'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 12 июня 2010, 19:07

Ю. ЛАТЫНИНА: Добрый день. В эфире Юлия Латынина, программа «Код доступа», телефон для смс +7-985-970-4545.



В Ингушетии взят, по-видимому, не в среду, как нам объявили, а гораздо раньше, судя по его засахаренной улыбке и слюням, которые он пускал на телекамеру, Магас, он же Али Тазиев, он же Магомед Евлоев, военный амир Имарата Кавказ, т.е. фактически второй человек в иерархии боевиков, а по количеству подчиняющихся ему боевиков реально и первый. Потому что номинальным главой Имарата Кавказ у нас является Доку Умаров.

Но у меня есть своя теория насчет Доку Умарова, которая заключается в том, что этот человек является таким чеченским аббатом Сийесом. Аббат Сийес, если вы помните, на вопрос, что он делал в годы террора, ответил: «J'ai vеcu» («Я выжил»). Вот Доку Умаров, боевик первой чеченской войны, когда они сражались еще за свободу, что, собственно, он сделал, чтобы возглавить Имарат Кавказ? Ответ – он выжил. Басаева убили, Бараева убили, Гелаева убили. Кто-то из этих людей был очень плохим человеком, как Бараев, кто-то из этих людей был замечательным человеком, как Гелаев, но все они были храбрыми людьми. А вот г-н Умаров, он выжил и теперь возглавляет Имарат Кавказ.

Поимка Али Тазиева – это вещь, которую трудно переоценить по своим последствиям. Я напомню, что после того, как погиб предыдущий военный амир Имарата Кавказ, а им был не кто иной, как Шамиль Басаев, террористическая активность сильно прекратилась. Это такое дело, в котором нужно командование. Когда командования нет, она затихает. Это тем более важная вещь, что если Басаев погиб случайно, из-за несоблюдения техники при работе со взрывчатыми веществами… Причем по поводу этой случайной гибели, если я не ошибаюсь, 26 лбов получили героев, включая аж двух женщин. Уж не знаю, как женщины участвовали в ликвидации Шамиля Басаева. Так вот если та история была случайностью, за которую масса людей получили ордена, то эта история не случайность, потому что бомбы случайно дважды в одну воронку не падают, это не первая ликвидация.

Перед этим был ликвидирован в селе Экажево Саид Бурятский, лидер, чье влияние трудно переоценить. Еще перед этим захватили в плен Рустамата Махаури, это сделали как раз кадыровцы. В Кабардино-Балкарии был уничтожен – тут, видимо, достаточно случайно – Анзор Астемиров. Итого, мы имеем очень большие успехи, и этим успехам, прежде всего, мы обязаны новому президенту Ингушетии Евкурову. Я не могу сказать, что успехи в Ингушетии оглушительные. Я не могу сказать, что там нет проблем с боевиками. Конечно, проблемы с боевиками там есть. Более того, чем больше их будут давить, тем больше будет проблем.

Только что, 4 июня, на день республики ехал Евкуров открывать коттеджный поселок, который построили для оползневой зоны, 507 домов, и буквально за 10 минут до того, как он там проехал, обезвредили очередное взрывное устройство, ведро с взрывчаткой кто-то закопал. Мало того, что ведро с взрывчаткой закопали, нашли, так когда это ведро подорвали, тут же из кустов выскакивает какой-то парень и с криками «Я буду вас, ментов, мочить» бросает гранату. Причем граната не взорвалась, менты этого парня замочили. Идейный человек, сразу видно.

Это я к тому, что то, что происходит в Ингушетии, трудно переоценить, хотя на сегодняшний момент мы имеем практически одну сторону этого успеха – это эффективная борьба спецслужб против террористов. Прежде всего, благодаря самому президенту. И надо добавить, новый глава ФСБ республики Владимир Гурба этому тоже немало способствует, потому что радикально переменилось поведение ФСБшников. Если раньше это были охотники, которые сидели где-то в бетонном бункере, залетали в Ингушетию со стороны Осетии и охотились там на бедных ингушей, как на дичь в лесу – кого убьют, тот террорист, то теперь мы видим, что это спецоперации, это агентурная работа и, соответственно, успехи.

Это очень важная вещь, потому что мы видим, что даже в абсолютно безнадежной ситуации – а в Ингушетии ситуация кажется безнадежной, – если есть воля, то будет и путь. Вот в Дагестане ситуация обратная: она еще недавно не была безнадежной, но руководство республики не делает ничего, и мы прекрасно понимаем, что, например, мужа террористки, взорвавшейся в московском метро, Магомедали Вагабова, уроженца Губдена, на самом деле его там даже не ловят.

Есть, однако, некоторые проблемы, которые будут связаны с поимкой Магаса живьем. Их две. Одна – это вопрос финансирования. Потому что Магас начнет отвечать на вопрос, кто же финансировал боевиков. Я думаю, что он будет отвечать правдиво в связи с тем, как с ним будут обращаться. Я боюсь, что там окажется очень мало всяких Саакашвили, «Моссад», Барак Обама, вряд ли он их назовет. Будет он называть, я думаю, даже не прежние ингушские власти, там с этим всё известно. Там родственник бывшего президента Русланбек Зязиков так и объяснял, что они платили боевикам по 30 млн. рублей в месяц, чтобы остаться живыми. Это уже известно. Я думаю, там будут более интересные открытия, связанные, например, с финансированием Олимпийских игр в Сочи. Вполне возможно. Следите за событиями.

Кроме того, есть еще такая неприятность, что Магас, по моему глубокому убеждению, командовал Бесланом. Объясняю, почему у меня такое убеждение. Магас был в Беслане. Это власти говорили с самого начала, что, дескать, там есть Магомед Евлоев, он же Магас. Магас командовал, как минимум, одной из групп, которая зашла в Беслан. Напомню, что этих групп было две, они, видимо, приехали на двух ГАЗах. Одной командовал Полковник, он же Хучбаров, другой командовал Али Тазиев, он же Магас. И в этот момент Магас уже был командующим ингушским сектором кавказского фронта, назначенным Шамилем Басаевым. Догадайтесь с трех раз: если командующий ингушским сектором был в Беслане, кто Бесланом командовал — он или полковник. Более того, по моему мнению, все следствие по Беслану имело скрыть тот факт, что боевиков было гораздо больше, что их часть ушла и что ушел сам руководитель теракта, по приказу Басаева сберегая себя для новых битв.

Кстати, это не единственная история такого рода. Почти похожая история в «Норд-Осте», потому что нам говорят, что руководителем «Норд-Оста» был человек по имени Мовсар Бараев, племянник Арби Бараева. Возникает вопрос, как же это чеченец с гор сумел так хорошо всё организовать. Ответ заключается в том, что был еще один чеченец, которого звали Руслан Эльмурзаев, он был начальник службы безопасности «Прима-банка». Он организовывал всё, начиная от транспорта – боевики очень удобно катались на банковом инкассаторском броневичке – и кончая финансированием, кредиты были взяты прямо в «Прима-банке». Кстати, и террористы там же работали охранниками.

И то, что произошло после конца теракта, не влазит ни в какие рамки. Потому что еще можно себе представить, что спецслужбы не заметили, что под боком у них в Москве, не в Чечне, в Московской области, в Тверской области… Потому что те следы пыльцы, которые были на взрывчатке, это не были следы кавказской пыльцы, согласно биологическим экспертизам, это были следы пыльцы растений, которые в Московской или в Тверской области, что-то в этом роде. Так вот еще можно понять, как можно было проморгать такого размера теракт. Хотя это ставит очень большие вопросы к компетенции спецслужб.

Но дальше еще более потрясающая вещь, потому что этот «Прима-банк» существовал еще чуть ли не полтора года. Была назначена ЦБ временная администрация, потому что, естественно, весь «Прима-банк» тут же чеченцы растащили. Так вот главу этой временной администрации через полтора года номинальный хозяин банка, которого звали Баркинхоев, бил в лицо в его собственном кабинете, притом что в деле «Норд-Оста» имеется расписочка г-на Баркинхоева, которая звучит так: «Бригадному генералу Мовлади Удугову. На финансирование таких-то ребят выделено столько-то».

Пока ловили достаточно успешно террористов в Ингушетии, образовались у нас новые боевики, причем в Приморье. Более того, пример Приморья оказался заразным: не успели там ликвидировать группу, мочившую ментов по идейным соображениям, как на трассе Пермь – Екатеринбург, возле городка Суксун пятеро в масках ночью обстреляли пост ДПС: кого ранили, кого убили, забрали оружие, взорвали автомобиль. И то же самое в Новгороде.

По поводу всех этих событий, а именно распространения ингушского варианта в Новгород и Приморье, у меня самый простой вопрос такой: а как часто у нас вообще убивают ментов? Ответ – часто. Вот 11 июня в Волгограде убит экс-глава ГУФСИН 62-летний генерал-майор Николай Папичев. Есть желающие поспорить, что его убил уличный хулиган контрольным выстрелом в голову?

24 февраля 2009 года в собственном «Крузере» найден застреленным экс-генерал ФСБ Александр Рогачев. Причем менты сначала заявили, что Рогачев умер сам, но потом им пришлось пересмотреть свое мнение, потому что в морге у него из головы извлекли пулю калибром 9 миллиметров.

Очень показательные обстоятельства, совершенно как в Ингушетии времен Зязикова, когда омоновца посреди Назрани расстреливают из автомата. И власти заявляют: «А это самоубийство». Т.е. стая, находящаяся у власти, она защищает членов, только когда они живы. Если кого-то они убили или ограбили, то отстаивается их право поступать так дальше. Если же они мертвы и пуля калибра 9 миллиметров в голове, то стае недосуг расследовать смерть товарищей: это отнимает время, которое можно с большей продуктивностью потратить.

Или вот замечательная новость. 2005 год, в Москве взорвали аж полкило тротила у двери следователя Олега Пипченкова. В газетах тут же написали, что доблестный следователь расследовал дело Япончика. А теперь внимание: Пипченков – это тот самый следак, ученик и подчиненный которого г-н Гривцов задержан за вымогательство рекордной даже для России взятки в 15 млн. долларов у предпринимателя Палихата.

Причем в ходе прослушек разговоров выяснилось, что, во-первых, уже один раз Палихату трясли, а во-вторых, товарищи следователи не собираются оставлять Палихату после 15 миллионов. Т.е. они между собой так договариваются, что мы сейчас с него стрясем 15, потом еще, а потом посадим. В связи с чем Палихата пошел, как я понимаю, чуть не в администрацию президента, и на некоторое время этого следователя задержали, а потом отпустили. Поднимите руки, кто считает, что Пипченкова пытались взорвать в 2005-м за беспримерную службу родине.

Из того, что я сказала, три важных вывода. Первое – ментов в России убивают. Не так часто, как менты убивают невинных людей, но довольно часто. Второе – когда их убивают, государство на них плюет. Третье – их редко убивают хорошие люди. Я как-то не думаю, что тот парень, который всадил пулю в голову экс-генерала ФСБ Рогачева, был Зорро или Робин Гуд. Я думаю, что жертва и киллер друг друга стоили.

С этой преамбулой события в Приморье становятся несколько яснее. Что самое важное? Первое – почти безоговорочное одобрение действий «партизан» (в кавычках) народом. Почему? Да потому что беспредел. Я напомню, что первый милиционер, который в массовом порядке расстреливал в России людей, был не майор Евсюков. Это был некий капитан ГАИ Семидоцкий из Приморья, который 25 августа 2002 года зашел в бар в поселке Ярославский. Он сначала там поругался, потом пошел домой, принес карабин и вернулся. Пять трупов, десять раненых – итого 15 человек.

Режим относится к Приморью как к колонии. Вспомним разгон митинга в защиту иномарок, причем с объявлением митингующих вражескими агентами. В Приморье старенькая иномарка есть у каждого, это член семьи. Вдруг начинается кризис, выясняется, что у Путина есть друг Чемезов, у Чемезова есть «АвтоВАЗ». И с тех пор, как у Чемезова появился «АвтоВАЗ», «АвтоВАЗ» делает убыток в тысячу долларов на каждой машине. Чтобы помочь другу премьера, топчут целый район, и, прямо не выходя из новенького «Мерседеса», Путин объявляет, что каждый, кто в годину кризиса покупает иномарки, изменник родины.

Трудно наплевать больше людям в душу. Но наплевали еще и не так. Потому что там был еще запрет на вывоз металлолома иначе, чем через Находку. А к Находке, насколько я понимаю, теперь имеет отношение другой друг Путина – г-н Ротенберг. Есть немыслимые таможенные правила о том, что если ты хочешь вывозить рыбу на экспорт, ты должен ее сначала привезти в России, там вывалить на пирс и растамаживать, пока она не стухнет. Был введен запрет на вывоз леса-кругляка, убил лесную промышленность.

Понятно, что правила никто не соблюдает: и металлолом ввозят, и рыбу на пирс не вываливают. Но, понимаете, это всё происходит на границе с Китаем. И в Приморье видят, как государство относится к бизнесу в Китае, и как Путин относится к россиянам. А народ в Приморье резкий: кто не стал бандитом, тот стал ментом, причем ведут они себя одинаково.

Второе, что бросается в глаза, – полная неадекватность ментов. Их стреляли еще с февраля. Если бы бандиты сами не заявили, что действуют из идеологических соображений, то этого и не заметили бы. Во всяком случае, февральское убийство в лучшем стиле списали на каких-то залетных. Зато когда бандиты заявили, что они – цитирую – «защищают российский народ от предателей», то все ночные кошмары начальства мигом материализовались в виде БТРов и всего, что полагается при борьбе с террористами где-нибудь в Ингушетии.

Кстати, последовали совершенно замечательные заявления, что, мол, члены банды действовали исключительно из уголовных соображений. Господа, из уголовных соображений они могли мочить ментов еще десять лет, и те бы, судя по всему, не почесались. Наконец, третье – Зорро не бывает. Идеалы людей, убивающих ментов из идейных соображений, редко отличаются гуманизмом. На Кавказе по идейным соображениям ментов убивают исламисты, в Приморье, как выяснилось, нацисты, «борцы сопротивления».

Один из задержанных – Роман Савченко, скинхед. Скажите, кто-нибудь сомневается в словах его отца Владимира Савченко, что пять лет назад он уже потерял одного сына, забитого насмерть в милицейской камере, что за несколько дней до ухода в лес его сына избили в милиции, что наркобизнес и контрабанду леса в районе крышуют менты, и что он, Савченко старший, тоже готов взять в руки оружие.

+7-985-970-4545. И последняя замечательная новость этой недели – Arctic Sea. Не успел Европейский суд по правам человека умыть нам нос по поводу красного партизана Кононова, как империя нанесла ответный удар. Выяснилось, что заказчиком похищения Arctic Sea был Эрик Кросс, бывший шеф безопасности Эстонии, советник грузинского правительства во время войны 2008 года и автор монографии по «Лесным братьям».

Я долго думала, что мне напоминает это замечательное заявление, которое Миша Войтенко уже, кажется, успел назвать не то бредом сивой кобылы, не то чем-то в этом роде. Я вспомнила. 11 декабря прошлого года в Бангкоке приземлился, если вы помните, Ил-76, который вез от Виктора Бута, известного торговца оружия, уже в Таиланде сидящего, что-то туда же, куда и Arctic Sea плыл.

И вот когда поймали этот самолет, РИА «Новости» первым, не дожидаясь никого, сообщило, что самолет принадлежит не кому-нибудь, а грузинской компании Air West Georgia. Кошмар, Саакашвили вытесняет нас с рынка поставок оружия исламистам Ближнего Востока. Также выяснилось, что грузинская компания Air West Georgia имеет представительство в правительственном российском аэропорту «Внуково». Что характерно, никакой ОБЭП Air West Georgia во «Внуково» не нагрянул.

Я не берусь утверждать, что за героическим заплывом Arctic Sea с ракетным кругляком (или что у них там было на борту) и собственно гражданином Бутом, который, кстати, сидит в Таиланде потому, что пытался поменять российские ПЗРК на колумбийский кокаин, стоит один и тот же бенефициар. Но исключить этого я, кстати, тоже не могу, потому что обе эти истории – и с грузинской авиакомпанией, и с грузинским советником несут на себе настолько неповторимый отпечаток, что остается предположить: или они там все такие, кто у нас торгует оружием в интересах родины, или все-таки это какой-то уникальный случай. Потому что вообще-то это называется засветка: нам сообщили, что возле Эрика Кросса, бывшего главы безопасности Эстонии и нынешнего советника грузинского правительства, сидел российский шпион, вот этот самый Дмитрий Савин, который сказал, и что со шпионами это ведомство, торгующее ракетным кругляком, обходится так же, как оно обходится, скажем, с Мовлади Байсаровым и Сулимом Ямадаевым. Т.е. оно вызывает агента, который у них сидит на кукане, и выбрасывает его куда-то.

Короче говоря, они мочат в сортире, не знаю, как насчет террористов, но собственных агентов точно. Напомню, что нам известно об Arctic Sea, в связи с этим замечательным изречением. Сухогруз под названием Arctic Sea имел обыкновение возить грузы в Беджайе, это алжирский порт. Причем каждый раз, когда он проходил Ла-Манш, у него пропадал АИС, сигнал транспондера. Эта удивительная особенность развалюхи, видимо, заинтересовала какую-то державу, которой не нравятся поставки оружия исламистам. И 24 июля Arctic Sea был перехвачен у шведского острова Олунд людьми, которые продемонстрировали фантастическую физическую подготовку.

Напомню, как они забрались на борт корабля. Встречным курсом шли две лодки, соединенные канатом. Носом корабль подхватил канат, лодки припечатали к борту, захватчики взлетели наверх. При этом боцман успел послать смс-ку, как говорилось далее в печати, на родину. Родина отреагировала, по разным сведениям, двояко. Согласно одной интерпретации, родина перезвонила, боцман сказал, что это шутка, и родина успокоилась.

Другой раз источник из спецслужб поведал «Московскому комсомольцу», что сразу после этой смс-ки родина подняла свой военно-морской флот. Очевидно, что ни та, ни другая реакция не являются нормальными. 24 июля, напоминаю, судно… которое кишит кораблями, как ньюфаундлендская банка сельдью. Если бы люди, которые поняли, что судно захватили, набрали шведский 02, то судно было бы тут же перехвачено. Между тем, видимо, у владельцев судна наступила паника. Захваченное судно продолжало идти под собственным АИС Датским проливом и Ла-Маншем.

Еще раз повторяю, в течение нескольких следующих дней европейцы могли перехватить его в любое время. И вот 29 июля происходит утечка – российская сторона или кто-то еще утекает, что судно, дескать, захвачено пиратами. И на следующий день, точнее на следующую ночь, 30 июля, в 1:29 по Гринвичу, т.е. после утечки, судно вырубило АИС и исчезло.

После этого, 31 июля «Комсомольская правда» публикует душераздирающую статью в рамках продолжающейся утечки: «Русских моряков били прикладами посреди Европы». В этой статье Виктор Матвеев, директор компании судна, рассказывает о том, что судно было захвачено, о том, что нападавшие зверски истязали капитана, что они очень хорошо разбирались в морском деле и радиоэлектроники, что у капитана потребовали указать, где черный ящик, нашли, выбили из строя все средства подачи сигналов, из черного ящика вырвали жесткий диск с информацией.

И вот это, обращаю ваше внимание, совершенно фантастический момент, уже второй. 31-го выходит статья. Значит, сдавалась она 30-го. 30-го судно уже вырубило АИС. А владельцы судна нам рассказывают, что пираты покинули судно через 12 часов. Что это такое? Ответ – это попытка хозяев груза спугнуть захватчиков, не давая в то же время полиции повод зайти на судно. Попытка эта, судя по всему, не возымела никакого действия.

Следующее, что мы знаем о судне, что 2 августа «Ладный» проходит Босфор. Судя по времени, российские ВМФ действительно направлены специально на поиски Arctic Sea, но не сразу после похищения, а сразу после исчезновения сигнала. 4 августа Arctic Sea не приходит в Беджайю. Даже тогда владелец не поднимает шума. Он поднимается только после 11 августа, после того, как в «Морском бюллетене» Михаила Войтенко публикуется отчаянное письмо жен пропавших моряков.

Дальше творятся чудеса. Россия говорит, что мы послали на выручку судна военно-морской флот. В то же время судно не включено в так называемое извещение мореплавателям о событиях, которые происходят в мире. Т.е. это всё равно как у человека угнали машину, и ему говорят: «Ты не бойся, парень, мы пошлем на выручку этой машины группу «Альфа», но при этом ее не включают в ориентировки ГАИ. Перерыв на новости.

НОВОСТИ

Ю. ЛАТЫНИНА: Добрый день. Юлия Латынина, +7-985-970-4545. И продолжаю перечислять странности, случившееся с Arctic Sea. Даже несмотря на то, что судно не было включено в извещение мореплавателям, было очевидно, что кто-нибудь его да обнаружит. И действительно, его обнаружили, потому что 15 августа береговая охрана островов Кабо-Верде сообщила: «Да вот же он, ваш Arctic Sea, около наших территориальных вод».

Дальше происходит удивительное. Российский посол в Кабо-Верде это заявление опровергает. Российские военные корабли тем временем плывут ровно в Кабо-Верде. Но при этом того же самого 15 августа АИС Arctic Sea вдруг включается в Бискайском заливе. И когда «Морской бюллетень» Михаила Войтенко обращает на это внимание, то Министерство обороны Франции говорит: «Да нет там никакого Arctic Sea, там есть только три российских военных корабля».

Но и это еще не всё. Потому что самое интересное начинается после того, как Arctic Sea доблестно освобожден и всему миру продемонстрированы вот эти восемь расписных болванов, которых сводят с корабля. Во-первых, зачем-то за грузом Arctic Sea или еще за чем-то прилетают грузовые «Русланы». Кругляк, что ли, разгружать с этого несчастного судна?

Во-вторых, тех самых моряков, которых наше государство вдруг навострилось спасать всем военно-морским флотом, изолируют от мира и делят на две части. Одну часть привозят в Москву и сажают в Лефортово. Причем сначала говорят: «Мы думаем, что они пособники». А потом говорят: «Да нет, они не в Лефортово, они совершенно свободные люди, они отдыхают в санатории и сами не хотят звонить своим родным». Это моряки-то после такого рейса.

Другую часть просто продолжают держать на судне, как будто нет сменной команды. Вести судно им помогают матросы с того же «Ладного». Причем матросов тоже изолируют от мира, потому что они на этот раз тоже не могут позвонить своим родителям.

И теперь выясняется, что всё вот это российский военно-морской флот проделал, для того чтобы сохранить тайну г-на Эрика Кросса, который, оказывается, является заказчиком этого похищения, в надежде на выкуп, по сомалийскому варианту. Только минуточку, по сомалийскому варианту не предусматривается исчезновение судна. В Сомали суда никуда не исчезают. Их захватывают пираты и сразу говорят: «Мы захватили судно – пожалуйста, выкуп».

А тут выкупа не требовали, во всяком случае там что-то невнятное с выкупом происходило. По последней версии, как только Эрик Кросс узнал о том, что владелец знает, что нужен выкуп, он испугался и отменил операцию. Но это что-то совершенно невообразимое. Так вот суда в Сомали никуда не исчезают, взять их с помощью военно-морской операции именно потому и нельзя, что там есть заложники, которые находятся в руках пиратов. И пираты, в отличие от этих расписных восьми дебилов, не сдаются, не сделав предварительно что-нибудь с экипажем.

+7-985-970-4545. Продолжается жуткая история в Киргизии, киргизский бунт, бессмысленный и беспощадный. На самом деле Киргизия в ее нынешнем состоянии, так же как и Грузия в состоянии, допустим, 1993-94 гг., очень хорошо показывает, что страна, в которой плохое правительство, по определению является нестабильной.

Очень трудно ведь сказать, почему собственно произошла революция в Киргизии и что это вообще была за революция. Есть такое обоснованное подозрение, что Курманбек Бакиев, который был, с одной стороны, слабым правителем, а с другой стороны, почему-то считал, что сильное правительство – это то, которое кидает всех, он взял деньги у России за то, чтобы кинуть американцев. Потом кинул Россию и взял деньги с американцев за продолжение аренды базы в Манасе.

Есть такое обоснованное подозрение, что г-на Бакиева решили проучить. У меня сильное подозрение, что это была хорошо задуманная спецоперация, а в спецоперациях против таких товарищей, как г-н Бакиев, нет никакого греха. Потому что заплатили бандитам в Киргизии, и вообще в таких случаях жизнь контролируют бандиты. Они свезли откуда-то с гор людей, которым тут же на улицах Бишкека раздавали оружие.

Собственно, почему эти люди потом грабили? Почему эти революционеры немедленно занялись грабежом? Потому что они считали, что это и есть содержание революции. И грабили они вовсе не русских, грабили они самых богатых Самыми богатыми, как правило, были русские. Вот свезли всю эту толпу, чтобы Курманбек Бакиев почувствовал, что Россию кидать нехорошо. Но власть Бакиева была настолько неустойчивой, что эта штука опрокинулась и разбилась. Но после этого она никак не соберется обратно, потому что каждый бандит в Киргизии понял, что он может делать всё что хочет.

Как обстоит дело с иском адвоката Трунова ко мне. Сейчас не буду комментировать, потому что я Трунова всё вызываю, вызываю на «Клинч», чтобы вместе с ним обсудить этот иск и всё остальное. Но ничего мне не отвечают.

Еще одна история, о которой я не хотела говорить сегодня, а хотела собирать ее как материал для большого сюжета, который я хочу делать, – о развитии российской науки и техники. Это история предпринимателя и изобретателя Юрия Финка, которого на этой неделе взяли под стражу. Сделал это тот же судья, который взял под стражу Сергея Магнитского, тот же судья, который только что дал два с половиной года Сергею Махнаткину, который 31 августа проходил случайно по Триумфальной площади. И сделано это было ровно после разъяснения Верховного суда и заявления президента Медведева о том, что предпринимателей по предпринимательским делам сажать не надо.

Безобразная история. История Юрия Финка началась для меня с того, что позвонил мне мой приятель и ведущей нашей радиостанции Матвей Ганапольский и сказал: «Ты знаешь, у меня тут есть приятель, музыкант Финк, его посадили и отбирают у него бизнес. Он придумал какую-то совершенно замечательную штуку для железной дороги». На что я сказала: «Матвей, я верю, что твоего Финка посадили ни за что. Но я не верю, что для железной дороги можно придумать что-то, кроме способа распила денег. Поэтому я не буду заниматься этим случаем».

Я должна сказать, что я была совершенно не права. Я объясняю дальнейшее. Дальше на короткое время после этого медведевского указа Финка выпустили. Мы с ним встретились, и оказалось, что никакой он не музыкант. Т.е. он действительно музыкант и барабанщик, но для начала Финк – это очень талантливый изобретатель, который окончил в свое время математическую школу для одаренных детей.

Потом, поскольку фамилия у него была не та и годы были не те, поступил не на физтех, а в МАДИ. Закончил МАДИ. Поскольку с работой было плохо, он действительно играл во многих известных ансамблях. Но как только началась перестройка, он вернулся к тому, что он больше всего любил. А больше всего он любил мастерить какие-то штучки, особенно специализировался в области связи.

Первое, что делал Финк, была отверточная сборка – спутники «Инмарсат», т.е. спутник, естественно, был иностранный, а терминалы связи, которые через этот спутник использовало наше командование в Чечне, как раз были финковские. Дальше он занялся в основном сетями. Он делал совершенно невероятные ситуационные центры и для МЧС, и для ФСБ. У него была аппаратура, которая работала с космонавтами, передавала все эти данные в Хьюстон.

Кстати, именно для наших военных в Чечне он разработал очень интересный стандарт связи на базе DECT, который был связан с тем, что движется колонна, и внутри колонны – так устроен этот стандарт связи, передающий данные пакетами – люди слышат друг друга, а всё, что находится вне колонны и движется относительно нее со скоростью больше, чем 10 километров в час, не может слышать эту колонну. Т.е. это такой способ защиты от перехвата боевиками.

Я понимаю, что скремблер работает удачнее, но, тем не менее, это была хорошая идея, и она легла в основу того, что потом сделал Финк для железной дороги. Он разработал сеть, которая достаточно недорого позволяла отслеживать местоположение каждого вагона в любой момент времени, в том числе следить за тем, что в этом вагоне.

Первое, что я спросила Финка: «Собственно, почему такого не сделано на Западе и сделано ли?» На что он ответил мне вполне разумно, что на Западе составы практически не меняются, потому что расстояния достаточно короткие, они соединены оптоволокном. А в России, где составы постоянно составляются из новых вагонов, оптоволокно невозможно, но его стандарт связи позволяет решить эту проблему.

Теперь я сразу скажу, что, возможно, это всё баловство и ненужно российской железной дороге знать местоположение любого своего вагона в любой момент времени, потому что, слава богу, с николаевских времен ходили железные дороги и ходят. Я бы даже сказала, что это не самая главная вещь в железной дороге. Но факт заключается в том, что программа была пробита, аванс на нее был получен, аванс пришел в «Фондсервисбанк», банк, который обслуживал г-на Финка.

И тут, по словам г-на Финка, руководитель «Фондсервисбанка» г-н Воловник его вызвал и говорит: «Ты знаешь, нам нужно столько-то, – называется огромная сумма, – откатить Якунину (глава РЖД)». На что Финк отвечает, что «я, во-первых, сомневаюсь, что это правда, во-вторых, мы бы как-нибудь по-другому договаривались бы». – «Тогда нам нужно половину твоего бизнеса». Я всё это передаю со слов Финка. Финк и с половиной бизнеса посылает. «Тогда нам нужно 25 млн., потому что нам нужно заплатить человеку по фамилии Чернышев, который является помощником г-на Якунина».

Финк идет к Чернышеву (это опять же с его слов) и слышит там, что, дескать, твоя программа – это всё фигня, а главное – это попилить бабки, поэтому молчи. Короче говоря, в какой-то момент всей этой истории Финк оказывается в тюрьме, ему предъявляют обвинение в том, что он, оказывается, давным-давно переписал 50% своей компании в «Фондсервисбанк», но до сих пор не отдает. Причем, по словам Финка, следователь ничего не спрашивает, а спрашивает только: «Где твои патенты? Отдай их тем людям, которые их у тебя хотят».

Кстати, совершенно трогательная деталь во всей этой истории. Как я уже сказала, Финк делал сети и для МЧС, и для ФСБ, и средства связи с самолетами, всеми этими спецбортами. В связи с этим у него в офисе были сверхсекретные коды доступа ко всему что можно, кроме президентского самолета. И вот когда ему в офис вломились менты, то эти коды доступа попали бы в руки ментов, если бы, естественно, Финк первым делом это не уничтожил. Это, на мой взгляд, абсолютно замечательная деталь. Всё бывает в ходе рейдерских захватов, но вот этот феерический абсурд, когда, действительно, сверхсекретные государственные данные могут попасть в руки бог знает кого, потому что люди делят бизнес, это чисто российский момент.

Что меня заинтересовало во всей этой истории? Очень часто у нас говорят, что органы делят бизнес. Посмотрите, как интересно получилось у Финка. Он работал с Минобороны, он работал с МВД, он работал с МЧС, он работал с ФСБ, он работал со всеми этими страшными ведомствами. И ни одному этому страшному ведомству не пришло в голову, что ему принадлежит 50% бизнеса Финка. К защите репутации наших страшных ведомств. Но как только появилась железная дорога и какие-то коммерческие ребята, вот этот самый «Фондсервисбанк», так оказалось, что 50% бизнеса Финка принадлежит «Фондсервисбанку».

И еще г-н Финк упоминает в качестве одного из главных действующих лиц начальника следственного комитета МВД г-на Аничина. Это я к чему? Россия вовсе не такое сплошное минное поле, на котором ты наступаешь и мгновенно подрываешься. Нет, ты можешь работать с самыми страшными ведомствами, но наконец ты натыкаешься на каких-то людей, которые решили, что надо по-другому.

И самое парадоксальное в этой ситуации, что все вот эти его страшные друзья в погонах Финка не защитили. На сторону Финка встало множество людей, с которыми он был знаком по старой музыкальной карьере. Я уж точно не помню, кто это был, Кобзон, Лещенко, по-моему, они, естественно, не поколебались подписать письма в его защиту. А вот эти люди, которые знали, что Финк делает, и которые знали, что у них в ведомствах стоят гигантские экраны, на которые стекается информация, которую делает Финк, сети, которые сделал Финк, все эти люди куда-то делись. На мой взгляд, это поразительно интересно.

Это механика того, как у нас происходят рейдерские захваты. Потому что если у тебя есть твоя собственность, ты, защищая ее, не можешь поделиться половиной ее с человеком в погонах, ты скажешь: «Но это же мое». А если у вас вообще ничего нет и вы чье-то чужое забираете, то вы запросто можете сказать: «А половина тебе, человеку в погонах». Это к вопросу о том, что у нас происходит с модернизацией.

Я не скажу, что изобретения Финка являются прямо General Electric и что он второй российский Эдисон. Нет. Я не буду вдаваться в техническую оценку этих изобретений. Очень возможно, что они не очень нужны. Но суть заключается в том, что любой человек, который действительно что-то изобрел в России, оказывается не человеком, который имеет преимущество, а человеком, который имеет недостаток, потому что у него можно что-то отнять.

Кстати, меня тут еще спрашивают по поводу замечательного закона, который приняла в первом чтении Госдума, о том, что ФСБ может вынести любому журналисту, любому СМИ предупреждение за то, что он распространяет неправильную, с точки зрения ФСБ, информацию. Обратите внимание, я в начале эфира говорила о поимке Магаса. Я сказала, что это фантастический успех. Более того, я поблагодарила не только власти за эту поимку. Я конкретно сказала, что спасибо г-ну Гурбе, новому начальнику ФСБ Ингушетии. Это, бесспорно, в том числе и его заслуга, по-другому стали работать его чекисты.

Но при этом я рассказывала, что Магас был в Беслане. Видимо, я подлежу ответственности, согласно этому закону. Этот закон даже нельзя назвать чудовищным. Это закон, который позволяет любому человеку, считающему, что он представляет государство, делать то, что он считает нужным. А что у нас считают нужным делать ФСБшники, это по-разному. Например, иногда они стреляют в водителей такси, когда те просят у них денег за проезд.

Возвращаясь к другой морской истории, не с Arctic Sea, а с мирным конвоем, который остановили проклятые израильтяне. Не буду я сегодня про израильтян, а буду я сегодня про такую штуку, которая называется ответственность и которая называется общечеловеческие ценности. Очень коротко постараюсь, у меня осталось мало времени.

Я стала задумываться над тем, что я не понимаю, что такое общечеловеческие ценности. Я понимаю, что такое европейские ценности. Европейские ценности – это, например, когда Кортес завоевал ацтеков, и всё у него было замечательно, и сидел он в столице и был главный. Но тут он увидел, что ацтеки продолжают приносить человеческие жертвоприношения. И даже они хвастались: «У нас такое замечательное государство, такое сильное государство, что оно приносит по 20 тысяч человеческих жертв в год». Они мощь государства измеряли человеческими жертвами. И Кортес, который не был, мягко говоря, гуманистом, у него сердце не выдержало, и он этих идолов, если вы помните, поскидывал. После чего началось восстание, в результате которого он чуть всё не потерял.

Или, например, англичане, 1857 год, восстание сипаев. Произошло оно, потому что англичане, которые, как проклятые колонизаторы, вмешивались в замечательные суверенные обычаи народов, покоренных ими, отменили самосожжение вдов – сати, в связи с чем сипаи восстали. Жалко, что при Кортесе и при англичанах не было правозащитников, потому что, конечно, они бы объяснили, что это безобразие – посягать на уникальные обычаи местных народов.

И вот до 20 века европейские ценности – это было очень просто. Это были христианские ценности, это было то, что было нужно Европе в данное время. Вот хочет Командор Перри, хоть он и американец, сделать Японию открытой, вот это правильно. А что японцы хотят оставаться закрытыми, это неправильно.

В 20 веке произошел перелом, после того, как возник Советский Союз. Европейские ценности куда-то исчезли, образовались общечеловеческие ценности. Общечеловеческие ценности заключались в том, что разные прогрессивные деятели страшно протестовали против проклятого Запада, который тянет свои костлявые руки к хрупкому горлу новорожденной советской страны. А когда им говорили, что, знаете, там в этот момент миллионы умирают от голода, миллионы умирают в ГУЛАГе, то прогрессивные деятели отвечали: «Во-первых, это вранье. Во-вторых, это нужно для будущего торжества человечества».

Собственно, такая же история произошла и в Китае. Парадоксально, но если вы посмотрите, что писала западная пресса (да что там западная пресса – американские дипломаты) о гражданской войне в Китае, то все они порицали коррумпированный Гоминьдан и писали о том, какой замечательный Мао, как он борется за будущие права трудящихся.

Режим Мао отличался тем, что он занялся чистками и терроризмом с 31 года, т.е. до сталинского режима, если считать партийные чистки, начавшиеся в 37 году, что с самого начала в областях, занятых Мао, практиковался насильственный забор людей в армию, с расстрелом комиссаров, которые не выполнили план по забору, насильственное забирание в заложники всех, кто богат, и не обязательно, кто богат, потому что после того, как всех богатых забрали в заложники, приходилось брать и бедных, тотальные грабежи в тех местах, где прошла Красная армия, тотальные чистки, включая расстрел тех комиссаров и коммунистов, которые Мао не понравились. И всё это каким-то образом не замечалось. А коррупция Гоминьдана замечалась.

Та же самая история произошла с Северным и Южным Вьетнамом. Кто в кого вторгся? Ответ – Северный Вьетнам вторгся в Южный. Американцы стали помогать союзнику. Может, союзник был не очень хороший. Может, он был коррумпированный. Но вьетконговцы, вторгшись в Южный Вьетнам, использовали практику, уже принятую в Китае, уже принятую партизанами Кононовыми в России, практику сплошного террора, с которой не могли соревноваться американцы. Потому что когда какой-нибудь выживший из ума американский майор сжигал деревню Сонгми, это становилось известно всем. А то, что такие деревни регулярно сжигаются вьетконговцами, это никого не интересовало.

И теперь новая мода. После того, как защитники всего самого замечательного и прогрессивного сначала защищали Сталина с его чистками, потом они защищали Мао с его большим скачком, потом они защищали вьетконговцев, теперь они защищают палестинцев. Удивительно, что при этом данные здравого смысла не играют никакой роли.

Возникает вопрос – почему же люди все-таки не подумают, что государство Израиль – это демократическое государство, в котором те же самые арабы живут и пользуются всеми правами граждан, а в секторе Газа еврей просуществует ровно пять минут, прежде чем его захватят в заложники или оторвут голову. Собственно, не только еврей, но и западный журналист. И что люди, которые говорят: «Мы боремся за собственную свободу», они борются за собственную свободу точно так же, как Сталин боролся за мир во всем мире. Потому что под собственной свободой они разумеют уничтожение государства Израиль со всеми израильтянами и даже этого не скрывают.

И ответ заключается в двух вещах. Одна вещь – это безответственность. Но вторая вещь, она гораздо хуже. Есть такая штука, которая называется Великая Французская революция. Первая история в мире, когда ради блага человечества было срублено большое количество голов. И парадокс заключается в том, что в течение всего 19 века не было никаких людей, которые сильно оправдывали зверства Великой Французской революции. А в 20 веке люди, оправдывающие зверства и называющие их борьбой за свободу, появились на Западе.

Когда я пытаюсь понять, в чем разница, я не могу не отметить, что разница заключается в том, что в 19 веке не было никаких источников финансирования, которые поощряли бы оправдание зверств Великой Французской революции. А в 20 веке, как ни странно, источники финансирования, поощряющие хвалу СССР, вьетконговцев и палестинцев, появились. Всего лучшего. До встречи через неделю.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире