'Вопросы к интервью


И. ЗЕМЛЕР — 16.07 в Москве. У нас Дмитрий Ананьев – первый зампред комитета СФ по бюджету и финансовым рынкам. Здравствуйте.

Д. АНАНЬЕВ — Добрый день.

И. ЗЕМЛЕР — И начнем мы, в конце прошлой недели ГД приняла в первом чтении проект закона о создании российского финансового агентства. Давайте мы от печки: для чего?

Д. АНАНЬЕВ — Хороший вопрос. Существует фонд национального благосостояния, существует резервный фонд. У нашей страны с учетом благоприятной экономической ситуации накоплены значительные резервы. И как мы знаем, немало критики от экспертов слышится на предмет того, что этими средствами государство не самым эффективным образом управляет.

И. ЗЕМЛЕР — Оно вообще как-то управляет этими средствами?

Д. АНАНЬЕВ — Обязательно. Конечно же, государство управляет и значительные были средства вложены в ценные бумаги зарубежные и так далее. Доходность там с учетом кризисных явлений была близка к нулю, где-то была отрицательная, где-то была плюсовая. Но в общем управление свободными средствами было построено не самым успешным образом я бы так сказал. Больших потерь не было, но и доходов больших и серьезных не было. А самое главное, что эти финансовые ресурсы фактически работали на экономику других стран. Наконец…

И. ЗЕМЛЕР — Росфинагентство призвано перевести эти ресурсы в экономику нашей страны. Каким образом?

Д. АНАНЬЕВ — Во-первых, мы первый раз услышали в последнем обращении президента к парламенту о том, что значительную часть ресурсов или значимую часть нужно направлять на стимулирование, развитие собственных финансовых рынков, создание собственной финансовой инфраструктуры. И соответственно Росфинагентство это уполномоченный орган, который будет управлять на первом этапе наверное частью наших резервов, будет нарабатывать опыт и я надеюсь успешный. Соответственно тем самым стимулировать в том числе развитие наших финансовых рынков.

И. ЗЕМЛЕР — Я повторю вопрос, каким образом это агентство будет управлять и стимулировать?

Д. АНАНЬЕВ — Будет уполномоченный орган, полномочиями которого будет определено управление свободными средствами, которые существуют сегодня и в Резервном фонде и  национального благосостояния.

И. ЗЕМЛЕР — Почему Минфин не может этим заниматься, у которого прямая задача разбираться с тем, какие у нас деньги, как они работают.

Д. АНАНЬЕВ — У Минфина значительное количество задач, связанных с так называемым операционным управлением, с управлением бюджетом, выполнением федеральных целевых программ, согласований этих бюджета ежегодного и так далее. Управление конечно одна из в том числе функций или создание условий, потому что для того чтобы управлять, этим надо заниматься ежедневно, отслеживать конъюнктуру, все цифры и динамику, которые происходят, она достаточно интенсивная и происходит в мировой экономике. Это отдельная очень серьезная задача, которая требует ежедневного внимания.

И. ЗЕМЛЕР — Но вы, наверное, знаете главный упрек вашего ключевого оппонента Оксаны Дмитриевой из «Справедливой России», которая считает, что было бы логичным те деньги, которые зависли мертвым грузом, условно говоря, в национальном резервном фондах направить обратно в бюджет и  перераспределить этот поток на развитие инфраструктурных каких-то проектов внутри России.

Д. АНАНЬЕВ — Я думаю, что критиков много, советчиков много и зачастую конструктивная критика позволит, в том числе исполнительной власти и Минфину и ЦБ вырабатывать сбалансированный и наиболее эффективный подход к решению этой задачи. Но где бы мы были, если бы не было резервов в острую фазу кризиса. Можно дискутировать на предмет эффективности потраченных денег в острую фазу кризиса, но то, что удалось избежать печального развития событий, это факт. И тот объем средств, который позволил ситуацию стабилизировать и в известной степени удержать в приемлемых рамках, это тоже благодаря в том числе созданным резервам.

И. ЗЕМЛЕР — Хорошо, скажите, а где гарантия, что через полгода, допустим, не повторится какой-нибудь кризис с его острой фазой, а деньги, аккумулированные в национальном резервном фондах уже в управлении посредника. У которого какие-то свои планы, свои вложения этих денег есть, их же нельзя будет так сразу вытащить.

Д. АНАНЬЕВ — Я думаю, что с учетом того, что это государственный посредник, то выбрана будет консервативная стратегия, которая в том числе будет ориентироваться на развитие собственно национальной инфраструктуры, и собственных финансовых рынков.

И. ЗЕМЛЕР — Что значит…

Д. АНАНЬЕВ — Будут приобретаться инструменты, допустим, фиксированного дохода или допустим, акции голубых фишек, в том числе значительная доля которых будут национальные эмитенты. Но на мой взгляд если совсем попытаться упростить ситуацию, добиваться дохода, который превышал бы допустим, инфляцию, можно в целом так в учебниках написано, можно, только вкладываясь, допустим, в голубые фишки. Будь то такие эмитенты как сбербанк, «Газпром», на длинном сроке, более 5-7 лет как правило вложения в такого рода ценные бумаги опережают инфляцию. Любые другие вложения как правило дают меньшую доходность…

И. ЗЕМЛЕР — Либо повышенные риски.

Д. АНАНЬЕВ — Последнее время среди инструментов финансовых, которые получили наверное, наибольшую популярность и которые используют наши граждане, это банковский депозит. Тоже в целом превышает инфляцию, и это хорошо. Но это фактически единственный инструмент более-менее надежный, который в том числе в определенной сумме страхуется агентством по страхованию вкладов, единственный надежный инструмент, которым наше граждане пользуются. Во всем мире существует существенно более разнообразный инструментарий на любом национальном рынке. И соответственно подобный инструментарий позволяет иметь сбалансировано наверное более высокую доходность.

И. ЗЕМЛЕР — Но Росфинагентство, которое призвано контролировать средства национального и резервного фонда не может себе позволить такой чудный спокойный механизм как депозит.

Д. АНАНЬЕВ — Частично с учетом того, что будем надеяться, что это будет правильный профессиональный портфель или будет правильный набор управляющих компаний в соответствии с той инвестиционной декларацией, которая будет согласована в Минфине. Росфинагентство это будет тот орган, который должен будет делать, вести свою деятельность более профессионально, добиваться более высокой доходность, чем удавалось добиваться до этого. С фокусом на национальные финансовые рынки.

И. ЗЕМЛЕР — Будет как-то в законе предписано Росфинагентству распределение по разным инструментам или наоборот это должна быть отчетность агентства какая-то регулярная.

Д. АНАНЬЕВ — Я думаю, что инвестиционную декларацию все же должен определять Минфин. С учетом того, что прошло первое чтение и неминуемо еще несколько итераций, пройдет, конечно, данный закон и Совет Федерации, я думаю, что после принятия в третьем чтении можно будет уже говорить о том, как будет структурирована работа. Но в любом случае я думаю, что это благо. Это правильное решение, что правительство озадачилось тем, что нужно более эффективно управлять своими сбережениями.

Е. БУНТМАН  — Еще одна тема это итоги форума в Давосе. Итоги общие форума, и итоги для России. каковы они?

Д. АНАНЬЕВ — Что касается глобальных итогов давосского форума, то я думаю, что можно выразить кратко это умеренный оптимизм. Я думаю, что мир уже устал жить в условиях кризисных, и появляются основания для того, чтобы ожидать уже, допустим, к середине этого года может быть к концу года умеренный рост в европейской зоне. И то, что будет наконец решен финансового обрыва вопрос в США, ситуация глобально в мировой экономике стабилизируется. И появится какое-то по крайней мере понимание, что в ближайшие несколько лет будет пусть и небольшой, но доминировать устойчивый рост.

Е. БУНТМАН – Для Европы приятные, во всяком случае, слова звучали. Наверное, за исключением только заявления Кэмерона, который решил уйти по-английски, во всяком случае, пообещал поставить вопрос на референдум о членстве в ЕС, что обеспокоило всех.

Д. АНАНЬЕВ — Хотя руководитель Европейского ЦБ отреагировал тоже должным образом, сказал, что он уверен абсолютно, что англичане подтвердят целесообразность присутствия в ЕС.

Е. БУНТМАН – Проявил умеренный оптимизм.

Д. АНАНЬЕВ — Совершенно верно. Как наверное и должен проявлять умеренный оптимизм человек, находящийся на посту руководителя Европейского ЦБ.

Е. БУНТМАН – Что касается итогов для России, присутствовал в этот раз премьер-министр Дмитрий Медведев. Были оглашены некоторые экспертные заключения о планах развития России, не преисполнены даже умеренного оптимизма…

Д. АНАНЬЕВ — Оптимизма в этих сценариях не было. Все три сценария выглядели…

И. ЗЕМЛЕР — Глубоко пессимистично.

Д. АНАНЬЕВ — Нет, но они все же скорее с негативным прогнозом. Один из прогнозов в том, что наши регионы развиваться будут непропорционально, и у власти будет необходимость проводить инфраструктурные перемены сверху вниз, насколько это у власти будет получаться, прогноз скорее негативный. На этом фоне любое снижение цен на нефть будет создавать в известной степени проблемы. Этот сценарий озвучивал профессор Йельского университета Олег Цывинский. Другой сценарий озвучил бывший министр финансов Алексей Кудрин. Этот сценарий был наверное самым жестким. Связанный со снижением цен на нефть, с бюджетным дефицитом, с поддержанием всех социальных выплат и соответственно с потенциальным повышением налогов со стагнацией в экономике и так далее.

И. ЗЕМЛЕР — Ужас, ужас.

Д. АНАНЬЕВ — Да, и третий сценарий презентовал ректор Российской экономической школы Сергей Гуриев. Этот сценарий выглядел несколько более наверное, сбалансировано, связанным с тем, что будет продолжаться благоприятная конъюнктура цен на нефть, у бюджета будут значительные доходы, будет нарастать количество среднего класса. Средний класс будет требовать перемен, а перемен не будет. И эта нарастающая нестабильность будет каким-то образом реализовываться. Вот наверное, три сценария, которые бы в полной мере не хотелось бы увидеть в реальном воплощении.

И. ЗЕМЛЕР — У вас есть свой сценарий?

Д. АНАНЬЕВ — У меня готового сценария нет. У меня есть понимание, на то они и прописываются сценарии, чтобы подсказать исполнительной власти, как избежать крайних аспектов и наиболее негативных событий в предписанных сценариях.

И. ЗЕМЛЕР — Я переформулирую вопрос. Какой из этих прогнозов, прямо скажем, вам представляется наиболее адекватным нынешней ситуации?

Д. АНАНЬЕВ — Я думаю, что не имеет смысла угадывать. Как будет меняться конъюнктура цен на нефть в первую очередь. Огорчает, что все три сценария самым к сожалению, жестким образом привязаны и наша страна получается привязана просто цепью стальной к этой изменяющейся цене на нефть. И конъюнктуре цен на нефть, которую предугадывать наверное не самое благодарное дело. Но я думаю, что из каждого сценария надо постараться выбрать и негативные аспекты, которые желательно не повторять, и позитивные моменты, на что хотелось бы ориентироваться. Что я имею в виду. Наверное, при любом развитии ситуации не хотелось бы, чтобы наша страна, наша исполнительная власть пошла по пути повышения налогов на бизнес, допустим. Мы это проходили совсем недавно, когда повышался единый социальный налог, и так далее. Выяснялось, как правило, что налогов больше не собираем…

И. ЗЕМЛЕР — А малый бизнес загибается.

Д. АНАНЬЕВ — Малый и средний бизнес не растет. И самое главное, что появляется желание у бизнеса уйти в тень. Я думаю, что из первого сценария можно было бы в положительном наверное плане выбрать опыт лучших регионов в нашей стране. Потому что как выясняется, если посмотреть на статистические данные, уровень благоприятности ведения бизнеса в нашей стране, если так можно сказать, он сильно неравномерен. То есть в одном регионе могут быть достаточно успешные показатели и достаточно благоприятная атмосфера, в другом регионе, который располагается даже может быть недалеко, ситуация критическая. И я думаю, что это в том числе требование времени, постараться выбрать лучшие регионы и постараться те практики и подходы, которые реализуются в этих регионах распространять на всю страну. Это с одной стороны непросто, но это посильная задача, лучшие практики, их надо обязательно внедрять и  добиваться результата, желательно добиваясь хороших результатов в целом.

И. ЗЕМЛЕР — А что для этого нужно, какие экономические механизмы необходимо еще внедрить для того, чтобы это распространение пошло?

Д. АНАНЬЕВ — Я думаю, что должен быть в хорошем смысле операционный фокус, то есть должны быть, во-первых, выбраны эти регионы отличники, соответственно в рамках стратегии должны быть поставлены требования к другим руководителям регионов. Самое главное нужно решать, в том числе и методические задачи кадровые.

И. ЗЕМЛЕР — Которые решают все.

Е. БУНТМАН – Еще одно событие давосского форума это встреча и определенный диалог между Дмитрием Медведевым и Бидзиной Иванишвили. И налаживание отношений постепенное с Грузией. В начале февраля, во всяком случае, в феврале возможно восстановление экономических отношений. Имеются в виду поставки грузинских продуктов в Россию. Возобновление в полном объеме. И в то же время очередной скандал, не скандал, но начало скандала газового с Украиной. Про налаживание отношений с Грузией и ухудшение постепенное с Украиной.

Д. АНАНЬЕВ — Первое событие я бы оценивал естественно, со знаком плюс.

Е. БУНТМАН – Со сдержанным оптимизмом?

Д. АНАНЬЕВ — Просто для нашей экономики я думаю, что развитие событий с нашим кавказским соседом, не так наверное важно, прошу прощения, за прагматизм, чем все же развитие стабильных и партнерских взаимоотношений с Украиной.

И. ЗЕМЛЕР — По газу.

Д. АНАНЬЕВ — Не только по газу, вообще в рамках наших экономических взаимоотношений. И на мой взгляд отсутствие дипломатических взаимоотношений с Грузией это конечно наверное, тот этап исторический, который хотелось бы как можно быстрее эту страницу перевернуть, закрыть, сделав обоюдно правильные выводы, а самое главное, наметив взаимоприемлемый вариант урегулирования конфликтных позиций. Налаживание экономических взаимоотношений это скорее все же я думаю в большей степени интерес наших потенциальных партнеров. С Украиной ситуация несколько иная. Во-первых, сам по себе масштаб экономики существенен. Любые масштабные проблемы с таким потенциально серьезным и масштабным деловым партнером это конечно, ложка дегтя в общепозитивный старт этого года. Я думаю, что мы в своих взаимоотношениях с Украиной, наверное, готовы уже ко многому. Это наверное не самая острая фаза, нынешние газовые долги или обсуждение неиспользованных лимитов и так далее. Это не самая, наверное, острая проблема. Но огорчает то, что нам не удалось пока выстроить динамично развивающихся взаимоотношений, которые бы скорее ежегодно давали бы нам какие-то положительные сигналы о достижениях в развитии этих взаимоотношений. Каждый год, к сожалению, зимой обсуждаем может быть уже не столь…

И. ЗЕМЛЕР — Газовые обострения.

Д. АНАНЬЕВ — Эти острые обострения, когда возникали ситуации, связанные с просто перекрытием инфраструктурных возможностей, разрыва серьезных взаимоотношений.

И. ЗЕМЛЕР — Вопросы инфраструктурных проблем у нас решаются Северным и Южным потоками. А вот вопрос с двусторонним именно договором с Украиной, постоянно возникает проблема то с перебором, то недобором газа. Неужели нельзя создать какой-то более гибкий договор, контракт на уровне двух газовых компаний?

Д. АНАНЬЕВ — Я думаю, что с обеих сторон работают серьезные профессионалы, которые уже несколько лет думают о том, как решить эту задачу. Видно уровень доверия друг к другу настолько велик, что каждый раз возникают эти недоговоренности, и каждый раз приходится выяснять отношения в такой форме.

И. ЗЕМЛЕР — Громкой.

Д. АНАНЬЕВ — Это нехорошо.

Е. БУНТМАН – Что касается возможного ухода Украины к другим поставщикам. В очередной раз говорится о том, что Украина будет напрямую газ покупать у стран Средней Азии, насколько это серьезно для России как потери экономического партнера или политического.

Д. АНАНЬЕВ — Я не большой, откровенно говоря, специалист в газовой отрасли. Особенно с учетом тех процессов, которые происходят снижение цены на газ, постепенная потеря потребителей в Европе. Наверное, потеря потребителей на Украине тоже не самый лучший сигнал. Здесь, наверное, лучше задать вопросы специалистам. Но в целом по той отчетности, которую показывает «Газпром», результаты тоже неплохие, есть превышения по прибыли прогнозные, в принципе компания я думаю, что имеет все равно достаточно серьезные и возможности и потенциал для того, чтобы реагировать на те внешние вызовы, которые диктует рынок. И я думаю, что у компании достаточно и компетенции и возможностей для того, чтобы в том числе, наконец, все же отладить взаимоотношения и с украинскими потребителями.

И. ЗЕМЛЕР — Спасибо большое. Мы продолжим интересный разговор в следующий раз.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире