'Вопросы к интервью
О.ЖУРАВЛЕВА: Добрый день. В Москве 13 часов и 14 минут, вас приветствует программа «Дифирамб». Сегодня ее ведет Ольга Журавлева, и мне крупно повезло, потому что, вот, дифирамб безо всяких даже сомнений. Ничего другого я не могу сказать моему гостю, потому что просто язык бы не вернулся. Владимир Зельдин, актер театра и кино, народный артист СССР, действующий актер, играющий в данный момент в 5 спектаклях. Я правильно понимаю? У вас сколько спектаклей сейчас на данный момент рабочих?

В.ЗЕЛЬДИН: Я играю 5 спектаклей. И играю в постановке режиссера Юлия Гусмана, заслуженного деятеля искусств, режиссера театра и кино. Это его постановка «Человек из Ла Манчи» «Дон Кихота». Второй спектакль – это «Танцы с учителем» тоже в его постановке. Я ему бесконечно благодарен, потому что он в моей жизни финал сыграл и играет огромное значение как режиссера, как человека и необыкновенно такое общение с ним обогащает. Просто удивительная личность, яркая. Это мне, что называется, в жизни, я считаю, очень повезло. Потом играю в театре в постановке главного режиссера Бориса Афанасьевича Морозова, народного артиста «Давным-давно».

О.ЖУРАВЛЕВА: Это Театр российской армии.

В.ЗЕЛЬДИН: Да, театр российской армии. И играю у Светланы Враговой, народной артистки России, которая возглавляет театр «Модерн». Великолепная молодежь там, талантливая и она очень интересный и талантливый режиссер. Ее спектакли в постановке такого режиссера Щедрина Бориса Ефимовича, который поставил Достоевского «Дядюшкин сон», где я играю князя. И там занята замечательная выдающаяся актриса Наташа Тенякова. В компании Маша Орлова, которая играет Зинаиду Афанасьевну. В общем, компания прелестная и получаешь большое творческое удовлетворение, когда собираешься, играешь этот спектакль.

Ну, кроме этого творческие вечера.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы еще и ездите по стране.

В.ЗЕЛЬДИН: Да. Вот были в Петербурге, были мы в Калининграде на фестивале. Мои творческие вечера вместе с моей партнершей, народной артисткой России Ольгой Михайловной Богдановой, которая является актрисой нашего театра, украшением нашего театра. Я с ней играл и другие спектакли в театре – «Бриллиантовая орхидея», потом «Деревья умирают стоя» и так далее. В общем, творческие вечера – тоже они приносят какое-то большое творческое удовлетворение. Потому что зритель – это интересно. Кроме каких-то фрагментов из фильмов, в которых я снимался, я читаю, пою, играю сцену из спектакля. Вот такого плана.

О.ЖУРАВЛЕВА: Я еще раз напомню, что у нас в студии Владимир Зельдин, я бы сказала, такой, почетный испанец нашей сцены. Очень много у него было таких ролей. Ну и, естественно, Дон Кихот тоже вполне себе испанский персонаж. Почетный, я не знаю, учитель танцев, почетный кавказец нашего экрана. И очень много людей вам пишут просто, что они просто вас любят и желают вам всего только самого лучшего. Хотя, некоторые интересуются: «Жизнерадостность и оптимизм – вот, на мой взгляд, секрет творческого и жизненного долголетия гостя. Я прав?» — спрашивает наш слушатель. Правда, вы – оптимистичный человек, Владимир Михайлович?

В.ЗЕЛЬДИН: В общем, я, как бы вам сказать, оптимист или не оптимист, я считаю себя обыкновенным человеком.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, вы уж точно необыкновенный.

В.ЗЕЛЬДИН: И частично и оптимист, и бываю и пессимистом. Вот, разные грани бывают в разные времена. Как погода весна, лето, осень, зима, так вот и настроение бывает. Но мне кажется, самое главное для меня – все-таки, это моя творческая работа. Творческая работа в театре, в котором я уже служу, в Театре Красной армии…

О.ЖУРАВЛЕВА: Советской армии.

В.ЗЕЛЬДИН: Который является культурным подразделением нашей славной армии. И я считаю, что мне повезло в том отношении, что я попал в театр и это мой театр, где руководил этим театром выдающийся педагог, профессор, народный артист Советского Союза, лауреат государственных премий Алексей Дмитриевич Попов. Понимаете? Кроме Попова была режиссура вокруг него – это Давид Вадимович Тункин, Иван Петрович Ворошилов, Акунчиков, потом Владимир Семенович Канцель. Вот, они все ставили спектакли, а он, когда уже подходили прогоны, он приходил, делал какие-то замечания и, что называется, доводил до ума эти спектакли. У нас было примерно 6 спектаклей премьерных в сезон, 6-8 спектаклей. У нас был большой оркестр, 35 человек, у нас был огромный репертуар. Потому что для того, чтобы зрительный зал наполнить (а у нас огромный, 2200 мест), нужен был разнообразный репертуар. У нас были музыкальные спектакли – это и «Укрощение строптивой», это и «Учитель танцев», «Ринальдо идет в бой», «Стрекоза», «Внук короля», «Раскинулось море широко» и так далее, и так далее. Поэтому это, так сказать, у нас актеры поющие.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да вы еще и танцующие, и поющие.

В.ЗЕЛЬДИН: И танцующие, и так далее, да. И военная тема тоже – и Сталинград.

О.ЖУРАВЛЕВА: У вас на сцену можно танк было выводить.

В.ЗЕЛЬДИН: Да.

О.ЖУРАВЛЕВА: По-моему, единственный театр в стране с такими масштабами. Кроме Новосибирского.

В.ЗЕЛЬДИН: А потом, должен вам сказать еще, огромная шефская работа. Выезды в армию – это неотъемлемая часть нашей труппы, нашего театра. И во время войны, и в мирное время, и в Афганистан мы тоже выезжали 2 раза. Это тоже, это необыкновенно. Это работа очень интересная и нужная, я считаю, потому что, мне кажется, культура имеет первостепенное значение в нашей жизни. Только культурой мы можем победить все негативные явления нашей жизни.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну а с другой стороны, Владимир Михайлович, ну а вот скажут люди «Подумаешь. Вместо того, чтобы, скажем, воевать, спускаться в шахты или еще что-то, они танцуют, поют и читают стихи». Вот, вы сами же прекрасно понимаете, что у вас были возможности по-разному развиваться, разную карьеру строить, ну, не карьеру, а жизнь, да? И получилось так, что вся ваша жизнь оказалась связана с творчеством. Вы ни о чем не жалеете? Это, все-таки, правильная для вас жизнь?

В.ЗЕЛЬДИН: Нет, я…

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы же и на флоте хотели служить, насколько я знаю, да?

В.ЗЕЛЬДИН: Нет, я ни о чем не жалею, потому что я считаю, в общем, если так… Я очень благодарен своим родителям. У нас была большая семья. У нас же было, в общем, 5 человек. Мама была учительницей, отец окончил Московскую консерваторию, он – музыкант, дирижер. Ну, я говорю к тому, что мы жили не так просто в смысле каких-то материальных условий и так далее. Денег было не так много, нас было много – нужно было накормить, одеть и так далее. Проблем много. Но! Я говорю главное. Я никогда не слышал (а дети – это как губка, они всё в себя впитывают, понимаете), чтобы мама с папой ссорились, скандалы были, какие-то разговаривали на высоких тональностях. Этого я не видел. Я не видел, чтобы отец приходил с бутылкой водки или вина, и чтобы он вынимал пачку сигарет и курил. Мне, вот, 97 лет, я не курю, не пью. Вы понимаете? Потому что это дает мне возможность работать, дышать. У меня голос, я пою, я двигаюсь, я играю большие роли, которые требуют большой психофизической нагрузки. А я очень люблю свою профессию, поэтому от каких-то соблазнов нужно отказываться, понимаете?

О.ЖУРАВЛЕВА: Понимаю. Понимаю, Владимир Михайлович. Но с другой стороны, все же говорят, что, действительно, актерская профессия настолько психически затратная, что некоторые роли люди переживают настолько тяжело, что не удивительно, что они уходят к каким-то соблазнам, что им нужна разгрузка, что им нужны какие-то всплески, скандалы, все тот же алкоголь. Вы своим примером доказываете, что это не так.

В.ЗЕЛЬДИН: Я считаю… Ну, вы понимаете, конечно, после спектакля, конечно, нужно как-то расслабиться, отойти от, что называется, выйти из тех обстоятельств, характера роли, которую ты играешь, куда-то пойти, выпить. Я это могу оправдать, понимаете ли. Но меня абсолютно к этому не тянет. Я могу с удовольствием пойти поужинать, выпить сок.

О.ЖУРАВЛЕВА: Поговорить с симпатичными людьми.

В.ЗЕЛЬДИН: Поговорить, все это и так далее. А чтобы выпить, напиться – ну, это… Хотя, ведь, много удивительных, талантливых актеров погубила эта водка, понимаете? Водка, вино, чрезмерное выпивание и так далее. Это на примере даже, когда меня в этот волшебный мир и кино, и театра, особенно кино привел выдающийся режиссер Иван Александрович Пырьев, который организовал Союз кинематографистов в то время, очень непростое. Этот человек очень темпераментный, очень резкий, грубый, но умеющий привлекать к себе людей. Вот, он… Я ему бесконечно благодарен, что он поверил в меня и утвердил меня на роль в «Свинарке и пастух». К чему я это говорю? На роль, когда была такая конкуренция. Молодые ребята, актеры из Театра Руставели, которые поющие, прекрасно двигающиеся, носящие национальные черкеску, папаху и так далее, и так далее. А он, когда снимал «Свинарка и пастух»... Это же не бытовая такая картина, это реальная сказка музыкальная. Кстати, музыку к этому фильму писал Тихон Николаевич Хренников. Вот, в будущем году будет столетие (мы будем отмечать) этого замечательного композитора. Кстати, он был и у нас в Театре Красной армии заведующий музыкальной частью, понимаете?

И вот Иван Александрович Пырьев попробовал меня, много со мной работал и как-то поверил. И я, можно сказать, оправдал его доверие.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы знаете, вот я вас слушаю, вы все время говорите о том, как вам повезло, как вы благодарны хорошим людям, какие прекрасные встречи, какие случаи замечательные. И родители прекрасные, и режиссеры чудесные. Вы, все-таки, на самом деле, оптимист, потому что только оптимистов окружают такие хорошие люди и такие прекрасные случаи.

В.ЗЕЛЬДИН: Олечка, я должен еще сказать, вот сейчас как раз, по-моему, я не ошибаюсь. Юбилей Андрона Кончаловского. Вот, у меня такое чудо произошло, что Андрон Кончаловский меня утвердил на роль профессора Серебрякова в фильме «Дядя Ваня», который он снимал. Я должен сказать, удивительный режиссер. То есть обаяние человека, эрудиция. Вот тоже поверил и я считаю, что он не то, что помог, он сделал мне эту роль профессора Серебрякова. Он умеет очень работать с актером, подвести его к результату. Удивительный режиссер.

Я, кстати, если возможно, я хочу его поздравить от всего сердца и поблагодарить за тот подарок, который он мне сделал в этом фильме «Дядя Ваня» в роли профессора Серебрякова. И там такая компания снималась, где Иннокентий Смоктуновский, Сережа Бондарчук, Ира Мирошниченко, Ира Купченко, Коля Пастухов. И я в этой компании оказался. Это же огромное счастье. И, вот, я так вспоминаю это, думаю «Боже мой, как мне повезло в жизни!»

О.ЖУРАВЛЕВА: Счастливый вы, действительно, человек, но это еще и счастливый характер помимо таланта. Это Владимир Зельдин, актер театра и кино, народный артист СССР сегодня в программе «Дифирамб». Меня зовут Ольга Журавлева. Никуда не уходите – мы вернемся после новостей.

НОВОСТИ

О.ЖУРАВЛЕВА: В Москве 13 часов и 35 минут, это, действительно, программа «Дифирамб», сегодня ее ведет Ольга Журавлева и в гостях у меня (вот повезло!) Владимир Зельдин, артист театра и кино. И как пишут наши слушатели на SMS, «Оля, передайте, пожалуйста, наилучшие пожелания патриарху российской сцены. Подпись: Ирина. Такой же бодрости души и тела вот бы и нам!» Пишет еще Лариса: «Обожаю». Владимир Михайлович, вас вообще любят женщины, я вам скажу. Вот, вы говорите, что вы в театре играете 70 лет, да?

В.ЗЕЛЬДИН: Да.

О.ЖУРАВЛЕВА: А вот я думаю, что женщины-то вас обожают и подольше, уже под 90 лет любви женщин.

В.ЗЕЛЬДИН: Да. Спасибо, спасибо. Это, конечно, очень приятно. Но я должен сказать, что женщины в моей судьбе сыграли огромную роль. И вот то, что я уже говорил об Иване Александровиче Пырьеве, о картине «Свинарка и пастух», что когда просматривались пробы, то Иван Александрович Пырьев собрал в просмотровом зале всех женщин – костюмеры, гримеры, реквизиторы – заполнил зал женщинами, и просматривали наши пробы всех актеров, в том числе и моя проба была. И потом после просмотра он обратился в зрительный зал и говорит «Ну как? Вы просмотрели пробы. Ну, как вы считаете, кто будет пользоваться симпатией зрительного зала?» И все женщины проголосовали за меня, и я был окончательно утвержден на роль в фильме «Свинарка и пастух». Это реальная сказка.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы знаете, это потрясающе, Владимир Михайлович, потому что Пырьев, конечно, гений. Сейчас существуют целые учебники по тому, как нужно анализировать фокус-группы, как нужно собирать по каждому товару или по каждой услуге, собирать специально нужную аудиторию, показывать им ролики или предлагать продукты, чтобы они выбрали то, что понравится народу, да? Так вот Пырьев еще когда этот метод отработал на ваших пробах – собрал нужную аудиторию, то есть женскую, и правильно выбрал. Я считаю, что абсолютно и научно, и творчески он сделал открытие

В.ЗЕЛЬДИН: Да, еще Пырьев, я должен сказать, Олечка, что он был актером. Он же… Вот, я его видел, когда был студентом, в спектакле Всеволода Эмильевича Мейерхольда «Лес» Островского – он играл Буланова. Он прекрасный актер был. Вообще удивительная личность, яркая личность в нашей действительности. В то время он организовал Союз кинематографистов и его картины, его выступления. Боже мой! Какие люди, какого масштаба! Это и Эйзенштейн, и Михаил Ромм, и, я не знаю, Герасимов и так далее. Это можно перечислить всех. Это были в Доме кино такие дискуссии интересные, на которых просто было интересно сидеть и слушать этих людей, которые делали, в общем, советское кино, кино очень доброе, и очень выдающиеся картины были.

О.ЖУРАВЛЕВА: «Спасибо вам за ваши шедевры, — пишет вам свободный человек из Тольятти. – До сих пор пересматриваю «31 июня». Вспоминают роль в фильме «10 негритят», вспоминают вашу роль в фильме… Как это у нас называлось? «Карман, полный ржи»? «Тайна черных дроздов» — тоже по Агате Кристи.

Вспоминают вообще все возможные ваши роли, кто когда видел. Некоторые пишут «Я вас помню еще по «Свинарке и пастуху». (все смеются) Ну, на самом деле, конечно, всякий уважающий себя человек должен смотреть такие ленты, даже если он родился значительно позже.

«Владимир Зельдин как хорошее вино – не стареет, — заметила Марина. — Мне кажется, что он только набирается опыта и впечатлений». Вы согласитесь с этим?

В.ЗЕЛЬДИН: Ну, хорошие слова – как с ними не соглашаться? Конечно, я должен сказать, что это благодаря судьбе, благодаря всевышнему и (НЕРАЗБОРЧИВО) моих родителей, и моя супруга Иветта, которая помогает мне в моей творческой работе, я ей бесконечно благодарен. Я должен сказать, что и мой характер, в общем, где-то мне помогает.

О.ЖУРАВЛЕВА: А у вас легкий характер? Скажите.

В.ЗЕЛЬДИН: Легкий характер. Я легкий на подъем, вы понимаете, не капризный. И я должен сказать, что высокомерие во мне отсутствует, зависть отсутствует. Я когда сыграл в «Учителе танцев», в этом спектакле, это был триумфальный спектакль после войны, когда публика истосковалась о любви, о красоте. И вдруг такой спектакль в стихах, музыкальный, где поют, где танцуют. Это был триумф. Мы играли его 40 лет – история театра не знает таких примеров, понимаете? И я сыграл более тысячи спектаклей. И главный режиссер театра Алексей Дмитриевич Попов после этого спектакля ко мне подошел и сказал «Володя, ты взял высокую планку в этом спектакле, актерского мастерства. В других спектаклях, которые ты будешь играть в продолжении своей творческой жизни, старайся эту планку не опускать. И второе, — он говорит, — постарайся, чтобы у тебя голова не закружилась от успехов». Я говорю: «Нет, она у меня…» Ну, я – нет, абсолютно.

О.ЖУРАВЛЕВА: Голова крепкая.

В.ЗЕЛЬДИН: Голова у меня крепкая…

О.ЖУРАВЛЕВА: Это очень важно.

В.ЗЕЛЬДИН: ...и я всегда чураюсь, когда… У нас очень легко, обращаясь, говорят «гений», «великий», «выдающийся». Мне кажется, это… Выдающиеся эти гении – это те, которые оставляют после себя на многие сотни и десятки лет в памяти свои произведения и так далее. Это и Александр Сергеевич Пушкин, и Лермонтов, и Толстой, и Чайковский, и Мусоргский, и так далее, и так далее.

О.ЖУРАВЛЕВА: А, вот, актерский у вас есть кумир? Вот, кого вы как актера считали эталонным? Ну, может быть, нескольких, не знаю?

В.ЗЕЛЬДИН: Вы знаете, когда я был студентом, мы ходили по театрам. Я же помню весь состав Художественного театра, все спектакли, начиная с Книппер-Чеховой, Качалова, Леонидова, Москвина, Тарханова и так далее, и так далее. Тарасова и Соколова. Это можно перечислять долго. И Малый театр тоже. Для меня был как-то Остужев эталон романтического актера, который сыграл 2 роли, Отелло и Уриэль Акоста. Это было потрясающе! Я приходил и всегда его смотрел. Какая речь, какой темперамент, как он строил монолог, понимаете? Удивительная какая сила обаяния, заразительности такой, понимаете? Удивительная. Потому что актер может только состояться тогда, когда у актера есть темперамент, эмоциональность, заразительность, возбудимость, обаяние. Без этих качеств актер не может состояться, понимаете?

О.ЖУРАВЛЕВА: Таня спрашивает: «А какая роль или ситуация была самой сложной?» Вот, что вы сначала, когда вам предложили, подумали «Ну, не смогу»?

В.ЗЕЛЬДИН: Какая роль? Ну, это всегда вот так бывает. Это было, когда «Свинарка и пастух», потому что это первая такая огромная, большая роль, музыкальная. Фильм. Такая реальная сказка, такие актеры – Коля Крючков, Марина Ладынина великая, понимаете ли, и так далее. Весь этот мир, в который меня привел Иван Александрович Пырьев, это для меня было таким чудом. И я не очень вначале… Я даже ходил, когда не был занят на съемках, я в свободное время приходил и смотрел, как Иван Александрович работает и как актеры, Марина Ладынина, Коля Крючков и так далее перед киноаппаратом.

Да, должен сказать еще, великолепный был оператор Валя Павлов. Удивительный. Тихий, спокойный. Если Иван Александрович такой, темпераментный, взрывной, где-то и ругается, где-то чуть ли не ударит, понимаете, то Валя Павлов был абсолютно антипод этому. Великолепный оператор.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы знаете, у меня тогда возник другой вопрос. А бывала ли такая ситуация в вашей жизни, такая работа, не обязательно роль, но, может быть, какой-то, как сейчас говорят, проект, о котором вы сразу подумали «Да это легко, да это я сразу сделаю, мне даже делать ничего не надо»?

В.ЗЕЛЬДИН: Нет. У меня как-то…

О.ЖУРАВЛЕВА: Все было трудно?

В.ЗЕЛЬДИН: Да нет, все было трудно, вы знаете. Потому что это белый лист… Вот, новая роль – белый лист. Вы понимаете, сначала мы же узнаем человека по его поступкам. Вот, читаешь роль – какие поступки, больше хороших или плохих? И в каких он обстоятельствах драматургии пьесы попадает, что это за человек и так далее? Вот такой застойный период. Сейчас несколько по-другому все это.

О.ЖУРАВЛЕВА: Но вы же, ведь, и в современной методе тоже работали – в сериалах какие-то эпизоды вам предлагают.

В.ЗЕЛЬДИН: Нет, я в сериалах очень мало.

О.ЖУРАВЛЕВА: Но вам же, все-таки, иногда периодически поступают предложения?

В.ЗЕЛЬДИН: Да, поступают.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы отказываетесь от них?

В.ЗЕЛЬДИН: Отказываюсь.

О.ЖУРАВЛЕВА: Почему?

В.ЗЕЛЬДИН: Ну, сейчас-то мало. Ну, потому что это как-то… Ну, я не могу быстро так как-то. Вот, как Алексей Дмитриевич говорил, нужно вгрызаться в роль. Вот, у меня сразу не всегда удается, понимаете?

О.ЖУРАВЛЕВА: То есть это просто не ваш темп? Вы другой темп не берете.

В.ЗЕЛЬДИН: Да, не мой темп.

О.ЖУРАВЛЕВА: Я считаю, что это тоже очень большая удача, когда человек не должен хвататься. Потому что, ну, у актера же работа такая, да? Ведь, достаточно зависимая. Вот, позовут, не позовут.

В.ЗЕЛЬДИН: Да. Ну, актер – это вообще профессия зависимая. Зависимая от режиссера, от обстоятельств, увидит тебя режиссер в этой роли или не увидит. Понимаете? Это да, зависимая, конечно.

О.ЖУРАВЛЕВА: Но вот эта возможность, все-таки, отказываться и умение отказываться – мне кажется, это тоже дорогого стоит.

В.ЗЕЛЬДИН: Но это уже возможности, когда ты имеешь на это право, когда ты что-то уже сделал, какое-то занимаешь определенное положение в театре, понимаете? Определенными ролями и работами и так далее.

О.ЖУРАВЛЕВА: Право надо заработать.

В.ЗЕЛЬДИН: Да.

О.ЖУРАВЛЕВА: Владимир Михайлович, я сейчас хочу предложить нашим слушателям звонить вам. Когда еще такая возможность выпадет пропеть дифирамб Владимиру Зельдину? Не так-то просто это сделать. Поэтому «Эхо Москвы» предоставляет такую возможность. 363-36-59 – наш телефон. Код Москвы – 495. Постарайтесь коротко, но, что называется, от самого сердца, постарайтесь сказать те слова, которые вы нам и на SMS, кстати, тоже пишете, за что вам спасибо.

Светлана, например, пишет: «Смотрю Сетевизор. Потрясающе красивый мужчина во всех смыслах».

В.ЗЕЛЬДИН: (смеется)

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы знаете, я, Владимир Михайлович, увидела когда ваши фотографии, готовилась к этой передаче, обратила внимание, есть ваши фотографии там рядом с какими-то… Вам там награды вручают и так далее. Вы там всегда самый красивый. Потому что, вот, извините меня, стоит там какое-нибудь первое лицо государство – ну, человек как человек, со своими особенностями. И рядом стоит человек с осанкой, с посадкой головы. Недаром наши слушатели восхищаются вашим аристократизмом, хотя, происхождения вы, в общем, не аристократического, насколько я понимаю. Но вот аристократизм – кто вас этому научил, интересно? Или просто так жизнь была устроена?

В.ЗЕЛЬДИН: Да нет, вы понимаете, поскольку, вот, я говорил о семье, отец мой дирижер был, он всегда меня брал с собой на концерты, которые он дирижировал, на спектакли. И, вот, как-то я наблюдал за актерами, эстрадными актерами и спектаклями. Это уже где-то с детства, понимаете? А отец мой был то же самое: когда он одевался на работу, на спектакль, на концерт, мы все сидели, наблюдали, как он надевает крахмальную рубашку, брюки, фрак, бабочку, лакированные ботинки. Понимаете, это целый ритуал был, когда он одевался.

А потом мне помогает Иветта, моя супруга, которая мне всегда всё покупает. Она знает мои все размеры – я никогда почти в магазины не хожу.

О.ЖУРАВЛЕВА: Это тоже очень аристократично, Владимир Михайлович, сразу вам скажу. Никуда не торопиться и не делать резких движений – это очень правильно.

В.ЗЕЛЬДИН: Да. Она, вот, очень точно, очень со вкусом мне покупает вещи, которые мне нравятся. Я ей очень благодарен.

О.ЖУРАВЛЕВА: Мы сейчас слушателей наших включим в эфир, послушаем, что они хотят вам сказать. Алло, здравствуйте, вы в эфире. Приглушите, пожалуйста, приемник, говорите в трубку. Как вас зовут? Здрасьте.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Вячеслав. Я Владимира Михайловича хочу поздравить и спросить у него, как он… Ну, меня восхищает его осанка, вот эта вот его, начиная со «Свинарки и пастуха», и кончая «10 негритятами», где он абсолютный лорд.

О.ЖУРАВЛЕВА: Абсолютный лорд. Правильно. Спасибо за формулировку. Вот, я знаю, что вы обучались профессионально не только музыке, но и танцам. Правильно? Хореографии. Это отсюда пошла осанка или вы такой уродились просто удачно?

В.ЗЕЛЬДИН: В театральном училище есть такие предметы как Ритмика, Танец, Акробатика, Биомеханика.

О.ЖУРАВЛЕВА: Сценодвижение.

В.ЗЕЛЬДИН: Движение, да. И кроме этого, я еще занимался спортом, сам, еще в детстве даже. Самодельные лыжи, там понимаете, с горки, увлекались этим. И как-то, вот… Особенно когда спектакли, где приходится танцевать, особенно «Учитель танцев» — я же просто занимался станком даже в нерепетиционное время, сам тренировался в смысле дыхания, чтобы было нормальное во время спектакля и так далее.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, то есть не ищите легких путей: все требует работы.

В.ЗЕЛЬДИН: А как же! Конечно-конечно!

О.ЖУРАВЛЕВА: Понятно. Еще один звонок Владимиру Зельдину. Постарайтесь коротко и ясно, чтобы у Владимира Михайловича была возможность ответить вам. Алло, здравствуйте. Алло?

СЛУШАТЕЛЬ: Алло?

О.ЖУРАВЛЕВА: Здрасьте. Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, меня зовут Геннадий. Я вот сейчас услышал в эфире, что идет передача с Владимиром Зельдиным. Я хотел поблагодарить Владимира Михайловича за все его работы и хотелось ему сказать комплимент о том, что это, наверное, пожалуй, один из немногих актеров, которому удалось, спустя какое-то большое время, сыграть себя же, свой прототип еще раз. Это не очень многим актерам такое удается, так везет в жизни. А ему повезло. Я имею в виду фильм «Парк советского периода», на котором я тоже работал и там мне пришлось его видеть в этом фильме, так сказать.

О.ЖУРАВЛЕВА: Геннадий, спасибо большое за звонок. Единственное, что слышно было плохо. Геннадий говорил о том, что вы – один из немногих людей, которому удалось сыграть самого себя, как бы, дважды, собственного прототипа сыграть. Ну, ведь, ваш к юбилею поставленный спектакль – это же… Ну, как бы, привет вашим же ролям, которые вы играли раньше. Ведь, «Учитель танцев» и дальнейшие спектакли – они, все-таки, связаны как-то?

В.ЗЕЛЬДИН: Да, я благодарен, конечно, Юлию Гусману. Конечно, если бы не он, ничего бы этого не было. Потому что его талант, его такая в этом отношении вера в меня. И, вот, последние спектакли – это 95-летие было, когда он поставил «Танцы с учителем», специально писалась пьеса, все это. И потом был приглашен Владимир Васильев – это выдающийся великий танцовщик. В Большом театре вот эта пара Катя Максимова и Владимир Васильев – это мирового уровня и значения. Он был приглашен ставить танцы. Это тоже было для меня, как бы, такое своеобразное чудо и удача, что Юлий Соломонович… Я ему бесконечно благодарен. Если бы не он, конечно, ничего бы этого не было, понимаете?

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, если бы не вы, он бы и не стал этим всем заниматься, согласитесь.

В.ЗЕЛЬДИН: Ну, все-таки, его инициатива, в этом отношении удивительно у него фантазия работает, он очень яркая личность и талантливый человек. Я ему просто бесконечно благодарен. Мы как-то очень просто подружились, он стал мне родным человеком.

О.ЖУРАВЛЕВА: А с кем еще вы, вот, по-настоящему, по-человечески остались друзьями после совместной работы? Вот, есть у вас такие, самые большие профессиональные дружбы, которые с профессией выросли?

В.ЗЕЛЬДИН: У меня был профессионально это Сережа Корень, танцовщик характерный Большого театра, который ушел из жизни. То есть у меня много было знакомых из балетной, так сказать, плеяды артистов. Это и Оля Лепешинская, это Майя Михайловна Плисецкая, которая танцевала еще Раймонду, которую было не так просто танцевать, потому что в то время танцевала Галина Сергеевна Уланова и еще заканчивала танцевать Марина Тимофеевна Семенова. И, вот, и Майя Михайловна – это удивительно. Вот, понимаете, какие трудные? Вот, балет «Кармен» был запрещен, а это была потрясающая ее работа Щедрина. В то время тоже было много противников. Но много, которые приняли. А потом этот балет пошел по всему миру, по всему Советскому Союзу, понимаете. Но так, как это Майя Михайловна Плисецкая танцевала Кармен, никто так не мог танцевать и исполнять. Она просто жила в этой роли. И танцевала, и жила. Она сама прелестная, очаровательная совершенно женщина. Вот, темперамент, энергетика. Я уже не говорю о ее форме, фигуре и так далее. Ну, уникальный человек, конечно.

О.ЖУРАВЛЕВА: «Владимиру Михайловичу Зельдину низкий поклон из Петербурга. Вы – восхитительный и талантливый. Ваш Дон Кихот – это потрясающе», — пишут вам наши слушатели. «Живите 120 лет, будьте счастливы. Счастливы», — пишет вам Влад из Москвы. «Спасибо вам, — пишет вам Алексей Литвинов. – Будьте еще как можно дольше здоровы и счастливы, будьте с нами». Серафима пишет: «Огромное вам спасибо, Владимир Михайлович, за то, что вы есть».

Вот сейчас, вы знаете, мне кажется, это такой уже счастливый период, когда, в общем-то, вам уже можно уже не играть для того, чтобы люди были счастливы вас видеть. Вам уже можно просто сидеть и рассказывать.

В.ЗЕЛЬДИН: Нет, Олечка. Вот, выдающийся, великий, я считаю, актер такой, Михаил Александрович Ульянов – я безмерно люблю этого актера, человека – он сказал: «Вот, пока крылышками машешь, пока летаешь, то есть пока работаешь, то тебя все помнят, все знают. А когда заканчиваешь уже, что называется, летать и работать, тогда уже и заканчивается». Единственное замечательное, что у нас есть, есть телевидение, которое может спектакли снять, которое может актера снять, то есть он может остаться в памяти на телевидении. Это замечательно, понимаете? Но, вот, к сожалению, ни «Ла Манч», ни «Танцы с учителем» телевидение почему-то не снимает.

О.ЖУРАВЛЕВА: На заметку телевидению. А напоследок прочту одно сообщение от Петра из Челябинска: «Очень здорово ощущать себя вашим современником». Спасибо большое, Владимир Михайлович. Это, действительно, здорово. И совершенно потрясает то, какую эпоху вы собою являете и как просто мы можем к ней прикоснуться. Спасибо.

В.ЗЕЛЬДИН: Спасибо за добрые слова и спасибо за приглашение на «Эхо Москвы», потому что я люблю эту радиостанцию, всегда ее слушаю. И, конечно, добрые слова – они придают какие-то силы, уверенность и еще, что называется…

О.ЖУРАВЛЕВА: Работать и работать.

В.ЗЕЛЬДИН: Работать и работать.

О.ЖУРАВЛЕВА: Спасибо большое. Владимир Зельдин был сегодня в программе «Дифирамб». Большое спасибо. Дифирамбы помогала петь Ольга Журавлева. Всего доброго.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире