Потрясающая воображение реальная история произошла на Камчатке в 1771 году – здесь даже не банальная и привычная сдача в плен русского корабля, а полный драматизма его угон в заморские страны. История, превосходящая любой морской приключенческий роман, когда-либо выходивший из-под пера самых талантливых творцов этого литературного жанра.
12 мая по старому стилю (23 мая по новому стилю) 1771 года захваченный при активном участии русских должностных лиц галиот "Святой Пётр" вышел в море во главе с "пресветлейшей республики Польской резидентом", полковником Калишского кавалерийского полка Барской конфедерации Морицом Августом бароном Беневским – самозванным "командиром Камчатки" и врагом Российской Империи. Пытались взять с собой ещё галиот "Святая Екатерина", но тот слишком крепко вмёрз в припайный лёд и осовободить его не удалось.
Хотя галиоты "Святой Пётр" и "Святая Екатерина" не были кораблями регулярного российского флота (на Камчатке первым таковым через три с половиной десятка лет станет военный шлюп "Надежда" под командованием возглавлявшего первую российскую кругосветную экспедицию капитан-лейтенанта И.Ф.Крузенштерна), но, помимо выполнения транспортно-хозяйственных функций, им "по совместительству" вменялась в обязанность служба в качестве кораблей морской пограничной стражи на тихоокеанских рубежах Российской Империи.
Весьма интересен перечень присоединившихся к врагу Российской Империи Морицу Беневскому камчатских подданных этой самой Российской Империи… Ипполит Степанов (своевольный депутат учреждённой Екатериной Второй Комиссии о сочинении Уложения, поссорившийся с царским фаворитом Григорием Орловым), Василий Панов (гвардейский поручик, о котором известно меньше других, но он тоже был депутатом Комиссии о сочинении Уложения), Иосафат (Иосаф) Батурин (прапорщик Луцкого драгунского полка и подпоручик Ширванского пехотного полка, горячий сторонник Петра Третьего), "присыльные арестанты" матросы Алексей Андреянов, Степан Львов, Василий Ляпин, Василий Семяченков и примкнувший к ним вольный казак Григорий Волынкин.
Помимо этих людей, недавно сосланных на Камчатку, в ряды заговорщиков вошли поручик лейб-гвардии Измайловского полка Пётр Хрущов (к тому времени уже девять лет в ссылке за словесное оскорбление Екатерины Второй), гвардейский поручик Семён Гурьев (ратовавший за воцарение Иоанна Шестого Антоновича), адмиралтейский лекарь немец Магнус Мейдер (который отказался присягать "самозванке" Екатерине Второй), престарелый камер-лакей императрицы Анны Иоанновны Александр Турчанинов (у которого вырваны ноздри и отрезан язык за поддержку Иоанна Шестого Антоновича как законного наследника российского трона).
Перед самым восстанием к Беневскому примкнули командир галиота "Святой Пётр" штурман Максим Чурин, командир галиота "Святая Екатерина" подштурман Дмитрий Бочаров, священник Ичинского прихода Алексей Устюжинов (Устюжанинов, однако при посещении Нижнекамчатска он был задержан, посажен под арест управителем камчатского духовенства протоиереем Стефаном Никифоровым и поэтому в будущих событиях не участвовал), секретарь коменданта канцелярист Спиридон Судейкин, бывший канцелярист Иван Рюмин ("шельмованный", то есть битый кнутом, и разжалованный в рядовые казаки, он при содействии Судейкина и Бочарова вёл дневник, впервые опубликованный в России в 1822 году в журнале "Северный архив" и ныне известный под названием "Записки канцеляриста Рюмина"), а также команда бота "Святой Михаил"…
На маленьком галиоте "Святой Пётр", помимо продовольственных припасов, пресной воды, вооружения (восьми пушек, четырёх мортир, до сотни ружей, запаса ядер, пуль, пороха) и прочих грузов, разместилось 70 человек. Кроме ссыльных (пятеро из которых являлись иностранцами) и командиров "Святого Петра" и "Святой Екатерины", тут были вольные жители Большерецка, матросы, казаки, солдаты, государственные служащие, второе должностное лицо после коменданта Большерецка начальник большерецкой канцелярии Степан Новожилов, великоустюжский купец Фёдор Костромин, 25 промысловиков купца Холодилова (с бота "Святой Михаил") во главе с приказчиком Алексеем Чулошниковым, один коряк, один алеут, три камчадала, семь женщин (две работницы штурмана Чурина и его жена Ульяна; жена подштурмана Бочарова, жена матроса Андреянова, жена бывшего канцеляриста Рюмина и жена камчадала Алексея Паранчина).
Да и то сказать… Чтобы идея бунта и бегства с Камчатки через океан на утлом и изрядно избитом штормами судёнышке овладела ссыльными, вольными подданными и даже госслужащими Российской Империи, необходимо было появление человека, который смог убедить их в реальности и неизбежности избавления от того мрачно-захудалого существования, которое они влачили на забытой Богом камчатской "обочине жизни".
И вот что показательно… Как легко русские люди, даже самые прожжённые, закалённые невзгодами, смелые, не трепетавшие перед смертельными опасностями, переходили на сторону вроде бы врагов своего Отечества. Очень показательно… Значит, такое оно, Отечество. Не заслуживает лучшего к себе отношения…
А вот ещё к списку сдававшихся в истории русских парусных кораблей…
9 сентября по старому стилю (20 сентября по новому стилю) 1787 года у мыса Калиакрия (черноморское побережье Болгарии) Севастопольскую эскадру застал сильный шторм, продолжавшийся пять суток без перерыва. Тут и сказалась весьма небрежная постройка русских боевых кораблей.
Русский 66-пушечный линейный корабль "Мария Магдалина" (построен в Херсоне в 1785 году) потерял все три мачты, бушприт и румпель. 13 сентября (по старому стилю) 1787 года неуправляемый корабль принесло ветром к Босфору, где он был окружён турецкими галерами. Командир корабля капитан 1-го ранга англичанин Бенжамин Тиздель (на русской службе с 1771 года, оставил дневниковые записи) приказал взорвать корабль, но русская команда (396 человек) воспротивилась этому и сдалась в плен. Турки под руководством французских кораблестроителей (во главе с мастером Леруа) за месяц восстановили корабль и ввели в состав своего флота, переименовав в "Худа Верды" (примерный перевод – "Данный Богом").
А вот войны со Швецией, на Балтике... 27 июня 1788 года (по старому стилю) посланные на разведку два русских фрегата сдались без боя шведской эскадре у мыса Суроп. Это были 35-пушечный фрегат "Ярославец" (командир капитан 2-го ранга А.Г.Бардаков, по суду оправдан, через два года фрегат был отбит русскими в Выборгском сражении) и 26-пушечный фрегат "Гектор" (командир капитан-лейтенант И.М.Колокольцев, по суду оправдан).
Вот эпизод сражения 22 июня 1790 года (по старому стилю) в Выборгском заливе, в непосредственной близости от Кронштадта и Санкт-Петербурга. В этом сражении русские численно значительно превосходили шведский флот.
В 7.30 утра главные силы шведов обрушились на стоявший в боевом кильватерном строю у западного берега залива (в районе мыса Крюссерорт) отряд контр-адмирала И.А.Повалишина (линейные корабли "Святой Пётр", "Не тронь меня", "Всеслав", "Пантелеймон", "Принц Густав" – это трофейный, бывший шведский, и бомбардирский корабль "Победитель").
Головной шведский линейный корабль "Дристигхетен" прошёл сквозь линию кораблей Повалишина, а за ним и другие шведские корабли. За короткое время пять русских линейных кораблей и бомбардирский корабль подверглись столь опустошительному воздействию шведской корабельной артиллерии, что через полчаса боя спустили Андреевские флаги в знак просьбы о пощаде…
Шведы не стали ни добивать корабли Повалишина, ни брать их в плен, так как было не до этого. Прекратив по ним огонь, занялись стоявшим во второй линии (позади кораблей Повалишина) отрядом контр-адмирала П.И.Ханыкова (фрегаты "Брячислав", "Архангел Гавриил", "Елена").
Русские выиграли Выборгское сражение тактически, но оно стало для русских стратегическим проигрышем, так как была упущена возможность окончить войну одним ударом и на своих условиях. А потом грянул разгром русского гребного флота во Втором Роченсальмском сражении, состоявшемся 28 июня 1790 года (по старому стилю).
11 августа 1807 года (по старому стилю) в английский Портсмут зашли по пути из Кронштадта на Средиземное море (для соединения с эскадрой Сенявина) 50-пушечный фрегат "Спешный" (1801 года постройки) с денежной казной (601167 испанских пиастров и 140197 голландских гульденов) и транспортный шлюп "Вильгельмина" с грузом провианта. Их командиры не имели полной информации об изменившейся политической обстановке. Русские корабли сначала были задержаны, а 20 ноября 1807 года (по старому стилю) окончательно захвачены англичанами без сопротивления.
23 августа (по старому стилю) или 4 сентября (по новому стилю) 1808 года Сенявин сдал без боя англичанам свои линейные корабли: 74-пушечный "Святая Елена" (1785 года постройки), 74-пушечный "Ярослав" (1799 года постройки), 82-пушечный "Рафаил" (1802 года), 74-пушечный "Селафаил" (1803 года), 74-пушечный "Сильный" (1804 года), 66-пушечный "Мощный" (1805 года), 74-пушечный "Твёрдый" (1805 года), 60-пушечный "Скорый" (1805 года), 62-пушечный "Ретвизан" (трофейный шведский), а с ними и 22-пушечный фрегат "Кильдюин". (Ранее входивший в эскадру шлюп "Шпицберген" ещё задолго до Лиссабона отстал и нашёл пристанище в испанском порту Виго, где простоял до июля 1812 года, пока не был продан на разборку.)
В 1813 году линейные корабли "Сильный" и "Мощный" возвратились из Англии в Россию – они привезли с собой орудийные стволы (но без станков и лафетов из-за отсутствия места для них) со всех оставшихся кораблей бывшей эскадры Сенявина, за ненадобностью и ветхостью проданных британскому правительству в счёт погашения кредитов, взятых Россией на ведение войны с Наполеоном. Оба, "Сильный" и "Мощный", пребывали в плачевном виде и редко выходили в море. "Мощный" был разобран в Кронштадте в 1817 году – в возрасте 12 лет, "Сильный" разобран там же в 1819 году – в возрасте 15 лет.
(Полагаю, не надо доказывать, настолько это очевидно, что без финансовой, технической, дипломатической – в виде давления на Турцию и Швецию – и прямой военной помощи со стороны Англии Россия не смогла бы противостоять наполеоновской Франции ни в Отечественной войне 1812 года, ни позже.) Все оставшиеся в Англии корабли сразу пошли на слом. "Рафаил" был разобран в Лиссабоне без оплаты.
Русско-турецкая война 1828-1829 годов.
11 мая 1829 года (по старому стилю) занимавшийся каперством русский 36-пушечный фрегат "Рафаил" сдался без боя турецкой эскадре, окружившей его в районе между Сизополем и Босфором. (Подтверждение этому пришло 20 мая 1829 года по старому стилю от русских армейских офицеров, которых выменяли из турецкого плена.) Сие пятно, падавшее на весь Черноморский флот и, главное, на его командно-руководящий состав, надо было если не смыть, то каким-то образом затушевать. Тут, на счастье, подворачивается бриг "Меркурий", который сумел уйти от той самой турецкой эскадры, что пленила "Рафаил". На этом фоне вся ответственность и весь позор автоматически переносился на экипаж "Рафаила" и, в частности, на его командира капитана 2-го ранга С.М.Стройникова.
14 мая по старому стилю (26 мая по новому стилю) 1829 года. В этот день три русских корабля – фрегат "Штандарт" и бриги "Орфей" и "Меркурий" – находились в Чёрном море на расстоянии 13 морских миль (или 24 км) от входа в пролив Босфор, занимаясь всё тем же каперским промыслом, когда неожиданно появилась шедшая от Синопа турецкая эскадра (6 линейных кораблей, 2 фрегата, 2 корвета, 1 бриг и 3 тендера), за три дня до этого взявшая в плен русский фрегат "Рафаил", который не оказал никакого сопротивления.
Завидев турецкую эскадру, относительно быстроходные "Штандарт" и "Орфей" бросили своего тихоходного товарища "Меркурия" на произвол судьбы и удрали в Сизополь (ныне Созопол, Болгария), где базировались главные силы русского Черноморского флота.
Происшедшее 14 мая 1829 года (по старому стилю) с бригом "Меркурий" в Чёрном море недалеко от Босфора вряд ли когда-нибудь вообще станет известным. Но что точно известно, так это никакого боя с двумя турецкими линейными кораблями, 110-пушечным "Селимие" и 74-пушечным "Реал-Беем", не было и быть не могло, настолько несоизмеримы силы.
Артиллерийское вооружение брига "Меркурий" составляли 24-фунтовые карронады в количестве 18 единиц с максимальным углом возвышения 6 градусов и две погонно-ретирадные малокалиберные пушки (по разным сведениям, то ли 8-фунтовые, то ли 6-фунтовые, то ли 3-фунтовые). Смысл создания карронад с ослабленной дульной энергией состоял в стремлении вооружить малые суда как можно более крупнокалиберной артиллерией.
По официальным рапортам начальника штаба Черноморского флота капитан-лейтенанта В.И.Мелихова, "Меркурий" получил 22 пробоины в корпусе, но, что примечательно, ни одного, нанесённого крупнокалиберным ядром. Кроме того, официальные документы отмечают 16 повреждений в рангоуте, 133 повреждения в парусах и 148 повреждений в такелаже "Меркурия". Тоже все мелкие... Разбиты шлюпки и слегка повреждена одна карронада.
Отчётливо просматривается разноречивость (вплоть до взаимоисключения) в многочисленных описаниях боя брига "Меркурий" с турецкими линейными кораблями "Селимие" и "Реал-Бей", которую можно объяснить только одним – уж очень фантастичен изначальный сюжет, предложенный "главным действующим лицом" – капитан-лейтенантом А.И.Казарским, а скорее всего – начальником штаба Черноморского флота капитан-лейтенантом В.И.Мелиховым, сочинившим сей сценарий по устному распоряжению командующего флотом адмирала Грейга, дабы затушевать недавний позор с "Рафаилом". Потому-то позднейшие "исследователи" сего "эпохального подвига" и так и сяк пытаются Казарского "подправить".
Несмотря на многочисленность пробоин и повреждений в парусной оснастке, сколь-нибудь существенных у "Меркурия" не было – все мелкие. Это прямо указывает на то (и в данном случае – вопреки рапорту командира "Меркурия" капитан-лейтенанта А.И.Казарского), что турки книпелями (сдвоенными ядрами или их половинками, соединёнными цепью или жёсткой связью) не стреляли.
Одно (и наиболее правдоподобное) из объяснений неприменения турками книпелей – слишком большое расстояние до русского брига, не позволявшее использовать эти наиболее эффективные для сокрушения парусов и такелажа сдвоенные снаряды, но уж очень быстро теряющие кинетическую энергию из-за своей крайне необтекаемой формы.
Второе объяснение отсутствию характерных "книпельных" повреждений на "Меркурии" – у турок книпелей не было. Сие почти невероятно, хотя возможно...
Дело в том, что книпеля во времена парусных сражений были чуть ли не основными боеприпасами в арсенале боевых кораблей. Но если книпеля в "ассортименте" и имелись, стрелять ими даже из самых-пресамых дальнобойных пушек того времени на дистанцию более 500-600 метров было бесполезно – не долетят. А сколь-нибудь прицельная стрельба книпелями из пушки была возможна на дальность не более 200-250 метров (из энергетически слабеньких карронад - не более 100-150 метров).
То что маленький бриг столь легко отделался, говорит в пользу версии его обстрела ограниченным числом (одним-двумя десятками) среднекалиберных и малокалиберных пушек с большой для этих орудий дистанции и только обычными одиночными "монолитными" ядрами.
Сами турки отмечали, что попаданий в их корабли вообще не было.
Ещё в XIX веке была выдвинута следующая версия событий. В кратком изложении она выглядит так...
Турки начали погоню за русскими кораблями при тихом ветре (около 2-х баллов по Бофорту) и сумели сблизиться с отставшим "Меркурием". Первыми на дистанцию досягаемости артиллерийского огня носовых пушек вышли те два линейных корабля, о которых шла речь выше ("Селимие" и "Реал-Бей"). Ветер постепенно стихал, и скорость сближения была столь мала, что в течение полутора часов обстрел "Меркурия" производился с расстояния от полутора километров до полукилометра из немногочисленных погонных пушек. После чего ветер окончательно "скис", и на воду опустилась дымка – обычная для Чёрного моря при безветрии. Штиль позволил "Меркурию" медленно, но верно удаляться на вёслах (бриг был парусно-вёсельным) от турецкой эскадры до той поры, пока та окончательно не скрылась с глаз в туманной мгле. (Русским благоприятствовало и то, что на юге темнеет раньше, чем, например, на широте Москвы). После чего бриг изменил курс, дабы ввести противника в заблуждение относительно направления своего движения (на случай возобновления ветра). С момента обнаружения турками русских кораблей до потери визуального контакта с "Меркурием" прошло 3,5-4 часа. За это время турки не понесли никакого материального урона – две русские ретирадные "мелкашки" не добивали до них, а карронады – и тем более.
14 мая 1829 года экипажу брига "Меркурий" крупно повезло – ситуация объективно сложилась в их пользу. Казарскому оставалось просто воспользоваться тем, что ему предоставили Природа, Судьба или Бог (как кому нравится). И он в полной мере реализовал счастливое для себя и своей команды стечение обстоятельств. Прямо скажем, на его месте редко какой русский флотский офицер был бы на такое способен. Всё остальное – игра воображения. Никакого боя не было.
andrew111:
Андрей, спасибо за интересную инфу. И у меня вопрос не по теме. Интересно ваше эскпертное мнение о следующем сценарии войны РФ с Украиной, если она произойдёт (я такой вариант в публикациях не встречал). Могут ли гэбисты попытаться провести её в иракско-косовском стиле, т.е. уничтожать военный потенциал Украины дистанционно (авиацией, ракетами и, если в росармии есть, то ударными дронами) в течение относительно долгого времени, а потом относительно быстро и с малыми потерями разгромить укрвойска и подавить возможное народное сопротивление? Есть ли по вашим предположениям у росармии достаточные превосходство в технике и необходимое количество боеприпасов для этого, а у Украины достаточно оружия, чтобы такому сценарию противостоять?
korinf: Я уж не такой спец, чтобы точно прогнозировать исход боевых действий российских вооружённых сил против украинских.
Могу лишь по имеющемуся опыту Афганской и Второй Чеченской войн констатировать, что советская-российская авиация не справлялась со своми запланированными функциями даже в условиях слабой (Афганистан) или вообще отсутствовавшей (Чеченская республика) войсковой ПВО у противника. Отчаявшись, во Второй Чеченской войне прибегли к массированным ("ковровым") бомбардировкам населённых пунктов (чем и выиграли), но Чечня - маленькое и по населению, и по территории создание по сравнению с Украиной.
korinf: В Сирии российская ударная авиация лишний раз подтвердила то, что было известно со времён Афганистана и Чечни. Она способна наносить более или менее осмысленные и точные удары по крупным стационарным объектам или, в лучшем случае, по отдельным мелким целям в глубине территории противника. Непосредственно на поле боя, особенно в рамках маневренной войны, российская авиация действовать так и не научилась.
Не сумела при полном отсутствии у ИГИЛа не только самолётов-истребителей, но даже самых слабеньких средств войсковой ПВО. Интересно, что будет делать российская авиация, если когда-нибудь попадёт в действительно сложные условия?
korinf: Вот характерный пример... В июне 2016 года иранские "добровольцы", русские "частные" госнаёмники и асадовско-сирийские войска (Сирийская арабская армия, или сокращённо САА) при номинальной поддержке с воздуха российской авиации вели наступление на сирийскую столицу ИГИЛа город Ракку, продвигаясь вдоль автотрассы Итрия-Ракка. ИГИЛовцы, перегруппировавшись за пару-тройку дней, 20 июня 2016 года нанесли внезапный и до примитивности классический, но весьма результативный контрудар, охватив с флангов и, в конечном итоге, разгромив наступавшую российскую коалицию. Особенно сильно пострадали асадиты, многие из которых 22 и 23 июня 2016 года попали в окружение (по ИГИЛовским данным, всего около 1000 человек) и сгинули там. Остальные бежали, бросая технику и вооружение.
Чем же всё это время занималась российская авиация? Сначала она странным образом не заметила длительную по времени перегруппировку и последующее сосредоточение противника на оперативно и тактически важных направлениях (и это в условиях открытой плоско-пустынной местности), а затем не смогла (или не захотела?) поддержать своих бегущих союзников ударами с воздуха по атакующим их ИГИЛовцам.
korinf: Ещё чудатее – через полгода… 9 и 10 декабря 2016 года ИГИЛовцы, позиционно подготавливая свою будущую контрнаступательную операцию, провели незначительные атаки в районе города Пальмира (Тадмур) и заняли ряд высот и населённых пунктов по периметру Пальмирского выступа, перебросив часть войск на автотранспорте из Ракки по шоссе Ракка-Пальмира, протяжённостью 220 км.
11 декабря 2016 года ИГИЛовцы начали масштабное наступление, захватив в тот же день Пальмиру и находившиеся к западу от неё поселения аль-Байярат и ад-Дава и российскую военную базу Ибн Маана (рядом с высотой Джебель Касьюн).
Российская авиация проморгала и переброску сил ИГИЛовцев из Ракки, и сосредоточение боевиков вокруг Пальмирского выступа. Наши военные авиаторы проснулись лишь к вечеру 11 декабря и, по официальному заявлению представителей ВКС России в Сирии, в течение ночи на 12 декабря 2016 года российская авиация произвела по наступавшим террористам 64 удара с воздуха, уничтожила 11 танков, несколько десятков автомобилей и около трёхсот человек личного состава группировки ИГИЛ. Однако эти мощные авиаудары почему-то (?!) не остановили ИГИЛовцев, и они всего за одни сутки продвинулись на 90 км в сторону города Хомса. Отвоёвывать Пальмирский выступ пришлось потом в течение почти трёх месяцев.
korinf: А ведь у ИГИЛовцев не было ни авиации, ни средств войсковой ПВО, а у путинских войск всё это было. И сидел бы Путин по сей день со своими войсками на Пальмирском выступе (его он еле-еле отвоевал у ИГИЛовцев, которые взяли этот выступ за одни сутки) – настолько русские и их союзники не способны были воевать с ИГИЛом. Но нежданно-негаданно в начале лета 2017 года всё переменилось…
korinf: В рамках операции "Гнев Евфрата" (проводимой с 6 ноября 2016 года) на северные окраины сирийской столицы ИГИЛа Ракки вышла американская коалиция – смешанная курдско-арабская Сирийская демократическая армия (SDF), Отряды курдского ополчения (YPG) и артиллерийские части американского корпуса морской пехоты (КМП).
Американская авиация показала выучку, недоступную российской авиации. Американское авиационное командование в действительности (а не на бумаге, как это привыкли делать русские) сумело наладить тесное и эффективное взаимодействие своей ударной авиации с наступавшими наземными войсками и артиллеристами КМП и обеспечить огневую поддержку их передовых отрядов с воздуха непосредственно на поле боя.
korinf: Американская коалиция отвлекла на себя 70% вооружённых сил ИГИЛа в Сирии и тем самым открыла для российской коалиции путь на Дейр эз-Зор. Но даже в этих облегчённых условиях российская коалиция, наступавшая с двух сходящихся направлений – от Алеппо на Ракку и от Пальмиры на Дейр эз-Зор, двигалась черепашьими темпами. Вскоре наступление по первому направлению окончательно остановилось – ИГИЛовцы отбили все атаки, а по второму продолжилось с большими заминками (особенно по достижению линии Ас-Сухне и Аль-Кадир).
17 октября 2017 года американцы и курды взяли столицу ИГИЛа в Сирии город Ракку (которую русские, иранцы и асадовцы вместе в 2016 году не смогли взять дважды).
korinf: Взятие американцами и курдами Ракки предоставило для российской коалиции возможность проведения дальнейших наступательных действий в направлении от Пальмиры на Дейр эз-Зор. В конце концов, осенью 2017 года российская коалиция добралась до города Дейр эз-Зор. Одновременно в направлении на Дейр эз-Зор по левому берегу Евфрата наступала американская коалиция.
В войне с ИГИЛ в Сирии решающее слово сказали американская авиация и американская морпеховская артиллерия, что позволило совместным американо-курдским усилиям сокрушить 65% вооружённых сил ИГИЛа в Сирии. Ещё 5% пришлись на долю Сирийской свободной армии (ССА), поддерживаемой Турцией. Остальные 30% ИГИЛа побила российская коалиция, да и то не окончательно.
korinf: У Украины достаточно оружия, если есть решимость сражаться, какая была у ИГИЛа.
ИГИЛ сокрушила такая же решимость у курдов в вооружённом противостоянии в сочетании с непосредственным военно-техническим вкладом США.
У сирийской правительственной коалиции, в которую входили асадиты, иранцы, ливанские шииты-террористы, российские госнаёмники, российские военнослужащие, не было ни решимости, ни выучки, ни достаточного военно-технического уровня.
Вернуться к материалу
Комментарии
27Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.
Потрясающая воображение реальная история произошла на Камчатке в 1771 году – здесь даже не банальная и привычная сдача в плен русского корабля, а полный драматизма его угон в заморские страны. История, превосходящая любой морской приключенческий роман, когда-либо выходивший из-под пера самых талантливых творцов этого литературного жанра.
12 мая по старому стилю (23 мая по новому стилю) 1771 года захваченный при активном участии русских должностных лиц галиот "Святой Пётр" вышел в море во главе с "пресветлейшей республики Польской резидентом", полковником Калишского кавалерийского полка Барской конфедерации Морицом Августом бароном Беневским – самозванным "командиром Камчатки" и врагом Российской Империи. Пытались взять с собой ещё галиот "Святая Екатерина", но тот слишком крепко вмёрз в припайный лёд и осовободить его не удалось.
Хотя галиоты "Святой Пётр" и "Святая Екатерина" не были кораблями регулярного российского флота (на Камчатке первым таковым через три с половиной десятка лет станет военный шлюп "Надежда" под командованием возглавлявшего первую российскую кругосветную экспедицию капитан-лейтенанта И.Ф.Крузенштерна), но, помимо выполнения транспортно-хозяйственных функций, им "по совместительству" вменялась в обязанность служба в качестве кораблей морской пограничной стражи на тихоокеанских рубежах Российской Империи.
Весьма интересен перечень присоединившихся к врагу Российской Империи Морицу Беневскому камчатских подданных этой самой Российской Империи… Ипполит Степанов (своевольный депутат учреждённой Екатериной Второй Комиссии о сочинении Уложения, поссорившийся с царским фаворитом Григорием Орловым), Василий Панов (гвардейский поручик, о котором известно меньше других, но он тоже был депутатом Комиссии о сочинении Уложения), Иосафат (Иосаф) Батурин (прапорщик Луцкого драгунского полка и подпоручик Ширванского пехотного полка, горячий сторонник Петра Третьего), "присыльные арестанты" матросы Алексей Андреянов, Степан Львов, Василий Ляпин, Василий Семяченков и примкнувший к ним вольный казак Григорий Волынкин.
Помимо этих людей, недавно сосланных на Камчатку, в ряды заговорщиков вошли поручик лейб-гвардии Измайловского полка Пётр Хрущов (к тому времени уже девять лет в ссылке за словесное оскорбление Екатерины Второй), гвардейский поручик Семён Гурьев (ратовавший за воцарение Иоанна Шестого Антоновича), адмиралтейский лекарь немец Магнус Мейдер (который отказался присягать "самозванке" Екатерине Второй), престарелый камер-лакей императрицы Анны Иоанновны Александр Турчанинов (у которого вырваны ноздри и отрезан язык за поддержку Иоанна Шестого Антоновича как законного наследника российского трона).
Перед самым восстанием к Беневскому примкнули командир галиота "Святой Пётр" штурман Максим Чурин, командир галиота "Святая Екатерина" подштурман Дмитрий Бочаров, священник Ичинского прихода Алексей Устюжинов (Устюжанинов, однако при посещении Нижнекамчатска он был задержан, посажен под арест управителем камчатского духовенства протоиереем Стефаном Никифоровым и поэтому в будущих событиях не участвовал), секретарь коменданта канцелярист Спиридон Судейкин, бывший канцелярист Иван Рюмин ("шельмованный", то есть битый кнутом, и разжалованный в рядовые казаки, он при содействии Судейкина и Бочарова вёл дневник, впервые опубликованный в России в 1822 году в журнале "Северный архив" и ныне известный под названием "Записки канцеляриста Рюмина"), а также команда бота "Святой Михаил"…
На маленьком галиоте "Святой Пётр", помимо продовольственных припасов, пресной воды, вооружения (восьми пушек, четырёх мортир, до сотни ружей, запаса ядер, пуль, пороха) и прочих грузов, разместилось 70 человек. Кроме ссыльных (пятеро из которых являлись иностранцами) и командиров "Святого Петра" и "Святой Екатерины", тут были вольные жители Большерецка, матросы, казаки, солдаты, государственные служащие, второе должностное лицо после коменданта Большерецка начальник большерецкой канцелярии Степан Новожилов, великоустюжский купец Фёдор Костромин, 25 промысловиков купца Холодилова (с бота "Святой Михаил") во главе с приказчиком Алексеем Чулошниковым, один коряк, один алеут, три камчадала, семь женщин (две работницы штурмана Чурина и его жена Ульяна; жена подштурмана Бочарова, жена матроса Андреянова, жена бывшего канцеляриста Рюмина и жена камчадала Алексея Паранчина).
Да и то сказать… Чтобы идея бунта и бегства с Камчатки через океан на утлом и изрядно избитом штормами судёнышке овладела ссыльными, вольными подданными и даже госслужащими Российской Империи, необходимо было появление человека, который смог убедить их в реальности и неизбежности избавления от того мрачно-захудалого существования, которое они влачили на забытой Богом камчатской "обочине жизни".
И вот что показательно… Как легко русские люди, даже самые прожжённые, закалённые невзгодами, смелые, не трепетавшие перед смертельными опасностями, переходили на сторону вроде бы врагов своего Отечества. Очень показательно… Значит, такое оно, Отечество. Не заслуживает лучшего к себе отношения…
А вот ещё к списку сдававшихся в истории русских парусных кораблей…
9 сентября по старому стилю (20 сентября по новому стилю) 1787 года у мыса Калиакрия (черноморское побережье Болгарии) Севастопольскую эскадру застал сильный шторм, продолжавшийся пять суток без перерыва. Тут и сказалась весьма небрежная постройка русских боевых кораблей.
Русский 66-пушечный линейный корабль "Мария Магдалина" (построен в Херсоне в 1785 году) потерял все три мачты, бушприт и румпель. 13 сентября (по старому стилю) 1787 года неуправляемый корабль принесло ветром к Босфору, где он был окружён турецкими галерами. Командир корабля капитан 1-го ранга англичанин Бенжамин Тиздель (на русской службе с 1771 года, оставил дневниковые записи) приказал взорвать корабль, но русская команда (396 человек) воспротивилась этому и сдалась в плен. Турки под руководством французских кораблестроителей (во главе с мастером Леруа) за месяц восстановили корабль и ввели в состав своего флота, переименовав в "Худа Верды" (примерный перевод – "Данный Богом").
А вот войны со Швецией, на Балтике... 27 июня 1788 года (по старому стилю) посланные на разведку два русских фрегата сдались без боя шведской эскадре у мыса Суроп. Это были 35-пушечный фрегат "Ярославец" (командир капитан 2-го ранга А.Г.Бардаков, по суду оправдан, через два года фрегат был отбит русскими в Выборгском сражении) и 26-пушечный фрегат "Гектор" (командир капитан-лейтенант И.М.Колокольцев, по суду оправдан).
Вот эпизод сражения 22 июня 1790 года (по старому стилю) в Выборгском заливе, в непосредственной близости от Кронштадта и Санкт-Петербурга. В этом сражении русские численно значительно превосходили шведский флот.
В 7.30 утра главные силы шведов обрушились на стоявший в боевом кильватерном строю у западного берега залива (в районе мыса Крюссерорт) отряд контр-адмирала И.А.Повалишина (линейные корабли "Святой Пётр", "Не тронь меня", "Всеслав", "Пантелеймон", "Принц Густав" – это трофейный, бывший шведский, и бомбардирский корабль "Победитель").
Головной шведский линейный корабль "Дристигхетен" прошёл сквозь линию кораблей Повалишина, а за ним и другие шведские корабли. За короткое время пять русских линейных кораблей и бомбардирский корабль подверглись столь опустошительному воздействию шведской корабельной артиллерии, что через полчаса боя спустили Андреевские флаги в знак просьбы о пощаде…
Шведы не стали ни добивать корабли Повалишина, ни брать их в плен, так как было не до этого. Прекратив по ним огонь, занялись стоявшим во второй линии (позади кораблей Повалишина) отрядом контр-адмирала П.И.Ханыкова (фрегаты "Брячислав", "Архангел Гавриил", "Елена").
Русские выиграли Выборгское сражение тактически, но оно стало для русских стратегическим проигрышем, так как была упущена возможность окончить войну одним ударом и на своих условиях. А потом грянул разгром русского гребного флота во Втором Роченсальмском сражении, состоявшемся 28 июня 1790 года (по старому стилю).
11 августа 1807 года (по старому стилю) в английский Портсмут зашли по пути из Кронштадта на Средиземное море (для соединения с эскадрой Сенявина) 50-пушечный фрегат "Спешный" (1801 года постройки) с денежной казной (601167 испанских пиастров и 140197 голландских гульденов) и транспортный шлюп "Вильгельмина" с грузом провианта. Их командиры не имели полной информации об изменившейся политической обстановке. Русские корабли сначала были задержаны, а 20 ноября 1807 года (по старому стилю) окончательно захвачены англичанами без сопротивления.
23 августа (по старому стилю) или 4 сентября (по новому стилю) 1808 года Сенявин сдал без боя англичанам свои линейные корабли: 74-пушечный "Святая Елена" (1785 года постройки), 74-пушечный "Ярослав" (1799 года постройки), 82-пушечный "Рафаил" (1802 года), 74-пушечный "Селафаил" (1803 года), 74-пушечный "Сильный" (1804 года), 66-пушечный "Мощный" (1805 года), 74-пушечный "Твёрдый" (1805 года), 60-пушечный "Скорый" (1805 года), 62-пушечный "Ретвизан" (трофейный шведский), а с ними и 22-пушечный фрегат "Кильдюин". (Ранее входивший в эскадру шлюп "Шпицберген" ещё задолго до Лиссабона отстал и нашёл пристанище в испанском порту Виго, где простоял до июля 1812 года, пока не был продан на разборку.)
В 1813 году линейные корабли "Сильный" и "Мощный" возвратились из Англии в Россию – они привезли с собой орудийные стволы (но без станков и лафетов из-за отсутствия места для них) со всех оставшихся кораблей бывшей эскадры Сенявина, за ненадобностью и ветхостью проданных британскому правительству в счёт погашения кредитов, взятых Россией на ведение войны с Наполеоном. Оба, "Сильный" и "Мощный", пребывали в плачевном виде и редко выходили в море. "Мощный" был разобран в Кронштадте в 1817 году – в возрасте 12 лет, "Сильный" разобран там же в 1819 году – в возрасте 15 лет.
(Полагаю, не надо доказывать, настолько это очевидно, что без финансовой, технической, дипломатической – в виде давления на Турцию и Швецию – и прямой военной помощи со стороны Англии Россия не смогла бы противостоять наполеоновской Франции ни в Отечественной войне 1812 года, ни позже.) Все оставшиеся в Англии корабли сразу пошли на слом. "Рафаил" был разобран в Лиссабоне без оплаты.
Русско-турецкая война 1828-1829 годов.
11 мая 1829 года (по старому стилю) занимавшийся каперством русский 36-пушечный фрегат "Рафаил" сдался без боя турецкой эскадре, окружившей его в районе между Сизополем и Босфором. (Подтверждение этому пришло 20 мая 1829 года по старому стилю от русских армейских офицеров, которых выменяли из турецкого плена.) Сие пятно, падавшее на весь Черноморский флот и, главное, на его командно-руководящий состав, надо было если не смыть, то каким-то образом затушевать. Тут, на счастье, подворачивается бриг "Меркурий", который сумел уйти от той самой турецкой эскадры, что пленила "Рафаил". На этом фоне вся ответственность и весь позор автоматически переносился на экипаж "Рафаила" и, в частности, на его командира капитана 2-го ранга С.М.Стройникова.
14 мая по старому стилю (26 мая по новому стилю) 1829 года. В этот день три русских корабля – фрегат "Штандарт" и бриги "Орфей" и "Меркурий" – находились в Чёрном море на расстоянии 13 морских миль (или 24 км) от входа в пролив Босфор, занимаясь всё тем же каперским промыслом, когда неожиданно появилась шедшая от Синопа турецкая эскадра (6 линейных кораблей, 2 фрегата, 2 корвета, 1 бриг и 3 тендера), за три дня до этого взявшая в плен русский фрегат "Рафаил", который не оказал никакого сопротивления.
Завидев турецкую эскадру, относительно быстроходные "Штандарт" и "Орфей" бросили своего тихоходного товарища "Меркурия" на произвол судьбы и удрали в Сизополь (ныне Созопол, Болгария), где базировались главные силы русского Черноморского флота.
Происшедшее 14 мая 1829 года (по старому стилю) с бригом "Меркурий" в Чёрном море недалеко от Босфора вряд ли когда-нибудь вообще станет известным. Но что точно известно, так это никакого боя с двумя турецкими линейными кораблями, 110-пушечным "Селимие" и 74-пушечным "Реал-Беем", не было и быть не могло, настолько несоизмеримы силы.
Артиллерийское вооружение брига "Меркурий" составляли 24-фунтовые карронады в количестве 18 единиц с максимальным углом возвышения 6 градусов и две погонно-ретирадные малокалиберные пушки (по разным сведениям, то ли 8-фунтовые, то ли 6-фунтовые, то ли 3-фунтовые). Смысл создания карронад с ослабленной дульной энергией состоял в стремлении вооружить малые суда как можно более крупнокалиберной артиллерией.
По официальным рапортам начальника штаба Черноморского флота капитан-лейтенанта В.И.Мелихова, "Меркурий" получил 22 пробоины в корпусе, но, что примечательно, ни одного, нанесённого крупнокалиберным ядром. Кроме того, официальные документы отмечают 16 повреждений в рангоуте, 133 повреждения в парусах и 148 повреждений в такелаже "Меркурия". Тоже все мелкие... Разбиты шлюпки и слегка повреждена одна карронада.
Отчётливо просматривается разноречивость (вплоть до взаимоисключения) в многочисленных описаниях боя брига "Меркурий" с турецкими линейными кораблями "Селимие" и "Реал-Бей", которую можно объяснить только одним – уж очень фантастичен изначальный сюжет, предложенный "главным действующим лицом" – капитан-лейтенантом А.И.Казарским, а скорее всего – начальником штаба Черноморского флота капитан-лейтенантом В.И.Мелиховым, сочинившим сей сценарий по устному распоряжению командующего флотом адмирала Грейга, дабы затушевать недавний позор с "Рафаилом". Потому-то позднейшие "исследователи" сего "эпохального подвига" и так и сяк пытаются Казарского "подправить".
Несмотря на многочисленность пробоин и повреждений в парусной оснастке, сколь-нибудь существенных у "Меркурия" не было – все мелкие. Это прямо указывает на то (и в данном случае – вопреки рапорту командира "Меркурия" капитан-лейтенанта А.И.Казарского), что турки книпелями (сдвоенными ядрами или их половинками, соединёнными цепью или жёсткой связью) не стреляли.
Одно (и наиболее правдоподобное) из объяснений неприменения турками книпелей – слишком большое расстояние до русского брига, не позволявшее использовать эти наиболее эффективные для сокрушения парусов и такелажа сдвоенные снаряды, но уж очень быстро теряющие кинетическую энергию из-за своей крайне необтекаемой формы.
Второе объяснение отсутствию характерных "книпельных" повреждений на "Меркурии" – у турок книпелей не было. Сие почти невероятно, хотя возможно...
Дело в том, что книпеля во времена парусных сражений были чуть ли не основными боеприпасами в арсенале боевых кораблей. Но если книпеля в "ассортименте" и имелись, стрелять ими даже из самых-пресамых дальнобойных пушек того времени на дистанцию более 500-600 метров было бесполезно – не долетят. А сколь-нибудь прицельная стрельба книпелями из пушки была возможна на дальность не более 200-250 метров (из энергетически слабеньких карронад - не более 100-150 метров).
То что маленький бриг столь легко отделался, говорит в пользу версии его обстрела ограниченным числом (одним-двумя десятками) среднекалиберных и малокалиберных пушек с большой для этих орудий дистанции и только обычными одиночными "монолитными" ядрами.
Сами турки отмечали, что попаданий в их корабли вообще не было.
Ещё в XIX веке была выдвинута следующая версия событий. В кратком изложении она выглядит так...
Турки начали погоню за русскими кораблями при тихом ветре (около 2-х баллов по Бофорту) и сумели сблизиться с отставшим "Меркурием". Первыми на дистанцию досягаемости артиллерийского огня носовых пушек вышли те два линейных корабля, о которых шла речь выше ("Селимие" и "Реал-Бей"). Ветер постепенно стихал, и скорость сближения была столь мала, что в течение полутора часов обстрел "Меркурия" производился с расстояния от полутора километров до полукилометра из немногочисленных погонных пушек. После чего ветер окончательно "скис", и на воду опустилась дымка – обычная для Чёрного моря при безветрии. Штиль позволил "Меркурию" медленно, но верно удаляться на вёслах (бриг был парусно-вёсельным) от турецкой эскадры до той поры, пока та окончательно не скрылась с глаз в туманной мгле. (Русским благоприятствовало и то, что на юге темнеет раньше, чем, например, на широте Москвы). После чего бриг изменил курс, дабы ввести противника в заблуждение относительно направления своего движения (на случай возобновления ветра). С момента обнаружения турками русских кораблей до потери визуального контакта с "Меркурием" прошло 3,5-4 часа. За это время турки не понесли никакого материального урона – две русские ретирадные "мелкашки" не добивали до них, а карронады – и тем более.
14 мая 1829 года экипажу брига "Меркурий" крупно повезло – ситуация объективно сложилась в их пользу. Казарскому оставалось просто воспользоваться тем, что ему предоставили Природа, Судьба или Бог (как кому нравится). И он в полной мере реализовал счастливое для себя и своей команды стечение обстоятельств. Прямо скажем, на его месте редко какой русский флотский офицер был бы на такое способен. Всё остальное – игра воображения. Никакого боя не было.
andrew111:
Андрей, спасибо за интересную инфу. И у меня вопрос не по теме. Интересно ваше эскпертное мнение о следующем сценарии войны РФ с Украиной, если она произойдёт (я такой вариант в публикациях не встречал). Могут ли гэбисты попытаться провести её в иракско-косовском стиле, т.е. уничтожать военный потенциал Украины дистанционно (авиацией, ракетами и, если в росармии есть, то ударными дронами) в течение относительно долгого времени, а потом относительно быстро и с малыми потерями разгромить укрвойска и подавить возможное народное сопротивление? Есть ли по вашим предположениям у росармии достаточные превосходство в технике и необходимое количество боеприпасов для этого, а у Украины достаточно оружия, чтобы такому сценарию противостоять?
korinf: Я уж не такой спец, чтобы точно прогнозировать исход боевых действий российских вооружённых сил против украинских.
Могу лишь по имеющемуся опыту Афганской и Второй Чеченской войн констатировать, что советская-российская авиация не справлялась со своми запланированными функциями даже в условиях слабой (Афганистан) или вообще отсутствовавшей (Чеченская республика) войсковой ПВО у противника. Отчаявшись, во Второй Чеченской войне прибегли к массированным ("ковровым") бомбардировкам населённых пунктов (чем и выиграли), но Чечня - маленькое и по населению, и по территории создание по сравнению с Украиной.
korinf: В Сирии российская ударная авиация лишний раз подтвердила то, что было известно со времён Афганистана и Чечни. Она способна наносить более или менее осмысленные и точные удары по крупным стационарным объектам или, в лучшем случае, по отдельным мелким целям в глубине территории противника. Непосредственно на поле боя, особенно в рамках маневренной войны, российская авиация действовать так и не научилась.
Не сумела при полном отсутствии у ИГИЛа не только самолётов-истребителей, но даже самых слабеньких средств войсковой ПВО. Интересно, что будет делать российская авиация, если когда-нибудь попадёт в действительно сложные условия?
korinf: Вот характерный пример... В июне 2016 года иранские "добровольцы", русские "частные" госнаёмники и асадовско-сирийские войска (Сирийская арабская армия, или сокращённо САА) при номинальной поддержке с воздуха российской авиации вели наступление на сирийскую столицу ИГИЛа город Ракку, продвигаясь вдоль автотрассы Итрия-Ракка. ИГИЛовцы, перегруппировавшись за пару-тройку дней, 20 июня 2016 года нанесли внезапный и до примитивности классический, но весьма результативный контрудар, охватив с флангов и, в конечном итоге, разгромив наступавшую российскую коалицию. Особенно сильно пострадали асадиты, многие из которых 22 и 23 июня 2016 года попали в окружение (по ИГИЛовским данным, всего около 1000 человек) и сгинули там. Остальные бежали, бросая технику и вооружение.
Чем же всё это время занималась российская авиация? Сначала она странным образом не заметила длительную по времени перегруппировку и последующее сосредоточение противника на оперативно и тактически важных направлениях (и это в условиях открытой плоско-пустынной местности), а затем не смогла (или не захотела?) поддержать своих бегущих союзников ударами с воздуха по атакующим их ИГИЛовцам.
korinf: Ещё чудатее – через полгода… 9 и 10 декабря 2016 года ИГИЛовцы, позиционно подготавливая свою будущую контрнаступательную операцию, провели незначительные атаки в районе города Пальмира (Тадмур) и заняли ряд высот и населённых пунктов по периметру Пальмирского выступа, перебросив часть войск на автотранспорте из Ракки по шоссе Ракка-Пальмира, протяжённостью 220 км.
11 декабря 2016 года ИГИЛовцы начали масштабное наступление, захватив в тот же день Пальмиру и находившиеся к западу от неё поселения аль-Байярат и ад-Дава и российскую военную базу Ибн Маана (рядом с высотой Джебель Касьюн).
Российская авиация проморгала и переброску сил ИГИЛовцев из Ракки, и сосредоточение боевиков вокруг Пальмирского выступа. Наши военные авиаторы проснулись лишь к вечеру 11 декабря и, по официальному заявлению представителей ВКС России в Сирии, в течение ночи на 12 декабря 2016 года российская авиация произвела по наступавшим террористам 64 удара с воздуха, уничтожила 11 танков, несколько десятков автомобилей и около трёхсот человек личного состава группировки ИГИЛ. Однако эти мощные авиаудары почему-то (?!) не остановили ИГИЛовцев, и они всего за одни сутки продвинулись на 90 км в сторону города Хомса. Отвоёвывать Пальмирский выступ пришлось потом в течение почти трёх месяцев.
korinf: А ведь у ИГИЛовцев не было ни авиации, ни средств войсковой ПВО, а у путинских войск всё это было. И сидел бы Путин по сей день со своими войсками на Пальмирском выступе (его он еле-еле отвоевал у ИГИЛовцев, которые взяли этот выступ за одни сутки) – настолько русские и их союзники не способны были воевать с ИГИЛом. Но нежданно-негаданно в начале лета 2017 года всё переменилось…
korinf: В рамках операции "Гнев Евфрата" (проводимой с 6 ноября 2016 года) на северные окраины сирийской столицы ИГИЛа Ракки вышла американская коалиция – смешанная курдско-арабская Сирийская демократическая армия (SDF), Отряды курдского ополчения (YPG) и артиллерийские части американского корпуса морской пехоты (КМП).
Американская авиация показала выучку, недоступную российской авиации. Американское авиационное командование в действительности (а не на бумаге, как это привыкли делать русские) сумело наладить тесное и эффективное взаимодействие своей ударной авиации с наступавшими наземными войсками и артиллеристами КМП и обеспечить огневую поддержку их передовых отрядов с воздуха непосредственно на поле боя.
korinf: Американская коалиция отвлекла на себя 70% вооружённых сил ИГИЛа в Сирии и тем самым открыла для российской коалиции путь на Дейр эз-Зор. Но даже в этих облегчённых условиях российская коалиция, наступавшая с двух сходящихся направлений – от Алеппо на Ракку и от Пальмиры на Дейр эз-Зор, двигалась черепашьими темпами. Вскоре наступление по первому направлению окончательно остановилось – ИГИЛовцы отбили все атаки, а по второму продолжилось с большими заминками (особенно по достижению линии Ас-Сухне и Аль-Кадир).
17 октября 2017 года американцы и курды взяли столицу ИГИЛа в Сирии город Ракку (которую русские, иранцы и асадовцы вместе в 2016 году не смогли взять дважды).
korinf: Взятие американцами и курдами Ракки предоставило для российской коалиции возможность проведения дальнейших наступательных действий в направлении от Пальмиры на Дейр эз-Зор. В конце концов, осенью 2017 года российская коалиция добралась до города Дейр эз-Зор. Одновременно в направлении на Дейр эз-Зор по левому берегу Евфрата наступала американская коалиция.
В войне с ИГИЛ в Сирии решающее слово сказали американская авиация и американская морпеховская артиллерия, что позволило совместным американо-курдским усилиям сокрушить 65% вооружённых сил ИГИЛа в Сирии. Ещё 5% пришлись на долю Сирийской свободной армии (ССА), поддерживаемой Турцией. Остальные 30% ИГИЛа побила российская коалиция, да и то не окончательно.
korinf: У Украины достаточно оружия, если есть решимость сражаться, какая была у ИГИЛа.
ИГИЛ сокрушила такая же решимость у курдов в вооружённом противостоянии в сочетании с непосредственным военно-техническим вкладом США.
У сирийской правительственной коалиции, в которую входили асадиты, иранцы, ливанские шииты-террористы, российские госнаёмники, российские военнослужащие, не было ни решимости, ни выучки, ни достаточного военно-технического уровня.