14 августа 2004
Z Какого черта Все выпуски

Лолита Милявская


Время выхода в эфир: 14 августа 2004, 13:15

14 августа 2004 года.
В эфире радиостанции 'Эхо Москвы' Лолита Милявская — певица. Программа 'Какого черта?'
Эфир ведет: Элина Николаева.

Э.НИКОЛАЕВА: По меткому выражению Маши Распутиной, есть артистки, которых народ любит, и все. Вот так народ и любит Лолиту. Но это еще не все.
МУЖСКОЙ ГОЛОС: Ну-ка, ну-ка.
Э.НИКОЛАЕВА: Несмотря на удачное замужество и богатого мужа, Лолита не бросила шоу-карьеру, а продолжает гастролировать. А она у нас в гостях. Здравствуйте, Лолочка.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Здравствуйте. Ну, я, наверное, сразу оговорюсь. Вот есть артистки, которых, наверное, народ безукоризненно и безоговорочно любит, а есть, значит, которых не любит. Я отношусь к тем, кого либо очень любит, либо активно просто терпеть не может. Поэтому я такая — незолотая середина.
МУЖСКОЙ ГОЛОС: Замечательно.
Э.НИКОЛАЕВА: Понятно. То есть есть, которые просто ненавидят Лолиту, говорят: 'Ох, эта Лолита'.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Есть, есть. Терпеть не могут. Кстати, после замужества очень сильно меня перестала любить милиция, ГАИ.
Э.НИКОЛАЕВА: Это что это такое? Почему?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Раньше денег не брали за нарушение… А после того, как…
Э.НИКОЛАЕВА: При муже же, богатая.
Л.МИЛЯВСКАЯ: ...появилась статья под надписью, что свадьба моя обошлась в миллион.
МУЖСКОЙ ГОЛОС: Опа!
Л.МИЛЯВСКАЯ: ...а дальше статьи разрастались в прогрессии — 1,5 миллиона, в общем, пока выше этой цифры никто из журналистов не рискнул… плюнуть, но тем не менее, милиция отреагировала первым. Если раньше нарушил, поехал по встречной, когда из аэропорта в аэропорт, говорят: 'Ну, что же, Лолита Марковна? Ну, проезжайте, ладно', — и палочкой так еще вслед. А сейчас говорят: 'Нет, вы знаете, это большое нарушение. Давайте либо права, либо… Что же это вы? Наша семья кушать хочет…
МУЖСКОЙ ГОЛОС: Правильно.
Л.МИЛЯВСКАЯ: ...не только ваша. Поэтому все, приходится платить.
Э.НИКОЛАЕВА: Вот так. Значит, даже у замужества, успешного брака есть свои отрицательные стороны.
МУЖСКОЙ ГОЛОС: А ты думала, тебе тут че?
Э.НИКОЛАЕВА: Лолочка, скажи, ну, зачем тебе это нужно? Неужели не надоело скакать по российским грязям? Какого черта тебе это надо, в конце концов?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Честно, ты первая женщина, которая мне задала именно этот вопрос. Обычно все спрашивают: 'Зачем тебе это надо было — замуж выходить?' Все обычно другой вопрос задают. 'Ты свободная женщина, хорошо зарабатывающая — и зачем тебе нужно это вот… там… носки, разбросанные по квартире и завтрак с утра?' Ну, к счастью, у меня этого нет, потому что муж все время на Волкове. И, к моему счастью, у меня нет завтраков с утра.
Э.НИКОЛАЕВА: Где-где у тебя муж?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Волков — это диета такая. Это большое облегчение для супружеской жизни.
Э.НИКОЛАЕВА: А-а, на Волкове. Но ты знаешь, говорят, что это очень большая лажа — этот Волков?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Не знаю, он худеет, ему нравится, а я ничего не готовлю. Мне тоже нравится. Стакан выжатого апельсинового сока.
Э.НИКОЛАЕВА: Вот так и будет это называться — на Волкове.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Волков специально облегчает работу женам.
Э.НИКОЛАЕВА: Лолите.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Поэтому спасибо ему огромное. С другой стороны, что значит — скакать, не скакать, если это уже вторая натура и если трудоголизм в крови, я не представляю, что могу делать больше суток дома. Я себя не нахожу. Я найду себе миллион работы. И только я приезжаю на дачу — вот у меня были выходные, ровно сутки, я приехала на дачу, поцеловала ребенка, значит, мы с ней как-то поиграли, что-то сделали. Но я не читала ей книжки, но она занимается с педагогом. Тут же я взяла сенокосилку, начала косить, потом я что-то подрезала, потом я вышла за ворота собственного домика, подрезала еще у соседей секатором.
МУЖСКОЙ ГОЛОС: Да ладно тебе.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Потому что руки соскучились по топору. В общем, как бы я… если не одна работа, то другая должна быть в моей жизни. Иначе скучно. Я с ума сойду.
Э.НИКОЛАЕВА: Руки чешутся. Ну, я понимаю, там, ладно ты — глупая женщина, ну, а муж-то куда смотрит?
МУЖСКОЙ ГОЛОС: Кто?
Л.МИЛЯВСКАЯ: А муж — он потому и стал моим мужем, потому что его в этом смысле вменяемость и пока терпение, хотя я вижу, губки иногда надуваются, потому что в медовом месяце я присутствовала дома — он посчитал, ровно 9 дней за медовый месяц. Все остальное была на гастролях. Но с другой стороны, он сам ездит. Вот он вчера вернулся…
Э.НИКОЛАЕВА: С тобой ездит?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Нет, у него свои командировки, достаточно частые.
Э.НИКОЛАЕВА: Ага, вы пытаетесь, наверное, совмещать твои командировки и его командировки.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Нет, это невозможно.
Э.НИКОЛАЕВА: Невозможно?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Это абсолютно невозможно. И, к счастью, есть вариант соскучиться. А потом, что такое два взрослых человека, которые сошлись, привыкши жить порознь — мы два абсолютных холостяка. Он последние два года жил абсолютно один, а я — последние четыре.
Э.НИКОЛАЕВА: Всего лишь четыре года, да? Как ты бросила своего последнего мужа?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Я так привыкла. (смеется)
Э.НИКОЛАЕВА: Какой у тебя он уже по счету, расскажи.
МУЖСКОЙ ГОЛОС: Так, с этого места поподробнее.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Честно, официально третий.
Э.НИКОЛАЕВА: Ну, а неофициальные — это не мужья.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Ну, неофициальные — что значит неофициальные? Романы, встречи есть у каждой женщины. И я, кстати, прочла вчера…
Э.НИКОЛАЕВА: Если себя блюдешь…
Л.МИЛЯВСКАЯ: У Марлен Дитрих вчера прочла гениальную фразу, которую, к моему счастью, я раньше думала, что я это придумала, а оказалось что это есть у Марлен Дитрих. И это еще раз подчеркивает мнение философов…
Э.НИКОЛАЕВА: ...твою гениальность.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Нет, что жизнь… как бы ничего нового в жизни даже с изменением веков не происходит. Так вот у Марлен Дитрих есть такая фраза: 'Если бы я с таким усердием, как обо мне пишут, раздвигала ноги, когда бы я занималась карьерой?' Я дословно процитировала Марлен Дитрих, и практически то же самое сказала я, а до меня еще несколько известных старых, ныне почивших в бозе киноактрис, о которых периодически писали…
Э.НИКОЛАЕВА: Писали и говорили всякие гадости.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Ну, это естественная штука и ничего не сделаешь. Еще опять-таки у Марлен Дитрих. Цитирую, потому что как бы свежо воспоминание.
Э.НИКОЛАЕВА: Она твоя кумирша просто.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Нет, просто вчера закончила книгу. И еще одна фраза…
Э.НИКОЛАЕВА: Какие книжки ты читаешь.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Да, успеваю.
Э.НИКОЛАЕВА: Умная все-таки.
Л.МИЛЯВСКАЯ: А что делать? Надо же как-то соответствовать.
Э.НИКОЛАЕВА: А я тебя глупой назвала.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Вообще, любая счастливая женщина глупая. И тяжело расслабиться. Так вот, опять-таки возвращаясь к Марлен Дитрих, она сказала: 'Если ты пошел по этому пути, то к славе ты должен быть подготовлен — и к оплеухам, и к плевкам, и также к тем розам, которые попадаются на твоем пути…'
Э.НИКОЛАЕВА: К розам и шипам.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Отлично. За 40 лет своей жизни, из них за 20 лет в шоу-бизнесе я прошла все — и обиды, и непонимание, слезы-истерики по поводу того, что о тебе написали плохо. Вот позавчера, например, муж пришел…
Э.НИКОЛАЕВА: То есть ты плакала и рыдала в свое время?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Конечно. А теперь…
Э.НИКОЛАЕВА: А теперь отплакала свое.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Все. Не обращаю внимания, потому что это нормальная, взрослая жизнь.
МУЖСКОЙ ГОЛОС: Молодец.
Л.МИЛЯВСКАЯ: И чего надо обижаться на тех, кто на тебе зарабатывает. Да ради Бога.
Э.НИКОЛАЕВА: Конечно, журналистам тоже надо кушать, как и гаишникам.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Да, журналистам надо. И муж вчера вернулся из Иркутска после командировки и говорит: 'Вот сейчас в газете в самолете прочел, в СПИД-Инфо, что ты сделала ботекс и на свадьбе у тебя жутко перекошенное лицо, потому что… Да.
Э.НИКОЛАЕВА: Лол, ну, неперекошенное лицо.
Л.МИЛЯВСКАЯ: ...нехорошо сделали.
Э.НИКОЛАЕВА: Не знаю насчет ботекса, но лицо неперекошенное.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Ну, в общем как бы да. Но вот такие все фотографии у меня перекошенные и, вообще, мы разводимся.
Э.НИКОЛАЕВА: Скажи, а ты ботекс делала?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Я сделала 4 укола в лоб, потому что это моя профессия, а лоб морщит, и учитывая, что…
Э.НИКОЛАЕВА: Ты очень эмоциональная.
Л.МИЛЯВСКАЯ: ...в 40 лет. Это профессиональные мимические морщины, которые не обязательно видеть зрителю. Но он у меня сделан так хитро, что мимика осталась.
Э.НИКОЛАЕВА: Да, все равно морщинки вон видны.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Да. А это мимика, это как бы не… Есть такая хитрая система. Я вообще против пластики в данном случае пока еще в своем возрасте…
Э.НИКОЛАЕВА: Ну, молодая еще женщина.
Л.МИЛЯВСКАЯ: ...потому что мертвое лицо, оно зрителю не интересно — холодное.
Э.НИКОЛАЕВА: Конечно.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Поэтому у меня есть — достаточно 4 укола, для того чтобы не раздражать зрителя морщинами, и в то же время оставить мимику на лице. Поэтому…
Э.НИКОЛАЕВА: ...что не маска…
Л.МИЛЯВСКАЯ: ...делал хороший врач, лицо не перекошено — сразу говорю, можно пощупать. Ведь я же не скрываю, что я сделала. Но для 40 лет — первые 4 укола вполне нормально.
Э.НИКОЛАЕВА: Очень прилично, хороший образ жизни ведешь.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Нет, генетика. Моей маме 61, ни одной пластической операции, и ботекс я ей сделала перед свадьбой. Тоже как бы в лоб уколы, но если посмотреть на ее лицо, никто не верит, что ей 61 и нет пластики. Это просто генетика. У меня такая же была бабушка, которая выглядела в свои 65 на 48, скажем так. Она была статуэточка.
Э.НИКОЛАЕВА: Тебе повезло, Лолочка.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Мне просто повезло, поэтому пока приписывать пластические операции мне рано. Когда они будут, я скажу — обещаю. Даже скажу клинику — где, и потом скажу: 'Вот этому врачу вырвите руки, потому что у меня стали круглые глаза, как у практически всех, кому делают'. Вообще, артистки ж такие люди. Им так хочется молодость сохранить.
Э.НИКОЛАЕВА: Ну, все так говорят, они так все: 'Грех', — говорят, 'Грех', — говорят. А между собой говорят: 'Ой'.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Нет, я, кстати говоря, никогда не обсуждаю коллег. Я понимаю объективность, и понимаю сама, насколько не хочется стареть. И не потому что рядом с тобой мужчина моложе, может его вообще не быть. Не хочется стареть из-за зрителя. Из-за того, что хочется на сцене, вообще, на сцене очень тяжело взрослеть, соответствовать возрасту. Я пытаюсь быть адекватной. Я пытаюсь подбирать репертуар — ну, не старческий, а как бы соответственно…
Э.НИКОЛАЕВА: Насчет репертуарчика, ты принесла какой-то диск, Лол.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Да.
Э.НИКОЛАЕВА: Что там у тебя? Какие-то новые песенки? Давай их заведем нашим слушателям.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Одна новая песенка, которая войдет в новую программу. У меня в ноябре сольнички. И опять-таки, я пытаюсь и, с одной стороны, не заигрывать с молодежью, с другой стороны — быть как бы адекватной к музыкальной ситуации и, с третьей стороны — соответствовать той публике, которая растет вместе со мной.
Э.НИКОЛАЕВА: Я смотрю, ты, кстати, с диском пришла.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Да, ну, что ж.
Э.НИКОЛАЕВА: 'Дневник' называется песенка?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Нет, нет, нет. Это совсем другая песенка — 'Приговоренная к любви' называется песенка, она, кстати, уже у звокорежиссера.
Э.НИКОЛАЕВА: Давай бросим нашему звукорежиссеру.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Это такая попытка совмещения заигрывания с молодежью и с интеллектуальной публикой, которая слушает, естественно, ваше самое интеллектуальное радио. В общем, вы хочете песен — их есть у меня.
ПЕСНЯ
Э.НИКОЛАЕВА: Ну, хорошо. Песенку послушали, песенка просто замечательная. Ты соответствуешь своему возрасту и своему имиджу.
Л.МИЛЯВСКАЯ: И опыту.
Э.НИКОЛАЕВА: И опыту. Так вот давай-ка закончим еще с тобой тему ботекса. Значит, ботекс ты сделала?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Я не знаю, как это называется — не ботекс, это как-то по-другому называется.
Э.НИКОЛАЕВА: Ну, в общем, да. Лицо у тебя не перекошенное, и с мужем, судя по всему, ты так и не развелась.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Так рано еще.
Э.НИКОЛАЕВА: Такое ощущение, что ты уже просто живешь год уже просто. Так много написали про это.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Так, нет, мы встречались до этого 7 месяцев. А людям же делать в принципе нечего, поэтому надо что-то обсуждать.
Э.НИКОЛАЕВА: Слушай, а когда ты приезжаешь с гастролей, вот он тебя не видит, ты приезжаешь, а он тебе что? Ужин в постель? Кофе?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Нет, ну…
Э.НИКОЛАЕВА: Розы?
Л.МИЛЯВСКАЯ: ...не в постель, но когда он видит, что я вымученная, он совершенно спокойно говорит: 'В холодильнике все есть'. Может поставить тарелки, вилки, ножи, сесть… А он, кстати, никогда не сядет ужинать без меня.
Э.НИКОЛАЕВА: Он голодает, бедный.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Он будет ждать до последнего, когда я вернусь домой, когда я есть. И меня, кстати, это сильно поражает, потому что я настолько привыкла к такой самостоятельной жизни
Э.НИКОЛАЕВА: ...холостяцкой..
Л.МИЛЯВСКАЯ: ...холостяцкой, что я залезла в холодильник, схватила кусок чего-то…
Э.НИКОЛАЕВА: ...пошамкала чем-то…
Л.МИЛЯВСКАЯ: Да, и все как бы… а что там вокруг? Я привыкла всех обеспечивать на то, чтобы все ели, и оставьте меня в покое.
Э.НИКОЛАЕВА: А как-то сама там перебьюсь.
Л.МИЛЯВСКАЯ: А здесь, честно, меня поражает вот это его качество.
Э.НИКОЛАЕВА: Благородство.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Ну, я не знаю, как это назвать.
Э.НИКОЛАЕВА: НУ, а где ты такого нашла-то?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Это воспитанность.
Э.НИКОЛАЕВА: Где ты такого нашла-то?
Л.МИЛЯВСКАЯ: А он меня нашел. Вообще, я могу сказать, тогда, когда я искала…
Э.НИКОЛАЕВА: Не находилось.
Л.МИЛЯВСКАЯ: ...я всегда, как все женщины, натыкалась на то, что, собственно, искать не стоило бы. А когда я перестала быть зациклена…
Э.НИКОЛАЕВА: На поиске?
Л.МИЛЯВСКАЯ: ...на поисках, оно само пришло. Когда я поставила жирный крест и сказала: 'Ой, мне так хорошо', — я так сроднилась с этой жизнью и, доставая из кошелька собственные деньги и покупая себе какую-нибудь очень дорогую сумочку, говорила: 'Как я люблю свою кредитную карточку. Она лучше любого мужа, потому что…
Э.НИКОЛАЕВА: Она — моя.
Л.МИЛЯВСКАЯ: ...исправно платит и, простите, не вступает в интимные отношения с моими мозгами. Поэтому моя кредитная карточка — это мой муж'. И мне, честно, было так хорошо, что когда он сделал мне предложение, я подумала: 'Для новизны жизни нужно согласиться'.
Э.НИКОЛАЕВА: Для новых ощущений, да? Ну, хорошо. Ладно, заканчиваем этот мексиканский сериал. Давай посерьезнее. Хм-хм. Мы все же на приличной радиостанции. Итак, блиц — отвечай коротко. Вот скажи, этот псевдоним Лолита ты взяла его в известные времена. Он тебе теперь не мешает?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Если учесть, что меня Лолитой в 1963-ем году назвала мама в городе Мукачево, которое в принципе до сих пор принадлежит мадьярам, венгерам и это такой австр… уголок австро-венгрии, каждая вторая девочка в роддоме была Лолитой при рождении, то псевдонимом, слава Богу, мама меня наградила от рождения. И другого имени у меня нет. Есть, которое я получила при крещении, в своей взрослой жизни как-то сама себя крестила.
Э.НИКОЛАЕВА: В каком возрасте?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Крестила я себя в 25 лет.
Э.НИКОЛАЕВА: И какое у тебя?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Это нельзя говорить.
Э.НИКОЛАЕВА: Православное имя нельзя говорить?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Православное имя нельзя говорить. Оно настолько личное. И оно как бы… Это имя, которое тебя защищает. Но Лолита — это мое настоящее имя. И еще раз говорю спасибо маме.
Э.НИКОЛАЕВА: Слушай, Лол, даже не знаю, как и спросить. Ты понимаешь, дело такое…
Л.МИЛЯВСКАЯ: Как есть.
Э.НИКОЛАЕВА: Вот тут вопрос щекотливый очень, но теперь этот вопрос нужно задавать всем артистам. Ты вот, скажи, пожалуйста, матом в публичных местах не ругаешься чаем?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Хотите, я вам скажу две вещи — я жуткая матерщинница, об этом знают все мои коллеги. Я, единственное, сдержанный человек в том смысле, что… опять-таки, с точки зрения опыта… опыт помогает сдерживаться. Я могу послать человека, такого, который бы очень сильно достал. Никогда я не позволяла себе это делать очень в общественных местах, так с глазу на глаз послать могу. А с третьей стороны, знаете, я не понимаю… мат, с одной стороны, помогает расслабиться. Человек выпускает энергетику такую негативную. Это уже доказано всеми психологами. С третьей стороны, три дня назад зашла на телевидение на съемку. В ларьке стоит портрет президента по цене 600 с чем-то рублей, под портретом стоит словарь русского мата со словом из трех букв большими буквами. И это слово я от неожиданности очень громко произнесла…
Э.НИКОЛАЕВА: Прочитав его просто.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Я просто оторопела. Уж на что я являюсь матерщинницей. И спрашиваю продавщиц: 'А как?' Они говорит: 'Да что вы, это только начало. Они решили с последней буквы'. Я открыла этот словарь на первой попавшейся странице, думаю… А он достаточно толстый. Посвящен одному только слову. И думаю, чего же я еще не знаю про это слово. Открыла на первой странице, где написано: 'Сегодня пела ... знает для кого'. Думаю: 'Ничего нового, собственно, нового в употреблении этого'. Мы иногда действительно поем ...знает для кого. И совершенно как бы при этом себя нормально чувствуем. Подпись — Германия, какая-то немецкая группа. Какие-то эстеты составляли словарь.
Э.НИКОЛАЕВА: То есть они собрали с миру по нитке.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Больше ничего… Говорят, что он появится от А до Я. Вот начали с последней буквы. Поэтому что говорить о мате, официально выпущены эти словари, появляются в продаже. Я за то, чтобы люди расслаблялись, за то, чтобы эти слова употреблялись там, где нет выхода эмоциям. Но для того, чтобы как бы понятно, да? есть дети, есть присутственные места и есть в любом случае понятие IQ, которое никто не отменял.
Э.НИКОЛАЕВА: Хороший у нас с тобой блиц получается.
Л.МИЛЯВСКАЯ: И с этим делом они всегда знают, где надо и как надо. По крайней мере, надо употреблять так, чтобы на тебя в суд не подавали.
ЗАСТАВКА
НОВОСТИ
Э.НИКОЛАЕВА: Ну, что же, продолжаем наш разговор с замечательной, очаровательной брюнеткой. Зовут ее Лолита.
Л.МИЛЯВСКАЯ: А хотите, сейчас устрою сцену? Почему ты не в розовой кофточке?
Э.НИКОЛАЕВА: Киркоров хороший?
МУЖСКОЙ ГОЛОС: Опа!
Л.МИЛЯВСКАЯ: Нормальный. Трудяга, трудоголик, измотанный, измученный, я много лет наблюдаю, он настолько с измотанной нервной системой, и у него такое желание быть впереди планеты всей в смысле работы, что то, что сейчас с ним происходит, — это есть вот такие вот уже последствия вымотанности. Абсолютно седой. Я могу сказать, что это… Мне Филиппа жалко. Откровенно жалко. По-хорошему жалко, потому что еще раз говорю, я человек, который наблюдает кухню изнутри, человек, который видит, как по трое суток он может не спать, выматывая всех окружающих, но исключительно занимаясь работой. Люди валятся. Мне рядом с ним было стыдно как-то сказать: 'Филипп, я устала'. Он говорит: 'А кто не устал?'
МУЖСКОЙ ГОЛОС: А здесь вот так.
Л.МИЛЯВСКАЯ: К нему нельзя подходить со стандартными мерками. И то, что у него сдала нервная система — это
Э.НИКОЛАЕВА: Ты так, конечно, не позволяешь себе общаться с журналистами?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Почему? Позволяю. Я по-другому позволяю. Я могу его понять — он устал, и он себя перестал контролировать. Вот я когда устала и когда передо мной человек, который меня пытается вымотать, задать мне скабрезные, совершенно тупые, дурацкие вопросы, я говорю следующие слова, как правило: 'Мне не нравится ваш вопрос'.
Э.НИКОЛАЕВА: Правильно. Хороший ответ.
Л.МИЛЯВСКАЯ: 'Но я считаю, что вы не готовы'. Так практически, ну, то же самое, что он сказал…
Э.НИКОЛАЕВА: Как учитель говоришь…
Л.МИЛЯВСКАЯ: «Я считаю, что если бы подготовились…»
Э.НИКОЛАЕВА: ...двоечнику.
Л.МИЛЯВСКАЯ: ...то вы бы заметили, что за 15 лет моей жизни слышать один и тот же вопрос, наверное, скучно. Чтобы вы как бы не услышали неадекватные слова, будьте добры, либо готовитесь, либо нет'. Один раз в своей жизни я закрыла журналистку на ключ, дала ей несколько очень хороших интервью действительно очень хороших журналистов и сказала: 'Вот вы это прочтите, посмотрите, как работают ваши коллеги. Если вам после этого будет стыдно, подготовитесь к интервью, тогда мы продолжим разговор'. За это время, я думаю, что-то постирала, сделала. Я закрыла ее у себя в квартире на ключ. Она после этого сказала мне спасибо, потому что потом она это интервью стало ее дипломной работой. До этого она работала уже в хорошем издании и защищалась. Поэтому до сих пор у нас хорошие отношения, уважительные ко всем… Я не считаю это хамством. Я считаю, что если я от себя требую качества работы, то будьте добры, тогда требуйте от себя тоже. Если вы предъявляете ко мне претензии профессиональные, тогда, будьте добры, ознакомьтесь с моей профессией на таком уровне, на котором владею я.
Э.НИКОЛАЕВА: Хорошо. Теперь скорее перейдем к теме, которая сейчас больше всего волнует артистов. Что они эти самые артисты сейчас говорят, глядя на Киркорова? 'Вот так, — говорят они, — работаешь, работаешь, все тебя любят вроде, а потом — бац!'
МУЖСКОЙ ГОЛОС: Ну, началось.
Э.НИКОЛАЕВА: А ты что думаешь по этому поводу?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Я думаю, что, во-первых, все артисты уважительно относятся друг к другу. И раз уж… Я, вообще, против любой команды 'Фас!' и 'Ату!'. Поэтому… Но когда журналисты позволяли себе оскорбления в адрес моих коллег, меня, много лет…
Э.НИКОЛАЕВА: Тебя тоже обижали?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Нет, только про всех писали гадости.
Э.НИКОЛАЕВА: По-моему, про тебя все время авторитетно как-то, уважительно…
Л.МИЛЯВСКАЯ: Мне повезло, мне меньше всех.
Э.НИКОЛАЕВА: Ну, ты умеешь общаться потому что с людьми.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Но что касается моих коллег, очень много оскорблений, которые приносили достаточное количество боли. Они попадали в тот момент, когда у кого-то происходили очень личные вещи, настолько болезненные и тяжело переживаемые, что в этот момент чья-то статейка добавляла такое количество боли, что человеку хотелось, например, напиться, покончить с собой. И он еще больше попадал под обстрел прессы. Значит, никто из нас не объединялся и не говорил: 'Мы, все, мы прекращаем интервью. Пятое-десятое'. Когда попал под обстрел один журналист, пусть — сейчас не обсуждаю — неэтично поступил Филипп, да, повинился, да, плохо, да, сдали нервы. Но там это не оправдывает, допустим, в общественном месте.
Э.НИКОЛАЕВА: Может, он решил в Аллу Пугачеву поиграть немножко?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Да не решил он ни во что…
Э.НИКОЛАЕВА: Потому что Алла Борисовна же любит такие эксцентричные поступки?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Я не думаю… У него… Вообще, вы видели лицо Филиппа на этой пресс-конференции? А я видела совершенно измотанного человека, которого периодически — я видела всю пресс-конференцию — изматывали одним и тем же вопросом. Я ему сказала только одну вещь: 'Зачем ты на это согласился? Ты же досконально знаешь, какие вопросы будут, так же, как и мы все' Практически уже никто и не идет на это. Его уговорили продюсеры, которые… промоутеры, которые делали тур. Так бы он не пошел. Потому что, ну, это выброшенное время. Все равно напишут гадость, все равно это будет поверхностно. Все равно получится как бы так игра в московскую желтую прессу.
Э.НИКОЛАЕВА: Понятно, не болтаешь ничего лишнего?
Л.МИЛЯВСКАЯ: А что, вы думаете, у меня срывов не было?
Э.НИКОЛАЕВА: А то быстро из народной артистки превратишься в антинародную.
МУЖСКОЙ ГОЛОС: А чего ты хотела?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Нет, у меня не то, чтобы не было срывов. Я могу сказать… Как бы я привожу пример, можете меня за этот пример осуждать. Но когда я первый раз появилась со своим будущим супругом на людях. Это было как раз на закрытии 'Чикаго', и было много журналистов. Мы первый раз появились вместе. Подошла ко мне журналистка. Причем слегка под шафе. Она уже пасется на банкете, а мы после все… как обычно, журналисты приходят первые к столу, а артисты, разгримировав себя, приходят, когда уже там осталось чуть-чуть бутербродов. И вот кое-как, значит, соблюдая… держа спину от усталости, я пришла с Сашей. Подошла ко мне журналистка и говорит: 'Ну, и что, это — ваш очередной?' На что я сказала ей: 'Слышишь, ты?' Дальше нехорошее слово. 'Я тебе сейчас в глаз дам'. Скажите, я вела себя правильно или нет? Вот я была после работы, измученная, после всего плюс со мной молодой человек…
Э.НИКОЛАЕВА: А он слышал этот диалог ваш?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Слышал, это было при нем. Он стоял рядом и все это слышал. Значит, как я должна была себя повести?
Э.НИКОЛАЕВА: Сказала: 'Иди отсюда, девочка. Уходи отсюда'.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Она не поняла бы. Девочка. А потом у меня сдали нервы, я уставшая была. И плюс со мной находится человек, к которому я испытываю симпатию. В этот момент меня просто оскорбляют.
Э.НИКОЛАЕВА: Ну, в общем-то, да.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Что я должна была сделать? Я считаю, вот клянусь вам…
Э.НИКОЛАЕВА: Дать в глаз.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Вот сейчас… в глаз я не дала, естественно. Я просто сказала и назвала ее словом на букву С.
Э.НИКОЛАЕВА: А-а, ну, хорошо, что не на букву Б.
Л.МИЛЯВСКАЯ: 'Слышишь, ты, с…', — сказала я. Я честно вам скажу, я не считаю себя виноватой до сих пор. Я ни в коем случае не извинилась бы перед этой с… Назвала бы ее еще раз точно таким же словом. Потому что это… Я считаю, что ее поведение за гранью. Но ее за гранью вызывало мое за гранью. И я считаю, что такие люди, они не понимают.
Э.НИКОЛАЕВА: Твое… Ее неприличное за гранью вызвало твое неприличное ...
Л.МИЛЯВСКАЯ: ...за гранью, да. Но я считаю, что по-другому с такими людьми нельзя. Они не понимают человеческий язык.
Э.НИКОЛАЕВА: Слушай, Лолочка, а у тебя вообще-то звание есть?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Нет, я против. Я объясню, почему я против звания. У меня наградные документы лежат в квартире лет пять.
Э.НИКОЛАЕВА: Ты не даешь им ходу?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Объясню, что мне не нравится в этой ситуации. Мне не нравится, когда нужно писать характеристику самой на себя практически, да?
Э.НИКОЛАЕВА: Ну, конечно. Самой инициировать этот процесс получения…
Л.МИЛЯВСКАЯ: Мне не нравится инициация процесса, да. Потому что опять-таки это моя личная позиция, никого… с удовольствием радуюсь за моих коллег, когда они получают звания, но я считаю, что звания должны присуждаться, вообще, кем-то, кто оценивает тебя извне. Там, не знаю…
Э.НИКОЛАЕВА: Чтобы для тебя это было бы в какой-то степени неожиданностью.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Совет, там, коллег. Да. Советом коллег. Я не имею в виду партийных боссов, как это было раньше. А вот каким-то профсоюзом коллег. А вот такое — мне нужно звание… Во-первых, я вам честно могу сказать, что когда я узнала, что от звания ни холодно, ни жарко…
Э.НИКОЛАЕВА: Подумала — зачем мне это звание?
Л.МИЛЯВСКАЯ: ...за свет платишь столько же, сколько ты платил, жилплощадь — я на нее сама заработала на свою лишнюю жилплощадь, и мне ее никто, собственно, по званию, как было раньше, уже не даст комнату для рояля. Так, на кой мне это звание, простите, с его безумным оформлением документов…
Э.НИКОЛАЕВА: Самой на себя.
Л.МИЛЯВСКАЯ: И толку от него никакого. Поэтому можно я погибну, и у меня на этом самом, на надгробном камне будет написано одно имя — Лолита. И я очень хочу, чтобы все знали, кто это такая. А заслуженная она, там, была, народная. Честно, народу все равно. Те, кто ходит с экскурсиями по кладбищу, им так все равно.
Э.НИКОЛАЕВА: Вот ты рассказала про журналистку. А ведь некоторые показывают пальцем еще, гыгычут вслед, кричат: 'Эй, ты, как тебя? Ну, как тебя? Вот слушай, Вань, ну как фамилия-то. Блин, забыл'. Там, предлагают выпить, за руки хватают. А что они еще эти невоспитанные делают с вами, несчастными?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Ну, во-первых, все зависит от твоей жизненной позиции. Я вот могу сказать, что в моей жизни это крайне редко. Вот тот случай, который я привела, с журналисткой — мы сейчас говорили об этике, о профессии журналист — могу сказать, что мне повезло. Я дорожу своей репутацией. У меня достаточно нормально подвешен язык. Если я чувствую, что… я не провоцирую ситуации. Это главный мой жизненный принцип — не провоцировать зрителя. Поэтому на моих концертах, если присутствует охрана, я прошу ее сесть в зал и не мешать зрителю, потому что я всегда говорю сразу: 'У меня интеллигентный зритель', — и этим горжусь. Поэтому никогда зритель, чувствуя уважение к нему, не позволяет себе подобных нюансов. Если есть ситуация с подвыпившим человеком, которого ты встречаешь, идя по улице, который пытается взять тебя за руки, то достаточно очень спокойно, холодно посмотреть и сказать: 'Будьте добры, отпустите руку'. При этом надо сказать это леденящим голосом…
Э.НИКОЛАЕВА: Как воспитанная девушка.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Как змея. А так как у артистов достаточно энергетики, чтобы от змеиного вот такого шипения пошли мурашки и трезвость, поэтому я этим периодически пользуюсь, когда возникает ситуация подобная. Зрителя нельзя не любить, его нельзя не уважать, и он, как ребенок, бывает разный. Ребенок имеет право на свои шалости. Дети все разные. И воспитание зрителя — в твоих собственных руках. Поэтому…
Э.НИКОЛАЕВА: Хорошая у тебя политика.
Л.МИЛЯВСКАЯ: ...я счастливый человек. Мой зритель воспитан. И если мои дети позволяют себе некие шалости, то я, как старший товарищ змеиным шепотом, как их первая учительница, если до этого никто не попадался, прошипев, ставлю человека на место.
Э.НИКОЛАЕВА: Расскажи, кстати, как твоя дочка?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Хорошо. Хорошо.
Э.НИКОЛАЕВА: Сколько ей лет сейчас?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Пять лет и семь месяцев.
Э.НИКОЛАЕВА: Она еще пока с бабушкой сидит, с нянькой?
Л.МИЛЯВСКАЯ: У нас учительница приходящая, которая как бы учит читать, писать, говорить по-английски. Я абсолютно счастливая мама, которую дочь обнимает, целует и говорит: 'Мамочка! Так тебя люблю! Мамочка! Хватит деньги зарабатывать'. Тогда я говорю, что мамочка не может остановиться, потому что сейчас ее работа состоит в том, что она учится и что мамина работа, в том, что по-прежнему игрушки, книжки, которые мама покупает, покупает на заработанные деньги. И она видит, как я устаю, она меня жалеет. Я абсолютно счастливая женщина.
Э.НИКОЛАЕВА: А она тебе не говорит: 'Мамочка, возьми денежек у папочки'. Ну, у мужа.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Нет, во-первых, моя дочь не называет моего мужа папой. Она как бы знает, кто ее папа. Поэтому у меня есть очень четкий закон — я никогда не насилую свою дочь, я с детства воспитываю ее желание иметь собственное мнение. Она на все имеет собственное мнение. Я могу только как бы предложить свое, объясняя ей что-то, и спросить у нее: 'А как ты думаешь? Может быть, так, как я тебе сказала, будет лучше? А давай попробуем'. И она со мной соглашается или не соглашается. Совершает свои маленькие ошибки. Я за то, чтобы она с детства имела собственное мнение. И ни разу в своей жизни не позволила ей сказать об ее отце плохо. И с детства говорю, что моя дочь имеет право выбора. Если ей ее отец, который числится отцом, чье отчество она носит…
Э.НИКОЛАЕВА: Александровна.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Да, не понравится, и они не найдут общий язык, — это будет ее собственный выбор, и она не будет общаться. Но это решение…
Э.НИКОЛАЕВА: С Сашей она часто встречается? С Сашей Цекало ты имеешь в виду?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Да, ну практически он ее не видит.
Э.НИКОЛАЕВА: Ты его не пускаешь, что ли, в дом?
Л.МИЛЯВСКАЯ: В любое время, когда он захочет. У него просто нет такой потребности. И в данном случае опять-таки, к нему я тоже отношусь…
Э.НИКОЛАЕВА: Он очень занят по работе. Он же продюсер на канале СТС.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Возможно. Возможно. Поэтому ни в коем случае не насилую. И еще одно жесткое правило моей жизни — никогда никого не насиловать любовью. Когда человек любит, у него есть естественная потребность кого-то видеть, о ком-то заботиться, помогать. Поэтому, если у него до сих пор нет этой потребности, то какое-то насилие, звонки и говорить: 'Саша, а ты не мог бы прийти, позаниматься ребенком?'
Э.НИКОЛАЕВА: Посмотреть на дочку.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Да. Что толку? Ну, придет, сделает одолжение. Но контакта нет. Я решила, что если им двоим это понадобится, а это отношения уже только их. И никто из окружающих не имеет отношения к этим отношениям. Это моя дочь и Саша Цекало. Если у них будут контакт и потребность в отношениях, это будет. Неважно, сколько лет им будет, когда этот контакт будет. Поэтому я не вмешиваюсь.
Э.НИКОЛАЕВА: Следующая наша рубрика 'Свободное плавание'. Дай совет родителям, желающим сделать в будущем из своего ребенка артиста.
Л.МИЛЯВСКАЯ: ...
Э.НИКОЛАЕВА: Ты вот не собираешься сделать из дочки артистку?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Нет, нет. Я считаю, что это патология. Я считаю, что это патология — с детства… пытаться лишить, во-первых, детства своего ребенка. Во-вторых, надо… Я очень хочу, чтобы родители отдавали должное — что это очень тяжелая профессия, профессия, требующая устойчивой, зрелой психики. И чтобы приобрести эту устойчивость, для начала ваш ребенок лет с 16, так как сейчас все раньше, должен попахать года четыре в каком-нибудь высшем учебном заведении.
Э.НИКОЛАЕВА: Учиться просто.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Актерское мастерство, азы вокала, что угодно. Я как раз за то, чтобы на эстраду приходили люди с актерским образованием, менее с вокальным, потому что школа старая вокальная. И зачастую она такая выхолощенная. Поэтому, собственная манера пения происходит только, когда человек много лет поет живьем и вырабатывает, слышит. А вот я не против Гнесинской школы ни в коем случае, но это такая некая стерильность — одинакова манера исполнения. Она в данном случае несколько губительна. Есть азы, которые человек должен знать, и есть актерское мастерство, которое нужно проверить и в группе, и не в группе — где угодно.
Э.НИКОЛАЕВА: В общем, мучить ребенка своего бы не стала.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Перестаньте мучить своих детей, перестаньте ломать им психику, перестаньте, вообще… просто я смотрю, что происходит вот, я не могу сказать про всех… талантливые люди, они в любом случае становятся адекватными. А я смотрю некоторые… Мне не очень нравится поведение тех, кто работает, ну, например, в 'Фабрике…', 'Фабрика-4', мы сейчас столкнулись. Замечательные ребята, но они так быстро стали звездами и у них такая неадекватность в поведении. Мы сейчас столкнулись по работе, и я была свидетелем того, как совершенно сторонние люди ставили на место. То есть делают люди то… то есть это ошибки молодости.
Э.НИКОЛАЕВА: То есть, что у них — звездности какие-то?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Да. Это ошибки молодости. Это такая некая невоспитанность в поведении.
Э.НИКОЛАЕВА: Ну, а в чем это выражается, скажи мне?
Л.МИЛЯВСКАЯ: В неком таком… в некой вальяжности, в неком хамстве по отношению к окружающим.
Э.НИКОЛАЕВА: Пофигизм такой, да?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Вот мы звезды, а вы тут…
Э.НИКОЛАЕВА: Уже скоро в тираж все выйдете.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Я видела, как зрелые музыканты поставили на место очень быстро, и правильно сделали, потому что это достаточно нормальная школа. Всегда должен быть кто-то, кто тебя, если тебя не осадили вовремя, ты тогда приземлишься очень больно на позвоночник в свое время.
Э.НИКОЛАЕВА: Понятно.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Поэтому не спешите отдавать в 'Фабрики', не спешите с детства красить…
Э.НИКОЛАЕВА: ...ломать…
Л.МИЛЯВСКАЯ: ...лицо гримом, пожалейте психику людей, своих детей. Потом наплачетесь.
Э.НИКОЛАЕВА: Что нужно делать, чтобы сохранить голос?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Меньше нервничать. Вообще, у каждого свое. Но вообще, меньше нервничать. Понервничаешь… Кстати, мне вредит караоке. У меня муж — любитель караоке.
Э.НИКОЛАЕВА: Заставляет тебя?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Нет. Иногда, когда у меня хорошее настроение, на кураже можно пойти в караоке и там пропеть до 5 утра. Если я вспоминаю, что у меня завтра концерт. Дальше я заканчиваю вливанием адреналина с каким-нибудь маслом. Все.
Э.НИКОЛАЕВА: Что это значит? Как это все?
Л.МИЛЯВСКАЯ: А это профессиональные штучки. Вливания.
Э.НИКОЛАЕВА: Да? Адреналина?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Да. Есть такие вспрыскивания.
Э.НИКОЛАЕВА: Именно адреналина?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Да, адреналин мешается с гидрокортизоном, с какими-то витаминами и тебе делают вспрыскивание в связки.
Э.НИКОЛАЕВА: Ужас.
Л.МИЛЯВСКАЯ: И еще, кстати, есть такое — 30 граммов коньяка перед выступлением. Я как человек непьющий, но когда связки перетружены, 30 граммов коньяка, который все фониаторы рекомендуют. Если фониатора рядом нет, я употребляю. Коньяк греет связки. После выступления я не пью категорически. Не тянет.
Э.НИКОЛАЕВА: Понятно. Твои кумиры в музыке?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Билли Холидей. И одну из ее джазовых композиций я буду петь в своем новом концерте.
Э.НИКОЛАЕВА: Который будет у тебя в ноябре в 'России'.
Л.МИЛЯВСКАЯ: В ноябре, да, 14-го, они совпали с моим днем рождения 41-ым.
Э.НИКОЛАЕВА: Это в 'России' будет?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Так что я вступаю в очередную войну с собой, да, в 41-ую, и по 45-ый повоюю опять.
Э.НИКОЛАЕВА: Понятно, надо в 'России' выступить поскорее, а то, говорят, ее скоро снесут.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Никто ее сносить не будет. Это реконструкция кресел. Наоборот, там такая дирекция, которая всячески, наоборот, приносит новую аппаратуру, и нам все легче и легче работать. То шоу, которое я придумала, аналогов еще в стране не было.
Э.НИКОЛАЕВА: Что же ты там такое учудила-то, учудишь-то?
Л.МИЛЯВСКАЯ: А я придумала то, чего, может быть, и придумывали, но ленились делать — это киноэффекты, которые используются как партнеры.
Э.НИКОЛАЕВА: Ну, посмотрим, посмотрим.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Как непосредственные партнеры.
Э.НИКОЛАЕВА: Посмотрим. Лол, ты никогда вообще не задумывалась, какого черта одни люди поют со сцены какие-то тексты, а другие сидят в зале и хлопают?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Я всегда… никогда не задумывалась, я всегда задумывалась над тем, почему очень многим людям хочется петь, не имея еще слуха, голоса и данных, и почему полстраны начало писать песни и тексты достаточно плохие, пытаясь заработать на этом деньги, как будто это легкий кусок хлеба. Поэтому вот над этим я задумывалась. А… Я всегда… радуюсь, когда зрители приходят на концерты и приходят отягощенные какими-то проблемами, а потом как ребенок выдыхает и выходит с просветленными лицами из зала.
Э.НИКОЛАЕВА: Понятно.
Л.МИЛЯВСКАЯ: И я всегда задумывалась над тем, как же мне повезло, какая же у меня счастливая работа — делать людей счастливыми.
Э.НИКОЛАЕВА: Хорошо. Терапевтический эффект, значит. На Славянском базаре главный концерт закрывал Басков, а не Киркоров. Какое место у тебя в сборной солянке?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Сейчас не существует понятия места в сборной солянке. Обычно меня ставят…
Э.НИКОЛАЕВА: Когда-то из-за этого даже стрелялись, помнится, кто выйдет когда на сцену.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Кстати, этот случай очень многих научил многому. Сейчас есть такая тенденция — все хотят отработать вначале, поскорее уйти домой. Потому что куча дел и еще есть какая-то работа, которую можно зацепить. С точки зрения… Меня по-прежнему ставят в конце, в финале. Поэтому я это право заслужила многолетней работой. Хотя я иногда очень прошусь выступить в начале. Но как бы при присутствии моих коллег, людей, которые занимают одинаковое положение много лет, нас всех ставят таким блоком. И каждый из нас пытается прорваться вперед, и каждый из нас говорит: 'Да, ну тебя, ну, после тебя так тяжело работать'. Вот я принадлежу к тем артистам, после которых работать тяжело. Поэтому меня иногда пытаются не двигать вперед, потому что потом идет некая просадка. У следующего моего коллеги, который опять-таки возьмет все в свои руки. Это энергетика. Это либо есть, либо нет. И я не хвалю себя, но я знаю, что я… меня и характеризуют многие зрители как удава. То есть это наработанное годами, это абсолютно открытое, это психика, это психология и это умение заниматься внутренним самоанализом. Поэтому одни выходят и остаются такой радиоточкой и никак не действуют на зрителя, насколько бы популярные и в хит-парадах ни звучали их песни, но зритель не ходит. А одних…
Э.НИКОЛАЕВА: Примеров приводить не будем, да?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Да, дело не в этом. Это все знают. Зритель пришел, опять прослушал пластинку. Второй раз не пойдет. Ему нужна… Ему нужен обмен энергетический. Поэтому я и мои коллеги, которые лет по 20 на сцене, а некоторые и больше, как Лев Валерианович Лещенко, София Михайловна Ротару, не говоря уже об Алле Борисовне Пугачевой, пользуются вечным спросом, потому что спрос на профессионалов был и есть всегда.
Э.НИКОЛАЕВА: Ну, что же, Лолочка, каких успехов на эстраде ты еще хочешь добиться?
Л.МИЛЯВСКАЯ: Каких? Я хочу остаться в той же стабильности и хочу точно так же отличаться, я хочу точно так же, чтобы меня любили одни, безумно ненавидели другие. Это будет означать, что я живая, что я по-прежнему отличаюсь от всех. И самое главное — что я хочу остаться вот, какая я есть, такая я есть. Меня не с кем сравнивать. Я стою особняком. Я отдельная. Я существую в абсолютно отдельном мире, в который затягиваю, как вот такая нинтенда, и кто попал в мой мир, поверьте, будет счастлив, будет развиваться, будет книжки читать, потому что я плохому не учу, что бы обо мне ни писали. Поэтому не верьте, что я такая самоуверенная. Я просто сейчас вас зомбирую, потому что все-таки радиоточка имеет особое влияние. И лучше я вас буду зомбировать на хорошее, что вы все умные, талантливые, гениальные и самодостаточные люди, чем я буду вам рассказывать про собственные комплексы, и вы будете перекладывать их на себя. Верьте, что у вас все хорошо.
Э.НИКОЛАЕВА: Ну, что же, остается пожелать Лолите всегда быть первой, а выступать последней. А слушателям нашей замечательной радиостанции — не обижайте артистов, просто расслабьтесь и получите удовольствие. Всем пока и к черту взаимную агрессию.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Да. Я хотела вот только добавить от себя, что, по-моему, на вашей радиостанции ни в коем случае не обижают артистов, но как от вас достается президенту, тьфу-тьфу-тьфу, извините за это слово…
Э.НИКОЛАЕВА: ...чтоб не сглазить.
Л.МИЛЯВСКАЯ: Чтоб не закрыли.


Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире