'Вопросы к интервью
Президентские выборы в Иране, завершившиеся в пятницу, – потенциально самое страшное событие прошедшей недели в мире. Ситуация в регионе идет к большой войне, почти неизбежно ядерной. В Иране президент и парламент – лишь фикция, а все основные вопросы решают никем не избираемые муллы и несменяемый духовный лидер Аятолла Хомейни. Так что в ближайшей перспективе в иранской внешней силовой политике не будет существенных перемен. Предыдущий президент Моххамед Хатами был реформатором, которого иранцы выбрали в противовес правящей средневековой исламской теократии. Никаких существенных реформ он за 8 лет провести не смог, поскольку президент в Иране – декоративная фигура вроде нашего премьера Михаила Фрадкова. Единственное – было немного ослаблено соблюдение самых строгих законов шариата по части одежды и внешнего облика граждан. Но и такое ублюдочное реформаторство вызвало сильное раздражение среди религиозных фанатиков. Нынешние выборы, которые не имеют никакого отношения к реальной демократии, были организованы так, что избирателям представили на выбор двух религиозных ортодоксов — бывшего уже 8 лет диссидентом Рафсанджани, очень влиятельного функционера правящей исламской теократии, и Махмуда Ахмади Нежада, сравнительно молодого фантика, активно поддержанного Хомейни, исламскими спецслужбами, репрессивным аппаратом, международными террористическими структурами. Рафсанджани во время предвыборной кампании изображал из себя умеренного чуть ли не прозападного реформатора. Однако суть конфликта была в том, что аппаратно-религиозный вес Рафсанджани, если бы его выбрали президентом, позволил бы ему стать не декоративной, а реальной политической фигурой и бросить вызов Хомейни. Потому ему организовали поражение, а выбрали безвестного фанатика, который будет лишь проводником политики высших, самых реакционных исламских авторитетов. Рафсанджани объявил, что вооруженные фантики из религиозных структур исламского государства насильно гнали неграмотное сельское население голосовать за Ахмади Нежада. Впрочем, Ахмади Нежад также обещал честно распределять нефтедоллары, ужесточить соблюдение шариата, и это тоже привлекло к нему бедняков после 8 лет бесплодных реформ Хошеми. Понятно, что последовательное соблюдение средневековых уважений шариата не исправит экономическую ситуацию и никак не поможет модернизации Ирана. Исламским фанатикам останется только усиливать и усиливать режим, превращать Иран в полное подобие Афганистана при власти талибов и в главный лагерь международного исламского терроризма. Нужен постоянный внешний враг – империалисты-сионисты, чтобы объяснять нищету и неизбежные экономические провалы. Исламские фанатики, несомненно, всемерно ускорят программу создания собственного ракетно-ядерного оружия. Они вполне готовы развязать ядерную войну, ведь праведники попадут в рай, а аллах покарает неверных. Впрочем, США недаром в 2003 году оккупировали Ирак. Это теперь главная база для будущей войны с целью разрушить иранскую исламскую теократию, уничтожить ее ракетно-ядерный потенциал, пока он угрожает только региону, а не всему миру. С Рафсанджани еще могли попытаться договориться, а теперь отсчет пошел.



Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире