'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 29 ноября 2008, 19:07

Ю. ЛАТЫНИНА: Добрый вечер. В эфире Юлия Латынина, программа «Код доступа», как всегда, в это время по субботам. Телефон прямого эфира 363-36-59, телефон для СМС 985 970-45-45.

Всю последнюю неделю на вопрос друзей, чего я делаю, я отвечала: «Читаю телефонный справочник, много думаю». Телефонный справочник – это 10 томов детализаций по делу Козлова, то есть кто, когда, кому звонил, из какого места. По крайней мере частично я это дело одолела и хочу результатами поделиться. Во-первых, потому что за все эти последние несколько недель я наслушалась рассказов о том, что как же это я защищаю точку зрения обвинения и как же это я осмеливаюсь думать, что Козлова убили не власти. И вот я хочу поделиться результатами, тем более что далеко не всегда детализации подтверждают показания подсудимых.

Сначала пара вопросов. Как это я считаю, что банк «Дисконт» не имел отношения к убийству Козлова и почему я замалчиваю его роль? Ответ: имел большую, но косвенную. Как видно из справки, положенной в дело, а это справка, которую глава Центрального Банка Игнатьев предоставил следствию по банкам группы «Дисконт», – в нее входили и «Неман», и «Дисконт», и банк, который назывался «Инвесткомбанк БЭЛКОМ», все они использовались как типичные закрывашки, работали в одном стиле, – и вот из этой справки видно, что банк Френкеля, последний оставшийся у него банк, работал с банками группы «Дисконт». В терминологии обнальщиков – закрывался на них. А вот, кстати, что сам Френкель говорит о «Дисконте»: «В связи с такими действиями Козлова один из моих знакомых сказал: если им, то есть Банку России, и на сей раз удастся выйти сухими, то банковскую систему ждет полный беспредел». Ну, вопрос, что это за знакомый и почему белый и пушистый банкир Френкель закрывается на банке группы «Дисконт»? Ответ: я думаю, что этот знакомый – Джуба Элбакидзе, со-хозяин «Дисконта». Тут уточнение, что собственно хозяина у «Дисконта» нет. Хозяин есть у объема денег, который через «Дисконт» гонят. Банковская реформа Козлова, собственно, и разделила банки на чистые такие «Дисконты». Все знают, что чистые банки тоже оказывают услуги по обналу. Это как ресторан – в каждом ресторане есть сортир. Но ходят в ресторан не для этого, хотя если хочешь облегчиться, то, вот, первый этаж и налево. А есть сортиры. Они передвижные. Причем, не важно, кому принадлежит сам банк. «Дисконт» принадлежал, по тем же показаниям Френкеля, Илье Хайкину. Френкелю предлагали его купить. Это не важно. Банка нет. Есть объем, есть хозяин объема. Такой банк как дорога: у дороги нет хозяина, хозяин есть у подвижного состава. Закрывают эту дорогу – объем идет в соседний банк. Хлопнули «Неман», и объем перешел в «Дисконт». Люди покупают банк, зарабатывают и бросают. Вот, собственно, одной из главных проблем Френкеля было то, что у него были банки третьего рода – с одной стороны, они выполняли роль сортира, но они были не передвижные, а стационарные; то есть умные люди бегали по поляне и бросали эти сортиры, когда они спалятся, а Френкель шел в суд и пытался доказать, что у него не сортир. Ну, грубо говоря, есть два способа не попасться гаишнику: один – иметь «мигалку», другой – не разворачиваться через осевую у него на глазах. А если у человека «мигалки» нет, его останавливают и он говорит «вы знаете, все так делают, а вот тот, который с «мигалкой», вообще едет по встречной полосе», то у этого человека будут проблемы.

Так вот, возвращаясь к ситуации с банком «Дисконт». Как я уже сказала, по версии следствия, подчеркиваю, по версии следствия, Френкель заказал первого зампреда ЦБ Андрея Козлова в апреле. И если смотреть детализацию, видно, что в апреле Френкель в «Трише» один раз, в мае тоже один раз – в том месте, где он заказывает Козлова. А вот в сентябре Френкель буквально срывается с цепи. Например, в ночь на 1 сентября Френкель и Аскерова, предполагаемый посредник, встречаются в «Трише» сразу после полуночи. 2 сентября Френкель звонит ей, она сразу перезванивает Шафраю, следующему посреднику. 4 сентября в полдесятого Френкель приезжает в «Триш», не успевает он уехать, в 22.19, сразу после отъезда, Аскерова звонит Френкелю. 5 сентября опять около половины десятого Френкель появляется в «Трише». Аскеровой нет. Она появляется только около половины двенадцатого, Френкель ее дожидается. При этом в то время, пока Аскеровой нет, в 20.50 ей звонит Шафрай, в 20.37 уже Аскерова звонит Шафраю, в 22.04 Шафрай ей отзванивает. 6 сентября тоже весь день истошный созвон. Около 22.18 Френкель снова приезжает в «Триш», долго сидит в «Трише». После того, как Френкель уезжает, Аскерова немедленно набирает Шафраю. 12-го Аскерова и Френкель вообще созваниваются 12 раз. Опять поздно вечером накануне дня убийства Френкель приезжает в «Триш». Аскеровой в «Трише» нет, она на Новом Арбате, Френкель уезжает, они снова созваниваются, уже фактически в день убийства, в час ночи. Френкель приезжает в «Триш» в половине второго ночи, то есть в день убийства он фактически в «Трише» два раза.

А что происходит в это время с киллерами? Киллеров подгоняют. Шафрай, Аскерова, Погоржевский рассказывают, что им говорят «быстрей-быстрей, если вы через две недели не выполните работу, так не надо уже ее делать». И, вот, мы смотрим, опять же, по детализациям киллеров, лихорадочная их активность. Они чуть не убивают Козлова 2 сентября, когда в субботу он на своей собственной машине едет из дома покупать в магазин телевизор. Козлов тот телевизор быстро купил – не успели привезти оружие. 4 сентября, в понедельник, киллеры снова едва не убивают Козлова, потому что около 10 часов вечера они видят, как он выходит из банка пешком и идет на Никитский бульвар. На этот раз они успеют созвониться, успеют подвезти оружие, но что-то там не случилось, хотя получилось так, что когда Козлов выходил из кафе, где он сидел, ему просто пришлось обогнуть багажник машины киллеров. Потом Козлов едет на конференцию в Сочи, возвращается, и 13 сентября его убивают.

А почему, собственно, такая лихорадочная спешка, что случилось в конце августа? А, вот, собственно, ответ как раз содержится в прослушках хозяина «Дисконта», со-хозяина Джубы Элбакидзе. 29-го, — говорит Элбакидзе одному из своих партнеров про банк «Европроминвест», последний, оставшийся в живых банк Френкеля, — написали письмо такое страшное, что у банка будет предписание уже, и максимум через 10 дней отберут лицензию. Еще раз, поставьте себя на место Френкеля. У этого человека было четыре банка. Три банка закрыли, остался один «Европроминвест». Более того, партнеры вытащили из-под него весь бизнес. Френкель пытается найти новых партнеров – не находит. Удивительно, но я нашла людей, которым Френкель предлагал купить этот банк, «Европроминвест», причем даже из обнального мира, он им даром предлагал. И один из покупателей, я не буду называть его имени из уважения к его профессии, он встречается с Френкелем, тот производит на него не очень правильное впечатление. Покупатель, даже предполагаемый, не оставляет Френкелю своей визитки. Буквально на следующий день наводит справки и говорит, что «как же, есть же предписание Козлова закрывать все эти банки – все банки, связанные с именем Френкеля». И вот Френкель находит другого партнера, Джубу. Кстати, это не совсем случайность, что Джуба и Френкель нашли друг друга, потому что Джуба тоже необыкновенно эпатирующий, я бы сказала, персонаж. Вот на этом рынке, где слово очень много значит, Джуба треплив. Он говорит «это мой банк», «это мой банк», он берет на себя такие помойки, с которыми никто не решает связываться. И Френкель подписывает с банками Джубы соглашение, и 29-го хлопают дисконт. И того же 29-го и Френкель, и Джуба узнают, что новый сливник их… простите, не сливник, а закрывашка, сливник – это предыдущая стадия, узнают, что у «Европрома» тоже в течение 10 дней максимум отберут лицензию. А это совершенно конкретные деньги. Месяц лицензии – это одни деньги, один объем, прогнанный через банк. 10 дней – это другие деньги, прогнанные через банк. Вот это та дата, о которой знает Френкель и из-за которой подгоняют киллеров. Пытался ли Френкель при этом показать своему новому партнеру, что он может решить и его проблемы – проблемы «Дисконта», или просто пытался решать свои, я не знаю. Но на вопрос, были ли связаны банк «Дисконт» и убийство Козлова, отвечаю: да, очень сильно, но косвенно. Еще я должна сказать, кстати, что банк «Дисконт» никто не выгораживал. В протоколах допроса Игнатьева, Сухова, Мерикьяна, всех начальников ЦБ, все они первой версией называют банк «Дисконт». Игнатьев дальше, как версии, называет «ВИП Банк» и «Конверсбанк». Вот если кого и выгораживает Игнатьев в своем допросе первом, это «Эпинбанк». Это заведение такое, из-за которого на него и Козлова очень сильно давили чекисты. И, кстати, именно глава «Эпинбанка» Наталья Кремлева в начале августа сводит Френкеля с чекистами.

Теперь еще один частый вопрос. Цитирую: «По версии обвинения, Френкель заказал Козлова в конце апреля в ресторане «Триш». А согласно детализациям телефонных разговоров Френкеля, он находился в этом ресторане только в ночь с 28 на 29 апреля – в день, когда Френкель выиграл суд с ЦБ – в этот день Френкель прыгал и скакал и никак не мог организовать убийство Козлова». Это очень интересный момент, потому что любому человеку свойственно рассказывать любые события в свою пользу. Особенно если речь об убийстве. Особенно если речь идет об убийстве первого зампреда ЦБ. Данное дело – не исключение. Например, вот дает показания киллер Половинкин и говорит: «Вы знаете, я не знал, что я должен буду убивать. Меня только следить послали. В самый последний момент 13 сентября Погоржевский вложил мне в руку оружие, говорит «иди убей», я так страшно испугался за свою жизнь, — говорит Половинкин на очной ставке, — что пошел и убил». А Погоржевский тут же орет: «Да что ты врешь, ты всегда пистолет с собой носил». Вот врут оба. Потому что, конечно, Погоржевский привозил оружие, не ездил Половинкин по городу с оружием, это слишком опасно. Половинкин совершенно точно знал, что надо убивать, что это не слежка, и я могу доказать это очень простым способом. Дело в том, что по детализациям видно, что Половинкин, как правило, приезжает к Центральному Банку в 5, 6, а то и в 7 часов вечера. Когда вы следите за объектом слежки с целью составить его расписание, вы ведете его с утра до вечера, от дома до дома. А когда вы пытаетесь найти удобное место, чтобы его убить, то, естественно, вы приезжаете в то место, где, как вам известно, он есть, например, в здании ЦБ, и просто ждете, когда он поедет не домой – дома Козлова убить невозможно, там такой комплекс жилой «Эдельвейс» с большой охраной – и смотрите, когда он поедет не домой, а в какое-то удобное место, где окажется в пределах досягаемости стволов киллерских. Или, вот, есть показания Бориса Шафрая. Этот вообще поет, как соловей. Рассказывает все: когда, где, как он передавал конверты, как потом передавал деньги. Но есть такая отмазка: он говорит, что не знал, что речь идет об убийстве. «Я думал, что это какая-то такая, я когда услышал, что это убийство Козлова, я был потрясен, я был просто раздавлен, как лягушка, я остановился у обочины, я не спал всю ночь, я приехал утром к Аскеровой, я спросил: «Лиана, что это?», она ответила: «Да». И, вот, показания Бориса Погоржевского вносят существенные уточнения в картину душевных мук Бориса Самуиловича Шафрая. Потому что Погоржевский рассказывает, что те 20 тысяч, которые ему передали дополнительно, кроме 200 тысяч, были не премией, а задатком за новый заказ. Мол, женщине, которая заказывала, понравилось, как убили Козлова, она хочет заказать еще партнера по бизнесу. Кстати, я думаю, что новой жертвой должен был стать партнер Френкеля Олег Власов. А, может, кстати, сам Френкель Аскеровой его заказывал за его же деньги. Там, вообще, такие пауки в банке, точнее, в четырех банках, что действительно трудно разобраться. Это я к чему – нам об обстоятельствах заказа известно со слов посредницы Аскеровой. И Лиана Аскерова, хозяйка ресторана «Триш», чей бизнес весь был завязан на Френкеле, рассказывает следующее: Френкель приезжает к ней в «Триш» в конце апреля, она долго колеблется – взять ли заказ? В конце мая она звонит Шафраю, Шафрай через некоторое время говорит «да, это будет стоить 200 тысяч», передается киллерам через Шафрая конверт, в котором, замечу домашний адрес Андрея Козлова, правда, старый, и еще восемь адресов друзей Козлова, и, естественно, по этим адресам не могут киллеры никого найти и в конце июля Френкель начинает беспокоиться, спрашивает, как дела, ему отвечают, что клиента не могут найти, он передает новый адрес – на этот раз это уже адрес здания ЦБ.

А вот если посмотреть на детализации, то видишь некоторые уточнения. Вот, допустим, есть показания Бориса Погоржевского, который клянется тоже, что он не знал, что они убивали Козлова. Он думал, что это какой-то коммерсант, который кинул честных людей. Они торчали с конца июля под окнами ЦБ и ждали Козлова, который приезжал на работу в 9 утра и уезжал около 10 вечера на «Мерсе» с флагом, но они ж не знали, что это чиновник. А, вот, теперь что мы видим по детализациям? До этой передачи конверта с новым адресом, зданием ЦБ, это 25 июля. Френкель приезжает в «Триш», Аскеровой нет. Он набирает ее в 21.42, они созваниваются еще три раза, и сразу после этого в 22.06 Аскерова звонит Шафраю, и тут же перезванивает Френкелю, который сидит и ждет ее в «Трише». Потом она приезжает в «Триш». Еще раз повторяю, что станции сотовых телефонов базовые показывают, где происходит место звонка. Приезжает в «Триш», сидит там где-то до двух часов ночи, едет к себе на дачу на Клязьму, а она живет в одном дачном поселке с Шафраем. Более того, Шафрай долгое время вообще платил за ее дачу, и только за последние несколько месяцев перед арестом, то есть примерно с момента, когда Аскерова берется выполнять этот заказ, она начинает платить и за свою дачу, и за дачу своего брата, вообще поднимается. И, вот, утром Шафрай едет на работу к себе, на Фестивальную, к нему приезжает Погоржевский, и от Шафрая Погоржевский едет к Неглинке. А дальше очень интересный звонок. В 16.40 Погоржевский перезванивает Шафраю. В этом звонке самое интересное не время, а место, с которого он сделан, потому что впервые Погоржевский в этот день приезжает на Неглинку и звонит с базовой станции «Петровские линии» Шафраю. И сразу после этого звонка следующий звонок – в 16.42 Шафрай перезванивает Аскеровой. Потом еще несколько дней между всеми фигурантами идет созвон. То есть что значит звонок в 16.40 с Неглинки? Это звонок, который доказывает, что, конечно, Погоржевский понял, кого ему надо убить. Мы не знаем содержание этого звонка, но можно догадаться: «Да ты что, урод, ты меня развести хотел? Ты мне какие-то бумажки подсовывал? Это будет тебе стоить на сто тысяч дороже». И вот эти сто тысяч, о которых потом чрезвычайно глухо говорят все участники сделки, они говорят, что в какое-то время киллерам понадобилось еще сто тысяч долларов, и не говорят, почему. Вот эти сто тысяч и этот звонок, они вылезают вместе из детализации.

Или, вот, Аскерова говорит в своих показаниях, что вскоре после этого конверта Френкель передал ей еще один конверт, на этот раз с адресом пансионата, где будет отдыхать Козлов, а она неделю думала, передавать ли. Тоже мучилась сомнениями, но, наконец, она все-таки позвонила Шафраю и передала конверт. А, вот, посмотрим на детализации. Действительно, 4 августа Френкель приезжает в «Триш» поздно вечером. А Шафрай заезжает в «Триш» после этих событий только 16-го. А вот то, что Аскерова колебалась – это вранье, потому что если мы посмотрим на телефоны Шафрая, то его просто нет в Москве с 31 июля, его телефон вырублен. Как только Шафрай приезжает, они созваниваются. Причем в 0.18 Аскеровой звонит Френкель. Сразу после этого, в 0.22, Аскерова набирает Шафраю. Через 20 минут, в ночь на 16-е, Шафрай приезжает за конвертом. И 18-го киллер Половинкин появляется в пансионате «Кривск». Правда, он видит, что вокруг пансионата ЦБ имеется забор, а забор для киллера Половинкина является непреодолимым препятствием, тем более что и Козлов к этому времени уже уехал. То есть обратите внимание, в принципе, люди дают правильные показания, они не врут о своих действиях, но врут о мотивах. Аскерова не врет, когда говорит, что неделю не передавала Шафраю конверт с адресом. Мотивчик чуть-чуть другой.

А вот теперь вернемся к истории с апрелем 2006 года, когда, по показаниям Аскеровой, Френкель ей в ресторане «Триш» заказал Козлова. А Френкель говорит, что не мог этого сделать. И это правда. Френкель не мог заказать Козлова в конце апреля в ресторане «Триш». Объясню почему. Вот, глядим на детализации. 19 апреля первого зампреда ЦБ Андрея Козлова переутверждают в Госдуме. Для Френкеля это шок, потому что все мошенники, которые вертелись вокруг Френкеля, объясняли ему, что Козлова не утвердят, тем более что орудием, которое избрано Френкелем для смещения Козлова, является справка по А.А. Козлову на четырех страницах, которая распространена в Госдуме по указанию зампреда партии ЛДПР господина Островского. В справке этой сказано, что Козлов ставленник Ходорковского, пособник чеченских террористов, агент Госдепа, и справка эта возымела свое действие, но только не такое, на какое надеялся Френкель, потому что сразу после единогласного переутверждения Козлов вот с такими «шарами» прибежал с этой справкой к Игнатьеву и на следующий день у одного из банков Френкеля, «РТБ», отобрали лицензию.

Вот, смотрим детализацию. В 18.30, как только известны результаты голосования, Власов, партнер Френкеля, звонит Аскеровой. Аскерова сразу перезванивает Френкелю на его общеизвестный телефон, поразительно странный звонок – длится он 8 секунд, тут же Френкель этот звонок вырубает и тут же Аскеровой перезванивает другой телефон: 795-77-21. Я, надо сказать, на такой хороший математик, как Френкель, я вообще филолог, но можно высчитать по признакам детализации, что это один из секретных телефонов Френкеля. Кстати, там еще вылезает и третий секретный телефон: 767-20-88. Они весь апрель по этим трем телефонам созваниваются, и напомню, что у Френкеля нашли восемь трубок. 20 апреля отнимают лицензию у этого самого РТБ, а 21 апреля Аскерова приезжает к Френкелю в офис. А Френкеля нет. Аскерова тут же уезжает. 22 апреля, это суббота, все разъезжаются по дачам. Френкель едет к себе на дачу под Селятино, Аскерова забивается на дачу на Клязьме. Напомню, что эту дачу снимает на тот момент для нее Шафрай. Видимо, они сидят там вместе. Тем более такой тонкий момент: у Аскеровой 22 апреля день рождения. И в дневниках Френкеля, которые он до весны вел, он потом их бросает вести, а они такие дотошные, он в них отмечает буквально каждую фразу, есть запись о том, что 23 апреля надо заехать поздравить Аскерову, с цветами, и вот по детализациям видно, что никаких поздравлений не происходит, все сидят по дачам и плачут. Аскерова, вероятно, в компании с Шафраем. Конец, занавес. Банкам конец. Бизнесу конец. Только 25 апреля Аскерова приезжает в город и, вы знаете, в офис Френкеля. А Френкеля нету. Аскерова снова быстро уезжает. 26-го она снова приезжает в офис Френкеля, снова Френкеля нету. На этот раз она сидит в офисе почти три часа, опять уезжает. А Френкель, выйдя из места, где он сидел – он сидел где-то на Новобасманной – едет в «Триш». И снова они разминулись, потому что Аскеровой-то в «Трише» нету, потому что Френкель, судя по звонкам, покидает «Триш» очень быстро, явно он заехал туда не покушать. А даже, я могу предположить, хотя это маловероятно, он просто ехал мимо «Триша». К 17.37 Френкель возвращается в свой офис. Опять звонит таинственный телефон, вот этот: 795-77-21. И в 18.34 Аскерова звонит на этот телефон, входя в офис Френкеля. У меня два вопроса. Что случилось с этими двумя людьми, что они бегают друг за другом по городу Москве, как будто у них телефоны кончились? Что они хотят сказать друг другу такое, что нельзя сказать даже по секретным телефонам Френкеля? И второй вопрос. То, что я вам рассказала, это похоже, чтобы Френкель заказал Аскеровой Козлова? Нет, это Аскерова бегает за Френкелем.

Если вы хотите мое мнение, то вот оно. Френкель давно твердил относительно Козлова, что он готов на все. Он мошеннику, ныне сидящему, Белозеру говорил «кончай с Козловым». Он Джигалову, своему помощнику, говорил «а, правда, что ты в армии снайпером был?». Он уже справку составил, которую передаст киллерам, с адресами домашними Козлова и его друзей. И в субботу и воскресенье у себя на даче возле тихой реки Клязьмы Лиана Аскерова обсуждает со своим ближайшим другом Шафраем, что Френкель давно ж говорит, что надо хлопнуть Козлова, и почему бы на это не подняться? Это не Френкель в «Трише» предлагает Аскеровой убить Козлоав, а та думает месяц. Это Аскерова 26 апреля предлагает убийство, скорее всего, прямо в офисе Френкеля. И 28 апреля Френкель, выиграв суд с ЦБ, говорит «погоди». Перерыв на новости.

НОВОСТИ

Ю. ЛАТЫНИНА: Добрый вечер. В эфире опять Юлия Латынина. Меня спрашивают, почему я все про Френкеля да про Френкеля. Отвечаю. Во-первых, Андрей Андреевич Козлов, кристально честный чиновник, заслуживает того, чтобы мы знали, как произошло его убийство и почему. Это дело, в котором обществу необходимо досконально знать правду, потому что устройство этой правды очень хорошо характеризует устройство нашего общества. Во-вторых, господа, если, извините, мне бросают в лицо обвинение, что я являюсь чьей-то пешкой, что я работаю по заказу, что я озвучиваю сливную информацию, то я должна разобраться в этом деле, и доказать свою правоту, и защитить свою репутацию. Хотя должна сказать, что за меня мою репутацию уже защитил Михаил Френкель, потому что когда я сказала, что дело, которое я читала, в нем 57 томов, я тем самым подтвердила тот факт, что я читала не то дело, которое передано прокуратурой в суд. Я читала, значит, какую-то более раннюю версию дела и, стало быть, мне ее сливала не прокуратура. И я хочу сказать, что так получилось, что для меня убийство Козлова является личным вопросом. Я безумно уважала этого человека, и я хочу узнать, кто его убил, я внимательно следила за этим делом. Так получилось, что человек, который поймал киллеров, тоже является моим хорошим знакомым. Я знаю, как ловились эти киллеры. Я должна сказать, что киллеров, убивших Козлова, ловили на собственные деньги оперативников, потому что оперативник ушел в отпуск и поехал на Украину за собственные деньги. Кстати, вот так устроено наше российское государство. И там обещали, кстати, какую-то премию за раскрытие этого убийства, и никому ничего не дали. Но это было моей личной проблемой, что я знаю людей, которые брали киллеров, и это к делу не пришьешь. Потом я увидела удивительное письмо господина Френкеля – письмо хозяина обнальных банков, который обвинял Козлова в том, что это, оказывается, Козлов и ЦБ уничтожали хорошие, чистые российские банки, и не просто чистые российские банки, а всю российскую банковскую систему в угоду Госдепу. Я тогда еще не понимала, почему это письмо написано. Я не знала, я не видела в материалах дела, что, оказывается, убийца Козлова предложил прокуратуре и ФСБ, к которой он ходил, сделку. Сделка заключалась в том, что он будет рассказывать о том, какой плохой ЦБ, а ему за это дадут статус свидетеля. Я не понимала, зачем это сделано, но я тоже молчала и не комментировала обстоятельств дела до той поры, пока я не поговорила с десятками людей, которые знали Андрея Андреевича; пока я не поговорила с людьми многими, которые знали Френкеля, его знакомыми; пока я не нашла, как подобает журналисту, материалы дела, потому что, к сведению некоторых людей, журналисты сами способны искать правду, им не только ее сливают. В данном случае у меня алиби, что эту правду слила мне не Генпрокуратура и не ФСБ. Так вот, и только после того, как я все-таки внимательно изучила материалы, я осмелилась говорить о том, чего я знаю. И я буду говорить о том, что я знаю, до той поры, пока я считаю нужным.

Возвращаясь к апрелю. Никак не получается, по детализациям, что Френкель заказал Козлова в апреле. А вот 22 мая происходит событие, совершенно неизбежное. Потому что Френкель выигрывает иск у ЦБ – вы можете себе представить, в какое состояние это привело Козлова, в какое состояние это привело ЦБ, что таракан выиграл иск о том, что его надо признать любимым домашним животным, – и «ВИП Банк» 22 мая просто отрубают от системы платежей. Это катастрофа для Френкеля, это крах дела всей его жизни, и вечером 22 мая, входя в «Триш», разъяренный Френкель набирает со своего обычного телефона Аскерову, и через шесть минут после этого звонка Аскерова перезванивает Шафраю. Вообще, я должна сказать, что в этом деле есть одна страшная вещь, потому что у Френкеля, как я говорила, было четыре банка. И, кстати, чтобы доказать, что это отмывочные банки, не надо даже лезть в их баланс и рассказывать, как их клиенты, фирмы, были оформлены на шоферов Френкеля. Достаточно просто сказать, что этих банков было четыре. Потому что банк бывает только один. Вот у Моргана был один банк. У Фридмана – один банк. Потому что банк – это размер уставного капитала, это доверие. Ну, нету так, чтобы был «Меррилл Линч», а вокруг еще пять банков. И если «Меррилл Линч» один, а у Френкеля их четыре, значит, это не банки, значит, это что-то другое. Так вот, этапы убийства Козлова почти детально совпадают с отзывом лицензии у каждого банка, потому что сначала, в 2005 году, это время, когда Френкель просит замначальника собственной службы безопасности Морюшкина сделать справку о Козлове. Это очень специфическая справка, потому что, как я уже сказала, это старый адрес Козлова и восемь адресов его друзей. И вот эти девять адресов передают киллерам, и они по ним ездят. И вот эта справка, которую трудно себе представить, чтобы кто-то передал киллерам, кроме Френкеля, она делается, по крайней мере повторно, в начале декабря, то есть накануне похода Френкеля к Козлову и накануне отзыва лицензии у банка «Орел».

Второй этап – это апрель, это 19 апреля, когда Козлова переутверждают в Государственной Думе. Тогда, судя по всему, Аскерова предлагает свои услуги. Третий этап – 22 мая. Тогда, по моему представлению, Френкель как раз и заказывает Козлова, это день прекращения существования «ВИП Банка». Конец июля – это даты, когда начинают активы выводиться в другой банк, который не принадлежит Френкелю, «Инкред». То есть Френкеля кидают его собственные партнеры, и он передает новый адрес, на этот раз уже на Неглинке. И, вот, конец августа, еще раз повторяю, что 29 августа Козловым была написана ЦБ бумага про «Европром», что сейчас отзовут у него лицензию, и начинается лихорадочная поспешная активность. Самое важное, еще раз повторяю, в этой истории – это мотивы, потому что для меня это история о том, к чему приводит позиция человека, который всюду говорит «меня не любят». Ведь эта история началась не в апреле и не в декабре. Она началась в августе 1998 года, когда хозяева крупного по тогдашним меркам банка «Диамант» приехали из Дагестана, где они хоронили своего брата. Хозяева – братья Магомедовы и Билаловы. Их брата убили, похитили, они два месяца его искали, нашли, наконец, похоронили. И тут они вдруг обнаруживают, что молодой управляющий их банком, который в совершенно фантастическим возрасте, 27 лет ему тогда было, руководил одним из очень крупных российских банков, что все активы из банка выведены, а на них, на хозяев, написано заявление, что сейчас они Френкеля убьют. И Френкель уходит в «Электроник», и повторяется та же история. Как сказал мне хозяин «Электроника» Романов, последние три дня пребывания этого человека – ну, он не слово «человек», он немножко другое слово употребил – в банке стоили ему 3 миллиона долларов. Понимаете, это все такие очень умные поступки, но они ведут к утрате доверия. А когда банкир утрачивает доверие, он не может собрать клиентов. А когда клиентов нет, то единственный способ заработка – это отмывка, и самый прибыльный, причем. А отмывка – это автоматически человеку попадает от Козлова. И тогда человек начинает задавать себе вопрос, а почему попадает? И отвечает: «Да он меня не любит».

Вы знаете, есть замечательный момент про то, как вел бизнес Френкель. В 2005 году он пришел к тем самым бывшим хозяевам банка «Диамант», разоренного банка, то есть к людям, Магомеду Магомедову, нынешнему сенатору, которому он причинил самое страшное зло, которое можно причинить, не считая смерти, и предлагает как ни в чем не бывало купить здание банка «Европром». Условие покупки: банк остается там, где сидит, а Магомедов приводит в банк клиентов. И вы знаете, удивительное дело, но эта сделка не состоялась. И всю жизнь этот человек вынужден отвечать себе, почему хозяева «Диаманта» разоренного стали миллиардерами? Почему клиенты многие «Диаманта», например, Дмитрий Ризиренов из «Дон-строя», стали миллиардерами? А Френкель остался вот с этими своими четырьмя жалкими банчками. Потому что, как я уже сказала, беда Френкеля была в том, что его помойки были стационарные. Он не мог, как Джуба, бегать по поляне, потому что настоящий обнальный бизнес – он на доверии. Ты сюда приносишь ярд, а отсюда, из совсем другого места он возникает. Обнальный бизнес обеспечен словом – словом Джубы Элбакидзе, словом других людей. А слово Френкеля стоило ноль. Поэтому ему нужны были стационарные банки, а стационарные банки подпадали под систему залпового огня под названием Андрей Андреевич Козлов.

И когда Френкель решает, что Козлов его не любит, он обрастает безумным количеством мошенников, которые его укрепляют в этой картине мира. Его все время засыпают письмами, которые говорят, что сейчас мы решим проблемы с Козловым, сейчас мы передадим ему взятку, возникают какие-то безумные люди. Вот, приходит мошенник Белозер, которого Френкель спрашивает: «А ты можешь решить проблемы с Козловым?». А мошенник Белозер приводит мошенника Коноваленко, который представляется как офицер ФСБ и говорит: «Да нет проблемы, я куратор банка, я сейчас решу проблемы с Козловым, который у меня в корешах». А Френкель говорит: «А ты можешь снять Козлова с помощью Госдумы?». – «Да не вопрос», — отвечает мошенник. У Френкеля обнаружена куча писем из ЦБ. Одно письмо начальника юридического департамента ЦБ господина Голубева, который якобы предлагает ЦБ покончить дело миром, тяжбу миром. Другое письмо от тогдашнего замгенпрокурора Колесникова, который тоже что-то хорошее говорит про «ВИП Банк». Третье письмо начальника ДЭП Мещерякова, который тоже говорит, что к «ВИП Банку» претензий нет. Вот это все обнаружено в бумагах Френкеля, и все эти бумажки объединяет то, что они фальшивки. То есть самый большой парадокс, что этот человек, который, судя по всему, ходит и говорит «я – друг Кудрина», «я – друг Колесникова», он верит тому, что к нему приходит другой человек и говорит «а я – крыша Козлова», «а я – кореш Игнатьева». И самое удивительное для меня в этой истории, что Френкель раньше не сошелся с эфэсбэшниками, вот с таким душевным настроем, потому что, как я уже сказала, его приводят в ФСБ, по его собственным показаниям, только 3 августа. Приводят к полковнику, которого он в своих показаниях называет Горушко. Я очень хотела бы поговорить с этим полковником. Я знаю, что его зовут не Горушко. И с господином Бортниковым, тогдашним начальником ДЭП ФСБ, а ныне главой ФСБ, по поводу господина Френкеля. Вот о чем можно было беседовать на Лубянке с этим человеком, портрет которого я вам сейчас нарисовала?

И проблема, для меня потрясающая, заключается в том, что все бизнес-проекты Френкеля кончались неудачей. Что 22 декабря, когда он пришел к Козлову и принес с собой статью «МК» – ну, не принес с собой, но в этот день вышла статья «МК», которая представляла пересказ справок Френкеля про Козлова – и сам же при этом Френкель составил пресс-релиз ЦБ о том, что ЦБ прекращает судиться с «ВИП Банком», то, вы знаете, как-то на Козлова не произвела впечатления эта статья. И как-то Госдума не прониклась справкой о том, что Козлов пособник чеченских террористов, и переутвердила Козлова на посту зампреда ЦБ. И сейчас впервые все то, что говорит Френкель, все то, на что он жалуется, вдруг получило огромный общественный резонанс. Вдруг впервые за эти много лет нашлась куча людей, помимо всяких разных мошенников, которые раньше Френкеля разводили на бабки, помимо даже Аскеровой, которая, видимо, предложила ему организовать убийство Козлова, потому что знала, что Френкель давно об этом говорит, нашлась куча людей, которые выслушивают эту систему аргументации этого человека, и я пытаюсь понять, почему. Я пытаюсь понять. Ну, хорошо, если встать на сторону Френкеля, который говорит, что Козлов агент ЦРУ, которого убил другой агент ЦРУ, Виктор Мельников, тоже первый зампред ЦБ, который тоже не любил Френкеля, и убили Козлова за то, что Френкель его разоблачил совместно с ФСБ, то как же должен выглядеть по мнению нашей либеральной общественности процесс, на котором правда Френкеля восторжествует? Это что, должен быть весь ЦБ на скамье подсудимых? Судят Игнатьева и Мельникова за убийство Козлова, а Френкель и Путин, пострадавшие от деятельности ЦБ, обвинители на этом процессе?

Меня спрашивают по СМС-кам, как экономический кризис скажется на популярности премьера Путина. Я должна сказать, что нищета еще никогда не была препятствием для диктатуры, и как сказал в свое время Рузвельт, «диктатуры делаются из голодных и безработных». И вся проблема нашей экономики в том, что… Вот есть вопрос, можно ли носить воду в решете? Ответ: можно, если сверху льет больше. Вся проблема нашего государства в том, что оно не создано, чтобы им управлять. Оно может выполнять некоторые функции – воровать, защищать тех, кто совершает преступления. Кстати, это не значит, что в государстве творится только плохое. В нем творится много хорошего. Но получается так, что люди, которые делают в нем свою работу, делают подвиг. Но, вот, управлять это государство не может. И сейчас, когда во время кризиса повысилась цена ошибочных решений, мы видим, что государство не может ответить на главный вопрос, как остановить истечение рубля, как остановить истечение долларов за границу? Потому что когда оно понижает процентную ставку, чтобы увеличить ликвидность банковской системы, то доллар бежит за границу; а когда оно повышает процентную ставку, чтобы доллар не бежал за границу, то банки перестают выдавать кредиты – они сейчас сидят на деньгах и не знают, чего делать. И я смотрела на меры, которые предлагал премьер Путин для преодоления кризиса, и я не совсем поняла, что это за меры. Потому что, например, в них написано, что будем брать деньги под инфраструктурные проекты, под гарантии ВЭБа. Как это перевести на русский язык? Это называется, что под гарантии ВЭБа мы будем строить Сочи. Или дадим кредит Индии, чтобы она купила наши корабли. Вот как это перевести на русский язык? Отвечаю: мы продали индийцам в свое время «Адмирала Горшкова» за миллиард с небольшим долларов, и должны были его поставить в этом году. А теперь мы хотим, чтобы денег было на 2 миллиарда больше, а срок был – 2012-й. То есть получается, что индийцы отказываются платить по контракту, который, мягко говоря, их не устраивает, платить больше, и чтобы дать ворам возможность своровать, мы даем индийцам кредит? То есть мы даем покупателю денег, чтобы он купил у нас «Горшкова». Замечательная коммерция, особенно в минуту кризиса. То есть когда я вижу те меры, которые предлагает Владимир Владимирович, то я вижу набор популистских обещаний и лоббистских решений: с одной стороны – снизить налоги, с другой стороны – повысить пенсии в полтора раза. Я не говорю, что пенсии не повысят в полтора раза. Может, пенсии повысят не в два, а в три раза. Может, их двадцать раз повысят. Я, вообще, знаю страну, где они повысились в 360 тысяч раз за год, называется Зимбабве.

Вы знаете, я недавно услышала вещь, которая меня поразила. Это история о том, как устроено настоящее государство. Еще года полтора назад сляб, то есть заготовка, из которой делается прокат металлический, стоил 500-600 долларов за тонну, а потом взлетел до 1200. Взлетел он потому, что Китай отменил возврат НДС при экспорте заготовки. Сейчас он, кстати, понизился до 290 долларов за тонну. То есть решение Китая – не важно, плохое оно или правильное, протекционистское оно или нет – это решение Китая, которое воплощено в жизнь, потому что чтобы управлять экономикой, а Китай умеет управлять своей экономикой, нужно быть государством. Вот чтобы воровать – не надо быть государством. Надо иметь силу, надо иметь прокуратуру, но государством быть не обязательно. Помните, в свое время «Газпром» и «Роснефть» пробили закон, согласно которому они могут вооружать собственную охрану, и все либеральные экономисты, и я в том числе, хихикали, что вот эти две компании обзавелись частными армиями. Ну, обзавелись частными армиями. Есть, допустим, Дагестан, который добывает 290 тысяч тонн нефти в год. А есть по территории Дагестана труба из Баку в Новороссийск. И составами нефть из Избербаша, это из ЮжДага, идет в Новороссийск. Там нефтяных месторождений нет, там есть только труба, а нефть идет составами. Там стационарные врезки. Там три группы разных сильных охраняют трубу. Не важно, кто. Мне важны сейчас не имена этих людей, мне важны симптомы. Кто, вы думаете, ворует эту нефть? Ответ, что ее воруют те самые люди, которые не просто ее охраняют, а получают оружие и получают большую зарплату за то, чтобы ее охранять. И нам говорят, что мы, Россия великая, встали с колен, что мы сейчас покажем Америке, что она нас не уважает. А скажите, а Южная Осетия нас уважает? А вы знаете, что когда Лавров приехал 17 сентября, еще до признания независимости Южной Осетии, в Южную Осетию, то Кокойты Лаврова не встретил у Рокского тоннеля. Багапш встречал Лаврова, министра иностранных дел, на аэродроме. Мамсуров, президент Северной Осетии, тоже встречал Лаврова. А Кокойты не соизволил. Кто такой министр иностранных дел России Лавров, чтобы сам Эдуард Джабеевич его встречал у Рокского тоннеля? Так, ребята, если Кокойты не считает нужным встретить главу российского МИДа…

Алло, говорите, вы в эфире. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Юля, здравствуйте. Простой вопрос, может быть, слегка наивен. Это от рядового пользователя мобильного телефона. В своей передаче вы пользуетесь таким термином, как расшифровка телефонных переговоров. Значит ли это, что все телефоны записываются и в оффлайне можно получить для компетентных органов доступ к прослушке либо…

Ю. ЛАТЫНИНА: Спасибо. Вопрос понятен. Есть расшифровка и есть детализация. Насколько я понимаю, это липа. Насколько я знаю, телефонные разговоры автоматически нигде никогда не пишутся, во всяком случае я о таким не слыхала, хотя панические слухи ходят. Пишутся телефонные разговоры только если их специально пишут. Например, в деле, когда заказчиков убийства Козлова стали слушать, то выяснилось, например, что господину Шафраю позвонил человек с Украины и сказал «что-то там Богдан в розыске, я смотрю». Имелся в виду, видимо, Богдан Погоржевский. И после этого Шафрай сразу перезвонил Аскеровой сказал: «Слушай, дела плохи, и Богдан еще в розыске, надо срочно встретиться». Вот этот телефон записан, как расшифровка. Это одна история. А есть такая штука, которая называется детализацией, и как вы понимаете, все билинговые системы, когда вам приходит счет за телефон, как происходит – вы звоните с сотового телефона и билинговая система автоматически отмечает номер, на который вы звоните, длительность вашего звонка и соту, через которую идет соединение. Это на самом деле такая капитальная проблема, потому что когда на все это смотришь, масштаб проблемы гигантский, он такой, знаете, философский. Я, вот, вспоминаю, что в XVI веке, когда люди плавали по морю, у них была грандиозная проблема, как вычислить свое местоположение. А сейчас, особенно когда, например, по морю какой-нибудь плавает браконьер, у него другая грандиозная проблема: у него стоит GPS, который он не может отключить, чтобы скрыть свое местоположение. Вот сейчас, конечно, когда человек носит сотовый телефон, на самом деле, как мы видим, детализации потрясающе много говорят о человеке. И поэтому мой вам совет: если вы хотите совершить убийство, никогда не совершайте его, потому что детализации вашего сотового телефона вас непременно выдадут. До встречи на следующей неделе.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире