Время выхода в эфир: 23 июля 2006, 18:15

Э. НИКОЛАЕВА – Из всех тем, которые можно обсудить с этим человеком, я выбрала наиболее летние: путешествие, вино и музыка. При этом, если говорить о нашей стране и наших людях, то разговор на любую из этих тем можно начать вопросом: какого черта. И вправду, какого черта мы не умеем путешествовать, слушаем неправильную неактуальную музыку, и наконец культура винопития находится у нас по-прежнему в зачаточном состоянии? Какой-то нехороший грузин даже сказал, что под видом вина в Россию можно продавать хоть какашки. Вот такая у нас сегодня повестка дня. Искать сермяжную правду в этих вопросах нам поможет журналист Игорь Мальцев. Здравствуйте, Игорь.

И. МАЛЬЦЕВ – Здравствуйте.

Э. НИКОЛАЕВА – Ну что, давай немножко представим тебя. Who is mister Мальцев? Рубрика «Блиц» — коротко. Вообще я и не помню, как мы с тобой познакомились?

И. МАЛЬЦЕВ – А мы с тобой что-то писали про телевидение, по-моему. А! Я работал на телевидении.

Э. НИКОЛАЕВА – О-о! А я забыла про это, кстати, абсолютно.

И. МАЛЬЦЕВ – Да? Здравствуйте! Я же работал в объединении «Намедни» с программой «Видеодром» у Леонида Парфенова. Было две программы. В студии политика «Первого канала».

Э. НИКОЛАЕВА – Ты еще какие-то фильмы пытался снимать. Но сейчас ты коммерсант, естественно.

И. МАЛЬЦЕВ – Ну, всю жизнь. Да.

Э. НИКОЛАЕВА – Потом после этого. Но неплохо ты устроился в своем «Коммерсанте», должна тебе сказать: катаешься по миру, винцо, понимаешь, попиваешь, а тебе еще за это и деньги платят.

И. МАЛЬЦЕВ – Вино у меня на самом деле – общественная нагрузка, потому что раньше, когда наши писали про вино, то каждый день звонил Починок и говорил, что вы там за ерунду написали. В общем, меня вызвал Вася, он же Андрей Витальевич Васильев, и сказал, ты пьешь вино. Я сказал, пью, мне врачи велели. Он сказал, вот будешь теперь писать. Все, я попал. Каждую неделю. Кстати, это ужасно.

Э. НИКОЛАЕВА – А чего ты в музыку полез, да еще какую – некоммерческую какую-то, шотландскую альтернативу? Из любви к искусству?

И. МАЛЬЦЕВ – Да нет, я всегда. Музыка, она же расшатывает социальные устои. Мне всегда интересно то, что расшатывает социальные устои: рок-н-ролл, вино, порнография. Все что угодно.

Э. НИКОЛАЕВА – Ты же еще специалист у нас по эротике, по парнушке.

И. МАЛЬЦЕВ – Эротика – это гадкое слово.

Э. НИКОЛАЕВА – Гадкое – мягко сказано.

И. МАЛЬЦЕВ – Порнография должна быть конечно.

Э. НИКОЛАЕВА – Ты так считаешь?

И. МАЛЬЦЕВ – Она раскрепощает умы, она делает человека более свободным, а во вторых, заменяет беспорядочные половые связи.

Э. НИКОЛАЕВА – Действительно, и сохраняет здоровье человека.

И. МАЛЬЦЕВ – Абсолютно.

Э. НИКОЛАЕВА – А почему тогда тебя Вася не вызвал и не сказал, ты музыку слушаешь – слушаешь – вот и пиши про музыку?

И. МАЛЬЦЕВ – Ты знаешь, мне уже не очень было интересно писать про музыку. Я в своем камчатском «Комсомольце» и писал про музыку.

Э. НИКОЛАЕВА – Ты  с Камчатки что ли?

И. МАЛЬЦЕВ – Ну да вообще-то. Камчатского «Комсомольца».

Э. НИКОЛАЕВА – Сколько вообще пластов в твоей жизни упущено мной?

И. МАЛЬЦЕВ – Я старый уже!

Э. НИКОЛАЕВА – Ты хорош, ты красив, немножко, правда, кругленький стал, поправился. Мордуленцию-то наел!

И. МАЛЬЦЕВ – Пивко.

Э. НИКОЛАЕВА – А с вина-то, кстати, не поправляются так.

И. МАЛЬЦЕВ – Ты знаешь, с вина не поправляются, но с вина хочется жрать.

Э. НИКОЛАЕВА – Слушай, понятно, с тобой мы определились. Итак, Игорь Мальцев – журналист, фотограф, продюсер, знаток музыки, вина и прочих радостей жизни. Игорь, но сначала про лето. Дача, Волга, Сочи, заграница – куда податься? Глаза разбегаются. Я знаю, что ты любитель нетривиальных путешествий. Что бы ты посоветовал, поделись опытом?

И. МАЛЬЦЕВ – Я например считаю, что, во-первых, отлично отдыхать в Тучково на Москве-реке и т.д. С другой стороны, если есть возможность, то лучше поехать в какой-нибудь город на самолете, сесть на машину и дальше уже поехать по своему разумению. Например, взять в Мюнхене машину и поехать через Верону, Геную, взять паром, на пароме поехать на Сардинию, проехать 300 километров на Сардинии, отдохнуть где-нибудь там в Форте Вилладж 3 дня и обратно. Вот 10 дней и  пройдет.

Э. НИКОЛАЕВА – Знаешь, всякий раз оказывается, что когда путешествие, то оно сразу дороже становится.

И. МАЛЬЦЕВ – Конечно.

Э. НИКОЛАЕВА – Чем просто прилетел, лег.

И. МАЛЬЦЕВ – Конечно, дороже. Ну а что делать? А зачем мы тогда работаем?

Э. НИКОЛАЕВА – И по звонку на кормушку подходишь только?

И. МАЛЬЦЕВ – Нет, не надо. Тогда это будет Турция и песок.

Э. НИКОЛАЕВА – Как ты стал винным критиком, мы поняли. А ты действительно развил в себе эти способности? Рецепторы всякие, сомелье – эти вот такие, ты уже можешь назвать? Что ты понял в вине, скажи, чего не знал до этого?

И. МАЛЬЦЕВ – Ты понимаешь, вино – такая вещь. я вообще не люблю слово сомелье, потому что сомелье – это вообще-то официант, который подает вам вино. Он что-то там соображает ровно на размер мозга официанта. Поэтому не надо совершенно. Вино – очень культурное мероприятие.

Э. НИКОЛАЕВА – Винопитие.

И. МАЛЬЦЕВ – Нет, само вино. Оно имеет исторический какой-то экскурс, исторический и культурный аспект. И все очень сильно зависит от того, где ты его пьешь, как ты его пьешь. Потому что люди, например, приезжают из Италии, говорят, ой, мы вчера такое пили вино, такое пили, а у вас есть, ну давайте нальем, попробуем. Попробовали, говорят, нет, не то вино. Ну конечно, потому что, во-первых, вы отдыхали, вы были довольны жизнью, вы дышали другим воздухом, сидели на лавочке возле моря. Конечно, это вино вам показалось отличным.

Э. НИКОЛАЕВА – В ресторане с чистейшими экологически фруктами итальянскими.

И. МАЛЬЦЕВ – Конечно. И во рту совсем другой привкус жизни. Конечно это большой труд. Потому что господа винщики разъясняются на птичьем языке и принимают за какие-то точки какие-то странные слова, типа, привкус лакрицы или запах кожи и т.д. На самом деле это отвратительно. Запах кожи на самом деле…

Э. НИКОЛАЕВА – Смотря еще, какой.

И. МАЛЬЦЕВ – Чьей.

Э. НИКОЛАЕВА – В каком она состоянии. Что такое лакрица?

И. МАЛЬЦЕВ – Лакрица – это финские черный горько-кисло-соленые конфеты. Лакрица – отвратительные.

Э. НИКОЛАЕВА – Ой, ужас! Купили один раз просто случайно, потом не знали, куда. Жалко выбросить, а есть невозможно.

И. МАЛЬЦЕВ – И тут, когда говорят, что привкус в вине есть тона лакрицы, хорошо, просто надо понять, что это люди что-то такое имеют в виду. Поэтому надо развивать самому: нравится – не нравится.

Э. НИКОЛАЕВА – Игорь Мальцев – журналист, фотограф, продюсер, знаток музыки, вина и прочих радостей жизни, о коих мы сейчас и разговариваем. О самом наболевшем, естественно – о вине продолжается разговор. В России любят пить вино, хотя мало кто в нем знает толк. Вот как наши мамы говорят: «винцо», «винца попьем». Опять можно рассуждать про татаро-монгольское иго, про портвейн «Кавказ», которым нас десятки лет травили. Что знают наши мамы? Винцо должно быть сладенькое. Все, больше у нас. Где культура? Ну что это за дикость – главное, чтобы сладенькое было? Я с советских времен единственное помню, по-моему, это венгерское вино «Мурфатлар» — было такое. Самое приличное было – «Вермут» и «Гюмза». Вот это все мое познание. У наших мам – сладенькое, у меня…

И. МАЛЬЦЕВ – Почему? Ты пила, наверное, еще «Мимешкадерку» — отличное венгерское вино.

Э. НИКОЛАЕВА – Пила.

И. МАЛЬЦЕВ – «Бисер», когда он еще был болгарским. Такие сладкие вина. Понимаешь, в чем дело. Почему сладенькое? Потому что сладкое вино очень легко делать. Его легко делать, его легко хранить. Бухнул сахара и доволен.

Э. НИКОЛАЕВА – В принципе, оно может быть и хорошим.

И. МАЛЬЦЕВ – Нет, оно не может быть хорошим. В смысле, оно может быть хорошим, но оно тогда по другой технологии делается – без добавления сахара. Или оно должно быть немецким с добавлением сахара (бог с ним). Я не люблю сладкие вина, кроме «Ричотто» и  прочих типов вина, которые из вяленого винограда сделаны или сотерн. Вино должно быть, конечно, сухим, потому что тогда у него есть запас творчества. Над ним надо много долго работать. Понимаешь, нельзя так сказать, что русский народ не пьет вина или низкая культура потребления вина. Все зависит от денег. И вот сейчас только начали – с 95-го года мы, я причисляю себя к журналистам, которые активно промоутируют итальянские вина, а не французские, и когда нам вертели пальцем у виска и говорили, что за ерунда ваши итальянские вина, вот французские – это да, мы говорили ничего-ничего, подождите. Ну вот подождали, и народ сейчас очень рванул пить итальянское и аргентинское, новозеландское и…

Э. НИКОЛАЕВА – Чилийское.

И. МАЛЬЦЕВ – Чилийское же тоже разное бывает. Есть же «Альма Вива» за 120 евро – прекрасное вино совершенно.

Э. НИКОЛАЕВА – А есть? За 200 рублей.

И. МАЛЬЦЕВ – Ну за 100 есть. Или было, потому что стараниями экономического блока правительства это все глубоко теперь в большом подвале.

Э. НИКОЛАЕВА – Да, сейчас ты мне расскажешь про Италию. А вот сейчас, как же так получилось, что мы, как в сказке, столько лет, как заколдованные, терпели этот винный беспредел, пока господин Онищенко не сказал, «а король-то голый» (с этим самым вином).

И. МАЛЬЦЕВ – А мы не терпели. Мы, например, не пили, потому что пить это нельзя априори. Просто есть некий… Понимаешь, русский выпиватель очень завязан на литературное мышление, и есть некий миф о том, что есть грузинское вино, есть даже прекрасное грузинское вино. Это на самом деле полное фуфло, потому что вино – это продукт агрикультурной деятельности. Если агрикультурная деятельность сначала 70 лет велась руками советских агрономов и превращалась в полное дерьмо, оно ниоткуда не возьмется. Ухода за землей нет, ухода за лозой нормального нет. Новых сортов лозы свежей не пересажено, не культивируется. Новых производственных мощностей нет, потому что… Ты думаешь, что сейчас, давят ногами виноград, а потом его бодяжат, и получается вино, да? Нет, ничего подобного. Это химический такой комплекс, который стоит от 2-х миллионов евро.

Э. НИКОЛАЕВА – Кинут туда виноград, и там уже все происходит.

И. МАЛЬЦЕВ – Понимаешь, пневматические давилки с разной плотностью давления с разной интенсивностью, емкости для лалоктической ферментации со статическим температурным режимом – это 2 миллиона евро. Если их нет, ну и сидите со своим домашним вином и называйте его домашним.

Э. НИКОЛАЕВА – В Европе, насколько я знаю, нарушителю винной конвенции лучше не родиться. Если он начнет мухлевать с виноматериалом, как пишут в Италии на бутылках: «гарантия и контралата».

И. МАЛЬЦЕВ – Нет, «garantito». Это называется «dinamicino origine garantito controllare». Это на самом деле не более, чем AOK по-французски, то есть «appellation originaire contrôler». Это всего на всего описание определенных свойств той земли, где это сделано, это не имеет отношения. Это имеет отношение к качеству. Но скорее всего это описательный классификационный момент. Что такое мухлевать? Не получается мухлевать. «Эоха» испанская поставляет огромное количество виноматериалов по 2 евро за тонну, из него можно сделать, кстати, очень много грузинского вина. Есть определенные русские марки – под видом грузинского торгуют из испанских виноматериалов. Они качественные, дешевые, и все считают, какое неплохое было грузинское вино. Еще один момент.

Э. НИКОЛАЕВА – Ничего себе! Как обширен и разнообразен этот мир! Как это даже назвать – мафиозный мир виноделия.

И. МАЛЬЦЕВ – Да нет, бизнес он и есть бизнес. Кстати, немецкие законы не запрещают так делать, поэтому ради бога.

Э. НИКОЛАЕВА – Слушай, Игорь, а вообще на самом деле это мафия? А стоит ли обвинять мафию, когда мы сами такие лохи, мы не разбираемся ни в чем, но нет и информации никакой.

И. МАЛЬЦЕВ – Да есть полно информации. Посмотрите, сколько всяких журналов. «Виномания» на каждом углу лежит. «Энотека», наверное, еще выходит. «Магнум». Куча журналов выходит маленьких, но упорных. И все они несут. И мы тоже все время пишем каждую неделю.

Э. НИКОЛАЕВА – А помимо вина сколько контрафакта еще продают: другие продукты от водки до мин. воды и хлеба. И кстати, обратим внимание, господа депутаты молчат! Почему они не принимают драконовских законов против изготовителей левака? Они что, в доле?

И. МАЛЬЦЕВ – А что такое «левый хлеб»?

Э. НИКОЛАЕВА – На который сядешь, а он не поднимается. Как раньше каравай.

И. МАЛЬЦЕВ – А. ты прекрасно знаешь, что вообще-то весь бизнес по выпечке хлеба – ровно такой же мафиозный бизнес, как изготовление сухих смесей в строительстве. Это самый доходный и самый… это лучше, чем торговать наркотиками, на самом деле. Поэтому там всегда правильные люди стоят.

Э. НИКОЛАЕВА – Да ты что! Ты мне просто глаза открываешь. Думаю, хлебушек-то уж наш, русский хлебушек.

И. МАЛЬЦЕВ – Нет.

Э. НИКОЛАЕВА – Наш батончик. А там за этим батончиком миллионы долларов!

И. МАЛЬЦЕВ – Нет, ну ты представляешь, пыль мучная и вода, и деньги. А на выходе деньги.

Э. НИКОЛАЕВА – И «Мерседесы», и нефтяные скважины покупаются. Да! Ну что же, Игорь, пойдем пока покурим наших отечественных контрафактных сигарет. Тьфу, до чего мы докатились! А наши слушатели послушают подлинные и достоверные новости и рекламу на радио «Эхо Москвы». Встретимся через несколько минут.

НОВОСТИ

Э. НИКОЛАЕВА – Итак, в студии нашей программы Игорь Мальцев – журналист, фотограф, продюсер, знаток всего: музыки, вина и прочих радостей жизни. Итак, Игорь, про Италию. Ну-ка расскажи мне, как ты съездил в Италию на виноградники (у тебя сейчас была поездка).

И. МАЛЬЦЕВ – Я очень люблю ездить на виноградники, потому что, во-первых, виноделы – люди, которые живут в прекрасных местах, занимаются прекрасным делом и все время пьяные и вообще самые лучшие люди на свете. Во-первых, они абсолютно позитивные, они абсолютно веселые всегда. Мне просто своего внутреннего веселья не хватает. Мне всегда очень интересно на этих людей смотреть и как-то оздоровляться.

Э. НИКОЛАЕВА – Заводят они.

И. МАЛЬЦЕВ – Да. И к тому же, понимаешь, всегда хорошие винодельни расположены в прекрасных местах, например, в регионе Вальполичелло. Я сейчас был у Олигрини, у такого производителя Олигрини. Стоит там вилла XY-го века – вилла Джиона, они там же и делают вино, в смысле, растят виноград. Все остальное сдают под аккомодацию. Можно там пожить – ради бога, кстати, не очень дорого там – евро 200 за ночь, 300. 300 евро за ночь на двоих. Супер! Вилла – тебе дадут два этажа – ради бога живи. Выходишь и сразу на виноградник.

Э. НИКОЛАЕВА – Там можно целую компашку туда за 300 евро.

И. МАЛЬЦЕВ – Ты знаешь, да ради бога, койка-то все равно одна. Но зато там еще полвиллы свободно, там 15 – 20 номеров. Пожалуйста, снимайте хоть всем банком своим. Потом я съездил на  Сардинию, посмотрел. И конечно меня убивают цены. Итальянские цена на вина, когда я вижу, у меня просто рука хватается за пистолет, как у известного персонажа, потому что, во-первых, хочется все сразу купить. Когда я вижу бутылку «Санджавезы» за 1 евро 50 центов.

Э. НИКОЛАЕВА – Бывает такое? На Сардинии?

И. МАЛЬЦЕВ – Да везде бывает.

Э. НИКОЛАЕВА – Потому что там безумные цены. Говорят, что Сардиния – это самый дорогой остров.

И. МАЛЬЦЕВ – А ты не езди в Порто Черво и не тусуйся с Рустамом, а занимайся делом. Выйди в поле. И  на любой заправке ты увидишь вино за 2 евро.

Э. НИКОЛАЕВА – Хорошее? То самое? Которое за 100 – за 200?

И. МАЛЬЦЕВ – Ну не за 100 – за 200, но за 30 точно совершенно. А в ресторане и за 60.

Э. НИКОЛАЕВА – Слушай, Игорь, с тобой надо проконсультироваться о том, как красиво и недорого отдохнуть в Италии, во Франции. А то мы едим все по каким-то не тем. Попить хороших вин. Ты пофотографировал?

И. МАЛЬЦЕВ – Да.

Э. НИКОЛАЕВА – А вот скажи, ты ездишь, как-то эти все виноделы, они оплачивают что ли «Коммерсанту» эти поездки, и после этого появляются эти публикации? Или просто это все реклама такая, в которой они не нуждаются, да?

И. МАЛЬЦЕВ – Все гораздо сложнее. У них есть свои программы взаимоотношений с журналистами. Рекламы-то им особой не нужно, им нужно, чтобы их знали. Причем их нужно, чтобы их знали люди, которые занимаются вином или пишут про это, или просто пьют. Да им все равно, кто к ним приедет.

Э. НИКОЛАЕВА – То есть они там не надеются, что именно приезжает известный журналист Игорь Мальцев из известной газеты?

И. МАЛЬЦЕВ – Да по фигу им. Они поздоровались, поговорили. Если есть хозяин, если ему интересно показать, чем он гордится, то ради бога, он покажет. Я езжу, как-то стараюсь за свои ездить.

Э. НИКОЛАЕВА – Правда что ли?

И. МАЛЬЦЕВ – Естественно.

Э. НИКОЛАЕВА – То есть это твоя личная инициатива?

И. МАЛЬЦЕВ – Ну отдыхать-то надо.

Э. НИКОЛАЕВА – А, как отдых ты совмещаешь с познанием мира? С рубрикой «Проверено на себе». Ты говоришь, постоянно пьяные. А как у них с циррозом печени?

И. МАЛЬЦЕВ – Цирроз печени, он же не от алкоголя.

Э. НИКОЛАЕВА – А от чего?

И. МАЛЬЦЕВ – Как выяснилось недавно.

Э. НИКОЛАЕВА – Да ты что! Можно пить, получается! Бутылками?

И. МАЛЬЦЕВ – Можно пить. Бутылками. Чем угодно пей, ради бога.

Э. НИКОЛАЕВА – А от чего же?

И. МАЛЬЦЕВ – От нервов. От экологи. Давеча рассказали нам.

Э. НИКОЛАЕВА – Кто рассказал-то?

И. МАЛЬЦЕВ – Ну, как всегда – какой-нибудь американский технологический университет.

Э. НИКОЛАЕВА – Ну ты веришь в это?

И. МАЛЬЦЕВ – Да, конечно. Я не видел ни одного винодела с циррозом печени.

Э. НИКОЛАЕВА – И все они прекрасны, бодры, веселы.

И. МАЛЬЦЕВ – Молоды. Посмотри на Анджело Гая, которому уже под семидесятник, он каждый день ездит то в Аргентину, то в Россию, по 9 часов в самолете, чтобы про свои вина рассказывать и т.д. Великий винодел. 70 лет. Мужичок – огурчик.

Э. НИКОЛАЕВА – Что-то мне последнее время красные вина, даже хорошие… Рублей за 500 – 600 прилично покупать, или это дешевка?

И. МАЛЬЦЕВ – Это минимум, с чего здесь надо начинать.

Э. НИКОЛАЕВА – Ну что, тысяча рублей?

И. МАЛЬЦЕВ – Ну да.

Э. НИКОЛАЕВА – Ну какие ты рекомендуешь у нас вина пить? Где ты вина покупаешь, с собой что ли возишь?

И. МАЛЬЦЕВ – Нет. Давай я тебе расскажу одну ужасную тайну. Вина в России на русском рынке делятся, как минимум, на две большие категории: те вина, которые идут в магазины и супермаркеты, и те вина, которые идут в рестораны. Это как правило глубоко непересекающиеся между собой…

Э. НИКОЛАЕВА – Две большие разницы.

И. МАЛЬЦЕВ – Нет, разницы там очень мало. Дело в том, что цена на вино – она же договорная. Нет такого понятия «цена на вино». Оно же выдуманное абсолютно. То есть ты пробуешь, тебе говорят, это стоит 60 евро. Ты говоришь, не фига, это стоит 2 рубля, идите на фиг. Все договора не произошло. Тебе дают хорошее вино, которое они точно знают, что стоит 2 рубля, говорят, это 60 евро. Ты пробуешь – да, 50. Они говорят, хорошо 50. все.

Э. НИКОЛАЕВА – Так происходит закупка?

И. МАЛЬЦЕВ – Нет, так происходит продажа. То есть когда тебе приносят в ресторане вино за 60 евро, которое стоит точно в закупке 5 евро, твое право согласиться или не согласиться. Это только твой внутренний мир тебе подсказывает: тебе нравится это, не нравится, ты считаешь, оно может столько стоить или не считаешь. Потому что например я точно знаю, что одно мое любимое сардинское вино…

Э. НИКОЛАЕВА – Ну это нужно обладать твоим вкусом, чтобы базар вести.

И. МАЛЬЦЕВ – Нет, это, знаешь, как с хорошим. После хорошего плохого уже не попробуешь. Все, один раз просто попробовал хорошее, дальше ты спускаться не будешь. Это как в сексе, да?

Э. НИКОЛАЕВА – Это отдельно поговорим. После программы.

И. МАЛЬЦЕВ – Нет, шаг вниз – это шаг вниз, ты его ощущаешь. Приехал вроде в Мюнхен – хорошо, нормально. Потом вернулся обратно в Череповец – ух, чего-то не хватает. Ну вот то же самое. И при этом они стоят примерно одинаково: и те, которые продаются в супермаркете, и те, которые продаются в ресторанах.

Э. НИКОЛАЕВА – Ну а по какому принципу?

И. МАЛЬЦЕВ – В результате по качеству. В принципе потому что в супермаркете – это отстой полный.

Э. НИКОЛАЕВА – То есть ты вообще не покупаешь, просто принципиально?

И. МАЛЬЦЕВ – Нет. Я просто знаю, что там несколько. Я так вижу несколько нормальных брэндов. Обязательно конечно у них всегда стоят хорошие «гранкрюшные» какие-нибудь вина французские. «Дон Ротшильд», все эти 1855-го уложения, классификации. Они стоят по тысяче евро.

Э. НИКОЛАЕВА – Мальцев, веди себя прилично, в конце концов! Ты находишься на радиостанции «Эхо Москвы». Какие тысяча евро?

И. МАЛЬЦЕВ – Ну вот они стоят. Ну и вот стоят в шкафчике.

Э. НИКОЛАЕВА – Давай, чего покупать, чего пить-то?

И. МАЛЬЦЕВ – А надо на склады идти.

Э. НИКОЛАЕВА – Давай, колись, где склады!

И. МАЛЬЦЕВ – Надо у оптовиком покупать.

Э. НИКОЛАЕВА – Те, которые не поставляют в супермаркеты?

И. МАЛЬЦЕВ – Которые не поставляют в супермаркеты, а которые поставляют конкретно в рестораны.

Э. НИКОЛАЕВА – Возвращаемся в старое доброе советское время – все как раньше из-под полы, по звонку, по блату?

И. МАЛЬЦЕВ – Нет, почему из-под полы? Взял, в Интернете набрал, кто, чем. Вернее, взял, бутылка понравилась, обернул, кто поставщик смотришь. Там даже телефоны есть. Звонишь и говоришь, хочу у вас купить. Они говорят, ну покупайте 20 тысяч бутылок.

Э. НИКОЛАЕВА – Значит надо быть Игорем Мальцевым, чтобы покупать хорошее вино не в супермаркетах, но и не везти вагонами из-за границы?

И. МАЛЬЦЕВ – Не надо ничего возить из-за границы, это ужасно. Звони мне.

Э. НИКОЛАЕВА – Ну ладно. Я тебе позвонила, пригласила. Ты мне какой-то журнал принес, кстати. Что это за журнал?

И. МАЛЬЦЕВ – Это «Автопило». Это мы делаем с Николаем В. Фоменко.

Э. НИКОЛАЕВА – Это твой журнал, который ты делаешь? Главный редактор.

И. МАЛЬЦЕВ – Я вообще исполнительный редактор. А главный редактор Николай В. Фоменко.

Э. НИКОЛАЕВА – Кстати, звали мы его на «Эхо Москвы».

И. МАЛЬЦЕВ – Ты знаешь, он очень занятый человек. Я вообще считаю, что он гений конечно, человек, который с позорной профессии актера стал мужчиной настоящим, спортсменом, продюсером, человеком, который зарабатывает деньги, а не который торгует лицом. Я его дико уважаю. Пока я с ним не познакомился, мне было немножко странно. Вот мы два года уже с ним делаем журнал…

Э. НИКОЛАЕВА – Года уже журналу?!

И. МАЛЬЦЕВ – Два года мы делаем журнал.

Э. НИКОЛАЕВА – Ну ладно, мы столько дифирамбов пропели ему в эфире радиостанции «Эхо Москвы». Я думаю, все-таки Коля снизойдет.

И. МАЛЬЦЕВ – Колян!

Э. НИКОЛАЕВА – Колян! Приходи к нам на программу «Какого черта». Мы тебя ждем! Игорь, давай закончим винную тему. Скажи мне, пожалуйста, меня это просто беспокоит, как всех практически советских людей Гондурас. В ресторане, когда к тебе с дурацким совершенно лицом (твоему спутнику или тебе) наливают попробовать немножко вина, открывая при этом при тебе бутылку, говорят, ну как. То есть попробовали, понравилось? А если не понравилось, то что?

И. МАЛЬЦЕВ – На самом деле ты конечно идешь уже с определенным пониманием того, что ты хочешь сегодня выпить.

Э. НИКОЛАЕВА – Никуда тебе не деться, да?

И. МАЛЬЦЕВ – Ты открываешь винную карту. Обычно винная карта в ресторанах составляется как раз сомелье, человеком, который называет себя сомелье, и как правило, он получает взятку от того, кто это вино поставляет.

Э. НИКОЛАЕВА – На зарплате он дополнительной.

И. МАЛЬЦЕВ – На откате он. Как по-английски говорится, «kick back». Поэтому его задача – тебе впарить как можно более дешевое вино по большой цене. С другой стороны, ты прекрасно знаешь, что ты любишь, ты хочешь. Он начинает тебе «парить мозг». Не обращай внимания. Если, с другой стороны, ты приходишь и говоришь, так, сегодня жарко, хочу сегодня холодного «Пино Гриджо». «Пино Гриджо» — это определенный сорт вина.

Э. НИКОЛАЕВА – Винограда?

И. МАЛЬЦЕВ – Да. Ну он же «Пино Гриль» и т.д. Белое итальянское северное вино «Пино Гриджо». Он говорит, у нас есть такое-то, такое-то. Ты говоришь, нет, я не хочу от этого поставщика, а вот от Питера у вас нет. Он говорит, нет, Питер уже не возит. Ну хорошо. Тогда ты говоришь, ну несите, что есть. Он приносит, что есть.

Э. НИКОЛАЕВА – Вот так оно чаще всего и бывает после того, как ты продемонстрировал свои познания тонкие.

И. МАЛЬЦЕВ – Он наливает, и ты тут понимаешь, что вообще-то «люлька была с трещинкой», как говорил О. Генри, и туда проникла пара молекул кислорода, и вообще вино скисло. Тогда ты говоришь, до свидания.

Э. НИКОЛАЕВА – А денег платишь за это?

И. МАЛЬЦЕВ – Нет, конечно. Ты что! Это твое личное право. Ты считаешь, оно пахнет пробкой. Или ты считаешь, что оно скисло, или оно разгерметизировалось.

Э. НИКОЛАЕВА – То есть они открывают бутылочку и все, и кранты бутылочке? Денежку они с нее не получили?

И. МАЛЬЦЕВ – Не получают. Но они ее возвращают поставщику. А поставщик уже – там сидят три монстра, типа Толи, Саши, и они говорят, мы не принимаем ваши претензии, нормальное вино. Но это уже их разговоры. Ты покупатель, ты имеешь полное право отказаться. А зачем иначе тебе наливают и пробовать дают? Нет, скажи, не нравится.

Э. НИКОЛАЕВА – До мордобоя дело не доходило никогда?

И. МАЛЬЦЕВ – Ты понимаешь, я в Арабских Эмиратах, там любое долларовое вино стоит уже 500 долларов. И мне человек принес, и я вот чувствуют отчетливый запах аммиака. Я говорю, нет, не пойдет. Он говорит, нет, оно хорошее. Потому что он-то понимает, что он попадает на пятихатник сразу. Я говорю, нет. Вот видите, скорее всего, здесь попал кислород. И вот мы с ним препирались, но он поменял, «с перекошенным лицом графиня бежала к пруду», но он с пруда принес новую бутылочку.

Э. НИКОЛАЕВА – Ну что же, Игорь Мальцев – журналист, фотограф, продюсер, знаток музыки, вина и прочих радостей жизни. Игорь, Начнем про музыку. Ты по-прежнему дружишь с держателями «Горбушки»?

И. МАЛЬЦЕВ – Ну как-то «держателями»? Я дружу с хозяевам «Горбушки».

Э. НИКОЛАЕВА – Они все те же самые и остались?

И. МАЛЬЦЕВ – Абсолютно. Только музыки там нет.

Э. НИКОЛАЕВА – Вот я и хочу сказать.

И. МАЛЬЦЕВ – А не хочется связываться просто с этим.

Э. НИКОЛАЕВА – Вот и к чему, по-твоему, пришла «Горбушка» в своем музыкальном развитии?

И. МАЛЬЦЕВ – Она разделилась на две. Там, где торгуют контрафактом, и там, где не торгуют. Мы дружим с тем, который не торгует.

Э. НИКОЛАЕВА – А друзья и хозяева – те, которые и не торговали? Торговали же раньше.

И. МАЛЬЦЕВ – Раньше была одна компания. А сейчас вот разные.

Э. НИКОЛАЕВА – Старые любители походов на «Горушку» недовольны. Раньше там был как клуб, разнообразие, можно было найти неожиданные вещи, а теперь все нивелировалось. Я вот тут «Мертвеца» с Джонни Деппом не могла купить. Куда уж дальше?!

И. МАЛЬЦЕВ – Да ладно?

Э. НИКОЛАЕВА – Да!

И. МАЛЬЦЕВ – Какого черта?

Э. НИКОЛАЕВА – Какого черта? Пришла на «Горбушку». Я люблю этот фильм. Но нету. Не нашла.

И. МАЛЬЦЕВ – Не может быть такого. Ты не там смотрела.

Э. НИКОЛАЕВА – Вот тебе крест на пузе.

И. МАЛЬЦЕВ – Так ты, наверное, смотрела на этой «Горбушке». Надо было на той смотреть.

Э. НИКОЛАЕВА – На старой?

И. МАЛЬЦЕВ – Нет, которая внутри.

Э. НИКОЛАЕВА – А, внутри. Там вообще все поменяли, перенесли. Ну ладно, то есть ты утверждаешь, что я не туда попала.

И. МАЛЬЦЕВ – За пиратской – это в другое место.

Э. НИКОЛАЕВА – Ладно, но ты-то зачем поехал в Шотландию? Какой такой фестиваль ты хочешь устроить?

И. МАЛЬЦЕВ – А мы же с Николаем В. Фоменко целый год возили английские лондонские молодые группы гитарные рок-н-ролльные – по 18 – 19 лет пацанам. И к нам постепенно затесались шотландские группы, а с ними подсосалось и шотландское правительство, которое сказало, что хочет сделать такой же аналогичный фестиваль рок-н-ролльной музыки новой, как они делают в городе Абердин, который называется «Go North!» («На север»). А у нас это будет называться «Go Moscow!» («В Москву»). Так вот, мы решили в октябре сделать такой фестиваль, привести 6 – 7 шотландских групп и целый день устроить шотландской новой музыки.

Э. НИКОЛАЕВА – В сентябре?

И. МАЛЬЦЕВ – В октябре. Дело в том, что будет видимо, музыкальная ярмарка в «Сокольниках». И в рамках ее сделать.

Э. НИКОЛАЕВА – Что ты ждешь от этого фестиваля? Хочешь стать международным шоу-мафизози?

И. МАЛЬЦЕВ – Нет. Попить пивка целый день. Послушать музыку. Понимаешь, они же интересные, они же молодые совсем. И конечно, это люди…

Э. НИКОЛАЕВА – Оторванные.

И. МАЛЬЦЕВ – Ты знаешь, они не оторванные, наоборот они очень сосредоточенные, очень образованные молодые мальчишки, для которых понимание «Фабрики звезд»: ты можешь не делать ничего, не уметь ничего, не уметь петь, играть, а показать свою задницу по телевидению, и ты будешь звездой – для них это исключено. Для них наоборот – ты должен работать, ты должен придумывать, ты должен пахать, как папа Карла, на халяву играть по пабам и т.д., и за это тебе ничего не будет. Ты можешь так и быть никем.

Э. НИКОЛАЕВА – Ни «Мерседесов» тебе не обломиться, ни квартирок в пентхаусах.

И. МАЛЬЦЕВ – И группа через два года развалится, но за то вы перед собой честны и как-то себя пытались проявить. Вот это такое отношение.

Э. НИКОЛАЕВА – Вот я и хотела твое отношение. А может, ты как-то уже поменялся. Что у нас будет в стране через 5 лет? По-прежнему «Фабрика звезд»?

И. МАЛЬЦЕВ – Конечно. Я  думаю, три «Фабрики звезд», пять «Фабрик звезд».

Э. НИКОЛАЕВА – Мне кажется, мы убили в начале 90-х наших «Биттлз», грубо говоря, то оригинальное, что у нас было  — «Мираж», «Ласковый май».

(Смеются)

Э. НИКОЛАЕВА – Такой сиротский стиль. Гениальный примитивизм. «Белые розы»!

И. МАЛЬЦЕВ – Нет.

Э. НИКОЛАЕВА – Не надо нам такого?

И. МАЛЬЦЕВ – Ты понимаешь, есть же совершенно два гениальных примера того, как государство убило рок-н-ролл. В России государство убило рок-н-ролл в 60-е годы и во Франции. Вот с тех пор ни во Франции, ни в России нет ни одного нормального исполнителя. Потому что французское правительство проводило совершенно четкую позицию по недопущению рок-н-ролла в страну.

Э. НИКОЛАЕВА – Потому что деструктивная культура.

И. МАЛЬЦЕВ – Во-первых, она английская.

Э. НИКОЛАЕВА – И этим все сказано.

И. МАЛЬЦЕВ – Ты же помнишь, что когда «Биттлз» выступали в «Олимпии», с ними выступала в программе одной Сельви Вартан. Так вот, Сельви Вартан считалась офигенно крутой, а «Биттлз» освистали. А результат – теперь мы слушаем Милен Фармер чудовищную какую-нибудь.

Э. НИКОЛАЕВА – Да, дикая совершенно!

И. МАЛЬЦЕВ – Вот, и в России то же самое. Когда ты считаешь, что ребенок с гитарой для тебя – враг и враг системы, то рано или поздно ты получишь «Фабрику звезд» и вот этих обколотых татуированных псевдо арэнбишников, которые ездят на «Феррари» и торгуют наркотиками. Вот получили. Что хотели, то получили.

Э. НИКОЛАЕВА – На Западе-то по большому счету тоже кризис. Как уперлись в этот брит-поп, так и до сих пор ни «Radiohead» тебе, ни «Nirvana» — что у нас больше не будет?

И. МАЛЬЦЕВ – Спокойно! Там столько всего! Ты что! Я вот специально езжу, чтобы смотреть новые команды, которые можно сюда притащить хотя бы для клубов. В Лондоне 10 – 15 клубов, в которых играют такую музыку. Каждый день работает 5 – 6 групп. Посчитай на неделю. Теперь умножь на семь. А теперь еще умножь на четыре.

Э. НИКОЛАЕВА – Почему до нас не доходит? Где оно все? На дисках?

И. МАЛЬЦЕВ – А зачем?

Э. НИКОЛАЕВА – Слушать, балдеть, слезы лить, в нирвану уноситься.

И. МАЛЬЦЕВ – Не хочется никого обижать, но ты видела вообще русское «MTV», нет?

Э. НИКОЛАЕВА – Русское «MTV» видела.

И. МАЛЬЦЕВ – Да? А что они там показывают? Там нет ни одной новой группы.

Э. НИКОЛАЕВА – Почему крутят одно и то же на этом «MTV», кстати?

И. МАЛЬЦЕВ – Не знаю. Это какого черта. Это совершенно не понятно.

Э. НИКОЛАЕВА – Мало того, что постоянно меняется политика канала, там вообще не понятно, чего показывают просто! Нет ни новинок…

И. МАЛЬЦЕВ – Это такое руководство, видимо. То ли там американское руководство считает, что здесь колония, можно всякое фуфло давать, третий мир. То ли там русские рулят. Потому что я вот сейчас на том же абердинском фестивале послушал ребят, я говорю, ребята, а вы-то чего слушаете они говорят, как чего – «The cooks». Я говорю «Cooks»? А что это такое? Пошел в магазин, купил. Вообще меня унесло. Там 18-летние пацаны из Брайтона играют так, что мама дорогая. «Cooks», «Snow Patrol», «Arctic Monkeys», которые вообще из школы встали в первый номер хит-парада сразу со своим альбомом, который они раскручивали только в Интернете. В России вообще тишина. Нет, «Arctic Monkeys» я нашел в пурпурном легионе, Кстати. А например «Cooks» не нашел нигде. «Snow Patrol» тоже нашел. Огромное количество всякой новой музыки. На Западе же музыки много для любых идиотов.

Э. НИКОЛАЕВА – Но ведь ирландскую хорошую музыку мне привез сын – какой-то «Agro…» чего-то там? Агрокультура там какая-то.

И. МАЛЬЦЕВ – Не знаю. Там же и для идиотов, которым тымц-тымц-тымц, полно, там вот это диджейство всякое – полно, гитарная – сейчас вообще музыка на взлете. И я думаю. Что то, что ты называешь брит-попом, а я бы назвал английским гитарным саундом, это единственное, что можно слушать. Иначе ты будешь слушать Мадонну и Бритни Спирс.

Э. НИКОЛАЕВА – Откуда ты черпаешь информацию про музыкальные новинки и тенденции?

И. МАЛЬЦЕВ – В клубы хожу. В клуб «Bull in  the gate» в «Metro», «100», «Double in castle».

Э. НИКОЛАЕВА – Это где у нас находится?

И. МАЛЬЦЕВ – В Лондоне.

Э. НИКОЛАЕВА – Где такие у нас находятся в Москве?

И. МАЛЬЦЕВ – С другой стороны, Интернет у всех. Ради бога, слушай, чего хочешь.

Э. НИКОЛАЕВА – Игорь, наш футбол уже тренируют голландцы, а вот нужно нанять на телевидении музыкальных редакторов из Великобритании? Ты как считаешь?

И. МАЛЬЦЕВ – Ты знаешь, нет. Ты видела, чем закончилась тренировка Йорана Эрикссона несчастной английской команды. Я вообще в футболе ничего не понимаю, но когда я открыл газету «News of the World», там написано, что Йоран Эрикссон – человек, который (в буквальном смысле слова) просрал наше великое футбольное поколение, то есть убил, да еще за 25 миллионов фунтов. Ты этого хочешь?

Э. НИКОЛАЕВА – Понятно. Рубрика «Культура-мультура» пролетела у нас совершенно с какой-то дикой скоростью. Я хотела кстати развить тему футбола и как словак немцам подсуживал в матче с Аргентиной. Ну ты, я смотрю, не футбольный болельщик?

И. МАЛЬЦЕВ – Вообще-то я болел за Германию, потому что я сидел в пивном «бир-гардене» в Мюнхене.

Э. НИКОЛАЕВА – Слушай, Мальцев, ты болел за Германию. Он же дико подсуживал просто. И ни один наш комментатор не сказал про это дичайшее судейство ни на одном из наших: ни первый, ни второй канал – словом не обмолвились об этом безобразии! Вот что значит прикол в этом состоит. Наше государственное телевидение из-за чего, как ты думаешь? Потому что мы дружим с Германией что ли, я не поняла? Он просто дико засуживал этих несчастных аргентинцев.

И. МАЛЬЦЕВ – А я правил не знаю.

Э. НИКОЛАЕВА – Нет, он просто не обращал внимания. Это называется просто человек застлало ему глаза как будто.

И. МАЛЬЦЕВ – Значит видишь, карма-то она…

Э. НИКОЛАЕВА – Да, бог шельму метит, это называется. Я не могу прямо успокоиться. И так, далее о приятном вернемся к теме отдыха. Смотри, есть секс-туризм. О сексе-то мы с тобой не поговорили. Про парнушку-то хотели. А ведь об этом неприлично разговаривать.

И. МАЛЬЦЕВ – Почему неприлично?

Э. НИКОЛАЕВА – Про парнуху. В приличных домах…

И. МАЛЬЦЕВ – Порнография – это та же часть культуры.

Э. НИКОЛАЕВА – Журналы, наверное, не выкладывают в приличных домах порнографические.

И. МАЛЬЦЕВ – Да порнографические журналы уже умерли. Интернет убил порнографические журналы. Они не продаются особо.

Э. НИКОЛАЕВА – Чего печатать то, что можно посмотреть.

И. МАЛЬЦЕВ – Зачем печатать 25 фотографий, если можно посмотреть миллион за те же деньги.

Э. НИКОЛАЕВА – А есть винный или музыкальный туризм?

И. МАЛЬЦЕВ – Конечно. Винный туризм, например в Италии называется «агритуризм». Целые есть каталоги агритуристических мероприятий. Это виллы, это винные виллы, это хозяйства, где за 30 евро вас поселят и вообще супер.

Э. НИКОЛАЕВА – Напоят.

И. МАЛЬЦЕВ – Да, ради бога, будут только довольны, потому что очень многие регионы Италии настолько бедны, что там 5 евро – это достаточно серьезные деньги.

Э. НИКОЛАЕВА – А ты можешь эти регионы мне назвать. Перечислить весь список.

И. МАЛЬЦЕВ – Калабрия, Кампания, весь Юг. Я думаю, что такие места, как Умбрия, например. В Тоскане вы уже не найдете за 30 евро ничего, а скажем, я думаю, что в Умбрии – легко.

Э. НИКОЛАЕВА – Ты не знаешь, почему наши фирмы не работают с этими регионами?

И. МАЛЬЦЕВ – А потому что тур-фирмам нужен вал и оборот. Опять, есть волшебный Интернет. Набираешь: «агритуризм». Хочу жить в вилле.

Э. НИКОЛАЕВА – С утра до вечера пить вино.

И. МАЛЬЦЕВ – Тебе показывают все виллы, которые есть. Ты туда звонишь или пишешь им e-mail и говоришь, хочу с такого-то по такое-то. Они говорят, за неделю тысяча евро. Ну и приезжаешь, и живи там всей огромной семьей, с сыном и с девушкой сына.

Э. НИКОЛАЕВА – Меня всегда интересовало. Ты про парнуху про эту любишь писать, не называя ее эротикой. В о чем там собственно писать: какой длины у кого чего? Какие параметры описания? Эстетика в чем заключается журналистики этой?

И. МАЛЬЦЕВ – Там же драматургия не в этом. Там же драматургия во внутренних тенденциях рынка.

Э. НИКОЛАЕВА – А-а-а!

И. МАЛЬЦЕВ – В прорывах режиссеров. Майком – чем тебе не прорыв?

Э. НИКОЛАЕВА – Так посмотрел на меня, подняв одну бровь.

И. МАЛЬЦЕВ – Рокаси Фреди в качестве режиссера чем тебе не прорыв?

Э. НИКОЛАЕВА – И задал вопрос истинного знатока. Ну что же, на этой звездной ноте… Кстати, ты знаешь, где отдыхают наши «звезды»?

И. МАЛЬЦЕВ – Ты знаешь, если бы я знал, я бы туда точно не поехал.

Э. НИКОЛАЕВА – Ну что же, на этой звездной ноте будем закругляться. Я хочу пожелать тебе, Игорь, самого забойного фестиваля. Как он, кстати, называется? Еще раз?

И. МАЛЬЦЕВ – «Go Moscow!»

Э. НИКОЛАЕВА – А, «В Москву».Чем бы большие мальчики ни тешились, лишь бы много вина не пили!

И. МАЛЬЦЕВ – Много будем, много.

Э. НИКОЛАЕВА – Спасибо, Игорь. «Какого черта». Всем пока! В эфире были я, Элина Николаева, и…

Э. НИКОЛАЕВА – Я, Игорь Мальцев. Спасибо тебе.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире