'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 25 января 2009, 14:05

К.ЛАРИНА – Вот такие совпадения. Вот что значит, в первый раз прийти на программу «Дифирамб». Юрий Рост пришел в первый раз, наконец-то, в программу «Дифирамб», и вот, с удивлением и радостью узнал в этой музыке не только Россини, но и заставку к своей передаче – «Конюшня Роста». Юра, добрый день!

Ю.РОСТ – Привет, добрый день!

К.ЛАРИНА – А какой?

Ю.РОСТ – Это гимн «конюшни», т.е. моей мастерской.

К.ЛАРИНА – Вообще «конюшни», правда, что ли?

Ю.РОСТ – Правда.

К.ЛАРИНА – Серьезно?

Ю.РОСТ – Абсолютно правда. У меня часы, я сделал.

К.ЛАРИНА – Так.

Ю.РОСТ – Из пластинки большой, гиганта, где дирижирует Тосканини – я сделал часы. Это…

К.ЛАРИНА – И они это играют? (смеется)

Ю.РОСТ – Они это не играют…

К.ЛАРИНА – Вот, кстати, вот какой подарок, кстати, надо сделать.

Ю.РОСТ – Я сегодня утром… сегодня утром я поставил, перед тем, как идти, я поставил гимн «конюшни» громко.

К.ЛАРИНА – Еще раз можно послушать – это потрясающе, это здорово.

Ю.РОСТ – Давайте.

К.ЛАРИНА – Ну, товарищи, во-первых, у нас скоро день рождения. Я имею в виду не нас, а Юрия Роста, который в начале февраля отметит день рождения. Я не скрываю этого повода, потому что, мне кажется, он очень такой, знаменательный, потому что никто не верит в это, никто не верит в эту цифру, которую Рост всем предъявляет без всякого стеснения, не скрывает. Но: в связи с этим, как я думаю, мы сегодня успеем поговорить и о том, что такое цифры в жизни Юрия Роста, ну и, конечно же, об открывшейся выставке в Манеже, выставка, которая открылась 22 числа, только-только началась, и продлится она сколько еще, Юр?

Ю.РОСТ – Месяц.

К.ЛАРИНА – Месяц. Приходите, потому что там что-то такое, потрясающее. Я вот сейчас узнала, до передачи, что там не только фотоработы Юрия Роста, но еще и кино, которое там показывают.

Ю.РОСТ – И тексты.

К.ЛАРИНА – Того же автора, да?

Ю.РОСТ – И тексты, тексты.

К.ЛАРИНА – И тексты того же автора.

Ю.РОСТ – Тексты.

К.ЛАРИНА – Т.е. я так понимаю, что, учитывая, что там где-то работ 250 представлено…

Ю.РОСТ – Да.

К.ЛАРИНА – Да? Я так понимаю, что это на целый день.

Ю.РОСТ – Бутерброды…

К.ЛАРИНА – …прийти, да. Потому что надо все это увидеть и посмотреть. Ну, давай мы тогда начнем с выставки, действительно.

Ю.РОСТ – Давай.

К.ЛАРИНА – Проведи нас чуть-чуть по ней – что там происходит? Потому что книгу, которую мы представляли, «Портрет на фоне эпохи» — конечно, там гораздо больше, чем… сколько там работ? В книге самой.

Ю.РОСТ – 140.

К.ЛАРИНА – А, сто… А здесь 250. Т.е. здесь еще прибавилось.

Ю.РОСТ – Да, там фотографий больше, но…

К.ЛАРИНА – Да.

Ю.РОСТ – Но я приблизительно треть фотографий не повесил, потому что нам не хватило места.

К.ЛАРИНА – Ну, расскажи немножечко об этом, проведи нас по выставке.

Ю.РОСТ – Я… можно тогда предысторию?

К.ЛАРИНА – Давай. Давай.

Ю.РОСТ – Потому что без этого совершенно не будет понятно, каким образом эта выставка возникла. Года два назад мой дорогой друг, любезный и любимый, Леонид Меламед, который тогда возглавлял, по-моему, МТС. И чья семья для меня просто родная семья. И он мне говорит: «Михалыч, давай сделаем выставку». Я говорю: «Да, да, конечно, давай сделаем. Почему же нет?» И тянул, потому что мне представлялось, что это довольно сложная работа и тяжелая, и он много раз мне говорил: «Давай, давай, давай, давай, давай, давай». Т.е. было такое ощущение, что ему это больше нужно, чем мне. Может быть, так оно и есть, потому что он меня любит, и вообще, это поразительный совершенно человек. То, что называется нравственный, то, что называется моральный. Человек, который верит. У него замечательная огромная семья, четверо детей, и все мои друзья, и все меня называют Михайлевич. И отца его очень люблю – отец у него замечательный хирург, и сам Леня – хирург, я врачей вообще очень люблю. И в этом году он вступил в преступный сговор с Олей Свибловой и решил, что это единственный способ повлиять на меня, потому что темперамент у Оли невероятный, мы с ней…

К.ЛАРИНА – Оля Свиблова – директор Московского дома фотографии или министр фотографии Российской Федерации.

Ю.РОСТ – Да, да, абсолютно.

К.ЛАРИНА – Да.

Ю.РОСТ – По всей вероятности, они договорились еще весной, потому что она на 20 мая назначила мне свидание, оно действительно состоялось 27 декабря. Она мне сказала: «Давай сделаем, все, мы договорились, мы с Меламедом договорились, все, давай». Я сказал, что я делать выставку не буду, потому что времени нету, остается меньше месяца. Но потом мне пришла идея сделать «Групповой портрет на фоне книги», и мы с ней расстались на какое-то время, а я сел к компьютеру, стал разбирать негативы. И поразительно совершенно, что мы практически за, может быть, десять дней сделали целиком всю работу, которая там висит. Т.е. до этого предварительно я занимался, закончились каникулы – мы сделали вот эту вот работу. Сначала она не приняла концепцию, которую мы придумали с художником Борисом Жутовским, который нарисовал портрет там мой, так что там есть мой портрет работы Жутовского.

К.ЛАРИНА – А концепция какая была у Вас?

Ю.РОСТ – А концепция такая, что мы каждую фотографию снабдили текстом. Почти полным.

К.ЛАРИНА – Это твой жанр.

Ю.РОСТ – Да, да. И спорили, ссорились, потом объяснялись в любви – в общем, как мне кажется, получилась очень пристойная вещь. Я каждый день приезжаю на выставку и вижу, что люди стоят, смотрят и читают. И Юрский на открытии сказал, что хорошо бы поставить камеру, которая снимала бы людей, которые читают и смотрят, потому что изменяются лица. Они узнают себя и, может быть, узнают даже свою страну – ну, такой, какой вижу ее я, естественно – извините за этот, ну, такую похвальбу внутреннюю. Но тем не менее, там где-то эти 250 фотографий, они создают… эта масса, она создает картину, она создает групповой портрет. По существу, там две выставки – одна «Групповой портрет на фоне книги», исправленный и дополненный – там есть тексты, которых нет в книги, есть фотографии, которых нет в книге – довольно много. И есть эскиз будущей выставки – это «Групповой портрет на фоне мира». Где представлены люди уже не только России, а… так, их немного, где-то около 50 фотографий всего мира и картины мира. Цветные, без людей. Но все вместе…

К.ЛАРИНА – Это твои путешествия?

Ю.РОСТ – Мои путешествия, которые я проделал благодаря – ну, вместе с Леней мы путешествовали Меламедом и с Костей Грамотневым, но основной застрельщик путешествия – это Виктор Анатольевич Такнов, безудержный мой друг, который никогда ничего не требовал, а просто для компании восхищался, как, вот, прекрасно, как хорошо, как сказочно. И вот эти вот путешествия, они дали возможность поснимать мир и людей мира. Впрочем, почти также, как наших людей – они такие же у меня задумчивые и печальные. Хотя есть красавица.

К.ЛАРИНА – А кино?

Ю.РОСТ – А кино – это идея Свибловой в чистом виде, там сделали кинозал маленький, и в этом кинозале идут фрагменты, фрагменты моих программ, которые я делал на «REN-TV», и которые Ира смонтировала замечательным образом. И там… ну, там их немного, но я думаю, часов шесть есть этого кино, и люди могут, просто устав от выставки – там, правда, мы поставили стулья, чтобы они отдыхали – но они могут посидеть в этом кинозале и познакомиться с теми же героями, которых они видят на выставки, и увидеть, что они в действительности такие же, похожи на то, что они видят и читают.

К.ЛАРИНА – Не перегруживаются люди, не перегружаются?

Ю.РОСТ – Не знаю, может быть… ну, есть выбор, можно подняться по лестнице и уйти, посмотреть – там выставка рядом «Год семьи».

К.ЛАРИНА – (смеется) По контрасту, да, я могу себе представить. Да, да, да.

Ю.РОСТ – Так что они могут пойти на ту выставку, отдохнуть и вернуться. Если хотят.

К.ЛАРИНА – (смеется)

Ю.РОСТ – Но меня радует – это такая большая награда и такой подарок, который мне сделали, вот, мой друг Леня и Свиблова сделала, потому что, конечно, она очень грамотно все сделала.

К.ЛАРИНА – Ну вот, смотри…

Ю.РОСТ – Она заставила меня повесить картинки в белых паспарту. Я так стремился к черным иллюминаторам, но она меня убедила, что это должно быть…

К.ЛАРИНА – А что это, сильно влияет как-то, да?

Ю.РОСТ – Не знаю, там часть в черных. Вот, новая выставка, для того, чтобы она отличалась от старой, она в черных паспарту, и там ничего страшного. Ничего… Но основная масса, по периметру, она в белых паспарту и напечатана черным по белому, т.е. так, как надо.

К.ЛАРИНА – Ну вот, если говорить по контрасту с «Годом семьи», который так вот мы тут осмеяли…

Ю.РОСТ – Не, мы не осмеяли.

К.ЛАРИНА – Ну, имеется в виду, конечно, вот эта вот официальная хроника ТАСС, что раньше называлось, тематическая – вот, можно себе представить, что было бы в этих окнах – она, наверное, там и есть где-нибудь в ТАССе в этом, да, у Никитских ворот. Вот чем отличается все-таки взгляд вот этой счастливой оптимистичной хроники официальной, официальной фотографии, от фотографии твоей?

Ю.РОСТ – Ты знаешь, эта выставка в целом, я думаю, оптимистична, потому что она показывает, что наша страна и прилегающие к ней – там, я имею в виду Украину, Грузию, там, есть и Узбекистан… Там вообще, ну, практически все пространство бывшего Советского Союза, и те люди, которые… Грузия, безусловно… Вот в целом, когда ты смотришь, как сказал мне один человек, что… этот человек – Митя Муратов, мой сынок…

К.ЛАРИНА – Главный редактор «Новой газеты».

Ю.РОСТ – Да. Мой сынок, мой любимый главный редактор, и мой просто друг очень близкий. Он сказал, что в этой стране хочется жить. Вот в этой стране, которая представлена. И хотя там судьбы разные, и есть драматические, есть трагические, потому что как назовешь судьбу рядового Богданова, который потерял 11 детей, пока воевал, защищал Родину. Или армянской вот этой Мкртчян, которая во время землетрясения потеряла всю семью, и Бог ее так наказал, что оставил жить на этой земле. Тем не менее, общее состояние… там все вперемешку – общее состояние нормальных, нормальных животворящих людей. И они все там перемешаны. Все. Там нету — отдельно известные люди, отдельно менее известные, безвестные, там все – и свинарки, и крестьяне, и лесорубы…

К.ЛАРИНА – А время, вообще, можно определить, или оно остановилось?

Ю.РОСТ – Время… нет, нет, это время моей жизни.

К.ЛАРИНА – Ну вот, я и спрашиваю, оно меняется или ощущение, что оно вот такое, стоячее, и ничего не меняется?

Ю.РОСТ – Нету ощущения ретроспективы, я думаю, что раз люди стоят… стоят… Я ненавижу это слово, «ретроспектива», это не взгляд назад, это взгляд в себя, внутрь. И те люди, которые читают, если бы это была такая ретроспектива из того, что было, я думаю, что не вызвало бы интереса. Любопытно, что из всего отобранного единственная карточка, которая там не висит – это карточка под названием «ретро». Это фальшивая фотография… Т.е. там красивая женщина с выбеленным лицом, под 30-е или 40-е годы, надпись «бомбоубежище» — видимо, какая-то съемка. И я написал в тексте, что ретро – это стиль не запоминания, а забвения, потому что мы из прошлого вынимаем то, что нам хочется вынуть, а не то, что было на самом деле. Ну да, вот красивая женщина, стильная, надпись «бомбоубежище», которая никому ничем сейчас не угрожает – и она не попала туда. А там все как есть, не как было. Как есть. И дети замечательные, и старики, и нормальные продуктивные люди, и висят рядом там Неелова и пинежский… доярка, и… ну, я просто не перечисляю, какие-то уже не могу сейчас вспомнить.

К.ЛАРИНА – Ну, получилось про что?

Ю.РОСТ – Получилось про нас, про меня, про тебя, про тех, кто читает, про время, в котором мы проживаем – нету ни будущего, ни прошлого, есть только настоящее, я абсолютно в этом уверен. Но особенно, вот, я у Паскаля прочел, что особенно будущее не надо учитывать, потому что неизвестно, что это такое.

К.ЛАРИНА – Трогать не надо.

Ю.РОСТ – Да, ну… не надо готовиться к нему, потому что то, что происходит в настоящий момент – это и есть реализация будущего.

К.ЛАРИНА – А самая ранняя фотография какая там есть?

Ю.РОСТ – А самая ранняя фотография – Вам, молодым, страшно сказать – 47-го года. На ней реальные друзья, и эту фотографию трудно выделить из общей массы, потому что она… ну, она снята так, как я сейчас снимаю, т.е. показывает, что, как принято говорить, художник остановился в своем развитии в 47-м году. (смеется) Там три парня, три пацана послевоенных.

К.ЛАРИНА – Она в книжке есть тоже.

Ю.РОСТ – Она в книжке есть, да. И там текст этот есть. Но ты знаешь, очень интересно, что даже те люди, которые имеют книжку, они все равно стоят и читают, как когда-то читали «Московские новости».

К.ЛАРИНА – На этих стендах, да?

Ю.РОСТ – На стендах, да. У него в кармане газета «Московские новости», а он читает. Это какой-то элемент причастности, т.е. этого коллективного чтения – он видит, что другой тоже читает, и они читают одно и тоже. Т.е. они передвигаются по выставке… по выставке не ходят. Выходит один человек и переходит в другое место, а остальные стоят. Стоят почти… я с хвастовством и гордостью это говорю, они перешли в другой отсек и там стоят, потом опять человек прошел. Т.е. нету движения по выставке. Фотография, она как манок такой, человек уперся взглядом, потом смотрит – что там. А дальше он уже читает, она довольно точно построена, вот, как мне кажется.

К.ЛАРИНА – Интересно, а у фотохудожников бывают автопортреты?

Ю.РОСТ – У фотохудожников, наверное, бывают…

К.ЛАРИНА – А у тебя?

Ю.РОСТ – Но поскольку я просто фотограф… (смеется) А не фотохудожник.

К.ЛАРИНА – Нет, вот у художников бывают автопортреты. Один из самых любимых жанров. А у фотографов?

Ю.РОСТ – Там есть, есть, есть. Мы можем задать, задать…

К.ЛАРИНА – А как…

Ю.РОСТ – …зрителям, которые будут бродить по выставке – там есть два моих изображения. Пусть найдут.

К.ЛАРИНА – А как? Это нужно поискать, да?

Ю.РОСТ – Да, это надо поискать.

К.ЛАРИНА – Как, знаешь, в детских журналах раньше публиковались картинки «найди мышонка». (смеется)

Ю.РОСТ – Да, да. Найди мышонка – вот, да. Ну, я бы там сказал, что найди поросенка, потому что я там в одном месте выглядел уже такой, как меня в детстве иногда называли Парахрюк, потому что я был такой, кругленький – не знаю, почему это такое название было, но вот, найди Парахрюка.

К.ЛАРИНА – Ну а в принципе, возможен автопортрет вот в этом жанре?

Ю.РОСТ – Возможен, у меня много есть.

К.ЛАРИНА – А как это делается?

Ю.РОСТ – Обычно в зеркало я снимаю. Вот, когда я снимаю героя, то зеркало. А иногда ставишь на штатив и снимаешь себя…

К.ЛАРИНА – А, на автомате.

Ю.РОСТ – Да. Бежишь, занимаешь такое, надлежащее выражение лица, такое делаешь…

К.ЛАРИНА – Но это интересно? Все-таки разница есть колоссальная между, вот… Я имею в виду, вообще… ну, понятно, что она есть, разница, между кистью, да, между изобразительным искусством и фотографическим – но тем не менее, ты же… ты же себя не можешь украсить здесь, ты все равно…

Ю.РОСТ – Почему?

К.ЛАРИНА – Можешь?

Ю.РОСТ – Мне все равно. Я могу отобрать, да? Мне не очень нравится изображение – я его не печатаю. Но тут я вынужден напечатать, потому что эти фотографии групповые – там, где я есть. Там можно поискать и найти.

К.ЛАРИНА – Ну вот вам задание, кстати, вот уже и интрига.

Ю.РОСТ – Да, да, да.

К.ЛАРИНА – Придите, да и найдите.

Ю.РОСТ – Да. Да.

К.ЛАРИНА – У нас сейчас новости. Здесь в студии, напомню, у нас в гостях сегодня Юрий Рост, вопросы будем принимать, телефон включу обязательно после выпуска новостей.



НОВОСТИ



К.ЛАРИНА – Юрий Рост сегодня в гостях у нас, фотограф, журналист, писатель, художник, философ – все, что хотите. Да, да.

Ю.РОСТ – (смеется) Поэт, еще скажи!

К.ЛАРИНА – Поэт. Поэт. Значит, напомню нашим слушателям телефон прямого эфира – 363-36-59. Есть у нас смс, и есть у нас несколько вопросов, которые мне в «живой журнал» написали, когда я анонсировала нашу сегодняшнюю программу. «Какой период жизни Юрия Роста был для него самым интересным и какой – самым неинтересным? И еще: как он оценивает качество современной российской журналистики в целом?» спрашивает Сергей из Голландии.

Ю.РОСТ – Самым неинтересным периодом был период с 1 февраля 1939 года, я думаю, так, года четыре – вот это был совершенно неинтересный период, я не помню ничего.

К.ЛАРИНА – Т.е. ты себя помнишь с 4 лет?

Ю.РОСТ – Где-то с 4-х.

К.ЛАРИНА – Можешь даже назвать что-то? Какие-то первые всплески, вспышки?

Ю.РОСТ – Да. Ты знаешь, это довольно любопытно.

К.ЛАРИНА – Это же война, да, где-то, война?

Ю.РОСТ – Это война, отец мой, актер, добровольцем уходит на фронт, и мы с театром уезжаем в эвакуацию. Первый проблеск был в Уфе, где отец жил в госпитале после тяжелейшего ранения. У него был анкилоз тазобедренного сустава потом, ну, в общем, раздроблен – он не должен был уже вернуться на сцену, потому что это был такой, естественный протез. А мы потом отправились с театром в Грозный. И в Грозном я помню, как отец Кирилла Лаврова, которого, к сожалению, уже нет – а это еще отец, Юрий Сергеевич Лавров – мне на день рождения подарил ППШ, автомат деревянный, который сделали в театре, в мастерских театральных. И я вышел на улицу с ним, и увидел, как идут огромное количество крытых машин. Потом, спустя много лет, я узнал, что это была депортация чеченцев. Так что я помню, вот, с той поры помню, потом возвращение в Киев. Т.е. потом дальше все уже было интересно.

К.ЛАРИНА – Все интересно? Но самый интересный период?

Ю.РОСТ – Все интересно.

К.ЛАРИНА – Самый?

Ю.РОСТ – Ну, самый интересный период…

К.ЛАРИНА – Самое счастливое время.

Ю.РОСТ – Самое счастливое…

К.ЛАРИНА – Плодотворное. Свободное.

Ю.РОСТ – Вот от сегодняшнего дня назад открутить, я думаю… ну, «Комсомольская правда», куда я пришел, но и до этого было немало интересного – когда я плавал, например. Ну, плавал – выигрывал какие-то соревнования, играл в водное поло.

К.ЛАРИНА – Да, спортсмен – забыли еще добавить.

Ю.РОСТ – А, спортсмен, спортсмен, да.

К.ЛАРИНА – Конечно, конечно. Так, а по поводу качества современной российской журналистики в целом?

Ю.РОСТ – В целом-то я ее не читал, не знаю. Думаю, что ужасная. (смеется) В целом. Но есть… есть масса достойных вещей. Я обожаю высказывание Швейка – насчет войны, правда – что война – не такая плохая штука, потому что заодно с хорошими людьми убивают и много всякой сволочи. (смеется) Вот я думаю, что в журналистике есть…

К.ЛАРИНА – Еще вопрос из «живого журнала»: «Кем себя ощущает больше Рост – человеком снимающим или человеком пишущим? Фотографом или писателем? Что и почему выходило на разных этапах жизни на первый план? Передайте, пожалуйста, поздравления, пожелания – ну, все, что полагается по поводу юбилеев. Очень люблю его фотопортреты, и индивидуальные, и групповые – в них он доходит до самой сути. Учусь на них» — пишет человек.

Ю.РОСТ – Молодец! Ой…

К.ЛАРИНА – Кто, что главнее?

Ю.РОСТ – Вопрос такой длинный, что я забыл начало.

К.ЛАРИНА – Что главнее – писать, снимать, журналистикой заниматься? И что еще?

Ю.РОСТ – Нет… Не знаю. Знаете, я всегда рассматривал… как бы, ощущение внутреннего недоверия к себе заставляло подтверждать то, что я пишу предъявлением фотокарточки. Что, дескать, я написал о человеке, а он действительно похож. Т.е. это некий симбиоз такой. Я не знаю, кто там… можно, я употреблю слово – оно приличное – не знаю, кто эпифит: фотография живет на тексте или текст на фотографии. Я не знаю, иногда… иногда фотография провоцирует текст, иногда текст нуждается в подтверждении фотографии. Вот сейчас я написал про Марию Примаченко, которая… мою любимую, любимую, там тоже, была одна из самых таких, серьезных моих увлечений.

К.ЛАРИНА – Это художница?

Ю.РОСТ – Это украинская, гениальная украинская художница…

К.ЛАРИНА – Как раз в последнем, вот, номере «Новой газеты», в пятничном, опубликован этот материал…

Ю.РОСТ – Да, да, да.

К.ЛАРИНА – …это эссе Юрия Роста, конечно же, с фотографиями.

Ю.РОСТ – Да. Да. Я помню, я приехал – я так ее полюбил… это был мой дом, я перетаскал туда всех самых близких друзей, к ней. И я писал текст о ней, а потом искал фотографии или снимал фотографии просто для того, чтобы можно было понять, что это. Когда как, я не знаю. Но самое трудное… труда большего доставляет писание, потому что фотографии как-то быстрая реализация происходит – ты напечатал и видишь. А текст…

К.ЛАРИНА – Юр, а вот скажи, пожалуйста, вот я еще не понимаю: как можно в голове и в сердце, в нервной системе и в памяти держать такое огромное количество людских судеб. Потому что судя по тому, что я уже знаю о тебе, и то, что я читала, и то, что ты рассказываешь, и книга, которая, вот, у меня в доме находится – я прекрасно понимаю, что этот человеческий контакт, который ты устанавливаешь с объектом, который у тебя находится в объективе, да, в твоем – это на всю жизнь.

Ю.РОСТ – Да, это правда. Поэтому… поэтому, как мне кажется, их не так много, как мне бы хотелось. Да, я вступаю в такие сложные отношения. И я влюбляюсь и влюбляю в себя – ну, так мне кажется. А когда тебя любят – это огромная ответственность, и это тянется по жизни многие-многие годы. Вот, на открытии выставки были люди, которые, казалось бы – ну, написал и до свидания. Приехал Юра Горелов, с которым мы знакомы лет 30, наверное – первый раз я приехал к нему в Бадхыз, когда он там защищал этот Бадхыз – ну, придут люди, прочтут. И Дьяков, и… масса людей, которых я даже не буду перечислять, потому что кого-нибудь… Эти отношения тянутся очень-очень долго, и у меня потребность в этих отношениях. Не знаю, они не то чтобы вмещаются, это моя собственная жизнь. Собственная, просто это моя собственная жизнь, и я делюсь. И у меня большие долги. Там есть на выставке такая стена – сзади, в конце выставки, там на черных паспарту портреты – это мои долги. Те, которых я снял, но еще не написал. И таких очень много людей. Мне хочется это сделать. И я надеюсь, что постепенно я это осуществлю.

К.ЛАРИНА – Так, выставка в Манеже идет – отвечаю на вопрос, повторить, где. В Манеже, в Манеже.

Ю.РОСТ – В большом.

К.ЛАРИНА – В самом главном, в большом выставочном зале, где выставляются лучшие художники Отечества.

Ю.РОСТ – Но не всякий раз. Они выставляются в других местах, лучше.

К.ЛАРИНА – Ну дай мне сказать красиво, ну чего ты, в самом деле!

Ю.РОСТ – (смеется)

К.ЛАРИНА – Ну, разве нет?

Ю.РОСТ – Да.

К.ЛАРИНА – Здесь есть уже отзывы о выставке – вот, пишет слушательница наша: «Была на выставке моя девочка, ей 20 лет – она в восторге. Она идет сегодня повторно. Спасибо Вам!»

Ю.РОСТ – Вот это очень важно.

К.ЛАРИНА – 20 лет человеку.

Ю.РОСТ – Да. Хотя, казалось бы, для нее там почти и нет ничего знакомого.

К.ЛАРИНА – «Будет ли выставка в Петербурге?» — спрашивает Неля. И здесь, кстати, естественно, из разных городов люди тоже интересуются: «А к нам не привезете?»

Ю.РОСТ – Очень бы хотел. Очень бы хотел. И опять же, вернемся к самому началу передачи – вот, мой друг Леня Меламед, он считает, что нужно это сделать и найти способ каким-то образом. Может быть, и найдем. Я думаю, что и Оля Свиблова тоже очень хочет.

К.ЛАРИНА – Хорошо. «Был на Вашей выставке, очень понравилось. А где Вы печатаете фотографии?» — спрашивает Алекс. В Финляндии? (смеется)

Ю.РОСТ – Нет. Печатали в России, и хочу сказать спасибо всем, кто печатал эти фотографии, потому что мокрую печать печатали в Доме фотографии, Таня и Люда, а значительную часть напечатали у Николая Канавина в Пролабе, и там, я должен сказать Диме Шевлякову огромное спасибо, потому что это было наслаждение – печатать с ним. Мы сделали все так, как я хотел. А цветную часть напечатала Ира Костина в «Фотопро», и тоже ей огромное спасибо. Это наша с Валерой Плотниковой, который тоже… портрет которого тоже есть на выставке, любимый дизайнер.

К.ЛАРИНА – Как ты относишься к глянцевой фотографии? Вот, ты фотографии…

Ю.РОСТ – Я предпочитаю матовую. (смеется)

К.ЛАРИНА – Ну, я имею в виду, глянцевую в этом, в жанровом смысле – то, что сегодня преобладает, в основном. Потому что такая гламурная, глянцевая – в этом смысле.

Ю.РОСТ – Ну, если уместна она… фотография-то – это же способ передачи, это же… ну, ну как? Есть и такая фотография, наверное, она нужна кому-то.

К.ЛАРИНА – А кому она нужна? Вот все эти отфотошопенные люди, которые друг на друга все похожи.

Ю.РОСТ – Ну, кто-то же покупает эти журналы. Ну…

К.ЛАРИНА – Сами офотошопенные люди очень любят.

Ю.РОСТ – Надо воспитывать дурной вкус.

К.ЛАРИНА – (смеется) Спасибо! Ну что, я уже вижу, что звонков у нас много, можно воспользоваться телефоном. Пожалуйста, для вас тут Юрия Рост разговаривает. Алло, здравствуйте!

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ЕЛИЗАВЕТА СЕРГЕЕВНА – Алло!

К.ЛАРИНА – Да, да!

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ЕЛИЗАВЕТА СЕРГЕЕВНА – Алло! Алло?

К.ЛАРИНА – Говорите! Да, да.

Ю.РОСТ – Сделайте тише Ваш приемник.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ЕЛИЗАВЕТА СЕРГЕЕВНА – Я очень хочу поблагодарить Юрия Роста за статью, которую много лет он написал. Вы выведете меня в эфир?

К.ЛАРИНА – А Вы же в эфире уже давно говорите! Еще раз…

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ЕЛИЗАВЕТА СЕРГЕЕВНА – Да Вы что?! (смеется)

К.ЛАРИНА – Конечно. Конечно.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ЕЛИЗАВЕТА СЕРГЕЕВНА – Добрый день!

Ю.РОСТ – Здравствуйте!

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ЕЛИЗАВЕТА СЕРГЕЕВНА – Это говорит Елизавета Сергеевна из Москвы. Скажите, пожалуйста, Юрия Рост, Ваша была статья много лет тому назад…

Ю.РОСТ – Про собаку.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ЕЛИЗАВЕТА СЕРГЕЕВНА – …которая называлась «Ждет два года».

Ю.РОСТ – Ну, я Вам сказал. Моя была статья.

К.ЛАРИНА – Это что такое? Расскажите нам об этом.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ЕЛИЗАВЕТА СЕРГЕЕВНА – Вот, вот, вот, вот.

Ю.РОСТ – Да я сейчас расскажу.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ЕЛИЗАВЕТА СЕРГЕЕВНА – Во-первых, я хочу Вас очень поблагодарить за эту статью.

Ю.РОСТ – Спасибо!

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ЕЛИЗАВЕТА СЕРГЕЕВНА – Она была так прекрасно написана и с такой любовью к этой брошенной собаке – это речь идет о брошенной собаке…

Ю.РОСТ – Да, сейчас я расскажу. Сейчас я…

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ЕЛИЗАВЕТА СЕРГЕЕВНА – Минуточку еще, я пока, вот, на связи с Вами, я хотела бы Вас попросить. Поскольку Вы имеете возможность выйти, написать что-то, защитите, пожалуйста, бездомных собак, которые находятся в ужасном состоянии.

К.ЛАРИНА – Все поняли.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ЕЛИЗАВЕТА СЕРГЕЕВНА – Их гонят, их отстреливают, и прочее.

Ю.РОСТ – Спасибо большое! Сейчас я расскажу про собаку и тем самым буду защищать.

К.ЛАРИНА – Давай.

Ю.РОСТ – Эта собака меня преследовала всю жизнь. Т.е. что бы я ни написал потом про людей, мне говорили: «это тот самый Рост, который написал про собаку».

К.ЛАРИНА – (смеется)

Ю.РОСТ – На самом деле, это была довольно любопытная история. Я хочу рассказать о человеке, который вывел меня на эту собаку. Это был такой замечательный летчик, Валентей, который… который был в лагерях в концентрационных немецких, потом он бежал оттуда, потом он стал летчиком. И он летал на самолете ИЛ… какой там был? 62, наверное. Нет, ИЛ-18, ИЛ-18. И он увидел эту собаку. И я написал: эта собака два года приходила на аэродром и ждала своего хозяина, который улетел и ее бросил. Потом написал и хозяин. Заметку я написал, написал тихенько себе, и все. Потом пошли письма. Пошли переводы денежные на эту… на содержание этой собаки. Сняли фильм про эту собаку. В общем, собака… была целая собачья история. Ее взяла к себе, приучила, приезжала из Киева такая Вера Котляревская. Это правнучка украинского великого писателя Котляревского. И собака эта жила очень долго у нее, причем очень сложно, потому что собака была своенравная, и она успокоилась только после того, как ощенилась, и у нее появился свой дом и своя семья в этом доме, у Котляревской. Ну, в общем, можно считать, что она почти со счастливым концом, эта история.

К.ЛАРИНА – А почему так, интересно, вот, пробило? А? Стало таким…

Ю.РОСТ – Ой…

К.ЛАРИНА – Главным деянием, получается, для аудитории.

Ю.РОСТ – Мы пытались разобраться. Эти десятки тысяч писем в мешках, мы пытались разобраться. Во-первых, по-моему, собака и любовь собаки – это чистое чувство. Ей все равно, ты академик, герой, алкаш – не имеет значения. Если она привязана, она привязана. Во-вторых, участие в собачьей судьбе, особенно теперь знаменитой, оно заметно и привлекательно. Рядом с тобой, там, мама, которая не очень ухожена, там, еще кто-то – соседи неухожены, но это требует постоянного и незаметного труда, а тут… Ну, в общем, масса каких-то… если специально говорить об этом, я бы специально подготовился. Я думаю, что переплелось все. И какая потребность в верности, потребность… нужда в любви, привязанность. Ну как, два года ждет. Кого ждут два года, скажите?

К.ЛАРИНА – Алло!

СЛУШАТЕЛЬНИЦА – Это «Эхо»?

К.ЛАРИНА – Да, здравствуйте!

СЛУШАТЕЛЬНИЦА – Здравствуйте! Я хотела сказать несколько слов Юрию Росту.

К.ЛАРИНА – Вот он здесь, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА – Можно уже говорить?

К.ЛАРИНА – Конечно.

Ю.РОСТ – Говорите, говорите.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА – Здравствуйте!

Ю.РОСТ – Здравствуйте!

СЛУШАТЕЛЬНИЦА – Я хотела сказать, что я была на Вашей выставке, и в таком же восторге, как, вот, те люди, которые Вам звонили до меня. И хотела сказать еще, что я, мне кажется, видела Ваш портрет – так ли это? Это на фотографии Параджанова.

Ю.РОСТ – Точно.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА – Точно, да?

Ю.РОСТ – Один нашли.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА – Да. Да. (смеется)

Ю.РОСТ – Я там с фотоаппаратом, поэтому Вы меня и узнали, да.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА – Да нет! (смеется) По глазам, по-моему.

Ю.РОСТ – Да? Ну хорошо…

СЛУШАТЕЛЬНИЦА – Несмотря на то, что там толклось очень много народу, т.е. не толклось, а читало и восхищалось.

Ю.РОСТ – (смеется) Да пусть толклось.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА – И я пойду еще раз, и найду…

Ю.РОСТ – Второй?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА – …второй.

К.ЛАРИНА – (смеется)

Ю.РОСТ – Давайте!

СЛУШАТЕЛЬНИЦА – Спасибо Вам огромное!

Ю.РОСТ – Успеха Вам!

К.ЛАРИНА – Спасибо! Алло! Алло!

СЛУШАТЕЛЬ – Алло, здравствуйте!

К.ЛАРИНА – Здравствуйте!

СЛУШАТЕЛЬ – Я бы хотел спросить у уважаемого Роста: у него, это, в книге фотографий есть, репортаж был такой, в «Комсомольской»… в «Московском комсомольце» вместе с Холодовым – «Сухумский апокалипсис»?

Ю.РОСТ – Нет, нет.

СЛУШАТЕЛЬ – Нету такого, да?

Ю.РОСТ – Нет, у меня не было в «Московском комсомольце»…

К.ЛАРИНА – Не работал.

Ю.РОСТ – Никогда не работал и не печатал там ни одной заметки.

СЛУШАТЕЛЬ – А была там фотография именно Ваша.

Ю.РОСТ – Нет. Нет, нет. Спасибо!

К.ЛАРИНА – Спасибо! Алло, здравствуйте! Алло! Говорите!

СЛУШАТЕЛЬНИЦА – Ой, будьте добры, извините, ради Бога, за невежество: где эта выставка? – ни разу не прозвучало!

Ю.РОСТ – (смеется)

К.ЛАРИНА – (смеется) Ни разу! Повторяем: выставка в большом, в центральном Манеже. Вот тот, который в самом центре города. Приходите. Еще целый месяц будет идти, только открылась. Успеете. Алло, здравствуйте!

СЛУШАТЕЛЬ ГЕОРГИЙ – Алло, здравствуйте!

К.ЛАРИНА – Да! Пожалуйста!

СЛУШАТЕЛЬ ГЕОРГИЙ – Георгий меня зовут.

К.ЛАРИНА – Да, Георгий.

СЛУШАТЕЛЬ ГЕОРГИЙ – У меня к Росту есть, к Юрию… где-то в конце 80-х годов у него была фотография такая, относительно горя человека, у которого, вот, под завалом снежным вся семья погибла.

Ю.РОСТ – Эта серия фотографий есть на выставке. Она называется… Да, есть она.

СЛУШАТЕЛЬ ГЕОРГИЙ – Ну, большего проникновения чужим горем, да, я в жизни не встречал. Не только по фотографии, а там текст еще был определенный – вот, Вы писали этот текст. Вы удивительный человек, дай Бог Вам здоровья, и самого наилучшего я только могу Вам пожелать.

Ю.РОСТ – Спасибо Вам большое!

СЛУШАТЕЛЬ ГЕОРГИЙ – Удачи Вам!

К.ЛАРИНА – Спасибо!

Ю.РОСТ – Спасибо!

К.ЛАРИНА – Еще звонок. Алло, здравствуйте! Алло!

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ТАТЬЯНА – Алло, добрый день!

К.ЛАРИНА – Здравствуйте!

Ю.РОСТ – Здравствуйте!

К.ЛАРИНА – Говорите, говорите!

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ТАТЬЯНА – Татьяна, Москва.

К.ЛАРИНА – Да.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ТАТЬЯНА – Была на выставке, спасибо, Юрий, за выставку большое.

Ю.РОСТ – Спасибо Вам!

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ТАТЬЯНА – Единственное, что, вот… вот эти тексты, напечатанные рядом с фотографиями, они слишком высоко напечатаны – я плохо вижу, вот, даже в очках…

К.ЛАРИНА – Ну, это да, Вы знаете, я прекрасно понимаю, что здесь могут быть претензии и замечания от самых разных посетителей. И зрение…

Ю.РОСТ – Да, да, да.

К.ЛАРИНА – Потому что это как раз вот те самые издержки. Потому что текст в книге – ты его приблизил, да, и как угодно с ним обращаешься.

Ю.РОСТ – Нет, извините, дело в том, что мы даже специально напечатали его крупным кеглем для того, чтобы можно было читать. Но естественно, если человек росту не очень высокого, там сложно читать. Но иначе никак нельзя было сделать.

К.ЛАРИНА – «Мне 25, вчера был на выставке, пойду еще – не все успел прочитать». Во, как интересно, во пишет человек! Кирилл нам пишет.

Ю.РОСТ – Спасибо, Кирилл!

К.ЛАРИНА – Не все успел прочитать на фотовыставке!

Ю.РОСТ – Спасибо огромное!

К.ЛАРИНА – Так что получается, что это такая выставка с погружением, просто так от нее не отделаешься. Да?

Ю.РОСТ – Да, да. И это счастье. Вот, я говорю, это… это какое-то другое… оказалось, что это другое пространство. Вот я не могу, не могу сам, не могу объяснить – это какое-то пространство, такое, визуальное – когда-то Андрей Георгиевич Битов, который там, на выставке, представлен в двух фотографиях – в одной он чистый красавец, в другой – красавец в трусах. Потому что он показывает Пушкину его прародину. Это мы плыли когда-то на пароходе и проплывали Гибралтар, как говорят моряки, и он портрету Пушкина показывал этот самый, материк африканский. И, там, они вместе с Володей Тарасовым, ударником… Он сказал, что это жанр какой-то, ну, жанр… ну, просто жанр – текст и фотография.

К.ЛАРИНА – Юра!

Ю.РОСТ – Я!

К.ЛАРИНА – Все.

Ю.РОСТ – Спасибо!

К.ЛАРИНА – Все, что могли, мы сделали.

Ю.РОСТ – Спасибо! Вы сделали больше.

К.ЛАРИНА – Я, естественно, просто обязана сегодня, 25 января, в честь Юрия Роста…

Ю.РОСТ – В Татьянин день.

К.ЛАРИНА – Да нет, какой Татьянин день! В честь Юрия Роста поставить песню…

Ю.РОСТ – А, он был вчера.

К.ЛАРИНА – …Владимира Высоцкого!

Ю.РОСТ – Давай.

К.ЛАРИНА – Который годом раньше родился.

Ю.РОСТ – Давай. Давай. Давай.

К.ЛАРИНА – Спасибо тебе!

Ю.РОСТ – Спасибо!



ПЕСНЯ





Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире