Время выхода в эфир: 04 января 2014, 19:06

Ю.ЛАТЫНИНА: Добрый вечер. Юлия Латынина, «Код доступа» в новом году. Новый год начинается с терактов в Волгограде. И про теракты эти я хочу сказать несколько вещей.

Первое, нам заявили, что из-за того, что первый теракт случился у рамки, а не в здании вокзала, количество погибших было меньше, и рассказали про героического милиционера, бросившегося на шахидку. На видео видно, что никакой милиционер на шахидку не бросается, а что до жертв, в настоящий момент в результате первого взрыва у рамки погибли 18 человек, а от такой же бомбы в троллейбусе в суперзамкнутом пространстве погибли 16.

То есть рамки смертельно опасны. То есть вместо того, чтобы бороться с террористами, по распоряжению Путина и Медведева устроили имитацию борьбы, выкинули на ветер миллиарды, на закупку рамок по ценам, которые несомненно представляют интерес для Навального. А реально создали дополнительную угрозу жизни.

Рамки бесполезны, потому что нельзя поставить рамку в каждом троллейбусе, и вредны, потому что как мусорный бачок – идеальная среда для тараканов, рамка – идеальная среда для террориста.

Еще раз. С террором не борются рамками – с террором борются реальной и расследовательской работой.

Второй этот теракт породил такое количество дебильных комментариев, в том числе в западной прессе, что мне кажется, это какая-то полная демонстрация некомпетентности пишущих хоть что-то о терроре. Вот, все пишут, что это Олимпиада. Вот, вы мне ответьте, причем здесь Олимпиада? Где Сочи и где Волгоград? Как взрывы в Волгограде могут быть предвестием взрывов в Сочи?

Напомню, как, на самом деле, обстоит дело. Первый пункт. Россия занимает 9-е место в мире по уровню террористической угрозы. Этого не скажешь по нашим официальным отчетам, потому что у нас каждый год рапортуют. В 2011 году заявили, что количество терактов сократилось вдвое по сравнению с прошлым годом. В 2013-м, что втрое. Так что уже в 2014 году они, видимо, должны составлять отрицательную величину. На самом деле, по данным Global Terrorism Index, в 2010 году в России погибло 227 людей в 244-х террористических атаках. А в 2011-м (это последний год, на который есть твердые данные) – 182 террористических акта, 454 погибших.

По уровню террористической опасности Россия в 2011 году занимала 9-е место в мире, нас опережали, естественно, Ирак… Причем, должна сразу сказать, что Ирак с огромным преимуществом опережает всё. Пакистан, Афганистан, Индия, Йемен. Вот такие замечательные страны нас опережают, в 2011 году даже Сирия была позади.

Естественно, этого никто не замечает, потому что теракты эти происходят на Кавказе. Вот, даже одновременно с Волгоградом взорвалась машина в Пятигорске, никто не говорит об этой машине, никто не чувствует это как теракт в России.

И почему взрываются на Кавказе? Как человек, который некоторое количество терактов изучал, я могу просто сказать, что террористы взрываются, где живут. В крайнем случае где жили. Живет в Махачкале – взрывается в Махачкале. Живет в Пятигорске – взрывается в Пятигорске. Вот, почему теракт в 1999 году был в Волгодонске? Потому что один исполнитель хорошо знал Волгодонск. Почему Гочияев взрывал на Каширке? Потому что он хорошо знал Каширку. Почему шахидка взорвалась в Москве? Потому что братик, который жил в Москве, отвел ее в метро.

Эти люди глупы. В отличие от того, что мы видим в голливудских триллерах, большинство людей, которые идут в шахиды и шахидки, у них просто прямые проблемы с восприятием мира. Приехать и взорваться там, где они не были, часто выше их интеллектуальных возможностей. Почему Волгоград? Мой ответ: потому что они там бывали.

Еще раз. Мы должны отдавать себе отчет в том, что некая часть России является Failed state. Эта часть – Кавказ. Ну, границы между нами и Кавказом нету, и, естественно, время от времени эти замечательные ребята будут взрываться в ближайшем к Кавказу Волгограде.

Второе, почему именно сейчас? Ребят, какая Олимпиада? Это Новый год. У исламистов особая слабость к языческому Новому году. Был миллениум, когда к 2000 году должны были взрываться члены Аль-Кайеды. Есть взрывы 2006 года в Бангкоке, которые тоже произошли 31 декабря и 1 января. Есть 3 года назад взрыв 31 декабря (по счастью, взорвалась сама шахидка) в Кузьминском парке Москвы. Тогда, кстати, ее сообщницу через 5 дней задержали, внимание, в Волгограде. То есть еще тогда волгоградский центр «Э» должен был бы заняться, на самом деле, террористами, но мы знаем, чем занимался волгоградский центр «Э» — он, во-первых, арестовал человека одного за размещение на личной страничке ВКонтакте фотографии рок-музыканта Кинчева, а в другом случае возбуждено было дело, опять же, за размещение на страничке ВКонтакте кавера на песню группы «Земляне». Ребята были заняты, террористами им заниматься было некогда.

Второе. Каждый раз, когда я говорю что-то о Кавказе, то абсолютное большинство моих слушателей говорит «Нам на это плевать». Каждый раз, когда что-то взрывается в Москве, абсолютное большинство россиян начинают гадать о мотивах этих загадочных людей и строить очень сложные предположения.

Я должна сказать, чтобы объяснить, что происходит, не надо гадать, не надо быть семи пядей во лбу. Лучше, знаете, вот, просто дать поговорить этим людям самим, посмотреть, что они пишут на своих исламистских сайтах. Вот тогда вы увидите, что на своих исламистских сайтах они пишут, что «в ходе предполагаемой шахидской атаки 29 декабря (это не называется «террористический акт», это называется «шахидская атака») в исторически мусульманском городе Саричин (вы не знали, что Волгоград – это исторически мусульманский город Саричин? Вот, вам сообщают) было уничтожено или ранено 5 сборщиков, включая конструктора, ядерных ракетных межконтинентальных комплексов Тополь-М». Ну, дальше рассказывается, как они проходили через рамку и в этот момент взрывались. «А пресс-секретарь марионеточного президента Удмуртии Чулков подтвердил ликвидацию двух и ранение трех ядерных ракетчиков. Открытое акционерное общество «Воткинский завод» проводит преступную деятельность, серийно выпуская для русской военщины оперативно-тактические», и так далее, и так далее. Понятно, да?

Эти люди живут в мире, где Волгоград называется исконным мусульманским городом Саричин, где президент Удмуртии является марионеточным. Видимо, Удмуртия тоже исконная мусульманская земля. А заводы осуществляют преступную деятельность.

Читаем дальше. Просто, вот, знаете, заголовки я вам пересказываю. «Кафиры заявляют о Шахаде моджахеда Ислама Атиева», «Харбии сообщает о Шахаде одного из братьев горного южного сектора», «В Дербенте изничтожен кандидат на должность в банде «следственный отдел РОВД», «Бой в Темир-Хан-Шуре». Темир-Хан-Шура – это так они называют Буйнакск. Ну, имеется в виду ликвидация одного из исламистов. Рубрика «Герой ислама». «Кадий ИК Абу Мухаммад: За что мы выносим такфир?». «Прекрасные упоминания для людей Джихада-2». А вот международные новости: «Миф о Холокосте», «Дневник Анны Франк удален из школьных библиотек в Мичигане за порнографию». Ирак: «Моджахеды вошли в Фалуджу».

Это, кстати, к вопросу об интернациональном характере движения. Вот, очень часто спрашивают то, что у нас на Кавказе, это отдельно или вместе с глобальной исламистской сетью? Ответ: конечно, вместе, потому что эти люди сами себя отождествляют с теми моджахедами, которые вошли в Фалуджу.

Другой вопрос, очень важно понимать, что если существует сеть, это не значит, что у нее есть главный сервер. Вот, есть интернет – это глобальная сеть, она есть везде. Где у нее главный начальник? Ответ: у интернета нет главного начальника, ровно поэтому он и везде.

Вот, то же самое с исламистами. Точно так же, как в начале XX века существовал международный социалистический и коммунистический Интернационал, но не было того центрального органа, которому он подчинялся, и очень многие члены Интернационала враждовали друг с другом, точно так же современные исламисты состоят из ячеек, и это одна из самых печальных вещей с точки зрения антитеррористической деятельности, потому что некуда проникать.

Вот, братья Царнаевы. Братья Царнаевы хотели, по крайней мере, Тамерлан – он ездил в Россию, он пытался в Дагестане найти контакт с подпольем и чему-то там научиться. Но поскольку подполье очень боится инфильтрации и совершенно справедливо боится, то его, видимо, там не приняли. Ну, вот, он приехал в Америку, собрал скороварку на основе того, что почерпнул в интернете. Вот, оказывается, что вы можете всё сделать сами. Оказывается, что для того, чтобы быть террористом, не обязательно где-то проходить подготовку – достаточно всё прочесть в интернете. Ячейки абсолютно автономны. Даже если вы проникаете в одну из них, вы проникаете только в одну из этих ячеек, но при этом все вместе они исповедуют приблизительно одну и ту же идеологию, хотя очень часто члены этой идеологии враждуют друг с другом так же, как враждовали меньшевики и большевики.

И, вот, кстати, еще почему Новый год. Шейх Усаймин пишет, что поздравление неверных в праздники, которые присущи только им, является запретным. Тот, кто уподобился какому-либо из народов, тот из него.

И вот еще я от маленького пересказа не могу отказаться – это написанное кем-то слово в защиту их любимого брата Абдуль-Джаббара Дмитрия Соколова. Напомню, что это муж смертницы Наиды Асияловой, который приехал к ним, цитирую, «из безнравственной дыры под названием Русня, которая давно уже славится своим пьянством, доступными женщинами и гомосексуалистами, и основополагающим принципом демократической религии тамошнего народа является свобода самовыражения». Дальше пишется, что их любимый брат, о потере которого они скорбят, выступил как раз против этого сатанинского принципа, против вашей убыточной религии под названием «демократия».

Вот видите, как приятно? Товарищ Милонов у нас борется вместе с салафитами против гомосексуалистов, и мы не знаем из-за Милонова, что мы являемся частью западной цивилизации. Но исламисты считают нас, Россию частью западной цивилизации. Все-таки, приятно.

Я прошу прощения за столь подробный пересказ, но мне кажется важным дать понять, в каком мире живут эти люди. Эти люди живут, на мой взгляд, во власти деструктивного мема, который устроен так, что они имеют право убивать неверных, но при этом убийцами являются неверные, а не они. Это примерно то же самое, что говорил Бен-Ладен, который говорил в своей фетве, что, во-первых, он имеет право убивать американцев. Во-вторых, террористами являются американцы, а не он. В-третьих, американцы почему-то считают мусульман кровожадными. И заключительную часть этой параноидальной конструкции добавил Анвар Аль-Авлаки, радикальный исламистский проповедник и один из организаторов взрыва 11 сентября, который сразу после взрыва сказал, что американцы сами себя взорвали, чтобы скомпрометировать мирный ислам.

Это, собственно, та же самая идея, которую исламистские организации постоянно продают либералам и правозащитным организациям. Во-первых, что это кровавая ФСБ подложила Марьям Шарипову в метро, чтобы скомпрометировать мирный ислам. А во-вторых, что если уж кто-то и взорвался, то это потому, что его довели.

В этом смысле обратите внимание, какие фамилии сейчас пошли среди террористов. Русский Дмитрий Соколов, русский Печенкин, другой русский террорист Косолапов, перед этим был Александр Тихомиров, он же Саид Бурятский, который, будучи полурусским-полубурятом из Улан-Удэ, приехал воевать на Кавказ и делать джихад. И обратите внимание, что уж этих людей точно никто не доводил. Каждый день исламисты повторяют нам как мантру «Это они, вы сами себя взрываете» или «Мы – мирные, но вы нас вынудили на это». Вот, кто доставал Печенкина?

Второе. Я уже говорила, что, безусловно, у меня есть вопросы к российской власти по поводу рамок, по поводу того, что в Волгограде делает центр «Э» вместо борьбы с терроризмом. Но самый главный, вообще-то, на самом деле, вопрос другой, потому что у меня гораздо больше вопросов к обществу, не только к российскому.

Вот, я уже говорила, что исламистов во время Второй мировой войны на Ближнем Востоке не было, что каким-то удивительным образом, когда ты читаешь об операциях германских и английских войск в 1940-м или в 1941-м году в тех самых местах, где сейчас Сирия, где сейчас Ливия, где сейчас полыхают пожары и взрываются люди, ты видишь, что ездят танки и никто не взрывается ни на той, ни на другой стороне. При этом нам говорят, что ислам – молодая религия. Но согласитесь, что, видимо, в 1940-м он был еще моложе. И во времена наполеоновского похода в Египет он был еще моложе.

То есть проблема, видимо, заключается не в том, что ислам – молодая религия, и не в политическом его производном исламизме, а в том, что Европа – старое общество. И, конечно, успехи исламистов – это тот случай, когда общество и общественный настрой виноваты не меньше государства, потому что общий настрой либеральной правозащитной идеологии по отношению к этому деструктивному мему таков: «Это бедные люди, они хотят нас убить. Какие они несчастные. Чем мы можем им помочь?»

Вот, зададимся вопросом, что переменилось с 40-х годов в отношениях между странами третьего мира и технически развитыми цивилизациями? Техническое превосходство стало еще больше, есть беспилотники, есть системы слежки. Посмотрим, на кого направлен вектор борьбы правозащитных организаций. На те самые технологические системы превосходства, которые дают возможность безболезненно уничтожать террористов.

Первой мишенью правозащитного движения являются беспилотники. У нас уже ООН собирается рассказывать, что, вот, беспилотники можно употреблять только с ее разрешения. На мой взгляд, речь тут идет просто об очевидной прямой инфильтрации повестки дня террористов в повестку правозащитных организаций. И я не имею в виду, что кто-то кого-то купил, я имею в виду, что, вот, есть люди на Земле, которые являются или сочувствующими исламистам, или прямыми их агентами, которые рассказывают журналистам, допустим, где-то в Пакистане о том, что при очередном применении беспилотника погибло столько-то мирных жителей, хотя эти жители были или не мирные, или их столько-то не погибло. После этого это всё собирается фейковыми правозащитными организациями, которые, действительно, находятся под контролем исламистов. После этого это передается организациям уже более высокого уровня типа Amnesty International, которые, конечно, ни под каким контролем исламистов не находятся, но которые начинают воспроизводить какие-то части этого деструктивного мема в рамках своей собственной идеологии.

Вот, знаете ли вы, например, что в Италии только что бывший глава разведки Николо Полари приговорен к 10 годам заключения за то, что он выдал американцам подозреваемого в терроризме? При этом еще 22 агента ЦРУ, которые похитили этого человека, заочно приговорены.

Я уже рассказывала про замечательного человека по именин Анджем Чудари, который проповедует в Великобритании, что пособие, которое он получает, и пособие, которое получают другие мусульмане, это пособие на джихад. При этом он получает на 8 тысяч фунтов в год больше, чем солдат британский, сражающийся в Афганистане.

Что произошло с тех пор, как газета, кажется, «The Sun» опубликовала вот эти проповеди Чудари? Ответ: ничего. Чем мы можем им, бедным помочь? Они так нас ненавидят.

Что происходит после очередного бунта в Швеции или Дании, или Норвегии? Опять всё тот же вопрос: чем мы можем им помочь?

Где-то месяц назад такой же бунт с битьем машин, еще с чем-то произошел в Сингапуре. В сутки все зачинщики были депортированы. Сингапур – страна с нулевой террористической угрозой, страна западной цивилизации. Просто эта западная цивилизация функционирует как в XIX веке. И если вы думаете, что Сингапур – страна с нулевой террористической угрозой просто сама собой, я вам должна сказать, что как-то я беседовала с заместителем главы сингапурской службы безопасности, который мне рассказывал очень печальные вещи. Он рассказывал о растущем отчуждении между китайским и мусульманским населением, о том, как еще недавно китаец вместе с мусульманином мог сидеть в одном и том же кафе, они были друзья детства, один ел свинину, другому это ничего страшного. Теперь чувствуется отчуждение. Об инфильтрации мечетей исламистами, о нескольких предотвращенных попытках терактов, в том числе попытке взрыва сингапурского аэропорта. Ну и что, да? Да, это предотвращалось. Это предотвращалось путем тяжелой работы, путем инфильтрации, путем прослушки, которая находится практически под запретом в западных обществах, потому что, ну, посмотрите, что творится с прослушкой.

Интернет – это в том числе оружие. Если есть оружие, которое используют террористы, от него должна быть защита. Какая первая повестка дня правозащитников в западном обществе? «Не прослушивайте». Есть реальность, которая заключается в том, что если бы братьев Царнаевых прослушивали, то теракта бы не было. А есть деструктивный мер «Ох, они нас прослушивают». Ну, надо бороться не с тем, что государство прослушивает всех, в том числе и террористов, а в том случае, если государство этим злоупотребляет.

К сожалению, в России эта проблема тоже есть. Ее меньше, скажем, чем несколько лет назад. Но мне, допустим, очень неприятно, когда я читаю где-нибудь на Кавказ-Центре, что в Закамье продолжается террор русских кяферов против мусульман, и дальше сообщается, что, вот, взрывали в Татарстане церкви и после этого похитили каких-то исламистов. И после этого я в статье аналогичного содержания в нашей либеральной прессе читаю. Только там не употребляются слова «террор русских кяферов» и там, кстати, не говорится, что люди, которых ФСБ арестовала, были исламистами, а просто говорится, что, вот, да, взрывались какие-то церкви, а после этого, представляете, ФСБ арестовала совершенно невинных людей. При этом я совершенно не сомневаюсь, что наша ФСБ может арестовать совершенно невинных людей. Но когда мне об этом пишут, я хочу, чтобы мне доказательством невинности этих людей являлось не то, что их арестовала ФСБ, а являлось их алиби, которое мне предъявят. А, к сожалению, мне алиби не предъявляют, а, вот, просто… Да? Это страшно.

Еще раз, господа. Я не любитель путинского государства, но у нас получается такое смертельное сочетание, что, с одной стороны, есть Failed state, который борется с террором не лучше, чем в Сомали, а с другой стороны есть маргинальная демшиза, которая заботится об интересах исламистов не хуже, чем любые правозащитники американские заботятся об интересах узников Гуантанамо.

Еще несколько забавных вопросов. Ну, один про палестинского дипломата, который взорвался. Ну, что вам сказать? Палестинский дипломат – это оксюморон. Палестинские не бывают дипломаты, палестинские бывают террористами. И, понимаете, это всегда, если вы террористов будете признавать государствами, этим кончится. Вот, если вы будете от имарата Кавказ принимать послов, то эти послы будут взрываться, потому что половина террористов подрывается сама. Видимо, это верно и относительно половины палестинских дипломатов.

Очередное фантастическое задержание на Триумфальной 31 декабря, когда Мохнаткин… Напомню, это тот человек, который уже был, на мой взгляд, совершенно несправедливо посажен по обвинению в избиении полицейского 31 декабря, хотя он просто случайно шел рядом, не был никаким политическим активистом и вступился за женщину. Вот после этого его посадили. Когда его выпустили по УДО, он уже стал политическим активистом и стал ходить на подобные мероприятия. И, вот, он задержан на очередном митинге 31 декабря. При этом полковник Шорин и другие товарищи милицейские утверждают, что он их избивал. А фото, как полковник Шорин избивал Мохнаткина, есть, я его видела. А фото относительно обратного я не видела.

Я должна сказать, что пока я не увижу фото относительно обратного, я не поверю полковнику Шорину, я не поверю нашей милиции. И я не поверю, что Мохнаткин кого-то избивал.

Но у меня есть, к сожалению, одно маленькое дополнение во всей этой истории, которое заключается в том, что чем более маргинальным становится событие 31 декабря (а оно становится всё более маргинальным), тем меньшей будет реакция общества на то, что там происходит, и на тот полицейский беспредел, который там творится. Потому что наша оппозиция уже вполне сильная, она уже не является маргинальной, она способна собирать десятки тысяч людей. И, может быть, надо кончать вот с этими историями, когда несколько сотен человек выходит 31 декабря, а потом начинается то, что начинается.

Перерыв на новости.

НОВОСТИ

Ю.ЛАТЫНИНА: Добрый вечер. Опять Юлия Латынина, «Код доступа» как всегда в это время по субботам. И поскольку, все-таки, у нас 4-е января, новостей кроме плохих мало и есть возможность немножко порассуждать на абстрактные темы, я хочу продолжить разговор о деструктивных мемах и разговор об удивительных вещах, в которые верит человечество.

Сначала я хочу поговорить о квантово-лазерных открытиях древних китайцев. Потому что если вы зайдете в интернет и наберете что-нибудь типа «убрать шлаки из организма», то вам высыпется куча предложений всяких разных приборов, основанных, как я уже сказала, на квантовых открытиях древних китайцев. Ванночки, которые через пятки выводят шлаки из организма, пластыри-антиоксиданты для выведения токсинов. И всяких детоксикационных центров, конечно, полно, где вас накормят салатом и лазерно очистят кровь квантовыми методами. И даже не говоря о том, что 90% этих вещей – это просто обыкновенное мошенничество, меня интересует сейчас другое.

Вот, скажите, пожалуйста, что такое шлаки, которые, допустим, через пятки выводятся из организма? Вот, что такое моча, кал, пот, я знаю. А, вот, где у человека шлаковыводящая система расположена? И что такое шлаки?

Тем не менее, спрос на все эти квантово-лазерные услуги есть. Понятно, почему. Потому что все эти квантовые пластыри и плазмафорезы – это, в общем, всё те же молодильные яблоки, вечная мечта о том, что, вот, можно что-то такое съесть и будет тебе счастье.

То же касается и детоксикационных центров, потому что у человечества есть давняя славная традиция удаляться для очищения в пустыню и питаться там акридами. И даже помогает, потому что детоксикация – это, в общем, те же самые добрые акриды.

Мусульманин соблюдает пост Рамадан и считает, что он очистился, а звезда хард-рока ложится в клинику, питается салатами и тоже очищается. Это я к тому, что древние архетипы человечества о ритуальном посте и молодильных яблоках возвращаются к нам в виде лазерной очистки крови квантовыми методами.

Есть еще другой замечательный пример – гомеопатия. Недавно с сайта Слон я с изумлением узнала, что среди 10 самых популярных лекарств от гриппа в России два гомеопатические. Знаете ли вы, уважаемые господа, что такое гомеопатическое лекарство? Во-первых, действующее вещество в нем разведено водой в пропорции 1:100 и еще раз к 100, и еще раз к 100. И так дальше бывает до 10 в степени 60, то есть ни одной молекулы действующего вещества в растворе не остается. Гомеопаты на это объясняют, что у воды есть память. Очень хорошо. Но если у воды есть память, то представьте, сколько канализационных труб она помнит?

Но это еще не всё. Гомеопатия была изобретена в конце XVII века неким Ганеманом, который решил, что то вещество, которое вызывает, внимание, в здоровом организме симптомы болезни, в больном организме эти симптомы будет лечить. Вы не ослышались.

Гомеопатические лекарства изготовляются так. Ест доброволец какой-то корень, его начинает тошнить. После этого корень разводят водой в пропорции 10 в степени 60 и утверждают, что он помогает от рвоты. Но в XXI веке, тем не менее, находятся люди, которые всё это таки да покупают.

Еще один пример. В начале 80-х годов ученые обнаружили удивительные свойства антиоксидантов. Было неопровержимо доказано, что человек, в крови которого много бетакаротина, там значительно меньше рискует заболеть раком. Из чего, казалось бы, следовал логический вывод «Давайте будем есть антиоксиданты».

Оказалось всё не так просто. Двойные слепые рандомизированные исследования сейчас показывают, что люди, которые систематически принимают витамины с антиоксидантами, либо не отличаются от контрольных групп, либо даже имеют несколько больший риск заболеть.

То есть выяснилось, что есть антиоксиданты и иметь их в крови – это 2 разные вещи. Ну, скажем, точно так же, знаете, вот, вы читаете книжку и у вас ума прибавляется. Но если вы вырвете лист из книги и заварите его с чаем, то, в общем, мало поможет. Видимо, с антиоксидантами очень похоже.

Тем не менее, можете прийти в любую аптеку, накупить себе антиоксидантов. То есть рынок витаминов, пищевых добавок, антиоксидантов и прочее-прочее оценивается в 50 миллиардов долларов. Это против 600 миллиардов, собственно, рынка медицинских препаратов. То есть это один из самых простых примеров того, как удивительно устроен современный массовый потребитель, он же, не забудем, избиратель и как легко ему впарить хоть очищение от шлаков, хоть гомеопатию.

Конечно, всё, о чем я говорю, это глубоко положительные примеры, потому что, в конце концов, все эти гомеопаты не навязывают вам свой товар. Рынок большой, идиотов много, вполне хватает тех, кто заглатывает этот крючок добровольно.

Хуже другое – когда успех продавца подобной технологии зависит от тотального промывания мозгов окружающим. Вот, когда вас призывают не принимать антиоксиданты, а убивать скот как это делало племя кхоса в середине XIX века, верить в желтое небо или глобальное потепление.

Собственно, вообще, на мой взгляд, это одна из таких, самых больших разниц между деструктивным и конструктивным мемом, потому что конструктивный мем устроен так, что он увеличивает общую сумму благ в обществе, а любой деструктивный мем ее перераспределяет в пользу группы влияния. И, конечно, бывают случаи, когда один вид мозгоимения переходит в другой.

Например, был такой производитель витаминов, которого звали Маттиас Рас. Ну, производил витамины, у него была гигантская коммерческая империя. Еще господин Рас утверждал, что его витамины помогают от СПИДа. Дело добровольное: хочешь лечиться от СПИДа витаминами, лечись. Но дурной оборот дело приняло тогда, когда доктор Рас обратил свое внимание на ЮАР, где после освобождения от кровавых белых, как я уже говорила, уровень доходов населения, в первую очередь беднейшего упал. Вот, количество ВИЧ-инфицированных возросло и сначала составило 10% от населения, а потом уже и 25%.

И вот тут господин Рас появляется в ЮАР, и после этого президент Табо Мбеки понял, что СПИД – это расистская выдумка, ретровирусная терапия есть кровавый план белых палачей в белых халатах по истреблению африканского населения, а лечиться надо витаминами Маттиаса Раса. Вот это была уже серьезная история.

И, собственно, еще одна последняя история, которую я хочу рассказать перед тем, как я перейду к замечательной истории про генно-модифицированные организмы и почему их не любят.

С 1970-х годов компания Merck, а потом компания GlaxoSmithKline продает многокомпонентную вакцину против кори, краснухи и так называемой ММR. Вакцина себя прекрасно зарекомендовала. В тех странах, где она применяется, заболеваемость этими детскими болезнями практически сошла на нет, 40 лет всё было прекрасно.

И вдруг в 1998 году некий доктор Эндрю Вейкфилд созывает пресс-конференцию и заявляет, что вакцина может вызвать аутизм. Господин Вейкфилд работал в клинике для детей-аутистов и он заявил, что из 12 его пациентов 8, вероятно, обязаны своим состоянием вакцинации.

Новости о благородном докторе, разоблачившем кровавый заговор дельцов от медицины, оказались на первых полосах британских газет. Уровень вакцинации упал с 96% в 1996 году до 73% в 2010-м, а в некоторых районах он вообще до 38% упал. Дети стали заболевать, некоторые умирать.

Тем временем напомню, что господин Вейкфилд не публиковал статьи – он сначала провел пресс-конференцию. Так вышла статья, наконец, в журнале «The Lancet» – это очень известный и уважаемый медицинский журнал. Проще всего сказать, что статья не удовлетворяла никаким научным критериям. Последующие исследования никакой связи между вакциной и аутизмом не выявили. Доктора Вейкфилда уволили из института, лишили медицинского звания за научную недобросовестность. Но, как вы понимаете, его поклонников это не остановило: храбрый разоблачитель пошел против мира кровавого чистогана и тот его покарал.

Вскоре выяснилось, что доктор Вейкфилд к моменту своей пресс-конференции получил 50 тысяч фунтов от юридической фирмы, собирающей от лица родителей детей-аутистов подавать иск на производителей вакцины, и что его пациенты были и направлены к нему с видами на подобный иск.

Выяснилось, что в ходе всей этой истории Вейкфилд освоил, кстати, 400 с лишним тысяч фунтов на борьбу против отравителей в белых халатах, что он разрабатывал собственный вариант вакцины, который аутизма, знамо, не вызывал. И как вы понимаете, все эти обстоятельства нисколько не уменьшили статуса Вейкфилда как пророка в глазах многих несчастных родителей, чьи дети больны аутизмом. Он сейчас живет в Америке, получает пожертвования и храбро борется со всемирным заговором убийц в белых халатах, лишивших его карьеры, звания и дома.

Я бы не уделяла господину Вейкфилду столько времени, если бы история массовой истерии против генно-модифицированных продуктов (ГМО) не напоминала как 2 капли историю Вейкфилда. Я, наверное, не очень ошибусь, если предположу, что среднестатистический мой слушатель, который не является фермером или биологом, не очень твердо представляет себе, что такое ГМО. Ну, точно так же, как большинство покупателей гомеопатического оциллококцинума, которые спрашивают его в аптеках, скорее всего тоже мало представляют себе, чего они спрашивают. Ну, скорее всего, смутно что-то где-то следя, эти люди слышали, что это вот какая-то такая сомнительная новация ученых, которые опять экспериментируют с природой, в Европе она запрещена. Ну, еще что-нибудь где-нибудь про доблестных активистов Гринпис, которые уничтожили в Австралии опытную делянку с ГМО.

На самом деле, генно-модифицированные растения к 2012 году выращивают 17 с лишним миллионов фермеров в 29 странах. Посевы покрывают 170 миллионов гектар – это полторы территории США. Составляют 10% от мирового урожая. И с 1996 года, когда ГМО начали впервые коммерчески использоваться, их посадки выросли ровно в 100 раз. Это самая быстрорастущая технология.

Причина, по которой ГМО распространяются с такой фантастической скоростью, понятна. Это один из величайших технологических прорывов нашего времени. Плюсы этой технологии с точки зрения урожайности, с точки зрения прибыльности и с точки зрения легкости, безопасности, большей полезности пищи, вот, просто реально невозможно перечислить.

Ну, вот, например, кукуруза поражается зерновым точильщиком. Вы можете опрыснуть посадки кукурузы опасными инсектицидами, вы тратите время, деньги, вы используете небезопасные вещества. Вы можете просто встроить соответствующий инсектицидный ген от уже имеющейся бактерии и иметь тот же самый результат.

Или там рис, превосходный злак, но в нем не хватает бетакаротина, предшественника витамина А. Ежегодно в мире из-за этого умирает 250 тысяч детей, питающихся только рисом. Встраиваете в рис ген от одуванчика, получаете желтый рис, спасаете жизни этих детей.

Некоторые возможности генной инженерии кажутся совершенно фантастическими. Вот, я упомяну только 2 примера. Университет Йорка создал сорняк, в котором содержатся гены бактерий, энзимы которых позволяют очищать почву от взрывчатки. На очереди, соответственно, очистка почвы от ртути, селена, таких, серьезных органических загрязнителей.

Или вот другой пример, который мне очень нравится. Есть переносчик лихорадки Денге, которая каждый год убивает 40 тысяч человек. Ее переносчик – москит. Создают такого же москита, но не являющегося переносчиком лихорадки, выпускают. В результате во время опытов на Каймановых островах популяция москитов-переносчиков сократилась на 80%. Аналогичный опыт можно поставить с комаром-переносчиком малярии.

То есть, собственно, от таких перспектив, действительно, буквально захватывает дух, потому что плюсы технологии, в том числе экологические плюсы не поддаются описанию. Это такая же революция как и одомашнивание быка, как начало выплавки металлов или, скажем, как идея прививки. Причем, как и всякие технологические революции она может сделать то же, что делала предыдущая технология, и еще то, что та делать не может.

Всемирная организация здравоохранения, американская медицинская ассоциация, американская национальная академия наук, британское королевское общество, все другие рейтинговые ученые сообщества неоднократно заявляли: «Употребление в пищу продуктов, содержащих ГМО, не более опасно, чем употребление в пищу продуктов, их не содержащих». Последнее, что сделано, в 2013 году сделали обзор 1783 научных работ, посвященных изучению эффектов генных модификаций, не выявили никаких опасностей.

Еще раз, нет ни одного уважаемого исследования, проведенного учеными с безупречной репутацией, свидетельствующего о риске ГМО.

Но, к сожалению, любая новая технология неизбежно вызывает к жизни всплеск суеверий у невежественной толпы. Вот, не знаю, как воспринимали несколько тысячелетий назад первых кузнецов, но, в общем, известно, какова была реакция невежд на прививки. После появления прививок от оспы, высказывались опасения, что те, кто ее получил, превратятся в животных. Кстати, после того, как в Нигерии стали внедрять вакцину от полиомиелита, местные муллы начали учить, что это тоже кровавый план белого человека уничтожить черную расу, заразив всех ВИЧем.

ГМО, соответственно, тоже вызвали аллергическую реакцию эко-фундаменталистских мулл, и маленькая проблема вот этих антиГМО-мулл заключается в том, что они никак толком не могут объяснить, чем же ГМО опасны. Это очень важная проблема, на которой я хочу остановиться подробнее. Я не буду морочить вам голову и делать вид, что я являюсь специалистом биологии или генетики, потому что я, очевидно, им не являюсь. Но мой тезис заключается в том, что в мире есть сотни тысяч, если не миллионы людей, которые считают, что ГМО приносит вред, и они тоже не являются специалистами по биологии и генетике.

К примеру, есть в США такие называемые «Бригады граждан-наклейщиков», проще говоря банды хунвейбинов, которые врываются в магазины и пишут на банках с продуктами то, что им кажется нужным, например, «ГМО убивает». Вот, я как-то уверена, что эти люди, врывающиеся в магазины, тоже не являются генетиками. И если они считают, что на любой банке консервов можно написать «ГМО убивает», и если их убеждение носит сколько-нибудь рациональный характер, они, наверное, как-то должны объяснять механизм тотального вреда ГМО. Они должны объяснять себе, почему ГМО делает это самое, убивает.

Так вот, я должна констатировать, что ни на одном сайте, который я просмотрела, ни в одной статье обличителей я не нашла, как ни искала, самого очевидного – объяснения механизма причинения вреда моему организму с помощью ГМО. Всё, что можно прочесть, что ГМО – это харам. Вот, как свинья – харам для мусульманина или рыба без чешуи для иудея, так ГМО – харам для борца с кровавыми корпорациями. Ну, как объяснить, почему свинина харам? Ну, вот, харам и всё.

И, вот, когда мирянин вроде меня пытается хотя бы теоретически представить себе, почему ГМО вредны, то вот как-то у меня лично ничего не получается. Гены мутируют – это одно из основных свойств генов. Все ныне существующие организмы на земле состоят из генов, которые изменены. Более того, давным-давно, когда жизнь только зарождалась, видимо, был распространен механизм горизонтального переноса генов. Не надо быть продвинутым биологом, чтобы это знать. Не надо быть продвинутым биологом, чтобы знать, что механизм горизонтального переноса генов более-менее сохранился у бактерий. Что есть целый ряд организмов, которые давно живут в симбиозе настолько глубоком, что геном одного из симбионтов вырождается, а, соответственно, часть генов переносится в геном другого симбионта.

Вирус может встроить свой геном в геном любого организма – и человека, и растения. И изменить его. И хотя это происходит весьма редко, это является, видимо, одним из важных способов эволюции.

То есть, условно говоря, конструирование нужного вам организма – это как взлом кода. Вы можете взломать код тупым перебором миллиарда вариантов в надежде, что среди них окажется искомый, или там получить пшеницу в ядерном реакторе, как делали еще 30 лет назад, а потом отбирать мутации. А можете взломать код с помощью алгоритма. Вот, кто мне объяснит: если ген одуванчика, отвечающий за синтез витамина А, окажется не в одуванчике, а в рисе, почему он может стать страшно опасным? Вот, каким способом это происходит?

Я сразу оговариваюсь, потому что понятно, что каждый раз, когда вы меняете что-то в природе, у вас получается масса последствий. Если, например, вы создаете комара, который не является переносчиком малярии и вытесняете этим комаром комара малярийного, то, несомненно, вы нарушаете текущее экологическое равновесие, которое требует, чтобы миллион человек в год умирало от малярии. Вы заносите малярийного комара в Красную книгу, вы ставите его под угрозу существования. Но так и задумывалось!

Или вот там другой пример. Есть значительная часть современных ГМО-растений – это соя, кукуруза, картофель, которые устойчивы к гербициду, который называется Раундап, он же глифосат. Это очень выгодно для фермеров. Фермер сажает поплотней кукурузу, дает взойти кукурузе и сорнякам. Потом шарах по кукурузе Раундапом, сорняки умирают, кукуруза остается.

Естественно, при этом возникает 2 эффекта. Во-первых, у других растений, не генно-модифицированных, быстро начинает развиваться устойчивость к этому самому Раундапу. Самый прекрасный пример – это новый вид коки боливиана негра, который получился совершенно естественным путем, благодаря многомиллиарднодолларовой американской программе по опылению гербицидом Раундапом плантаций наркотика. Можно сказать, что американские налогоплательщики затратили много миллиардов долларов на выведение нового сорта коки.

Во-вторых, естественно, возникает вопрос о концентрации Раундапа в почве, в сточных водах, о его воздействии на другие организмы. Раундап, в принципе, вполне безопасен, но чисто теоретически легко представить себе ситуацию, при которой у вас есть ГМО-сорт, устойчивый к гербициду. По этой причине вы сыпете гербицид везде, а гербицид сам не безопасен.

То есть еще раз. В природе всё всегда взаимосвязано. Изменяя одну часть уравнения, вы неизбежно изменяете другую.

В конечном итоге любое вторжение в природу изменяет статус-кво. Охотники-собиратели, распространяясь по американскому континенту, уничтожили там тех животных, в течение тысячелетий которых они могли приручить. Земледельцы, когда стали делать пашни, изменили пейзаж на планете Земля. И, конечно, в принципе, вы всегда будете рисковать тем, что, условно говоря, встроенный в вашу кукурузу инсектицидный ген, скажем, начнет убивать каких-то бабочек. Что после высева устойчивой к пестицидам сои все окружающие истории тоже начнут эволюционировать в направлении быстрой устойчивости.

Вы рискуете тем, что встроенный ген поведет себя в сочетании с другими генами не так, как задумывали, и, скажем, станет вырабатывать канцерогенный для человека белок. Ну, собственно, для этого существуют проверки и испытания.

Но, вот, чем отличается естественная устойчивость, скажем, уже упомянутой мной боливиана негра к Раундапу от искусственной устойчивости к нему генно-модифицированной кукурузы, я не могу себе объяснить и, к сожалению, ни один из противников ГМО мне не может объяснить ответ ничем, потому что, ну, это базовые вещи.

Вот, в чем, собственно, имманентно опасные свойства ГМО? У них какие-то другие гены? Нет, такие же. Гены, как известно, вообще не воздействуют на чужой организм. Мы усваиваем белки, а не гены – это, как бы, азы биологии. Если бы мы усваивали гены и они бы встраивались в нашем организме усвоенные, то тот, кто поел бы зайчатины, превратился бы в зайца. Даже если мы съедим корову с восемью ногами, генетические отклонения этой коровы никак не повлияют на наши гены, вне зависимости от того, эти 8 ног у коровы появились в результате случайной мутации или от того, что в нее вставлен ген, отвечающий за восьминогость арахнидов.

То есть возникает, конечно, впечатление, что борцы против ГМО имеют примерно такие же представления о механизме функционирования генов как дикари, которые полагают, что тот, кто хочет стать храбрым, должен съесть сердце льва.

К тому же есть несколько проблем. В мире есть не только ГМО. Мир уже несколько десятилетий использует генно-инженерные лекарства, когда в клетки встраивают чужой ген и она начинает производить, допустим, инсулин. И количество генно-инженерных препаратов в мире, включая инсулин и интерферон, там, по-моему, уже около 700, они составляют 10% фармацевтического рынка. И почему бы борцам с генно-модифицированными организмами не объяснить диабетикам всего мира, что им надо отказаться от инсулина, который весь генно-инженерный? Вот, в чем разница между встраиванием чужого гена в клетку растения и в клетку бактерии?

Более того, мы уже за порогом пирогенной терапии – это когда вы берете клетки больного, меняете их генетический код, запускаете их обратно в организм, чтобы они боролись с болезнью. Вот, с помощью генной терапии можно будет лечить серповидную анемию.

Ну что же борцы с ГМО молчат, что кровавый прогресс уже лезет своими пальцами не в клетки растений, а прямо в клетки человека? Эти негодяи-медики дошли до того, что собираются лечить людей от серповидной анемии. А вдруг потом с этими злодейски излеченными людьми что-то случится?

То есть еще раз повторяю, я ни разу и нигде не видела теоретического обоснования, почему нельзя добавить ген, производящий предшественника витамина А, из одуванчика в рис, чтобы спасти жизни сотен тысяч детей, кроме, разумеется, утверждения, что это харам. «Не допустим экспериментов на людях, нет франкен-пище, ГМО убивает».

И вот еще мое любимое от некоего Джеффри Смита, автора бестселлера «Семена обмана»: «Монсанто спрашивает себя (Монсанто – это компания, которая производит ГМО-продукты), что бы на моем месте сделал Дарт Вейдер?» Глубокий аналитический неопровержимый довод: Монсанто спрашивает себя, что бы на ее месте сделал Дарт Вейдер.

Из этого я вывожу, что механизм неприязни к ГМО не имеет ничего общего с наукой, а аналогичен по природе древним пищевым табу. Вот это есть нельзя, это харам. Пищевые запреты – это форма поклонения божеству или идеологии. И дополнительным обоснованием этой точки зрения мне кажется тот факт, что противники ГМО удивительным образом не борются против генно-инженерных лекарств и генной терапии.

Во-первых, в перечень традиционных психозов человечества пищевые табу входят, а генная терапия нет. Во-вторых, даже самый недалекий борец против всемирного заговора капиталистов и загрязнителей природы понимает, что если он через 30 лет использования генно-инженерного инсулина встанет и начнет возражать, то диабетики всего мира просто забьют его там битами.

И вот в этих условиях, когда у экологических фанатиков нет ни малейшего рационального объяснения, чем в принципе вредны ГМО, ну, кроме смутного подозрения о том, что если мы съели чужие гены, то они воздействуют на наши гены… Как дикарь, который считает, что если он съест зайца, то он станет бегать быстрее. Вот, приобретают сакральную важность слова «Ученые выяснили». Мы не знаем причины, не понимаем объяснения, но вот эксперимент закончился так-то.

И вот в феврале 1999 года по телевизору выступает некий доктор Арпад Пустай и говорит, что генно-инженерная картошка вызывает рак в крысах. По телевизору вместо научного журнала. Господин Пустай говорит, что у него есть опыты на эту тему.

Новость, естественно, мгновенно разносится. Благословен храбрый Дон-Кихот, решившийся разоблачить всемирный заговор изобретателей франкен-пищи. Собственно, сам этот термин «франкен-пища» появляется в результате сделанного по телевизору открытия доктора Пустая. А когда по поводу опытов славного доктора спрашивают профессионалов, они ничего не могут сказать, потому что они не читали его исследования.

В конце концов, выходит работа доктора. Она оказывается полна дыр. Его выгоняют из института за профессиональную несостоятельность, неподобающее поведение. Как вы понимаете, мученический статус доктора это только укрепило. В 2009 году он получил Штутгартский приз мира, теперь он у нас всемирно известный генетик, пострадавший в результате заговора преступного истеблишмента и впавшей в грех науки.

Лиха беда начало. В 2012 году еще один ученый Сералини снова созывает пресс-конференцию. На пресс-конференции господин Сералини снова делается открытие. Согласно его исследованиям, генно-модифицированная кукуруза вызывает у крыс рак. Как вы понимаете, исследование в этот момент еще не опубликовано. Но оно написано, и господин Сералини любезно предоставляет его созванным на пресс-конференцию журналистам под расписку о том, что они не покажут эту замечательную бумагу другим ученым.

То есть наука – это вообще-то когда ученые обсуждают опыты друг друга. Но борьба с продажной девкой империализма генетикой – это вам не наука. Это, понятное дело, это если вы делаете науку на пресс-конференциях, то, конечно, плоды этой науки показывать другим ученым нельзя.

Статья Сералини выходит, а дальше, как вы понимаете, случается неизбежное. Она подвергается уничтожающей критике. 6 французских академий публикуют беспрецедентное совместное письмо, обращенное к журналу, в котором она опубликована. Журнал отзывает публикацию. Ну и что? Как вы понимаете, господин Сералини – герой, борец против истеблишмента, благословен будь мученик, который сказал правду и подвергся за это гонениям со стороны всемирного заговора.

Вот, я уже говорила о том, что если вы посмотрите на принципиальную разницу между конструктивным и деструктивным мемом, то она такая. Конструктивный мем работает вне зависимости от того, что окружающая популяция верит в то, что он работает. А деструктивный мем работает только тогда, когда в него верят. Если вы открыли способ красить ткани в желтое дешевой краской, вам не нужно основывать секту по покраске ткани в желтый цвет – вам достаточно ее красить. Если вы создали генно-модифицированный картофель, устойчивый к вредителю, вам нет нужды создавать секту по вере в картофель, устойчивый к вредителю – он и так устойчив. Но если вы утверждаете, что небо станет желтым, то чтобы ваша идея приносила вам статус и/или деньги, вы должны создать секту.

Я совершенно не случайно историю про генно-модифицированные организмы расположила сегодня вслед за историей про исламский терроризм. Потому что кажется, ну что общего? Вот, есть какие-то люди, которые взрываются под Новый год, потому что для них праздники неверных – это харам. И есть другие какие-то люди, которые бегают по супермаркетам и наклеивают наклеечки, что ГМО – это харам. Но, на самом деле, это, к сожалению, две стороны одной медали, медали, название которой «Закат западной цивилизации». И как ни странно, приятная новость хотя бы с точки зрения вот тех, которые взрываются, мы являемся частью этой цивилизации.

Всего лучшего, до встречи через неделю.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире