'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 07 ноября 2009, 19:07

Ю. ЛАТЫНИНА: Добрый вечер. В эфире Юлия Латынина, программа «Код доступа». Телефон для смс +7-985-970-4545.



Конечно, новость этой недели – это раскрытие убийства Маркелова и Бабуровой, совершенного, по версии следствия, националистом, членом организации «Русский образ» Никитой Тихоновым и его сообщницей Евгенией Хасис. Это пока два человека, которые фигурируют публично. Стоит полагать, что, поскольку Станислав Маркелов занимался очень плотно фашистами всю свою жизнь, и вдруг это возымело успех, вдруг власти заинтересовались на каком-то этапе фашистами… А поскольку у Маркелова была огромная база данных, Маркелов был фактически посредником между теми ментами, которые ловили фашистов, и движением «Антифа», которое располагало гигантской информацией, которую оно не могло систематизировать, но знало буквально всё, то, очевидно, что смерть Маркелова, которая случилась ровно в тот момент, когда власти заинтересовались фашистами, а Маркелов являлся одним из основных источников информации о фашистах, она вряд ли является делом рук убийцы-одиночки.

Мы в «Новой газете», поскольку была убита и наша журналистка, довольно мало знали о ходе расследования, оно было абсолютно закрыто. Тем не менее, насколько я понимаю, этим арестам предшествовала гигантская работа. Были арестованы сотни – не десятки, а сотни – фашистов, которые пошли по другим преступлениям, которые они совершили. А параллельно всех этих фашистов кололи на убийство Маркелова и Бабуровой. И поскольку эта публика не очень привыкла, чтобы ее кололи, она привыкла считать, что она обласкана властью, то кто-то раскололся. Насколько я опять же понимаю, для выманивания Никиты Тихонова с Украины, где он скрывался, была организована целая операция, которая включала в себя публикации в «Новой газете».

Если вы помните, буквально за две недели до этого ареста вышла в «Новой газете» публикация, из которой можно было заключить, что следствие топчется на месте, ничего не знает, ни хрена не понимает и вообще ничего не делает. Опять же было заявление брата убитого, г-на Михаила Маркелова, который имеет, скажем так, обширные связи в правых кругах и который сделал удивительное, на первый взгляд, заявление о том, что следы убийства ведут за рубеж, которое опять же, насколько я понимаю, было согласовано со следствием и преследовало цель выманить мерзавцев из норы. Они были выманены. Они пришли, приехали на «Русский марш». У этой публики считается обязательным там показаться, чтобы напомнить о себе. Поскольку они скрывались, поскольку Никита Тихонов скрывался, вот там его взяли.

Что меня во всей этой истории радует? Что это не единичный арест, а что это история, которая показывает, что – после убийства Станислава Маркелова особенно, а еще до этого – власти действительно всерьез стали заниматься фашистами. Видимо, власти поняли, что движение вышло из-под контроля. Если до этого мы видели, что фашистов, нацистов, их ловили и отпускали, они были фактически неприкосновенны, то начался очень жесткий прессинг. Возможно, как я уже сказала, потому что если раньше была иллюзия, что этих ребят можно использовать для того, чтобы замочить кого угодно, то вдруг оказалось, что эти ребята неуправляемы, что возникают в ответ еще какие-то группировки, типа тех же «Черных ястребов», уже кавказские, которые говорят: «А мы будем мочить русских наци». И весь этот гигантский ком разрастается.

И если правоохранительные органы работают так, как должны работать правоохранительные органы (что у нас в России редко бывает и тем более ценно, когда происходит), то идеологическая база государства, которая у нас считается подведомственной г-ну Суркову, она сделала всё, чтобы возложить в глазах общественного мнения и мировой общественности вину за это преступление непосредственно на Владимира Владимировича Путина. Потому что когда публиковались всякие ахинейные статьи и когда всякие особи – я не могу это назвать журналистом, – типа г-на Перекреста, писали, что как бы этого адвокатишку не замочили его собственные соратники ради провокации, естественно, любым нормальным человеком, любым западным человеком это воспринималось как «власть убила, и власть же еще таким странным образом отмазывается».

Т.е. я хочу обратить ваше внимание, что в данном случае правоохранительные органы, целые бригады в МВД, ФСБ, в прокуратуре работали в одном направлении, а идеологическая обслуга работала в другом направлении. Боюсь, это еще одно подтверждение тому, что все эти ребята, которые покровительствуют «Нашим», которые организуют такого рода пиар-кампании, они достаточно отвязались даже от обслуживания непосредственных нужд власти. Они занимаются обслуживанием своих собственных интересов.

Что, на мой взгляд, самое важное? Меня, конечно, абсолютно потрясла реакция либеральной общественности на раскрытие этого убийства. Потому что наша либеральная общественность… У нас об этом очень хорошая статья выходит в «Новой газете» у Димы Быкова в этот понедельник. В отсутствие каких-то механизмов обратной связи, к сожалению, и правозащитники, и либералы могут превратиться в секту. В данном случае имеет место реакция секты, которая никогда не будет довольна следствием до той поры, пока следователь не скажет, что Маркелова замочил лично Путин. Вот тогда это, наверное, устроит.

Первая реакция, которую я вижу, за исключением реакции Галины Кожевниковой (она лучший специалист по нацистским движениям, руководитель центра «Сова»)… Кстати, насколько я понимаю, очень возможно, что именно она должна была стать следующей жертвой. Во всяком случае, именно ей поступали угрожающие послания, которые она приняла совершенно оправданно всерьез. Так вот за исключением Галины Кожевниковой, которая популярно объясняла, кто такой Тихонов, что такое «Русский образ», почему они считаются связанными и связаны ли они с какими-то людьми в администрации президента, вот за исключением ее профессиональной реакции была реакция однозначная: раз арестовали – значит, не виноват.

За это время я уже прочла и про мальчика с тихими, вдумчивыми глазами. Я у кого-то из правозащитников прочла совершенно потрясающее рассуждение на тему того, что, конечно, Никита Тихонов берет на себя ответственность, потому что ему выгодно, чтобы настоящие преступники избежали посадки. Т.е. парень готов сесть на 25 лет, чтобы настоящие преступники избежали посадки. Потрясающая логика. Это меня, откровенно говоря, абсолютно пугает. Сейчас произведены аресты. Очень важно, чтобы этими двумя арестами дело не ограничилось. Очень важно, чтобы дело не свелось к убийству по личным, персональным обстоятельствам.

Я предвижу следующие две вещи. Во-первых, я предполагаю, что Никита Тихонов откажется от своих слов. Я не уверена, что это обязательно произойдет, но просто я исхожу из общей логики террористических организаций, которая наблюдается в последние 10-15 лет, причем это абсолютно международная логика, которая заключается в том, что в любой террористической организации сейчас принято одновременно получать лавры героя за то, что ты совершил убийство или теракт, и получать лавры мученика за то, что ты страдаешь, это убийство не совершив. Простейший пример – полковник Квачков, который говорит: «Это геройство – убить Чубайса. Но я Чубайса не взрывал».

Другой простейший пример – это организация под названием «Аль-Каида», лидер которой господин Бен-Ладен, с одной стороны, призвал к джихаду против Америки и сказал, что можно убивать каждого американца, а, с другой стороны, никогда открыто не взял на себя ответственность за взрывы в американских посольствах и за взрыв 11 сентября. И по этому поводу есть много замечательных фетв, выпущенных экстремистами. Я даже выписала себе одну, в которой сказано буквально следующее. Первое – убивать американцев – это угодный Аллаху акт. Второе – Бен-Ладен 11 сентября не устраивал. Примерно той же логикой руководствовался Хаттаб, когда 2 сентября, за два дня до первого взрыва дома в Буйнакске, он сказал, что в ответ на российскую агрессию против Карамахи и Чабанмахи он будет взрывать русских по всей России. Через неделю, уже после первого взрыва в Москве, он повторил, что он продолжит взрывать русских по всей России. А еще через неделю, после второго взрыва, он заявил, что взрывает русских в Москве кто-то, но не он.

Исходя из этого типа абсолютно параноидального поведения, когда, как я уже сказала, любой представитель подобного образа мыслей сейчас считает, с одной стороны, необходимым получить лавры героя, а с другой стороны, предстать в образе мученика, исходя из этого, я полагаю, что Никита Тихонов, скорее всего, откажется от своих показаний, заявит, что они у него выбиты силой. Еще раз повторяю – это не прогноз, который я гарантирую на сто процентов.

Другой прогноз, который, к сожалению, я считаю еще более вероятным, это то, что та самая идеологическая обслуга власти, которая пыталась всеми силами заставить власть нести ответственность за это преступление, сейчас она сделает всё, чтобы дискредитировать следствие. Она будет использовать для этого в том числе правозащитников, с их абсолютно параноидальной реакцией, потому что, как я уже сказала, наше правозащитное сообщество в значительной своей части готово поверить абсолютно любому человеку, если он сидит на скамье подсудимых и говорит при этом, что он не виноват. Что это за человек, кого он убил, это оказывается, как правило, совершенно не важным. И мы видели, например, во время процесса Политковской, как прямо на процессе люди, либералы, пришедшие на процесс, кидались первым делом к матери обвиняемых – к Залпе Ибрагимовой. Иногда, может быть, подходили к дочери Политковской, к Вере Политковской. А вот Залпа Ибрагимова была главным источником информации, самым несчастным, самым пострадавшим человеком в этом процессе.

Точно так же мы видим сейчас по первой реакции на раскрытие убийства Маркелова и Бабуровой: раз их арестовали – значит, бедный мальчик с вдумчивыми глазами не виноват. Кстати, меня спрашивают, почему он в мешке сидел на суде. Я полагаю, что это, возможно, связано с процедурой опознания. Насколько я сильно подозреваю, там были свидетели убийства. Насколько я подозреваю, если бы его показали по телевизору, то потом любой бы адвокат оспорил это в суде, сказал, что его опознали люди, которые видели его по телевизору. Кстати, хочу обратить ваше внимание, напомнить еще об одной вещи. Вот эти ребята, которые раскрывали убийства… Еще раз повторяю, они были абсолютно закрыты, закрыты от «Новой газеты». Но просто по размеру произведенных арестов видно, что они работали день и ночь.

Бросается в глаза, что если бы они хотели дело подделать, то они бы, наверное, повесили это дело на двадцатого арестованного, на пятого арестованного. Они бы, наверное, не выманивали человека из Украины, не проводили сложную спецоперацию, которая вовлекала «Новую газету», брата покойника. Наконец, они бы не арестовывали бывшего пресс-секретаря Грызлова, кого-то другого бы нашли. Эти люди, на мой взгляд, находятся в реальной опасности, потому что они реально работают и занимаются нацистами. Это те же самые люди, которые раскрыли взрыв на Черкизовском рынке. Эти люди, конечно, следующие после адвоката Маркелова. Они делают свое дело. И сейчас, пардон, они слышат всё это дерьмо, которое на них выплеснулось, что раз бедненького мальчика арестовали – значит, он не виноват.

Я просто представляю себя на месте этих людях, и я хочу сказать, что они, те, кто работают в правоохранительных органах, должны знать, что, помимо истерической общественной реакции, которая сразу говорит «раз арестовали – значит, не виноват», есть нормальная общественная реакция, что каждому воздастся по тому, что он делал. Майору Евсюкову должно воздаваться за то, что он сделал. А тем, кто раскрывают убийства в России, должно воздаваться за то, что они раскрывают убийства и спасают общество от наползающей на него жути. Этих людей, которые работают, их в правоохранительных органах мало, а больше тех людей, которые берут взятки и делают еще более ценным их работу, потому что легко быть профессионалом, когда все вокруг профессионалы, и трудно быть профессионалом, когда большинство вокруг мерзавцы.

Телефон для смс +7-985-970-4545. За раскрытием убийства Маркелова и Бабуровой совершенно не прозвучало другое раскрытое убийство. Может быть, раскрытое. Я говорю предположительно. На этой неделе из Санкт-Петербурга пришла новость, что один из сидящих за решеткой членов банды Шутова признался в том, что именно по заказу Шутова был убит вице-губернатор Санкт-Петербурга Михаил Маневич. Откровенно говоря, я, как и очень многие, всегда подозревала, что, скорее всего, заказчик убийства Маневича – это Шутов, но никогда не думала, что это убийство будет раскрыто, поскольку думала, что убийцы, скорее всего, давно ликвидированы.

Почему я возвращаюсь к этому делу? Потому что, на мой взгляд, история банды Шутова – это потрясающая история, которая очень много показывает, как складывалась наша нынешняя власть, и что из нее могло получиться, и что из нее не получилось. Кто такой Шутов? Это бывший помощник Собчака, так же как и Владимир Владимирович Путин, что играет важную роль в нашем рассказе. Потому что Шутов как раз с Собчаком поссорился и был им вышвырнут. После этого Шутов принялся писать на Собчака всякие безумные книжки, типа «Собчачье сердце». Поскольку в этот момент до Собчака добирались люди типа Коржакова и Устинова, потому что через Собчака они хотели добраться до Чубайса и, возможно, до Ельцина, то Шутов стал любимцев правоохранительных органов. В частности, помимо того, что он был депутатом законодательного собрания, он стал также и главой комиссии по пересмотру итогов приватизации. Он очень сильно имел эту поддержку правоохранителей, всё время ей хвастался, всё время ее выпячивал.

И парадоксальность всей этой ситуации состояла в том, что параллельно с этой поддержкой правоохранителей, параллельно со всей этой деятельностью против Собчака, параллельно с криками «да я, да за народ…», Шутов был не просто обыкновенным убийцей, не просто крупным бандитом – Петербург вообще криминальный город, – но был человеком абсолютно отмороженным, способным убивать просто по любому поводу. Я помню, как один из крупных питерских авторитетов – мы с ним беседовали о Шутове – сказал: «Это фантастический человек. Он не понимает, что пули летают в обе стороны». Это как раз Шутова отличало, точно так, как некоторых нынешних представителей власти. Шутов всерьез рассуждал о пересмотре итогов приватизации, о том, какие нехорошие олигархи и так далее, и одновременно этот человек считал себя абсолютным праведником, и одновременно, убивая своих жертв, этот человек даже представить себе не мог, что жертва имеет право отвечать ему тем же: ведь он же замечательным, ведь он же святой человек.

Что значит убивать по малейшему поводу? Например, была такая история. Сидит Шутов, рядом сидят какие-то петербургские чиновники, они жалуются на главу комитета по потребительскому рынку какого-то Агарева. Буквально через несколько недель этого Агарева убивают. Он выходит на лестничную клетку в своем доме, открывает дверь на лестницу снаружи (он хотел спуститься по наружной лестнице, потому что лифт предусмотрительно не работал) – и ему сносят голову взрывчаткой. Т.е. повода просто нет. Повод – беседовали чиновники, а Шутов решил оказать им любезность и сделать их своими должниками.

Или что значит пересмотр итогов приватизации? Вот был некто Юдин, директор Тобольского нефтехимического комбината. Он обратился к Шутову со словами, что неправильно его комбинат приватизировали и отдали банку «Менатеп Санкт-Петербург», во главе которого стоял некто Филиппов. И Шутов, естественно, обращается к Филиппову, что всё неправильно приватизировано. Филиппов, который имел большую крышу среди чекистов, его посылает. Опять же через некоторое время Филиппову сносят голову плафоном в подъезде, в который была заложена вместо лампочки взрывчатка. Причем всё это сопровождалось претензиями на политическое лидерство. В частности, г-н Шутов оспаривал с г-ном Шевченко лидерство в питерском законодательном собрании. Господин Шевченко ничем сильно не отличался от Шутова по своему образу ведения жизни. И с Шевченко спор выглядел так. По дороге к даче Шевченко был такой поворот, на котором машина должна была замедлять ход. Вот на этом повороте выкопали ямку, в ямку заложили, по-моему, мину МОН-50. Но так получилось, что в этот момент Шутова как раз арестовали.

Почему Шутова арестовали? По моему глубокому убеждению, потому что в этот момент главой Федеральной службы безопасности стал Владимир Путин. Я думаю, что Владимир Путин, как человек, руководивший избирательным штабом Собчака, не мог забыть той роли, которую сыграл Шутов в поражении Собчака. Там были и листовки, и выступления, там были даже какие-то запросы в прокуратуру, которые как раз г-н Юдин писал. А поскольку все в Петербурге знали, что из себя представляет Шутов, было отдано приказание разобраться. И Шутов сел. Причем опять же у Шутова выискалось большое количество поклонников, которые стояли вокруг суда и кричали: «Он невиновен. Он жертва преследований со стороны власти».

Почему я так подробно рассказываю эту историю? Во-первых, это один из немногих случаев, когда Владимир Владимирович действительно не забыл того, чего не следовало забывать. Очень часто говорят, что Путин не предал Собчака, Путин спас Собчака. Как мы видим, люди, которые сыграли страшную роль в судьбе Собчака, тот же Яковлев, они никак не пострадали. Но вот в тот момент Путин не забыл. На мой взгляд, это совершенно правильно. Потому что нет ничего страшного, если политик, если глава организации помнит какие-то личные вещи, если решение этих личных вещей совпадает с интересом государства. Вот интересы государства требовали, чтобы такой человек, как Шутов – человек, который, с одной стороной, претендует на политическое лидерство, человек, который всерьез рассказывает, что он пользуется гигантской поддержкой правоохранительных органов, и пользовался, человек, который рассказывает, что он за народ, и который одновременно просто тупо мочит людей, – интересы государства требовали, чтобы этот человек сел. И самое страшное во всей этой истории для меня то, что с этого пути Путин свернул. Потому что если вы посмотрите на то, как сейчас ведут себя люди, окружающие Путина, такое впечатление, что они очень многому научились от Шутова. И я боюсь, что если начнется пора разборок, то вещами типа «они пересматривали итоги приватизации, а не забирали компании», не ограничится. Вылезет еще и кровь. Перерыв на новости.

НОВОСТИ

Ю. ЛАТЫНИНА: Добрый вечер. В эфире Юлия Латынина, «Код доступа». Телефон для смс +7-985-970-4545.

Меня спрашивают, почему General Motors отказался от сделки по продажи Opel Сбербанку. Вы знаете, потому что американская экономика стала расти. Ответ очень простой. Представляете, вы решили продать свой дом. Вас выгнали с работы, жена голодная, дети голодные, кушать нечего, вы решили продать свой дом, перебраться к родителям. Потом работа опять появилась, дети накормлены – вы передумали продавать дом. Американская экономика растет, европейская экономика растет. General Motors, если вы помните, в отличие от «АвтоВАЗа», прошел процедуру банкротства, причем мгновенно, на раз обанкротили, реструктурировали. Всё, нормальная компания. Настолько, насколько она может быть нормальной в существующих условиях. Раздумали продавать.

Очень интересная реакция американского правительства. Американское правительство недовольно. Понятно, почему оно недовольно. Потому что актив Opel находится в Германии. Деньги надо тратить в Германии. А лучше бы эти деньги потратились в Америке. Совершенно потрясающая позиция российского правительства. Оно недовольно. Простите, пожалуйста, чем? Тем, что деньги останутся в России? В этом смысле меня вообще потрясло. Я смотрела заседание (я не помню, было это заседание правительства или какое-то другое), на котором Путин озвучил эти две вещи. Первое – он был недоволен тем, что американские партнеры, как он сказал, не продали Opel. Я еще раз повторяю, я не совсем понимаю, зачем России, экономика которой находится далеко не в лучшем состоянии, этот актив за рубежом? Это очень похоже на легальный вывод капитала. Других объяснений у меня нет. И когда легальный вывод капитала совершается на глазах у всей страны фактически правительственным указанием, это выглядит очень неприятно.

Вторая вещь, которую опять же премьер Путин озвучил. Он зачитал телеграмму о том, что шведское правительство разрешило строить в своих водах Nord Stream. Понимаете, по «Норд-Осту», по годовщине «Норд-Оста» премьер Путин не счел нужным выступить. А по Nord Stream, который является личным проектом Кремля, премьер Путин озвучил телеграмму шведского правительства. Не совсем понятно: у нас правительство, которое занимается управлением страной, или партхозактив, который раздает какие-то активы каким-то людям. Потому что если посмотреть предыдущие распоряжения… Предыдущие распоряжения – это выдача дополнительных 55 млрд. рублей «АвтоВАЗу», а потом еще пяти. А перед этим 25 млрд. рублей. Но все-таки, как я уже сказала, General Motors американское правительство обанкротило, и сейчас он чувствует себя более-менее нормально.

Мы знаем всё больше и больше фактов, которые свидетельствуют о том, что новый менеджмент компании «АвтоВАЗ», который принадлежит компании «Ростехнологии», которой руководит личный друг премьера г-н Чемезов, что он «АвтоВАЗом», скажем так, не идеальным образом управляет, что в 2008 году получился убыток по тысяче долларов на каждой машине (это выдающийся результат, учитывая, что все предыдущие годы при предыдущем руководстве этого убытка не было, была даже какая-то прибыль), что вдруг у дилеров «АвтоВАЗа», на сто процентов принадлежащих «АвтоВАЗу», появилась привычка: они бесплатно получают машины, еще под это дело берут кредит в Сбербанке. Потом ни машин, ни кредитов. Кто за это отвечать должен – не понятно. И сколько таких кредитов – не понятно. И расплачиваться по ним должны дилеры или «АвтоВАЗ» тоже не понятно. Понятно, что кто-то заплатит. И понятно, что этот кто-то будет российский налогоплательщик.

Другая история перед этим, если вы помните, Черкизовский рынок, когда премьер Путин сказал, где посадки. И начались уголовные дела против Тельмана Исмаилова. Исмаилов улетел в Турцию. Мне рассказывали недавно очень смешной эпизод. Исмаилову всё время предлагали вернуться, клялись, что ничего с ним не сделают. Предлагали ему иммунитет. Исмаилов прислал пустой самолет из Турции, который тут же был взят штурмом спецназом и ФСБ. После чего Исмаилов позвонил и сказал: «Ну и где же ваше честное слово, ребята?» За что купила, за то и продаю. Может быть, этого не было. И опять же я совершенно не защищаю г-на Исмаилова, которого, на мой взгляд, контрабандистом еще мягко назвать. Но, понимаете, я хотела бы знать, кому принадлежит Черкизовский рынок. Потому что мне говорят, что часть контролировалась Исмаиловым…

Я хотела бы знать, какая часть Черкизовского рынка контролировалась г-ном Исмаиловым, а какая часть Зарахом Илиевым и Годом Нисановым, которые в свою очередь являются друзьями Ильгама Рагимова, который в свою очередь являлся очень близким другом опять же президента Путина, еще не президента, еще в студенческие годы в Санкт-Петербурге. Там действительно была очень нежная, трогательная дружба, причем г-н Рагимов совершенно этой дружбой не пользуется. Хочу обратить внимание, что это как раз тот из друзей Путина, который себе не набивает карман. Но вот там как-то пользуются другие.

И я не совсем понимаю. Потому что когда я смотрю заседания правительства, то всё время за каждой историей маячит какой-то очень личный интерес. И другое дело, что когда я смотрю не заседания правительства, а включаю и смотрю президента Медведева, то, слава богу, никакого личного интереса у президента Медведева я не вижу, а вижу я, что президент зовет блоггера Калашникова, чтобы построить биоагроэкополис. Это представляет собой разительный контраст с заседаниями правительства. Потому что понимаешь, что премьер Путин никогда блоггера Калашникова не позовет. Если премьеру понадобится строить биоагроэкополис, то там фундамент будет строить г-н Чемезов, стены будет строить г-н Ротенберг, крышу будет строить г-н Миллер и так далее. И никакого блоггера Калашникова не позовут. А если выяснится, что что-то не построено, то скажут, что всему помешали враги в лице проклятых США. Это такой разный стиль руководства.

Кстати, о президенте Медведеве. Я веду свой личный рейтинг непрофессиональных высказываний чиновников. Конечно, еще совсем недавно в нем лидировал замминистра экономики г-н Клепач, который пообещал нам платные автодороги, как в Германии, притом что в Германии нет платных автодорог. Но на этой неделе я услыхала президента Медведева, который обещал принять закон «О торговле», цитирую более-менее дословно, что я услышала по телевизору: «А то производители хотели бы сдавать в супермаркеты продукты дешевле, а им приходится платить взятки в супермаркетах». И тут я тяжело задумалась. Потому что, во-первых, я должна открыть президенту Медведеву большую тайну: ни один производитель не хочет сдавать продукты дешевле. Если какой-нибудь производитель захочет сдавать продукты дешевле, то, я думаю, супермаркет с удовольствием эту просьбу выполнит, причем немедленно.

Я так же должна сказать, что супермаркеты взятки не берут, по крайней мере, в договорах об этом не пишут. Взятки – видимо, фрейдовская оговорка – берут в другом месте. Например, за возможность протолкнуть закон в администрации президента или встретиться где-то с кем-то. В супермаркетах берут так называемые бонусы. Это когда производитель вынужден платить за то, чтобы его товар стоял на самой козырной полке, чтобы он стоял в самом лучшем месте. Действительно, между российскими производителями и российскими сетями, в частности супермаркетами, идет гигантский конфликт, в котором, на мой взгляд, обе стороны кардинально не правы. Потому что обе стороны пытаются решать этот конфликт, прибегая к помощи государства и лоббируя каждый свой вариант закона «О торговле».

Оба варианта закона «О торговле», о котором говорил президент Медведев, который лоббируют и производители, и сети, на мой взгляд, глубоко ублюдочный. Производители требуют прописать в законе о торговле правила, по которым продукция должна выставляться на полке. Еще хорошо, что они не требуют прописать правила, красного или зеленого цвета должна быть крышечка. Сети тоже очень хитро пытаются сделать свой закон. Они пытаются пропихнуть закон «О торговле», в котором будет написано, что торговля должна руководствоваться правилами, которые будут приняты добровольными профессиональными объединениями. Опыт всяких добровольных профессиональных объединений (или непрофессиональных, типа движения «Наши») у нас широко в России представлен. Поэтому понятно, что это будут за объединения. Они будут отражать, конечно, желания сетей.

Оба закона, как я уже сказала, на мой взгляд, чудовищны. Потому что закона «О торговле» просто не должно существовать. Ни закона о торговле вообще, ни закона о торговле тапочками, ни закона о торговле рюшечками, ни закона о торговле туфлями, ни закона о торговле брюками отдельно. Эта конкуренция между сетями и производителями, увеличившаяся сейчас, она о чем свидетельствует? Она свидетельствует об острейшем кризисе внутри российской экономики, о том, что каждый дерется за рубль, пришедший от покупателя. И основная причина кризиса – это то, что этот рубль получают чиновники.

Я в прошлой передаче говорила о том, что, на мой взгляд, не менее 50% российского ВВП присваивается чиновником. Я просто приводила цифры, которые очень примитивны, которые можно измерить, что называется, с помощью линейки. Если ты видишь, что лекарство в Европе стоит 50 евро, а в России оно стоит ровно в два раза дороже, то это означает, что половину этих денег забирают чиновники. Если ты видишь, что полет на одно и то же расстояние у нас обходится вдвое дороже, то, очевидно, это размер отъемочной стоимости, которую мы платим чиновникам. Я могу привести третий показатель, что обычно во всех странах мира стоимость квадратного метра жилья составляет одну-две месячных зарплаты. Исходя из этого критерия, стоимость одного квадратного метра жилья в Москве не должна превышать тысячи долларов за квадратный метр. Посмотрите, сколько у нас стоит жилье. Разница – это, очевидно, тот объем отъемочной стоимости, который забирают чиновники.

И вот когда такие гигантские изъятия происходит из экономики, естественно, на долю что производителя, что сети остается очень мало. Они начинают очень острую конкуренцию, они очень несправедливо конкурируют друг с другом. Российские сети, действительно, делают вещи, которые никогда не делаются на Западе. В качестве анекдота можно рассказать, что, если покупатель возьмет в зале магазина и сожрет кефир из банки, как кот Бегемот в романе «Мастер и Маргарита»… Там, правда, был не кефир, а мандарин с кожурой. Вот если покупатель возьмет и сожрет мандарин с кожурой, то убыток будет нести не сеть, а – вы будете смеяться – производитель. Такие условия контрактов у нас, как правило. Пытаться разрешить эту дилемму, апеллируя к чиновникам, совершенно бесполезно, поскольку это только увеличивает размеры доходов чиновников.

Еще несколько вопросов у меня. У меня очень серьезный вопрос про убийство Шабтая Калмановича, на который я абсолютно не знаю, что отвечать. Потому что отвечать по поводу уголовных дел можно, только зная конкретные подробности. Как я уже сказала, я давно предполагала, что заказчиком убийства Маневича может быть Шутов. Но говорить об этом с какой-то долей вероятности можно сейчас, когда киллер признался, если это, конечно, киллер, если это правильное признание и так далее. Шабтай Калманович был очень осторожным человеком, одним из основных достоинств которого в той среде, в которой он общался, было его слово, как и у Япончика. Было известно, что это один из тех людей, которые всегда достаточно четко выполняют договоренности, что очень важно в среде, которая не знает ни законов, ничего, она знает только понятия.

С чем связана его смерть, как и смерть Япончика, на самом деле сказать очень трудно. Она явно связана с повысившимся уровнем беспредела и с понизившимся уровнем раскрываемости преступлений. Можно, например, предположить, что это какие-то отголоски того, что случилось у нас в России с игорным бизнесом. Потому что вообще было ощущение, что закрытие игорных заведений должно привести к какой-то очень большой крови. По той простой причине, что это было одним из тех решений, которые были приняты лично Путиным. Почему у нас закрыли казино? Потому что Владимир Владимирович так хотел. И проблема эта была совершенно неразрешимая для владельцев казино. Т.е. если они пытались зайти с каких-то боков, чего-то отсрочить, сказать «давайте через год откроем», то мы видим, что на уровне правительства эта проблема оказалась неразрешимой.

Сколько там заносили и через кого, чтобы решить эту проблему, я не знаю. Очень много народу говорит, что возникли совершенно неразрешимые вопросы, потому что кто-то занес, деньги были переданы, проблема не решена. Кто-то за это должен отвечать. Были ли такие люди, как Шабтай или Япончик, посредниками в данных вопросах, сказать очень сложно, не зная всей фактуры. Конечно, впечатление такое, что это одно из тех убийств, которое вряд ли, в отличие от убийства Маркелова и Бабуровой, будет раскрыто. Во-первых, потому что убийцы были очень профессиональные.

Вы представьте себе, как его убили. Там были три человека, в той машине, которая по нему стреляла. Его обгоняли справа, потому что слева была встречка. Человек, сидевший за рулем, стрелял при этом из помпового ружья в стекло бронированной машины. При этом машину вел человек – видимо, сработавшаяся команда, – который сидел справа от водителя. А человек, который сидел на заднем сиденье, в образовавшуюся после помпового ружья дырку стрелял очень прицельно из автомата. Хотя еще раз повторяю, такая профессиональная стрельба тоже не особо что значит в нашей российской ситуации.

Когда на Смоленской набережной застрелили Руслана Ямадаева, если помните, тоже все говорили: ой, какие профессионалы сделали, сколько времени они за ним следили… А потом, когда поймали киллеров, так выяснилось, что предположительно другую попытку убийства эти люди совершили, обкурившись наркотиками. Никакой особенной подготовки к убийству Руслана Ямадаева как раз не было. Просто Руслан ехал в бронированной машине, справа от него сидел его приятель генерал Кизюн. Генерал Кизюн открыл немножко бронированное стекло и курил. Киллеры это заметили. Подошли и спокойно через приоткрытый кусочек у генерала Кизюна расстреляли Ямадаева. Что называется, можно повесить плакаты на автомагистралях, написать: «Курение вредно. Подпись – генерал Кизюн». И никакие пути отхода на Смоленской набережной эти ребята не отрабатывали, а просто сделали и уехали. Вообще-то, все эти истории, достаточно страшные, они наводят на мысль, что резко понизился уровень не просто раскрываемости преступлений и не просто безопасности проживания в России. Он понизился не только для обыкновенного, простого народа, он понизился и для властей имущих. Мы, как правило, сталкиваемся с майорами Евсюковыми.

Меня тут, кстати, спрашивают про замечательного офицера Алексея Дымовского, который сегодня обратился с видеообращением к премьер-министру. Я посмотрела это видеообращение. Извините, это же видеообращение майора Евсюкова (который, правда, еще никого не угрохал), который серьезно рассказывает о том, какое плохое его начальство, потому что оно не дает ему больничный (он это в двух обращениях рассказывает), и какое плохое его начальство: в других ведомствах, говорит г-н Дымовский, выгораживают людей, когда они совершили что-нибудь такое, а у нас не выгораживают. Т.е. просто берешь сводки, читаешь историю про то, как очередной гаишник застрелил очередного ребенка. Вот последняя история, которую я вычитала. Некий оперуполномоченный Денис Жадько избил 12-летнего мальчика. За что? У мальчика украли мобильник. Не мальчик украл, а у него украли мобильник. Он имел глупость придти к уполномоченному и это заявить. Оперуполномоченный его избил. Господин Жадько получил условный срок. Алексей Дымовский, защитник правда, он очень возмущен, что его ведомство в таких случаях не до конца прикрывает людей. На мой взгляд, это действительно крайняя степень падения представлений о том, что этот человек говорит. Это обращение такого человека, который наполовину майор Евсюков, наполовину генерал Калугин.

Так вот когда работают такие милиционеры, которые считают себя искренне обиженными, если начальство их не защищает в случае каких-то проступков, которые искренне жалуются на то, что они вынуждены работать сверхурочные… Знаете, вообще профессия милиционера – работать сверхурочные. Потому что преступники работают сверхурочно. У нас, журналистом, тоже, знаете, ненормированный рабочий день. Потому что новости случаются, когда они случаются, а не с десяти часов утра до шести часов вечера. Так вот когда работают такие, когда работает майор Евсюков, нам всё это бросается в глаза, и мы видим, прежде всего, тот эффект, который это имеет на простых людей. Но ведь на самом деле, если посмотреть, то и высшие классы оказываются совершенно безнадежными в этом развале.

Вот последняя история. История с похищением сына вице-президента «Роснефти». Когда этого сына похитили, господи, какие только конспирологические версии мне не рассказывали: что его по санкции начальства, чуть ли не Сечин хотел отомстить… Раскрыли похищение. Выяснилось, что похитили, вы будете смеяться, не просто уголовники – ваххабиты, натуральные кавказские ваххабиты, один из них потом еще убежал в горы, его там убили. Дебилы, простите, невероятные, потому что когда они его похитили, этого мальчика, они попали в автокатастрофу (видимо, были под кайфом), они машину бросили, мальчика переложили, а для этой машины они потом еще вызывали эвакуатор. И они, видимо, так испугались всей этой истории, что они даже не звонили, не говорили ничего о выкупе.

И менты просто не работали по этому делу, до той поры, пока в «Новой газете» не вышла публикация Сергея Канева, нашего журналиста. И тогда менты стали работать. И тогда менты их с легкостью обнаружили. Правда, менты перепутали и взяли соседнюю квартиру. Слава богу, заложника отпустили. После этого ментам пришлось рассказывать, что они в целях безопасности, заботясь о судьбе заложника, взяли не ту квартиру, где он был, а по соседству. Знаете, я не слыхала о таких способах освобождать заложника. Я о чем говорю? О том, что этого бедного мальчика тут же, естественно, услали на Запад, не остался он в России. Потому что мы видим, что вице-президент «Роснефти» в этой существующей системе не может обеспечить безопасность своего сына.

Мы видим, что на летное поле правительственного аэропорта «Внуково» может выехать вооруженная банда, ограбить рейс из Махачкалы, перевозчиков наличности. И это правительственный аэропорт. И это секрет Полишинеля, кто это сделал. Потому что до этого перевозчиков всегда грабили менты. А после того, как перевозчики однажды нажаловались, менты перестали грабить, а стала грабить вооруженная банда, которая в точности знает, где сидят менты и где расположены камеры в правительственном аэропорту «Внуково». И это преступление, тем не менее, не раскрыто. Самый первый вопрос возникает. Правительственный аэропорт. А если эти ребята, вместо того чтобы грабить перевозчиков из Махачкалы, возьмут тот же путинский самолет? Всего лучшего. До встречи через неделю.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире