'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 29 апреля 2012, 13:08



К.ЛАРИНА: Я уже тут вовсю пою, распеваю. Мне здесь подарили такой вообще альбом потрясающий. Это вам не «Караока» какая-нибудь, да? А все настоящее, все живое. Партитура, слова, пожалуйста. И композитор на обложке. Александр Журбин у нас в гостях. Саш, приветствую тебя.

А.ЖУРБИН: Привет, Ксень, привет, дорогая.

К.ЛАРИНА: Чудесно. Вообще это такой альбом. А его не продают нигде?

А.ЖУРБИН: Не-а. Я только дарю своим друзьям.

К.ЛАРИНА: Восхитительный, восхитительный. Ну, здесь, что называется, почти все.

А.ЖУРБИН: Ну, до известного периода. С тех пор уже много воды утекло, я уже много чего другого написал, новенького.

К.ЛАРИНА: И это тоже повод для нашей встречи.

А.ЖУРБИН: Да. Конечно.

К.ЛАРИНА: Я думаю, что мы прямо с этого и начнем, с грядущей премьеры.

А.ЖУРБИН: Да.

К.ЛАРИНА: Поскольку вы знаете, что Александр Журбин не просто там известный композитор, он у нас заведует мюзиклами в нашей стране, да? Все старается совершенно тщетно, столько уже усилий приложил, засадить нашу почву, абсолютно непригодную для этого жанра, засадить ее мюзиклами. Ну, мюзиклов много.

А.ЖУРБИН: Много. И это хорошо.

К.ЛАРИНА: Ну, приближаемся потихонечку к стандартам?

А.ЖУРБИН: Я думаю, что да. Я почти уверен, что, в общем, мы уже сейчас проделали какую-то часть пути и, в конце концов, мы… Не то, чтобы в России это станет вдруг каким-то национальным достоянием. Нет. Конечно, это, все-таки, принадлежность Англии, Америки и так далее. Но как в нормальных цивилизованных странах, скажем, во Франции, Италии или Германии, где это не является национальным таким, ну, что ли, видом спорта или видом искусства, но, тем не менее, это очень популярно, это ставят, это играют, масса народу приходит и все. И в России уже сформировалось, с одной стороны, на мой взгляд, много зрителей для мюзиклов, и это говорит успех там последних мюзиклов, которые ставит, скажем, Стейдж Энтертейнмент – это компания, которая там… Ну, все знают, что они ставили там «Mamma Mia!», «Красавица и чудовище», «Зорро». Вот сейчас последний их проект «Звуки музыки».

К.ЛАРИНА: Но это все лицензионное, да?

А.ЖУРБИН: Ну, кроме «Зорро». «Зорро» был, на самом деле, такая, новая постановка. А «Звуки музыки» — ну, ты, наверное, знаешь об этом, что это было поставлено Евгением Писаревым, ну, как бы, новая постановка.

К.ЛАРИНА: Там Катя Гусева, да?

А.ЖУРБИН: Катя Гусева и там… Ну, много. На самом деле, много хороших артистов. И, на самом деле, это очень хороший спектакль, очень добрый, очень милый, очень такой… Ну, вот, как бы, то, что должно быть. С надеждой спектакль. Там всякие происходят события, там драмы, а, в конце концов, все уходят с таким хорошим настроением и так напевают. В общем, это…

К.ЛАРИНА: Ну, не знаю. Мы, слушатели программы Журбина – люди с испорченным вкусом. (все смеются) Он нам такие предоставлял примеры, когда ты слушаешь настоящие фрагменты из настоящих, аутентичных мюзиклов американских, бродвейских, ну… Ну, наверное, да, наверное, этот путь стоит пройти. Действительно, есть у нас отдельные достоинства, скажем так, на этом пути, да?

А.ЖУРБИН: Есть-есть, да.

К.ЛАРИНА: Есть и артисты, которые могут.

А.ЖУРБИН: Абсолютно.

К.ЛАРИНА: Но в массовом порядке пока не выходит.

А.ЖУРБИН: Ну, пока нет. Но это долгий путь. Америка тоже шла к этому, между прочим, 100 с лишним лет, когда в начале XX века ничего подобного не было. А постепенно сформировались люди и артисты, режиссеры и все прочие необходимые компоненты, и на сегодняшний день это ставится.

К.ЛАРИНА: Ну, вот, с артистами, как мне кажется, у нас наибольшая беда – мы об этом тоже с Сашей много говорили, когда встречались, всегда на эту печальную тему выходим, потому что так называемые артисты синтетического жанра – это очень тяжелый труд. У нас либо прекрасные танцовщики, либо восхитительные вокалисты, либо очень сильные артисты. А вот так, чтобы все соединить…

А.ЖУРБИН: Ну, правда, да. Мы всегда утыкаемся в то, что у нас там была Людмила Марковна Гурченко (все ее вспоминают).

К.ЛАРИНА: Которая все могла, да?

А.ЖУРБИН: Да, все там было.

К.ЛАРИНА: Ну не знаю, вот, Олег Меньшиков в свои лучшие годы вполне себе способен.

А.ЖУРБИН: Ну, есть, на самом деле. Но я вот сейчас как раз хочу сказать…

К.ЛАРИНА: Андрей Миронов. Вот, идеальный артист для такого жанра, да?

А.ЖУРБИН: Да-да-да. Ну, Коля Караченцов до своей трагедии, конечно. Ну, в общем-то, надо сказать, что я считаю, что сегодня сформировалась уже довольно большая группа молодых исполнителей, которые, в общем, ну, достойно займут свои места вот в этой иерархии. И я вот как раз сейчас делаю проект, который называется «Мышеловка», на который я всех приглашаю. Премьера будет в конце мая и в начале июня. Могу даже сказать числа: 29, 30, 31 мая в театре Школа современной пьесы. Ну, на сцене, скажем так – это не их спектакль, а это мой спектакль.

К.ЛАРИНА: Но театр, тебе близкий.

А.ЖУРБИН: Ну да, конечно.

К.ЛАРИНА: Там идет спектакль как раз тоже музыкальный спектакль.

А.ЖУРБИН: Да, да, я горжусь. Там уже много лет идет спектакль «Чайка» оперетка.

К.ЛАРИНА: Да. И «Русское горе». Ой, а это не твое.

А.ЖУРБИН: Не, «Русское горе» – это не мое.

К.ЛАРИНА: Это Никитинское, да.

А.ЖУРБИН: Это написал Сережа Никитин. И еще 5, 6, 7 июня мы будем это играть на сцене АРТ Холл «Полянка» – это совершенно новая площадка, и мы будем ее осваивать. И там, возможно, я реализую свою давнюю мечту о создании в Москве так называемого dinner theater.

К.ЛАРИНА: Это что такое?

А.ЖУРБИН: Это в Америке довольно распространенная форма, а в России пока никто не пытался это сделать и, вот, я попытаюсь (сейчас я 2 слова об этом скажу). Значит, что такое dinner theater? Это, значит, люди приходят туда посмотреть спектакль и одновременно пообедать, да? Как это делается? Это ни в коем случае не делается оскорбительно для артистов, которые играют, делается так. Люди приходят. Ну, начало в 8, да? Они уже в 7:30 сидят за столами и им приносят закуску и, скажем там, бокал вина. Они выпивают. Ну, имеется в виду, что это культурные люди. После этого свет выключается, официанты не ходят, все такая тишина, они смотрят первый акт. Антракт. В антракте приносят горячее и еще, скажем, бокал вина, так сказать, они, как бы, чувствуют себя хорошо. Идет второй акт. Опять же, тишина и все.

К.ЛАРИНА: Но сидим за столиками?

А.ЖУРБИН: За столиками, да. Но никто не…

К.ЛАРИНА: Ну вот я видела такой театр в Европе – там это распространено.

А.ЖУРБИН: Да-да, это очень на Западе распространенная вещь, очень красивая вещь. И, скажем, для семьи или для влюбленных там, ну просто для какой-то группы людей это всегда очень здорово пойти пообедать. После того как спектакль заканчивается, там уже ты можешь заказать все, что тебе хочется и…

К.ЛАРИНА: А артистов за стол?

А.ЖУРБИН: Да, именно так.

К.ЛАРИНА: Да? Да?

А.ЖУРБИН: Артисты – они… Ну, по желанию, естественно. Артисты уж как хотят.

К.ЛАРИНА: «Вон ту белую хочу».

А.ЖУРБИН: Да-да-да. (все смеются) Ну почему нет? Артисты выходят в зал, и по желанию с ними можно и познакомиться, и выпить по рюмке. И почему нет? И после этого даже, в принципе, могут быть и танцы, и дискотека, и все, что угодно. Это такое развлечение, да? Но при этом очень интеллигентное развлечение.

К.ЛАРИНА: Но оно не дешевое.

А.ЖУРБИН: Конечно. Там ты платишь сразу и за обед, и за спектакль, да? Ну, конечно, это не дешево, но у нас уже нарождается средний класс, я так считаю.

К.ЛАРИНА: А вот постой-постой-постой. А, вот, у нас проект новый не Театр мюзикла, про который, может быть, мы поговорим, который уже открылся на Горбушке, а вот то, что совсем только в проекте. Это кинотеатр Пушкинский, который хотят превратить в театральный кинотеатр.

А.ЖУРБИН: Да, да. Я очень рад, потому что этим занимается как раз компания Стейдж Энтертейнмент, это Дима Богачев, которого я очень уважаю. Это единственный человек в России, который всерьез занимается этим жанром. И у него есть на это право, поскольку у него есть довольно большое финансирование, идущее не из России, не от какого Департамента культуры, это все идет из Голландии непосредственно. И поэтому он, в общем, распоряжается довольно большими средствами. И я уверен, что кинотеатр Пушкинский преобразится в роскошный Театр мюзикла. И место правильное. Понимаешь? Вот, в отличие от Горбушки, где место, на мой взгляд, неправильное.

К.ЛАРИНА: Черти где, да-да-да.

А.ЖУРБИН: Да. Понимаешь, туда ехать человеку, живущему где-нибудь в другом конце города…

К.ЛАРИНА: И потом там такой образ уже такого, рыночного пространства.

А.ЖУРБИН: К сожалению, да.

К.ЛАРИНА: Вот этот самый Горбушкин Двор. Хотя, сам дом культуры, ДК Горбунова – он очень пристойный.

А.ЖУРБИН: Ну, он всегда был, конечно. Я помню, еще когда в годы моей молодости там были джазовые фестивали – еще даже не рок-фестивали, а джазовые фестивали. Я там даже участвовал. А потом, конечно, это такая была рок-площадка и все. Но, все-таки, ехать туда ужасно неудобно, да? Ну, особенно для тех людей, кто передвигается на автомобиле. На метро, может быть, и ничего, да? А, вот, на автомобиле туда очень трудно проехать, и с парковкой проблемы, и все. На мой взгляд, неудачно выбрано место.

К.ЛАРИНА: Потом здесь самый центр, здесь, действительно, такой, театральный квартал возникает, потому что вокруг театры.

А.ЖУРБИН: Конечно. Постепенно это станет нашим Бродвеем, наконец-то.

К.ЛАРИНА: Очень хотелось бы. И, кстати, тогда эта твоя идея… Как он называется? Театр?..

А.ЖУРБИН: Dinner theater.

К.ЛАРИНА: Вот, может быть, здесь.

А.ЖУРБИН: Ну, это огромный зал.

К.ЛАРИНА: Да?

А.ЖУРБИН: Один из этих залов. Скажем, например, там внизу есть несколько ресторанов – и там можно это играть. Конечно. В dinner theater не должно быть тысячу зрителей – там должно быть максимум 200-300 человек. Но это можно осуществить.

К.ЛАРИНА: Давай про «Мышеловку».

А.ЖУРБИН: «Мышеловка». Ну, что такое «Мышеловка», все, как бы, знают. Это знаменитый…

К.ЛАРИНА: Это Агата Кристи.

А.ЖУРБИН: Это Агата Кристи, конечно же, знаменитая пьеса, которая время от времени ставится в Москве, и на сегодняшний день она идет в одном из театров.

К.ЛАРИНА: В ТЮЗе идет.

А.ЖУРБИН: Да. Она идет себе и пусть идет. Но это абсолютно необычный проект. Это мюзикл-детектив, это, ну, в каком-то смысле я могу сказать, что я этот жанр придумал, да? Такого, в общем… Ну, я не знаю, во всяком случае, мюзикла, в котором шло расследование, да?

К.ЛАРИНА: «Доктор Джекилл и мистер Хайд».

А.ЖУРБИН: Ну, это не совсем детектив – это, скорее, триллер, да? Там нет расследования. А здесь именно расследование.

К.ЛАРИНА: А этот самый, Джонни Депп-то? «Руки-ножницы».

А.ЖУРБИН: А, «Scissorhands» это называется.

К.ЛАРИНА: Да-да-да.

А.ЖУРБИН: Ну, это не мюзикл.

К.ЛАРИНА: Тоже триллер.

А.ЖУРБИН: Есть еще такой «Свини Тодд», где тоже играл Джонни Депп и это тоже потрясающе. Но здесь именно детектив. В каком смысле? Это расследование убийства, которое происходит. Все поют и все танцуют, и при этом расследуют, и один из них – убийца. И мы не знаем до последнего момента, кто же этот убийца. И причем эта пьеса… Ну, эта пьеса вообще легендарная. Ты, наверное, знаешь, что она в городе Лондоне идет, ну, страшно сказать, с 1952 года.

К.ЛАРИНА: И все знают, кто убийца, но все равно идут.

А.ЖУРБИН: Нет, там есть такой закон – никто никогда не говорит. Там уже несколько поколений прошло, ну, уже бабушки, может быть, даже прабабушки, и никогда в семье не говорят, да? «Ты пойдешь смотреть «Мышеловку», — говорят маленькому мальчику 12 или 15 лет, — ты пойдешь смотреть «Мышеловку», но кто убийца, я тебе не скажу». Это такая вот, как бы, традиция английская. И мы, конечно, тоже не скажем, но могу сказать, что там очень интересная, необычная пьеса. Ставит ее Ирина Хуциева, такой, ну, известный режиссер-постановщик. У нее такой, камерный театр есть.

К.ЛАРИНА: В Доме актера у нее свой коллектив.

А.ЖУРБИН: Да, при Доме актера. И, собственно говоря, это и есть проект Дома актера. И когда там Маргоша наша любимая, Маргарита Александровна Эскина – она благословила этот проект и дала на него какие-то первые там деньги и помещение, и так далее, и он начинался именно при ней. Поэтому мы как-то посвящаем это ее памяти.

И мы пригласили в этот спектакль несколько – вот я сейчас очень быстро перечислю – и все эти имена известны тем, кто хотя бы немножко интересуется мюзиклами в России. Это Светлана Светикова, Сергей Ли, Наталья Громушкина, Андрей Белин, Анна Невская, Елена Чарквиани, Андрей Александрин, Олег Казанчеев, Роман Богданов. Значит, все эти люди принимали участие или в «Нотр-Дам де Пари», или в «Метро», или в «Красавице и чудовище». Они прошли уже через вот этот вот жерло.

К.ЛАРИНА: А, кстати, они до сих пор?.. Вот, они прошли через это жерло, как ты правильно сказал. Но они до сих пор идут через кастинг на новый проект? Или их приглашают уже как звезд?

А.ЖУРБИН: Ну, в общем-то, они, конечно, уже все звезды и уже все известны. Но тем не менее, кастинг – он всегда присутствует, да? То есть, в принципе, никто не сомневается, что это актриса или этот актер так или иначе может, да? Но подходит ли он на эту роль конкретно вокально, так сказать, справится ли он с этой конкретной партией. Конечно, всегда происходит кастинг.

К.ЛАРИНА: Ну вот это как раз важный момент в отличие от театра драматического, что, мне кажется, положительно вот в этой истории мюзикла российского, что там воспитывается новая каста актеров, новая формация, уже воспиталась, которая все время должна держать себя в тонусе. Здесь не расслабишься – ты на каждый проект приходишь с нуля. Да, у тебя есть портфолио, у тебя есть биография, но ты все равно обязан доказать свою профессиональную состоятельность.

А.ЖУРБИН: И это здорово.

К.ЛАРИНА: У нас сейчас новости после моей пафосной речи. Потом продолжим.

А.ЖУРБИН: Хорошо.

НОВОСТИ

К.ЛАРИНА: Ну что? На «Мышеловку» мы вас пригласили, на премьеру спектакля. Напомню, что в конце мая состоится премьера мюзикла-детектива «Мышеловка» на музыку Александра Журбина по пьесе Агаты Кристи в Школе современной пьесы. Приходите туда.

А.ЖУРБИН: Ну да. Первые 3 спектакля там.

К.ЛАРИНА: Да, а потом в новом помещении, АРТ Холл «Полянка». Мне очень нравится, что это центр, потому что обычно как скажут «арт-холл», то куда-нибудь надо вообще в Мякинино.

А.ЖУРБИН: Да. Это близко, это недалеко от Кремля фактически, это хорошее местечко и я стараюсь это место, как бы так сказать, развить, чтобы там стал театр такой небольшой.

К.ЛАРИНА: В большом зале консерватории в сентябре, сообщают мне СМИ, состоится премьера оперты «Альберт и Жизель».

А.ЖУРБИН: Да.

К.ЛАРИНА: Ты посягнул, замахнулся на святое?

А.ЖУРБИН: Да. (смеется)

К.ЛАРИНА: На товарища Адана? Решил с ним поспорить?

А.ЖУРБИН: Дело в том, что, действительно, сюжет «Жизели», который, между прочим, написал Теофиль Готье – немногие это знают.

К.ЛАРИНА: Ну, мы его знаем, как Адан нам его перепел.

А.ЖУРБИН: Ну вот именно. А дело в том, что Адан, ну, все-таки, при всем моем уважении был достаточно второстепенный, если не третьестепенный композитор. И музыка «Жизели», вот, кого ни спросишь «Ну, ты можешь чего-нибудь напеть из «Жизели»?»

К.ЛАРИНА: Ну-ка напой.

А.ЖУРБИН: Никто. Не может никто.

К.ЛАРИНА: А ты?

А.ЖУРБИН: Ну, я знаю там пару номеров. На самом деле, музыка там очень уж вторичная такая. Ну, никакая, да?

К.ЛАРИНА: Я тоже не могу вспомнить. Ну-ка напойте нам что-нибудь на SMS. (смеется)

А.ЖУРБИН: На SMS напойте, да-да-да. Вы напойте, мы сыграем. Как в ресторане, да?

Нет, на самом деле, действительно. И я давно думал, что этот сюжет – он ужасно оперный. Он такой, вот, оперный, вот, любовь там, бедная девушка, граф.

К.ЛАРИНА: А царство мертвых.

А.ЖУРБИН: Да-да-да.

К.ЛАРИНА: Это всегда очень привлекает.

А.ЖУРБИН: И все это я, вот, постарался воплотить в своей опере. Эта опера уже 3 года как ждет своего воплощения. И сразу скажу, что написана она по заказу нашего известного певца Николая Баскова. И я знаю, что многие скажут «Как? Басков да в опере? Да что вы!» А я вам могу сказать, Ксения.

К.ЛАРИНА: Я вообще сижу молчу, я в шоке.

А.ЖУРБИН: Да, я понял. А, вот, не надо быть. Дело в том, что Коля Басков (я его достаточно хорошо знаю), он, на самом деле, очень непростой и такой человек со своей внутренней драмой и трагедией. На экране он всегда такой, веселящийся, всех развлекает.

К.ЛАРИНА: А какой Киркоров непростой, Саш. Да?

А.ЖУРБИН: Тоже правда.

К.ЛАРИНА: Со своей драмой.

А.ЖУРБИН: Да-да-да. И я, кстати говоря, к Киркорову отношусь с большим уважением.

К.ЛАРИНА: Я просто тебе говорю. Ты, вот, скажешь, что со своей драмой. Мне в данном случае как раз, может быть, мне Коля Басков-то если чем-то и нравится, то как раз своим ироничным отношением в том числе к своей собственной персоне.

А.ЖУРБИН: Правильно. Он это все очень умеет и он, действительно, замечательный. Когда он там в компании, если ты с ним…

К.ЛАРИНА: Очень остроумный человек.

А.ЖУРБИН: Остроумный, легкий такой, всегда хватающий все мгновенно и так далее. И поэтому все его и любят. И он на экране, его образ такой, бесконечного такого всё…

К.ЛАРИНА: Альберт – это же трагическая фигура.

А.ЖУРБИН: Да, это трагическая фигура, безусловно. И я уверен, что Николай сделает это очень хорошо.

К.ЛАРИНА: Из нее комическую. (смеется)

А.ЖУРБИН: Нет-нет-нет, наоборот. Он сделает это очень серьезно и это будет большое событие. Я просто скажу, что в большом зале консерватории, огромный этот зал, знаменитый, самый престижный зал России – там будет играть оркестр, симфоническая капелла под руководством Валерия Полянского.

К.ЛАРИНА: Это типа концертное исполнение?

А.ЖУРБИН: Это будет концертное исполнение первый раз. Потом мы будем думать о театральном воплощении. Но сначала там будет участвовать еще Мария Максакова, между прочим.

К.ЛАРИНА: Депутат Государственной Думы.

А.ЖУРБИН: Да. Ну и что? Она – замечательная певица.

К.ЛАРИНА: На сцене – депутат Государственной Думы.

А.ЖУРБИН: Нет, а я бы сказал, что она – солистка Мариинского театра, ведущие сейчас роли поет там у Гергиева. Гергиев никогда бы не взял ее, потому что она – депутат Государственной Думы, потому что она, на самом деле, очень хорошая певица и внучка великой певицы.

К.ЛАРИНА: И дочка замечательной артистки.

А.ЖУРБИН: Вот именно. И там будет еще несколько солистов Большого театра, и вообще будет такой первоклассный состав.

К.ЛАРИНА: Это когда будет? В сентябре?

А.ЖУРБИН: 19 сентября. Это будет очень большое событие. Ну, естественно, мы еще там, надеюсь, будет время об этом поговорить. Но сейчас я бы хотел, если можно, небольшой кусочек.

К.ЛАРИНА: Только моя безграничная любовь к тебе, Александр Журбин, позволяет мне все мои стрелы с ядом спрятать в этот колчан и не доставать их сейчас.

А.ЖУРБИН: Я просто, прежде чем зазвучит музыка, я хочу сказать, что я постарался написать оперу вот так, как писали оперу, скажем, в XIX веке, да? Вот так, как писал, не знаю там, Джузеппе Верди и Джакомо Пуччини. Не знаю, получилось у меня или нет.

К.ЛАРИНА: А мы сейчас послушаем фрагмент.

А.ЖУРБИН: Ну вот в этой увертюре… Это увертюра, это кусок такой симфонической музыки, увертюра. Ну давайте послушаем.

К.ЛАРИНА: Давайте.

(звучит музыка)

А.ЖУРБИН: Ну это вот идет тема Жизели, вот такая красивая тема Жизели.

(звучит музыка)

К.ЛАРИНА: Вот я тоже подумала как и все наши зрители Сетевизора, которые смотрели, как Александр Журбин слушает свою музыку, зачем нам Басков с Максаковой.

А.ЖУРБИН: (смеется)

К.ЛАРИНА: Ты бы вышел просто на сцену большого зала консерватории, ну? И все. Кстати, здесь наши слушатели, которые слышали в твоем исполнении твои же собственные вещи, вспоминают, что ты замечательно поешь и «Ах, эти тучи в голубом» из любимого фильма, да?

А.ЖУРБИН: Ну, да-да-да.

К.ЛАРИНА: И еще замечательно Александр исполняет – мне очень нравится – «Биндюжник и король» называется, да?

А.ЖУРБИН: Да, «Биндюжник и король» – это мой мюзикл по Бабелю, я там, действительно. Несколько песен стали известными, благодаря мне, как ни странно. Я пою «Летела пуля» там или «Нервы-нервы-нервы».

К.ЛАРИНА: Это просто уже визитная карточка.

А.ЖУРБИН: Да-да-да, это такие мои хиты.

К.ЛАРИНА: Да, абсолютно. Ну хорошо. Значит, это мы тоже пригласили. Что мы еще должны, куда еще позвать? Ну вот есть еще, у меня здесь написано по плану, Бертман, наш сосед по коммунальной квартире, здесь же в нашем здании Геликон-Опера, где новая опера Александра Журбина должна быть тоже поставлена.

А.ЖУРБИН: Да. Это, на самом деле, будет только в 2013 году. Но в опере вообще все делается очень медленно, долго и все. Тем не менее, я вот очень надеюсь и я очень люблю этот театр (я имею в виду Геликон) и очень давно дружу с Димой Бертманом, когда он еще был студентом, мы уже познакомились с ним. И, в общем, я очень надеюсь, что здесь будет поставлена моя опера. Ну, я еще раз говорю, когда у них откроется новое здание, естественно – это уже будет не здесь, они уже не будут вашими соседями.

К.ЛАРИНА: На Никитской.

А.ЖУРБИН: Да, на Никитской. Они, как вы знаете, строят новое здание и там была большая борьба, но, в конце концов, она завершилась победой разума, а не темных сил. И эта Опера будет построена, и, вот, один из спектаклей, который планируется для открытия, как бы, ну, для первых спектаклей в новом здании – это будет моя опера, которая называется «Диббук». Ну, вот, те, кто в театре многие годы провели, они, все-таки, слышали такое слово, хотя в России это слово неизвестно. Дело в том, что «Диббук» – это была пьеса, которую аж в 1920 году поставил никто иной как Евгений Багратионович Вахтангов. Это была его…

К.ЛАРИНА: Не знала. К стыду своему не знала.

А.ЖУРБИН: Да, это такая вот история поразительная. Значит, это была пьеса поставлена, это такая древняя хасидская легенда, такая безумная легенда о переселении душ.

К.ЛАРИНА: А чье это произведение?

А.ЖУРБИН: Это произведение такого человека, которого зовут Ан-ский. Это был такой, ну, писатель, который жил в России, писал по-русски. Потом это было переведено на язык древнееврейских, на язык идиш и было поставлено во всем мире кроме России. В России это поставил Вахтангов, это был шедевр. И потом эти люди все вместе уехали в Палестину, и создали там театр, который называется «Габима», где, между прочим, работал Михаил Михайлович Козаков уже потом. Это был знаменитый театр, собственно, и есть, это первый театр на сегодняшний день государства Израиль.

И, вот, эту историю я решил воплотить, так сказать, в музыке. И Дмитрий Александрович Бертман решил это поставить в своем театре. И, вот, жду не дождусь, когда это случится. Но случится это только в 2013 году. Так что у меня вот такие вот обширные планы.

К.ЛАРИНА: Ну, возвращаясь к мюзиклам, конечно же, мне хочется узнать твое мнение вообще о попытках коллег этот жанр каким-то образом, все-таки, развивать в нашей стране. Вот, совсем недавно Михаил Швыдкой открыл свой театр мюзикла, чем многих удивил, поскольку никогда не был замечен. Ну, понятно, что он достаточно сам по себе артистичный человек, такой, по своей натуре такой, джазовый (я так называю) по характеру, любит импровизировать. Но чтобы так вот прямо раз и мюзиклы открыть… Открыл. Я не видела спектакль, не знаю. Мнения разные. Но это наш спектакль целиком и полностью.

А.ЖУРБИН: Ну, он не совсем наш. Вот, я выскажу свое мнение. Я не видел спектакль, поэтому не могу судить, какая там режиссура, хореография и так далее. Я знаю, что там замечательно играют артисты, которых я очень люблю, это Ефим Шифрин и Лера Ланская, которую я знаю, в общем, тоже, можно сказать, с первых ее шагов. Но дело в том, что это произведение, на мой взгляд, не имеет одного, чего… Я даже, не видя, говорю: оно не имеет того, что называется словом «музыкальная драматургия», да?

Дело в том, что мюзикл – это, прежде всего, некое взаимодействие разных музыкальных фрагментов, построенное неким композитором. Почему мы говорим «Мюзикл Ричарда Роджерса» или (НЕРАЗБОРЧИВО) и миллион разных американских имен? Потому что композитор делает музыкальную структуру. Когда берется 20 или 30 замечательных песен и складывается из них что-то, вроде получается не мюзикл, а ревью, концерт, там, обозрение, что угодно. Но никак не мюзикл, даже если туда придумана какая-то пьеса. Мне кажется, это не путь развития российского мюзикла. Тем более, что там, в основном, звучат шлягеры Ирвинга Берлина, Коула Портера и так далее.

К.ЛАРИНА: То есть с русским текстом, да?

А.ЖУРБИН: С русским текстом, конечно. Там такая, русско-американская история. Мне все об этом уже…

К.ЛАРИНА: Но с другой стороны, Саш, а, вот, допустим, тот же французский мюзикл, о котором ты тоже вспоминал, ну, естественно, «Собор Парижской Богоматери» первый, «Нотр-Дам», потом «Ромео и Джульетта». Это тоже, по сути, набор концертных номеров в отличие от американского мюзикла, да?

А.ЖУРБИН: К сожалению, да.

К.ЛАРИНА: Набор хитов таких вот.

А.ЖУРБИН: В России эта модель как-то очень так, приглянулась нашей публике и все ходили на этот «Нотр-Дам», говорили, какой это мюзикл. А я говорю, что это никакой не мюзикл, а это некий такой, вот… Есть такое слово «костюмированный концерт».

К.ЛАРИНА: Да-да-да.

А.ЖУРБИН: Люди выходят в костюмах, поют песню, потом выходят люди еще…

К.ЛАРИНА: Меня так это удивило. Я когда это увидела первый раз еще на видео, когда еще спектаклей никаких не было, я увидела «Нотр-Дам». Потому что песни ты слышишь – они, действительно, хиты, действительно, тут это тебе не «Жизель» какая-нибудь, тут можно насвистеть несколько мелодий.

А.ЖУРБИН: Да-да-да.

К.ЛАРИНА: А на сцене люди выходят, просто, вот, фронтальные мизансцены исполнили, ушли, пришли следующие. Ну, такой концерт, да.

А.ЖУРБИН: И это, вот, принципиальное отличие модели американского мюзикла, которую я всячески пропагандирую. Потому что там, прежде всего, именно драматургия, взаимосвязь и музыкальная, и сюжетная, и хореографическая.

К.ЛАРИНА: А «Норд-Ост»?

А.ЖУРБИН: «Норд-Ост» была удачная работа. Вот, я как раз очень их всегда поддерживал и считаю, что если бы не эта трагическая история, то, конечно, они бы, может быть, даже до сих пор существовали, потому что это был хорошо сделанный мюзикл.

К.ЛАРИНА: И это тот самый вот путь с драматургией, с взаимоотношениями, да?

А.ЖУРБИН: Конечно. Там были лейтмотивы, там были проникновения, там была, условно говоря, тема любви, а потом эта же тема звучит, но по-другому. То есть это целая работа должна быть проделана композитором. Увы, многие у нас этого не понимают и считают, что если в спектакле много музыки, вот, просто много, то это уже мюзикл. Ничего подобного.

К.ЛАРИНА: А кино? А «Стиляги»?

А.ЖУРБИН: «Стиляги»? Ну, это тоже, конечно, не мюзикл, хотя это удачная работа Тодоровского, и все, кто там участвовал.

К.ЛАРИНА: Это просто поразительно. Для нашей страны это просто восхитительная, удивительная, изумительная, поразительная работа.

А.ЖУРБИН: Но я потом встретил Валерия Петровича как-то и говорю «Валерий, ну как? Надо еще делать мюзикл». Он сказал: «Никогда!»

К.ЛАРИНА: Это очень тяжелый труд.

А.ЖУРБИН: Это очень тяжелый труд. Действительно, чтобы сделать мюзикл, одна там предварительная работа занимает, как правило, 2 или 3 года, просто готовиться надо, надо записывать музыкальные фрагменты, продумывать там…

К.ЛАРИНА: Там съемка-то одного номера сколько.

А.ЖУРБИН: Конечно. Это огромная работа. И дорогая работа. Поэтому, к сожалению, у нас киномюзикл практически не существует в России. Ну, были опыты там в 30-х годах, а потом был фильм «Биндюжник и король», и на этом, собственно, все кончилось. Очень жаль, конечно. Но я все равно верю.

К.ЛАРИНА: Сейчас еще спрошу.

А.ЖУРБИН: Да?

К.ЛАРИНА: А «Продюсеры» ты видел в Et Cetera?

А.ЖУРБИН: Да, «Продюсеры» я видел, да.

К.ЛАРИНА: Ну?

А.ЖУРБИН: Это хорошая работа. Ну, прежде всего, там режиссер Дмитрий Белов, ну, относительно молодой режиссер.

К.ЛАРИНА: И потрясающий там хореограф Егор Дружинин. Он же там?

А.ЖУРБИН: Нет, прости, там Егор Дружинин играет главную роль.

К.ЛАРИНА: Он играет. Но он, разве, не хореограф?

А.ЖУРБИН: Нет, там Жанна Шмакова хореограф.

К.ЛАРИНА: А-а-а. А я думала, он – хореограф.

А.ЖУРБИН: Но Егор – талантливый человек, безусловно. И как хореограф, и как актер. И там он неожиданно проявил себя как очень неплохой актер. Я впервые видел, чтобы он играл большую роль и играл очень убедительно. И поет, и танцует, и все. Но, кстати говоря, это, опять же, путь взять западную штуку и сделать ее, как бы, немножко на наш лад, на российский лад.

Это же сделано было в «Звуках музыки», и очень хорошо, на мой взгляд, Евгений Писарев там сделал просто блестящую работу. И Дмитрий Белов тоже сделал. Они сделали свою версию. Это не лицензия, так сказать, перенос всех движений и всё. А свой художник, свое, так сказать, всё. И там, конечно, они сделали, на мой взгляд, очень хорошо. «Продюсеры» получилось так, понятно.

К.ЛАРИНА: Там Леонидов же, главная роль, да?

А.ЖУРБИН: Да, и Максим Леонидов там. Ну, вот, я тут еще хочу сказать по поводу, вернувшись к театру мюзикла, который называется «театр Швыдкого» сейчас уже так, в просторечье, да? Вот, они объявили свои репертуарные планы. Но пока я, правда, не слышал. И мне кажется, что это, ну, тоже не совсем правильно. Вот, они хотят ставить сейчас мюзикл «Рент». Есть такой мюзикл «Рент», он поставлен давным-давно в Америке, в начале 90-х годов. Ну, суть этого мюзикла, грубо говоря, это некая такая группа людей, таких хиппарей, живущих в Ист-Виллидже, ну, в общем, не лучшем районе Нью-Йорка. И они там живут, они все гомосексуалисты, наркоманы. Ну, там, можно сказать, люди такого, низшего класса.

К.ЛАРИНА: Это у Швыдкого будет, да?

А.ЖУРБИН: Да-да-да. И, значит, один из них умирает от СПИДа прямо там в спектакле.

К.ЛАРИНА: Прямо тут же. (смеется)

А.ЖУРБИН: Да. И, вот, все это происходит, вот такое жуткое.

К.ЛАРИНА: Вот порадуется наша прогрессивная общественность. А православные как обрадуются все! Вот, как они ждали этого спектакля от Швыдкого?

А.ЖУРБИН: Нет, я совершенно не ханжа. Я понимаю, что это все существует и в России – и наркотики, и гомосексуализм.

К.ЛАРИНА: Михаил Ефимович, вы мне нравитесь. Это подвиг. (смеется)

А.ЖУРБИН: Но мне кажется, что это не то, что любит наш средний класс пойти посмотреть на каких-то грязных, рваных людей, которые еще умирают от СПИДа к тому же. Мне кажется, это не очень верно выбранная тема для мюзикла. Все-таки, на мюзикл приходят люди порадоваться.

К.ЛАРИНА: Минуточку. Вот тут я попрошу остановиться. Подожди. А «Иисус Христос – Суперзвезда»? Это что, веселенькая комедия?

А.ЖУРБИН: Нет, не веселая. Более того, я считаю, что в мюзикле, вообще-то говоря, должен быть драматизм.

К.ЛАРИНА: А «Волосы»? Это же вообще, невероятная красота.

А.ЖУРБИН: Слушай, у меня в Москве идет 10 мюзиклов. Например, один из них – «Цезарь и Клеопатра», это очень серьезная вещь. Очень серьезная.

К.ЛАРИНА: Что, мюзикле не может быть трагической историей? Может быть.

А.ЖУРБИН: Конечно, может быть. Но дело в том, что, ведь, трагическая история трагической истории – рознь, да? Все-таки, история, где это связано с наркотиками и гомосексуализмом, это не очень русская тема. Ну, мне кажется так. Может быть, я ошибаюсь. Может быть, все рванут как сумасшедшие.

К.ЛАРИНА: Ты не член «Единой России», случайно? (все смеются)

А.ЖУРБИН: Не-нет. Просто в театре это показывать, мне кажется… Ведь, в театре должен быть успех, да? Чтобы люди ломанулись, что называется, на такой мюзикл, сомневаюсь.

К.ЛАРИНА: Так а если там… Смотря как поставить. Это же за рубежом, это же не у нас все будет происходить.

А.ЖУРБИН: (смеется) Да-да-да.

К.ЛАРИНА: Наоборот, порадуемся все.

А.ЖУРБИН: Вот именно, да-да. Пусть они там, сволочи, все умирают.

К.ЛАРИНА: Конечно-конечно. (все смеются)

А.ЖУРБИН: Ну, посмотрим. Я просто говорю. А следующий мюзикл они объявили – это мюзикл композитора Максима Леонидова, композитора, подчеркиваю, который называется «Растратчики». Ну, я люблю Максима Леонидова, он когда-то пел мои песни, мы с ним дружим и все. Но, так сказать, выдвинуть его в лидирующие композиторы России…

К.ЛАРИНА: Ну, мало ли? Вдруг, у человека получилось.

А.ЖУРБИН: Ну, может быть, может быть. Я ничего не говорю, я просто высказываю некоторые сомнения.

К.ЛАРИНА: У них был спектакль, по-моему, они делали про Элвиса Пресли, он там играл, помнишь?

А.ЖУРБИН: Ну, он играл, но музыка-то была Элвиса Пресли.

К.ЛАРИНА: Музыка была Элвиса Пресли, все-таки, наверное, да. То есть это первый опыт его такой, вот, большой формы?

А.ЖУРБИН: В общем, да. Хотя, он, конечно, писал песни. Но, вот, написать мюзикл – это совсем другая история. Я все время это подчеркиваю и все время говорю, что есть очень мало в России композиторов, имен, да? Ну, вспомним там и Геннадия Гладкова, вспомним там хотя бы Максима Дунаевского, Алексея Рыбникова, конечно, Марка Минкова, да? Это 5-6 человек, которые понимают, что такое музыкальная драматургия и как это складывается, и как это делается с точки зрения композиторской такой логики. Не знаю, получится у нас это или нет, но, дай бог, что когда-нибудь получится.

К.ЛАРИНА: Скажи мне, пожалуйста. А, вот, самые яркие, самые сильные твои впечатления зрительские из того, что ты видел в своей жизни вообще. Если мы говорим о музыкальном театре. Не обязательно нашем.

А.ЖУРБИН: Да, я понимаю.

К.ЛАРИНА: Или, скорее всего, так оно и произойдет в ответе, да?

А.ЖУРБИН: (смеется) Ну, ты знаешь, последнее время я ужасно полюбил оперу. Я, вот, очень стал таким… Я всегда был поклонником оперы, да? Но я, вот, находясь в Нью-Йорке, всегда хожу в Метрополитен-опера. Это великий театр, великий, грандиозный театр, в котором каждый день ставится новая постановка, ну, репертуарный театр, скажем так, и с такими потрясающими артистами, с такими потрясающими сценическими эффектами. Вот, недавно, например, сейчас там идет тетралогия Вагнера «Кольцо Нибелунгов» — это 4 оперы подряд. Поставил это любимый московскими критиками и вообще людьми Робер Лепаж, тот самый канадский режиссер. Это удивительная постановка.

К.ЛАРИНА: Но это абсолютно современная история.

А.ЖУРБИН: Абсолютно современная, конечно.

К.ЛАРИНА: И там нет никаких митингов? Никто не выходит в защиту классики, нет?

А.ЖУРБИН: (смеется) Не-не-не.

К.ЛАРИНА: Никто не кричит про надругательство над Вагнером? Нет?

А.ЖУРБИН: Нет, нет-нет. Там ко всему привыкли и, так сказать…

К.ЛАРИНА: И это театр – главный музыкальный театр страны, да?

А.ЖУРБИН: Ну, в общем, думаю даже, что мира. Кстати говоря, одну из следующих постановок там будет ставить наш Дмитрий Черняков, многократно здесь обруганный, что он там кощунствует. Это неправда.

К.ЛАРИНА: Вот, объясни мне. Вот, последний вопрос, наверное. Скажи, пожалуйста, почему так нетерпимо наше общество, зрительское сообщество к любому новому чему-то, к каким-то новым вещам?

А.ЖУРБИН: Ну, очевидно, все-таки, Россия – страна такая, очень традиционная, очень консервативная, на самом деле. И к тому же всегда вот то, что приходит с Запада, частью аудитории воспринимается восторженно и с любовью, и открыто, а часть аудитории, настроенная, что у нас русский путь, мы пойдем своим путем, не нужен нам Запад, мы лучше обернемся на Восток куда-нибудь…

К.ЛАРИНА: Нет, ну, как бы, современное искусство – оно не обязательно с Запада приходит. Мне кажется, уже прошли те времена, когда с Запада приходило современное искусство. Сегодня и мы кое-что можем экспортировать.

А.ЖУРБИН: Безусловно.

К.ЛАРИНА: И тот же Дмитрий Черняков – вот тебе пример. А сколько можно назвать и хореографов, режиссеров.

А.ЖУРБИН: Да. Художников…

К.ЛАРИНА: Музыкантов, художников.

А.ЖУРБИН: Конечно. Есть масса людей, которые вышли из России и сейчас, так сказать…

К.ЛАРИНА: Да.

А.ЖУРБИН: Но все равно консервативная часть публики российской считает, что «нет, мы это не примем». И Черняков – очень хороший пример. Вот, его постановка «Руслана» была никем не принята. А я считаю, что это очень хорошая постановка, очень интересная постановка. Мне всегда интересно смотреть, что делают талантливые люди на сцене, да? И не надо относиться к классике как к чему-то такому, замороженному, что никак нельзя двигать. Уже нам показали там и Кама Гинкаса, и Додин, и все прочие, что классика – это живая вещь, с которой можно делать какие-то вполне современные вещи. Не надо, конечно, искажать, ставить с ног на голову, но и не надо ставить так, как ставили там…

К.ЛАРИНА: Бояться переводить ее на современный язык. Ничего страшного в этом нет.

А.ЖУРБИН: Абсолютно.

К.ЛАРИНА: Я тоже не понимаю. Ну, видишь, это, вот, так… К сожалению, в этом смысле мы такие.

А.ЖУРБИН: Ну, такая у нас традиция, что поделаешь.

К.ЛАРИНА: Ну что? Мы должны уже заканчивать потихонечку.

А.ЖУРБИН: Да. К сожалению.

К.ЛАРИНА: Вот видите, «Да, пропаганда гомосексуализма и педофилии». А Швыдкой, наверное, не знает про закон-то, который принят, да? Уже сейчас, может быть, это… У тебя старая информация – наверняка, уже они от этого отказались.

А.ЖУРБИН: А, может, они сюжет поменяли?

К.ЛАРИНА: Может быть.

А.ЖУРБИН: Может, уже не гомосексуалисты, а вполне нормальные люди, приятные.

К.ЛАРИНА: (смеется) Или, действительно, все будет исключительно происходить за далеким океаном, не у нас, в резервации.

А.ЖУРБИН: Да-да-да.

К.ЛАРИНА: Александр Журбин у нас сегодня в гостях. Я еще раз напоминаю, что ближайшая премьера с именем композитора Журбина на афише – это «Мышеловка» по пьесе Агаты Кристи, Школа современной пьесы, 29, 30 и 31 мая первые 3 спектакля. Ну, я думаю, что… Я посмотрю обязательно.

А.ЖУРБИН: Приходи, Ксюша. Я всех приглашаю.

К.ЛАРИНА: Да. И приглашаем наших слушателей.

А.ЖУРБИН: Смотрите за рекламой.

К.ЛАРИНА: Спасибо, Саш.

А.ЖУРБИН: Спасибо, Ксень.

Комментарии

2

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

zaps 30 апреля 2012 | 02:27

Случайно включил ночной повтор -
услышал замечательную увертюру к журбинской Жизели:
сейчас так не пишут!


01 мая 2012 | 01:32

Уважаемый Александр Журбин!
Очень высоко ценим Ваше творчество и всегда с большим уважением относились к Вам как личности. Но Ваше выступление на «Дифирамбе» вызвало недоумение и огорчение по двум моментам.
1. «Разум победил темные силы», сказали Вы, приветствуя победоносное строительство «веселого(!)" оперного театра «Геликон-опера». А знаете ли Вы, что темные силы боролись за сохранение исторически ценной усадьбы кн. Шаховской, памятника русской культуры 18 века, одного из последних редких зданий аристократической допожарной (до 1812г.) Москвы. Новая сцена фактически уничтожила усадьбу. Поразительно, что Вы одобрили этот вандализм. Имя кн. Шаховской мы с благодарностью вспоминаем через 300 лет за добрые дела. В советские времена там был Дом медика, устраивались чудесные вечера и концерты и царила неповтороимая аура. Непонятно, как могут такие деятели, произведенные в таланты, как Д. Бертман, Е. Миронов, Калягин, Лещенко и др., в угоду своим интересам уничтожать русское историческое наследие. А торжество разума почти разрушило историческую Москву. Значит ли это, что гений и злодейство совместимы? Или это низкий уровень общей культуры таких деятелей? Разве Вы не видели, как в цивилизованных странах бережно сохраняют и гордятся своими памятниками. И разве нельзя найти или построить для «Геликон-оперы» другое помещение, даже выполнив пожелание Бертмана вблизи ресторанов для привлечения зрителей. Как Вы думаете, через 300 лет вспомнят ли «реформатора оперы» Бертмана или он войдет в историю только как разрушитель прекрасного здания?

2. О современном прочтении оперы «Руслан и Людмила» можем судить только по отрывкам, показанным по ТВ. Но непонятно, почему в угоду естественным амбициям и стремлениям выделиться режиссер корежит шедевр 19 века Пушкина и Глинки. Не интересней ли для амбиций создавать свои новые оригинальные произведения?

В заключение хотелось бы напомнить слова поэта (в надежде, что задумаются наши некоторые труженики культуры):
«Дикость, подлость и невежество не уважают прошедшего, опираясь на одно настоящее». А.С.Пушкин.

С уважением участники темных сил нейрофизиолог, канд. биол. наук Л. Коновалова и экономист Т. Швайковская (неоднократно обращались к Путину, Медведеву, Собянину с просьбой сохранить усадьбу)

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире