'Вопросы к интервью
08 ноября 2010
Z На что жалуемся? (совместно с Мосгорсудом) Все выпуски

Особый порядок судебного разбирательства, или почему в деятельности столичной фемиды нет обвинительного уклона


Время выхода в эфир: 08 ноября 2010, 21:08

О. БЫЧКОВА — Добрый вечер, добрый день. Это программа «На что жалуемся?». У микрофона Ольга Бычкова. Это наш совместный проект с Московским городским судом, а также с телеканалом «Закон-ТВ». Сегодня мы будем говорить об особом порядке судебного разбирательства. Не все знают, что это такое. Это относительно новая вещь в российском законодательстве, но это тема, которая связана с обвинительным и оправдательным уклоном. Вот это уже для наших слушателей и зрителей слова наверняка гораздо более понятные. Будем разбираться вместе с Владимиром Усовым, судьёй Московского городского суда. Владимир Георгиевич, добрый день.

В. УСОВ — Добрый день.

О. БЫЧКОВА — Итак, почему это новая история? Почему раньше не было особого порядка?

В. УСОВ — Да, раньше в законодательстве и в старом уголовно-процессуальном кодексе такого не было института, как особый порядок. Он сравнительно недавно был введён. Ну, это новый институт нового рассмотрения дела в особом порядке, которое, я думаю, оперативно, хотя для правосудия не требуется критерий какого-то там… но оперативно рассматриваются дела… особый порядок – он предусмотрен только при определённых условиях, которые указаны в законе.

О. БЫЧКОВА — То есть идея заключается в том, чтобы сложную процедуру не то чтобы упростить, не то чтобы сократить, а что с ней сделать? Какое правильное слово должно быть?

В. УСОВ — Я б не сказал, что сложную процедуру упростить или как-то сократить, а тем, чтобы, если человек себя признаёт виновным и это всё объективно подтверждается на следствии, везде, чтобы ещё раз не проводить судебное следствие.

О. БЫЧКОВА — И тут, конечно, возникает сразу множество вопросов у всех, безусловно. И не понимание, и недоумение, и, вот, сейчас мы как раз будем заниматься этими вопросами, но прежде информационный материал, который подготовила для нас Анна Усачёва, руководитель пресс-службы Московского городского суда о том, что, собственно, написано в законах.

А. УСАЧЁВА — Особый порядок судебного разбирательства – относительно новая для нашей страны форма судебного процесса. Заключается она в том, что в случае признания подсудимым своей вины в предъявленном обвинении им может быть заявлено ходатайство о рассмотрении дела в особом порядке, то есть без проведения судебного разбирательства, однако процесс в такой форме возможен только при условии согласия государственного обвинителя – потерпевшего по делу, и если наказание за совершенное преступление не превышает 10 лет лишения свободы. В таком случае судья не проводит в общем порядке исследование и оценку доказательств. Он может только при необходимости обратиться к характеристике личности подсудимого и к обстоятельствам, смягчающим или отягчающим наказание. Затем суд обращается сразу к стадии судебных прений и, выслушав последнее слово подсудимого, постановляет приговор. Следует отметить, что перед началом рассмотрения дела в особом порядке судья обязательно выясняет у подсудимого, заявлено ли данное ходатайство добровольно, проконсультировался ли он по этому поводу с защитником и осознаёт ли последствия такого рассмотрения дела. Данная форма судопроизводства довольно широко используется на практике, поскольку как для обвиняемого, так и для суда существенно сокращается срок рассмотрения дела и период нахождения подсудимого в следственном изоляторе. О популярности особого порядка судебного разбирательства говорят также и данные судебной статистики. Так в 2009 году из более, чем 47000 уголовных дел, поступивших на рассмотрение районных и мировых судов города свыше 50% было рассмотрено в особом порядке. Такая же картина сохранилась и в первом полугодии 2010 года. В суды поступило более 21000 дел и также более половины из них были рассмотрены в особом порядке.

О. БЫЧКОВА — Итак, мы говорим об особом порядке судебного разбирательства с Владимиром Усовым, судьёй Московского городского суда. Ну, во-первых, статистика, да? 21000 дел в первом полугодии 2010 года, как нам сейчас сообщила Анна Усачёва, я просто повторю. Из них более половины были рассмотрены в особом порядке. Всем удобно, понимаете? Всем удобно. Судьи быстро-быстро, да, ну, ускоряется процесс физически?

В. УСОВ — Ускоряется.

О. БЫЧКОВА — Хронологически. Он ускоряется, безусловно, потому что не проводится судебное разбирательство. Обвинители все довольны. Ну, потерпевшие уже там, как получится. Как-то кажется, что очень много злоупотреблений может возникать в связи с этим.

В. УСОВ — Вы чуть неправильно так сказали, что обвинитель и потерпевший – как получится. Они являются такими участниками процесса. И от их мнения зависит, будет ли тоже особый порядок или не будет.

О. БЫЧКОВА — Ну, сидит человек в СИЗО. Ему говорят – или будешь тут сидеть ещё год или два или больше, а там дальше будем разбираться, или сразу скажи, что ты виноват. Раз-раз – и всё отлично. Такие случаи известны.

В. УСОВ — Даже если он так скажет, что я виноват и все равно заявит ходатайство о проведении дела, рассмотрении дела в особом порядке, но если потерпевший будет против этого возражать, то особый порядок не состоится, будет назначено в общем порядке.

О. БЫЧКОВА — Чем этот особый порядок образца 2010 года, да, и нашего времени отличается, например, от большого привета товарищу Вышинскому, когда человек говорит, что он виновный. Главное, значит, вытряхнуть из него признание как основу доказательства, и тогда дальше уже всё в порядке. Вот, в чём принципиальная разница?

В. УСОВ — Принципиальная разница здесь, вообще, во всём. Это совсем другой процесс. Здесь обеспечиваются все условия. И право на защиту того же обвиняемого или подсудимого, потому что определённые условия, которые предусмотрены законом – они как бы исключают эту возможность такого оказания давления или… на подсудимого.

О. БЫЧКОВА — Какие именно?

В. УСОВ — Ну, вот, какие именно… потому что, например, ну, во-первых, особый порядок только по заявления обвиняемого производится, да, и на особой стадии производства, то есть при ознакомлении с материалом дела можно заявить это ходатайство или при проведении предварительного слушания. И такое ходатайство можно заявить только после того, как он проконсультировался со своим адвокатом, то есть защитникам оказывают правовую помощь, они анализируют то, что есть по делу, какие есть доказательства, какова его позиция. После этого они принимают решение. После этого их заявленного ходатайства уже спрашивается также мнение потерпевших и государственного обвинителя, согласны ли они на проведение особого порядка. Тот же потерпевший может сказать – я возражаю, потому что считаю, что заслуживает более наказания или не установлены какие-либо факты. Кроме того, не по всем делам проводится особый порядок, а определённая категория дел.

О. БЫЧКОВА — По каким?

В. УСОВ — По делам только до 10 лет лишения свободы готовы рассматривать. Ну, если по категориям, то по всем, кроме особо тяжких преступлений. По особо тяжким преступлениям недопустим особый порядок.

О. БЫЧКОВА — Особо тяжкие преступления – это уже против человека.

В. УСОВ — Свыше 10 лет готовы предусматривать наказание лишения свободы. И в отношении несовершеннолетних тоже, естественно, особого порядка не существует.

О. БЫЧКОВА — Но, тем не менее, например, вот, вы говорите, да, что только при условии согласия, но а как исключить возможность того, что на человека надавили и он согласился?

В. УСОВ — Исключить возможность… я как раз говорю первое, что его защищает – это присутствие защитника обязательно. Без защитника вообще не может быть заявлено ходатайство о проведении в особом порядке.

О. БЫЧКОВА — То есть сам он не может это сделать?

В. УСОВ — Нет, ему обязательно предоставят защитника…

О. БЫЧКОВА — А там всегда подразумевается согласие, то есть признание своей вины?

В. УСОВ — Да, обязательно.

О. БЫЧКОВА — А если, например, он говорит…

В. УСОВ — Согласие с предъявленным обвинением.

О. БЫЧКОВА — Согласие… То есть он не может сказать, например, обвиняемой, что, давайте особый порядок, но только я не согласен с этим?

В. УСОВ — Нет. Тогда будет общий порядок.

О. БЫЧКОВА — Тогда нужно заслушивать все аргументы?

В. УСОВ — Да, ну, также в общем порядке все исследовать доказательства, исследовать материалы дела.

О. БЫЧКОВА — А известны случаи, когда, например, отказывался в зале суда от особого порядка?

В. УСОВ — Да. Буквально это вполне реально…

О. БЫЧКОВА — Расскажите.

В. УСОВ — Ну, конкретный случай я так конкретно сейчас не могу рассказать, но это в принципе нормальное явление, да, когда он признавался, приходит в суд, когда уже назначено дело в особом порядке судьёй, и его судья его ещё раз спрашивает – вы согласны с предъявленным обвинением? Даже не так, даже более того. Прокурор зачитывает ещё раз, в чём он обвиняется, оглашает. И после этого судья ему задаёт вопрос – вы согласны, вот, с тем, в чём вас обвиняют? Он, например, говорит – да, я согласен, и судья задаёт второй вопрос – а вы осознаёте то, в чём вас обвиняют, то есть вы понимаете, в чём конкретно вас обвиняют, те факты, те обстоятельства, которые там указаны в обвинении. Он говорит – да, я признаю. Вы это добровольно заявляете? Он говорит, например – я добровольно заявляю или наоборот отвечает, что нет, я не согласен с тем, что предъявлено обвинение именно по этой статье, потому что я считаю, что я виновен по другой статье, то в этом случае прекращается особый порядок и дело возвращается к порядку общего судопроизводства.

О. БЫЧКОВА — То есть он уже подписал…

В. УСОВ — Это не влияет.

О. БЫЧКОВА — Не влияет.

В. УСОВ — Нет.

О. БЫЧКОВА — То есть человек может подписать, например, заявление об особом порядке…

В. УСОВ — Да.

О. БЫЧКОВА — А потом…

В. УСОВ — А в суде при уже непосредственно слушании дела в подготовительной его части может отказаться и будет дело в общем порядке.

О. БЫЧКОВА — А вот эти дела, где наказание за совершенное преступление превышает 10 лет лишения свободы – это что…

В. УСОВ — Это особо тяжкие преступления, это убийства, причинения тяжкого вреда, повлекшего смерть, терроризм, всякие такие особо тяжкие… изнасилование.

О. БЫЧКОВА — Ну, действительно, это история напрямую связана с тем, что называется обвинительным уклоном, потому что раз человек соглашается с обвинением, значит, вот он вам обвинительный уклон.

В. УСОВ — Ни в коем случае не обвинительный уклон.

О. БЫЧКОВА — Почему?

В. УСОВ — Это человек соглашается с этим. Он это совершил. Он это сам признаёт. Какой же здесь обвинительный уклон? Он сам признает то, что он совершил и говорит – да, я это совершил, простите меня, я выбрал особый порядок, потому что особый порядок предполагает назначение более мягкого наказания, чем предусмотрены санкции этой статьи. То есть в соответствии законом наказание не может превышать 23 от максимального срока наказания, предусмотренного санкциями статьи.

О. БЫЧКОВА — А, такое условие тоже существует?

В. УСОВ — Это обязательное условие.

О. БЫЧКОВА — То есть в этом есть некий элемент торга на самом деле, можно сказать.

В. УСОВ — В принципе у нас здесь какое-то есть сходство с Соединёнными Штатами Америки…

О. БЫЧКОВА — То, что называется «сделка с правосудием».

В. УСОВ — «Сделка с правосудием», где элемент такой же.

О. БЫЧКОВА — Вот, объясните: в чём сходство, а в чём разница, насколько это возможно объяснить.

В. УСОВ — Мне трудно, конечно, с американским точно сравнить, потому что я не знаю законодательство американское, но в том, что я не знаю, даже у нас, наверное, более так защищён человек при особом порядке, чем в тех же Соединённых Штатах Америки.

О. БЫЧКОВА — Ну, почему у нас более защищён?

В. УСОВ — Ну, вот, я говорю – мне трудно, конечно, сказать, вот, именно в чём сравнить их, но те условия, которые обеспечены, да, и проведение особого порядка судопроизводства, которые закреплены законом. Вот, эти все перечислены. Их там пять или шесть условий, которые при несоблюдении хотя бы одного, порядок судебный исключается, наверное, как раз свидетельствует о том, что у нас в принципе не должно быть каких-то злоупотреблений в этом и никакого обвинительного уклона при этом нет.

О. БЫЧКОВА — Ну, вот, по крайней мере, хотелось бы в это верить. Но, тем не менее, нам пишут люди: «Что получает подсудимый при особом порядке?». А что получает подсудимый при особом порядке, кроме того, что максимум 23 заявленного срока?

В. УСОВ — Ну, он может получать ещё и довольно часто, если взять статистику, то назначается наказание, не связанное с лишением свободы при особом порядке. Потому что если видно, что человек раскаялся, полностью осознаёт, возместил полностью ущерб потерпевшим и представляет совокупность всех этих обстоятельств, суды очень часто выносят приговоры, не связанные с лишением свободы в особом порядке.

О. БЫЧКОВА — Что значит – «очень часто»? Потому что вот эти вот дела, где наказание не превышает 10 лет лишения свободы, значит, это дела, которые, предположим, не имеют отношения, да, к насилию над человеком?

В. УСОВ — Нет, имеют.

О. БЫЧКОВА — Имеют. Или не только?

В. УСОВ — Тот же грабёж тоже можно в особом порядке рассмотреть. Тот же разбой даже можно смотреть в особом порядке по первой части.

О. БЫЧКОВА — Ну, а то, что касается, например, экономических статей, о которых сейчас очень много говорят.

В. УСОВ — Экономические преступления могут быть рассмотрены в особом порядке, как раз статья 159-ая «Мошенничество» все части тоже до 10 лет могут в особом порядке рассматриваться, но не так часто в особом порядке именно статья 159-ая рассматривается.

О. БЫЧКОВА — Почему?

В. УСОВ — Ну, потому что там очень часто не признают себя виновными.

О. БЫЧКОВА — А с чем это связано, как вы думаете?

В. УСОВ — Ну, с их позицией. Они считают, что не совершали мошенничества.

О. БЫЧКОВА — Может быть, они правы, как мы знаем, часто бывает.

В. УСОВ — На это и суд, чтобы разобраться.

О. БЫЧКОВА — Угу. А оправдание часто бывает по такого рода делам?

В. УСОВ — По каким? В особом порядке?

О. БЫЧКОВА — Ну, вот, да, например…

В. УСОВ — В особом порядке?

О. БЫЧКОВА — Да.

В. УСОВ — В особом порядке не может быть оправдательного приговора вообще.

О. БЫЧКОВА — Вообще не может быть?

В. УСОВ — Вообще не может быть. В особом порядке единственное, что может быть – может быть прекращение дела. Например, при рассмотрении дела в особом порядке истекли сроки давности привлечению к ответственности, то дело прекращается по истечению сроков давности.

О. БЫЧКОВА — А почему могут истечь сроки давности?

В. УСОВ — Всё зависит от того, когда совершено преступление, какой категории тяжести и сколько лет прошло после совершения этого преступления.

О. БЫЧКОВА — Ну, это странно, потому что следствие и прокуратура – они ж не дураки тоже, наверное. Они же должны считать и смотреть в календарь, допустим.

В. УСОВ – Я, хорошо, вам сейчас приведу пример такой буквально, да. Рассматривалось дело, человек обвинялся по статье 109 Уголовного Кодекса— неосторожное убийство». Неосторожное убийство, которое он совершил в 2008 году, а так как это преступление – неосторожное убийство – оно относится к преступлениям небольшой тяжести… по неосторожности совершение убийства, да, то сроки погашения там… сроки давности привлечения к уголовной ответственности – они составляют два года. И, вот, пока шло следствие и когда дело поступило в суд, то суд осудил его, Районный суд, но при поступлении дела в Конституционную инстанцию, сюда к нам в Московский городской суд эти сроки истекли, и поэтому Конституционная инстанция прекратила дело.

О. БЫЧКОВА — А человек 2 года в это время где находился?

В. УСОВ — Ну, конкретно этот пример – он не находился под стражей.

О. БЫЧКОВА — Не находился под стражей.

В. УСОВ — На подписке о невыезде.

О. БЫЧКОВА — Ну, хоть этот не находился под стражей. Понятно. Да, вот, Фёдор из Вологды нам тоже напоминает про то, что судья не может дать больше 23 предельного срока по данной статье. Видимо, этот пункт выглядит достаточно привлекательным, потому что он уже запрограммирован, да, фактически.

В. УСОВ — Особенно привлекательным очень выглядит для лиц, ранее судимых, потому что ещё есть такое понятие, как рецидив преступления, да, когда, наоборот, не может быть наказание назначено менее, там, 13 или… если рецидив, человек бывал до этого неоднократно судим, а он выбирает особый порядок, потому что там 2/3, получается, что он при рецидиве получает более мягкое наказание.

О. БЫЧКОВА — Скидку получает заранее.

В. УСОВ — Да, скидку, да.

О. БЫЧКОВА — Понятно. Вот тут нам пишет, например, Мария из Москвы: «В одном из районных судов Москвы в мае этого года судья осудила студента-очника государственного ВУЗа на один год условно за уклонение от службы в армии, уголовное дело № такое-то. Следователь заставил взять особый порядок. Мария считает, что это беспредел. Вот, оцените эту историю».

В. УСОВ — Как мог следователь заставить взять особый порядок? Если он скажет, что нет, придёт к нему защитник обязательно, он скажет, что меня следователь заставляет и я не хочу никакого особого порядка, потому что я не считаю себя виновным, то, естественно, он не будет заявлен. Ну, наверное, Мария, я не знаю, что у неё за данные такие, но если дело рассмотрено, оно было проверено и вступил, наверное, в законную силу приговор, значит, вынесен в соответствии с законом.

О. БЫЧКОВА — Обжалование дел, которое рассматривается в особом порядке – оно идёт по такой же схеме, как и все остальные дела?

В. УСОВ — Нет, там есть отличия. Как раз в этом… и это обязательно тоже, разъясняется при том, когда лицо выбирает особый порядок, то обязательно разъясняется порядок обжалования, потому что если вынесен приговор в особом порядке судопроизводства, то он не может быть отменён по таким обстоятельствам, как несоответствие приговора суда фактическим обстоятельствам дела, то есть…

О. БЫЧКОВА — Понятнее. Что это значит?

В. УСОВ — Ну, то есть не может отменить… имеются ли там доказательства в этом деле или не имеются, вышестоящая инстанция это уже не проверяет.

О. БЫЧКОВА — Не понимаю.

В. УСОВ — Не понятно?

О. БЫЧКОВА — А что делает вышестоящая инстанция?

В. УСОВ — Проверяет соблюдение процедуры процессуально.

О. БЫЧКОВА — Ага, то есть по существу дело не рассматривается.

В. УСОВ — Я вам приведу пример такой, да, вот, был отменён приговор. Сам я был там докладчиком в этом деле. Человек обвинялся по 111-ой статье. 111-ая… уже не помню, какая часть. Скорее всего 1-ая часть, да, которая до 8 лет лишения свободы и тоже возможно предусмотрено… это причинение тяжких телесных повреждений.

О. БЫЧКОВА — А что сделал этот человек?

В. УСОВ — Он порезал, нанёс ножевое ранение другому человеку.

О. БЫЧКОВА — Угу.

В. УСОВ — И он говорит – я признаю…

О. БЫЧКОВА — Намеренно это сделал?

В. УСОВ — Да, умышленно. И говорит – я признаю себя виновным, но самое главное, что в деле оказалось, что порядок был не соблюдён особого назначения. Потому что при выполнении требований статьи 217, то есть при ознакомлении с материалами уголовного дела, я уже как выше говорил, на данной стадии может быть заявлено ходатайство следователю о проведении особого порядка. Он такого ходатайства не заявлял. После этого было проведено предварительное слушание, когда дело поступило в суд, он также не заявлял данного ходатайства.

О. БЫЧКОВА — Он не заявлял или…

В. УСОВ — А в особом порядке не заявлял.

О. БЫЧКОВА — Или этого документа не нашлось?

В. УСОВ — Нет, он не заявлял. Документы все есть. Есть и 217-ая, протокол есть, и постановление судьи есть, и написано, что дело назначается в особом порядке. И когда приступили к непосредственному рассмотрению данного дела в судебном заседании, в подготовительной части он заявляет – я прошу рассмотреть дело в особом порядке, вину свою признаю полностью и согласен с предъявленным обвинением. И суд назначает особый порядок. После этого он пишет жалобу, ну, он пишут конституционную жалобу на то, что ему назначено наказание, как он считает, очень строгое, и при этом, правда, ещё в жалобе указывает на то, что всё-таки он не согласен с тем, что он умышленно причинил телесное повреждение. Но даже не факт того, что он писал второе, что я говорю, а первое.

О. БЫЧКОВА — Но это получается, что он не согласен ни с чем фактически.

В. УСОВ — Да. Но приговор был отменён. Приговор был отменён. В особом порядке на новом рассмотрении уже в общем порядке он должен будет проходить это… потому что не была соблюдена процедура, потому что он не мог заявить особый порядок уже когда приступили к рассмотрению дела.

О. БЫЧКОВА — Угу.

В. УСОВ — Понимаете, да? Значит, две стадии у нас есть: или при ознакомлении с материалами дела, или при проведении предварительного слушания.

О. БЫЧКОВА — Или никогда.

В. УСОВ — Если эти стадии уже прошли, то всё.

О. БЫЧКОВА — То есть фактически это дело, вот, в полной мере обжаловать нельзя такое дело.

В. УСОВ — Да, только по процессуальным основаниям.

О. БЫЧКОВА — Только по процессуальным основаниям.

В. УСОВ — Или если неправильное применение уголовного закона, несправедливый приговор, то есть назначено наказание, нестрогое наказание, как считается, мягкое наказание, то можно… то прокурор или потерпевший могут принести жалобу и тоже будет рассматриваться. Но не по доказательствам, не…

О. БЫЧКОВА — Это похоже на дешёвый авиабилет, который нельзя сдать.

В. УСОВ — Почему?

О. БЫЧКОВА — В каком-то смысле.

В. УСОВ — Почему?

О. БЫЧКОВА — Ну, так, по аналогии. Ну, я же не юрист, я пытаюсь понять в понятных для меня терминах.

В. УСОВ — Нет, как раз похож…

О. БЫЧКОВА — Только непонятно, для кого на самом деле этот билет. На что похож, вы хотели сказать…

В. УСОВ — Как раз похож не на авиабилет, который невозможно сдать, а как раз, я не знаю, как раз, мне кажется, очень нормальное судопроизводство.

О. БЫЧКОВА — Хорошо. Спасибо вам большое. Мы сейчас сделаем перерыв на небольшие новости, на краткий выпуск новостей и небольшую рекламу. И затем мы продолжим разговор об особом порядке судебного разбирательства и обвинительном уклоне с нашим гостем Владимиром Усовым, судьёй Московского городского суда. У нас, между прочим, вопросы продолжают поступать. Обязательно всё постараемся задать.



НОВОСТИ



О. БЫЧКОВА — Мы продолжаем программу «На что жалуемся?». У микрофона Ольга Бычкова. Мой гость – Владимир Усов, судья Московского городского суда, мы говорим сегодня в нашем эфире об особом порядке судебного разбирательства. Я напомню нашим слушателям и зрителям, что у нас есть номер СМС-портала +79859704545 для ваших вопросов и примеров из жизни, это важно. Вопрос, например, юриста из Камышино, Русик, может быть, так можно прочитать этот ник: «В судах города Москвы в большей степени присутствует обвинительный уклон. В связи с этим много ли отменяется приговоров президиумом Мосгорсуда после его рассмотрения его Конституционной инстанцией?».

В. УСОВ — Ну, хочу сказать о самом вопросе поставленном. Я как раз говорю об отсутствии обвинительного уклона суда города Москвы, но непосредственно поставленном на этот вопрос могу сказать, что основная масса дел, которая проверяется – они сначала проходят конституционную инстанцию, и в порядке конституционной инстанции где-то утверждается 90% приговоров вынесенных и где-то 10% отменяется. А в порядке надзора я не скажу, что не согласен с тем, что поставлено в вопросе, что много приговоров отменяется в порядке надзора. Где-то порядка 20-30 приговоров в год.

О. БЫЧКОВА — 20-30 приговоров в год.

В. УСОВ — В год, да.

О. БЫЧКОВА — Из скольки?

В. УСОВ — Ну, из скольки…

О. БЫЧКОВА — Тысяч.

В. УСОВ — Нескольких тысяч.

О. БЫЧКОВА — Нескольких тысяч получается, да?

В. УСОВ — Да.

О. БЫЧКОВА — Ну, честно говоря, вот, даже из тех данных, которые, вот, у меня здесь перед глазами, получается, что если, опять-таки, в первом полугодии этого года, 2010-го, 21000 дел, более половины из них были рассмотрены в особом порядке, значит, из 21000 десять, предположим, или больше тысяч, да, значит, они уже обвинительные получаются, раз это особый порядок. А из оставшейся половины сколько там получается обвинительного уклона?

В. УСОВ — Ну, у нас, к сожалению, видите, статистика как идёт. Мы считаем… я, вот, сейчас не помню, просто, по-моему, был 0.8% было всего приговоров оправдательных вынесено, где-то такая цифра, но она складывается из чего эта цифра? И считается от чего? Ведь она учитывается при вынесении всех приговоров – как в особом порядке судопроизводства, то есть они считаются от количества общего вынесенного как в особом порядке, так и в общем порядке, да?

О. БЫЧКОВА — Так об этом и речь, конечно.

В. УСОВ — Получается эта цифра… при особом порядке не может быть вынесена, оправдательный приговор. Тогда надо уменьшить наполовину этих дел, да, количество.

О. БЫЧКОВА — Да, это смотря… понимаете, это полупустой-полуполный стакан, это ровно та история, согласитесь?

В. УСОВ — Нет, потому что мы все идём за процентами. Вообще, процентомания, мне кажется – она вообще неприемлема в правосудии.

О. БЫЧКОВА — Процентомания, конечно, неприемлема, но, тем не менее, цифры – упрямая вещь, вы же понимаете. Почему возникает такой вопрос? Потому что, вот, например, пишет нам Николай, предприниматель из Москвы, приводит пример: «При особом порядке судья не проводит исследование и оценку доказательств, собранных по уголовному делу…», правильно пока всё?

В. УСОВ — Правильно.

О. БЫЧКОВА — «…обжалование приговора не предусматривается…».

В. УСОВ — Предусматривается.

О. БЫЧКОВА — Да.

В. УСОВ — Только по основаниям, которые я указывал.

О. БЫЧКОВА — Только по процессуальным основаниям.

В. УСОВ — Процессуальным основаниям.

О. БЫЧКОВА — Это тоже правильно. «… Я предприниматель, обвиненный по статье 171 и 180 УК…». Что это такое? 171, 180.

В. УСОВ — 171, 180. Это, по-моему, ложный донос…

О. БЫЧКОВА — «Следователь принуждал выйти в суд с особым порядком судебного разбирательства. Я отказался, — пишет человек, — Освободившись после кассации, провёл в СИЗО почти 3 года, установил факты подлога и фальсификации документов моего дела. В данный момент в СКП по Московской области по этим фактам ведётся проверка. Практически минимум треть таких дел, — утверждается Николай, — скрывают не только недобросовестную работу следователей, но и факты заказных дел. Если провести выборочную проверку по таким делам, найдётся не одно доказательство. Буду признателен, если выскажете своё мнение по данной проблеме».

В. УСОВ — Ну, это мнение Николая, да? И, тем более, что это не в особом порядке.

О. БЫЧКОВА — Ну, это мнение на его собственном опыте.

В. УСОВ — Что он в особом порядке не рассматривал дело.

О. БЫЧКОВА — Он отказался, но он рассказывает о том, что следователь заставлял его выйти его в особый порядок, потому что если он согласился бы, как следователь его заставлял, то что бы было раньше?

В. УСОВ — Ну, я так понял, что он был осужден. Осужден, да? Отбывал наказание.

О. БЫЧКОВА — «Я отказался. Освободившись после кассации, после трёх лет СИЗО, — вот это что значит? — установил факты подлога». То есть он провёл три года в СИЗО.

В. УСОВ — Ну, здесь непонятно, что он пишет: или он был освобождён кассацией вообще от наказаний, и были установлены факты подлога.

О. БЫЧКОВА — Ну, видимо так, потому что…

В. УСОВ — То есть он отбывал наказание или он находился под следствием, вот, всё это время?

О. БЫЧКОВА — 3 года в СИЗО.

В. УСОВ — Да.

О. БЫЧКОВА — Ну, если человек уверенно пишет, что установил факты подлога и фальсификации, и ведётся проверка в СКП, наверное, это не просто так.

В. УСОВ — Ну, если человек… это считает Николай, что установлены факты фальсификации и ведётся проверка. Вот, когда будет проверка проведена и по ней будет установлено заключение, тогда можно будет о чём-то говорить.

О. БЫЧКОВА — Ну, мы сейчас говорим на примере Николая о том, почему говорят об обвинительном уклоне. Потому что на этот обвинительный уклон, по мнению многих, например, Николая, который прислал это сообщение на сайт «Эхо Москвы», работает даже не суд, который принимает, собственно говоря, да, решение и поддерживает обвинение, а работает, например, на следственные органы, которые давят на подозреваемых. Вот, о чём речь. То есть что, вот, с этим всё-таки делать?

В. УСОВ — Если такие есть факты, когда давят на подозреваемых, то, естественно, это не может быть признано никаким доказательством, человек должен быть оправдан. В этом случае я не знаю, как конкретно в этом случае поступили, потому что не знаком с этим делом и не знаком… но рассматривали его где-то в Московской области, я понял, да?

О. БЫЧКОВА — Похоже, что да.

В. УСОВ — Да, похоже, что в Московской области. Поэтому я не могу ответить на этот вопрос, я не знаю. Это надо после проверки…

О. БЫЧКОВА — Ну, да. Потому что этим всем занимается следователь, например, а в обвинительном уклоне в результате обвиняют, извините, судей, да? Тоже получается…

В. УСОВ — Получается нехорошо. Не очень хорошо получается, что суд обвиняет. Но следователь…

О. БЫЧКОВА — Выходит, что так.

В. УСОВ — Мы опять… мы всё время говорим о следователе, а есть же другие участники судопроизводства. Тот же защитник того же Николая, который должен осуществлять защиту в соответствии со своим статусом и в соответствии со своей профессиональной деятельностью, и, вот, к сожалению, наверное, не всегда защитники проявляют эту, в том числе, и при особом порядке рассмотрения дела, когда ведь многое зависит именно от защитника, который должен разъяснить всё. Вот, весь этот порядок, всё, что может быть при особом порядке, что не исследуется доказательство. Также, наверное, должен выяснить профессиональный защитник, действительно он совершил данное преступление или на него так давит следователь, что он соглашается с этим.

О. БЫЧКОВА — Получается, да. Потому что получается, что на защитнике, на адвокате, да, в этой конструкции…

В. УСОВ — Лежит очень большая ответственность.

О. БЫЧКОВА — Лежит очень большая ответственность.

В. УСОВ — Да, очень, очень.

О. БЫЧКОВА — Потому что фактически следователю интересно, да, чтобы был особый порядок, правильно? Вот, ему это интересно, судя по всему. Значит, судьи тоже должны быть не против. Понятно.

В. УСОВ — Ну, да, хотя, да, по закону ведь суд может даже при согласии всех не применить особый порядок.

О. БЫЧКОВА — Ну, наверное, чаще применяет, почему-то мне кажется. Даже из этой статистики.

В. УСОВ — Наверное, да. Ну, конечно, чаще применяет.

О. БЫЧКОВА — Значит, суду тоже интересно это делать. Человек получается один против всей этой огромной машины, да он ещё, например, в это время в СИЗО находится, то есть совсем без защиты.

В. УСОВ — Как же беззащитен? Есть защитник.

О. БЫЧКОВА — Получается, что главная фигура здесь защитник. А у вас есть какие-то претензии к адвокатам в этой связи? Вы считаете, что это они недостаточно выполняют свою работу?

В. УСОВ — Не всегда достаточно выполняют свою работу, поэтому и получаются такие разговоры о том, что обвинительный уклон и о том, что, вот, люди невиновные признают себя виновными. Потому что, ещё раз повторяю, если профессиональный адвокат, который строго подходит с профессиональной точки зрения и соблюдает всю адвокатскую этику, я думаю, что никогда он не согласится на особый порядок, если ему его же подсудимый будет видеть и по материалам дела, что он является невиновным. Наверное, не согласится. Ведь в принципе в законе обоснованность данного применения – она тоже должна проверяться. Ведь перед тем, когда дело поступает в уголовный суд, оно уже поступает с обвинительным заключением, где приведены все доказательства, которые по этому делу. Судья знакомится с этим, и я ещё раз говорю, что судья сам, по своей инициативе, может не применять особый порядок, даже если при этом все согласны.

О. БЫЧКОВА — Если судья видит, что тут дело нечистое.

В. УСОВ — Да, он видит, что доказательства – их необходимо ещё проверить, может вынести такое решение.

О. БЫЧКОВА — Часто выносятся такие решения?

В. УСОВ — Да. Я не скажу, что часто. У меня просто нет статистики с собой, но такое бывает.

О. БЫЧКОВА — Угу. Давайте мы сейчас возьмём ещё пару случаев из жизни. Это материалы, которые подготовила для нас Анна Усачёва, руководитель пресс-службы Московского городского суда – две конкретные истории.

А. УСАЧЁВА — Гражданин работал в должности налогового инспектора и проводил проверку использования кассовых аппаратов в торговых павильонов. Обнаружив ряд правонарушений в данной области, госслужащий потребовал с предпринимателя денежные средства в размере 10 000 рублей за ненаправление в инспекцию материалов проверки торговых павильонов. Нужная сумма была собрана и предъявлена проверяющему, однако при получении взятки преступник был задержан сотрудниками правоохранительных органов. Дело в отношении налогового инспектора поступило на рассмотрение в Останкинский районный суд. В ходе первого заседания пойманный с поличным мужчина походатайствовал о рассмотрении его дела в особом порядке судебного разбирательства. Данное ходатайство было удовлетворено. С учётом раскаяния подсудимого и всех обстоятельств дела суд назначил бывшему налоговому инспектору наказание в виде четырёх лет условного срока.

Замоскворецким районным судом было рассмотрено уголовное дело в отношении гражданина, совершившего кражу телефона. Как было установлено в ходе судебного разбирательства, неоднократно судимый гражданин Азербайджана, находясь в вагоне электропоезда метро, похитил мобильный телефон из кармана потерпевшей. Женщина вовремя заметила пропажу и сообщила о ней машинисту. Вызванный наряд милиции задержал злоумышленника на платформе следующей станции. В связи с полным согласием подсудимого с предъявленным обвинением дело было рассмотрено в особом порядке судебного разбирательства. Учитывая рецидив преступления, суд назначил подсудимому наказание в виде лишения свободы сроком на 1 год и 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

О. БЫЧКОВА — Мы продолжаем программу «На что жалуемся?». Напомню, что Владимир Усов, судья Московского городского суда с нами в сегодняшнем эфире. Мы говорим об особом порядке судебного разбирательства. Продолжает у нас Мария из Москвы, которая в предыдущей части нашей программы спрашивала вас по поводу студента, которого осудили на год условно за уклонение от военной службы и, вот, Мария утверждает, что как раз на него давил следователь, чтобы он ходатайствовал об особом порядке. Теперь Мария продолжает, объясняет – денег на защитника у него не было. До этого человек ни разу не был судим, отличник, учился на бюджетном месте бесплатно, студент пятого курса. Можно ли подать надзорную жалобу в Мосгорсуд? А судили по часть первая, статья 328 УК РФ.

В. УСОВ — Угу. Ну, насчёт защитника сразу хочу ответить, что денег на защитника не было, а если дело было в особом порядке рассмотрено, то защитник там обязателен. Если у него нет денег, то суд назначает защитника.

О. БЫЧКОВА — А суд откуда берёт защитника вообще?

В. УСОВ — Вызывает из юридической консультации.

О. БЫЧКОВА — То есть адвокаты…

В. УСОВ — Адвокат приходит, знакомится с материалами дела, беседует с подсудимым и участвует в судебном разбирательстве. А второй, вторая часть вопроса – он имеет право жаловаться в порядке надзора? Ну, опять, если нарушены какие-то процессуальные основания.

О. БЫЧКОВА — А если не нарушены процессуальные основания…

В. УСОВ — Да, ну, это уже как в кассации.

О. БЫЧКОВА — По фактическим материалам дела…

В. УСОВ — Да, разбирательства не будет. Он согласился с предъявленным обвинением.

О. БЫЧКОВА — А что значит – «условно», когда человек…

В. УСОВ — Ну, год условно. Год условно – что он в течение года… там просто не указывает, там испытательный срок наверняка какой-то есть.

О. БЫЧКОВА — Не указывает, да.

В. УСОВ — Будем исходить из того, что у него год испытательного срока. То есть он в течение этого срока не совершит какого-либо преступления, то судимость погашается.

О. БЫЧКОВА — Через год автоматически?

В. УСОВ — Да. После истечения испытательного срока. Этот испытательный срок, кстати, может быть уменьшен потом по решению суда, если он обратится.

О. БЫЧКОВА — То есть что должен сделать сейчас человек, для того чтобы как-то, ну, чего-то добиться или облегчить свою участь?

В. УСОВ — Ну, он стоит на учете инспекции, там, милицейской… все, кто приговорён, условное имеет наказание, есть инспекция… хотя сейчас по закону и сам он может выйти с таким ходатайством в районный суд о том, чтобы сократить ему испытательный срок, если он положительно характеризуется, не допускал никаких нарушений административных и других, может обратиться, суд рассмотрит. Если прошло полгода… чтобы год, половину прошёл испытательный срок.

О. БЫЧКОВА — То есть через полгода он может обращаться?

В. УСОВ — Да.

О. БЫЧКОВА — А у него опять нет адвоката, например, а денег не прибавилось за это время. Тогда что? Сам может обратиться?

В. УСОВ — Сам может.

О. БЫЧКОВА — То есть он должен просто пойти в суд и написать заявление. Сказать, что…

В. УСОВ — Да, и представить документы. Не сказать. Надо это обосновать. Надо обосновать, да?

О. БЫЧКОВА — А какие документы нужно представить?

В. УСОВ — Я говорю – характеристику.

О. БЫЧКОВА — Это да, извините, поняла. Влад пишет: «Если человека в СИЗО бьют и насилуют, то он на суде скажет всё, что угодно, лишь бы оттуда выбраться хоть в зону». Ну, это опять получается то же самое.

В. УСОВ — Ну, это опять, да, то же самое, та же история. Нет, здесь наоборот, на суде как раз… суд-то открыто проходит, в открытом процессе. И как раз можете заявить о том, что он подвергся таким… теперь будет проверка.

О. БЫЧКОВА — Так его из зала суда всё равно в то же СИЗО также…

В. УСОВ — В то же СИЗО… там за СИЗО отвечает начальник СИЗО, где он содержится, должен за ним смотреть. Опять же, есть защитник.

О. БЫЧКОВА — Опять же, защитник. Опять же, возвращаемся к теме адвоката.

В. УСОВ — К адвокату.

О. БЫЧКОВА — Так. Профессионализм адвоката… тут пишут нам люди очень много сразу про адвокатов. Ну, это отдельная история, да. Адвокаты разные бывают тоже.

В. УСОВ — Да, разные. Как и люди разные, так и адвокаты.

О. БЫЧКОВА — Ну, понятно, да, но когда мы говорим, как врачи бывают разные, это как-то угрожающе звучит.

В. УСОВ — Ну, адвокаты тоже звучит угрожающе, да? Когда решается судьба человека, наверное, это угрожающе. И когда адвокат вдруг говорит, вдруг такое происходит – а ты признай себя виновным, да, и тебе будет хорошо. А он говорит – да я же ничего совершал.

О. БЫЧКОВА — Получишь 23 срока.

В. УСОВ — Да, а я ничего не совершал. Конечно, таким адвокатам не место вообще в адвокатской конторе.

О. БЫЧКОВА — По вашему мнению, почему адвокаты так говорят, если они так говорят?

В. УСОВ — Я даже, знаете, не могу объяснить этого, почему это. Это вообще такое должно быть исключено вообще, исключено, я не знаю причин.

О. БЫЧКОВА — Я слышала много историй про самоотверженных адвокатов, которые бьются.

В. УСОВ — Да. Ну, с вами же здесь были и адвокаты…

О. БЫЧКОВА — Конечно, конечно, которые, действительно, бьются за своих подзащитных, и это не только вопрос денег, предположим, которые они получают, это вопрос принципов, профессиональных убеждений и просто представлений о человечности, о чём угодно.

В. УСОВ — Конечно.

О. БЫЧКОВА — Но я также слышала много историй об адвокатах, которые, там, чуть ли не договариваются со следователями, или, по крайней мере, ну, из каких-то иных побуждений занимаются.

В. УСОВ — Мне трудно ответить на этот вопрос, потому что я далёк от этого, от проведения предварительного следствия и взаимоотношений адвоката со следователем.

О. БЫЧКОВА — Ну, просто вы говорите о том, что, вот, в конечном счёте всё упирается в адвоката.

В. УСОВ — Ну, я да, говорю, в общем, что должен профессионально осуществлять защиту.

О. БЫЧКОВА — Если, предположим, судья обнаруживает, что дело нечистое, да, какое-то и зря все согласились на особый порядок, да, а это может быть прежде всего, наверное, и потому что следствие там как-то не так себя ведёт, да, и вызывает подозрение, допустим. Какие наступают последствия, кроме того что не наступает особого порядка?

В. УСОВ — Рассматривается дело в общем порядке, где проверяются все доказательства.

О. БЫЧКОВА — Ну, а для следователей, допустим?

В. УСОВ — А, не, ну, для следователей какие последствия?

О. БЫЧКОВА — Не знаю. Спрашивают.

В. УСОВ — Никаких последствий. И, вот, дело… судья видит, что все согласились в особом порядке, а он видит, что там есть что-то непонятное, да, или требует каких-то исследований, каких-то доказательств, он выносит постановление о прекращении особого порядка, рассматривается дело в общем порядке, которое происходит в общем порядке, то есть это все доказательства, допрашиваются лица, и на совокупность доказательств, которые представлены, будет вынесено решение – или оправдательный договор, или обвинительный.

О. БЫЧКОВА — Ну, вот, человека, например. Допустим, что Николай, да, чьё сообщение я вам читала.

В. УСОВ — Да.

О. БЫЧКОВА — Допустим, что будем ему верить. Вот, история такая, как он её описывает, скажем.

В. УСОВ — Нам, судьям, трудно верить, нам факты нужны.

О. БЫЧКОВА — Ну, разумеется, но предположим, что это история такая, какая она есть, да. У нас нету всех доказательств, мы готовы верить сейчас Николаю на слово, мы берём эту историю как модельную, как сюжет, да? И предположим, вот, выясняется, что следователь, который предложил особый порядок, который вышел в суд с особым порядком, а судья ему не поверил, да? Ну, то есть получается, что он не несёт вообще никакой ответственности? То есть он думает – ну, ладно, здесь не получилось, в следующий раз получится.

В. УСОВ — Может, я вас чуть не понимаю, может, в каком плане? В том плане, что если потом… если он вынесет оправдательный приговор, да, суд, если вынесет, то несёт ли какую-нибудь ответственность следователь?

О. БЫЧКОВА — Нет. Если ситуация такая, как, вот, вы говорите, нечасто встречающаяся, но, тем не менее, когда в суд приходит дело с особым порядком.

В. УСОВ — Особым порядком, да.

О. БЫЧКОВА — И суд должен рассмотреть, принимать этот особый порядок или не принимать.

В. УСОВ — Да.

О. БЫЧКОВА — И суд, как вы говорите, видит, что тут как-то, вот, всё, вот, не очень убедительно.

В. УСОВ — Нет, я не говорю, что не очень убедительно, а суд видит, что надо исследовать доказательства.

О. БЫЧКОВА — Да.

В. УСОВ — Да, необходимо их исследовать. И он прекращает, и всё. Для следователя это не влечёт никаких последствий.

О. БЫЧКОВА — Вот, я это как раз и спрашивала. Для следователя ничего?

В. УСОВ — Ничего. Ну, какая разница, в принципе, для следователя – будет это в особом порядке рассмотрено либо в общем порядке. Важно решение, которое будет принято по этому делу.

О. БЫЧКОВА — Угу. Ясно. Ещё один вопрос я хотела задать. Сейчас найду. Вот, интересно спрашивает нас, между прочим, инженер из Москвы: «Какие основания есть не доверять сотрудникам прокуратуры? В чём они заинтересованы? Прокурор даёт присягу, и его цель – следование закону. Такая же цель, как у суда. Но раз цели прокурора и судьи совпадают, то полагаю, что у суда должна складываться предрасположенность к тому, что утверждает прокурор, а если документ подписан прокурором, то это вообще я не знаю, как можно не доверять, и слышал от судьи не раз, что они тоже не могут не доверять такой бумаге. Кто вообще в суде обеспечивает обвинительный уклон и состязается с адвокатом?». Последний вопрос мне из этой логики не совсем понятен, если честно.

В. УСОВ — Да.

О. БЫЧКОВА — Но мне кажется, что слушатель иронизирует, нет?

В. УСОВ — Мне тоже кажется так. Состязательность процесса… обеспечивает её, конечно, судья, который ведёт данный процесс. В состязательном процессе стороны находятся абсолютно в равном положении. Что прокурор, что защитник. И доказательства – они одинаковы и не имеют никакого значения. Что доказательства, например, обвинения более лучше, чем доказательства защиты. Они все равные. И судья даёт оценке каждому доказательству, и уже на совокупности представленных доказательств выносит своё решение. Поэтому здесь только так. Здесь неправильно он говорит о том, что цель суда и цель прокурора совпадают. Я так понял из этого вопроса, из первой части этого вопроса, что наши цели совпадают. А цель адвоката тоже совпадает. Она тоже должна быть законной, позиция того же адвоката.

О. БЫЧКОВА — Понятно. Так, сейчас я смотрю, вот, у меня ещё. А, вот ещё одна история Тараса из Москвы: «Возможно ли постановление оправдательного приговора, где обвиняемый ходатайствовал об особом порядке судебного разбирательства, себя не оговорил и психически здоров?».

В. УСОВ — Да, психически здоров. Ну, психически здоров – это…

О. БЫЧКОВА — Ну, то есть в здравом уме и твёрдой памяти.

В. УСОВ — Да, да. Ну, если дело поступило в суд и если какие-то были сомнения, для этого экспертизу проводят психиатрическую, вменяем он был или не вменяем. Здесь постановка оправдательного приговора невозможна, потому что в особом порядке рассмотрения дела оправдательный приговор вынесен быть не может, так как полностью признаёт вину и предъявленное обвинение подсудимый, поэтому оправдательного приговора просто быть не может. Он может быть постановлен, если опять судья прекратит особый порядок и перейдёт к исследованию доказательств на совокупности исследований вот этих доказательств, может быть, и вынесет оправдательный приговор. Такое возможно, но в особом порядке исключается.

О. БЫЧКОВА — Судебный процесс в особом порядке сколько длится по времени?

В. УСОВ — Всё зависит от дела.

О. БЫЧКОВА — Ну, там же нет всего этого рассмотрения, разбирательства.

В. УСОВ — Да, но в особом порядке тоже дела, там, например, есть такие дела, где много эпизодов, когда все статьи подходят под это

О. БЫЧКОВА — А, их надо все перечислить.

В. УСОВ — Да, даже исследовать личность надо. Там же ещё ведь закон допускает… исследование доказательств только не допускается, а исследование личности допускается при особом порядке, то есть помимо того, что исследуется все характеризующие материалы, да, так же обстоит с отягчающими вину, например, там, судимость, ранее судимость или другие обстоятельства. Ведь могут быть и допрошены лица, в том числе и в особом порядке, что касается по личности осужденного. Например, его родственники и родные могут быть также допрошены здесь.

О. БЫЧКОВА — Чтобы что установить?

В. УСОВ — Чтобы установить, вот, именно личность подсудимого, все смягчающие обстоятельства вину и отягчающие вину. Из этого исходить уже при вынесении приговора окончательного.

О. БЫЧКОВА — Спасибо большое Владимиру Усову, судье Московского городского суда, мы говорили об особом порядке судебного разбирательства, это была программа «На что жалуемся?».

Комментарии

6

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

bierbrat 08 ноября 2010 | 21:47

Слушаю передачу с "судьей" Усовым
Подобных людей нельзя допускать до судебного решенбия судеб людей.

Он лгун. Он бесчестен.


bierbrat 08 ноября 2010 | 21:49

Ужас.
Это невозможно слушать.



Выключаюсь.


rusik_urist 08 ноября 2010 | 23:32

Судья Усов в своих ответах подтвердил, что наша срана еще далеко от совершения справедливого правосудия, все делается на показателях, в том числе и в суде, а это уже страшно. Поэтому не позавидуешь ни виновному человеку, которого уже осудили, доказать свою правоту практически не возможно.


kdakda 09 ноября 2010 | 20:12

Ольга, хотелось бы послушать Вас в качестве гостьи в передаче "Особое мнение"


12 ноября 2010 | 14:51

Председатель Мосгорсуда вруха?
13 сентября 2010 г. в программе «На что жалуемся?» (http://www.echo.msk.ru/programs/court/709698-echo/)
председатель Мосгорсуда Егорова О.А. заявила:

«А вы зайдите еще к нам на сайт – вот в пятницу мы вынесли три уголовных дела, где одно по статье 159-й части 4-й, «Мошенничество», как все говорят, «предпринимательская деятельность», вот вынесли, отменили и прекратили дело».

Вот все кричат «Нет таких дел!» В пятницу такое решение мы приняли.

В пятницу мы освободили двух женщин – одну беременную, другую с ребенком, которая родила уже в местах лишения свободы. Освободили.

Ну почему говорите, что мы не применяем такие меры? Применяем.
Но, к счастью, беременных, больных женщин мало»

ОДНАКО, вопреки заявлению Егоровой О.А. до настоящего времени, на сайте Московского городского суда, в разделе сайта, предназначенном для размещения постановлений Президиума по уголовным делам, за пятницу 10 сентября 2010 г. отсутствуют постановления Президиума согласно которым, якобы:
- «отменили, прекратили дело» по ст. 159 УК РФ;
- «двух женщин – одну беременную, другую с ребенком…Освободили».

Очень хотелось бы ошибиться в том, что лживость московский судей связана в том числе и с тем, что их, вероятно, возглавляет самая обыкновенная ВРУХА.


ppj 07 декабря 2010 | 22:49

Про уклон
В деятельности столичной фемиды ДЕЙСТВИТЕЛЬНО нет обвинительного уклона. В том смысле, который они сами вкладывают в это понятие.
Послушав эту безумную передачу можно предположить, что они там, в никчемном суде, всерьез полагают, что слово уклон происходит от слова уклоняться. Тогда его конечно нет.
Но если предположить, что уклон это "показатель крутизны", то тогда, конечно, он есть.

Блин, писец. У нас оказывается еще и канал «Закон-ТВ» есть. ЭТО У НАС ТО!!!

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире