'Вопросы к интервью
А. ГРЕБНЕВА: 16-35 в Москве. Алина Гребнева, Алексей Осин. Заключительная часть «Дневного разворота». В нашей студии Кирилл Бесценко – заместитель руководителя департамента транспорта и развития дорожно-транспортной инфраструктуры города Москвы. Говорим сегодня о межрегиональных пассажирских перевозках. Но прежде всего поздравляем Кирилла Николаевича с Днем рождения.

К. БЕСЦЕНКО: Спасибо большое.

А. ГРЕБНЕВА: Это вдвойне подвиг – не просто придти на «Эхо Москвы», но еще и в своей собственный праздник.

К. БЕСЦЕНКО: Всё на благо москвичей, на благо города.

А. ГРЕБНЕВА: Серьезная тема у нас с вами заявлена. Я призываю слушателей писать нам +7-985-970-4545, также на сайт «Эхо Москвы» можете оправлять свои истории о том, как вы пытались уехать куда-нибудь или приехать в Москву и вдруг оказались в непонятных ситуациях. Из Twitter'а на аккаунт vyzvon тоже можете писать.

А. ОСИН: Насколько важны автобусные перевозки и вообще междугородние перевозки наземным транспортом для Москвы?

А. ГРЕБНЕВА: Какой объем пассажирооборота?

К. БЕСЦЕНКО: Эти цифры известны. В день порядка трех тысяч автобусов. Это серьезная цифра, которая приходит из дальнего межгорода. Москва и Санкт-Петербург – такие два субъекта, для которых межгород начинается фактически за кольцевой. Поэтому мы все-таки делим межгород близкий, мы называем пригород. Москва, Московская область в режиме с работы, на работу, также жители Москвы едут на дачи. Мы их здесь с вами не обсуждаем, потому что фактически сегодня это московская агломерация, которая уже работает как большой-большой город.

Поэтому мы специально их выводим и говорим только о том настоящем межгороде: как мы привыкли в советское время, садишься в автобус, несколько часов едешь, не час, не два, не три, а гораздо больше. Таких автобусов легальных (теперь разделяем их на легальные и нелегальные) около 2 тысяч, остальные – это как раз тот самый нелегал. Примерно в день до ста тысяч пассажиров. Очень большая зависимость от сезона. Естественно, зимой едут меньше, летом едут больше, осенью особенно студенты или работающие едут больше. Очень сильна вахтовость. Кто едет на автобусах, кто не едет на дальние расстояния на поездах? Люди едут работать вахтово. В Москву очень многие люди едут вахтово – отработал неделю-две и уезжают, – вот они едут автобусом.

А. ГРЕБНЕВА: Вы сказали, что есть легальные и есть нелегальные. Во сколько раз больше нелегальных автобусов?

К. БЕСЦЕНКО: Они нелегальные, их очень сложно посчитать.

А. ГРЕБНЕВА: Примерно вы представляете порядок? В два раза больше, чем легальных, или сколько?

К. БЕСЦЕНКО: Когда два года назад их начали считать, это было 1:3, 1:4, т.е. один легальный – 3-4 нелегальных. Сейчас эта пропорция постепенно сокращается, но, к сожалению, 10 автовокзалов, которые существуют в городе, не загружены. Давайте я лучше другие цифры скажу. Точнее они загружены на 40%, и еще порядка 2,5 тыс. автобусов можно принять легально, сделать их законными.

А. ГРЕБНЕВА: А почему они не принимаются?

К. БЕСЦЕНКО: Перевозчики экономят, т.е. здесь экономика уже.

А. ГРЕБНЕВА: На чем они экономят?

К. БЕСЦЕНКО: Почему вообще есть нелегальный бизнес? Почему есть нелегальные казино, торговля оружием и прочими вещами? Потому что это сверхдоходы. Т.е. люди не хотят работать в белую только для того, чтобы те издержки, которые они должны нести в легальном бизнесе – безопасность, комфортность, в том числе налоги, – люди уходят от этого.

А. ГРЕБНЕВА: Вы сказали про автовокзалы. Достаточно распространенное явление, когда на железнодорожных вокзалах Москвы кричащие люди, что автобус туда-то и туда-то. Это удобно. Потому что тебе не хватило билета на поезд, то ты сел и уехал.

К. БЕСЦЕНКО: То, что не хватило билетов на поезд, те времена уже ушли.

А. ГРЕБНЕВА: Бывает такое. Если тебе надо прямо сейчас уехать…

А. ОСИН: Тут дело в том, что хватает билетов в купированные вагоны, а в плацкарт не хватает.

К. БЕСЦЕНКО: Вы правы. Это вопрос цены. Конечно, автобусы сегодня дешевле. Особенно в лето они очень сильно конкурируют с железной дорогой. Железная дорога это понимает, увеличивает количество поездов, снижает цены. Здесь нормальная конкурентная борьба.

А. ГРЕБНЕВА: А как вы боретесь? Вы сказали, что за последние несколько лет все-таки сократилось количество нелегальных перевозчиков.

К. БЕСЦЕНКО: Слово «борьба» подразумевает жесткие, чуть ли не репрессивные методы. Такие методы, конечно, тоже есть. Это установка знаков – стоянка, остановка запрещена. И тогда к водителю применяются меры административного характера. У вас уже несколько раз и я был, и коллеги были, говорили, что год назад был создан организатор перевозок в городе, такая структура, которая контролирует как легальных перевозчиков, которые должны соблюдать установленные правила, так и нелегальных. Административная ответственность достаточно большая: 50 тысяч первый штраф, второй штраф – 100 тысяч.

А. ГРЕБНЕВА: Это кому штраф выписывается?

К. БЕСЦЕНКО: Это организации.

А. ГРЕБНЕВА: А если нет организации?

К. БЕСЦЕНКО: Индивидуальный частный предприниматель.

А. ГРЕБНЕВА: Т.е. это владелец этого автобуса?

К. БЕСЦЕНКО: Если это владелец или нанятый человек, который заявляет себя владельцем, без лицензии, без необходимого оформления в налоговой службе занимается бизнесом, это называется незаконная предпринимательская деятельность. Это уголовная ответственность. Вы чуть-чуть меня опередили, я хотел сказать, что есть и такие, но, к счастью, они уже года 2-3 не появляются. Потому что в каждой префектуре создана комиссия, которая с помощью ГИБДД, ФСБ, миграционной службы, префектур, управ и с нашим участием выявляли, два года работали, сейчас они еженедельно ведут плановые рейды. Точки притяжения всё равно известны.

А. ГРЕБНЕВА: Проверки происходят, на время всё это затухает, но потом всё равно же появляются в этих же местах.

К. БЕСЦЕНКО: Я говорю, незаконного предпринимательства уже нет. Вы всё равно это в кучу.

А. ГРЕБНЕВА: А что есть?

К. БЕСЦЕНКО: Есть те товарищи, которые не хотят идти на легальные автовокзалы.

А. ГРЕБНЕВА: Т.е. у них все лицензии есть, но они уезжают из необорудованных мест.

К. БЕСЦЕНКО: Они не идут на легальные автовокзалы. Чем характеризуется автобусная перевозка? Когда вы покупаете билет на поезд или на самолет, вы не требуете, чтобы самолет или поезд вам подали к подъезду. А автобусный бизнес – сегодня это очень гибкая диспетчеризация с помощью телефонов. Так как группа лиц, которые ездят на автобусах, фактически одна и та же – это студенты, это трудящиеся, группа заехала, массово отработала 2-3 недели и уехала обратно, – они уже друг друга знают, они прикатались, и они по телефону с диспетчером…

А. ГРЕБНЕВА: А что в этом плохого?

К. БЕСЦЕНКО: Подождите. Вы задаете вопрос – это пассажирский транспорт или это заказной транспорт? Мы с вами еще до этого не дошли. Т.е. если это по заказу, то ради бога, но пусть они не говорят, что они пассажирский транспорт. Перевозки по заказу сегодня не лицензируются и никак не регулируются. И этим, кстати, пользуются.

А. ОСИН: Это так же, как лимузин себе заказать.

К. БЕСЦЕНКО: И пожалуйста. Но здесь начали хитрить те же господа перевозчики, которые посмотрели законодательство и говорят – а мы заказной транспорт, мы привезли группу людей, никаких билетов мы не продаем. А когда их на этом ловят – а их регулярно ловит транспортная инспекция, там штраф 250 тысяч.

А. ГРЕБНЕВА: Они, получается, экономят на налогах.

К. БЕСЦЕНКО: Не только на налогах. Безопасность.

А. ОСИН: Потому что на этих автобусах…

К. БЕСЦЕНКО: Бьются, засыпают.

А. ОСИН: И не только это. В конце концов, даже террористов могут привезти.

К. БЕСЦЕНКО: Это очень серьезная тема – вопросы безопасности именно Москвы и Санкт-Петербурга. Таких проблем меньше в других городах. Вопросы антитеррористической безопасности, либо других нелегальных перевозок – наркотиков и других таких вещей, конечно, это бич Москвы. Поэтому мы также против этих нелегальных перевозок. И я хочу закончить мысль. Почему надо приходить на легальные автовокзалы? Почему они находятся не там, где метро, не там, где железнодорожные вокзалы? Они находятся там, куда приезжает иногородний транспорт. Это периферийные станции метро. Да, пассажиру должно быть удобно. Теплый стан, Красногвардейская, Орехово, идите туда. Нет, надо поработать на грани закона, взять и там пассажиров, а еще проехать к Казанскому вокзалу – вдруг там еще кто-то есть?

А. ГРЕБНЕВА: Это формула «спрос рождает предложение». Не затаскивают же они людей с улицы в свои автобусы. Значит, есть желающие.

К. БЕСЦЕНКО: Что такое 3 тысячи автобусов для города Москвы? Вроде немного. Москва большая, много радиальных трасс. Вот если бы они были распределены и доходили только до ближайшей станции метро, высаживали пассажиров и уходили, москвичи не видели бы их в городе и не страдали бы от этого. Автобус 15-16 метров, вы поймите правильно, он же не как городской автобус – высадил и уехал. Он утром пришел, высадил пассажиров и до вечернего рейса стоит. Что делает? Заграждает улицу. Т.е. полоса выпала.

Почему мэр хочет вывести грузовой транспорт из Москвы? Не из-за того, что они возят грузы, а из-за того, что они стоят. Т.е. он ввозит грузы очень малое время, а всё остальное время он отстаивается и перекрывает дорогу, для нас с вами созданную. Мы не можем проехать там, где мы должны ехать. И мы не боремся с автобусным бизнесом как таковым, мы говорим – давайте работать по правилам. Вы привезли иногородних пассажиров. Конечно, столица открыта – пожалуйста, приезжайте. Но внерейсовое время куда? На стояночку, где водитель будет спать не в салоне, а в гостинице. Он пройдет медицинский осмотр. В это время автобус будет вымыт, пройдет предрейсовый технический осмотр.

А. ОСИН: И билетики станут стоить…

А. ГРЕБНЕВА: В энное количество раз больше.

К. БЕСЦЕНКО: Почему?

А. ОСИН: Потому что надо водителю оплатить гостиницу, а не салон автобуса…

К. БЕСЦЕНКО: Это уже про налоговые дела. На самом деле это гостиницы при автобусных парках, это типа благоустроенных общежитий. Но это гораздо лучше, чем салон автобуса.

А. ОСИН: Я нисколько не сомневаюсь.

К. БЕСЦЕНКО: Это безопасность.

А. ОСИН: Я с самого начала хотел задать вопрос. Вы сказали об объеме людей, которые пользуются автобусным сообщением. В сравнении с теми, кто приезжает на поезде или прилетает на самолете, какое место занимают эти междугородние перевозки на автобусах?

К. БЕСЦЕНКО: Поезд, конечно, впереди планеты всей. Поезд и создан для массовых перевозок на дальние расстояния. Самолеты для московского авиационного узла – это хаб. Т.е. если бы мы сравнивали чуть-чуть меньше город, то, конечно, были бы автобусы выше здесь, учитывая, что у нас очень много транзитных. Если сравнить с тем, кто прилетел и приехал в Москву, конечно, автобусы опережают. Но если вообще весь объем перевалки пассажиров в авиационном узле Москвы – это Внуково, Шереметьево, Домодедово, – там, конечно, больше.

А. ОСИН: А меняется ли это соотношение? Поезд, понятно, вне конкуренции. Самолет, автобус – между ними перетекает пассажиропоток, или это стабильная цифра?

К. БЕСЦЕНКО: Последние лет 10, даже 15 – устоявшиеся цифры. Понимаете, это было накатано в тот момент, когда на поездах боялись ездить. Помните, это было в 90-е годы. Потом не всегда можно было добраться гарантированно. Вы же сами говорили, что не было билетов. Поэтому бизнес предложил решение – добираться на автобусах. И у кого-то это сохранилось. Но надо сказать, что количество автобусных маршрутов не растет.

А. ГРЕБНЕВА: Хотела уточнить по поводу безопасности. Может быть, вы рассылаете какие-то распоряжения, указания, или МВД само за этим следит, что, допустим, на въезде в Москву более пристальное внимание таким автобусам?

К. БЕСЦЕНКО: Вопросы безопасности отнесены к федеральным органам власти, это их прерогатива. Закон о транспортной безопасности делит, чем занимаются федералы и чем занимается федеральная власть. Это вопрос федералов.

А. ГРЕБНЕВА: Второе уточнение по поводу идеи, что пусть они высаживают, едут на стоянку или уезжают обратно. Может быть, на законодательном уровне как-то это прописать, закрепить?

К. БЕСЦЕНКО: Как раз это решено.

А. ГРЕБНЕВА: Это уже решено?

К. БЕСЦЕНКО: Да. Они обязаны обеспечить…

А. ГРЕБНЕВА: Я про то, что запретить им вообще въезд. Как обсуждается про грузовой транспорт, так сделать и здесь.

К. БЕСЦЕНКО: Здесь проще. Мы им согласовываем маршрут движения по городу Москве и места отстоя. Если в отношении грузового это сложно сделать, потому что у него может быть несколько точек высадки, то у автобуса гораздо проще. И легальных перевозчиков пассажир видит где? Только на автовокзале: он пришел, сел и уехал. А вот те нелегальные перевозки, которые создают нам, обычным москвичам, проблему передвижения по городу, вот с ними…

А. ГРЕБНЕВА: Может быть, создать дополнительные автобусные парковки…

К. БЕСЦЕНКО: Они не должны быть вне автовокзала, вот и всё.

А. ГРЕБНЕВА: Может, больше автовокзалов нужно?

А. ОСИН: Если нынешние не загружены…

К. БЕСЦЕНКО: Если сегодняшние 10 не загружены, зачем еще? В принципе, вы, конечно, думаете правильно, и правительство Москвы тоже всё это понимает. У нас программа развития ТПУ, о которых вы знаете, вам неоднократно об этом говорили.

А. ОСИН: Транспортно-пересадочные узлы.

К. БЕСЦЕНКО: Транспортно-пересадочные узлы, которые являются основным притяжением междугороднего или пригородного сообщения, на них еще 6 автовокзалов планируется. Т.е. 10 – это не последняя цифра. По нашему пониманию, еще порядка 6 автовокзалов должно появиться, совмещенных с ТПУ.

А. ГРЕБНЕВА: Тут вопрос цены, как это всё будет регулироваться. Может быть, город на первых порах будет субсидировать?

К. БЕСЦЕНКО: Что?

А. ГРЕБНЕВА: Этих перевозчиков. Говорить, что мы за счет города будем возмещать размещение водителя в гостинице или еще что-то.

К. БЕСЦЕНКО: Этот бизнес прибыльный. Если бы он не был прибыльным, не было бы такой жесткой конкуренции. После торговли автотранспорт – самый конкурентный вид бизнеса. Город, Московская область достаточно серьезно субсидируют городские и пригородные перевозки, т.е. это ветераны, инвалиды и ряд категорий льготников. Это серьезная социальная нагрузка. Там наша социальная задача, она обеспечивается. А межгород дотировать или субсидировать…

А. ОСИН: Я на Теплом стане живу, там как раз автовокзал, который вы упоминали, там прилежащие улицы, действительно, были заставлены автобусами. Сейчас они куда-то делись.

К. БЕСЦЕНКО: На стоянку при этом парке, вы можете посмотреть. Как это регулируется? Через заключение договоров. Нормальный перевозчик понимает. А сколько автобусов жгли во дворах? Доведенные жители сжигали эти припаркованные автобусы.

А. ОСИН: Нам пишут, одни радиослушатели уверяют, что пустите больше поездов – не будет нужды в автобусах, но другие тут же с ними спорят, говорят, что электричка далеко не во все места дотягивается, и автобус, который не связан ни рельсами, ни проводами, он гораздо более маневренный и ходит не раз в сутки, как пишет наш радиослушатель. Есть ли еще какие-то преимущества автобусного транспорта?

К. БЕСЦЕНКО: Вы назвали правильно – мобильность.

А. ГРЕБНЕВА: Я хотела еще уточнить по поводу сферы регулирования. Вы сказали, что безопасность не входит в компетентность.

К. БЕСЦЕНКО: Безопасность разная бывает. Вы спросили про антитеррористическую. Я поэтому и ответил, что это федеральная ответственность. Есть безопасность дорожного движения.

А. ГРЕБНЕВА: И безопасность пассажиров. Это тоже к вам?

К. БЕСЦЕНКО: Какая безопасность пассажиров?

А. ОСИН: Оборудованы ли кресла ремнями…

А. ГРЕБНЕВА: Проходит ли водитель медкомиссию, или он уставший?

К. БЕСЦЕНКО: Это всё безопасность дорожного движения. Вы не забудьте, что есть закон о страховании ответственности перевозчиков. И большие дебаты еще предстоят, потому что этот закон будет вступать в силу, он был принят в этом году и будет вступать в силу с 1 июля. Там по тарифам большие проблемы. Дебаты в Минфине сегодня ведутся. Это ляжет на ежедневный билет, который вы покупаете для проезда в городском автобусе. А по межгороду это с 92 года обязательно. Т.е. перевозчик обязан, даже не то что обязан, а это включается в стоимость проезда. Вы на железнодорожном транспорте покупаете билет, видите страховой сбор?

А. ОСИН: А как же.

К. БЕСЦЕНКО: И на легальном автобусе то же самое.

А. ОСИН: Страховка – это хорошо, конечно, но дабы не случилось чего-то, от чего уже никак не застрахуешь.

К. БЕСЦЕНКО: Вот это вопрос безопасности дорожного движения. Она находится как у федералов в ГИБДД, так и у региональных властей или у транспортной инспекции, это тоже федеральные органы власти. Т.е. допуск к перевозкам – это лицензирование, это очень важный инструмент. Недобросовестный перевозчик не должен быть допущен к перевозке пассажиров.

А. ГРЕБНЕВА: Мы заканчиваем наш эфир. Я напомню, что в гостях у нас был Кирилл Бесценко – заместитель руководителя департамента транспорта и развития дорожно-транспортной инфраструктуры города Москвы. У нас рубрика «Дорожный просвет» постоянная.

А. ОСИН: Поэтому просветим вас и на следующей неделе.

К. БЕСЦЕНКО: Уважаемые гости Москвы, пользуйтесь легальным автобусным сообщением.

А. ГРЕБНЕВА: На этом завершаем наш эфир. Спасибо.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире