'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 06 ноября 2016, 14:10

К. Ларина Ну а у нас сегодня в студии предъюбилейная встреча. Здесь Стас Намин. 65 лет исполняется? Можно сказать? Ужас! Уже, наверное, надо называть тебя Стасом Алексеевичем наконец-то. Народный артист Советского Союза… Да?

С. Намин Народный артист без публики.

К. Ларина Ну ладно, «без публики». Не скромничайте!

С. Намин И засушенный артист без публики.

К. Ларина Ну, на самом деле, как вы понимаете, любой день рождения, а особенно круглую дату, Стас Намин всегда использует для просветительской миссии, для того, чтобы показать всё, что он к этому моменту успел сделать.

С. Намин Такой творческий отчёт.

К. Ларина Поделиться со своей аудиторией, со своими друзьями и, что называется, с широкой публикой, поскольку, я так понимаю, предполагается наверняка и концерт, и какие-то встречи с аудиторией, которая просто может купить билет и прийти, да?

С. Намин В основном даже и без билетов, бесплатно.

К. Ларина А, даже так?

С. Намин Я мало рекламирую то, чем занимаюсь, поэтому единственное, что…

К. Ларина Ну, здесь можно уже.

С. Намин Нет, я имею в виду в принципе. Когда у меня вроде бы такой ноябрь, и я уже придумал себе — время от времени на всякий случай раз в пять лет делать такой творческий отчёт. Ну, камерный зал, никакой рекламы, афиш нет, естественно, поэтому это в основном для тех, кто уж очень хочет посмотреть.

К. Ларина Ну давай прямо с этого и начнём, а то потом забудем, что мы это не сказали, то не сказали. Это такая декада действительно праздничная, которая проходит…

С. Намин Ну да, в нескольких направлениях. Театр — мы там показываем какие-то свои и уже устоявшиеся спектакли, и новые совсем. Вот вчера был «Космос» по Шукшину.

К. Ларина Который мы видели.

С. Намин Где водку, кстати, мы пили с тобой.

К. Ларина Да-да-да. Это входит как бы в драматическую канву спектакля — употребление водки. Это чтобы вы правильно поняли.

С. Намин Сегодня «Волосы» будут те самые, с которых мы начинали уже около 20 лет назад, такой канонический вариант. Завтра будет «Победа над Солнцем» та самая…

К. Ларина Хлебников.

С. Намин Да. Там не просто Хлебников, а там Кручёных и Хлебников, и Матюшин, и, соответственно, Казимир Малевич. Мы уже проехали с ним по всей Европе. Последнее — были в Париже. Нас пригласил в музей «Луи Витон», который в Булонском лесу, и мы там три ночи крышу снимали со всех специалистов по футуризму и авангарду. Во всяком случае, будет 7-го числа у нас. Получается, что это будет понедельник. Будет «Победа над Солнцем» у нас.

8-го будет у нас камерный такой… Для своих близких и друзей я покажу просто симфонию, которую я сделал недавно. Её летом записал Лондонский симфонический оркестр, так получилось. И первое исполнение в России будет как раз 8-го. Но я туда не зову широкий круг, потому что я планирую в Большом зале консерватории сделать серьёзный концерт, наверное, весной. Тогда уж я позову действительно, и можно будет посмотреть всем тем, кому интересно.

9-го числа в 5 часов вечера и 10-го тоже в 5 часов вечера в центральном… Как он называется? Центр документального кино, знаете?

К. Ларина Это на Зубовском.

С. Намин На Зубовском, ага. Там в 5 часов вечера и 9-го, и 10-го будут два фильма. 9-го будет фильм, который я сделал в США вместе с режиссёром, четырежды лауреатом «Эмми», один из лучших в мире документальных режиссёров. Мы с ним сделали фильм о том, как рок-музыка повлияла вообще на политику и вообще на то, что произошло…

К. Ларина В мире.

С. Намин В мире.

К. Ларина Как называется?

С. Намин «Free to Rock». Ну, я не знаю, как перевести по-русски. Наверное, «Свобода рок-но-ролла», что-нибудь в этом роде.

К. Ларина Это новая работа?

С. Намин Совсем новая, это премьера будет. Только что премьера прошла в Вашингтоне и в Кливленде. Там американский Зал славы рок-н-ролла, и вот они тоже представляют этот фильм, потому что считают, что он веха в киношном рок-н-ролльном…

К. Ларина Он полнометражный, большой?

С. Намин Он полнометражный, но документальный. И там огромное количество интервью с очень интересными звёздами.

К. Ларина А наши есть?

С. Намин Конечно. А как же так? У нас, конечно, все те, кто…

К. Ларина И кто? Просто даже интересно. Наши герои кем представлены?

С. Намин Конечно, Юра Шевчук. Конечно, Макаревич. Конечно, Гребенщиков. Ну, много тоже у нас. И их, и наших.

К. Ларина А их, из живых-то?

С. Намин От Beatles до Билли Джоэла.

К. Ларина То есть Маккартни есть?

С. Намин Маккартни лично нет, а вообще Beatles есть.

К. Ларина А Джаггер?

С. Намин Джаггер тоже есть. Вообще разные серьёзные ребята. В принципе, красивый фильм. Главное, что он такой как бы… по нервам ударяет, потому что там вообще политическая такая грань сформулирована довольно внятно.

К. Ларина То есть он будет идти 9-го и 10-го числа?

С. Намин: 9го в 5 часов вечера. Нет, один фильм, 9-го. Он один раз, только премьера будет. А 10-го — другой фильм. Я сделал…

К. Ларина Подожди. А в прокат?

С. Намин Пока ещё не говорим про прокат. Просто премьера.

К. Ларина Мы хотим это показать людям.

С. Намин Ну, я вам дам, а вы покажете как-нибудь. Ну, идёт разговор о том, что «Док 24» покажет, ещё что-то такое. Посмотрим. Во всяком случае, там не только рок-н-ролльные интервью, а там интервью и Джимми Картера, и Горбачёва, и послов всех. Ну, жёстко сделано.

К. Ларина Ну, понятно. То есть политики и рокеры.

С. Намин Да, политики и рокеры, совершенно верно. А 10-го в 5 часов вечера там же, в Центре документального кино, будет ещё один мой фильм, тоже премьера, называется «Разговор с Неизвестным». Это последнее интервью, которое я взял с Эрнстом Неизвестным, такой разговор. Про него сделано великолепных фильмов много, которые вообще рассказывают всё про его удивительную жизнь, про его гениальный талант. А это совсем другой Эрнст Неизвестный. Мы просто сидим у него дома (мы с ним давно дружим) и просто разговариваем про жизнь, про искусство, про всё на свете. Вот получился такой фильм.

К. Ларина Это тоже премьера?

С. Намин Да, премьера.

К. Ларина А он видел этот фильм?

С. Намин Нет, не успел. Это последнее его интервью фактически в жизни. Практически ещё никто не видел, это первый раз оно идёт вообще.

К. Ларина: 10го тоже в 5 часов, да?

С. Намин: 10го тоже в 5, да. Ну и вечером…

К. Ларина Слушай, это надо всё показывать, конечно. Ну как, такие две работы. Я имею в виду — два документальных фильма.

С. Намин Наверное, да.

К. Ларина А по телевизору? Нет?

С. Намин Да, наверное. Ну, я что? Я что — телевизор? Моё дело — сделать фильм. А кто уже будет показывать…

К. Ларина Товарищ Телевизор, обратите внимание, пожалуйста! У нас два таких фильма грандиозных от Стаса Намина. Пожалуйста, откройте кошелёк, возьмите несколько… Сколько? Сколько стоит?

С. Намин Рубль или два максимум. Да бесплатно.

К. Ларина Чтобы показать это. Потому что там хорошая линейка на Первом канале, прекрасная линейка документального кино, вечерняя. Там показывают фильмы в том числе и про известнейших музыкантов. И это прекрасно бы вошло туда. Боже мой…

С. Намин Может.

К. Ларина Слушай, ну? Безобразие…

С. Намин Во всяком случае премьеры будут 9-го и 10-го в 5 вечера.

К. Ларина А чьё это производство? Подожди, сейчас я тебя замучаю.

С. Намин Какое из них?

К. Ларина И того, и другого. Это наше кино или нет?

С. Намин Первый фильм, который рок-н-ролльный, — это американское производство. Там наш только я, поэтому можно считать, что совместное в определённом смысле, по весу вклада. А второй — просто наш фильм, мой, как бы моей компании киношной. А вечером в эти же дни… То есть 9-го будет как раз тот самый спектакль с Мишей Шемякиным по его дневникам о его эмиграции нью-йоркской.

К. Ларина Ты не называл для слушателей, это я знаю.

С. Намин «Нью-Йорк. 80-е. Мы!» — вот такое название, Миша сам придумал. В принципе, это действительно не придуманный спектакль, не выдуманный, а каждое слово и каждый эпизод, которые там есть, — это воспоминания конкретные Михаила Шемякина, которые засвидетельствуют все те, кто в это время были, видели всё это и слышали. Они тоже все приходили на наши как бы премьеры.

К. Ларина А правду хоть говорит Шемякин-то?

С. Намин Судя по всему, правду, такую жёсткую, что мало не покажется. Причём он потом сам выступает, он участвует в спектакле. Он выходит на сцену и там играет вместе с тем, кто его потом тоже играет — великолепный актёр Олег Лицкевич, который просто… Потом они стоят на сцене вдвоём, и непонятно, кто из них настоящий. Но как бы ни было, спектакль совершенно неожиданный, в определённой степени новаторский, потому что жанр даже определить трудно. Вот это будет 9-го вечером. И тоже Миша Шемякин будет сам на сцене.

А 10го будет открытие моей выставки живописи и графики в Академии художеств на Пречистенке.

К. Ларина С ума сойти…

С. Намин Ещё будет что-то, но я думаю, что…

К. Ларина Ты так перечислил… Скромно сказал: «Открытие выставки на Пречистенке». Что это такое? Расскажи про выставку. Как она называется?

С. Намин Потому что я её планировал… Собственно в следующем году так, наверное, и будет. Мы проедем с этой выставкой, совместную выставку с Бобом Диланом мы задумали. У него называется «Face Value», а у меня называется «Insite Out». Мы думали, как перевести. Ну, вроде «Откровенно», наверное.

К. Ларина У него тоже графика?

С. Намин Нет, у него пастель, а у меня живопись.

К. Ларина Живопись?

С. Намин Да. Графика там тоже есть, но в основном живопись, масляная живопись. Получилось так, что в этом году совместно не получилась выставка, будет моя персональная. А в следующем году, наверное, мы объедем какое-то количество мест с такой совместной выставкой.

К. Ларина И она продлится сколько? Прости, Стас, я всё записываю.

С. Намин Она открывается… Открытие — 10-го.

К. Ларина Галерея на Пречистенке, да?

С. Намин Да. И до 4-го, до 5-го. Я не помню, воскресенье когда? 4-е. До 4-го числа. Это 25 дней или что-то в этом роде. Это действительно для меня самая большая выставка живописи, которую я в Москве делал, и такая волнительная, потому что я показываю около 70 работ, которые я сделал за последние 20 лет, может быть. Раньше не осмелился я показать, потому что мне казалось, что всё время я никак не могу добиться того, что мне самому хочется, чтобы было то, что я вижу глазами и чувствую.

К. Ларина А ты учился где-нибудь основам?

С. Намин Да я и музыке не учился. Вообще мы все дворовые…

К. Ларина Ну, есть какие-то основы, рисунок? Или это всё не нужно?

С. Намин Нужно, конечно. У меня как раз не концептуальная живопись, а у меня больше такая уже… Как бы сказать?

К. Ларина Жанровая.

С. Намин Ну, такая как бы… Ничего нового в ней нет, обычная. А учился я… Думал, как мне учиться. И я начал учиться просто с рисунков Леонардо да Винчи. Он не знал, что он мой учитель.

К. Ларина А что говорят друзья-художники? Как оценивают твои работы?

С. Намин Мише Шемякину очень нравится. А вообще я не могу сказать… Я думаю, что после этой выставки, действительно посмотрят многие художники, искусствоведы и скажут своё мнение, которое мне очень интересно услышать, потому что я серьёзно очень работаю много-много лет и то, что получилось, на суд решил представить по-настоящему. В принципе, всем профессионалам как бы нравится. Так бы никто не осмелился меня выставить в Академии художеств Российской Федерации, которая, в общем-то, серьёзное место для выставок. Будет 10-го открытие, и с 11-го до 4-е будет открыта выставка для публики, для всех. Вот. Это то, что я делаю последние годы.

К. Ларина А книгу никакую мы не издаём к этому моменту?

С. Намин Нет, книг вообще я писать не могу, потому что я занят другим совсем. Сейчас я всё брошу и буду книжки писать?

К. Ларина На самом деле давно уже пора написать.

С. Намин Ну, может быть, что-то такое в следующем году, про «Цветы» хотя бы что-нибудь напишем.

К. Ларина Какие-то мемуары уже обязан написать.

С. Намин Мемуары точно не хочу писать.

К. Ларина Почему?

С. Намин Ну, слишком много знаю.

К. Ларина Один раз надо это сделать в жизни.

С. Намин Ну, может быть, когда-нибудь, когда уже на коляске выезжать буду.

К. Ларина Тьфу-тьфу! Тогда уже ничего не будешь помнить.

С. Намин Да-да-да! Ну, придумаю что-нибудь. Во всяком случае сейчас у меня такой творческий отчёт, кино…

К. Ларина А на телевидении никаких программ, посвящённых тебе?

С. Намин Нет, я вообще до телевидения не дотрагиваюсь. Если вы помните…

К. Ларина А оно до тебя?

С. Намин Оно до меня тоже, мне кажется, не дотрагивается. Я в своё время, когда перестроечная была эйфория таких прорывов, то я и телевидением занимался, и радио у меня было, если помнишь.

К. Ларина SNC.

С. Намин Да, радио SNC. И телевидение было SNC, несколько программ — «Жёлтая подводная лодка», ещё что-то мы делали. Но в действительности я понял, что это совсем не моё, и не хочу зависеть от каких-то частот, каналов, ещё кого-то. И много-много лет уже занимаюсь личным кайфом, творчеством.

К. Ларина Ну, могли бы снять к юбилею «Разговор со Стасом Наминым», сериал какой-нибудь.

С. Намин Я же не медийный человек, в общем, по большому счёту.

К. Ларина Ой…

С. Намин Ну конечно.

К. Ларина Ой!

С. Намин Не преувеличивайте. Вы просто ко мне хорошо относитесь.

К. Ларина Давайте мы послушаем песенку, да? Мы хотели.

С. Намин Я прокомментирую, если можно.

К. Ларина Конечно. Это «Цветы», естественно.

С. Намин Это «Цветы», да, в таком акустическом варианте, но связано это с тем, что… Вообще-то, я как бы рок-музыкой давным-давно не занимаюсь, именно она меня очень мало впечатляет в последние годы. И в общем-то, считаные люди, кто меня впечатляет и кто вызывает у меня уважение. И один из них — это мой товарищ близкий, «сын мой приёмный», такой Дима Ревякин, поразительный поэт, музыкант, который действительно мне очень близок. И у него в этот раз, у его группы «Калинов мост» — очень хорошей группы, с моей точки зрения — 30-летие. И музыканты, которые его любят и уважают, придумали такой как бы посвящённый ему альбом, где все спели его песни.

К. Ларина Трибьют.

С. Намин Трибьют, как это принято на английском языке формулировать. И мы тоже сделали одну его песню, которая называется «Иерусалим». Давайте послушаем.

ЗВУЧИТ ПЕСНЯ

К. Ларина Замечательно! Просто прекрасно! А из этого будет какой-то альбом сделан?

С. Намин Да, будет большой альбом, где много разных групп играют. И 18 ноября у него как раз 30-летие, а у меня в этот день получается, что я не буду на этом концерте, потому что мы с театром едем в Александрийский театр в Петербург и там показываем как раз этот шемякинский спектакль вместе с ним. Поэтому я его поздравил заранее вот таким способом.

К. Ларина Ну что же, резюмируем первую часть нашего разговора, которая была прикладная, что называется, чтобы вы всё это запомнили, что можно прийти. Главное — можно прийти в кино. Можно же прийти?

С. Намин Причём бесплатно всё — и кино, и выставка.

К. Ларина: 9го числа в 5 часов в Центре документального кино на Парке культуры — «Free Rock»… Как он называется?

С. Намин «Free to Rock» называется.

К. Ларина «Свобода рока», да?

С. Намин Не знаю, как перевести.

К. Ларина Это фильм. Премьера фильма, по сути, да? 10-го там же в 5 часов — премьера фильма «Разговор с Неизвестным».

С. Намин То есть первый фильм американский, я сделал в Нью-Йорке. А второй — здесь. То есть я снимал тоже в Нью-Йорке, у Эрнста дома, а сделали здесь.

К. Ларина Дальше. Спектакль «Нью-Йорк. 80-е. Мы!» будет 9-го числа с участием Михаила Шемякина. Туда можно попасть?

С. Намин Да. Я не знаю, как там с билетами, проданы ли они уже. Во всяком случае, может быть, и возможно ещё.

К. Ларина Это в театре…

С. Намин В моём театре, в парке Горького.

К. Ларина Дальше. 10-го числа открывается выставка в галерее на Пречистенке, которая называется у нас «Откровенное». Я так прочитала про неё. Так мы называем, Стас?

С. Намин Да, «Откровенное» называется.

К. Ларина Это выставка работ живописи, работ Стаса Намина, которую он хочет впервые показать вам, дорогие друзья.

С. Намин Осмелился.

К. Ларина Впервые! Это очень ответственно. Будьте осторожны. Приходите.

С. Намин Я должен быть осторожен, чтобы не побили.

К. Ларина Сейчас это модно.

С. Намин Да-да-да.

К. Ларина Ну а сейчас мы делаем перерыв, слушаем новости, потом возвращаемся в программу и уже будем, конечно же, отвечать на ваши вопросы в том числе.

НОВОСТИ

К. Ларина Возвращаемся в программу. Напомню, что сегодня у нас в гостях музыкант, художник, продюсер Стас Намин. Ещё раз приветствую Стаса здесь, в нашей студии. И теперь уже скажу, что, во-первых, мы разыграли все билеты на спектакли, поэтому больше свои заявочки не присылайте, а наоборот — у вас есть возможность эту часть программы посвятить своим вопросам нашему гостю. Поэтому ещё раз напомню: +7 985 970-45-45 — для тех, кто хочет задать вопрос Стасу Намину. Присылайте. Обязательно будут вопросы.

Я о чём хотела поговорить? Я пропустила так имя Боба Дилана, но понятно, что мы не можем пройти мимо события, связанного с присуждением ему Нобелевской премии по литературе!

С. Намин Очень много шуток по этому поводу очень смешных.

К. Ларина Он лишился дара речи, как он сам сказал, и ответил на звонок или перезвонил где-то, наверное, недели через две, по-моему шведскому комитету и сказал: «Ребята, спасибо, я тронут, я просто онемел и две недели молчал». Во-первых, как ты это оцениваешь, вообще сам факт? Насколько это событие?

С. Намин На эту тему очень смешная шутка есть по поводу того, что… «Нобелевский комитет присудил Нобелевскую премию по химии Киту Ричардсу из Rolling Stones».

К. Ларина Это жестоко! Ну скажи, если всерьёз, это вообще событие?

С. Намин Всерьёз? Мне очень трудно судить, тем более что мы с ним, в общем, в хороших отношениях.

К. Ларина Ну тем более интересно!

С. Намин Ну, что мне? Жизнь устроена… Что хотят, то и делают.

К. Ларина Им же не проплатили, правда, фанаты Боба Дилана?

С. Намин Нет-нет-нет! Ну, это как «Оскар», это очень похоже. Нобелевская премия, мне кажется, очень похожа на «Оскар», на все эти игрища, где существует дипломатия, существует политика, существуют какие-то игры свои. По большому счёту это не всегда впрямую относится и соотносится с реальной ценностью. В данном случае я не принижаю Боба Дилана, но всё-таки по литературе…

К. Ларина Даже не премия мира.

С. Намин Другая игра совсем, да.

К. Ларина Мнения же, что называется, разделились…

С. Намин Кит Ричардс, я считаю, тоже должен был бы получить.

К. Ларина Вот видишь, ты тоже поддерживаешь такой немножко иронический аспект этого события. Но, с одной стороны, люди говорят всерьёз о том, что Нобелевская премия по литературе окончательно себя дискредитировала, и Нобелевский комитет, по сути, окончательно себя дискредитировал, в конце концов. Безобразие просто!

С. Намин Я думаю, что не литература себя дискредитировала, а Нобелевский комитет. Это разные немножко вещи.

К. Ларина А с другой стороны — почему нет?

С. Намин Может быть, те люди, которые голосовали, не читали особенно много книжечек и с литературой не очень связаны. Ну, я не знаю, как там устроено. Это их внутренние дела. Не хочется даже их анализировать.

К. Ларина Подожди, а если бы был жив Джон Леннон, он не заслужил бы премии по литературе?

С. Намин Нет.

К. Ларина Нет?

С. Намин Конечно. Премия мира — конечно, несомненно. И вообще он несомненный гений, но нет у них такой премии — давать гениям, которые перевернули мир. В смысле — как делали Джон Леннон со своей командой. Но всё-таки литература — это литература. Это настолько же… Почему я про химию говорю? Потому что всё-таки тогда надо и по химии. Это мне так кажется, субъективная точка зрения. Ну, так же смешно, почему Леонардо ди Каприо не давали всю жизнь «Оскара». Смешно же?

К. Ларина А дали…

С. Намин За какую-то чепуху, обычную роль. У него каждый фильм… Я-то знаю, почему не давали. Потому что если давать Леонардо ди Каприо, то тогда поднимется планка до такой степени, что Леонардо придётся давать за каждый фильм «Оскар», а остальным — серьёзно думать, кому давать, а кому не давать.

К. Ларина А вы это не обсуждали с ним? Ты вообще его поздравил?

С. Намин С Леонардо?

К. Ларина Нет, я о Бобе Дилане.

С. Намин А, с Диланом? Ну нет, не поздравлял.

К. Ларина Получается, что у вас парная выставка с нобелевским лауреатом…

С. Намин Я даже Леонардо не поздравлял. Мы с ним выпили по рюмочке, но не поздравляли.

К. Ларина Подожди, я всё-таки задам вопрос как профессиональному человеку. А в чём тогда… В принципе, заслуги есть какие-то у Боба Дилана?

С. Намин Ну конечно, несомненно!

К. Ларина Просто Лоза сказал, что никаких заслуг.

С. Намин Я не знаю, кто Лоза… Это другая тема. Я сейчас вам хочу сказать, что у Кита Ричардса же тоже есть заслуги, но это же не значит, что ему по химии давать.

К. Ларина Конечно.

С. Намин Вот и здесь так же. Конечно, заслуги. Боб Дилан — гениальный поэт и вообще потрясающий. «Songwriter» называется по-английски. Это не поэт и не песенник, а писатель, автор песен. Вот он гениальный автор песен. Как поэт? Ну, я бы не сказал… Если убрать музыку, то я не могу сказать, что он гениальный поэт, когда есть Гинзбург, когда есть ещё много-много… Давай не будем про поэзию, потому что… Ну, у меня трагедия. Я же кончил филфак МГУ, зарубежное отделение, поэтому ихнюю гадскую поэзию немножко знаю, и литературу.

К. Ларина «Я много знаю».

С. Намин Ну, он симпатичный парень.

К. Ларина А кого можно поставить тогда через запятую, если перечислять? Кто там? Джим Моррисон, Джон Леннон… Кого бы ты поставил?

С. Намин Джон Моррисон — нет. А Джон Леннон — да. Это примерно один уровень. Ну, я не знаю, кто ещё туда подходит. Вот Джон Леннон и Боб Дилан.

К. Ларина Хорошо. Тема следующая, которую мы тоже косвенно уже затронули. Это такие претензии со стороны разных групп общественных, православных или не православных, религиозных…

С. Намин Про что речь?

К. Ларина …которые воюют с любыми проявлениями современного искусства, которые оскорбляются на любой чих. Без конца попытки запретить эту несчастную оперу «Иисус Христос — суперзвезда», которая была запрещена при советской власти, давайте вспомним ещё раз, двадцать пятый, как пропаганда религии, «опиума для народа», а сегодня её запрещают как оскорбительную.

С. Намин Я ничего в этом не понимаю вообще. Мне кажется, чем хуже — тем лучше.

К. Ларина То есть больше ада?

С. Намин Я совершенно не реагирую на это, абсолютно всё равно. На эту тему есть такой совершенно идиотский анекдот, не очень-то связанный, но тем не менее. Одного посадили пожизненно, он входит в камеру, а там уже сидит один. Он говорит: «Слушай, ну ладно, я понимаю, что тяжело сидеть. А без баб-то как?» Тот говорит: «Я не знаю. Вот у меня картинка — блондинка, видишь? И ничего, нормально». Тот подходит: «Так это же Менделеев!» — «Не знаю, а мне нравится!» Так что я тоже: не знаю, а мне нравится.

К. Ларина Это был политический комментарий народного артиста Советского Союза…

С. Намин Кстати, на всякий случай: я даже не заслуженный, не только не народный. И нормально себя чувствую.

К. Ларина Вообще безобразие!

С. Намин Да какое же безобразие?

К. Ларина Не расстраивает?

С. Намин Да наоборот.

К. Ларина Кругом одни народные артисты.

С. Намин Одни народные вокруг.

К. Ларина Кстати, опера «Иисус Христос — суперзвезда» идёт же у тебя?

С. Намин Да, конечно.

К. Ларина Никто не приходил, не возбуждался?

С. Намин Полный зад приходит.

К. Ларина Возбуждённые оскорблённые не приходили?

С. Намин Вообще я не был жертвой ни в одном из своих… Ну, может, я не такой скандальный и не такой медийный, и на меня внимания особо не обращают.

К. Ларина Нет, но там-то тоже… Послушай, в Театр Моссовета тоже никто не приходил, там тоже идёт этот спектакль, а это по регионам в основном.

С. Намин Я думаю, что это вообще… Да вообще я не хочу это обсуждать! Ну, надо будет — остановим. Вообще у нас же был один политтехнолог, который с таким футбольным уклоном, которого поставили командовать культурой Москвы одно время, и он собирался закрыть вообще мой театр. Ну и что? Закрыли бы — и закрыли.

К. Ларина Тебе всё равно? Ну как? Ты же вкладываешь не только деньги, но и жизнь свою.

С. Намин Нет, мне не всё равно. Просто я живу в этой стране. Но если стране не нужно, что я делаю — значит, я не буду делать. Что ж я буду? Ну, если не надо… Ну, буду сам дома делать, сидеть и работать дома. Я не очень заморачиваюсь на эту тему. В общем-то, жизнь абсолютно не зациклена…

К. Ларина А тебе не жалко усилий?

С. Намин Жалко!

К. Ларина Вот мы сейчас вспоминаем времена SNC, когда открывался совсем другой мир перед нами. А потом всё захлопнулось.

С. Намин Ну, правда. И что ж теперь делать? Закрыли SNC, отобрали частоты у меня — и не стало SNC. Ну и что теперь делать? Ну, нет — и нет. Но было же. Мы же помним, кто-то помнит во всяком случае.

К. Ларина Но ты же тоже хотел совершенно искренне, без всякого цинизма… Я это помню.

С. Намин Я всё делаю искренне.

К. Ларина Ты хотел, чтобы страна была другой. И на этот алтарь ты положил многое, Стас.

С. Намин Я, как и все, делаю всё на свете искренне, потому что другого смысла нет. Мне же не платят. Поэтому актёр ищет, какая ещё есть пружина, какой стимул что-то делать. Конечно, когда в кайф. И конечно, какой-то драйв идёт, что-то такое. Ну, проходит молодость. Сейчас уже взрослые мальчики мы. И теперь говорят: «Знаете, мы хотим закрыть ваш театр». Ну и что ж теперь? Не хочется, конечно. Ну, если вы такие крутые, считаете, что вам это не надо, а вам надо другое что-то такое… Ну, закроют — не умрёт же никто. Конечно, это не значит, что мне всё равно. Это другая крайность. Мне не всё равно, но я спокойно отношусь к любым к закрытиям, к любым запретам. «Вот запретили это!» Ну, запретили — значит, не надо им. Сейчас же как бы…

К. Ларина Когда были для тебя серьёзные размышления о возможном отъезде? Были такие периоды в жизни?

С. Намин Никогда. Представляешь, вот никогда! Вот так смешно. Это может случиться только в случае, если мне совсем жить не дадут никак. Потому что я вообще жил и в Америке… в основном в Америке, а так вообще ездил по миру, но жил в Америке много. И в общем-то, это не моё, если честно. Я свободно говорю по-английски, у меня там куча друзей, но я всё-таки здесь родился, здесь живу. И мне комфортно жить здесь. И если мне будут давать здесь жить и не будут меня особенно мучить и долбать, как было в старые времена, то я не имею в виду никуда уезжать. Но был момент, когда меня совсем задавили здесь вот эти все, хотели закрыть театр, закрыть центр.

К. Ларина То есть это уже в новой жизни, в новейшей истории?

С. Намин Это сейчас буквально. Ну, когда? Пару лет назад выясняли. А если бы не сняли — может, он и успел бы закрыть.

К. Ларина Ты имеешь в виду Капкова?

С. Намин Ну да.

К. Ларина Видишь, для кого-то он был «счастливым билетом», а для кого-то…

С. Намин Ну, кому-то он, да… То есть царёк такой.

К. Ларина Ну, такая у нас система номенклатурная: «Хочу — казню. Хочу — милую». Всё.

С. Намин Да. «Не знаю, а мне нравится».

К. Ларина Нравится ему! Конечно.

С. Намин Во всяком случае, ну что? Вообще смешно смотреть на них, когда они надувают щёки, их цитируют СМИ, а они думают, что они умные. А потом их снимают — и где они? Исчезают, как будто их не было. Им не приходит в голову, что они просто дебилы, которые пользуются властью, и больше ничего. Вот надо бы им задуматься немножко, что когда они без власти, то кто они на самом деле.

К. Ларина Я думаю, что они об этом думают.

С. Намин И что?

К. Ларина Поэтому и гребут скорее, пока дают. Понимаешь?

С. Намин Да, гребут, именно. Это правильно ты сказала. Вот они думают: «Чёрт с ним! Но зато сгребу же на всю жизнь оставшуюся».

К. Ларина То, что касается будущего, то тут, я думаю, вряд ли у кого-то какие-то есть иллюзии по поводу себя, начиная с самого высокого нашего…

С. Намин Да-да-да.

К. Ларина По поводу Платона Лебедева здесь есть несколько вопросов от наших слушателей. Они знают, что ты с ним дружишь.

С. Намин Да, кучу лет уже.

К. Ларина Для тебя этот человек что значит в жизни?

С. Намин Мне кажется, он удивительный парень, который прежде всего, ну, вообще потрясающе талантливый с точки зрения бизнеса. Он никогда не занимался политикой близко даже, он занимался честным бизнесом. Когда в самом начале их только посадили, его первого, я написал тогда в «Комсомолке» статью о том, что я про это всё думаю. Ещё можно было писать.

Я считаю, что это тот редкий случай, когда действительно честный бизнесмен, который платил все налоги. Я-то знаю изнутри же ситуацию. Они совершенно разные люди — Платон и Миша Ходорковский. Я знаю и того, и другого, естественно. Но это не значит, что это одна компания, которая как одно лицо, сиамские близнецы. Это совершенно разные люди с разным мировоззрением.

Удивительно то, что так у него сломана жизнь оказалась. Он отсидел 11 лет в тюрьме. Он дочку свою увидел, когда возвратился, впервые — взрослую. Она только из роддома приехала, когда его посадили. И 11 лет просидев ни за что… И все это понимают. Даже те, кто причастны были к его посадке, они прекрасно знают. И сейчас приходят к нему и говорят: «Ну, вы же гений. Мы же знаем, что вы ни в чём не виноваты». Он говорит: «А что же вы меня за границу не пускаете?» А его не выпускают.

Но главное не это. Главное, поразительно то, что он не озлобился. Вы представляете? Удивительно, что он, вернувшись… Он живёт закрыто у себя дома. Ну, то есть как закрыто? Это не значит, что никуда не выходит.

К. Ларина Непубличный человек.

С. Намин Непубличный абсолютно. И вот у него дочки, сын, семья. Он беспокоится о ней с утра до вечера, по-настоящему искренне. И абсолютно никакой злости нет к тем, кто его посадил, грубо говоря. Не только мести, а и злости нет. Я с ним общаюсь очень часто…

К. Ларина А кто вернёт годы? 11 лет вырезаны из жизни.

С. Намин Вот удивительно… Это страшно, конечно, когда подумаешь. Ну, на год посадили кого-то, год просидел — уже ужас. А 11 лет?! Слава богу, он здоров, весёлый, любит свою семью потрясающую, действительно поразительный отец. Но для меня совершенно… Я не уверен, что мне удалось бы так — после 11 лет не озлобиться. Вот он удивительный человек с открытым сердцем, добротой, такой генетической добротой. Он генетически добрый и достойный, кристальной чистоты человек.

К. Ларина Вообще, конечно, я думаю, что это меняет очень сильно человека в любом случае. Я не знаю, насколько заметны эти перемены в нём. Ты же знал его и до, и после.

С. Намин Я думаю, что он стал мягче.

К. Ларина Наоборот, как это ни странно.

С. Намин Да. Тогда он занимался бизнесом. В общем, когда работаешь с утра до вечера, то как-то немножко, знаешь, давление… От тебя зависит, когда ты ответственный. А сейчас он, в общем-то, ничем не занимается, только семьёй, и стал таким мягким, таким добрым абсолютно. От него тепло идёт и свет из глаз, как ни смешно, после 11 лет тюрьмы.

К. Ларина Хочу напомнить нашим слушателям, что Стас Намин никогда не скрывал своего отношения к своим товарищам (в данном случае я имею в виду и Платона, и того же Ходорковского) и все эти годы, пока они сидели, отвечая на вопросы, всегда говорил, что они невиноваты, и всегда их поддерживал. Поддерживал и тогда, когда суды были.

С. Намин Ну, это нормальное явление. Я думаю, все так делают.

К. Ларина Послушай, давай всё-таки не будем. Не все. Вот мой вопрос как раз… Я почему про это вспоминаю? Тебе что-нибудь за это было — за открытую поддержку людей, которых считали врагами режима, врагами власти?

С. Намин Нет, ничего не было. Я нигде не чувствовал никакого давления. Ничего не было вообще. Больше того, у меня такое впечатление, что если говорить о В.В., то он тоже в своей жизни как человек непростой… Он же неглупый человек совсем и вообще прожил какую-то жизнь. Он же поддерживал Собчака, когда у него была опала, кстати, не думая о своей карьере в этот момент. То есть он поддерживал человека, который его как бы… То есть он тоже представляет себе, что такое… Тут вопрос не в политике, а вопрос в дружбе, в человеческих отношениях и в уважении.

К. Ларина Ну, не знаю, мне сложно как-то это комментировать. В эту голову залезть невозможно, мы не знаем этого.

С. Намин Ну, я не знаю как. Во всяком случае, я догадываюсь просто. Но реально никто ко мне не приходил и нигде меня не давил. А могли бы левой ногой.

К. Ларина Значит, можно и в такой атмосфере гадкой всё-таки как-то себя сохранять. Можно говорить «нет»? Вот так я спрашиваю.

С. Намин Я не знаю. Я всю жизнь говорю то, что думаю. В общем, иногда это бывает довольно жёстко, а иногда — не очень жёстко. В общем-то, я не лавирую и не пытаюсь закруглить углы. В общем, никогда ещё не чувствовал никакого давления, честно признаюсь. В общем-то, я его и не боюсь. Собственно, самое большое, что могут сделать — это убить. Ну, в тюрьму посадить. Но после того, как мой друг отсидел 11 лет и жив, здоров, в общем, как бы… Ну да, поломать жизнь могут. Но самое страшное — убить. А сколько мне уже лет-то?

К. Ларина 65.

С. Намин Ну, отсижу ещё 11.

К. Ларина Я тебя умоляю! Тьфу! За это мы пить не будем.

С. Намин А потом какую-нибудь симфонию, а потом: «Мы желаем счастья… Ещё врежу!»

К. Ларина Вот! Давайте мы теперь врежем симфонию, наш ответ. Давайте немножко про это скажешь.

С. Намин Это для меня очень серьёзный такой прорыв в моей музыкальной жизни. Потому что, ну, рок-н-ролл и рок-н-ролл, какие-то песенки, какая-то музыка ещё… И потом я где-то в какой-то момент начал после того, как в конце 80-х я сделал оркестр, Московский симфонический оркестр… Его не существовало, и вот тогда мы его создали. В общем, он какую-то интересную жизнь имел, он объездил весь мир. Кстати, мы сделали совместные гастроли — Electric Light Orchestra, такая рок-группа, и наш оркестр. По Великобритании был совместный тур — на Уэмбли, везде. Ну, как бы ни было.

В какой-то момент в 90-х я попробовал что-то такое написать в симфоническом жанре, какие-то кусочки получились, пару песен своих сделал в аранжировке симфонической, какие-то вещи ещё написал — и получилась такая сюита вроде из восьми частей. Вроде симпатичная. Даже у меня такое ощущение всё время, что это музыка из какого-то фильма неснятого.

И в какой-то момент я почувствовал, что всё-таки симфонический язык симфонической музыки позволяет говорить довольно серьёзные и глубокие вещи — такие, которые не просто романтические или какие-то динамические, или светские, а что-то можно такое сказать, что нельзя другим языком сказать, вот какие-то ассоциации. Я чувствовал это, но объяснить довольно трудно. И я осмелился попробовать большую форму.

И вот два года я писал материал для симфонии этой. А потом уже мы с моим другом близким, с которым начинали в «Цветах»… Он, кстати, работал в «Цветах», это такой Саша Слизунов, ещё со «Звёздочки моей ясной». Он закончил Московскую консерваторию у Шнитке, один из любимых его учеников был по аранжировке. Я ему предложил помочь. И мы с ним вместе занимались аранжировкой ещё примерно около года. То есть в общем где-то около трёх лет заняла работа над этой симфонией.

И в какой-то момент, когда какие-то куски уже были более или менее сделаны, я попробовал их отослать оркестрам серьёзным мировым. Ну, плох же тот солдат, который не хочет… И я осмелился. И когда мне сказали, что Лондонский симфонический оркестр и Берлинский согласились его записать, я решил, что кто-то издевается надо мной, пошутить решили, потому что там отбор очень серьёзный. Там вообще сначала отбирают из всей «графомании»… И в результате совет директоров отбирает крупицы современных композиторов. И вот летом записал Лондонский симфонический оркестр эту симфонию. Давайте, может быть, сейчас кусочек маленький оттуда послушаем, да?

К. Ларина Спасибо тебе!

ЗВУЧИТ МУЗЫКА

Комментарии

1

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

copia 07 ноября 2016 | 08:12

Спасибо! И жить хочется!)))

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире