленники, ставят палки в колёса. Сейчас я отхвачу роль, построю глазки продюсеру. У нас строй, не строй глазки, это бесполезно, у каждого своя работа, кто бы какие палки в колёса не вставлял, делать будешь всё равно своё дело. А что я не люблю от зрительского внимания, я не люблю навязчивых поклонников, которые не дают покоя, не дают прохода, выглядывают, вызванивают. Я всё-таки придерживаюсь такой тонкой грани, кто меня любит, любите меня в зрительном зале, мне этого достаточно.

Э. НИКОЛАЕВА: Молодой человек есть у Натальи?

Н. БЫСТРОВА: Любите меня в зрительном зале. Творческие люди без любви не могут, потому, что выкладываясь каждый день на полторы тысячи людей, нам же нужно чем-то восполнять своё нутро. И творческому человеку очень важно оставаться в состоянии эйфории, влюблённости. Поэтому, конечно, влюбляемся, и каждый день, в друг друга. Главное не в самцу себя.

Э. НИКОЛАЕВА: То есть, звёздной болезни не наблюдается, как считает продюсер?

Н. БЫСТРОВА: Сейчас я тоже сказала, потому что впереди кастинг, я же не могла сказать, что у меня свадьба, дети, тогда контракт сразу кхить…

Д. БОГАЧЁВ: На самом деле дай бог.

Н. БЫСТРОВА: Тем более год семьи, я только приветствую это.

Д. БОГАЧЁВ: Дети не помешают.

Э. НИКОЛАЕВА: Наташка, рожай.

Н. БЫСТРОВА: Всему своё время.

Д. БОГАЧЁВ: Это на несколько месяцев.

Н. БЫСТРОВА: Тем более год семьи.

Э. НИКОЛАЕВА: Подумаешь, не поиграешь в спектакле «Король Лев».

Н. БЫСТРОВА: Беременную львицу, почему нет.

Э. НИКОЛАЕВА: Может, какую-нибудь ещё песенку поставим напоследок.

Д. БОГАЧЁВ: Давайте популярную «Победителю достаётся всё».

Э. НИКОЛАЕВА: Давайте.

(играет песня)

Э. НИКОЛАЕВА: Что же, такое оптимистичное дело, как мюзикл, меняет людей к лучшему. Как повлияло это всё дело на вас, господа?

Д. БОГАЧЁВ: ммм…

Э. НИКОЛАЕВА: Груз проблем не свалился с его плеч.

Д. БОГАЧЁВ: Сложно ответить. Я надеюсь, что мюзикл «Мама мия» повлияло на многих зрителей, на те сотни тысяч, которые посмотрели спектакль. Лично мне, меня эта постановка очень заряжает энергией, и тот самый финал, о котором мы говорили в начале, легендарный финал, в котором весь зал встаёт и танцует. Я стараюсь, поскольку наш офис находится непосредственно в театре, я стараюсь на последние три песни выходить в зал, потому что та энергия, которая прёт в зал просто со сцены от актёров. Она отражается от зрителей, от их сердец, и возвращается обратно. Вот если встать между сценой и зрителями, то можно подзарядиться всерьёз и надолго… Это достаточно изнурительная работа по организации, по контролю, по осуществлению проката постановки, она была бы невозможна без этой подзарядки.

Н. БЫСТРОВА: Аналогичная ситуация, ведь чем больше отдаёшь зрителям, тем это больше, в десятки раз, возвращается, это приносит силы. И потом, я повторюсь, работа, которая приносит удовольствие. Разве что-то может быть лучше. Это, конечно, заряжает.

Э. НИКОЛАЕВА: Что же, спасибо за ваше творчество, и ответы нашей программы. Какого чёрта обычные люди так редко танцуют, всем пока. В эфире были я, Элина Николаева, и…

Д. БОГАЧЁВ: Дмитрий Богачёв.

Н. БЫСТРОВА: И Наталья Быстрова.

Комментарии

0

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире