'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 17 сентября 2005, 19:08

Ю. ЛАТЫНИНА: Добрый вечер. В эфире программа «Код доступа» и ее ведущая Юлия Латынина. Телефон прямого эфира программы 203-19-22 и пейджер 961-33-33 для абонента «Эхо Москвы». Напоминаю, что сообщения на пейджер должны быть подписаны. Тут уже катятся сообщения, которые, будучи неподписанными, я не могу озвучить. Сначала, как всегда, вопросы по Интернету. Довольно много вопросов про цены на бензин, про замечательное высказывание господина Калинина о том, что бунты и голодовки в тюрьмах происходят из-за правозащитников, идущих на поводу у своих западных хозяев, но сначала я хочу сказать о другом.

Странная история, случившаяся вчера, когда в Назрани произошло два довольно странных теракта. В ночь на пятницу в 2.40 на железнодорожном перегоне Беслан-Назрань сработало взрывное устройство, эквивалентное по мощности 5 кг тротила, взорвали его практически на границе республик между Кантышевым и послеком Майским, и, соответственно, перед грузовым поездом. И второй взрыв в 4.11 прогремел в городе Назрани напротив пятиэтажного жилого дома, жертв и пострадавших нет. Два странных взрыва — почему я о них говорю? Потому что есть еще одно обстоятельство, которое делает эти взрыв еще более странным. Дело в том, что первый взрыв на железной дороге должен был произойти 3 сентября в Беслане. Я отвечаю за свои слова, почему я это говорю, я отвечаю за то, что я сейчас скажу. 3 сентября в полях возле Беслана, то есть напомню, что 3 сентября — годовщина трагедии, поймали человека, поймали местные, которые патрулировали границу. Он шел через поле к железной дороге, которое отделяет собственно Ингушетию от Осетии, это 5-6 км высокой травы. Это вообще самая короткая дорога, примерно та же, по которой ехали террористы, они, собственно, поэтому и приехали в Беслан, что ближе ничего к Ингушетии нет. Этот человек шел очень профессионально, перебежками, с большим рюкзаком. Так получилось, что за ним просто некоторое время следили, потом к нему поехали навстречу, он тоже очень разумно поступил — ушел в высокую траву и не бросился бежать, а залег. Поле стали прочесывать, пока его нашли, рюкзак у него уже сдулся. У этого человека был десантный нож, хорошие военные берцы, у него на ноге было старое ранение, у него было белое тело, как у боевиков обычно, потому что боевики, они прячутся, они не загорают, как крестьяне, как селяне, люди всегда настороже, люди всегда в камуфляже. Кстати, извините за такую деталь, он был без трусов, так ваххабиты ходят, без трусов. Его, естественно, спрашивали, чего он хотел делать, потому что естественная мысль была, что направлялся именно взорвать этот поезд. Он совершенно не боялся, глаза у него были остекленевшие. Ну, представьте себе глаза фанатика, когда вокруг него стоят люди, готовые разорвать, 3 сентября, напоминаю, стоят осетины. Он говорит «я с Гиреева хутора, я шел за яблоками». В конце концов об этой истории услышали менты, его забрали, там он сказал, что он не с Гиреева хутора, а с Кантышево, и его отпустили. Вот я ответственно заявляю, что в тот момент, когда мне рассказывали об этой истории, поезд еще не был взорван, и когда мне рассказывали эту историю, мне говорят «прикинь, какой борзый, он шел, наверное, взрывать поезд Москва-Назрань, так его словили, он такой наглый, что он через два дня пикет обстрелял, вернулся обратно». И вот через неделю взрывается все-таки этот самый поезд.

Я не понимаю, что это за история. Я не понимаю, как могли отпустить человека в такой ситуации, который является явным боевиком по всем признакам — синяк на плече, натертые пальцы от выстрелов. Как это могли, допустим, сделать без личного распоряжения министра МВД Осетии? Я не знаю, как это объяснить, потому что объяснить, что деньги за это заплатили, я не могу. Я не думаю, что министр МВД Осетии в такой ситуации возьмет деньги от боевика. Можно попытаться объяснить, что этот человек типа провокатор, ему деньги заплатили от какого-нибудь ФСБ и он шел взрывать поезд, чтобы сказать, что 3 сентября осетины в день трагедии хотели взорвать ингушский поезд, я тоже никак не могу, потому что совершенно ясно, что этот человек был боевик, этот человек — не агент ФСБ. Я просто констатирую факт, необъяснимый с точки зрения Евклидовой логики, и действительно напоминающий театр абсурда, потому что, как я уже сказала, этот человек был вайнах, скорее всего, ингуш, и сколько ингушей специально отправляют на суд во Владикавказ, хотя они ни в чем не виноваты, это вообще отдельная страшная тема для обсуждения, потому что сейчас Россия намеренно ведет политику, при которой любой ингуш, чтобы ему ни пришили и чтобы его не взяли, как боевика, хотя даже если он боевиком не является, федералы в Ингушетии, как правило, его судят во Владикавказе, ему пробивают коленные чашечки, там он признается во всем, чем угодно, и судят его во Владикавказе. Естественно, ему дают 20 лет за терроризм, потому что осетины любого ингуша рады посадить, и это, в общем, намеренное стравливание народов между собой, между которыми и так страх и боль. Вот недавно был случай. Осетины украли ингуша, с которым вели какой-то бизнес, они потребовали с него деньги, в конце концов он сбежал, осетин поймали, они потребовали суда присяжных, на суде присяжных они сказали, что они его украли в отместку за Беслан, и суд присяжных их оправдал. Вот такие отношения между народами. И тем не менее, когда в полях возле Беслана в ночь на 3 сентября берут человека, который является явным боевиком, его почему-то отпускают, хотя ясно, что он идет взрывать этот самый поезд и через неделю этот поезд взрывается. Что это такое — знаете, моих аналитических способностей не хватает.

Телефон прямого эфира 203-19-22, и номер эфирного пейджера 961-33-33 для абонента «Эхо Москвы». И говорите, вы в эфире. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Добрый день. Галина вас беспокоит. Скажите, пожалуйста, ваш комментарий по поводу предстоящих выборов в Германии и прогнозы в отношении России, если можно?

Ю. ЛАТЫНИНА: Ой, вы знаете, нет у меня особых комментариев по поводу предстоящих выборов в Германии, потому что, ну что же, победит либо Шредер либо Меркель. Больше я вам ничего разумного не смогу сказать. Единственное, что можно отметить, что на этот раз, несмотря на то, что Путин является личным другом Шредера и, конечно, отношения России с Германией будут гораздо хуже, если победит Меркель, потому что вообще часть этой кампании в Германии строится на том, что показывают вот, дескать, Шредер дружит с Россией, а она такая-сякая. Несмотря на это, скажем так, выборы в Германии освещаются не так, как выборы на Украине, и даже не так, как выборы в Америке. Мы не вмешиваемся в них, извиняюсь, всей голой задницей. Очень, по-моему, вполне нормальное освещение.

Несколько вопросов по пейджеру. Вот как раз, собственно, вопрос, который мне был очень дорог, от Сергея: «Юлия, прокомментируйте, пожалуйста, высказывания господина Калинина о том, что бунты и голодовки в тюрьмах происходят из-за правозащитников, идущих на поводу у своих западных хозяев». Ну, действительно, у нас сам начальник ГУИНа это сказал несколько дней назад. И у меня, конечно, немедленно картинка возникла. Вот заходит первоход в хату и говорит: «А кто тут главный правозащитник?» А его спрашивают: «А зачем тебе правозащитник главный?» А первоход стоит у порога с узелком и отвечает: «Ну вот, господин генерал Калинин сказал, что в тюрьмах правозащитники все решают». Вот, конечно, это фантасмагорическая ситуация, при которой оказывается, что у нас бунты и голодовки могут устроить правозащитники, а не воры в законе, не паханы, которые контролируют и зоны, и СИЗО. Она чем фантасмагорична — потому что возникает вопрос — а кто целевая аудитория этого высказывания? Вот интеллигенты не поверят, что правозащитники такие могущественные. Народ тоже не очень поверит, потому что у нас, извините, каждый третий сидел. Если человек сам не сидел, то у него сидел брат, знакомый, сват, свекор, и он как бы знает, как дело обстоит в тюрьмах, и кто в ней может поднять бунт, кто может заставить людей резать вены, а кто не может. Ответ, что целевая аудитория этого высказывания, это власть. Это президент Путин, который считает, что у нас на Кавказе нет войны, это министр Нургалиев, который считает, что террористы живут на поводу у своих западных хозяев. То есть вот это люди, которые все больше и больше живут не в какой-то реальной картине мира, а в той картине мира, которую им создают им же верные СМИ по их же указаниям, и которые смотрят телевизор, который базируется на их же указаниях, и говорят «ой, как верно подмечено».

Телефон прямого эфира 203-19-22, и номер эфирного пейджера 961-33-33 для абонента «Эхо Москвы». И говорите, вы в эфире. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте Юлия. Вас беспокоит Александр Николаевич, военный пенсионер из города Санкт-Петербурга. Меня беспокоит такой вопрос. В августе месяце этого года в Калининграде прошел десятитысячный митинг военных пенсионеров, которые выступали против обкрадывания министерством обороны своих пенсионеров. В бюджет Российской Федерации закладывается на этот год 55 рублей 18 копеек на стоимость общевойскового пайка исходя из среднестатистических потребительских цен Госкомстата. А расчет военным пенсионерам производится из расчета 20 рублей. Вот активную разъяснительную работу по правам пенсионеров в Калининграде проводит депутат Рудников, а вот хотелось бы узнать у вас, что вы можете пояснить, почему государство не хочет признавать своих долгов военным пенсионерам, проводя «серые» схемы. Какие политические партии готовы юридически помочь в отстаивании наших прав, и будут ли средства массовой информации, например, «Эхо Москвы» или «Новая газета» следить за ходом этих событий в борьбе военных пенсионеров за свои права? Спасибо вам большое, всего самого доброго.

Ю. ЛАТЫНИНА: Ну, вы знаете, мне с цифрами сложно сразу ответить на этот вопрос. В любом случае военные пенсионеры не одиноки. Есть большое количество народа. Причем вопрос достаточно удивительный, потому что, в общем, Путин объявил достаточно предвыборный бюджет, которым делается очень много реверансов в пользу народа и очень сильно увеличиваются социальные выплаты. Более того, тот бюджет, который сейчас объявлен в России, такое впечатление, что это предвыборный бюджет, это бюджет, который государство не может долго выдержать, это бюджет, который должен быть в 2008 году, а не в 2006. Возникает вопрос — а почему же у нас предвыборный бюджет в 2006 спокойном году, что должно случиться? Так вот, и что касается конкретно военных пенсионеров, я думаю, тут действительно государство не должно жонглировать цифрами, и если войсковой паек рассчитывают из суммы 55 рублей, то пенсию оно в такой же ситуации не должно рассчитывать из суммы 20 рублей, но я думаю, что военные пенсионеры не должны отдельно отстаивать свои права, как военных пенсионеров. Они должны отстаивать свои права, как права части народа.

Еще несколько вопросов по Интернету. Юрий, искусствовед, пишет: «Общественная палата будет заседать в единственном в Европе Музее прикладного искусства. Неужели для того, чтобы выражать общественное мнение, нужно обязательно отобрать у музейщиков дом Остермана?» Напоминаю, что Музей прикладного искусства, я не помню, он действительно какой-то уникальный в России, расположен в доме екатерининского вельможи Остермана, построенном соответственно в XVIII веке, и Общественная палата, которая готова туда переехать, уже музейщики против этого протестовали, обратились с открытым письмом к Путину, что, дескать, музей уникальный, здание уникальное. Но вот вам милый анекдот, который, насколько я знаю, имел место на деле, что когда вот эти несчастные музейные работники пришли в РФФ протестовать, что можно ли какое-нибудь другое здание для изъявления воли народа предложить, потому что, дескать, вот это здание, построенное Остерманом, такая великая редкость, на это был ответ абсолютно гениальный: «Мы еще разберемся и проверим, правильно ли Остерман это здание приватизировал».

Станислав, москвич, тоже вопрос по Интернету: «В прессе промелькнула такая информация, что Церетели построил памятник Кадырову-старшему бесплатно. Правда ли это?» и еще: «Как вообще можно ставить памятник мусульманину и муфтию, может быть именно поэтому Кадыров-младший не явился на его открытие?» Ну, памятник был открыт, по-моему, недели две назад, и Кадыров-младший действительно не явился на открытие памятника своему отцу. Очень разумное замечание у Станислава, что памятник мусульманину, конечно, ставить нельзя, это как бы совсем нехорошо. Но тоже я впервые слышу, что Церетели это сделал бесплатно, потому что мне во всяком случае рассказывали, что в Чечне даже с учителей по 500 рублей собирали на этот памятник, не то чтобы в Чечне сильно богатые учителя. Но тут по этому поводу мне вспоминается другой замечательный анекдот, который на этот раз, в отличие от истории с домом Остермана, это все-таки анекдот, звучал он так: «Церетели создал памятник Кадырову-старшему. Кадыров-младший поклялся отомстить».

Телефон прямого эфира 203-19-22, и номер эфирного пейджера 961-33-33 для абонента «Эхо Москвы». И говорите, вы в эфире. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Я тоже бывший военный пенсионер, правда, я в Чечне не воевал, я воевал в Сирии и в Афгане, в Таджикистане. Вы правильно сказали, у нас у каждого третьего сидели в тюрьме. Вы вчера не слышали выступление Аушева?

Ю. ЛАТЫНИНА: Нет, к сожалению, я была на Кавказе.

СЛУШАТЕЛЬ: Он вчера почти тоже так же говорил, как вы сейчас про этого духа сказали, почти все дословно.

Ю. ЛАТЫНИНА: Спасибо большое. Еще один вопрос. Телефон прямого эфира 203-19-22, и номер эфирного пейджера 961-33-33 для абонента «Эхо Москвы». И говорите, вы в эфире. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Здравствуйте, вас беспокоит Елена, Екатеринбург. Я хотела бы вам задать вопрос по поводу демографической ситуации у нас в стране. У нас в городе Екатеринбурге большая проблема с детскими садами. И мало того, что их не строят, их еще и разрушают. Строят на этом месте торговые центры. Вот хотелось ваш комментарий послушать. Спасибо.

Ю. ЛАТЫНИНА: Вы знаете, я боюсь, что это все-таки вопрос к господину Чернецкому, мэру Екатеринбурга. Ну что же ведущий «Эха Москвы» может вам сказать по поводу строительства детских садов в городе Екатеринбурге? Что слава Богу, что не хватает детских садов, а не детей в семьях. Лучше уж, чтобы детей было больше, а уж с детскими садами как-то разберемся.

Еще вопрос по Интернету. Михаил спрашивает: «Почему отправили в отставку президента Кокова, при котором в Кабардино-Балкарии все спокойно, и не отправляют в отставку президентов соседних республик, у которых то террористы расхаживают по территории, то зятья крошат людей?» Ну, тяжелый вопрос про президента Кокова, потому что его, конечно, не отправили в отставку, к нему в Кремле не было абсолютно никаких претензий. Он тяжело, очень тяжело болен, и, собственно, последние два-три года не правит республикой, хотя до своей болезни это, бесспорно, был один из лучших президентов Кавказа, ну, с учетом всех особенностей, с учетом, естественно, того, что бизнес в республике оказался поделен между родственниками, и нефть, и минералка, и все остальное. в основном, в республике контролировалось так или иначе кланом президента, но, к сожалению, это для Кавказа достаточно естественная вещь, и тем не менее у президента Кокова были, совершенно очевидно, какие-то очень серьезные внутренние ограничители, которых действительно не хватало у президентов соседних республик, в том числе и назначавшихся уже при Путине. Что же касается последних двух-трех лет, то действительно была беда, потому что когда президент лежит в Москве и болеет, а взамен правит клан, который понимает, что сейчас придет что-то другое и все растащат по кускам, то начинается полная беда, несмотря даже на то, что время от времени президент появляется в республике, все опять падают перед ним на колени, потому что, как я уже сказала, реально его очень уважали. Известен его преемник. Назывались разные имена, но насколько я знаю, еще до отставки президента Кокова уже в Приэльбрусье состоялась пьянка, на которой Арсен Каноков, депутат Госдумы, некогда от ЛДПР, теперь от «Единой России», довольно крупный бизнесмен, который давно претендует на власть в Кабардино-Балкарии. У него в Кабардино-Балкарии как раз мало бизнеса, у него большая часть бизнеса в Москве, но в Кабардино-Балкарии у него был бизнес, насколько я понимаю, сеть гостиниц «Интурист», и у него еще был бизнес казино, но казино он как раз продал, когда стал претендовать на власть. Более того, продал казино и обратился в кабардино-балкарский парламент с предложением ограничить законодательно игровой бизнес, потому что на Кавказе это серьезная проблема. Там люди горячие, люди из-за этого совершают самоубийства, проигрывают все. Построил мечеть в Нальчике. Кажется, он начал это делать 2,5 года назад, и тогда уже стало ясно, что это, вероятно, один из главных претендентов на кресло. Построил мечеть, но, правда, обещал также построить церковь и синагогу. То есть, в принципе, опять же можно считать господина Канокова достаточно удачным выбором для Кремля, по крайней мере, мы видим, что от ситуации, когда Кремль при раннем Путине назначал, ставил во главе республики людей, которые, мягко говоря. не пользовались в республике авторитетом и не имели рычагов для того, чтобы этот авторитет накопить, ну, как. допустим, господин Зязиков, зато были очень покорны Кремлю, то, в общем, с приходом Дмитрия Козака, судя по всему, эта тенденция изменилась, и даже если во главе республики ставят людей, к которым с точки зрения ортодоксального либерализма существует масса претензий, про которых можно сказать, что они черт знает что контролируют, что они водочные короли, нефтяные короли, подпольные какие-то короли, то несомненно, что эти люди обладают достаточным весом и они способны управлять республикой, если не по законам, то по понятиям, как это, допустим, случилось в случае Теймураза Мамасурова и как это, очевидно, будет в случае Арсена Канокова.

Телефон прямого эфира 203-19-22, и номер эфирного пейджера 961-33-33 для абонента «Эхо Москвы». И говорите, вы в эфире. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Юля, здравствуйте. Александр из Москвы. Как-то у меня всколыхнулось, когда Путин сказал, что он прибавит какие-то большие суммы врачам и прочим, а потом у меня поубавилось, потому что я, например, не верю. Он может прибавить, и где-то это обязательно отнимет. Я не говорю об инфляции. И второй вопрос. Отменили графу «против всех». Я вообще такой человек, мне не важно, демократ, либерал, я сужу по результатам. А результатов никаких. А вот Привалов выступил, он сказал, вы можете зато каждого выключить из списка, а это, оказывается, незаконно, этой графы не существует. Не кажется ли, что это прелюдия уже к президентским выборам. А если оттуда всех вычеркнут, то это уже бюллетень недействителен. Они говорят по Конституции это не написано. Да, но там написано одно — я имею право на свободное волеизъявление.

Ю. ЛАТЫНИНА: Спасибо. Сейчас просто перерыв на новости. После него я отвечу на ваш вопрос.

НОВОСТИ

Ю. ЛАТЫНИНА: Добрый вечер. В эфире программа «Код доступа» и ее ведущая Юлия Латынина. Телефон прямого эфира программы 203-19-22 и пейджер 961-33-33 для абонента «Эхо Москвы». Вот Сергей по пейджеру мне пишет: «Уважаемая Юлия, если есть словосочетание «правозащитники и их западные хозяева», почему же не ввести в оборот «правоохранители и их кремлевские хозяева»?» Впрочем, возвращаюсь к вопросу предыдущего слушателя о том, что, вот, президент Путин ему обещал денег, а он не верит. Тут же еще и по Интернету вопрос из Саратова от Андрея, который представляется как врач: «Скажите, Юлия, чем, по-вашему, кончится затея ВВП дать сотни долларов зарплаты одним медикам и ничего не дать другим? Неужели не ясно, что это будет новый виток коррупции, но снизу вверх?» Дело в том, что действительно очень странное обещание прозвучало медикам у президента Путина. Медикам низшего состава, санитарам, было обещано увеличение зарплаты, а действительно квалифицированным медикам, которых гораздо меньше, и которые, соответственно, гораздо меньше, как влиятельны как избиратели, им было практически ничего не обещано". Но я вот уже говорила об этом феномене, и зря слушатель беспокоится, что деньги ему не будут выданы. Деньги ему, скорее всего, будут выданы. Деньги будут выданы потому, это уже отмечала не я, это предвыборный бюджет. Мой коллега Михаил Арсеньев, который пишет на сайте «Полит.ру», замечательно по поводу этого предвыборного бюджета процитировал фразу из книги маршала Шапошникова «Мозг армии», где он напомнил, что мобилизация — это война. Вот в этом смысле предвыборный бюджет — это выборы. То, как сверстан бюджет этого года, то, как объявлена социальная программа президента Путина, это действительно программа человека, идущего на выборы. Это такое напряжение, которое не объясняется одним лишь ростом цен на нефть, и которое не может быть выдержано бюджетом последовательно в течение нескольких лет до 2008 года, когда у нас по сценарию выборы намечены. И действительно возникает вопрос — а что такого должно случиться в 2006 году, чтобы этот год был предвыборный, и как может так оказаться, что власть, сверстывая бюджет, и давая обещание, что заранее знает, что этот год предвыборный.

Телефон прямого эфира 203-19-22, и номер эфирного пейджера 961-33-33 для абонента «Эхо Москвы». И говорите, вы в эфире. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Юлия. Это Иван беспокоит вас. При всем том сочувствии, которое вызывает ситуация, развитая в Беслане, какую вы видите альтернативу? Если бы развилось не так, а взяли бы ту кассету…

Ю. ЛАТЫНИНА: Альтернативу чему, альтернативу расследованию? Не проводить расследования?

СЛУШАТЕЛЬ: Нет, самой операции. То есть не было бы альтернативой то, что было в Буденновске? Вот ваше мнение. Спасибо за ответ.

Ю. ЛАТЫНИНА: Спасибо за вопрос о Беслане. Понимаете, я вначале рассказал поразительный случай о задержании неделю назад человека, который явно был боевик и явно шел взрывать поезд. Вот его отпустили. Вот что было бы, если бы его задержали? Мы не знаем. Невозможно отвечать на вопросы «что было бы?». Очень часто люди, которые пытаются оправдывать то, что произошло в Беслане, пытаются объяснять, говорят, что с террористами все равно нельзя идти на уступки, поэтому было бы то же самое, все равно были бы жертвы. Дело в том, что представьте себе, человек едет из пункта А в пункт Б. Но он едет на скорости 200 км в час пьяный по встречной полосе, и по дороге сбивает старушку. И ему говорят «слушай, чего ж ты сбил старушку?» А он отвечает «понимаете, но мне же все равно надо было ехать из пункта А в пункт Б». Мы не знаем, какая была бы операция в Беслане, если бы водитель был не пьяный, если бы он ехал не по встречной полосе, не со скоростью 200 км в час. Мы даже не знаем сейчас точно, что в Беслане произошло. До сих пор, прошел год, следствие, ну, не скажем чтоб объективно ведется. До сих пор нет ответов на самые очевидные вопросы. причем не только на те вопросы, которые касаются боевиков. Например, следствие нам говорит: было 32 боевика. А люди-профессионалы, которые были вокруг Беслана, говорят: это не может быть, чтобы огонь такой интенсивности вели 32 боевика, это не может быть, чтобы это здание обороняли 32 боевика. Наконец, было найдено прокуратурой очень много военной одежды сброшенной. Боевики переоделись в гражданское, но не было ни одного трупа боевика в гражданской одежде. То есть боевиков, скорее всего, было больше. Мы это не можем утверждать, но это вопросы, которые требуют следствия. А вот вопросы типа почему не обнародовали содержание кассеты, почему сказали, что заложников 350 человек, эти вопросы, они даже не требуют следствия, они требуют, как я уже говорила, просто признания правды. Вот на этой неделе был обнародован документ потрясающей человеческой силы. Я вообще благодарна за то, что мне этот вопрос задали, потому что я все равно об этом собиралась говорить. Это стенограмма, не столько стенограмма, сколько воспоминания членов комитета «Матери Беслана» о встрече с президентом Путиным 2 сентября. Было много обсуждений, стоило ли им ехать на эту встречу, очень многие в Беслане говорили, что им не стоило ехать, и очень многие в Беслане после встречи говорили, что они не задали те вопросы, которые они должны были задать. Но вот еще раз повторяю, это не стенограмма, это воспоминания, которые были опубликованы на сайте «Правда Беслана.ру». Так вот это документ, еще раз повторю, потрясающей человеческой силы, который показывает, что может спросить простой человек у президента Путина, когда он потерял своих детей и когда он ничем не движим, кроме желания найти правду. Перечтите его все, потому что это важно, это важно понять, как разговаривает народ со своим президентом. Президент этого никогда не слышал ни от кого, президент не слышал этого от лизоблюдов, которые напрашиваются к нему на прием, чтобы выпросить должность или выпросить место. Я просто зачитаю некоторые куски стенограммы, что люди спрашивают, и что президент может им ответить. Анетта Гадиева, одна из матерей, спрашивает: «А как же информация по поводу количества заложников?» Путин: «Я клянусь, что до конца не знал их точное количество». Анетта Гадиева спрашивает по поводу того, «кто несет ответственность за Беслан, почему так случилось, что Дзасохов в Совете Федерации и Зязиков награжден? Ведь у Зязикова на территории тренировались боевики». Путин отвечает: «У Зязикова был день рождения». Это ответ президента Путина. Анетта Гадиева спрашивает: «Нам все говорили, зачем вы едете, зачем ты едешь? Я ответила — хочу посмотреть ему в глаза, чиновнику, который два часа сидел у Гроба Господня и каялся. Вы каялись о Беслане?» Путин отвечает «да». Анетта Гадиева: «Ну вот тогда покайтесь пере моим народом». Ответ президента Путина: «Кто-то может использовать эти слова для развала России. Террористы сначала готовят теракт — одна трагедия, а потом работают с жертвами — другая трагедия». Анетта Гадиева: «Не давайте почвы, работайте так, чтобы этим силам невозможно было что-то делать». Все ответы президента Путина — «да», «я не знал», «будем разбираться», «но все делалось совершенно правильно». Один из ответов президента Путина гласит, что он не знал, что террористы выдвигали требования и что он не знал ни о какой кассете. Буквально через полчаса президент Путин говорит, что они собирались симулировать вывод войск из Чечни, то есть признает, что требования ему были известны. Вот из одной этой стенограммы видно, почему не доведено до конца следствие в Беслане. Видно, что власть не может сказать правду, потому что правда будет слишком убийственна для нее самой. И еще есть одна очень существенная вещь, которую я не сказала на прошлой неделе, когда меня спросили, почему Владимир Колесников, зампрокурора, приехал в Беслан и начал с того, что наехал на Теймураза Мамсурова, на Станислава Кесаева, то есть людей, которые в общем-то достаточно официальные лица и не так радикальны, как «Матери Беслана», которые, скорее, должны являться союзниками прокуратуры, которых, скорее, не должно отталкивать. Так вот по прочтении этой стенограммы я поняла, что случилось.

Дело в том, что никто и никогда не разговаривал с Путиным такими словами. Последний человек, который нечто похожее говорил Путину, был Михаил Борисович Ходорковский, который на встрече Путина с олигархами пришел в часах за два доллара и сказал Путину, что его любимая Роснефть и его любимые люди, сидящие в Роснефти, купили компанию «Северный ??» по вдвое завышенной цене, и, видимо, распилили разницу. Мы все знаем, что случилось с Ходорковским потом. Никто так сильно, повторяю, еще не оскорблял президента, никто не задавал ему таких вопросов, какие задавали эти женщины. И можно просто открыто сказать, что то, что чувствовал, какое решение принял президент после этой встречи, ну, мне затруднительно сказать, но напрашивается аналогия между этой встречей «Матерей Беслана» с Путиным и встречей журналистов НТВ с Путиным, когда тоже была предпринята последняя попытка лично президента перевербовать журналистов НТВ на свою сторону, и когда президент понял, что это невозможно, то последовало закрытие НТВ. Мне кажется, что то, что сейчас очень опасное может произойти в Беслане, это то, что президент понял, что он не может найти общий язык с «Матерями Беслана», он не может перетащить их на свою сторону одним фактом приглашения в Кремль, они приехали к нему не затем, чтобы ему льстить, не затем, чтобы просто задавать вопросы, а добиваться ответов, и, соответственно, важно как-то заткнуть им рот. Естественно, Кремль это не будет делать собственными руками, Кремль попытается сделать это руками осетинских властей. Грубо говоря, Кремль попытается натравить осетинских мужчин на осетинских женщин. Собственно, в этом, возможно, и смысл того, что произошло с Колесниковым. Колесников приехал и первым делом попытался поставить и президента Осетии Теймураза Мамусрова и главу парламентской комиссии Северной Осетии Станислава Кесаева на место. Он надавил не на тех людей, которых бесполезно давить, то есть на женщин Беслана, он надавил на тех людей, которые в принципе давятся. Потому что кто такой Теймураз Мамусров? Это очень сильный человек, это действительно неформальный лидер Северной Осетии, который контролирует не только ее бизнес, в большинстве случаев не очень законный бизнес. Это человек, который действительно пользовался, еще при Дзасохове, огромным авторитетом и гораздо лучше вел себя во время теракта, чем Дзасохов. Но что случилось после теракта? После теракта Кремль заставил обоих людей, которые могли претендовать на лидерство в Северной Осетии, и Теймураза Мамсурова и Арсена Фадзаева, фактически заткнуть рот народу, и в обмен Мамсуров получил президентское кресло не как тот человек, который пришел к власти волей народа, а как тот человек, который пришел к власти волей Кремля, который был назначен Кремлем. Это вообще еще один очень страшный политический проект, который Россия реализует во всех республиках Северного Кавказа. Если есть лидеры народа, если есть яркие лидеры, она всегда старается их потушить. Сильный лидер, чтобы придти к власти, должен быть слабее, должен пойти на компромисс с Кремлем. Вот уже известно, что Теймураз Мамсуров может идти на компромисс с Кремлем. Правда, он шел на компромисс с Кремлем не в таком важном для него вопросе, потому что вопрос об отставке Дзасохова гораздо менее важен для Мамсурова чисто по-человечески, чисто лично, чисто для мужчины, чем вопрос о расследовании бесланской трагедии. Но вот в эту точку сейчас будет бить Кремль, он будет пытаться так же, как в Чечне он натравил одну половину народа на другую, в Осетии он будет пытаться, скорее всего, именно по результатам того, что произошло между «Матерями Беслана» и Путиным, в Осетии он будет пытаться натравить осетинских мужчин на осетинских женщин. Происходить это будет, в основном, потому, что осетинские женщины, они не связаны никакими обязательствами. «Матери Беслана» не имеют никаких социальных обязательств, кроме как перед своими детьми, которые мертвы, и они хотят узнать правду. Осетинские мужчины связаны социальными обязательствами, связаны бизнесом, более того, они должны иметь этот бизнес, например, хотя бы чтобы отомстить. Вот чтобы отомстить, нужны деньги.

Телефон прямого эфира 203-19-22, и номер эфирного пейджера 961-33-33 для абонента «Эхо Москвы». И говорите, вы в эфире. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Такое страшное говорите, но я как и не верю Путину, так и не верю вам, потому что считаю, что вы ангажированы из-за рубежа. Это глубокое мое убеждение, у меня два высших образования.

Ю. ЛАТЫНИНА: Спасибо. Телефон прямого эфира 203-19-22, и номер эфирного пейджера 961-33-33 для абонента «Эхо Москвы». И говорите, вы в эфире. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день, это Сергей Павлович. Видите, я две передачи целых не звонил, как вы сказали, что я часто звоню. Но вот вчера два интереснейших вопроса, он перекликается с вашей передачей, возможна ли острожная, конструктивная критика Кремля? И так как господа Ганапольский и Гулько меня в эфир не пустили, бросили трубку, то я очень мирно скажу, что, конечно же, она возможна, но для того, чтобы ее производить — они говорят, вот, многие слушатели звонили и так ни одного ответа не дали — я вам дам ответ, как ее производить. Для этого вам нужно вместе как бы, вкупе с власть предержащими, договориться о том, что же мы будем строить. И, соответственно, поскольку вы сами признаете, что власть предержащих как бы сейчас поддерживает подавляющее большинство населения, то и должны принять концепцию этого проекта. В рамках этого проекта вам конструктивная критика, конечно, будет дана.

Ю. ЛАТЫНИНА: Простите, пожалуйста, а можно уточнить, вы мне обещаете, что мне будет дано право на конструктивную критику. Что вы за удивительный человек? Вы прямо от имени Путина мне обещаете?

СЛУШАТЕЛЬ: Да нет, извините, честно говоря, с Путиным не знаком.

Ю. ЛАТЫНИНА: Я догадываюсь. Вот от чьего имени вы сейчас говорите?

СЛУШАТЕЛЬ: От имени, наверное, все-таки большинства народа, поскольку у меня, в принципе, есть люди, которые с президентом как бы косвенно знакомы, и они говорят, что сейчас, в принципе, такой период настает, что…

Ю. ЛАТЫНИНА: Спасибо. Вы замечательный дали ответ, что вы говорите от имени большинства народа, поскольку у вас есть друзья, которые знакомы с президентом. Тут, что называется, ни встать, ни лечь. Видимо, то ли друзья президента составляют большинство народа, то ли друзья президента знают, как народ думает. Вот я, если честно, не знаю, как народ думает, я говорю не от имени народа, не от имени друзей президента, не от имени конструктивной или неконструктивной оппозиции, я говорю от своего имени, от имени Юлии Латыниной. Если президент Путин делает то, что мне нравится, как, например, когда он поднял батискаф, наплевав на своих военных и наплевав на то, что они хотели его утопить, то есть Бог с ним, что он при этом не выступил по телевизору, он принял решение, эти люди обязаны ему жизнью. Когда президент Путин делает то, что мне нравится, я не могу сказать — полезно для страны или неполезно, мне кажется, это полезно для страны. Когда это президент Путин делает, я его хвалю. К сожалению, мне приходится его редко хвалить. Вы знаете, если бы мне приходилось часто хвалить президента Путина, я была бы совершенно счастлива. Если бы та оппозиция, которую я, к сожалению, представляю, потому что страна все больше и больше поляризуется, если бы оппозиция могла быть конструктивной, если бы к ее мнению хоть когда-нибудь прислушивались, я была бы счастлива состоять в конструктивной оппозиции, которая, впрочем, состоит из одного человека Юлии Латыниной. И мне не надо ничьих обязательств, ни ваших, ни друзей президента, ни людей, говорящих от имени большинства народа, что мне то или другое будет позволено говорить. Все, что мне позволено или не позволено говорить, я позволяю себе сама.

Телефон прямого эфира 203-19-22, и номер эфирного пейджера 961-33-33 для абонента «Эхо Москвы». И говорите, вы в эфире. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Это Магомед из Дагестана. Скажите, пожалуйста, не кажется ли вам дискриминацией дагестанского народа то, что среди лауреатов Нобелевской премии полно лиц сионистской национальности, а дагестанцев очень мало? Спасибо.

Ю. ЛАТЫНИНА: Вот это сильно, Магомед. Вы знаете, слава Богу, это вопрос не ко мне. Кроме того, я очень удивлена тем, что вы представились как Магомед из Дагестана, потому что, видимо, проживаете вы все-таки в Москве, у меня много знакомых дагестанцев, у них гораздо более выраженный кавказский акцент, чем у вас. Поверьте, что и аварцы, и даргинцы, и лезгины, и лакцы, и табусаранцы, они говорят по-русски не скажу хуже, они синтаксически абсолютно правильно говорят по-русски, но они говорят с немножко другим акцентом, чем, допустим, черкесы и осетины. Так вот мне кажется, что человеку по имени Магомед, который считает, что он из Дагестана, гораздо естественнее беспокоиться о том, почему дагестанцев бьют в московских переходах, почему Магомеда Талбоева, известнейшего летчика, избили в московских переходах, почему лица кавказской национальной в России, к ним отношение как к инородцам, чем беспокоиться насчет происков сионизма и Нобелевской премии. Ну, это так, наблюдение. Так вот. Если вы задаете свой вопрос всерьез, а на самом деле повод у него есть, потому что повод есть очень печальный. Когда сейчас Россия пытается объяснить Кавказу, почему она плохо относится к Кавказу, то она все время пытается объяснить кавказской элите, что во всем виноваты евреи. Это очень популярный мотив у Кремля. Вы не представляете. Вот каждого человека с Кавказа отводят в сторону и объясняют: «Во всем виноваты евреи». Наверное, евреям объясняют, что во всем виноваты кавказцы. Но я боюсь, что в стране, которая вступает на путь объяснений, какой народ в чем виноват, ничего хорошего не грозит ни евреям, ни кавказцам, ни в том числе русским, потому что это тупиковый и страшный путь — объяснять кто в чем виноват.

Телефон прямого эфира 203-19-22, и номер эфирного пейджера 961-33-33 для абонента «Эхо Москвы». И говорите, вы в эфире. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Юлия, это Галина. Ну, во-первых, не одна вы в оппозиции все-таки, я думаю, оппозиция растет.

Ю. ЛАТЫНИНА: Нет, я сказала, что я представляю свою точку зрения. Я не представляю точку зрения, допустим, Гарри Каспарова или Ирины Хакамады.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Хорошо. Вот этих единичных людей достаточное количество все-таки, хотелось бы, чтобы они имели площадку для выхода. Но мой вопрос не в этом. Скажите, пожалуйста, вы говорите, что это год предвыборной кампании Путина, по бюджету. Что тогда будет? Как он придет к власти, ведь конституционно срок ограничен?

Ю. ЛАТЫНИНА: Вы знаете, извините, я констатировала факт и задала вопрос. Ответа на этот вопрос я не знаю, так же, как я не знаю ответа, например, на вопрос, с которого я начала свою передачу — почему этого несчастного ингуша, боевика, который шел взрывать поезд, задержали менты и отпустили? Вот не знаю я ответа на вопрос. И еще у меня вопрос по Интернету от господина Смирнова, коммерсанта из Москвы: «Прокомментируйте, пожалуйста, историю с хулиганами, напавшими на лимоновцев, и вызволенных из КПЗ сотрудником администрации президента Никитой Ивановым». Действительно, вроде бы там чего-то этих хулиганов лично господин Иванов, сотрудник, насколько я понимаю, управление которого возглавляет Модест Колеров, пошел вызволять из камеры предварительного заключения. Но понимаете, тут же вся ситуация с пиарщиками, которые работают против лимоновцев, или против демократов, или против кого угодно, она очень смешная. Ведь эти люди, пиарщики, их задача — не решить проблему, их задача — увеличить проблему, потому что чем больше проблемы, которые ты решаешь, тем больше ты значишь и тем больший бюджет ты пилишь. В этом смысле пиар-система, которая сейчас существует в Кремле и которая настроена на борьбу с оппозицией, она система абсолютно с положительной обратной связью, то есть она работает вразнос, как паровая машина неисправная, потому что вместо того, чтобы замалчивать эту проблему, тем самым сводя ее на нет, наоборот, эти люди увеличивают ее важность, чтобы раздуть важность свою собственную, и тем самым в общем, в конце концов, готовят ту революцию, которую они якобы поставлены предотвратить, если, конечно, в России возможна хоть какая-то революция.

И еще последний вопрос от Натальи из Омска по Интернету: «В своей передаче на радио Владимир Соловьев рассказывал, как поднимаются у нас цены на бензин, как собираются нефтяники по определенному адресу, в определенное время, и как принимаются решения. С ростом цен на нефть это связано очень слабо, скорее, с борьбой против Путина. Соловьев, как и вы, всегда ссылается на свои очень компетентные источники, и, как и вы, очень убедителен. Что вам известно по этому поводу, о сговоре и т.д.?» Тут много вопросов про бензин, и что меня изумляет в решении депутатов законодательно ограничить рост цен на бензин, что у нашего правительства, как всегда, очень короткая память, и мы уже забыли, как несколько месяцев назад мы издевались над госпожой Тимошенко, которая то же самое сделала на Украине. Так вот по поводу сговора. Это, видимо, старая история, поскольку ровно в своей прошлой передаче я комментировала «утку», на которую я, собственно, тоже сама к своему стыду попалась, о том, как та же самая госпожа Тимошенко руководила нефтяным кризисом, и вот очень похожая «утка» о сговоре, о заговоре, о сборе нефтяников в определенное место, выставлении ими каких-то определенных требований, которое, понимаете, никогда не надо объяснять через заговор то, что объясняется через рынок. В мире растут катастрофически цены на нефть. Любой профессиональный нефтепереработчик вам сейчас скажет, что переработка в России нефти в бензин невыгодна. На выходе вы имеете нефть за 7 рублей, на выходе вы имеете бензин за 9. Это не окупает ничего, даже работу установки. Сейчас в России физически сложилась ситуация, при которой перерабатывать нефть в бензин себе могут позволить только крупные нефтяные компании, которые действуют с помощью трансфертных цен, и то, все что могут, они гонят за рубеж, причем гонят за рубеж, извините, не только по нефтепроводам, не только баржами, ведрами носят, просто ведрами, потому что настолько невыгодна сейчас внутри России нефтепереработка, реально. И как можно в ситуации, когда цена мировая на нефть растет, чтобы не росла внутри России цена на бензин, это. извините, физически невозможно. До встречи через неделю, до свидания.



Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире