'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 13 февраля 2010, 19:07

Ю. ЛАТЫНИНА: Добрый вечер. Юлия Латынина в программе «Код доступа».



Телефон для смс (985) 970-4545. Начинаю я не с украинских выборов, а с новости, которой не было. У нас самые важные новости, которых нет. А это новость о том, что Россию выперли из «восьмерки». «Семерка» собралась в Канаде, Россию не пригласили. Кстати, один из немногих сайтов, где я это прочла, был сайт газеты «Жэньминь Жибао» по-русски. Китайцы, которые занимают сейчас первое в мире место по экспорту, второе – по объему научных исследований, они обратили внимание на это событие. А наша отечественная пресса в основном предпочла его проигнорировать.


Это важно почему? У нас очень часто рассказывают, что Путин спас страну от пропасти, в которую она катилась. Так вот надо сказать, что тот факт, что Россию выперли из «семерки», это исключительно заслуга Путина. Потому что при Ельцине Россию в «семерку» принимали не авансом. Россию впервые пустили где-то там постоять на пороге в 94-м году, в 98 году пригласили чего-то там поучаствовать. И только в 2002-м (т.е. по итогам, уже постфактум – долгая международная инерция) Россия стала нормальным, более-менее нормальным государством, у которого есть свои проблемы, но есть и очевидные достоинства, ее пригласили полностью.


Почему выперли? Две вещи. Одна объективная, другая субъективная. Объективная вещь заключается в том, что невозможно держать в «восьмерке» страну, которая находится по индексу экономических свобод где-нибудь на 129-м почетном месте из 137 возможных. А субъективная заключается в том, что в «восьмерке», в «семерке» не держат хулиганов. Это такая закрытая вечеринка, на которую приглашают людей по интересам и на которой занятые люди обсуждают серьезные проблемы. Вот обсуждать, кто страшнее – Ахмадинежад или Обама, они не хотят.


Если вы помните, сейчас телеканал Russia Today развесил по всему миру рекламные слоганы, на них написано: «Кто опаснее для мира: Обама или Ахмадинежад?» Очень возможно, что телеканал Russia Today задается этим вопросом. Очень возможно, что г-жа Маргарита Симоньян, ее прелестная головка, она спит ночью и думает: «Ну кто же опаснее для мира – Обама или Ахмадинежад?» Но вот лидеры «семерки» не хотят обсуждать этот вопрос.


И когда на сцену выходит человек, у которого дома «Речник», у которого дома Евсюков, и говорит: «Ребята, я вам сейчас расскажу, как вам реорганизовать мировую финансовую систему», – лидеры «семерки» говорят: «Парень, знаешь, в другом месте, это обсуждай с Ахмадинежадом и Уго Чавесом». Вот такая печальная новость, которой нет.


И еще одна перед главной новостью, перед Украиной. Очень смешная история, очень важная лично для меня. Началась она для меня в пятницу с того, что мне позвонил Чичваркин из Лондона и говорит: «Юля, а ведь Евсюков из-за нас перестрелял людей». Примерно так он сказал. Собственно, это большая история, которую мы будем рассказывать в «Новой газете». Мы даже специально печатаем большой пост Чичваркина. Но мне в этот момент стало ужасно стыдно, что я сама до этого не доперла, потому что все факты были передо мной и я знала, что майор Евсюков, стрелявший людей в супермаркете, это тот самый человек, который объявлял в розыск г-на Власкина.


Очень коротко, чтобы не пересекаться с публикацией в «Новой газете». Напомню, что Власкин – это тот экспедитор «Евросети», который, по собственному признанию, брал у «Евросети» телефоны и продавал их на 30 тысяч долларов на рынке в «Митино». И когда «Евросеть» об этом сообразила, она этого Власкина забрала. Но вместо того, чтобы посадить, она его немножко побила и вытрясла из него компенсацию. Это была первая часть Мерлезонского балета.


А вторая часть Мерлезонского балета началась, когда у Чичваркина начались проблемы. Прокуратура вдруг вспомнила про этого Власкина. И вот она, вместо того чтобы написать, что Власкин забирал у «Евросети» телефоны, вдруг стала писать в обвинительном заключении, что «Евросеть» представляла из себя организованную преступную группу – даже сейчас процитирую, – «которая практикует искусственное создание доказательств обвинения для совершения заведомо ложного доноса в отношении сотрудников компании, заподозренных службой безопасности в хищении товароматериальных ценностей «Евросети». Т.е. фиг вам. Вы думаете, «Евросеть» торговала телефонами? Нет, она под фальшивыми предлогами деньги у сотрудников выбивала.


Я должна была понять, что случилось с майором Евсюковым. Потому что именно Евсюков объявлял тогда Власкина в розыск. Соответственно, чтобы всё это слепилось, надо было заставить не только Евсюкова, но и всё его начальство, к этому причастное, признаться, что они всё это делали незаконно. Понимаете, что меня смущало? Обычно мы привыкли видеть Евсюкова в роли человека, которого отмазывают. Его действительно отмазывают. Но парадокс заключается в том, что крыса крысу отмазывает, когда крыса убивает людей. А когда там есть какой-то заказ, то крыса крысу ест.


И я должна была понять, в чем дело, когда читала протоколы вторых допросов Власкина, этого экспедитора. Потому что они совершенно потрясающие. Я вас сейчас прочту только две цитаты. В одной из них написано, что он берет товар у «Евросети» и продает на рынке в «Митино» через молодого человека по имени Дмитрий. Цитата закончена. Приносит ему это около 30 тысяч долларов США в месяц на протяжении около полутора лет. Тоже цитата закончена. А потом написано в протоколе: «Я уехал в Тамбов, по местному телевидению показывали мои фотографии и сообщали, что я нахожусь в розыске».


У нас кто протоколы пишет? У нас протоколы пишет следователь. Очевидно, что ни один нормальный следователь, услышав такие показания, не напишет в протоколе, что человек почему-то уехал в Тамбов и почему-то вдруг по телевидению показали его фотографии, оказалось, что он в розыске. Следователь, он так и напишет. В розыске был? В розыске был. Значит, очевидно, что вся эта история – это подготовка к давлению на ментов, чтобы получить от них новые показания. А после этого, как я уже говорила, крыса крысу ест – у майора Евсюкова сорвало крышу.


История совершенно потрясающая, потому что она показывает эволюцию наших ментов. Вот эта первая история, которая случилась с Власкиным, когда вместо того, чтобы посадить, просто вытрясли из него компенсацию, а с ментами он потом как-то урегулировал отношения. Соответственно, менты исполняли то, что нужно «Евросети». А потом под воздействием этого общего мутагена – «Евросеть», деньги, такое отношение к своим обязанностям – вот из этих первоначальных Евсюковых выросли вот эти страшные мутанты, которых мы видим сейчас, которые сейчас являются оккупационной армией и, в частности, стреляют людей в супермаркетах.


Собственно, к главной истории, истории под названием Украина. Не буду я обсуждать одну тему. Это тема, которая очень понравилась российским властям. Они говорят: «Вот смотрите, какие страшные вещи происходят на Украине. Какой бардак. Там даже не знают, кто будет следующий президент. Кошмар». Вот эту тему, что страшно, что не понятно, кто будет следующим президентом и что такого нельзя допустить в России, я обсуждать не буду.


Потому что, за исключением этой темы, выборы на Украине стали классическим доказательством того обстоятельства, что бедный народ не способен выбирать нормальное правительство. Бедный народ выбирает Ахмадинежада, бедный народ выбирает Гитлера, Уго Чавеса, Януковича. Как можно выбрать человека, который называет избирателей дебилами? «Эти дебилы чего не расходятся?» – говорит Янукович, забыв, что у него не отключен микрофон. Как можно выбрать человека, который был и остался мелким уголовником, который не способен связать двух слов и с помощью которого народ несколько лет назад пытались лишить свободы? Это же всем известно. Тем не мене, народ за это голосует.


Это же не история Украина. Это же, прежде всего, история России. Потому что лучше всего про украинские выборы написан Антон Носик в своем блоге. Он сказал: «Это как если бы в 1996 году были нормальные выборы и победил Зюганов». А в 96 году наши демократы изнасиловали страну, и Зюганов не победил. Почему они, собственно, перестали иметь право называться демократами. А в 2000 году, если бы у нас были свободные выборы, ну да, у нас бы не было Путина, может быть, у нас бы победил Лужков. Замечательно. И сейчас бы у нас нефть «ЮКОСа», вместо того чтобы продаваться через не имеющего никакого отношения к Владимиру Владимировичу г-на Тимченко, продавалась бы через не имеющую никакого отношения к Юрию Михайловичу г-жу Батурину. И «Речник» был бы по всей Руси великой. И всё бы это было под крики «Боремся с олигархами».


Более того, я не говорю, что это правило – что в бедных странах демократия кончается тем, что выбирают дебила и очень часто начинается диктатура, – я не говорю, что это является законом. Общество является сложной системой, а у сложной системы не действуют законы. Законы действуют только при каких-то линейных преобразованиях. Сложная система – это когда у тебя одно и то же воздействие при разных условиях и в разные моменты времени порождает совершенно другую вещь на выходе.


Обидно даже не за Украину и даже не за Россию. Самое обидное – думать, насколько демократия конкурентоспособная вещь в мире вообще. Потому что сейчас мы имеем только одну страну, которая является одновременно свободной, с точки зрения политической, абсолютно свободной, и абсолютно свободной, с точки зрения экономической, в разумных пределах. Она называется Соединенные Штаты Америки. За это ее ненавидит подавляющее количество государств – единый фронт от исламских террористов до европейских бюрократов – звериной ненавистью.


А все остальные страны, если, например, взять ту же Европу, то такое печальное впечатление (я надеюсь, оно не оправдается), что в той же самой Европе расцвет демократии происходил только в очень узком промежутке времени, который начался после второй мировой войны и был связан с тем, что Европа настолько стремительно богатела, что ее избиратель мог ехать на этой волне богатения. И с тем, что за железным занавесом стоял Советский Союз, и каждый на самом деле понимал – не дай бог, что-нибудь случится, Советский Союз съест, и схарчит, и костей не оставит. И вот в этот исторически короткий промежуток времени в Европе действительно была демократия.


А сейчас демократия-то осталось, но вопрос, насколько она будет экономически конкурентоспособной. Потому что высокого роста она уже не дает. Она дает стабильность. Но это не рост. Я вижу, например, что на германских выборах в прошлом году… Что произошло в Германии сейчас? Сейчас там 40% избирателей – пенсионеры. А пенсионер, он чаще ходит на выборы, чем не пенсионер. В результате в Германии впервые приняты законы, которые при падении ВВП увеличили пенсии. Это произошло впервые за много десятков лет. И это так странно совпало с тем, что Германия, которая еще недавно была первым экспортером в мире, уступила это первое место Китаю.


Или вот другой замечательный, на мой взгляд, пример. Все говорят – какая главная опасность у Европы. Опасность, что там развелось много мусульман: паранджа, абайя, минареты. Скажите, пожалуйста, а почему в Америке нет опасности от мусульман? Есть США, мировой дьявол, которого мусульмане ненавидят. Кто-нибудь слышал о проблемах Америки с мусульманами? Ответ – их нет. Знаете, почему? Ответ ужасающий. Средний мусульманин в Америке зарабатывает в 4-6 раз больше среднего американского гражданина. Больше. Т.е. они там как евреи в средневековье.


А что происходит в Европе? Допустим, классический пример – что происходит в Бельгии, чтобы не говорить о всех странах вообще. В 60-е годы в Бельгию начали приезжать мусульмане из Туниса, из Марокко, из Алжира, в основном франкофоны. Приезжали они, потому что не хватало рабочих рук, было много работы, был экономический подъем. Когда у них родились дети, экономический подъем уже прекратился. Во-первых, потому что после войны Бельгия вышла на некое плато. Во-вторых, потому что были социалисты. Экономический подъем прекратился, работы у детей нет. Из-за того, что у них нет работы, они не интегрируются в общество. Когда молодой человек не интегрируется в общество, что с ним происходит? Правильно, он свою невесту привозит из дома. Потому что жениться на бельгийской девочке он, безработный, особо не может.


Что происходит дальше? Дальше все эти люди садятся на социальное пособие, дальше в Бельгии существует закон, согласно которому, если у тебя родственник живет в Бельгии, ты можешь к нему приехать. И приезжает новое количество народу на халяву. Естественно, всё это новое количество народу найти работу не может. Считается идиотизмом работать, если есть халява. И по-своему они совершенно правы. А дальше начинаются все эти истории: «Мы тут особые, мы тут самобытные, проклятый Запад, вы нас угнетаете, вы нам недостаточно платите…» и так далее. Простите, а причем здесь ислам? Это называется халява, это называется социализм, и это, извините, называется демократия.


Впрочем, вернемся от европейских проблем к нашим. На этой неделе продолжалась хроника оккупации России ментами. Во-первых, дали 1,3 года менту, который в Туве застрелил подростка. Приставил к голове пистолет – подросток ехал в машине – и нажал на курок. Менту дали этот срок, из которого он отсидит, очевидно, 8-9 месяцев, за непредумышленное убийство. Я пытаюсь понять, что тут непредумышленного. Неужели мент не знал, что если приставить к голове человека пистолет и спустить курок, то получится труп?


Другая история, история с избиением в Екатеринбурге профессора консерватории Белоглазова. Тоже менты хороши. Потому что когда она вылезла на поверхность, они распространили пленку, на которой человек, похожий на профессора Белоглазова, выходит из дверей магазина, вытаскивает бутылку пива и подносит ее к губам. Видимо, с точки зрения ментов, за глоток пива на улице полагается смертная казнь, причем с отобранием денег.


Кого бог хочет наказать, того он лишает ума. Потому что, ребята, если вы распространяете эту пленку, на которой профессор Белоглазов пьет пиво, то, очевидно, у вас есть дальше и всё последующее, как его бьют. Потому что дальше он рассказывал, как его прямо на тротуар повалили, как у него по спине стали топтаться, как ему говорили: «Мы тебя сейчас повезем убивать». Там была произнесена замечательная фраза, один факт произнесения которой и запоминание которой явно свидетельствуют, что профессор Белоглазов был не пьян, что он находился в твердом уме и четкой памяти. Фраза была следующая. Когда он сказал, что он профессор консерватории, ему ответили: «Ах профессор. Значит, п… (слово на «п»). Мы таких убиваем».


Так вот, короче говоря, господа, раз у вас есть пленка с началом, значит, у вас есть и пленка с концом. Ну предъявите ее, чтобы мы увидели, что с профессором ничего не было, или чтобы мы прониклись и решили, что, действительно, за глоток пива полагается топтать человека на месте.


Есть, кстати, еще одна замечательная история, которую никто не заметил, она не так громко прозвучала. Она произошла в городе Иркутске и как раз не совсем с ментами связана. Она связана с человеком по имени Романенко, который был просто бандит, лесоторговец, он убивал своих контрагентов. Т.е. он изобрел простой способ вести бизнес – когда он кому-то был должен, он этого человека убивал. И он убил одного, второго, третьего, четвертого, а потом он, дурак, заказал китайца, своего конкурента по фамилии Линь Хай Тао. И вот тут-то за китайца, которого, кстати, ранили, а не убили, товарища Романенко посадили.


Менты много раз пытались закрыть дело: подумаешь, какой-то китаец раненый… Но не получилось. Посадили. Вот это очень глубокая культурологическая история, что товарищ Романенко убивал русских раз, два, три, четыре, пять, а с китайцем не получилось. И она показывает, кто именно будет распоряжаться Сибирью после того, как нынешний режим окончательно сольет Россию в оффшор.


Так вот очень важным моментом во всей этой истории, в хрониках оккупации России ментами, на мой взгляд, являются три момента. Пункт первый заключается в том, что это тоже личное достижение режима Путина. Как-то при Ельцине у нас менты людей на улицах не убивали. Вот наряду с тем, что нас выперли из «восьмерки», нельзя сказать, что это было при Ельцине.


Второй важный момент заключается в том, что все люди, о которых я сейчас говорила, как-то покоцанные ментами, они далеко не бомжи. Один – профессор консерватории. Вот этот мальчик в Туве, у него был не высокопоставленный, но способный что-то предпринять отец.


Вот убили журналиста в Томске. Кстати, тут я сделаю отступление, потому что нам про этого томского журналиста, которого убили в вытрезвителе, которого мент убил, рассказывали много гнусностей, которые не соответствуют действительности. Я думаю, что эти гнусности специально были рассказаны и слиты МВД. Потому что, несмотря на то, что у бедолаги был разорван кишечник и повреждено всякое такое, это произошло, извиняюсь, не из-за какой ни палки, это произошло из-за того, что ему, по-видимому, стреляли из травматического пистолета, извините, в задницу.


Т.е. там сцена была, в принципе, такая. Это очень известный в Томске журналист (кстати, бывший пресс-секретарь «Восточной нефтяной компании»), очень хороший человек. Жена его не маленький человек в Томске, она главный редактор «МК» в Томске. Человек совершенно безобидный. И пить-то он много не пил, но у него была такая особенность – он раз в четыре года уходил в запой. И во время этого запоя он тоже ни к кому не приставал, тихо сидел в углу и повторял: «Вот страну погубили, сволочи. Вот посадили Михаила Борисовича». Никому он при этом не мешал, но человека надо было из такого запоя вытаскивать.


И вот его родственники, его друзья, его родные сдали его в этот вытрезвитель по знакомству, потому что они там с директором были кореша. И к работникам вытрезвителя нет никакой претензии, потому что они его там аккуратненько спеленали, начали приводить в себя, кололи. И валялся он там, связанный ласточкой, в отдельной палате. И что дальше происходит по телекамерам? Идут менты с дежурства с вытрезвителя на выход, и один из них, вот этот убийца, он на минуточку отстал и буквально на две минуты прошмыгнул в комнату, где лежал этот привилегированный пациент. Как-то там он за две минуты, извиняюсь, управился.


Потому что потом, когда начался переполох, потом, когда вызвали бедную жену с криком «да заберите вашего, тут что-то с ним происходит», и она его потащила в больницу, то первое, что ей сказали: «Извините, у него в заднем проходе твердые круглые тела. Видимо, ему стреляли в это место из травматического пистолета».


Кстати, наверняка все наши власти об этом знают. Потому что, если вы заметили, история со срочным принятием законов против применения травматического оружия, она произошла мгновенно. Потому что эта информация, видимо, дошла до самого верха. И вот какая-то сволочь, чтобы приуменьшить вину мента и чтобы сделать нежелательными разговоры на эту тему, эту историю про травматический пистолет помылила и заменила ее на историю про разорванный кишечник и палку. Перерыв на новости.


НОВОСТИ


Ю. ЛАТЫНИНА: Добрый вечер. В эфире Юлия Латынина, «Код доступа». Смс-ки (985) 970-4545. Я говорила о том, что все истории, почти все, о ментах-убийцах, которые становятся нам известны, это когда они задели кого-нибудь, кто хотя бы что-то из себя представляет, не бомжа. Отсюда вопрос: сколько же они убивают на самом деле? Потому что из этой статистики – профессор, известный журналист, застреленный мальчик, который сын не последнего родителя…


Когда думаешь, почему же они избили профессора, то очевидный ответ заключается в том, что они перед этим избили сотни людей, которые были не профессорами, а бомжами или просто работягами. Когда думаешь, как могло получиться, что мент в деловом порядке в вытрезвителе на две минуты забежал в комнату и стал расстреливать человека в задницу из пистолета, очевидный ответ заключается в том, что этот мент убил, скорее всего, десятки людей.


Кстати, на похоронах подходили к родственникам и говорили: «А у нас в этом вытрезвителе брата убили. А у нас в этом вытрезвителе отца убили. А у нас в этом вытрезвителе сына убили». Может быть, не этот мент. Это просто статистика. Если они попадаются только тогда, когда у них полностью сносит крышу и они начинают стрелять на людях, то сколько же они стреляли без людей?


И третий, самый главный момент. Это не исключение из нормы, это и есть норма. Это оккупация России милиционерами. Когда я говорю слово «оккупация», это не значит, что оккупанты – плохие люди. Оккупанты бывают очень хорошими людьми, некоторые делятся едой, некоторые помогают оккупированному населению. Я не знаю, заметил ли кто-нибудь, но в Новых Алдах сейчас была очередная годовщина страшной резни в Новых Алдах, учиненная питерским ОМОНом.


Там одна из женщин в числе прочих страшных историй рассказала, как солдат, которому приказали ее убить (потому что приказ сверху – всех убивать), он завел ее вместе с детьми в сарай. Она стала умолять его не убивать. Он сказал: «Молчи, сука, а то и меня убьют», дал очередь в воздух, и она услышала, как он, выходя из сарая, говорит другому омоновцу: «Всё, я их убил». Тот спрашивает: «Убил?» – «Да, убил».


Т.е. это вопрос того, для чего люди, которые командуют этой армией, ее употребляют. Так вот система оккупации выстроена так, что она построена на насилии в отношении оккупируемых. Она не настроена на защиту оккупируемых. И глава этой системы, понятное дело, не Нургалиев (ведь его же не снимают). Глава этой системы – Путин. Это он создал такую систему. Это его система власти. Кстати, в отличие от истории с Ельциным.


Как была устроена, к сожалению, советская армия и российская армия, когда она действовала в Чечне? Она доводила молодого человека до такого скотского состояния, что она делала из него раба, который, в принципе, не умел сражаться, но зато он умел убивать. И именно такой раб, который умеет убивать, и был нужен для соответствующего приведения народа, для сравнения народа с землей.


И вот то же самое с ментами. Их доводят до скотского состояния, их превращают в рабов. В стране, которая получила полтора триллиона долларов нефтяных доходов, ментам не подняла зарплату, но зато разрешили делать с населением всё, что они будут делать, в надежде на то, что потом люди, получившие подобные привилегии, будут защищать власть, которая делает то, что делает. Это очень страшно.


Еще несколько историй. Одна история, мимо которой я не могу пройти, это интервью главы Академии наук Осипова «Газете.ру». Почитайте сами. В этом интервью бесценной жемчужиной сверкнули две мысли. Одна – не следует увлекаться публикациями в англоязычных журналах, мало ли кто там публикуется в англоязычных журналах. Хороший ученый, настоящий специалист, он и русский выучит только за то, чтобы прочесть публикацию в российском научном журнале. Должна сказать главе Академии наук, что даже в момент расцвета российской науки Нильс Бор не учил русский, чтобы читать Ландау. Я даже не припомню, чтобы кто-то учил датский, чтобы читать Нильса Бора.


Вторая мысль академика Осипова, которая меня поразила. Его спросили про академика Петрика, изобретателя философского камня и вечного двигателя. И академик Осипов предложил не вешать ярлыков. Он сказал: «Сейчас приедет комиссия и разберется, что предлагает академик Петрик». Я должна сказать, что если бы, конечно, академик Петрик предложил новые способы инициации транскрипции РНК-полимеразой, то, конечно, тут надо было разбираться комиссии, без комиссии не разберешься. Но академик Петрик, насколько я понимаю, предлагает, например, батарейки, которые подзаряжаются из окружающей среды, что нарушает второй принцип термодинамики и является вечным двигателем второго рода.


Кроме того, академик Петрик предлагает способ очищения радиоактивной воды с помощью фильтра. Это ж, ребята, трансмутация элементов, это ж философский камень. Это ж такие вещи, которыми со времени Парацельса никто особо не занимается. Вру. Последний человек, который в России занимался этим, был иностранный гастролер по имени граф Калиостро. И вот теперь Петрик. Причем не один Петрик, а в соавторстве с главой Госдумы Грызловым.


Так, понимаете, если оказалось, что у нас тут есть человек, который изобрел вечный двигатель и философский камень, так вся Академия наук, прежде всего во главе с г-ном Осиповым, должна, подобрав штаны, туда бежать и выяснять – философский камень есть или не получается все-таки. Согласитесь, если академик Осипов думает, что философский камень и вечный двигатель могут существовать, то ему надо немедленно отправляться туда самому во главе комиссии и выяснять это в течение суток. Тем более что это будет первый медицински зафиксированный случай, когда философский камень открыл андроид.


Еще одна история, которую я хотела прокомментировать. Это дискуссия, разгоревшаяся по поводу заявления Андрея Илларионова, что Гайдар не спас Россию от голода и гражданской войны. Не далее как вчера я обсуждала это с одним своим приятелем, достаточно высокопоставленным человеком и либералом. Он говорит: «Ну как Илларионов мог так написать о Гайдаре?» Я говорю: «Но ведь правда, не спас же Гайдар Россию от голода». «Это, может, и правда, но бессовестно», – звучит мне ответ.


Это такая фундаментальная проблема. Мы по привычке считаем, что фразы, которые мы произносим, они должны сообщать какую-то информацию. Однако, надо сказать, не все фразы сообщают информацию. Некоторые фразы являются фразами-феромонами, фразами-мундирами. Они сигнализируют о принадлежности человека, их произнесшего к той или иной социальной группе. Причем огромное количество таких фраз, конечно, произносятся правящей элитой.


Классический пример: «Путин спас Россию, которая катилась в пропасть». Каким образом Путин спас Россию, которая катилась в пропасть, если нас выперли из «большой восьмерки», если у нас менты на улицах убивают людей, как-то не уточняется. Это не фраза-информация, это фраза-феромон. Произносишь – значит, свой.


Или «Запад нас не любит». Спрашиваешь: «Ребята, а какие доказательства?» Если ты спросишь первый раз, тебе еще могут сказать: «Ладно, это же очевидно». А если спросишь второй раз, то отойдут и перестанут здороваться, потому что ясно, что ты не свой. Раз требуете доказательств – значит, куплены Западом.


Или вот еще замечательная фраза: «США навязывает всем новый мировой порядок». Причем заметим, что эту фразу любят произносить не только в России, ее любят произносить широчайший интернационал – и европейские парламентарии, и латиноамериканские диктаторы, и всякие африканские людоеды, и исламские террористы. Уже такой гигантский интернационал, который произносит эту фразу, показывает, что она является, мягко говоря, неправдой. Какой же новый мировой порядок, если против него такая широкая коалиция, от Бен-Ладена до евробюрократии? Вот это снова фраза-феромон. Она не несет никакого смысла, кроме того, что она сигнализирует – я тоже свой, я не люблю Америку.


Как я уже сказала, фразы-феромоны в России чаще всего звучат с официального ТВ: «Путин построил вертикаль власти», «Они нас не любят»… Но, к сожалению, фразы-феромоны очень часто встречаются и у либерального общественного сознания. Фраза «Гайдар спас страну от голода и гражданкой войны», как справедливо, к сожалению, заметил Андрей Николаевич Илларионов, она одна из них. Она при приближении распадается не на факты, а на бессмысленные звуки.


Ну, было в СССР 15 республик. Ни в одной, за исключением прибалтийских, особых реформ не было. Кстати, в России тоже особых реформ, к сожалению, не было. Не случилось голода ни в одной, гражданские войны не во всех случились. Более того, от гражданской войны, опять же как заметил Андрей Николаевич, к сожалению, Гайдар Россию не спас, потому что война в Чечне – это гражданская война. И Гайдар был против, но предотвратить ее не смог. Т.е. фраза «Гайдар спас страну от голода и гражданской войны», она построена по тому же принципу, что «Путин спас страну, которая катилась в пропасть».


Причем у либерального общественного мнения довольно много таких фраз-феромонов. Есть, например, фраза «Путин взорвал дома в Москве». Ребята, теракты, которые устраивают ваххабиты, продолжаются десять лет и начались до взрывов домов в Москве, 19 марта 1999 года они начались взрывом во Владикавказе. И вот сейчас последний раз – взорвали «Невский экспресс».


Давайте либо будем говорить, что все взрывы – во Владикавказе, в Самаре, в Москве, в Ессентуках, в Астрахани, – либо признаем, что это дело рук одной и той же группировки людей, либо объясним с применением фактов, почему «Автозаводскую» взорвал ученик Гочияева Анзор Ижаев, «Рижскую» взорвал ученик Гочияева Николай Кипкеев, а вот Каширку и Гурьянова сам г-н Гочияев не взорвал, он был честный бизнесмен, его подставили. К сожалению, ничего подобного не происходит, потому что фраза «Путин взорвал дома» – это фраза-феромон. Ее содержание означает – я не люблю Путина.


Совершенно того же рода фраза «Причиной терактов в России является резня, устроенная нашими войсками в Чечне». В терактах в России погибло чуть больше тысячи человек. В Чечне российская армия уничтожила не меньше 250 тысяч, только детей 40 тысяч. Как ни парадоксально, когда начинаешь ее разбирать, то выясняется, что зверства наших войск в Чечне и теракты, устраиваемые ваххабитами, они прямо не связаны. Потому что оказывается, что дома в Москве взрывали, как я уже сказала, два карачаевца – Гочияев с его зятем Абаевым, и башкир с татарином – Сайтаков и Ахмяров. А ни в Карачаево-Черкесии, ни в Башкирии, ни в Татарстане русские войска на тот момент резни не устраивали. Буйнакск. Дома там взрывали аварцы из ваххабитского села Кудали. Опять же аварцев российские войска не резали.


Хаттаб как-то приехал воевать за ислам из Афганистана, то есть сначала приехал воевать в Афганистан, потом приехал в Таджикистан, потом приехал в Чечню. Но вот как-то ничего не делали российские войска в Иордании против родственников Хаттаба. Точно так же, как они не зачищали Бурятию, где родился Александр Тихомиров, который под именем шейха Саида Бурятского сейчас является одним из главных вождей воинствующего терроризма на Кавказе, одним из главных лидеров Имарата Кавказ.


Вот зачищали мы Новые Алды, а взрывали Россию уроженцы Иордании и города Карачаевска. Причем заметим, что эта фраза-феромон «Дома взрывал Путин» и другая фраза-феромон – «Террор ваххабитов является ответом на зверства российских войск», они противоречат друг другу. Но носители этих фраз этого противоречия не замечают. Я, конечно, понимаю, что гораздо легче замечать фразы-феромоны, когда они произносятся властью. На самом деле у той власти, которая существует сейчас в России, очень мало осталось ресурсов, кроме лжи, если, конечно, не считать денег в оффшорах.


Но, на мой взгляд, у либерального общественного мнения ресурсов гораздо больше и ему незачем прибегать ко лжи, незачем прибегать к фразам-феромонам. Причем иногда это доходит исключительно из искренних чувств до какого-то абсурда. Причем я вам скажу, какая самая главная фраза-феромон. Это фраза «меня обидели».


Фраза «нас обидели» – это главная фраза-феромон для действующего режима. Нас, русских, обидели. Нас, русских, не любят. Как только эту фразу произносишь – нас, русских, обидели, нас, русских, обидят на Олимпиаде, подозревают в допинге, – сразу включается мощнейшая государственная машина. А как только приходит человек и говорит: «Меня обидело государство», – то вне зависимости от того, кто этот человек: сумасшедший банкир Френкель, майор Дымовский, исламский террорист Ачимез Гочияев, – все сразу говорят: «Ой, бедненький, его обидели». Причем иногда доходит до смешного. Я сейчас не говорю о фундаментальных вещах, которые я сейчас обсуждала.


Два просто комичнейших примера. Есть такой замечательный правозащитник Борис Парамонов, который живет в Англии и периодически рассылает про то, где и как кого обидели. Вот он шлет историю о том, как в Финляндии финская полиция чеченскую семью обидела, обвинив ее в том, что та жестоко обращается с детьми, и сделала это наверняка по наводке кровавого КГБ. Причем перед этим чеченскую семью обвиняли в этом же в Литве. Ребят, чеченская семья не занимается политикой. Где кровавое КГБ и где чеченская семья, которой предъявляет какие-то претензии финская полиция? Может быть, разумнее предположить, что она действительно не очень хорошо обращается с детьми? Нет, раз чеченская семья говорит, что ее обидел кровавый КГБ, значит, это так.


Вот другая, совершенно замечательная история. Есть такая штука, которая называется Лебединский ГОК, входит в «Металлоинвест» Алишера Усманова. Вот уже несколько лет миноритарные акционеры, маленькая группа, у которых выкупили акции, ходит, всюду пишет письма, что их обидели, потому что у них акции выкупили из расчета 6 млрд. долларов, а с их точки зрения Лебединский ГОК стоит 30 млрд. долларов.


Тут арифметика очень простая. Сколько стоил «РусАл» на последнем размещении, когда размещался в Гонконге? По-моему, 22 млрд. долларов. Может быть, 24, но, по-моему, 22. Т.е. «РусАл» стоит 22, а Лебединский ГОК, являющийся частью не такого уж большого «Металлоинвеста», стоит 30? Ребята, всё, спасибо, свободны. Но нет, вот они всюду пишут… Они пишут и в английские газеты, и еще куда-то. Везде смотрят и отсылают прочь. Кто опубликовал их слезную беду? Сайт «Каспаров.ру». Бедолаг обидели.


Вот вы представьте себе, что Алишер Усманов заложит свой Лебединский ГОК за 30 млрд. долларов во «Внешэкономбанке». Завтра «Коммерсантъ», и газета «Ведомости», и «Новая газета» выйдут с заголовком на первой полосе: «Афера века». Олигарх, близкий к властям, провернул такую штуку – Дерипаска завидует. Хорошо. Когда то же самое – что Лебединский ГОК стоит 30 млрд. долларов – говорят миноритарные акционеры со словами «нас обидели», считается возможным это обсуждать.


Я почему так долго об этом рассуждаю? Как я уже сказала, разница между фразами-феромонами, которые произносит власть, и фразами-феромонами, которыми руководствуется либеральное общественное мнение, на мой взгляд, заключается в том, что само здание путинской власти выстроено на таком болоте (не выстроено, а разворовано, это его основная особенность), что защитникам Путина не осталось ничего, кроме фраз-феромонов: «Путин построил вертикаль власти», «Они нас не любят». На фоне страны, которую распихивают по оффшорам, это звучит как-то странно.


Даже если вычеркнуть из списка обвинений нынешней власти пункт о взрыве домов, то, знаете, после Беслана, где было отдано, по-видимому, приказание уничтожать заложников вместе с террористами, с учетом «Норд-Оста», где, по словам Владимира Владимировича, никто не погиб от газа, это как-то не очень уменьшит список. Режим нуждается во вранье, потому что, кроме вранья, у него нет другого ресурса.


Я не пойму, зачем во вранье нуждается либеральное общественное мнение. Зачем говорить, что Гайдар спас страну от голода? У него что, нет других заслуг? Зачем вставать на сторону исламских террористов и повторять вместе с ними сказки про нехороших ментов, которые преследуют всех, кто молится, и рассказывать вместе с ними, что это Путин взорвал дома. Потому что это любимая тема исламских же террористов. Потому что вранья во спасение не бывает, всякое вранье, оно только в погибель.


Еще есть несколько вещей, которые я хотела сказать. Я, кстати, не договорила про ментов. Мы же сейчас собирательно используем это выражение. Чаще всего мы встречаемся с жизнедеятельностью ментов, поскольку их больше всего. Скажем так, ФСБшники или следователи прокуратуры редко стреляют людей на улице. Но надо ж понимать, что эта система. Когда мент стреляет человека на улице, это просто симптом, это не сама болезнь.


Возьмем такую замечательную историю, которая называется прокуратура. Я хотела процитировать дословно, но процитирую по памяти (бумажку так и не найду). Вот замечательная история про следователя Гривцова, который вымогал 15 миллионов долларов у предпринимателя Палихаты за то, чтобы не обвинять его в рейдерском захвате какого-то там завода в Москве, по нынешнему утверждению следствия. Кстати, 15 млн. долларов – это тоже, согласитесь, рекорд. При Ельцине мы ничего подобного не слышали.


Смотришь по Интернету, кто возглавлял и работал в следственной группе по поводу этого самого завода. Ответ – там работал не следователь Гривцов, а следователь Пипченков. Смотришь по Интернету, кто такой следователь Пипченков, который сейчас отстранен немножко от дел. В числе прочего ресурс «Фонтанка.ру» пишет, что следователь Пипченков был одним из людей, которые занимались делом Тамбовской преступной группировки.


В ходе этого дела один из лидеров группировки, который дал показания на Кумарина, был осужден чуть ли не на 23 года за какие-то убийства – это г-н Маковоз. И вот ресурс «Фонтанка.ру» пишет, что Маковоз разгуливал без наручников по городу, что он обедал в гостиницах, проводил время в номерах с любимыми женщинами. И начинаешь соображать: так, если с бедного предпринимателя Палихаты за какое-то там, извините, НИИ вымогали 15 миллионов, то сколько получили с Маковоза, приговоренного к 23 годам, за то, что он разгуливал, в кафе обедал?


А вот другой подвиг г-на Пипченкова. Расследовал дело первого зампреда Комитета рекламы столичной мэрии, некого Менчука. На коммерческой рекламе… что-то там было с рекламой. Отпустили г-на Менчука. Интересно – за сколько. А вот еще одно фантастическое дело. В рамках этого кумаринского дела в деле о захвате Фрунзенского плодоовощного комбината один из обвиняемых дает показания, что его к комбинату склонил следователь Довгий, ссылавшийся при этом на Бастрыкина. И поразительно то, что эти обвинения не то что никак не расследуются… Возможно, что этот человек, который давал показания, соврал. Но странно как-то, чтобы человек врал в показаниях, когда это ему не принесет добра. Система, как и было сказано. Всего лучшего. До встречи через неделю.




Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире