'Вопросы к интервью
Э.НИКОЛАЕВА – Один из самых стройных, симпатичных и подтянутых президентов, из всех, кого я видела, это президент Чеченской Республики — Алу Дадашевич Алханов. Сегодня он в студии нашей программы. Здравствуйте, Алу Дадашевич.

А.АЛХАНОВ – Здравствуйте.

Э.НИКОЛАЕВА – Ну вот, какая проблема: Алу Дадашевич еще и один из самых несловоохотливых российских политиков. Работа, только работа. Вот я прочитала многочисленные интервью, тут даже у меня распечаточка есть. Все, так сказать, дебет, кредит, — хозяйственник, короче. Вот сегодня мы как раз займемся тем, что попытаемся узнать про Алу Дадашевича побольше. Итак, еще раз – добрый вечер.

А.АЛХАНОВ – Добрый вечер.

Э.НИКОЛАЕВА – А вот хотелось бы мне знать, программа у нас, такая она, знаете, немножко неформальная, как вообще с президентами общаются, по имени или по имени отчеству?

А.АЛХАНОВ – Если исходить из традиции России, то по имени отчеству. А если исходить из традиции Америки, Соединенных штатов, то там, значит, чисто по имени. Так что выбирайте, Вы – хозяйка сегодняшнего вечера.

Э.НИКОЛАЕВА – Так, хорошо. Ну, а имя – Алу, оно что-то означает? Как перевести его. Я знаю, что чеченские имена, они чем-то всегда насыщаются, каким-то смыслом.

А.АЛХАНОВ – Ну, в переводе с чеченского это как пламень или пламя. Вот такой смысл этого имени.

Э.НИКОЛАЕВА – Ага. Яркая такая вспышка, да, какая-то. Ну, пламя, да?

А.АЛХАНОВ – Ну да, вот…

Э.НИКОЛАЕВА – Ну, что же, Алу Дадашевич, красиво.

А.АЛХАНОВ – Все-таки Вы решили…

Э.НИКОЛАЕВА – Все-таки думаю, надо, да.

А.АЛХАНОВ – …в соответствии с традициями…

Э.НИКОЛАЕВА – В соответствии с традициями.

А.АЛХАНОВ – …нашей древней страны. Правильно.

Э.НИКОЛАЕВА – Вы согласно, что Ваши избиратели должны знать, чем живет их президент, хороший ли он семьянин и какой у него вообще характер?

А.АЛХАНОВ – Нордически стойкий (смеется).

Э.НИКОЛАЕВА – Ну, как Вы, вообще, себя вот рисуете перед избирателями? Вы с ними по-человечески открытый, контактный или все-таки у Вас тяжелая ситуация, страна такая непростая, вотчина Ваша. Вот как в этой ситуации Вы должны себя позиционировать, вот как Вы думаете? Вы же, наверное, думали об этом, о своем имидже, так назовем это?

А.АЛХАНОВ – Вы знаете, на Кавказе, да и в России, человек должен не казаться, а быть самим собой. И у нас, среди нашего многонационального народа, наверное, именно вот такое представление себя, как человека, который на самом деле есть и в жизни, в работе, в семье, так, наверное, больше воспринимается. Это вот мое такое мнение.

Э.НИКОЛАЕВА – Это правильно, это очень достойная позиция: не казаться, а быть. Все-таки давайте поговорим немного о Вашей семье. Вот, Алу Дадашевич, где у Вас дом? Какая у Вас семья? Сколько детей? Чем дети занимаются? Есть у Вас дом, скажите? Вы же вот…

А.АЛХАНОВ – Конечно, есть. Есть дом, есть корни, есть семья, есть народ, есть Отечество, так что как у всякого гражданина Российской Федерации, в основном, все эти необходимые, я так думаю…

Э.НИКОЛАЕВА – Составляющие, да?

А.АЛХАНОВ – Да, составляющие человека, безусловно, есть и у меня. Ну, Вы знаете, что я чеченец, Вы знаете, что я – гражданин России. Есть семья, семья моя состоит из супруги, троих детей.

Э.НИКОЛАЕВА – Мальчики? Девочки?

А.АЛХАНОВ – Двое мальчиков и дочка. Вот старший сын…

Э.НИКОЛАЕВА – Сколько ему лет?

А.АЛХАНОВ – Сулейман Алханов, ему вот в сентябре 25-го исполнится 25 лет.

Э.НИКОЛАЕВА – Какой юбилей хороший.

А.АЛХАНОВ – Дочка 88-го года рождения, Тамила Алиевна, вот замужем. И младший сын Ибрагим Алиевич, это студент или, скажем так, курсант, учится в Академии экономической безопасности при МВД Российской Федерации.

Э.НИКОЛАЕВА – Т.е. пошел по Вашим стопам?

А.АЛХАНОВ – Да, можно сказать, он пошел по моим стопам. Старший сын работает здесь в Москве, вот уже живет здесь. Младший тоже учится, как я уже сказал, в Московской Академии экономической безопасности МВД Российской Федерации.

Э.НИКОЛАЕВА – Ну, вот отчет…

А.АЛХАНОВ – Мать, братья мои, сестры, у нас достаточно, ну, по чеченским меркам, это так средняя семья. Отец с матерью народили нас шестерых, четверо братьев и двое сестер. Все они, за исключением младшего брата, который умер в 99 году, все живут в Чеченской Республике, в Урус-Мартане. Вот такая вот, скажем так…

Э.НИКОЛАЕВА – Большая семья.

А.АЛХАНОВ – Обычная…

Э.НИКОЛАЕВА – Обычная?

А.АЛХАНОВ – …чеченская семья. Обычная чеченская семья.

Э.НИКОЛАЕВА – Но живете Вы в собственном доме?

А.АЛХАНОВ – Я сегодня, больше преобладает мое проживание, скажем так, на территории комплекса правительственного здания.

Э.НИКОЛАЕВА – Ну да.

А.АЛХАНОВ – А так в целом, значит, бываю у матери в нашем родовом доме в Урус-Мартане, проезжаю здесь, вот здесь старший сын живет, останавливаюсь у него, значит, бывает, останавливаюсь в гостинице. В общем, так вот. Конечно, есть дом, и есть желание построить дом непосредственно рядом с домом отца.

Э.НИКОЛАЕВА – Где мама живет сейчас.

А.АЛХАНОВ – Да, где сейчас живет мама.

Э.НИКОЛАЕВА – А тот дом не Вы строили?

А.АЛХАНОВ – Конечно, всей нашей семьей мы выстроили этот наш общий семейный дом. По тем временам, я помню, в 77 году он выстроен, большой, уютный семейный очаг для нашей семьи, где сегодня живет и мама моя, и братья мои. Сестру уже вышли замуж. У них свои семьи, свои очаги.

Э.НИКОЛАЕВА – Тяжело президенту Чеченской Республики дается рассказ о себе. Мне кажется, проще Вы привыкли, наверное, общаться с лидерами на равных и обсуждать какие-то глобальные общественно-политические вопросы. Не так-то все легко дается, да? когда, Алу Дадашевич, когда о себе вот так вот говорить как-то вот так…

А.АЛХАНОВ – Ну, немножко где-то неловко, немножко где-то неудобно, особенно вот с учетом нашего менталитета чеченского.

Э.НИКОЛАЕВА – Угу, как-то вы скрытные, да? такие.

А.АЛХАНОВ – Рассказывать о детях, там, рассказывать о семье как-то вот… Понятно, вот в той мере, в которой…

Э.НИКОЛАЕВА – Открытости.

А.АЛХАНОВ – Да, в целом, конечно, несколько неловко, хотя ничего здесь зазорного нет.

Э.НИКОЛАЕВА – Понятно.

А.АЛХАНОВ – Мне тем более не стыдно говорить о семье. Я считаю, что нас и бабушка, и отец, и мама вырастили в нормальных условиях, делали все, чтоб мы учились, в нормальном взаимопонимании с другими людьми, в уважении к другим людям, в уважении к обществу. И сегодня многое из того, что нам дали наши родители, они помогают нам в этой жизни, я так полагаю, жить нормально, с добрыми намерениями, с добрым отношением к нормальным людям.

Э.НИКОЛАЕВА – Понятно. Значит, я так поняла, что президент Чеченской Республики все-таки согласен на беседу в формате «без галстука», потому что, наверное, уже сколько можно давать интервью, все таких сухих интервью, в духе таких партхозактивов, да? Значит, еще один вводный вопрос, терминология: можно ли употреблять слово «Чечня»? Вот президент Татарстана, Минтимер Шаймиев, все время меня поправлял, когда мы встречались с ним: не Татария, Элина, — говорил он, — а Республика Татарстан. Вот как в чеченских традициях должен проходить разговор мужчины и женщины? Есть ли другие там условности?

А.АЛХАНОВ – Вы знаете, вот термин: «Чечня» абсолютно не воспринимается жителями республики. Понимаете, вот какая-то обрубленная какая-то фраза — «Чечня». Никогда мы не привыкли к этой фразе. Тем более что вообще-то название чеченцев на чеченском языке, оно несколько по-иному. Мы вот если исходить из названия народа, то мы – нохчи. И тогда, конечно, здесь должно было быть, значит, другое название. Кстати, над этим мы уже тоже немного думаем.

Э.НИКОЛАЕВА – Ну, а какое может быть название, если нохчи? Нохчи – это народность, да?

А.АЛХАНОВ – Это народ. Вот чеченцы фактически вот на языке чеченцев – это нохч.

Э.НИКОЛАЕВА – Ага. Ну, а как тогда…?

А.АЛХАНОВ – А тогда вместе с ингущами мы были, мы вайнахи, вайнах.

Э.НИКОЛАЕВА – Вайнах.

А.АЛХАНОВ – Ингуши и чеченцы – это вайнахи, свои люди.

Э.НИКОЛАЕВА – Ну, братья, как бы.

А.АЛХАНОВ – Да, братья, это в принципе, у этого народа один корень, одно начало, вне всяких сомнений. Но когда мы вместе, наше имя – это вайнахи. Вот когда по отдельности, мы – нохчи, а ингуши – ала. И поэтому, конечно, аббревиатура «Чечня» — она несколько так вот диссонансом звучит для многих чеченцев. Безусловно, мы над этим сейчас думаем. И если быть корректным по отношению к республике, к народу, то, конечно же, пусть это и несколько продолговатая фраза, но вместе с тем — Чеченская Республика. Вот она, на мой взгляд, звучит полно и достаточно уважительно вот к республике. Хотя абсолютно знаю, что вот те, кто называют республику Чечней, не имеют никакого желания где-то…

Э.НИКОЛАЕВА – Да, оскорбить кого-то.

А.АЛХАНОВ – …в оскорбительном тоне, прекрасно все понимаю. Это где-то укорачивается, где-то легче сказать.

Э.НИКОЛАЕВА – Понятно. Так как Вы говорите, мы над этим думаем, все-таки какие варианты переименования республики могут быть? Как она может называться?

А.АЛХАНОВ – Вот я бы сейчас не хотел забегать вперед. Вы знаете, вот с соответствующим поручением…

Э.НИКОЛАЕВА – А ведь это в какой-то степени сенсация! Но об этом еще никто не говорил.

А.АЛХАНОВ – Да. Соответствующее поручение мы по этому поводу дали. Ну, опять-таки, мы хотим уйти… только лишь потому, что хотим уйти от слова «Чечня».

Э.НИКОЛАЕВА – Чтобы даже и вариантов не было.

А.АЛХАНОВ – Да, хотим от этого слова уйти. Вот, допустим, Грузия, Ингушетия – это как-то вот…

Э.НИКОЛАЕВА – Звучит.

А.АЛХАНОВ – Да, звучит.

Э.НИКОЛАЕВА – Благозвучно как-то, да.

А.АЛХАНОВ – Действительно, благозвучно. А здесь есть вопросы, и мы их будем… Вот сейчас вот действительно прорабатывают наши специалисты. Я думаю, мы и с этим предложением выйдем.

Э.НИКОЛАЕВА – Итак, Алу Алханов, второй послевоенный президент Чечни в студии нашей программы. Алу Дадашевич, у нас короткий блиц. Коротко о Вас. Итак, Вы закончили Академию МВД СССР и 25 лет работали на разных должностях.

А.АЛХАНОВ – Да.

Э.НИКОЛАЕВА – А что было до того, до Академии?

А.АЛХАНОВ – Если говорить, вообще, с чего я начинал, ну, обычный сельский парень, вырос в Урус-Мартане, в районном центре. В 63 году пошел в первый класс урус-мартановской средней школы № 2, учился, думаю, что учился неплохо. Ну, и поведение было по-разному на разных этапах, где-то вот мальчишество, где-то юношество. Но в целом всегда ко всему относился серьезно и с ответственностью.

Э.НИКОЛАЕВА – Но не сильно хулиганничали?

А.АЛХАНОВ – Ну, не скажу, что никогда не хулиганил, но, по крайней мере, все это было в меру.

Э.НИКОЛАЕВА – В рамках закона.

А.АЛХАНОВ – Да. А после школы получилось, что было желание устроиться, поступить в высшее учебное заведение. Я пытался поступить и Высшую школу КГБ СССР. Ну, в результате неудавшихся моих, скажем так…

Э.НИКОЛАЕВА – Не поступили.

А.АЛХАНОВ – Да. Я устроился на работу в линейное отделение внутренних дел в аэропорту Грозный северокавказского УДТ на транспорте, Ростовское управление, и начал свою деятельность милиционером-водителем. До этого, да, значит, я где-то с восьмого-девятого класса, как и многие чеченские мальчишки, выезжал с родителями на сезонные работы, где наши родители… И тогда же не было, не хватало всем рабочих мест. И около 100 тысяч примерно жителей Чеченской Республики ежегодно выезжали на сезонные работы и в Казахстан, и в Россию, и в Западную Сибирь и т.д. и т.д.

Э.НИКОЛАЕВА – А куда Вы выезжали с семьей?

А.АЛХАНОВ – Вот мы с семьей выезжали и в Уральскую область.

Э.НИКОЛАЕВА – А что вы там, где, на каких работах?

А.АЛХАНОВ – И в Оренбургскую, в Саратовскую. Отец возглавлял строительную бригаду. Мы строили одноквартирные, двух квартирные дома, клуб, я помню в селе Козловка Питерского района.

Э.НИКОЛАЕВА – Представляете?

А.АЛХАНОВ – Строили…

Э.НИКОЛАЕВА – Алу Дадашевич, извините, я Вас перебью. По идее, там нужно доску повесить: целый президент Чеченской Республики строил этот клуб.

А.АЛХАНОВ – (Смеется). Вот я туда, и клуб этот строил, как сегодня помню. И строили новый, скажем так, комплексы, ну, кошары или комплексы животноводческие, т.е. вот различная работа…

Э.НИКОЛАЕВА – Ну, т.е. строительная.

А.АЛХАНОВ – Да, строительная работа.

Э.НИКОЛАЕВА – Основа.

А.АЛХАНОВ – И вот вместе с отцом на этих работах вплоть до ухода в армию, служил в Венгрии, в южной группе войск, 75-77-й. Потом оттуда вернулся, устроился на работу водителем. А перед армией я окончил школу ДОСААФа, водительскую школу, получил права водительские. И потом по возвращении с армии устроился на работу в районное объединение «Сельхозтехника». Работал там водителем. И оттуда уже с учетом вот моих желаний, оттуда я уже начал готовить документы для поступления в Высшую школу КГБ СССР. Вот когда не получилось с поступлением, я эти документы, заявление, вернее, подал…

Э.НИКОЛАЕВА – В МВД.

А.АЛХАНОВ – Да, в МВД, в линейное отделение в аэропорту Грозный и в Ростове был принят на должность милиционера-водителя, и вот с этих пор, с 5 января 79 года началась моя, скажем так, служебная деятельность.

Э.НИКОЛАЕВА – Вы уже больше не возобновляли попыток опять все-таки попробовать поступить в КГБ, в эту в Академию?

А.АЛХАНОВ – Нет, вот я в жизни, у меня характер. Я в жизни определяюсь один раз, и поэтому…

Э.НИКОЛАЕВА – Нет – так нет, да?

А.АЛХАНОВ – Я для себя выбрал службу, эта служба мне нравилась, и с милиционера-водителя, это, конечно, я считаю…

Э.НИКОЛАЕВА – У Вас скачок такой.

А.АЛХАНОВ – Если я смог стать министром внутренних дел республики, дослужиться до звания генерал-лейтенанта милиции, я считаю, это очень немалозначно и лично для любого человека немаловажно, наверное, что вот такую деятельность вот в этой службе. Я, конечно, благодарен тому труду, той работе. По-разному, может быть, к органам внутренних дел относятся, но я совершенно откровенно говорю и ответственно: в этой службе работают тысячи и тысячи людей, которые действительно ради защиты человека, ради законности и правопорядка рисковали, рискуют своими жизнями и ведут беспощадную борьбу с беззаконием. И еще раз говорю: кто-то по-разному все это воспринимает, у каждого, может, какие-то, но в целом совершенно ответственно говорю: эти люди рискуют и собой, и своими жизнями, не считаясь ни со своим рабочим временем, а я по себе это знаю, сколько часов, сколько времени уходило на эту работу. Практически порой даже без выходных. Вот я считаю себя человеком с ярко выраженной чертой справедливости, и вот эта работа в органах внутренних дел вот это чувство она во мне укрепила. Что справедливость, законность… Я не говорю, что есть абсолютная справедливость на этой земле или в этом мире, но стремление к справедливости, если мы будем соблюдать закон, а в законе, по крайней мере, многие каноны справедливости, они прописаны. Поэтому вот это стремление к законности, к справедливости, вот во мне во многом они зародились именно, вернее, укрепились, служа в органах внутренних дел.

Э.НИКОЛАЕВА – Ну да. Но вот я, вообще-то, не принято перебивать, и президента, по рангу как бы не положено, несмотря на журналистское, конечно, такое вот желание как-то урвать, перебить, но…

А.АЛХАНОВ – Разрешаю, мы сегодня в свободной беседе, без рангов, без чинов. Хорошо?

Э.НИКОЛАЕВА – Да, но вот этот я монолог Алу Дадашевича не перебивала сознательно, потому что просто действительно пламя такое в словах, искренность такая, столько чувства. Это делает Вам честь, конечно. Не все люди у нас с таким достоинством, наверное, и носят погоны, и служат в тех вот войсках, вот в рядах этих милиционеров, в которых вот Вы прослужили. Ну что же, даже приход в студию президента целой Чеченской Республики – это еще не повод, чтобы в нашей программе не было рекламной паузы. Реклама на «Эхе Москвы» через несколько минут.



НОВОСТИ



Э.НИКОЛАЕВА – В студии нашей программы Алу Алханов, второй послевоенный президент Чечни. Ну что же, в 96 году, когда боевики захватили Грозный, вот где Вы были, Алу Дадашевич? Блиц наш такой короткий немножко стал не коротким, а длинным.

А.АЛХАНОВ – Я с 91 года был на стороне своего народа. Я никогда не заблуждался ни в целях, ни в задачах, которые перед собою поставили наши новоявленные горе национал-патриоты и те руководители, которые насильно, незаконно захватили власть в Чечено-Ингушетии и как бы во имя народа повели этот народ в тупик. Я в 91 году понимал, к чему они приведут. Я не знал, почему я это понимал, но вот внутренне знать мог только Всевышний, а я предполагал и чувствовал, что ни к чему хорошему они не приведут народ. Да и как могут привести к хорошему люди, которые незаконным путем завладели властью. Разгон парламента Чечено-Ингушетии и последовавшие дальше вот эти действия, поэтому не только по нашему случаю, и вообще, по опыту жизни и по опыту, по истории знаем, что незаконно захваченная власть не способствует законному, скажем так, властвованию, что ли, в той или иной стране. Поэтому изначально, конечно, был в оппозиции вот этим лидерам новоявленным и той политике, которую они… впоследствии их действия и их поступки еще раз убедили и меня, и подавляющее большинство народа, что ни к чему хорошему действия этих политиков не приведут. Поэтому изначально занимал эту позицию и в 91-м, 2-м, 3-м, 4-м, 5-м, 6-м, и вот до… и до сегодняшнего дня. Но до августовских событий 96 года были еще многие другие события. Вот сегодня никто не говорит о марте 95 года, о многочисленных фактах противостояния нормальных, здравомыслящих людей в Чеченской Республике против режима Дудаева. Законными методами, если кто-то помнит, разгон администрации Грозного – это когда в городе намечался цивилизованный, я считаю, на основе демократических ценностей референдум. Этот референдум должен был определить мнение людей. И для того, чтобы этот референдум не был проведен городским собранием, Вы знаете, Дудаевым были предприняты меры, и фактически городское собрание было расстреляно. И вот тогда фактически Дудаев и его сторонники показали свое лицо, что они не с народом, они против своего народа. И последующие действия, совершенные в республике: нападения на районные центры в Надтеречном районе, в Урус-Мартановсокм, в других селах, это же показывало, насколько народ не поддерживает этот антинародный режим. И, конечно же, все нормальные люди были на стороне своего народа и пытались всеми силами избавить народ от этого, скажем так, режима.

Э.НИКОЛАЕВА – Но Вы тогда были в Грозном, да?

А.АЛХАНОВ – Да, я, потому что мы тогда практически были…

Э.НИКОЛАЕВА – Короче говоря.

А.АЛХАНОВ – …в составе северокавказского УДТ. Мое личное дело было в Ростове, мы практически никакого отношения к местному МВД не имели. И поэтому мы работали в транспортной милиции, там же, где мы работали и до вот этих событий. И потом с августовских событий, ну, это я считаю очень мрачная, очень неприглядная в целом для страны ситуация, она, если ее рассказывать, это достаточно долго, но я коротко касаюсь этих событий, и 5 августа…

Э.НИКОЛАЕВА – Не говорить Вы об этом не можете. Опять…

А.АЛХАНОВ – 5 августа… Да.

Э.НИКОЛАЕВА – Да.

А.АЛХАНОВ – Не говорить невозможно. Во всех деталях…

Э.НИКОЛАЕВА – Не можете. Перебивать мне Вас тоже неудобно. Но рассказывать, наверно, действительно Вы об этом можете часами, потому что это вся история и Вашей республики и Вашей жизни.

А.АЛХАНОВ – Я помню, как вечером 5 августа я собрал личный состав линейного управления на станции Грозный, когда уже стопроцентно была информация о том, что город захватывают, в город вошли боевики. Хотел бы маленькую предысторию вот этого захвата города Грозного. Ведь никогда тогдашние боевики, незаконные вооруженные формирования не смогли бы захватить город Грозный. Хотя вот совершенно непонятная политика тогдашнего федерального центра, позволившая им создавать силы самообороны, т.е. официально находиться, содержать незаконные вооруженные формирования. Вот это удивительные были решения тогдашнего руководства страны.

Э.НИКОЛАЕВА – Тогда был Ельцин.

А.АЛХАНОВ – Президентом был Ельцин. И совершенно непонятные ни для нас, ни для военного руководства объединенной группировки войск принимались решения, которые укрепляли незаконные вооруженные формирования и дали им возможность свободно в этой республике жить. Те же самые силы самообороны, были подписаны с ними непонятные, по крайней мере, для меня. Значит, вот наступил этот август 96 года. Ну, до августа 96 года – это я передаю слова одного человека, который присутствовал на совещании, которое проводил командующий юго-западным фронтом тогдашним Закаев, и как он убеждал командиров своих полевых, что надо идти в Грозный.

Э.НИКОЛАЕВА – На захват Грозного.

А.АЛХАНОВ – Да, на захват Грозного. Командиры: как это, опять нас подставляют, мы не пойдем и т.д. и т.д. И тогда он их клятвенно заверил, что республика нам отдается, город нам отдан. 19, 20-го августа приедет… Т.е. сценарий у них был уже…

Э.НИКОЛАЕВА – Прописан.

А.АЛХАНОВ – 20 числа уже они знали сценарий…

Э.НИКОЛАЕВА – Ну да, да, да.

А.АЛХАНОВ – …и сдачи города Грозного, и о том, что приедет Лебедь, и о том, что все будет подписано, мирные, так называемые, соглашения.

Э.НИКОЛАЕВА – Ну да, да, как будто бы.

А.АЛХАНОВ – И сегодня это уже не секрет для многих. И вот в такой ситуации, зная все это, 5 числа вечером я собираю личный состав, и как есть сказал личному составу о своей позиции. Я никого сегодня не держу, хотя как командир я имею право приказом оставить…

Э.НИКОЛАЕВА – Ну да, да.

А.АЛХАНОВ – Но в этой непонятной ситуации я не имею морального права вам приказать остаться.

Э.НИКОЛАЕВА – Практически в ситуации боевых действий.

А.АЛХАНОВ – Это при том вот, что мы знали, что как эта ситуация предательски оборачивается. Не имею морального права вам отдавать приказ. Кто остается со мной, мою позицию вы знаете. Я сдавать оружие боевикам не собираюсь, и покидать свой боевой рубеж тоже не собираюсь. Кто хочет, оставайтесь, кто уходит, я противиться не буду, но завтра я никому не позволю уйти, как только начнутся боевые действия.

Э.НИКОЛАЕВА – Думайте сегодня.

А.АЛХАНОВ – Так что кто хочет, уходите сегодня. И из почти сотен бойцов ушло только три. Все остальные остались, зная, что стопроцентно могут погибнуть, потому что завязывалась ситуация ни на жизнь, а на смерть. Люди остались. И вот начались боевые действия. Утром в 5 часов 30 минут, как сегодня помню, начались обстрелы, начался захват города. Чуть внизу, в районе станции Грозный, там в общежитии жили рабочие с Краснодарского, Ставропольского края. И мне утром поступает информация, что есть намерение их захватить в качестве заложников. Быстро высылаю людей, вместе вышли, уже вот-вот-вот буквально успели их вытащить оттуда, чтобы они не попались в руки боевиков. Только мы их завели к себе в здание, в управление, разместили их, и начался общий, значит… нападение на здание управления. И вот так начались наши боевые действия. Как это пытаются, вот что там захватили, это все – это ложь. Я всегда говорил: как бы Басаев ни кричал на своих бойцов, как вы не можете захватить вокзал, как это вы не можете милиционеров выбить, тем не менее, до тех пор, пока мы собрано, уже с учетом оставалось 2192, я как сегодня помню, патронов у всех. Дальше смысла ни кушать, ни боеприпасов, не отходить, это значит, на явную смерть. Поэтому вынуждены были отойти. Поступления боеприпасов не было, поступления еды ниоткуда не было, мы в окружении находились, поэтому мы приняли решение отойти. До этих пор с 6 по 14, если не смогли взять даже вокзал, то представьте себе, кто мог взять город, защищаемый войсками минобороны, внутренних войск и т.д. Это все был обман, это все был блеф.

Э.НИКОЛАЕВА – Провокация.

А.АЛХАНОВ – Провокация. И последующие Хасавюртовские соглашения. Я не знаю, кому это нужно было. Нужно было тем, кто пытался развалить Россию. Но к счастью, так не получилось и не получится. И вот после этого противостояния уже 14 числа было принято мною решение, что нужно отходить, и мы организованно, вместе с ранеными, погибших похоронили во дворах, и аккуратно вышли с занимаемых… оставили занимаемые позиции, вышли на батальон воздушно-десантных войск. Вместе с ними заняли боевые позиции там, а потом нас уже вывели непосредственно в Ханкалу на военную базу.

Э.НИКОЛАЕВА – Алу Дадашевич, вот скажите, сколько на Вас покушений уже предотвращено? То пишут… все по-разному. То какие-то там… Вы воюете с этими боевиками со страшной силой. То какой-то там нашли у Вас Ваша охранная служба какой-то там гранатомет, свои же там, то еще что-то, какие-то пути передвижения там отслеживают Ваши. Вообще, достаточно опасно Вам там живется-то.

А.АЛХАНОВ – Ну, там, конечно, небезопасно.

Э.НИКОЛАЕВА – Президенту несладко.

А.АЛХАНОВ – Тем более для президента, небезопасно и для председателя правительства, Вы знаете, вот на это есть определенные причины, но вместе с тем, я подвергался нападениям будучи начальником милиции. Когда я в 99 году в конце вернулся…

Э.НИКОЛАЕВА – Т.е. Вам к этому не привыкать?

А.АЛХАНОВ – Да. И будучи начальником транспортной милиции, на меня было совершенно четыре конкретных покушения, конкретно, не говоря об опасности где-то быть взорванным, убитым, просто конкретных четыре покушения. К счастью, все обошлось. Но будучи министром, было совершенно конкретно одно нападение, и именно конкретно вот была попытка расстрелять мои машины, и эта операция сорвалась, т.е. моя охрана опередила их действия, на месте застрелили двух ваххабитов, двух эмиров Октябрьского и Заводского районов. И таким образом, конкретно вот, будучи министром, может, и другие были попытки. Но в результате правильных действий моей охраны мы, наверное, уходили, из возможных, скажем так, нападений.

Э.НИКОЛАЕВА – Вот скажите, Алу Дадашевич, вот что мне удивительно, вот Вы – чеченец, Вы делаете все для своего народа, и Ваши же чеченцы хотят Вас взорвать, там, и т.д. Что же это за люди такие? Может быть, уже пора успокоиться, не навоевались что уже, а? Ну, сколько же это все можно-то? Вот же свой же президент. Ну, веди переговоры.

А.АЛХАНОВ – Сразу скажу…

Э.НИКОЛАЕВА – Какого черта! – добавила бы я.

А.АЛХАНОВ – Не чеченцы, потому что нормальные чеченцы в этой жизни, в республике нашей, они поддерживают своего президента, они избирали меня, они надеются и верят то, что и я как президент, и правительство, и руководители различного уровня в республике сделают и делают все для того, чтобы как можно скорее в республике воцарился крепкий прочный мир. Вы знаете, ради этого отдал свою жизнь и веру президент Чеченской Республики Ахмад Хаджи Кадыров, отдали жизни десятки, сотни, тысячи наших милиционеров, глав администраций районных, населенных пунктов, врачи, религиозные деятели. Нам сегодняшний день дается исключительно тяжело. И не виноват наш народ, что «благодаря» в кавычках недальновидной, непродуманной политики руководителей федерального центра того времени позволили вот этот, я бы сказал, фашизм, современный фашизм насадить чеченскому народу. Да, народ оказался заложником этой ситуации. Но я не зря говорил о 91-м, 2-м, 3-м годе, 4-м, об оппозиции. Все эти факты говорят о том, что народ изначально противостоял всеми силами против вот этого произвола, против вот того средневековья, в которое загоняли наш народ. Преступник, он не имеет ни национальности, он не имеет народа. Они, к великому сожалению, совершают свои черные дела, свои бесчеловечные преступления, основываясь где-то на какую-то идеологию или, ну, по разным мотивам. Но нормальный человек, ни чеченец, ни русский, мне вот когда задают вопросы, терроризм, наверное, потому что там социально-экономическая ситуация. Да, в какой-то степени социально-экономическая ситуация влияет, но еще раз повторяюсь, еще раз говорю: есть люди, и их, к счастью, много, которые даже за 100 тысяч долларов, за миллион долларов не совершат террористического акта против мирных ни в чем не повинных людей. А есть те, которые за долларов это сделают или просто человек, оболваненный определенной идеологией, считает, что он на пути Аллаха или еще что-то, просто он оболванен, могут совершить такие деяния. Поэтому преступления совершают, к сожалению, такого рода не исходя из народа, народности или национальности. К великому сожалению не национальное, я бы сказал, проявление. Это, скорее всего, общественное какое-то, идеологическое какое-то проявление. В основном я абсолютно не сомневаюсь, чеченский народ в подавляющем большинстве сделал бы все, чтобы на его президента не совершались бы покушения. И делают, и стараются делать.

Э.НИКОЛАЕВА – Что говорит Ваша жена, Алу Дадашевич? Так вот Вы все говорите с позиции крупного чиновника. Но, а вот как человек-то Вы, как все на это реагируете, как семья вообще? Это же постоянный стресс, тяжело же это очень. Нет ни одной, наверное, точки у нас.

А.АЛХАНОВ – Конечно, непросто. Я-то в этой ситуации, и как-то вот…

Э.НИКОЛАЕВА – Вы просто военный до мозга костей, как-то Вы уже, как служба уже это Ваша, президентство.

А.АЛХАНОВ – Да. А люди, которые каждый день ждут, вот что-то произойдет, что-то случится, я имею в виду, и бабушка покойная. Она вот пока жила, сколько переживала. Мать и сегодня буквально я вижу ее состояние, ну, как это ее тяготит. Да и близкие, конечно, переживают, и им, наверное, тяжелее. Любой человек, вот когда на войну смотришь со стороны, на боевые действия, переживаний намного больше. А вот когда ты присутствуешь непосредственно в этих боевых действиях, все-таки этот человек более спокоен, он как-то привыкает к этой ситуации.

Э.НИКОЛАЕВА – Адаптируется, хотите сказать?

А.АЛХАНОВ – Да, адаптируется, да.

Э.НИКОЛАЕВА – Хоть и трудно в это поверить.

А.АЛХАНОВ – Для людей близких и которые смотрят со стороны, для них это во сто раз, мне так кажется, процесс переживаний тяжелее. Поэтому такой элемент присутствует. Да, непростым было мое решение, вновь вернуться в республику. Я помню свой разговор с бабушкой, я помню свой разговор с отцом, с матерью, насколько категорически были против и бабушка, и мать. Я их понимал, но я объяснил отцу причины моего возвращения. И он такое добро дал.

Э.НИКОЛАЕВА – Почувствовали все-таки себя…

А.АЛХАНОВ – И по большому счету… да, я мог остаться в Ростове.

Э.НИКОЛАЕВА – Ну да, в Ростове.

А.АЛХАНОВ – Я возглавлял одно из крупных подразделений, мне государство выделило большую трехкомнатную квартиру, т.е. …

Э.НИКОЛАЕВА – Живи – не хочу, все есть.

А.АЛХАНОВ – Да, живи… И казалось бы, опять вот в этот кошмар возвращаться, нормальный человек, может, и не вернется. Но я себе задал вопрос: почему я должен жить в спокойной Ростовской области, а мои же коллеги из других субъектов Российской Федерации должны погибать. Но это был просто вопрос для себя.

Э.НИКОЛАЕВА – Ну да.

А.АЛХАНОВ – И другого аргумента мне не нужно было.

Э.НИКОЛАЕВА – Я не думаю, что это Ваша тяга к власти, к какой-то самой, к наивысшему посту.

А.АЛХАНОВ – Абсолютно это сегодня кажется. Я абсолютно и даже в сегодняшней президентской власти отношусь исключительно спокойно. Во мне нету такого желания, вот я президент, вот там все подо мною.

Э.НИКОЛАЕВА – Окружить себя сразу. Да.

А.АЛХАНОВ – Абсолютно. Я не так воспитан, и не те у меня ценности. Раз на меня возложена эта обязанность, я должен работать во имя народа, во имя республики, а по большому счету, во имя этого Отечества. Поэтому самый главный, самый веский аргумент для меня заключался в том, что я как чеченец, как гражданин этой страны должен быть вместе с теми, кто пришел и делает все во имя мира, во имя порядка и законности на чеченской земле. Вот это был самый веский аргумент. Вот этот аргумент я отцу и высказал. И когда он мне дал добро: хорошо, возвращайся. Вот так вот оказался в конце 99 года в республике.

Э.НИКОЛАЕВА – На семейном совете решили.

А.АЛХАНОВ – Ну, такие решения без согласия отца, по крайней мере, без предварительного проговора с ним, какой бы ни был взрослый…

Э.НИКОЛАЕВА – Не принято.

А.АЛХАНОВ – Вот семейный человек, конечно, не принято. Это обязательно.

Э.НИКОЛАЕВА – Алу Алханов. Так, ну, что программа наша имиджевая. Не говорить же нам все время о политике. Известно, что чеченское общество, оно все поделено на рода, тейпы, да? Как Вы сами относитесь к этой особенности чеченской жизни? Кто-то с кем-то там враждует не из того тейпа, кто-то кого-то не любит, любит, не любит, кто-то не имеет права с кем-то быть, потмоу что этот тейп ниже по рангу, чем другой тейп. Целая катавасия, короче. Ну, соответственно, какого Вы сами роду-племени и как вы к этому ко всему относитесь, надо такое, не надо? Не тормозит ли это развитие цивилизованной Вашей республики?

А.АЛХАНОВ – Межродовые, межтейповые отношения сложились в Чеченской Республике, у чеченцев давным-давным-давным давно. На определенном этапе, но вот вернее на всех этапах, я бы сказал, развития чеченского общества вот эти вот родоплеменные отношения, они, безусловно, способствовали развитию и общественных отношений, способствовали в целом и выживанию чеченского народа, и в целом благоприятно способствовали процессу, скажем так, вот бытия всего нашего общества. Но в последнее время, да и чуть раньше, к великому сожалению, пытаются преподнести, как будто в чеченском обществе есть тейпы, скажем так, высокие, есть тейпы низкие. Это в корне неправильное понимание. Ну, общепонятно, что у чеченцев не было сословного разделения. Это мы все прекрасно знаем. Хотя я в какой-то степени, может быть, и говорю, это моя точка зрения, это, может быть, не самая лучшая, скажем так, для развития целого. Понятно, во всем мире, по крайней мере, в цивилизованном мире, цивилизованные страны прошли вот эти сословные деления, и соответственно, проходя определенные этапы своей жизни, дальше становились современными цивилизованными странами. Давайте, возьмите Европу, европейские страны, которые практически все это прошли также. И никто не стесняется, что кто-то в прошлом был просто ремесленник, кто-то был граф, кто-то барон и т.д. Я здесь ничего не вижу унизительного. Сегодня эти страны демократии, и общественным отношениям которых можно позавидовать. Что касается тейпов, да, в Чеченской Республике… вот Вы знаете, что погубило, вообще, вот попытались погубить вот в чеченском обществе? Это попытка с приходом Дудаева восхвалять тейпы, и начали восхвалять. Один уходил, аж, я не знаю, к самому пророку Соломону, другой к другому пророку и т.д., где-то начали искать корни одни тейпы в Англии, другие в Риме и т.д., и т.д. Это заблуждение. В Чеченской Республике все тейпы равны, все тукумы равны. Вот у нас 9 тукумов. Это самое большое общественное объединение, скажем. Во всех этих родах в большинстве своем всегда были настоящие, добрые, порядочные мужчины, есть и будут. Во многих этих тейпах были и преступники, стали, вернее, но не потому что он, допустим, из рода Беноевцев или из рода Гейдарноевцев или Ченхоевцев, не потому что. Род не виноват в том, что в какой-то семье вырос подлец или преступник. Поэтому я бы не хотел, чтобы здесь, на российском уровне… Обычно, когда читаешь некоторые материалы, аналитические материалы, вот по тейпам, там этот выше, этот ниже…

Э.НИКОЛАЕВА – Ну да, забивают голову.

А.АЛХАНОВ – Люди начинают смеяться. В самом, скажем так, маленьком тейпе рождается могучий герой. Действительно, герой, который в народном эпосе остается веками признанным настоящим мужчиной.

Э.НИКОЛАЕВА – Может быть, это как раз Алу Дадашевич.

А.АЛХАНОВ – Ну, я не думаю, что я буду являться таким героем, но я имею в виду наших эпических героев, о которых и сегодня слагаются песни, сложены песни, о которых народ…

Э.НИКОЛАЕВА – А какие, кстати, у вас эпические герои? У нас вот там, Илья Муромец.

А.АЛХАНОВ – Илья Муромец, да?

Э.НИКОЛАЕВА – Да.

А.АЛХАНОВ – Илья Муромец.

Э.НИКОЛАЕВА – Ну, еще там сейчас, если сильно поднапрячься, можно вспомнить, потому что три богатыря…

А.АЛХАНОВ – Много эпических героев, и трех богатырей.

Э.НИКОЛАЕВА – Это наш Илья Муромец, а ваш кто?

А.АЛХАНОВ – Это наш общий российский.

Э.НИКОЛАЕВА – Это общий? И у вас тоже?

А.АЛХАНОВ – Они тоже герои и для чеченских детей.

Э.НИКОЛАЕВА – Ага! Да Вы что!

А.АЛХАНОВ – Я вырос, допустим, на этих же героях, на тех сказках и т.д. Это одна из основных частей нашей общей духовной культуры.

Э.НИКОЛАЕВА – Как интересно. А свои есть у вас?

А.АЛХАНОВ – А вот наши вот…

Э.НИКОЛАЕВА – Это мы вам своего.

А.АЛХАНОВ – Вот к примеру, Дайбулат Таймиев, Иса Гейдарноевский, это Джими Актул, это Зей Чакмирс – их много. Действительно, эпических, не выдуманных героев, к сожалению, мы пытаемся как-то вот рожать в нашей стране героев. Герои рождаются не по толщине кошелька, не по тому, как его могут преподносить в прессе и т.д. и т.д. Если эпический герой, герой, который остается в душе народной, в его культуре, вот это те герои, которые действительно служили людям. И основные принципы их в жизни были справедливы, скажем. Если эти люди защищали справедливость и на справедливых началах защищали где-то как-то и народ свой, вот это действительно герои оставались эпическими героями нашего народа.

Э.НИКОЛАЕВА – Ну, понятно. А Вы из какого тейпа, Алу Дадашевич?

А.АЛХАНОВ – Я из гейдарноевского тейпа.

Э.НИКОЛАЕВА – Большой тейп?

А.АЛХАНОВ – Да, достаточно большой тейп.

Э.НИКОЛАЕВА – Влиятельный?

А.АЛХАНОВ – Вот влиятельность, вот я еще раз говорю. Я не хочу сейчас. Вот если я сейчас скажу, да, влиятельный, там это, я самому себе начну противоречить. Не тейп влиятелен, влиятельны люди этого тейпа.

Э.НИКОЛАЕВА – Ну, да, да.

А.АЛХАНОВ – Если в этом тейпе…

Э.НИКОЛАЕВА – Есть достойные люди.

А.АЛХАНОВ – …выросли достойные люди на республиканском, на районном, на сельском уровне, и ведь нет разницы, где этот человек себя проявил.

Э.НИКОЛАЕВА – Ну, понятно.

А.АЛХАНОВ – Если он проявил себя во имя людей, во имя добра, справедливости, об этом человеке говорят: вот, ну, сначала называют имя этого человека, потом его имя. А могут сначала имя деда, отца, потом его имя.

Э.НИКОЛАЕВА – Дело, которое он сделал.

А.АЛХАНОВ – Дело, которое он сделал. Вот с этого рода и т.д. И не потому. Я… Люди знают, да, гейдарноевский тейп, н последний тейп. Он наряду со всеми одинаковый тейп. И по людям. Где-то по численности, может быть, больше некоторых родов, тейпов, а в целом такой же как и все тейпы в Чеченской Республике. И мне не стыдно, что я принадлежу этому тейпу. Абсолютно. И ни одному чеченцу не стыдно за свой род, за свой тейп, потому что они всегда у этого тейпа были достойные, благородные, смелые, нормальные люди.

Э.НИКОЛАЕВА – Алу Алханов — президент, которому не позавидуешь. Реклама на «Эхе Москвы» через несколько минут.



НОВОСТИ



Э.НИКОЛАЕВА – В студии нашей программы Алу Алханов – второй послевоенный президент Чечни. Алу Дадашевич, скажите, правда я Вас сначала позиционировала как человека малоохотливого, несловоохотливого, но говорите Вы, кстати нормально.

А.АЛХАНОВ – (Смеется).

Э.НИКОЛАЕВА – Просто, видимо, все журналисты, которые задают Вам вопросы, все как-то больше на партхоз всякие такие вот, партийно-хозяйственную тематику беседуют с Вами.

А.АЛХАНОВ – Элина, это Вы меня вот развили, скажем так. (Смеется).

Э.НИКОЛАЕВА – Я Вас вдохновила, можно так сказать.

А.АЛХАНОВ – А вообще-то, я не люблю много говорить.

Э.НИКОЛАЕВА – Правда?

А.АЛХАНОВ – Не люблю, потому что много говоришь…

Э.НИКОЛАЕВА – Мало делаешь.

А.АЛХАНОВ – Много обещаешь, да. Лучше уж говорить меньше и пытаться делать побольше.

Э.НИКОЛАЕВА – Да. Ну, другие-то ведь, Алу Дадашевич, не скажут за Вас: вот сделал хорошо. Сам себя не похвалишь, тоже знаете…

А.АЛХАНОВ – Ну да, какой-то элемент в этом тоже присутствует.

Э.НИКОЛАЕВА – А у Вас, кстати, есть народные вот именно чеченские какие-то поговорки. Я понимаю, что, конечно, Вы долго, всю жизнь свою сознательную в составе России, а вот все-таки что-то национальное есть там? У нас масса поговорок.

А.АЛХАНОВ – Безусловно. Так вот если по своей сути, в основном, что поговорки русские, что поговорки татарские, еврейские, чеченские…

Э.НИКОЛАЕВА – Ну да, только в переводе, да?

А.АЛХАНОВ – Они в основе своей выражают общую суть добра, справедливости, честности, широты души, гостеприимства и т.д. и т.д. Поэтому они все носят по сути один и тот же характер. Ну, вот, допустим, вот наша вот поговорка, наших вот пословиц, ну, в переводе, может, не так звучит, наших вот предков.

Э.НИКОЛАЕВА – А Вы по-чеченски можете сказать сначала? А потом перевести.

А.АЛХАНОВ – Могу. (Говорит по-чеченски). В переводе на русский: человек никогда не будет щедрым оттого, что ему некуда девать своих владений или богатств своих, и никогда он не делает доброго дела для другого, не оставив чего-то своего. Т.е. чтобы у него не было ни каких дел, уже все, денег девать некуда, не бывает так. Всегда есть человеку эти деньги куда девать. Но если он хочет сделать доброе дело, он что-то оставляет свое и делает для другого доброе дело. И в делах и в щедрости это одинаково. Ну, такой вот, я считаю, достаточно…

Э.НИКОЛАЕВА – Сложный язык, тяжелый чеченский язык.

А.АЛХАНОВ – Хотя вот наш алфавит, он состоит в основном из русских слов.

Э.НИКОЛАЕВА – Чудеса какие!

А.АЛХАНОВ – Да. По-моему, если я не ошибаюсь, 30 слов, русские слова непосредственно, которые мы употребляем.

Э.НИКОЛАЕВА – Вот именно в чеченском языке?

А.АЛХАНОВ – Да, да.

Э.НИКОЛАЕВА – А какие слова?

А.АЛХАНОВ – Ну, практически, вот у вас всего 33, по-моему.

Э.НИКОЛАЕВА – Буквы.

А.АЛХАНОВ – Да, букв, да, а из них порядка 30 – это те…

Э.НИКОЛАЕВА – А, это не слова, Вы говорите, имеете в виду, а буквы.

А.АЛХАНОВ – Буквы, да, буквы, да, да.

Э.НИКОЛАЕВА – А то я не поняла. Хорошо, Алу Дадашевич, Вы редкий случай. Обычно когда разговариваешь с представителем вот Вашей национальности, плохо разговаривают люди по-русски. Вот постоянные какие-то вот, акцент такой, типично чеченский. Как Вам удалось его избежать? Вы прекрасно разговариваете на русском языке. Хорошее образование получили! Богатые, наверно, были.

А.АЛХАНОВ – Нет, у меня учителя были хорошие, учителя. Я до сих пор помню свою первую учительницу Нину Александровну – великолепная женщина. Я помню Надежду Васильевну.

Э.НИКОЛАЕВА – По русскому языку и литературе, да?

А.АЛХАНОВ – Да. Вот первая учительница – Нина Александровна. Потом дальше уже Надежда Васильевна. И в основном, понимаете, я вырос вот в такой многонациональной, скажем так вот, в семье вот такой. Я приходил в школу, у нас учителя чеченцы, русские, адыгейцы. Понимаешь? Это все воспринималось как должное.

Э.НИКОЛАЕВА – Ну да.

А.АЛХАНОВ – Я по-другому и не думал, что должно быть. И я воспитывался на русской культуре, вот на русских традициях. Я познавал культуру русского народа, которые сами, а тогда же и преподаватели, надо отдать должное. Это каждого из них сейчас я вспоминаю как, слушай, какие талантливые были люди, настолько они отдавали себя этой работе.

Э.НИКОЛАЕВА – Сейчас уже наши школьники не вспомнят, наверное, своих учителей.

А.АЛХАНОВ – И наравне с этим я учился чеченской культуре, чеченскому языку. Я сегодня свободно пишу на чеченском языке, знаю нашу культуру, традиции. Поэтому вот когда общество многонациональное, оно всегда друг друга дополняет: чеченцы русских, русские чеченцев, евреи, татары. Вот так и должно быть. Тем более вот в нашей многонациональной, многоконфессиональной стране. И вот когда Вы сказали, где я учился. Да, я учился у хороших учителей.

Э.НИКОЛАЕВА – Ну, это в Грозном школа была?

А.АЛХАНОВ – Я окончил школу в Урус-Мартане 10 классов. И я не скажу, что я был самый лучший.

Э.НИКОЛАЕВА – А школа номер какая, помните?

А.АЛХАНОВ – Номер 2, конечно, помню, чего себе. И я не скажу, что я был лучший ученик. Не был я лучшим учеником. И вот представьте себе, значит, что были ученики, которые отличники, круглые отличники, очень грамотные ребята, поэтому вообще-то чеченский народ – это не только вот касается русского языка – в основном вот чеченцы, которые нормально учились, они все говорят без практически акцента. И не только вот на русском языке. И вот мне неоднократно говорили, рассказывали, и на английском у чеченцев получается говорить без акцента.

Э.НИКОЛАЕВА – Да?

А.АЛХАНОВ – Вот как-то вот не знаю, почему, но вот…

Э.НИКОЛАЕВА – Т.е. это у пятерочников, у отличников так получается.

А.АЛХАНОВ – Наверное.

Э.НИКОЛАЕВА – А двоечники – те говорят с акцентом. (Смеются). Сейчас на нас все двоечники обидятся. В студии нашей программы Алу Алханов – второй послевоенный президент Чеченской Республики. Алу Дадашевич, ну вот, очень хорошо говорите, но тем не менее, ну, я поняла все-таки по вашей позиции жизненной, Вы – достаточно светский человек. Вы такой, несмотря на то, что, конечно, профессия обязывает, а теперь еще и статус и должность, Вы – достаточно светский человек. Но вот Рамзан Кадыров стал чуть ли у вас не светской персоной нашей вот российской. У него интервью берут все глянцевые журналы, он рассказывает про свои машины, про свои одежды, привычки, во всем он разбирается, и даже он разбирается, кто такая Ксения Собчак. Он говорит и со знанием дела даже, все рассказал, что Ксения в принципе девушка хорошая, только не всегда она себя правильно ведет. В общем, очень смешно. Он такой, в общем-то, открытый, как будто немножко наивный у вас, Ваш коллега. Как вот Вы на это смотрите?

А.АЛХАНОВ – Ну, Рамзан – парень молодой.

Э.НИКОЛАЕВА – Молодой, и этим все сказано.

А.АЛХАНОВ – Ему какие-то высказывания, ну, все-таки между нами лет 19 разница, это немало. Поэтому какие-то оценки, которые он дает, с учетом своего возраста, с учетом видения тех или иных проблем или вопросов вот, ну, чисто в своем понятии. Поэтому не хочу давать оценки. Да, мы когда вот собираемся, конечно, я считаю, что там, где нужно ему посоветовать, советую: Рамзан, вот здесь, наверное, все-таки вот такая точка зрения была бы правильная и т.д. Или у него бывает, допустим, на мою же точку зрения свое видение, свои оценки.

Э.НИКОЛАЕВА – Т.е. по-дружески.

А.АЛХАНОВ – Это вполне, я считаю, жизненные, естественные вещи. Но надо дать должное, молодой парень, но прямо на глазах растет. Это, я считаю, хорошо. А Ксению Собчак, ну, у меня к ней самое положительное отношение. Я благодарен ей за то, что она приехала в республику.

Э.НИКОЛАЕВА – А что она приезжала к вам, Алу Дадашевич? Приглашали, концерт был?

А.АЛХАНОВ – Ну, она приезжала… Нет, вот она приезжала вот на закладку нового социального проекта в городе Гудермес, ну, видите, вот по-разному к этому приезду отнеслись. Кто-то с издевкой, кто-то с подколом. Ну, понимаете, для республики, для жителей тем же самым очень много положительных эмоций приносится в республику. Это положительный…

Э.НИКОЛАЕВА – Заряд такой оптимизма.

А.АЛХАНОВ – Да, заряд дает нашей молодежи. И я бы вот только в одном цвете вот приезд любых известных людей из России, из-за рубежа, не стал бы рассматривать только вот в одном цвете. Я в целом оцениваю приезд Ксении Собчак и других видных людей только с положительной стороны. Вот как Вы правильно сказали, Элина, положительно заряжает нашу молодежь и наших людей.

Э.НИКОЛАЕВА – Ну, вам нужно своих Ксений Собчак растить.

А.АЛХАНОВ – Безусловно, у нас растут.

Э.НИКОЛАЕВА – У вас же уже там есть певицы национальные.

А.АЛХАНОВ – Конечно.

Э.НИКОЛАЕВА – И там какая-то известная девушка, поет хорошо.

А.АЛХАНОВ – Прекрасные певицы. У нас, я бы сказал, очень талантливые творческие коллективы. Ведь Грозный, Чечено-Ингушетия была не только развитым промышленным краем, скажем так, Северного Кавказа, это был субъект, где очень мощная культурная инфраструктура была. И на сегодня те люди творческого труда, артисты, которые работали… сегодня возьмите того же самого Иосифа Кобзона и еще многие, многие другие. Это люди, которые работали там, вместе с ними росли и наши деятели творческого труда, т.е. была очень мощная культурная такая среда, и сегодня вот это, то, что заложено в советские годы вот этими известными талантливыми людьми того времени…

Э.НИКОЛАЕВА – Вы эти продолжаете традиции.

А.АЛХАНОВ – Да, продолжается, и традиция продолжается. И это даром не прошло, и это очень здорово.

Э.НИКОЛАЕВА – На этой основе как бы строится.

А.АЛХАНОВ – Да, сейчас вырастают новые молодые поколения. И вот скоро, мы в будущем году закончим наш государственный концертный зал, заработает театр, уже вот заканчиваем ремонт, строительство театра имени Нурадилова. Мы в скором времени закончим ремонт и восстановление, строительство именно театра имени Лермонтова. Вы увидите, к нам будут приезжать коллективы, будут концертные программы, т.е. снова вот та культурная жизнь, которая царила в нашей республике, она, безусловно, воцарится вновь.

Э.НИКОЛАЕВА – Должна воцариться.

А.АЛХАНОВ – Вернется к нам обязательно.

Э.НИКОЛАЕВА – Ну вот Вы говорили про Рамзана и молодой, а может, это в чеченских традициях, может быть, считается. Ну, вот как это, у нас считается, что в чеченских традициях считается, что ваши мужчины любят хвастаться, что они любят прихвастнуть. Может быть, это, конечно, как бы все кавказские мужчины любят так? В этом ли есть такой чеченский характер? Вот мне кажется, Вы не такой, Алу Дадашевич. В чем вообще вот, чеченский характер? Любят прихвастнуть оружием, показать, какая коллекция оружия?

А.АЛХАНОВ – Ну, вот оружие да, это слабость чеченца. Я Вам прямо скажу: конь.

Э.НИКОЛАЕВА – Конь.

А.АЛХАНОВ – Оружие – это… Ну, вот, понимаешь, вот показать вот лихую доблесть.

Э.НИКОЛАЕВА – Да, удаль молодецкую.

А.АЛХАНОВ – Удаль молодецкую. Вот это слабость у чеченского юноши и чеченского мужчины, поэтому здесь в этой части понятно, ну, а в целом, безусловно, чеченский мужчина должен быть, прежде всего…

Э.НИКОЛАЕВА – Ну, достойный, ну, что? Что входит в понятие достоинства, у каждого по-разному, наверное. Один считает достоинством, когда нужно с гордым видом ходить презрительно ко всем…

А.АЛХАНОВ – Ну, Вы знаете, прежде всего, в Чеченской Республике, у вайнахов мужчина должен быть, конечно, скромным. Прежде всего, в нем должна быть скромность. Это вот такая вот черта должна быть. Не любят на Кавказе, вот не любят и в Чеченской Республике, не должно быть ни восхваления себя.

Э.НИКОЛАЕВА – Хвастовства.

А.АЛХАНОВ – Да, ни хвастовства. Это…

Э.НИКОЛАЕВА – Не приветствуется.

А.АЛХАНОВ – Не приветствуется на Кавказе, и в частности, в Чеченской Республике.

Э.НИКОЛАЕВА – Демонстрация…

А.АЛХАНОВ – Настоящего мужчину, безусловно, должна отличать скромность. Даже он может совершить какой-то подвиг, но не он об этом должен говорить.

Э.НИКОЛАЕВА – Ну, да, да, скромность.

А.АЛХАНОВ – Об этом подвиге должны говорить люди.

Э.НИКОЛАЕВА – А, люди.

А.АЛХАНОВ – Да.

Э.НИКОЛАЕВА – Не то, что его окружение, да?

А.АЛХАНОВ – Нет, должны… народ должен говорить. В целом, я имею в виду. Вот чеченец может совершить очень большое дело для другого человека, но если он из своих уст об этом будет говорить, «я сделал Магомету то-то, то-то, я его там…». Это совершенно тут же будет восприниматься очень некрасиво, поэтому вот на таких принципах в целом воспитаны чеченские мужчины, юноша должен быть именно на принципах скромности. Пусть хвалят люди. Пусть скажут люди.

Э.НИКОЛАЕВА – А у Вас есть какой-нибудь табун лошадей или коллекция оружия?

А.АЛХАНОВ – К сожалению, табун лошадей был в свое время у моего прадеда.

Э.НИКОЛАЕВА – Да? Да?

А.АЛХАНОВ – Да, когда он в царские времена жил, и то своим трудом все нажито, не кулак, не этот. Просто человек, семья была трудолюбивая, как и все русские семьи, помните, большие, крепкие русские семьи.

Э.НИКОЛАЕВА – Ну да, да, которых раскулачили потом и по миру пустили.

А.АЛХАНОВ – Да, потом люди, которые горбились на своей земле, работали, они оказались кулаками. Ну, это наша история.

Э.НИКОЛАЕВА – Да, история, перегибы.

А.АЛХАНОВ – Хорошая, плохая, мы должны делать уроки, но чернить себя не надо. А то у нас, к сожалению, привычка все время чернить свою историю. У нас такая же история, не хуже, чем у англичан, у французов, у других народов.

Э.НИКОЛАЕВА – Но есть у Вас какое-то хобби, Алу Дадашевич?

А.АЛХАНОВ – Ну, у меня тоже есть небольшая коллекция, допустим, оружия, хорошие книги люблю. Люблю хорошее оружие, которое у меня тоже немногочисленно, скажем так.

Э.НИКОЛАЕВА – Да, раритетное что-то.

А.АЛХАНОВ – Да. Все вот старинное. Вот я люблю хорошие картины.

Э.НИКОЛАЕВА – Т.е. Вы – ценитель искусства, прекрасного?

А.АЛХАНОВ – Но в целом да.

Э.НИКОЛАЕВА – И Вы разбираетесь в этом, да?

А.АЛХАНОВ – Ну, сказать, что я такой страшный дока, скажем так, в искусстве, было бы неправильно, но хотя для себя могу…

Э.НИКОЛАЕВА – Но вкус имеете.

А.АЛХАНОВ – Да, имею вкус, и в принципе могу разбираться и в художественных картинах, могу для себя, по крайней мере…

Э.НИКОЛАЕВА – Это хорошо. Хорошо для президента, который должен поддерживать разные искусства и прекрасное в своей республике.

А.АЛХАНОВ – Так в жизни хобби, люблю заниматься, когда-то любил сильно заниматься спортом и отдавал себя этому.

Э.НИКОЛАЕВА – Но каким спортом? Вы такой достаточно крепкий, накачанный.

А.АЛХАНОВ – Ну, так занимался вольной борьбой для начала. Потом занимался дзюдо, самбо, выполнил норматив мастера спорта СССР, в свое время.

Э.НИКОЛАЕВА – Про Вас надо книги писать в Чеченской Республике. Пускай ребята берут пример со своего президента, Алу Дадашевич. Личный пример лучше всего. Как Вы к этому относитесь, к культу личности?

А.АЛХАНОВ – К культу личности отношусь отрицательно. Когда мы говорим: культ личности, оно уже в своей основе зарождает какую-то отрицательную мотивацию. Поэтому я не говорю о культе личности. А вот те примеры, вот я сегодня горжусь, вот допустим, нашими предками, вот тех, которых я называл.

Э.НИКОЛАЕВА – Ну, да, эпическими.

А.АЛХАНОВ – Тайбулат Таймиев – эпический герой нашего народа. Они для меня… Они не культ личности, это для меня действительно герои, которые защищали добро, справедливость.

Э.НИКОЛАЕВА –Алу Алханов – второй послевоенный президент Чеченской Республики в студии нашей программы. Алу Дадашевич, вот сейчас я вот Вас не очень прямо буду по шерстке гладить. Что это за прикол у вас был такой, грубо выражаясь, со строительством в Гудермесе «Водного мира», вот этого парка аттракционов. Понимаешь, полгорода в руинах лежит, а вы вон чего задумали!

А.АЛХАНОВ – Ну, опять-таки, как смотреть на эту идею. Если смотреть так, как о нем написали некоторые наши злопыхатели, видите ли, в стране…

Э.НИКОЛАЕВА – Разруха.

А.АЛХАНОВ – В руинах, а они, видите ли, замахнулись на что.

Э.НИКОЛАЕВА – Развлечения, видите ли, им подавай!

А.АЛХАНОВ – Если смотреть с другой стороны, да в конце-то концов, 10-12 лет эти дети не видели ничего нормального.

Э.НИКОЛАЕВА – Но вообще, жуть какая-то.

А.АЛХАНОВ – И если строить, если делать, хотя бы в одном месте можно создать нормальное детское заведение или место отдыха детей, где дети увидели бы современные хотя бы какие-то представления об отдыхе.

Э.НИКОЛАЕВА – Поехать-то никуда не могут.

А.АЛХАНОВ – Я не совсем согласен с многими критическими высказываниями на этот счет. Да, с другой стороны, на эти деньги можно было сделать еще что-то, еще как-то, а это для кого делается? Это тоже делается для детей, для молодежи, для юношей. И если этот объект один закончен, куда вложены деньги, но этот объект закончен, он действительно на уровне мировых стандартов, если он сделан, куда он уйдет? Он будет существовать и работать на этих же детей и на эту же республику.

Э.НИКОЛАЕВА – Но сделан уже объект-то?

А.АЛХАНОВ – Пока не закончен, но в скором времени будет закончен. Но, слава Богу, строительство активно идет.

Э.НИКОЛАЕВА – К вам тут приезжала, по-моему, даже целая строительная инспекция: Греф, Кудрин. Все тут в Москве обсуждали, как и кто их принимал. Вот они сели не в кадыровские «Джипы», а сели в «Волги» администрации президента. Все это было так преподнесено. Почему пресса обращает внимание на все эти дела и как-то обсуждает? Какая-то в этом интрига.

А.АЛХАНОВ – Ах, к великому сожалению, наверно, работа у многих такая. Вот зачем подчеркивают, кто в какую машину сел? Вот по мне. Люди приехали…

Э.НИКОЛАЕВА – Политика, понимаешь.

А.АЛХАНОВ – И спасибо президенту Российской Федерации, который такую задачу поставил перед министрами правительства. И было проведено уже второе координационное совещание министров правительства Российской Федерации непосредственно в Чеченской Республике. По-моему, вся соль и вся значимость должна была заключаться в этом, как это совещание пройдет, какие вопросы будут обсуждаться, что это совещание даст для экономики, социальной сферы Чеченской Республики и в целом для многонационального чеченского народа. Но вместо этого начинают подхватывать, кто в «Джип» сел, кто в «Волгу» сел.

Э.НИКОЛАЕВА – Да, прямо так активно муссировали.

А.АЛХАНОВ – Для меня абсолютно нет разницы, кто в какую машину сел.

Э.НИКОЛАЕВА – Ага! Что-то тут не то!

А.АЛХАНОВ – Вот. А здесь уже, дальше уже, да, вот сели это, значит это не так, к этому отнеслись так, а надо побольше… А, здесь что-то расходится.

Э.НИКОЛАЕВА – Вбить клин.

А.АЛХАНОВ – Давайте это, дальше будут другие. Да нельзя сегодня, даже хотелось бы кому-то – не хотелось, нельзя вбивать клинья в эту достаточно тяжелую ситуацию, в которой оказалась республика. Ведь за всем же этим стоят люди, и оттого, что вбили клинья и наворотили ситуацию, кому легче? Людям не легче ни в республике, ни в России. Сколько мы сегодня, пытаясь восстановить мирный процесс в этой республике, потеряли людей? В Камчатке, здесь, в Рязани. Неужели вот это не видно? Я вот честно удивляюсь. На мой взгляд, наоборот, должны пытаться как-то эту ситуацию не выводить на этот уровень. Нет, наоборот, любая удобная ситуация, любой удобный момент, начинается вот эта попытка разводки. Значит, вот номинальный президент, тот правит всем тем.

Э.НИКОЛАЕВА – Ну да.

А.АЛХАНОВ – Да не может один Кадыров, не может один Алханов сделать серьезные масштабные преобразования в Чеченской Республике. Не может. Без федерального собрания, без федерального правительства, без руководства республики, без президента, без правительства, без людей, которые заинтересованы оказать это содействие, без правоохранительной системы всей России, которая помогает восстановить порядок и законность в республике. Не может один человек совершить чуда, а здесь одни пытаются преподнести чудо-героя, другие противопоставить меня к нему. И совершенно забывая о сути того, что мы все там должны делать. Поэтому вот это обидно…

Э.НИКОЛАЕВА – Ну да.

А.АЛХАНОВ – И я никогда на них не смотрю, никогда на эти вещи не обращаю внимания.

Э.НИКОЛАЕВА – Хотя знаете, да, что об этом говорят? Я не стала сама как бы Вас провоцировать.

А.АЛХАНОВ – Ну, конечно, невозможно эти… читаешь, мне докладывают. Ну, пусть…

Э.НИКОЛАЕВА – Т.е. докладывают, значит, хорошее окружение, не скрывают от Вас.

А.АЛХАНОВ – Пусть говорят. Я вот этими статьями абсолютно не задеваюсь, и меня это не выводит абсолютно из себя. Я знаю, какая передо мной цель.

Э.НИКОЛАЕВА – Вы делаете дело, а не боретесь за власть.

А.АЛХАНОВ – Цель сегодня: максимально быстро вернуть людям мир, покой, и чтобы шли созидательные процессы, чтобы был мир, главное, самое главное, среди чеченского народа, среди чеченского общества. Вот это главные цели, а кто там сколько делает, я всегда говорил: Рамзан Ахматович, этот человек, председатель правительства Чеченской Республики, он туда назначен мною, моим указом и потому что я сам хотел, чтобы он там был. И сегодня он возглавляет правительство. Да, есть у нас вопросы, есть проблемы, есть недостатки и у меня, и у него. Где их нет? Но если я не кричу о том, что там не так, тогда зачем кричать остальным, пытаться анализировать: а, он вот так, теперь тот сделает вот так.

Э.НИКОЛАЕВА – Сталкивают вас лбами.

А.АЛХАНОВ – И попытка сталкивания нас с ним, я считаю, это очень непродуманно. Но, может, для кого-то продуманная политика. Но она, эта политика ни к чему хорошему…

Э.НИКОЛАЕВА – Дипломатия интриг.

А.АЛХАНОВ – Да. Не ведет. Ни для нашей республики, для народа, да и для России в целом.

Э.НИКОЛАЕВА – Алу Алханов – второй послевоенный президент Чеченской Республики, президент, которому не позавидуешь. Алу Дадашевич, Вы приехали сейчас в Москву, Вы в студии нашей программы. Вы уже встретились с Владимиром Владимировичем Путиным? Вы же с этой целью посетили нашу столицу.

А.АЛХАНОВ – В моем плане, в плане моей работы не было запланировано встреч с Владимиром Владимировичем Путиным. Я эту встречу не просил, и он меня на встречу не вызывал. Я приехал сюда 2 числа, т.к. был приглашен мэром Москвы Юрием Михайловичем Лужковым на День празднования города. Кстати, пользуясь вот этой возможностью, хотел бы поздравить москвичей, жителей нашей столицы с Днем города, пожелать нашей столице, родной и любимой, москвичам, которые принимают достаточно большое участие в решении многих наших социально-экономических вопросов, пожелать мира этому городу, добра и достатка.

Э.НИКОЛАЕВА – Как Вы себе представляете счастливое будущее Вашей республики, Алу Дадашевич? Я вот себе представляю, как к примеру, в Арабских Эмиратах. Ведь у вас все для этого есть. Маленькая южная страна с собственной нефтью, с хорошей нефтью. Как вот Вы себе представляете?

А.АЛХАНОВ – Вы знаете, если бы в 91 году не появились бы определенные силы, которым нужно было после развала Советского Союза найти вот регион, и нужно было этот регион использовать для решения своих далеко идущих целей. Если бы этого не произошло, действительно, Чеченская Республика, наверное, был бы самый самодостаточный субъект Российской Федерации. Представьте себе, два крупнейших нефтеперерабатывающих завода, крупнейших, мощнейшая переработка, нефтехимические заводы, продукция нефтяной промышленности, другие достаточно высокотехнологичные производства. Ведь в  Чеченской Республике первыми на юге России начали производить компьютеры, микроволновые печи. Я это к чему говорю, для того, чтобы их производить, для того, чтобы их собирать, нужно иметь технологии. Т.е. вся соответствующая экономическая база у республики была, и в том числе, и материальная, и учебная и т.д. Поэтому мы один раз свою возможность прекрасную возможность дальше уже использовать нефтяной ресурс. Мы тогда добывали порядка 5 млн. т высококачественной нефти, т.е. у республики был шанс за эти 10-12 лет…

Э.НИКОЛАЕВА – Стать Арабскими Эмиратами.

А.АЛХАНОВ – Стать действительно Арабскими Эмиратами. Поэтому я надеюсь, что очередной раз чеченский народ не позволит себя в очередной раз использовать, именно народ. Вот те процессы, которые сегодня начаты в республике, да, действительно, очень много сил и средств нужно. Сегодня и федеральный центр из года в год увеличивает финансовую помощь. Сегодня мы в перспективе своей закладываем мощную промышленную инфраструктуру, высокоразвитые технологичные производства. Мы делаем все, чтобы привлечь к себе инвесторов. И сегодня в республике есть неплохая база, но приходится начинать практически с нуля. Вся промышленная инфраструктура, она уничтожена. Поэтому будет тяжело, но вместе с тем абсолютно нет сомнений в том, что многонациональная республика, да жители республики смогут снова ощущать, жить в развитой мирной созидательной республике. Вот в этом у меня сомнений нет, абсолютно.

Э.НИКОЛАЕВА – Ну, как Вы это искренне говорите, Алу Дадашевич, мне кажется, даже вот Ваш настрой на это на все, это, наверное, хорошая гарантия того, что все-таки все у вас сбудется. Что же, успехов Вам. Спасибо, что пришли в нашу студию, ответили на наши вопросы. Разговор был непростой. У нас в студии был президент, которому не позавидуешь. Всем пока! В студии были я – Элина Николаева и…

А.АЛХАНОВ – И я — президент Чеченской Республики, Алу Дадашевич Алханов.

Комментарии

0

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире