'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 17 апреля 2013, 20:07

А.ВЕНЕДИКТОВ: Добрый вечер. В эфире «Эха Москвы» Максим Соколов, министр транспорта РФ. Добрый вечер, Максим.

М.СОКОЛОВ: Добрый вечер, Алексей.

А.ВЕНЕДИКТОВ: И я, Алексей Венедиктов сегодня веду этот эфир. И сразу первый вопрос вам от младшего моего. Сообщает агентство Интерфакс, министр транспорта РФ не имеет собственного автомобиля, следует из декларации. Это как это?

М.СОКОЛОВ: Хороший вопрос. Ну, права-то у меня есть. И не только права, но даже обязанности. На самом деле, потому что уже не первый год нахожусь на государевой службе. Как-то после очередного 3-летнего гарантийного периода эксплуатации нового автомобиля обнаружил на спидометре цифру 5 тысяч и понял, что…

А.ВЕНЕДИКТОВ: За 3 года?

М.СОКОЛОВ: За 3 года. Не эксплуатировал в должной мере. Почему? Потому что рабочий день не то, что министра, любого чиновника длится непредсказуемое время. И понял, что, наверное, это не самое лучшее вложение денег, и некоторое время расстался с ним и с тех пор, ну, в силу своей должности использую государственный автомобиль.

А.ВЕНЕДИКТОВ: То есть это абсолютно серьезно, это не переписанный куда-то автомобиль на кого-то? Там, 47 джипов на семью, там, на дедушек, на бабушек, нет?

М.СОКОЛОВ: (смеется)

А.ВЕНЕДИКТОВ: На тещ и так далее. Нет?

М.СОКОЛОВ: Ну, к сожалению, уже бабушек и дедушек давно нет. У родителей, кстати, тоже нет автомобиля. Поэтому… Ну, приписок не терплю, скажем так, ни здесь, ни где бы то ни было.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Максим Соколов, министр транспорта РФ. Вы знаете, Максим, я пытался построить сначала передачу совсем по-другому. Но посмотрел вопросы, которые пришли по интернету и сейчас идут, естественно. Напоминаю, что вы можете присылать министру транспорта ваши вопросы +7 985 970-45-45 или через аккаунт @vyzvon. Вопрос про так называемый 36-й приказ Министерства транспорта. Речь идет об обязательной установке, как это называется красиво, тахографов на средства передвижения, которые перевозят грузы или пассажиров. И вы знаете, такой уровень претензий не зашкаливает даже к Дмитрию Ливанову по поводу этого приказа, потому что первое и главное возражение (я просил бы вас объяснить), люди говорят «Нету». Вот сегодня нам звонили дальнобойщики. Мы днем решили проверить, это флешмоб или это?.. Нет. Нам звонили дальнобойщики из Нижневартовска, из Перми, из Тулы, с границы Калининградской области. Нету этих тахографов, которые они должны были поставить до 1 апреля, серийно не выпускаются.

М.СОКОЛОВ: Не хотелось бы быть, конечно, рекордсменом по претензиям и, безусловно, знаю эту проблему. Но, к сожалению, как и любой чиновник должен был выполнить требования законодательства. И именно законодатели в середине прошлого года, в июне приняли так называемый закон 78-ФЗ, которым, ну, во-первых, предписывалось иметь тахографы определенного типа с соответствующими там некорректируемыми параметрами движения маршрута (это было принято чуть раньше). А вот этим законом 14 июня была установлена ответственность за неприменение или неиспользование соответствующими категориями транспортных средств этих тахографов. И очень жесткий был почему-то… Это не была инициатива правительства или, тем более, Минтранса, но очень жесткий срок был предусмотрен. Эта ответственность начиналась с 1 апреля текущего года.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Максим, а что делать-то, вот, водителям? Делать-то чего? Вот, они сегодня звонили и говорили «Слушай, мы пытались заказать в интернете. Нету. У нас там сервисный центр в Перми. Нету». Причем, это тахографы определенной конфигурации, это не просто абы какой, да? А чего делать-то?

М.СОКОЛОВ: Да, это очень узкая такая сфера. Ну, я думаю, что мы найдем и с законодателями, потому что надо в данном случае…

А.ВЕНЕДИКТОВ: Так сегодня уже апрель, уже 2 недели их можно штрафовать как угодно.

М.СОКОЛОВ: Ну, и с ГИБДД, наверное, мы найдем общий язык для правильной, адекватной правоприменительной практики ввиду этого закона. Но могу сказать, что я в данном случае исключительно лишь выполнял такое жесткое требование, установленное нашим федеральным собранием.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Могу ли я понять, что вы готовы взять на себя инициативу переговорить с руководством ГИБДД, ну, изучив проблему, с тем, чтобы они выпустили какое-то инструктивное письмо в связи с тем, что их просто нет (этих тахографов) в серийном производстве?

М.СОКОЛОВ: Такие переговоры уже идут, на самом деле. И не только с ГИБДД. Наверное, со всеми ветвями власти надо построить конструктивный диалог, чтобы в очередной раз не пострадали от несовершенства нашего законодательства.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну вот есть еще вопрос про отечественное, не отечественное. Очень многие грузовики (это один из вопросов или претензий) – импортные и покупаются уже со встроенными, скажем, ориентированными на GPS, уже встроенными тахографами, я не знаю, как сказать, аппаратами. Значит, что сейчас предстоит? Сейчас предстоит их выломать и купить российский?

М.СОКОЛОВ: Ну, либо другой блок соответствующим образом вставить. Такие сертификационные требования по станциям, которые могут осуществлять такой вид работ, они имеются, и это тоже одно из требований нормативно-правовой базы. Поскольку тут есть еще, так сказать, дальнейшее требование законодательства нашего российского о сохранении информации, к которой относится определенный, так сказать, некорректируемый вид маршрута. Естественно, эта информация тоже не должна утекать не ограниченным пользователям.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Это правильно.

М.СОКОЛОВ: Поэтому именно вот этот тип тахографов сориентирован на российскую продукцию, которая соответствующим образом имеет криптографическую защиту.

А.ВЕНЕДИКТОВ: В этой связи очень много слушателей задают вопросы, они спрашивают, нет ли у вас конфликта интересов, когда выбирался производитель этих тахографов? Потому что ваш то ли однофамилец, то ли отец, то ли дед, то ли брат является владельцем… Ну, там точно Соколов.

М.СОКОЛОВ: Тема пошла, да, сегодня утром у меня уже появились вопросы на сайте. Ну, пользуясь случаем… Спасибо, что сделали соответствующую подачу. Готов ответить в прямом эфире. Не могу сказать, к сожалению или к счастью, так уж получилось, что ни дальних, каких-либо дальних, ни тем более близких родственников кроме отца и несовершеннолетних детей с фамилией Соколов у меня нету. Отца зовут Юрий Яковлевич, а не так, как там 2 владельца этой компании, уже не помню, как. Посмотрел, конечно, эту информацию.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Юрий Борисович, по-моему.

М.СОКОЛОВ: Ну, не суть. По крайней мере, к сожалению, вот, Соколовых по моей родословной совсем немного.

А.ВЕНЕДИКТОВ: То есть конфликта интересов нет, самое главное?

М.СОКОЛОВ: Я, к сожалению, вообще не знаю тех людей, о которых идет речь.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну вот говорили, что когда готовился тендер по этому, он был прописан под одну компанию вот эту самую, Меркурий чего-то там.

М.СОКОЛОВ: Да нет. Тендер-то вообще не готовился.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, по тахографам.

М.СОКОЛОВ: Мы тендеры и не проверяли. Приказ вы имеете в виду?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да, конечно, по приказу.

М.СОКОЛОВ: Нет, там он был прописан под определенные технические условия, которым соответствует сохранение информации в целях криптографии и безопасности. Таких компаний, конечно, не много, но точно не одна.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, на это ответили. И последний, может быть, вопрос. Вернее, он не последний. Я хочу вам сказать, что очень много вопросов по этой теме, по 36-му приказу. Может быть, вам как-нибудь отдельно, может быть, дать какое-то письменное интервью какой-нибудь газете, чтобы люди перед глазами видели это? Потому что, на самом деле, по радио сказал и сказал, а, вот, если какому-то печатному изданию разъяснения приказа…

М.СОКОЛОВ: Вообще это правильно. И не только письменное. В любых формах и Министерство транспорта, да и любой, так сказать, федеральный и не федеральный орган исполнительной власти должен максимально вести разъяснительную политику. Поэтому, конечно, я дам соответствующие поручения своим коллегам как по министерству, так и по соответствующим учреждениям, которые менеджируют исполнение этого приказа, о необходимой разъяснительной политики.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Причем вопросов оказалось больше, чем я ожидал. Я напоминаю, Максим Соколов, министр транспорта. Я, кстати, передам все вопросы министру. Здесь очень много подробных вопросов. Я, кстати, должен сказать, что очень много вопросов по делу. И в этой связи несколько мелких вопросов. Знаете, как в КВНе? Разминка была.

М.СОКОЛОВ: Ну, постараюсь на мелкие, да. Это самые, кстати, сложные всегда в «Что? Где? Когда?» вопросы.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Пользователь с ником Энгельгардт спрашивает «Планируется ли возобновление производства АН-124-100?»

М.СОКОЛОВ: Ну, этот вопрос, конечно, не к Министерству транспорта, потому что авиастроительная отрасль у нас курируется Министерством промышленности и торговли. Но я видел, будучи в Ульяновске, конечно, как производятся эти самолеты, как они хранятся, как используются нашей компанией Волга-Днепр, одним, кстати, из крупнейших грузовых авиаперевозчиков. Но каких-либо дальнейших планов по производству этих самолетов я не слышал.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Еще вопрос. Альфик спрашивает «Есть отличная идея сделать супертрассу через всю Россию от границ Китая до Европы. Как вы к этому относитесь? Знаете ли вы вообще о таком проекте соединить Европу и Азию через Россию? Это, действительно, достойный проект и окупится быстро».

М.СОКОЛОВ: Не только знаю, но и активно поддерживаю и всячески планирую в рамках своей деятельности и деятельности Министерства транспорта ускорить создание такой трассы. Это, действительно, коридор Западная Европа – Западный Китай, или просто Европа – Западный Китай.

Совсем недавно, по-моему, в прошлом месяце в Казани мы проводили с руководителями субъектов, вместе с полномочным представителем в Приморском федеральном округе Михаилом Бабичем большое совещание по строительству и ускорению строительства и реконструкции различных участков этой трассы. Я чтобы не загружать вас и радиослушателей, не буду называть ее опорные точки, но могу сказать, что она пройдет…

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, несколько хотя бы.

М.СОКОЛОВ: Она пройдет по Оренбургской области. Далее небольшой кусочек мы планируем по Башкирии. Потом Татарстан. Там, кстати, очень интересный проект государственно-частного партнерства на участке между Шали и Бавлы. Дальше эта дорога выходит на трассу М7 существующую с ее планами по реконструкции и, в общем-то, ускорению в том числе возможному уже в следующем году, если сложится по бюджету, завершения южного обхода Нижнего Новгорода. Потом трасса М7, обходя Нижний Новгород, я надеюсь, со следующего года, выйдет через Владимир на ЦКАД или пока еще на бетонное кольцо А108 дорогу. Но опять же, этот кусочек от выхода М7 до выхода на трассу М10 (это Москва-Санкт-Петербург), он уже…

А.ВЕНЕДИКТОВ: Сейчас мы до него дойдем, до М10, как вы понимаете.

М.СОКОЛОВ: Хорошо. Он уже находится в стадии строительства. И также мы внимательно рассмотрели те участки дороги М10, или, вернее, будущей М11, Москва-Санкт-Петербург, которые мы можем реконструировать, введя в эксплуатацию эту трассу не к 2019-му, как мы планируем, а к 2018-му году, к Чемпионату мира. Таким образом основной контур этой трассы от Петербурга до Оренбурга или даже чуть дальше до границы с Казахстаном будет введен в эксплуатацию к 2019-20 году, а отдельные его участки к 2018-му.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я вернусь к этому вопросу. Все-таки, про М10. Послушайте, ну, даже уже вот… Вам сегодня, по-моему, во время отчета председателя правительства: «Ну, хотя бы в свой Петербург постройте дорогу». Это к вам я уже. Не только к Медведеву. Вы же тоже из Петербурга. Можно построить? В чем проблема, на самом деле, построить мощную дорогу между Москвой и Петербургом скоростную?

М.СОКОЛОВ: Ну, она строится уже. Она строится.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Сколько же она строится, Максим? И сколько она будет еще строиться?

М.СОКОЛОВ: Ну, я обозначил ту дату, к которой мы стремимся.

А.ВЕНЕДИКТОВ: К Чемпионату мира по футболу.

М.СОКОЛОВ: Да. Но отдельные участки мы планируем завершить раньше. И, вот, первым таким участком будет как раз, так сказать, памятный Химкинскому лесу первый участок 1558. Мы планируем ввести его в эксплуатацию осенью следующего года.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, давайте тогда, раз затронули сами Химкинский лес, то есть это все уже состоялось, да? И какую эта дорога сыграет роль в расшивке того, что там происходит беспрестанно? Вот этот Химкинский участок – он, действительно, полезный? Или, все-таки, это была такая, знаете, превратилось в такую политическую историю?

М.СОКОЛОВ: Мое мнение искреннее – и я тогда, работая в аппарате правительства, активно занимался, конечно, этим вопросом – что это, конечно, причина была вторая. В любом случае любое строительство наносит определенный экологический вред. Но с другой стороны, если посчитать совокупный эффект, не прямой, а косвенный эффект от строительства дорог, то они, наоборот, дают дышать и не только городам и поселкам, не мимо которых, а через которые они проходят. А новые-то дороги по нашим современным правилам и требованиям строим мы уже в обход этих городов. И учитывая то, что они рассчитаны на высокую пропускную способность, то не будет вот этой ситуации пробок. А именно в пробках основная экологическая нагрузка, выбросы, потери не только времени, но и топлива, и, естественно, так сказать, техника эксплуатируется не в лучших режимах. И как раз строительство этой дороги позволит обеспечить бесперебойный пассажиропоток – он рассчитан на такой пассажиропоток. На большом участке трассы идет в 6-полосном исполнении. Только в середине, на севере Тверской и на юге Новгородской области она в 4-полосном, и далее, по мере приближения к Петербургу, она тоже переходит в 6-полосный режим. И ближайший конкурс, который мы планируем объявить, это, я надеюсь, произойдет уже, может быть, даже в апреле-месяце, хотя всегда не люблю предварять события.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Может быть.

М.СОКОЛОВ: В ближайшее время это именно участок 140-километровый между Санкт-Петербургом и Новгородом, который также мы планируем реализовать на принципах государственно-частного партнерства.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы знаете, когда возникла история с Химкинским лесом, ваш предшественник Игорь Евгеньевич Левитин говорил о том, что будет высажено дополнительно определенное количество деревьев там вокруг, ну, как бы, компенсирован. Вы чего-то про это знаете?

М.СОКОЛОВ: Безусловно, слышал. Уже, конечно, не помню сейчас цифру, но могу ее быстро поднять, может быть, даже сразу после нашей передачи. Но могу сказать, что министерство, да и в целом правительство в своей деятельности абсолютно преемственны. И все, что был обещано или, тем более, подписано предыдущим министром, нынешний состав министерства, безусловно, реализует.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Возвращаемся к дорогам, видимо, но уже к другим, к железнодорожным. Я иду по вопросам, которые задают наши слушатели. Смотрите, в текущем году на Забайкальской железной дороге произошло несколько сходов с рельс товарных поездов. Будет ли исправлена ситуация с ремонтом подвижного состава? Сразу 2 вопроса в одном.

М.СОКОЛОВ: Да. Единственное, что здесь первопричина немножко другая.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Расскажите.

М.СОКОЛОВ: Мы, действительно… Ну, хотелось, как пошли эти аварии… На самом деле, дам честную цифру, что за 2013-й год таких аварий на железной дороге произошло уже ровно 30.

А.ВЕНЕДИКТОВ: 2013-й год? Вот, нынешний?

М.СОКОЛОВ: Да, за 2013-й год.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Это сход товарняка?

М.СОКОЛОВ: Да. Причины были разные. Но в большинстве это излом боковых рам тележек.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Господи, какие слова вы говорите.

М.СОКОЛОВ: Ну а что делать? Приходится вникать.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Излом боковых рам тележек – это что такое?

М.СОКОЛОВ: Это…

А.ВЕНЕДИКТОВ: Это выстаривание? Нет, ну, что такое излом?

М.СОКОЛОВ: Нет. Излом – это, вот, ломается…

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нет, ну, металл состарился или что? Просто старый состав?

М.СОКОЛОВ: Не состарился. К сожалению, не состарился.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А тогда?..

М.СОКОЛОВ: Дело все в том, что, конечно, на наших железных дорогах бегает достаточно большое количество подвижного состава, примерно порядка 200 с лишним тысяч вагонов, срок службы которых больше 20 лет. Но в этом нет ничего страшного, тем более именно столько и составляет нормативный срок службы вагона. Хотя, он еще по такой, специальной, достаточно регламентированной технологии осмотром может быть продлен. Но вот эти все изломы в подавляющем большинстве своем (там больше 90%) происходят не с литьем, которое было сделано 20 или, там, 15 лет назад. В основном, это претензии идут по 2007-му или 2010-му и 2011-му году.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Почему?

М.СОКОЛОВ: Это как раз те года, когда наблюдался дефицит подвижного состава, отрасль переходила к другой модели конкурентной, появилось большое количество операторов, которые требовали большое количество собственных вагонов. Сейчас их уже избыток, то есть синусоида эта перешла через нулевую отметку и если в прошлом году, помните, был большой недостаток вагонов, все писали, что невозможно отправить груз, сейчас уже мы говорим о том, что сеть железных дорог испытывает излишки, которые затрудняют даже, создают пробки определенные в продвижении железнодорожных составов и снижают скорость перемещения грузов.

Так вот. Естественно, промышленность и в первую очередь не российская, а, в основном, у нас претензии есть и к украинским вагонам, которые в рамках нашей единой железнодорожной сети допускаются на наш рынок. Это 2010-й, как я сказал, и 2011-й год, Азов и Кременчуг. Мы уже приостановили эксплуатацию этих вагонов. Сейчас допускаем новые вагоны только с улучшенными эксплуатационными характеристиками. Но остановить весь парк, который, скажем так, уже выработал нормативный срок, нет возможности, иначе мы снова войдем в режим дефицита. Поэтому сейчас по поручению и правительства, и президента РФ нами реализуется совместно с Минпромторгом и Российскими Железными Дорогами, и Ространснадзором очень жесткая система мер, которая позволит минимизировать эти риски. Но, к сожалению, в данном случае претензия вся к производителям именно определенных годов и определенных видов железнодорожной продукции.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Понятно. Спасибо, ответили. Еще один вопрос Бориса-СП, видимо, из Санкт-Петербурга. Гибель на дорогах. Это, может быть, не прямая ваша, как бы, статистика или это, все-таки, ваша?

М.СОКОЛОВ: Минтранс не отвечает за безопасность на дорогах.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А кто у нас отвечает за безопасность на дорогах?

М.СОКОЛОВ: Ну… (смеется)

А.ВЕНЕДИКТОВ: Это хорошая пауза.

М.СОКОЛОВ: В любом случае отвечает правительство за все РФ.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну это понятно, да.

М.СОКОЛОВ: Не хочу, так сказать, говорить, кто конкретно из коллег.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну хорошо. Вы как специалист скажите, пожалуйста, вот, где… Вот, скажите мне, ответьте на один вопрос, потому что мы недавно как раз говорили по этому поводу с первым вице-премьером Шуваловым. Бόльшая часть ДТП, в которых трагические жертвы, это техника, это дороги, это поведение водителя? Вот это вы точно изучали, наверняка.

М.СОКОЛОВ: Конечно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Так вот если можете, вот, до новостей 2,5 минуты, на этот вопрос ответьте, пожалуйста.

М.СОКОЛОВ: Ну, примерно 13-15% — это техника. Пятая часть по статистике плохие дорожные условия и дороги. А подавляющее, конечно, так сказать, масса аварий происходит именно по причине невыполнения правил дорожного движения. И тяжелые аварии с тяжелыми последствиями, гибелью и травматизмом людей, в основном, происходят из-за выезда на встречную полосу.

А.ВЕНЕДИКТОВ: И что с этим делать?

М.СОКОЛОВ: Ну, конечно, одного ответа нет. Необходим комплекс мер. Я скажу о тех мерах, которые мы предпринимаем в пределах своей компетенции. Это и ремонт, и реконструкция наиболее опасных участков с точки зрения спрямления кривых, уклонов дороги. Там, где это возможно (а возможно это только на дорогах соответствующей категории), это установление барьерного ограждения. Оно, конечно, дорогостоящее, поэтому применяем различные новые технологии, хотя даже они не всегда работают (может быть, об этом чуть попозже расскажу). Ну и, конечно же, это строительство надземных пешеходных переходов и установка светофоров в наиболее опасных местах.

А.ВЕНЕДИКТОВ: То есть совсем дорого.

М.СОКОЛОВ: Это то, что касается компетенции Минтранса.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, я понимаю. Совсем дорого.

М.СОКОЛОВ: Ну, не дешево. К сожалению, не дешево.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, потому что построить пешеходный переход, там, через Новый Арбат, грубо говоря.

М.СОКОЛОВ: Ну, через Новый Арбат – это еще и… Когда речь идет о городах, а не о федеральных трассах. Это муниципальная сеть, она находится вне компетенций Минтранса. Но здесь еще необходимо и архитектурное ограничение (историко-культурные ограничения имеются в виду). Строить подземные пешеходные переходы с переносом коммуникаций еще дороже. Но такая программа есть, она утверждена соответствующей правительственной комиссией по безопасности дорожного движения, и я ответственно могу заявить, что на тех дорогах, которые относятся к компетенции Минтранса, особенно к госкомпании Автодор, мы наблюдаем снижение и числа ДТП, и количества потерпевших и пострадавших в этих авариях, и особенно что тоже важно именно – причем, это на десятки процентов – именно аварий, произошедших по причине несоответствующего состояния дорожной сети.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я напоминаю, что в прямом эфире «Эха Москвы» Максим Соколов, министр транспорта РФ, ведет программу Алексей Венедиктов. Сейчас мы уходим на новости. Напомню вам, что вы можете присылать свои смски. И я сразу задам вам один вопрос, ответите после новостей. Вот, пришла смска из Якутска: «Когда поезда придут в Якутск?» Но это после новостей.

НОВОСТИ

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я бы сказал, что это программа «Ищем выезд», а не «выход». Максим Соколов, министр транспорта у нас в эфире, мы идем по вашим вопросам. Вот на SMS приходит прямо во время уже эфира. Михаил из Москвы спрашивает «Спросите про Аям». Это я не знаю, что такое, я спрашиваю. И он же: «Когда поезда придут в Якутск?»

М.СОКОЛОВ: Ну, в Якутск или, скажем так, подойдут к Якутску (это правый берег Лены), железнодорожное полотно уже проведено. И летом прошлого года я там был и даже проводил совещание по завершению этого строительства. В этом году мы планируем завершить работы по обустройству железнодорожного вокзала, созданию соответствующей станции, депо по обслуживанию поездов на трассе Беркакит-Нижний Бестях. Еще раз, это правый берег Лены напротив Якутска. И с начала следующего года начать уже эксплуатацию этого железнодорожного участка и таким образом можно уверенно сказать, что из Якутска можно будет, переплыв через Лену, уехать на железнодорожном сообщении.

Что касается строительства моста…

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да, конечно. Следующий вопрос.

М.СОКОЛОВ: Да.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А то все вплавь вы хотите.

М.СОКОЛОВ: Что касается, это тоже один из самых масштабных сегодня уже новых или вновь реализуемых проектов на Дальнем Востоке. Во время своего недавнего визита и проведения соответствующей комиссии по развитию Дальнего Востока и Сибири председатель правительства подписал соответствующее постановление о начале проведения конкурса. Это тоже будет конкурс, обращаю внимание, государственно-частного партнерства, да еще и основанный на принципах реализации принципа контрактов жизненного цикла. Это нам с прошлого года позволил 115-й федеральный закон. Этот конкурс начнется и будет проведен в этом году, и строительство после проектирования (а проектирование здесь тоже будет возложено на победителя этого конкурса) начнется со следующего года.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, тогда по следам уже моих поездок, а не только Дмитрия Анатольевича. Я был 2 недели назад в Благовещенске до визита президента и, соответственно, ездил через Амур. И там мост, который никак не могут ввести в эксплуатацию. Вы что-нибудь про это знаете? Мост построен для грузовых и легковых грузов.

М.СОКОЛОВ: Да. Знаю, конечно. Там мы ждали демаркации границы. Вопросы решались на уровне пограничных и мидовских служб. Насколько мне известно, по линии МИДа сейчас все вопросы решены, но необходимо обустройство пунктов пропуска. Я, наверное, уточню эту информацию, потому что, все-таки, это объект транспортной инфраструктуры…

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, конечно, да.

М.СОКОЛОВ: ...и он не может в полной мере эксплуатироваться. Ну, тем более в преддверии развития и расширения нашего российско-китайского диалога, безусловно, в том числе и перед вашей редакцией отвечу на этот вопрос.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Спасибо. И еще по одной моей поездке. Вот, я был сейчас в Екатеринбурге и говорил с мэром, но не только с ним (я имею в виду с некоторыми мэрами, которых и здесь в Москве я вижу, и езжу). История вот какая. Всем понятно, что значительную часть перевозок внутри города, ответственность города или области – это общественный транспорт, да?

М.СОКОЛОВ: Конечно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Несколько мэров мне говорили, что они не могут… Да, они все считают, что общественный транспорт должен дотироваться, субсидироваться в том или ином виде государственными (когда я говорю «государственными», я имею в виду муниципальными, областными, федеральными) учреждениями, иначе он будет… Ну, на нем никто не будет ездить.

В этой связи мэры говорили, что необходимо принятие закона федерального (а это уже ваша ответственность), который позволит им вносить отдельной строкой бюджета муниципального право субсидировать из городского бюджета транспорт. Но закона нет, и прокуратура приходит и говорит «А мы вам не дадим».

М.СОКОЛОВ: Да. Конечно, я знаком с этой проблемой. Могу сказать, что во многих субъектах Федерации, ну и, соответственно, муниципалитетах, если говорить уже о конкретных городах или поселках, эти вопросы регулируются местным, региональным законодательством. Ну, везде есть нюансы, в том числе их, тем более, в правовом поле как нигде много. И, конечно, этот вопрос еще требует дополнительного урегулирования. Соответствующий законопроект был внесен правительством в Государственную Думу и прошел первое чтение еще, если не изменяет память, в 2007 году.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Это правда.

М.СОКОЛОВ: И сейчас, в прошлом году был внесен еще один законопроект, который регулирует, в основном, межрегиональные перевозки автомобильные – они тоже требуют своего правового регулирования на уровне федерального законодательства.

А.ВЕНЕДИКТОВ: То есть то, что называется междугородние автобусы, электрички, автобусы?

М.СОКОЛОВ: Ну, междугородние – они бывают в рамках одного субъекта, и здесь… А, вот, когда это в разных субъектах, это тоже требует, так сказать, корреспонденции, по крайней мере, и с федеральным, и с муниципальным, и с субъектовым законодательством. И, вот, в этом законе (он тоже прошел первое чтение осенью прошлого года) мы договорились, в том числе сейчас ведем переговоры с депутатским корпусом, что внесем в него опережающим темпом те положения, которые позволят, ну, поставить крест, скажем так, или, вернее, дать свободу…

А.ВЕНЕДИКТОВ: Наоборот, открыть возможности, да?

М.СОКОЛОВ: Открыть возможности субъектам уже в полной мере регулировать эту сферу. Ну, могу с уверенностью сказать, что все равно даже в рамках действующего законодательства можно найти решение этого вопроса там, где, действительно, существует такая необходимость по субсидированию муниципальных перевозок.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А вы считаете, что возможно существование муниципальных перевозок без субсидирования?

М.СОКОЛОВ: Невозможно. Поэтому и говорю.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Это общая проблема.

М.СОКОЛОВ: Это не проблема, это практика, скажем так.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нет, проблема в том смысле, что мэры боятся, опасаются.

М.СОКОЛОВ: Ну да. Или не хватает им, действительно… Ну а боится же только тогда чиновник, когда у него нету соответствующего инструмента, который разрешило бы законодательство.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Не, ну когда тебе прокурор дышит в ухо, это как-то… Даже если она – женщина, это все равно как-то не очень.

М.СОКОЛОВ: Очень образно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да-да-да. Вопрос от нашего слушателя, муниципального депутата Москвы Максима Каца. Вопрос про электротранспорт. Вот, он сейчас прямо присылает (он слушает). «В России трамвайные системы уровня 50-х годов, ни одной современной легкорельсовой системы. При этом они намного дешевле и в небольших городах эффективнее метро. Будет ли государственная программа строительства таких систем наземного электротранспорта?»

М.СОКОЛОВ: Государственная вряд ли, по крайней мере, в ближайшее время. Все-таки, это вопрос, который относится к компетенции муниципалитетов или, по крайней мере, субъектов РФ. Я в своей практике лично сам занимался подготовкой такого проекта и очень, так сказать, детально знаю, как…

А.ВЕНЕДИКТОВ: В Питере, вы имеете в виду?

М.СОКОЛОВ: Да. ...как работает так называемый наземный экспресс, или легкое метро. Там 2 таких проекта сегодня есть. Уже, так сказать, с проектами, прошедшими государственную экспертизу. Но, к сожалению, тогда кризис помешал реализации, хотя был проведен тоже очень такой, международный открытый конкурс по государственно-частному партнерству. Поэтому…

Знаю, что такие проекты разрабатываются сейчас в Москве в рамках развития московского транспортного узла и конкретно в пределах Москвы. И уверен, что, действительно, за этим стоит будущее, потому что затраты…

А.ВЕНЕДИКТОВ: Будущее? Вы считаете, это?..

М.СОКОЛОВ: Да. Затраты на строительство таких легкорельсовых систем – они несоизмеримы по строительству метрополитенов. А метрополитен сегодня востребован очень как общественный транспорт. Но, к сожалению, средств на его строительство не хватает ни у субъектов, к компетенции которых он относится, ни у Федерации.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А вот можно приблизительно представить, вот, линия метро и над ней вот этот самый электрический транспорт? Каково соотношение стоимости? В 2 раза, в 1,5 раза?

М.СОКОЛОВ: Один к трем примерно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Один к трем?

М.СОКОЛОВ: Да.

А.ВЕНЕДИКТОВ: То есть в 3 раза дороже метро?

М.СОКОЛОВ: Да.

А.ВЕНЕДИКТОВ: В этой связи еще вопрос.

М.СОКОЛОВ: Особенно в Петербурге.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, не будем про этот любимый город. А вот смотрите, еще один вопрос про троллейбусы того же Максима. «Очень легко и дешево их сильно ускорить, сделав современную контактную сеть. Но такая есть только в Вологде. Почему?» — спрашивает Максим.

М.СОКОЛОВ: Ну, у нас, на самом деле, есть разные подходы к развитию троллейбусов, в том числе и батареи. Там, где еще контактная сеть не построена, это особо актуально для микрорайонов, которые недавно построены и введены в эксплуатацию, и еще не полностью обустроено там троллейбусное движение. Батарея, которая держит достаточно емкий и сильный заряд, и троллейбус, доходя до границы контактной сети, снимает пантографы и уже дальше перемещается как большой электровоз, скажем так.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ишь ты.

М.СОКОЛОВ: И такое расстояние он может пройти до 15 километров, что вполне хватает ему развернуться, объехав вокруг района, и вернуться дальше на контактную сеть. Такие троллейбусы уже бегают по нашим дорогам.

Что касается современной сети в Вологде, ну, я думаю, что мы будем тиражировать этот проект на другие города, хотя, подчеркиваю, все во многом очень зависит от инициативы мэра и губернатора.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А вот скажите, а как вам видится?.. В общем, вы не старый и не седой еще, то есть жить долго…

М.СОКОЛОВ: Хотя, уже…

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да. Тем не менее, как вам кажется, будет развиваться в первую очередь вот такой общественный транспорт за счет личного индивидуального или, все-таки, индивидуальный транспорт в связи с ростом вытеснит этот общественный?

М.СОКОЛОВ: Ну, я, конечно, буду опираться на тот опыт, который уже прошла Европа и другие крупнейшие мегаполисы мира в развитии общественного транспорта и коммуникаций.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, давайте возьмем Москва, Питер, Новосибирск, города-миллионники.

М.СОКОЛОВ: Да, в отношении наших миллионников. Другого пути, к сожалению (ну, уверенно это говорю, я уверен, что меня поддержат и эксперты) нету кроме как создание иногда даже искусственных препятствий в использовании индивидуального транспорта и развития общественного транспорта. А также правильной компоновки строительства городов, такой, не организации спальных и промышленных районов, а многоступенчатой или многосекторной структуры, где селитебные зоны перемежаются с зонами приложения труда, рекреационными в пределах пешеходной доступности, чтобы использовались уже не только общественный транспорт, но люди больше передвигались и… Хотя, конечно, у нас страна северная, но даже Швеция сегодня гордится тем, что из любой точки Швеции можно до любой другой точки доехать на велосипеде. И, наверное, такой вид, вот, личного транспорта должен развиваться.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А вот знаете, вот, Сергей Семенович Собянин, который сравнительно недавно был в этой студии, я его все склонял к введению платного въезда в центр города. А он все не склоняется и говорит «Нет, не допущу».

М.СОКОЛОВ: Непростое решение.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А почему? Вот, для Лондона тоже было непростое решение. Но Лондон стоял в пробках, я помню, и задыхался. Сейчас даже если есть пробки, он движется.

М.СОКОЛОВ: Правильно. Я изучал опыт Лондона по въезду в центр. Сначала нужно создать соответствующую инфраструктуру. Во-первых, современные виды подвижного состава и общественного транспорта, в том числе и скоростные, легкорельсовые и трамвайные системы, а во-вторых необходимо построить большую сеть перехватывающих парковок, чтобы люди, подъехав к границам города, могли бы оставить свои автомобили и дальше уже передвигаться на общественном транспорте. Такая программа у Москвы есть. Мы в рамках единого нашего Координационного совета по развитию московского транспортного узла совместно с Московской областью предпринимаем достаточно активные действия и затратные действия с точки зрения бюджетных и внебюджетных инвестиций. Я думаю, что это, может быть, тема отдельного разговора, потому что, все-таки, московский транспортный узел – это тот узел, где как минимум 50 грузо— и пассажиропотоков страны проходит через него.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Но мы разговариваем здесь и с Максимом Ликсутовым, и с мэром. Нет, безусловно. Но просто можно ли это тиражировать на другой?.. Я вот, повторяю, вернулся из Екатеринбурга и обнаружил пробки. Ну, Екатеринбург в 10 раз меньше Москвы по населению, я так думаю, но… То есть проблемы похожи. Я к чему?

М.СОКОЛОВ: И их надо тоже решать. И я знаю те города, где эти проблемы решаются. Взять ту же самую Казань, которая активно продвинулась и в рамках подготовки к Универсиаде, которая будет летом этого года, и дальше они смотрят и планируют строить такое же кольцо, Малое кольцо уже Казанской железной дороги вокруг города. Видите, используя и развивая не метро, не метрополитен, хотя эти планы у них тоже есть, но понимая, что очень важно в том числе и наземный транспорт использовать. Он, как правило, как показывают опросы, более комфортен для людей. Все-таки, спуск в метро – это небольшой стресс для любого человека.

А.ВЕНЕДИКТОВ: В этой связи, возвращаясь к электротранспорту, о котором спрашивал Максим, я хотел вот о чем спросить. Одно время, лет 20 назад, может быть, 25 назад в Европе, раз мы говорим про Европу, стали отказываться рельсы класть (это улицу закрывать, да?), троллейбусы я вообще не помню в Западной Европе, вообще, честно говоря, с трудом вспоминаю.

М.СОКОЛОВ: Во Франции есть.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Сейчас появляются трамваи.

М.СОКОЛОВ: Возвращаются.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Сейчас возвращаются, причем такие, бесшумные, скоростные трамваи. А, вот, если поставить автобус и трамвай, вот, как? Из чего выбирать?

М.СОКОЛОВ: Ну, в зависимости от условий.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нет, ну, я имею в виду, Россию и крупные города.

М.СОКОЛОВ: Конечно, трамвай – он, во-первых, экологичней, потому что это электрический вид транспорта. Во-вторых, трамвай в отличие от автобуса обладает большей провозной способностью. Такие системы современные электрорельсового трамвая или транспорта – они приближаются по своим провозным характеристикам к метрополитену. Ну, если там не 30 тысяч человек в час, то, по крайней мере, 17-20 тысяч. Автобусы – это, ну, максимум 5-7 тысяч человек в час. То есть, видите, производительность трамвая даже в 3-4 раза выше, особенно если использовать выделенные полосы движения.

А.ВЕНЕДИКТОВ: В этой связи, вот, Доктор спрашивает (это ник): «Будут ли проводиться тендеры по строительству дорог с привлечением иностранных компаний? Ведь, известно, что они за меньшие деньги сделают больше. Или это экономически невыгодно в связи с потерей откатной составляющей?»

М.СОКОЛОВ: (смеется) Ну, вторую часть вопроса я бы отмел или прокомментировал бы чуть позже. А что касается привлечения…

А.ВЕНЕДИКТОВ: У нас с вами 7 минут.

М.СОКОЛОВ: Да. А что касается иностранных компаний, то такая задача перед нами стоит. Я считаю, что необходимо, конечно, открывать наш рынок для всех, кто хочет на нем работать, потому что планов по развитию дорожной сети у нас много и всем хватит работы. В соответствии с установками президента РФ нам и в 2 раза надо увеличить дорожное строительство, и как раз есть соответствующий пункт указа президента по привлечению иностранных компаний именно в дорожное строительство. И такую работу мы ведем.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вот смотрите, Людмила нам пишет «Каждое лето ездим в Крым. Такие допотопные вагоны собираются в составы. 50 лет назад в них же ездили». Или это впечатление? Или это не впечатление?

М.СОКОЛОВ: Ну, раз впечатление, значит…

А.ВЕНЕДИКТОВ: Значит, что-то в этом есть, да?

М.СОКОЛОВ: Уже, да, к этому уже нужно прислушаться. Вообще, на самом деле, программа обновления подвижного состава железных дорог – она существует, она заложена в инвестиционную программу Федеральной пассажирской компании (это дочерняя структура ОАО РЖД). И могу сказать, что достаточно большой процент (сейчас навскидку не помню), более 10% подвижного состава обновляется ежегодно. Но опять же могу сказать, к сожалению, потому что здесь очень вопрос связан с государственной поддержкой, субсидированием этих перевозок. Вы знаете, что с этого года она была сокращена, сокращена практически вполовину, я имею в виду плацкартные вагоны, вагоны общего пользования.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, Владимир Иванович тут нам в эфире устроил (Якунин имеется в виду).

М.СОКОЛОВ: Ну, я не буду развивать дальше этот тезис.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нет, да, он уже рвал там всех, кого мог.

М.СОКОЛОВ: Да. И в связи с этим эта программа, кстати, вынуждена сокращаться. Я знаю в том числе и проблемы с Тверским вагоностроительным заводом, который тоже сократил выпуск своей продукции и вообще находится на грани остановки. Но мы, конечно, должны здесь проводить сбалансированную политику. И я посмотрю по тому составу, который непосредственно ходит у нас в Крым. Может быть, это какой-то дополнительный состав, который ходит в летний период, но вообще на международных линиях последнее время претензий по качеству… Ну, вот, у меня как у министра нет.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, кроме Душанбе-Москва, как мы выяснили.

М.СОКОЛОВ: Ну, его сейчас…

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да. Нет, а что там? Это был таджикски формирующийся поезд или это был наш поезд?

М.СОКОЛОВ: Там до границы, действительно, он обслуживается соответствующими иностранными пассажирскими компаниями, и мы подхватываем его, только начиная с границы. И бригады железнодорожные другие. В этом была проблема, она неоднократно обсуждалась на пограничных комиссиях. Ну, в данном случае решение по этому вопросу, естественно, поскольку это международная деятельность, она лежит вне компетенции Министерства транспорта.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нас возвращают в Екатеринбург. Анатолий: «Планируется ли финансирование строительства метро в городах-миллионниках за счет федерального бюджета хотя бы на паритетных началах?» Нас возвращают в метро.

М.СОКОЛОВ: Ежегодно мы направляем в Министерство экономического развития, в Министерство финансов в рамках бюджетного планирования свои предложения по поддержке, в данном случае субсидированию проектов строительства метрополитенов во всех наших городах-миллионниках, которые обладают, и в том числе в Волгограде, где…

А.ВЕНЕДИКТОВ: Это Екатеринбург у меня.

М.СОКОЛОВ: Я понимаю. И в том числе в Волгограде, где роль метро выполняет трамвай, кстати.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А.

М.СОКОЛОВ: Заходят там в подземные туннели, скажем так, и там он финансируется на тех же принципах, что и метрополитен.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Но это, как бы сказать, субсидирование, эксплуатация, да?

М.СОКОЛОВ: Нет.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Или это строительство?

М.СОКОЛОВ: Мы закладываем предложения Минтранса на субсидирование строительства.

А.ВЕНЕДИКТОВ: И что отвечают нам товарищи Белоусов и Силуанов?

М.СОКОЛОВ: Ну, конкретно они ничего не отвечают, но бюджетная заявка проходит, естественно, много итераций. И конечную точку в этом вопросе ставит правительство и потом Государственная Дума.

А.ВЕНЕДИКТОВ: По каждому городу отдельно или вообще по строительству метрополитена в стране?

М.СОКОЛОВ: Ну, в целом, она ставит по отрасли, по бюджету. Но, естественно, в рамках бюджета там есть постатейная раскладка, там, конечно, мы даем предложения, проанализировав это и подтвердив соответствующей проектной документацией, по каждому субъекту, обладающему метрополитеном.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я напоминаю, Максим Соколов, министр транспорта РФ. Я, конечно, не пропущу вопрос, который нам задают про велодорожки в мегаполисах. Не вижу подписи, но вижу телефон. Вот, вы знаете, на самом деле, в Амстердаме чудовищно, там пешеходу пройти негде, все время на тебя налетает велосипед. Мы дикие, конечно, московские, это понятно, но мы даже не могли понять по разметке, как на нас налетали велосипеды.

М.СОКОЛОВ: Она такая, более красная.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, да, особенно когда темно, оно совсем плохо. Это правда. На самом деле, считаете ли вы, для мегаполисов это перспективно (Питер, Москва)? Или с учетом состояния дорог, климата и так далее лучше даже не озабочиваться… Вот, сделаем там для туристов и всё?

М.СОКОЛОВ: Перспективно. За Москву говорить не буду, поскольку здесь уже…

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, скажите, например, Питер, да.

М.СОКОЛОВ: Так в Питере я знаю, что такая программа тоже реализуется. И реализуется причем в зависимости от каждого района. Например, во Фрунзенском районе, где…

А.ВЕНЕДИКТОВ: В Питере?

М.СОКОЛОВ: В Питере.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Потому что в Москве тоже есть Фрунзенский район (я на всякий случай).

М.СОКОЛОВ: Да. В Петербурге, во Фрунзенском районе есть целая программа по развитию велодорожек. И могу сказать, что…

А.ВЕНЕДИКТОВ: А насколько это перспективно? Максим, вот это все красиво, а насколько это реально там эффективно, экономично, полезно?

М.СОКОЛОВ: Ну, Алексей, вы же знаете, что мир развивается достаточно динамично и становится очень, так сказать, близким друг к другу, несмотря уже на большие расстояния. И посмотрев на то, как развиваются мегаполисы в Европе (а Европа, в общем-то, нам географически достаточно близка)... Причем, даже в Северной Европе.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вот, про Северную. Потому что у нас снег, у нас лед, у нас понятно, да?

М.СОКОЛОВ: Но и в Стокгольме же, ведь, снег и лед есть. И там, как я уже говорил, приводил этот пример, создана система велодорожек вообще по всей стране.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Это вопрос состояния дорог – тогда опять я возвращаю вам бумерангом.

М.СОКОЛОВ: Или менталитета граждан. Ну, с другой стороны… Автомобиля-то у меня нет, а велосипед есть.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А, вот так вот, да?

М.СОКОЛОВ: И я с удовольствием на небольшие расстояния или в качестве прогулок его использую.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да…

М.СОКОЛОВ: Доехать, конечно… Сегодня ездить по центру Москвы не очень комфортно, но я искренне ценю усилия правительства Москвы по созданию сети велодорожек.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вот, не кажется вам, что это баловство для России? Ну, вот, для не значительной части населения это развлечение будет, а не передвижение. Там премьер-министр и его охрана едут на велосипеде (ну, видел сам), грубо говоря. Но там это, действительно, работает как экономический фактор – экологично, скорость передвижения, нет пробок. А у нас это будет баловство и еще отъедать часть дороги или тротуара.

М.СОКОЛОВ: Скорее тротуара. Ну, точно так же воспринимали эту идею европейцы, жители европейских городов 30-40 лет назад. А сегодня они все активно пользуются, их дети активно пользуются.

А.ВЕНЕДИКТОВ: И что не хватает нам тогда в крупных городах для того, чтобы это двигалось?

М.СОКОЛОВ: Ну, мышления.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы считаете, что это ментально, да?

М.СОКОЛОВ: Я думаю, что да.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вообще у нас получилось, что у нас в конце передачи все ментально. У нас основные ДТП происходят от того, что мы не соблюдаем правила, да? 80%, по-моему, мне говорили цифру.

М.СОКОЛОВ: Это так, это так.

А.ВЕНЕДИКТОВ: И мы не пересаживаемся на велосипеды, потому что ментально не хотим.

М.СОКОЛОВ: Значит, надо перестраивать самих, работать над самим собой.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Какой-то оптимистичный министр у нас. Хорошо. Министр Максим Соколов, министр транспорта РФ был в прямом эфире «Эха Москвы». Спасибо большое.

М.СОКОЛОВ: Спасибо вам, Алексей, спасибо радиослушателям.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я надеюсь, что вы пришлете к нам людей из Автодора, которые более подробно… Здесь есть вопросы такие специальные.

М.СОКОЛОВ: Я обратил внимание, что на сайте большая доля вопросов относится к нашим дорогам, ну, традиционно, потому что дороги, конечно, мы за 200 лет не исправили, и за этот год работы нового кабинета, конечно, это невозможно было решить разом все проблемы. Но своя программа и свой план действий по приведению в состояние нашей дорожной сети, по крайней мере, нормативной и в ближайшее время у нас есть. И поэтому я обязательно направлю к вам своих коллег – и руководителя госкомпании Автодор Кельбаха Сергея Валентиновича, и руководителя Федерального дорожного агентства Старовойта Романа Владимировича для того, чтобы они в прямом эфире ответили на все вопросы.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Спасибо большое. Максим Соколов был в прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы».

М.СОКОЛОВ: Спасибо.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире