Я, Насонов Анатолий. Сам лично не прикасался к Чернобльской катастрофе. Но моя жена, Валентина Насонова, (умершая в 2013 году от рака плевры, связанного именно с Ченобылем) была , если не в центре событий, то в центре дозиметрического анализа и в Институте Биофизики в Москве с первых дней после катастрофы , а также хромосомного анализа крови людей, живущих в 30км зоне . Но прежде всего я хочу сообщить , что на предметном стекле Валиного микроскопа была кровь Правика, одного из тех пожарных, которые в первые минуты катастрофы тушили пожар на крыше реактора. С помощью хромосомного анализа Валя могла определить дозу , полученную чернобыльцами. Для этого ей надо было подсчитать число разрывов в хромосомах. Она пыталась подсчитать дозу облучения , полученную Правиком.
Но это сделать ей не удалось . Где-то на тысяче-полторы разрывов (все хромосомы были разорваны!) она запуталась и прекратила счет, Доза была, скорее всего в районе 5-10 тысяч рад.. Дозиметрическая кривая оценивала дозу в радах от нескольких рад до пары сотен рад (с разной точностью).при числе разрывов в этом диапазоне от единиц до сотни.. Считала она и кровь после походов у родственника, который служил на атомных подлодках управленцем реактора. После каждого похода в хромосомах его крови было до десяти разрывов. Наблюдалось уменьшение разрывов с течением времени (3-6-9 месяцев и год.).
Вернуться к материалу
Комментарии
3Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.
Чернобыльская авария показала, что готовность встретить и бороться с ней была так низка, как и в 1941г со ВМВ.
Я, Насонов Анатолий. Сам лично не прикасался к Чернобльской катастрофе. Но моя жена, Валентина Насонова, (умершая в 2013 году от рака плевры, связанного именно с Ченобылем) была , если не в центре событий, то в центре дозиметрического анализа и в Институте Биофизики в Москве с первых дней после катастрофы , а также хромосомного анализа крови людей, живущих в 30км зоне . Но прежде всего я хочу сообщить , что на предметном стекле Валиного микроскопа была кровь Правика, одного из тех пожарных, которые в первые минуты катастрофы тушили пожар на крыше реактора. С помощью хромосомного анализа Валя могла определить дозу , полученную чернобыльцами. Для этого ей надо было подсчитать число разрывов в хромосомах. Она пыталась подсчитать дозу облучения , полученную Правиком.
Но это сделать ей не удалось . Где-то на тысяче-полторы разрывов (все хромосомы были разорваны!) она запуталась и прекратила счет, Доза была, скорее всего в районе 5-10 тысяч рад.. Дозиметрическая кривая оценивала дозу в радах от нескольких рад до пары сотен рад (с разной точностью).при числе разрывов в этом диапазоне от единиц до сотни.. Считала она и кровь после походов у родственника, который служил на атомных подлодках управленцем реактора. После каждого похода в хромосомах его крови было до десяти разрывов. Наблюдалось уменьшение разрывов с течением времени (3-6-9 месяцев и год.).