'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 12 февраля 2011, 19:07

Ю.ЛАТЫНИНА: Добрый вечер – Юлия Латынина, «Код доступа», 970-45-45 — СМС. Мубарак поклялся не уходить в отставку, и на следующий день сбежал-таки, что и следовало ожидать, честно говоря, радость всего либерального мира мне по этому поводу не совсем понятна, потому что у революции вообще-то плохой послужной список: на каждую революцию, которая кончалась победой демократии приходилось добрый десяток революций, которые кончались террором, фундаментализмом и бог знает, чем.



Хорошо бывает с революциями тогда, когда изначально правительство было достаточно либеральным, сопротивление революции было минимальным, а доходы народа были очень высоки – как, например, в США, вернее, в будущих США, перед революцией. В тех случаях, когда население нищее, когда между ними и теми, кого она скидывает в ходе революции существует огромная пропасть, тогда происходит как на Гаити в 1864 г., когда восстали негры, вырезали всех белых, а потом вырезали и всех мулатов. И последствия этой замечательной революции Гаити ощущает до сих пор.

Или как в 1917 г., когда русские крестьяне устроили немногим лучше, чем на Гаити, или как в Китае в 1949 г., когда – даже несмотря на поражение, которое терпел Мао с военной точки зрения, и даже несмотря на то, что им в Янь Ань, который он уже занимал, был устроен жесточайший террор, Мао, тем не менее, победил благодаря огромному сочувствию народа – потому что таков закон революций: даже если экстремисты не составляют до начала революции большинство, к власти, как правило, приходят экстремисты. Как это было с большевиками в 17-м году, или как это было с санкюлотами в 1792 г.

Конечно, может быть, в Египте будет все нормально – дай бог нашему теляти волка съести, но анамнез Египта, страны, в которой 90% населения во время опросов после 11 сентября ответило, что они одобряют теракт 11 сентября, как-то мне кажется странным – что все эти люди вышли именно за свободу на улицы. Откуда они взялись? И этому я еще могу поверить, но уж совсем не могу поверить, когда мне газета «Гардиан» объясняет, что «Мусульманское братство», основная материнская организация исламских фундаменталистов, та, от которой пошли все другие, та, которая вдохновляла Бен Ладена, та, которая основала ХАМАС, оказывается, является мирной религиозной организацией.

Вообще в деле оправдания исламских радикалов газета «Гардиан» не знает себе равных, это орган либеральных фундаменталистов. Но не потворят всего того, что я говорила в прошлой передаче о «Мусульманском братстве» и о том, что именно оно впервые провозгласило основные лозунги исламских фундаменталистов, а именно: создание Всемирного халифата и вооруженную борьбу джихад со светскими правителями, которые, как оно считает, впало в джахилию, и я по поводу мирных намерений «мусульманского братства» процитирую только одну фразу снова, это секретная инструкция американским членам «Братства», оглашенная перед Конгрессом в 2005 г.: «Братья» должны знать, что их работа в Америке есть вид великого джихада в деле уничтожения и разложения западной цивилизации изнутри, как руками самих неверных, так и руками верующих». Привет неверным из газеты «Гардиан».

Я еще один анекдот расскажу – это воспоминания одноклассника Бен Ладена о том, как тот учился в школе, и как учитель Бен Ладена – он как раз происходил из «Мусульманского братства», рассказал им следующую историю, когда и вдохновила Бен Ладена. История рассказывалась долго, в течение 20 минут, а суть этой истории заключалась в том, что некий мальчик начал молиться – это рассказывалось 12-летним детям. И его плохой отец все время, когда мальчик молился, вытаскивал у него из-под ног молельный коврик. И дальше учитель в течение 20 минут рассказывал, как мальчик добыл пистолет, как мальчик зарядил патрон, все правильно проделал, и убил своего отца.

Одноклассник Бен Ладена, который это описывал, после этой истории перестал ходить в этот класс, а Усама Бен-Ладен принял этот урок «мирного» «Мусульманского братства», как видим, в полной мере.

Так что еще раз потворяю: дай бог нашему теляти волка съести. И я вовсе не говорю, что обязательно в Египте, в конце концов, победят фундаменталисты, так же как и в Иране, но мне кажется очень странным, что либеральные фундаменталисты именуют исламских фундаменталистов «мирными людьми».

Что же касается того, где в этом раскладе будет Россия, то такая маленькая деталь: дней 10 назад выступа по «Фокс-Ньюз», Билл О,Рейли описывал, что будет с миром, если там победит череда тоталитарных фундаменталистских революций. Он все описал в худшем сценарии – что будет с Испанией, Италией. Билл О,Рейли забыл только одну страну — Россию. Билл О,Рейли забыл, что в России существует Кавказ и мусульманские регионы, — и это очень характерно — Россия отсутствует на геополитической карте мира благодаря внешней политике В.Путина.

Наша внешняя политика присутствует только на экране ОРТ. Понятно, что если мир будет снова разделен на два гигантских лагеря, только два – один свободный, другой тоталитарный, — только тоталитарный лагерь, на этот раз будет основан на религии, а не на коммунизме, — то Россия будет пытаться лавировать между обеими лагерями, знать о посредничестве России будут, конечно, только зрители ОРТ, а вот потерей Кавказа и другими веселыми вещами это нам грозит, потому что если учесть, что делают сейчас религиозные фундаменталисты на Кавказе, при том нижайшем уровне подготовки, нижайшем уровне финансирования, которое они имеют, то возникает естественный вопрос: что будет, если у них будут деньги и место для тренировки.

Маленькая свежая новость, сегодняшняя: на объекте, который называется «Дача Путина» и также проект «Юг» под Геленджиком, сотрудники ФСО задержали активистов партии «Яблоко», экологов и корреспондентку газеты «Собеседник» Римму Ахмирову. Обращаю ваше внимание, что задержали их сотрудники ФСО. Напомню, что скандал возник в тот момент, когда бизнесмен Сергей Колесников поведал о строительстве дачи Путина, — по его словам она стоит где-то около миллиарда долларов и записана на частного человека, на г-на Шамалова. Строительство шло сначала за счет откатов в 35%, которые перечислялись бизнесом, который вели Колесников и Шамалов, — по словам Колесникова, — а потом просто стали перечисляться деньги.

И самое интересное во всей этой истории было то, что, по словам Колесникова, все это оформлено на частное лицо. И после интервью Колесникова, Кремль заявил, что Путин не имеет к этому объекту никакого отношения. У меня вопрос – а если Путин не имеет к этому объекту никакого отношения, то почему этот объект, который принадлежит якобы частному лицу, охраняется сотрудниками ФСО? И, кстати, по фотографиям, которые успели-таки сделать экологи, видно, что на въездных воротах в этот объект, на гигантских замечательных въездных воротах, стоит двуглавый орел, — тоже очень большой. Вот какое частное лицо в России, не опасаясь участи Ходорковского, повесило двуглавого орла на эти ворота?

Вообще вся проблема с такого рода отрицаниями заключается в том, что ложь не бывает последовательной. Напомню, что до появления статьи Колесникова сведения о дворце Путина появлялись неоднократно, что 23 декабря 2005 г. журналистка Парфенкова писала о том, что в Геленджике будет строиться мощный аэропорт, цитирую: «Этот аэропорт строится под Путина – дело в том, что в районе мыса Идокопас в курортной зоне Геленджика возводится новая резиденция администрации президента».

В «Новой газете» наш корреспондент Евгений Титов тоже писал об этом объекте, тоже называл объект «Дачей Путина», и надо было г-ну Пескову опровергать Парфенкову, опровергать Евгения Титова. Еще летом «Белуна» писала запрос о природоохране в этой стройке, и собственно новость, сообщенная Колесниковым, состояла как раз в том, что этот объект, который охраняется ФСО, под который строится столько всего, оказывается, записан формально на частное лицо. И после этого стали опровергать, что называется — поздно.

Впрочем, вернемся к главной новости. Главная новость, внутрироссийская новость, — теракт в Домодедово. 24 января 2011 г. молодой человек, Магомед Евлоев, — довольно быстро идентифицировали останки по отпечаткам пальцев, — зашел в зал прилета аэропорта Домодедово, по словам тех людей, которые смотрели пленку, он бродил там около часа, явно производил впечатление человека обкуренного, но взорвался сам – он держал постоянно левую руку в кармане, — ни разу в течение часа его не вынимал. То есть, явно он выбирал наилучшее время, когда нажать на кнопку, когда вокруг будет наибольшее количество народа. Наконец, нажал, погибли люди в зале прилета, 50% погибших, кстати, были бомбилы, — то есть, простые работяги.

Магомед Евлоев не первый раз появлялся в Домодедово, он появился там за несколько дней до этого, видимо, тоже с сообщниками, действия тоже были странные, и показывали, что он под серьезным кайфом. Он почему-то пришел в баню в Домодедово, там он разделся, помылся, оделся опять. Забыл надеть трусы. Сложно сказать — от волнения, или потом, что ваххабиты обыкновенно не носят трусы, они считают, что это одежда, недозволенная Пророком. Короче говоря, оделся, как хотел.

Потом оказалось, что у него нет денег расплатиться за баню, ему сказали, что сейчас его сдадут в милицию. Тут он выгреб из кармана огромное количество банковских кредитных карточек, — очень интересная деталь. Трудно сказать, на кого были оформлены эти карточки, но их были десятки, и он стал совать тут же в стоящий банкомат, чтобы снять деньги. Никакая карточка не работала – наверное, они все были краденые просто. В конце концов, одна из карточек сработала, или кто-то ему дал денег, он заплатил, поэтому его не сдали в милицию.

Это очень характерная история, которая показывает, какого уровня люди производят теракты. Потому что в действиях Магомеда Евлоев в бане и попытки расплатиться, не имея денег, собственной курткой – был и такой момент, — трудно найти какое-то рациональное зерно. И почему именно зал прилетов, выяснилось только спустя несколько недель, когда было опубликовано два видео Умарова. Сначала первое, записанное еще при жизни Евлоева, на котором Умаров объясняет русским, что это не он виноват в терактах, это русские виноваты в терактах, и что это им за плохое обращение с кавказцами, — это нам за Манежную, оказывается. И там, на этом видео, еще живой Евлоев сидит сбоку, и уже второе видео после смерти Евлоева, на котором Умаров рассказывает про то, как «братья мусульмане» страдают в Ираке, в Афганистане. То есть, — отсюда зал прилета. Умаров у нас претендует на статус международного террориста. Не каких-нибудь его соперников Гакаевых, Вадаловых, которые устраивают нападения в Чечне, — они в Чечне, а он у нас международный.

Собственно, что следует из этих обращений Умарова? Несколько очень важных вещей, прежде всего следует, что Умаров в очень плохом положении — у него абсолютный провал в коммуникациях. Потому что Умаров хотел показать, какой он крутой, как он всем командует и сколько он может, но чтобы это сделать ему пришлось заранее записать свое обращение на флэшку, и эта флэшка где-то ходила и где-то лежала, и она пролежала почти две недели пока не попала на Кавказ-Центр. То есть, эта скорость коммуникаций достойна времен верблюдов. И это показывает, что человек сидит в очень глубоком подполье и очень боится связываться с окружающим миром.

Причем, это не первый раз — такой провал в коммуникациях у Умарова. Напомню, что та же самая история была в апреле прошлого года, когда Умаров сначала отказался от ответственности за взрывы в московском метро, потом, спустя несколько дней, не только принял их на себя, но и объявил первое обращение фальшивкой. Это производит впечатление шизофрении – когда человек вместо того, чтобы говорить «я перепутал», говорит «это не я».

Очевидно, что апрельская история была связана с проблемами внутри эмирата Кавказ. Дело в том, что за несколько месяцев до этих взрывов Умаров назначил главой Дагестана человека по имени Ибрагим Гаджададаев, взрывы были устроены другим человеком, Магомед-Али Вагабовым, — собственно, его жена взорвалась в метро. Видимо, такое отречение вызвало недовольство Вагабова. или Умаров решил, что его заявление о том, что это не он, показывает, что он не контролирует движение. И это была первая история, которая свидетельствовала о серьезных проблемах в организации.

Вторая история начала происходить 1 августа, когда Умаров сначала на одной пленке отрекся от звания главы эмирата Кавказ, и возложил это звание на Асланбека Вадалова, чеченца. Причем, на этой пленке кроме Вадалова рядом с Умаровым присутствовал человек, который, как ни странно, является самым всамделишным арабом. На Кавказе очень мало арабов, очень мало иорданцев, но этот конкретный является самым всамделишным арабом, самым конкретным представителем «Аль-Каиды*», кличка у него Муханнад, он иорданец по происхождению. И этот иорданец поддержал как раз чеченскую часть эмирата.

И после того, как Умаров заявил о своем отречении, через несколько дней он тоже взял это отречение обратно и заявил, что он такого не говорил и эта пленка фальшивка. Опять ситуация чистой шизофрении, абсолютный Оруэлл. Причем когда это делается в тоталитарном государстве и выясняется, что «мы всегда воевали с Океанией» — это очень страшно. А когда это делает лидер тоталитарной секты, это немножко смешно, хотя это тоже оплачивается трупами.

И, собственно, видимо, Умаров это сделал потому, что был лишен возможности нормальных коммуникаций, и единственный способ, которым он мог поставить эмиров в известие о своем решении — это распространить флэшку, на которой он отрекается от власти. Когда это решение вызвало недовольство кабардинских и дагестанских эмиров, он взял это решение обратно, после чего это не понравилось уже чеченцам, чеченцы вышли из подчинения Умарова — Гакаев, которого они избрали своим начальником, отрекламировал свою новую структуру двумя громкими нападениями – нападениями на Хоси-Юрт, родовое село Кадыровых и нападение на чеченский парламент, и сейчас, спустя несколько месяцев, Умаров ответил. Типа: эти воют в Чечне, а я в зале прилета аэропорта Домодедова.

Тот факт, что ответа пришлось ждать несколько месяцев, тоже не свидетельствует о большой силе Умарова. И наконец, крайне странны две вещи. Первая – сама мотивировка, которую употребляет Умаров, он заявляет, что это Москве за Манежную. Но это странная мотивировка, потому что эмират Кавказ это не та организация, которая вступается за кавказцев. Это та организация, которая считает, что на Кавказе должен быть шариат и эмират. Это абсолютно международная, межнациональная организация. И слова Умарова звучат так же странно, как если бы Ленин выступил на стороне черносотенцев, — это просто принципиально разные типы идеологии. Это впечатление человека, который хватается за любую соломинку. Не говоря уже о том, что достаточно странно, что Умаров сам на себя берет ответственность за теракт, потому что любимая история всех исламских фундаменталистов – это взорвать и сказать, что это сделали сами неверные. Устраивают 11 сентября, потом рассказывают, что это сделали сами крестоносцы и кяферы, чтобы иметь возможность атаковать исламскую республику Афганистан.

То есть, это опять же свидетельствует о слабом положении Умарова, и когда я говорю о слабости Умарова, о раздорах внутри организации, о крайне низком уровне исполнения терактов — вот эта странная история с баней, с карточками, — я думаю о том, насколько же слабо наше ФСБ. Если эти люди, с этим уровнем подготовки, совершают такие теракты, то что будет, когда на Кавказе будет сильный руководитель эмирата? Что будет, если на Ближнем Востоке будет тоталитарное исламистское государство?

Я, честно говоря, задумалась еще и о другом — ведь количество терактов в последние годы потихоньку растет. Я об этом буду говорить дальше, и большинство их совершают не чеченцы. То есть, их совершают не те люди, которых, и родственников которых мы убивали в первую и вторую Кавказскую войну, — их совершают ногайцы, дагестанцы, карачаевцы – дома в Москве взорвали карачаевцы.

Такой вопрос — что было бы, если бы Чечня продолжала оставаться, если бы в ней не было Кадырова, если бы она продолжала оставаться в той степени бардака, в которой остается, например, Дагестан, в котором никогда не было войны, и, тем не менее, из которого приезжают и взрывают метро. Потому что понятно, что Кадыров это фигура – ну, самый первый вопрос — мы не знаем, что происходит в Чечне, там такая «черная дыра», там крайне эффективно, но крайне жестоко борются с боевиками. Кроме этого Кадыров, будучи сильным человеком, может делать и в Москве все, что хочет – есть случаи, когда вмешиваются в экономику, есть, наконец, замечательные истории, как кадыровец стреляет по автобусу, потому что ему показалось, что автобус его подрезал. И мне, и другим, наверное, не очень нравится, когда кадыровцы в центре Москвы стреляют по автобусу.

Но я вам честно скажу, что если выбирать между тем, что раз в три года кадыровец в центре Москвы стрелял по автобусу и тем, чтобы раз в месяц у нас что-то взрывалось в метро, — а если бы не было Кадырова, у нас бы раз в месяц что-то взрывалось, — то, в общем, лучше пусть стреляют по автобусу раз в три года.

Обращаю ваше внимание еще по поводу профессионализма ФСБ. Допустим, литовские спецслужбы арестовали девушку, которую зовут Эгли Кусайте – это было достаточно давно. Она собиралась в рамках радикального ислама приехать в Москву и себя подорвать. Согласитесь, что девушки, которые становятся радикальными фанатичками и едут в Москву, чтобы подорваться – это не профиль литовских спецслужб. У Литвы отвратительные отношения с Россией, кажется, месяца два назад Путин в очередной раз назвал их каким-то словом по поводу газа, — несправедливо, нехорошо что-то сказал Путин, чуть ли не «негодяи» сказал. Тем не менее, литовские спецслужбы сумели арестовать эту девушку, сумели предотвратить теракт и сумели записать ее признания о том, как она собирается взорваться, и все это передали российским спецслужбам.

В ситуации с Мариам Шариповой, взорвавшейся в метро, — Мариам Шарипова была вдовой иорданского боевика, доктора Мухамеда, она была женой террориста номер два в Дагестане Магомед Али-Вагабова, у нее оба брата были боевики, у нее отец является штатным пропагандистом «Матерей Дагестана», — и за ней никто не следил, и она взорвалась, — в отличие от Эглэ Кусайте.

Перерыв на новости.

НОВОСТИ

Ю.ЛАТЫНИНА: Еще раз повторяю — беспомощность Умарова только подчеркивает беспомощность российских спецслужб, потому что возникает вопрос – если даже литовские спецслужбы способны предотвращать взрывы на территории Москвы, почему это неспособны делать российские спецслужбы, и на что они вообще способны.

Теперь второй пункт по поводу терроризма – из чего состояла реакция российских властей. Первым делом нам объявили, что теракт раскрыт, и что совершил его Ногайский батальон. Это было вранье. А объявили нам это дело вот, почему — дело в том, что 31 декабря прошлого года в Москве, в Кузьминках, взорвалась женщина — взорвалась при сборке взрывного устройства, случайно. 31 декабря было дело – ей на симку, которая была вставлена в взрывное устройство, пришла СМС, спам от «Мегафона» — поздравление с Новым годом. Таким образом, этот теракт предотвратила компания «Мегафон», но ФСБ к предотвращению теракта не имело никакого отношения.

Так вот, поскольку случился этот взрыв, то ФСБ уже, конечно, имело телефоны всех этих людей – кстати, часть из них были русские. Соответственно, сказали – раз 31 собирались взорвать эти, значит, и 24 взорвались эти. Это было смешно, потому что была уже установлена личность, очень быстро, Магомеда Евлоева, ингуша, который не имел никакого отношения к Ногайскому батальону. И тут нашим ФСБэшникам подвезло второй раз. Спустя несколько дней, 3 февраля, в ДТП — просто в аварию попал один из ингушских боевиков, его зовут Башир Хамхоев, ему 20 лет, он ушел из дома два года назад, на нем 5 доказанных трупов – достаточно доказанных трупов, на нем видеообращение, в котором он говорит, что он будет убивать всех, кто с его точки зрения достоин убийства, — в том числе и тех ингушей, которые неправильно себя ведут. Этот Хамхоев — нельзя сказать, что он лидер Сунженской группировки, но он один из видных там людей. Этот Хамхоев попал в аварию, и тут же ФСБэшшники его объявили организатором теракта.

Должна сказать, что в Ингушетии три довольно крупных группы – Малгобекская, Сунженская и Назрановская, которые являются объектом интереса со стороны спецслужб, что все они занимаются мелким террористическим пакостничеством. Тот же Хамхоев – ну, он убивал: заходит в дом милиционера, вызывает его на встречу, убивает его, подкидывает взрывные устройства. То есть, по крайней мере, из всего предшествующего никаким образом не следует, что именно Хамхоев организовывал теракт, в котором участвовал Евлоев. Хотя, вероятно, они знали друг друга, потому что в этом подполье, с одной стороны, очень все сегментировано на ячейки, а с другой стороны, все равно эти ячейки общаются между собой – у них одни и те же идеи, встречи, «лежки», источники информации, радости жизни.

Соответственно, вызывает большое подозрение заявление ФСБ о том, что теракт организовал Хамхоев. Потому что, несмотря на то, что Хамхоев боевик и террорист – человек, который на видео с этим выступал, — также возможно, что это просто террорист, который попал в аварию. Вообще, на счастье российских спецслужб, уровень российских террористов соответствует уровню российских спецслужб. Это касается аварий, в которые попадают террористы, и бань, в которые они приходят, забывая трусы, и так далее. Это одна история.

Я говорю о реакции российского государства. Конечно, это замечательное заявление спикера Миронова, который предложил национализировать Домодедово, где, цитирую, «не соблюдалась безопасность граждан». А спикер Миронов не попытается у нас национализировать ФСБ, которое не соблюдает безопасность граждан? Между прочим/, — почему-то об этом никто не говорил, — но в Домодедово есть целое подразделение, 10 человек ФСБ, которые сидят в Домодедово и занимаются, знаете ли, борьбой с терроризмом.

За это время мы узнали много страшного о владельцах Домодедово – о том, как они не соблюдают безопасность граждан. Мы даже не узнали о том, что там существует это подразделение и эти 10 человек. У меня вопрос – чем они занимаются? У меня вопрос, — наказали ли как-то их, — насколько я знаю, нет. И самый интересный вопрос — чем они вообще могут заниматься? Обеспечение безопасности – это, прежде всего, агентурная работа. У Доку Умарова рядом с Евлоевым должен быть агент, который сообщил бы о том, что они собираются — как рядом с Эгли Кусайте в Литве был агент.

Как себе наше государство представляет — эти 10 человек, которые сидят в Домодедово, они должны посылать к Доку Умарову своих агентов. Но они занимаются только безопасностью на транспорте. То есть, если Доку Умаров скажет, что собирается взрывать не аэропорт, а магазин, то они должны своего агента отозвать, сказать — нет, это к тому подразделению, которое занимается супермаркетами.

Еще одна замечательная реакция нашего государства — поступило предложение создать отдельную службу, которая будет заниматься безопасностью на транспорте. Во-первых, конечно, у меня все те же вопросы к этой службе безопасности на транспорте будущей, какие у меня к подразделению, которое сидит в Домодедово – как можно заниматься безопасностью на транспорте отдельно? Безопасность на транспорте отдельно может быть создана только для пилежки и освоения денег. Тем более что кандидатура человека, который якобы может ее возглавить — Сергей Борисович Иванов, у меня вызывает следующий вопрос: террористы, тот же Доку Умаров – это человек, который убивает российских граждан и говорит, что российские граждане сами виноваты. Сергей Борисович Иванов и его сын, который убил российскую гражданку Светлану Беридзе, является основоположником этой замечательной российской бюрократической традиции, при которой сначала безнаказанно чиновник или его сын убивает российского гражданина, а потом заявляет, что этот российский гражданин виноват сам.

Сергей Борисович Иванов тоже заявил после смерти Светланы Беридзе, что его сын понес тяжелую моральную, физическую и психологическую травму. Во-первых, я хочу понять с точки зрения отношения к российским гражданам как к скоту, которого можно убивать, и которое потом само обвиняется в собственном убийстве – чем Сергей Борисович отличается от Доку Умарова? И стоит ли Сергею Борисовичу поручать руководство такой системой – может, сразу Доку Умарова назначим. Ну и, конечно, вопрос, что такая система будет делать.

Но, собственно, это все мелочи. Самое главное другое — главной реакцией была реакция президента Медведева, который первым делом обрушился на аэропорт Домодедово, и завил: «Чтобы я больше не слышал этих слов со стороны руководства крупных транспортных предприятий «мы за это не отвечаем». За это отвечает милиция, и если люди, берущие в свои руки организацию транспортного процесса таким образом рассуждают, это в высшей степени безнравственно, это предмет для работы правоохранительных органов».

Итак, президент России, человек, который отвечает, в том числе, и за работу силовых структур, заявляет, что безопасность российских граждан должно обеспечивать коммерческое предприятие, а не МВД и не ФСБ, непосредственным, главным руководителем которых является этот самый президент Медведев. Видимо, на себя он эту ответственность не возлагает – за это должен отвечать аэропорт Домодедово.

Теперь должна сказать Медведеву, что все-таки есть российские законы. В российских законах написано, что за эти дела отвечает МВД и ФСБ. Речь шла о грязной зоне аэропорта, не о чистой, где сотрудники аэропорта, сотрудники ее служб безопасности, производят окончательный досмотр пассажиров. Речь шла о входе в аэровокзал, где аэропорт поставил интроскоп, как полагалось, где рядом сидели сотрудники милиции, — которые сидели, ничего не делали. Это тоже, кстати, было их право, потому что ни в одном аэропорту не ведется сплошной досмотр пассажиров и не пассажиров и их багажа – это физически невозможно. К тому же такой досмотр означает огромные очереди – будут взрываться в очередях – что за проблема? Каким образом в зал Домодедово пропустили человека без досмотра? А как в магазины пускают человека без досмотра? — вот таким образом.

Я хочу только себе представить реакцию нашей богоспасаемой власти – если бы аэропорт Домодедово, частное коммерческое предприятие, вдруг сказало милиции, которая сидит на входе: ребята, вы идите прочь, а делом охраны будем заниматься мы, коммерсанты, что-то мне подсказывает, что аэропорт Домодедово стерли бы в таком случае в порошок и смешали бы с дерьмом, потому что милиция у нас занимается вполне конкретными вещами: она у нас занимается в аэропортах и на вокзалах обиранием населения, — больше ничем она не занимается. В том же Домодедово, если что-то происходит, днем с огнем ее не сыщешь. Любой конфликт в Домодедово внутри чистой зоны действительно решают собственные коммерческие службы аэропорта, потому что милиция занимается только одним – выбиванием денег у пассажиров.

Причем, занимается этим принципиально. Это непоправимо, ее нельзя переделать, ее нельзя переделать в израильский ШАБАК, потому что эти люди получают крошечные деньги, и эти люди получают не просто крошечные деньги — законы и инструкции написаны так, чтобы они воровали. Потому что самая простая вещь – можно милиционера поощрять, если он нашел недостатки, что-то запрещенное к провозу, и наоборот, штрафовать, если он этого не нашел. Так вот согласно инструкциям, штрафовать и поощрять нельзя. То есть, им можно только воровать Инструкция написана так, чтобы можно было только воровать.

В этом смысле еще раз повторяю – я тоже небольшой любитель, когда люди перекладывают ответственность на соседнего, но к сведению президента Медведева — все-таки коммерсанты не могут заниматься тем, что прописано в законе и является функцией государства. Иначе наше родимое государство этих же коммерсантов сожрет с потрохами.

Медведев, впрочем, этим не ограничился – вслед за аэропортом Домодедово он обругал железную дорогу, явился на Киевский вокзал, заметил там в зале ожидания отсутствие милиционеров – слава богу, хоть там можно было дышать, — после чего устроил разнос. Должна сказать, что есть плохие руководители, а есть очень плохие руководители. Я не люблю РЖД, я была бы рада, если бы Медведев поговорил о вопиющих случаях в ней коррупции. Но помните, у нас был премьер. Зубков, который, как только его назначили, у него сразу съехала крыша, и он начал что-то рассказывать, кому вставлять зубы колхозникам. Зубков достиг этой кондиции на второй день после назначения, президент Медведев достиг этой кондиции только сейчас, своим визитом на Киевский.

Потому что есть заповедь хорошего руководителя: хороший руководитель ругает подчиненных наедине, а хвалит подчиненных прилюдно. И есть плохой руководитель, которые делает наоборот, и есть очень плохой руководитель, который ругает подчиненных за невыполнение тех приказов, которых он им не давал.

Представьте себе била Гейтса или Стива Джобса, и Билл Гейтс знает, что его люди пишут программу, которая не будет работать. Они пишут, пишут, а он за этим наблюдает. Потом программа выходит на рынок, Билл Гейтс созывает пресс-конференцию, и говорит: мои менеджеры, такие-сякие, программа ваша не работает, вы все козлы, надо делать по-другому. Думаю, что акции «Майкрософт» очень сильно упадут после такой истории. Дмитрий Анатольевич сделал то же самое. Если он считает, что наша российская милиция в нынешнем ее состоянии, состоянии клоаки, способна делать что-нибудь, кроме как обирать граждан, — в частности, оберегать их от терактов — я не знаю, откуда у него взялось такое странное представление, — но если он так считает, то, наверное, Он сначала должен был вызвать Якунина, и сказать: отныне на вокзалы пропускают только через металлодетектор, и потом уже зайти и проинспектировать, соблюдаются ли его постановления. А если он ведет себя как наш гипотетический Бил Гейтс, который сначала не отдает приказов, а потом ругает своих подчиненных за то, как они себя ведут – это высшая степень, мне кажется, какого-то психологического кризиса в руководителе.

Собственно, вся эта реакция государства показывает, насколько неадекватно наше российское государство ведет себя по отношению к террористической угрозе и ответ оно знает только один: что-нибудь срочно учредить, что-нибудь срочно организовать. Ребята, должна сказать, что не надо пытаться сделать из нашей российской милиции защиту против терроризма. Мы итак живем в оккупированном государстве, государстве, оккупированном ментами: на всех выездах из Москвы, как оккупационные войска стоят люди с палочками в форме, которые отсасывают у проезжающих. И я не слышала, чтобы они предотвратили хотя бы один теракт.

Еще раз повторяю — умножение полномочий милиции в существующих российских условиях кончается только одним: кончается получением милицией больших доходов, никаких терактов они не предотвратят, не говоря уже о том, что теракты предотвращаются агентурной работой. Возникает вопрос – почему в тех случаях, когда теракты предотвращаются, они предотвращаются случайно, — как 31 декабря, когда компания «Мегафон» предотвратила теракт, послав СМС, и почему те теракты, которые могут предотвращать литовские спецслужбы, не могут предотвращать наше богоспасаемое ФСБ.

Еще одна история, очень серьезная — это история о реакции либеральной публики на теракт. Она настолько серьезная, — она не касается России, она касается того, что я уж называла либеральным фундаментализмом — всеобщего, не только российского, но и западного поветрия, согласно которому все зло, которое происходит, происходит от Запада, а бедные террористы только отвечают на это дело.

Я уже говорила о Магомеде Евлоеве, парне, который взорвался в аэропорту, и я смотрю новостные сайты – даже не оценочные, не комментарии, — новостные сайты — мною крайне уважаемый сайт «Ньюз.Ру.Ком». и в нем стоит в качестве объективной информации, следующее, цитирую: «У смертника могли быть три мотива – несчастная любовь, месть за убийство и за зачистку в родном селе». Дальше, правда, добавляется, что это говорит правозащитник из центра «Мемориал*» Тамерлан Акиев. У меня вопрос – а четвертый мотив – то, что парень был ваххабит, и считал, что если он убьет неверного, то попадет в рай, — вы не рассматриваете в качестве возможного мотива?

Действительно, месть за убийство. Напоминаю, что месть за убийство – это брат его сестры погиб, погиб при следующих обстоятельствах: ФСБэшники устроили засаду на боевиков, расстреляли одного из известных боевиков, а рядом с ним отстреливался этот самый брат сестры, который, судя по всему, и затащил мальчика в эту организацию, и, судя по всему, и промыл ему мозги. И теперь нам говорят, что это, оказывается, мальчик взорвался в качестве мести за убийство родственника. Но простите, представьте себе – человек грабит банки, — придет кому-нибудь в голову сказать – знаете, он грабит банки в качестве протеста против угнетения, потому что у него родственник был убит после грабежа банка, и это заставило его продолжать грабить банки.

На мой взгляд, это абсолютно безнравственно, потому что в чем дело — есть человек, у которого есть определенные убеждения. Эти убеждения зафиксированы Доку Умаровым, зафиксированы Хамхоевым на видео, эти убеждения зафиксированы самим Евлоевым, когда он ушел в лес. Кстати, его даже не разыскивали. Он просто ушел в лес, видимо, опасаясь, что его свяжут с другим боевиком, который был его родственником и который его туда затащил.

И все это замечательно, когда нам рассказывают про жестокую зачистку в селе Али-Юрт, про несчастную любовь, и что-то там еще. Но жестокая зачистка была при Зязикове, предыдущем президенте Ингушетии, когда действительно в Ингушетии было очень плохо, и количество террористов размножалось. Но сейчас в Ингушетии другой президент, Юнус Бек Евкуров. После того, как Евкуров стал президентом, он пришел на встречу с боевиками, которые могли его убить, и предложил людям выходить из леса. После этого на Евкурова было организовано несколько покушений. На Зязикова в последние годы не организовывали покушения – покушения организовывались на Евкурова.

Если помните, водном из них должны были взорваться 200-килограммовые бочки с тротилом — можно себе представить, сколько ингушей должны были взорваться вместе с Евкуровым. Кстати, этот теракт устраивали не ингуши, потому что ингуш такое количество ингушей не будет убивать, поэтому пришлось импортировать кабардинца для устройства этого теракта, который не удался.

Была другая история, когда ФСБ арестовало девушку, которая, как считалось, планировала убить Евкурова. Пришел Евкуров, своим авторитетом девушку освободил – девушка жива-здорова, никаких к ней претензий нет. После покушения на Евкурова она призналась, что — да, так и было, она собиралась его убить.

Пытали двух братьев Цокиевых, страшно пытали, ФСБэшники делали бог знает, что. Пришел Евкуров, освободил своей властью братьев Цокиевых, братья Цокиевы участвовали в подготовке покушения на Евкурова. У меня такой вопрос – если братья Цокиевы хотели отомстить за что-то страшное – почему они хотели отомстить человеку, который их спас? Ну, хотели – так пусть мента бы убивали.

Это я к тому, что — да, во времена Зязикова можно было рассказывать, что – да, такая страшная республика, там ФСБ убивает людей, а люди убивают их в ответ. Но извините, это любимая тема террористов, исламских фундаменталистов – о том, что это не мы виноваты, а виноваты те, кого мы убиваем – это они взорвали Башни-Близнецы, чтобы иметь возможность на нас напасть, это они взорвали дома в Москве, чтобы иметь возможность на нас напасть.

Господа, в республике Ингушетия за последний год из леса вернулись 54 человека. Процедура такая: сначала родственники приходят, потом власть получает из ФСБ справку, в чем тот человек виноват и что можно ему предъявить. Потом этот человек, боевик из леса приходит вместе с родственниками к президенту, потом они все вместе обсуждают, что доказано, что не доказано, и ему говорят – парень, поскольку доказано столько-то, ты можешь получить столько-то. И после этого человек уходит, и он либо возвращается снова, либо не возвращается. Из 54 этих человек 8 сели. Всего пришло 56 человек. Двое ушло, 54 все-таки предпочли вернуться.

Это означает, что сейчас в Ингушетии любому человеку, который хочет вернуться, вход обратно открыт. Магомед Евлоев, который взорвался в аэропорту Домодедово, даже не был в розыске – несмотря на зятя. Ему даже не понадобилось проходить через эту процедуру, это не зязиковская Ингушетия — он мог просто вернуться домой, и вообще бы ничего с ним не было.

Даже Башир Хамхоев, которого поймали после аварии, на котором пять трупов, на котором видеообращение, даже он имел возможность вернуться, — он бы, наверное, что-то отсидел, потому что это серьезная фигура. Но видеообращение – ну, знаете, типа «заставили», «подначивали». Пять трупов? — а их еще надо доказать, а вдруг он просто хвастался, и так далее.

То есть, когда нам рассказывают про евкуровскую Ингушетию, что там люди взрываются из ненависти и из мести, это не просто вранье, не просто подлость, не просто либеральный фундаментализм. Это, прежде всего, еще и оскорбление того, что делают нынешние власти Ингушетии.

И чтобы было понятно, что они делают, — я вернусь к истории о либеральном фундаментализме, к истории и об ответственности либералов за те слова, которые они произносят по поводу террористов в следующей передаче. Так вот напомню, что за последний год были ликвидированы крупнейшие фигуры террористического подполья, это Анзор Астемиров, это Саид Бурятский, захвачен Магас, и вряд ли это можно произойти без помощи этих 54 человек. И в Ингушетии сейчас, за последние пару месяцев, по-моему, не произошло ни одного взрыва.

А в Москве произошло. Ребята, эти люди взрываются не от того, что их кто-то когда-то обидел. Эти люди взрываются потому, что они считают «убей неверного – попадешь в рай». И обязанность наших СМИ – доносить этот факт до публики. Всего доброго, до встречи через неделю.

* «База» («Аль-Каида») - террористическая организация, запрещённая в России. Межрегиональная общественная организация Правозащитный Центр "Мемориал" - НКО, признанное иностранным агентом.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире