'Вопросы к интервью


М. КЕДРОВСКИЙ – Внимание, в столице 15 часов 13 минут. Внимание, я говорю Тане в первую очередь.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Я держу руку на пульсе, не волнуйся.

М. КЕДРОВСКИЙ – Хорошо. В столице 15 часов 13 минут, это программа «Бренд», программа о мировых торговых марках. В студии находится Татьяна Фельгенгауэр. Привет, Тань.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Да, здравствуй, Михаил.

М. КЕДРОВСКИЙ – И Михаил Кедровский соответственно. Сегодня мы говорим о компании «Procter&Gamble». У нас в гостях руководитель группы отдела внешних связей Константин Дубинин. Добрый день, Константин.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Здравствуйте.

К. ДУБИНИН – Здравствуйте.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Ну что, давайте сначала с формальностями разберемся и расскажем вам, что у нас как всегда есть вопрос для розыгрыша, который звучит так: как выглядел первый логотип компании «Procter&Gamble»? Ответы присылайте по смс +7-985-970-45-45. Первые три правильных ответа будут у нас призовыми. Призы такие: первый человек получает у нас парфюм, потому что «Procter&Gamble», как мы…

М. КЕДРОВСКИЙ – Выясним.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – … позже, да, вам расскажем.

М. КЕДРОВСКИЙ – Оказалась компанией, которая…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Оказалась компанией настолько разноплановой, и, в общем, парфюмы… я надеюсь, он не с запахом порошка?

К. ДУБИНИН – Нет, он с очень благородным запахом для джентльменов, и это одна из наших ведущих торговых марок. «Procter&Gamble», вообще говоря, в мире является одним из лидеров производства парфюмерии.

М. КЕДРОВСКИЙ – Да, когда вы узнаете, что ходит под «Procter&Gamble», вы…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Вы удивитесь.

М. КЕДРОВСКИЙ – Это мягко сказано.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Я, во всяком случае, удивилась. Второй выигравший у нас получит годовой… ну, не годовой, ладно уж, ну такой, ну, на месяц хватит, наверное…

М. КЕДРОВСКИЙ – Полугодовой.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Полугодовой запас порошка «Tide». Об этом мы тоже еще поговорим, потому что порошок «Tide» — это волшебный бренд в рамках… да, у компании «Procter&Gamble».

К. ДУБИНИН – Ну, это одна из наших самых больших гордостей, наверно. Стиральный порошок — во-первых, это первое в мире синтетическое моющее средство, которое было выпущено на рынок в 1946-м году.

М. КЕДРОВСКИЙ – Константин готов сразу все рассказать!

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Да. Третий выигравший получит бритвенные станки от «Gillette», потому что, друзья мои, «Gillette» — это тоже «Procter&Gamble», как это, собственно, неудивительно. Ну что, давайте теперь начнем рассказывать историю этой прекрасной удивительной компании.

М. КЕДРОВСКИЙ – Да, по традиции мы проводим краткий экскурс лет на 150 вперед. В данном случае материал подготовлен Ларисой Сногородской.

«История вопроса».

Все началось в далеком 1837-м году, когда двое предприимчивых людей, Уильям Проктер и Джеймс Гэмбл, решили освоить выпуск мыла и свечей. Для того, чтобы официально скрепить свои отношения, они вкладывают в общее дело огромные по тем временам деньги. В октябре подписывается договор о партнерстве. Так родилась компания «Procter&Gamble». Ее дальнейшее развитие, как и многих других предприятий, зависело от личностного вклада сотрудников и руководителей. Так и произошло. Сын Джеймса Гэмбла Норис, дипломированный химик, разработал формулу недорогого белого мыла, сходного по качеству с импортируемым высококачественным и дорогим мылом на основе оливкового масла. В свою очередь Харли Проктер, сын еще одного основателя компании, убедил партнеров в необходимости выделить 11 тысяч долларов на рекламу этого нового продукта в национальном масштабе. Именно тогда впервые в истории США общенациональная газета «Independent» начинает публиковать рекламу «Procter&Gamble». Кстати, в дальнейшем компания будет всегда очень серьезно относиться к рекламе, опережая своих конкурентов как на радио, так и на телевидении. К своему столетию «Procter&Gamble» уже имеет свои фабрики за границей, годовой объем продаж находится на уровне 230 миллионов долларов.

М. КЕДРОВСКИЙ – Вот такой краткий рассказ о начале деятельности компании прозвучал в нашем эфире. Именно о начале деятельности было, поправлю сам себя…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Да, не 150 лет вперед, а все-таки немножко назад.

М. КЕДРОВСКИЙ – Да. 150 лет назад, даже 170, даже 170.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Круглая дата! Да, мы выяснили с вами, что Проктер и Гэмбл — это, как ни странно, два разных человека, и оказались они…

М. КЕДРОВСКИЙ – Не братья-близнецы.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Да, они оказались в Цинциннати в разное время и по довольно печальным причинам.

К. ДУБИНИН – Уильям Проктер и Джеймс Гэмбл — это два джентльмена, оба иммигранты. Уильям Проктер — англичанин, приехал в Соединенные Штаты и хотел очень достичь дальнего Дикого Запада. Джеймс Гэмбл — ирландец, приехал примерно с той же целью из Ирландии. И оба они совершенно независимо, не зная друг о друге ничего, двигались в сторону Дикого Запада. Никто из них не собирался в городе Цинциннати обосноваться, но так получилось, что у первого, у Проктера, заболела жена, и, к сожалению, вскоре умерла. Он не мог дальше двигаться на Запад. А у Джеймса Гэмбла случились проблемы со здоровьем у него самого. И так оба они оказались в Цинциннати, и один из них вынужден был научиться искусству изготовления свечей, это Уильям Проктер у нас свечник. А Джеймс Гэмбл стал мыловаром.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Почему именно такие профессии они выбрали? Город Цинциннати к этому располагал?

К. ДУБИНИН – Видимо, очень. Я думаю, что, собственно, жизнь тогда на Среднем Западе Соединенных Штатов располагала. Электрических лампочек не было, то есть свечи были востребованы.

М. КЕДРОВСКИЙ – Вообще давайте вспомним, какой это год. То есть, это практически начало 19-го века… ну, не начало, за четверть 19-го века.

К. ДУБИНИН – Вы знаете, вспоминая о 1837-м году, первое, что приходит в голову — что было в России в это время — это год смерти Пушкина. То есть в это время в Цинциннати образовалась компания «Procter&Gamble».

М. КЕДРОВСКИЙ – Это для того, чтобы люди понимали, вообще, сколько лет прошло с момента основания.

К. ДУБИНИН – Хочу обратить ваше внимание, что в 1837-м году Россия была очень развитой, одной из ведущих, лидирующих мировых держав. Соединенные Штаты Америки к лидирующим мировым державам в то время, мягко говоря, не относились.

М. КЕДРОВСКИЙ – Ну да, ведь в принципе, колонизация, она началась не так давно. Еще даже, как вот вы упомянули до эфира, не началась война Севера и Юга.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Ну и все-таки, мне кажется, большое влияние могло оказать на выбор профессии то, что Цинциннати — это штат…

М. КЕДРОВСКИЙ – Соляной рай.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Да. Я не знаю просто, как это еще сказать. Ну, хорошо, пусть будет соляной рай.

К. ДУБИНИН – Ну, это действительно так. Свечи и мыло, они используют… в их производстве используется жир, животный жир, и в районе Цинциннати было очень много свиноферм, столица свиноводства Соединенных Штатов, она осталась таковой до сих пор. По счастью, я там какое-то время назад был и мог просто убедиться, что самое популярное блюдо — это свиные ребрышки барбекю, очень вкусные, все здорово. Так вот, свиной жир лег в основу производства свечей и мыла. А, возвращаясь к истории возникновения компании, хочу сказать следующее. Итак, Проктер стал вдовцом, Гэмбл был неженат, и они оба женились в Цинциннати. Женились они на родных сестрах по фамилии Норис, и у них был тесть, очень мудрый человек, как показывает история компании на сегодняшний день. Именно тесть посоветовал своим новоявленным зятьям Проктеру и Гэмблу создать совместное предприятие. Сырье одинаковое, соответственно, закупать можно его больше, оптом дешевле, технологический процесс исходный. И дело пошло.

М. КЕДРОВСКИЙ – В начале мы, кстати, говорили о том, что они заплатили и скинулись, нереальные деньги совершенно ушли — по 3 тысячи 600 долларов пришлось скинуться, чтобы открыть общее дело. По тем временам, кстати, тоже неплохие деньги, даже очень неплохие.

К. ДУБИНИН – Очень большие деньги. То есть когда мы говорим о том, что спустя 22 года после 1837-го, в 55-м году 19-го века объем продаж составил 1 миллион долларов, 1 миллион долларов — это огромные деньги.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Астрономическая сумма.

К. ДУБИНИН – Ну вот сегодня — это 76 почти с половиной миллиардов долларов в год «Procter&Gamble» продает во всем мире товаров — это тоже очень приличные деньги.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Ну, а развитие компании продолжили, я так понимаю, дети Проктера и Гэмбла, которые тоже активно включились в бизнес и предложили очень удачные новинки.

М. КЕДРОВСКИЙ – У тебя это прозвучало, как дети капитана Гранта практически.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Дети лейтенанта Шмидта.

М. КЕДРОВСКИЙ – Да, дети лейтенанта Шмидта — да, гораздо ближе.

К. ДУБИНИН – Несколько поколений потомков Проктера и Гэмбла… очень много потомков по фамилии Норис-Проктер, то есть они брали себе двойную фамилию, собственно вот тестя и сестер своих матерей, Норис, значит, Норис-Проктер был главой компании какое-то время и предлагал интересные решения в части мыла. Вообще говоря, «Procter&Gamble» долгое время славился именно благодаря производству мыла — много сортов. И торговая марка «Ivory» — в России она не присутствует, но ранее в Соединенных Штатах она очень-очень популярна. Мыло умело плавать, и…

М. КЕДРОВСКИЙ – Это очень удобно.

К. ДУБИНИН – Да. Значит, у меня был образец, он действительно плавал — не потеряется. Тем более, стирали-то в речках, могло уплыть, утонуть, на дно уйти.

М. КЕДРОВСКИЙ – Нет, я с другой стороны подумал. Главное, не наступить, когда оно внизу. Когда оно всплывает — это более-менее нормально, а когда оно внизу, это может привести к последствиям другим совершенно — тут уже надо будет вести программу о медицинских каких-то препаратах.

К. ДУБИНИН – Мыло было плавающее, и главное, что по качеству оно не уступало прекрасным образцам косметического мыла, которое поступало тогда только из Франции. Америка тогда стремилась по качеству хотя бы немножко быть похожей на французское мыло. То есть тогда, в общем, для них это был золотой стандарт.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Но и ведь именно мыло «Ivory» стало объектом рекламы национальной, то есть «Procter&Gamble» же еще в рекламе очень так активно участвовали.

К. ДУБИНИН – Да, мы гордимся тем, что очень много в части инноваций и маркетинга было сделано компанией «Procter&Gamble». В общем-то, мы говорим о том, что наука маркетинга была, в общем, в сильной степени подпитана компанией «Procter&Gamble». Да, газета «Independent», национальное издание, еженедельная, 11 тысяч долларов было заплачено — крупные деньги, для того, чтобы на все Соединенные Штаты прогремела реклама мыла, и это была первая такая национальная реклама.

М. КЕДРОВСКИЙ – Но потом вы же не обошли своим вниманием как радио, так и телевидение, хотя это было гораздо позже.

К. ДУБИНИН – Да, радио и… собственно, выражение «мыльная опера» возникло благодаря компании «Procter&Gamble».

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – А поподробнее расскажите, как это так вышло.

К. ДУБИНИН – Это было начало 30-х годов. Тогда не было телевидения в Соединенных Штатах, но были популярны радиосериалы. Мыло, торговая марка «Oxydol», стало спонсором радиосериала «Ма Перкинс». Очень этот радиосериал понравился радиослушателям, после этого еще несколько радиосериалов было спонсировано компанией «Procter&Gamble», и появились вот эти вот два слова вместе.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Максим прислал нам вопрос по смс +7-985-970-45-45: «Спонсирует ли «Procter&Gamble» какие-нибудь «мыльные» сериалы в России?»

К. ДУБИНИН – В России — нет. В последнее время из интересных таких спонсорских решений — это «Люди в черном» и шампунь «Head &Shoulders».

М. КЕДРОВСКИЙ – Ну да, им было бы тяжеловато все время находиться в черном при наличии…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Перхоти, да. Это, по-моему, очень удачная находка, вот так вот. Тем более, фильм… все три части вы проспонсировали? Там же три, по-моему. Или две? Не помню. Две, по-моему, извините, я не очень помню…

К. ДУБИНИН – У меня в голове тоже была такая цифра, 2.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Ну хорошо, смотрите, реклама — это все замечательно и прекрасно, но неужели одной только рекламой уже к 1937-му году, то есть к столетию компании «Procter&Gamble»….

М. КЕДРОВСКИЙ – Заработала 230 миллионов.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – … 230 миллионов долларов зарабатывает?

К. ДУБИНИН – Я хочу здесь ключевое слово употребить «инновация». Компания много, очень много всего изобрела, то есть мы говорим, первое в мире синтетическое моющее средство «Tide», первые одноразовые подгузники, «Pampers», шампунь против перхоти, в принципе первый шампунь на основе синтетических поверхностно активных веществ. Итак, первая лаборатория в Соединенных Штатах научная при компании, то есть вот не там, где учебное заведение, а при компании, это была лаборатория в городе Цинциннати компании «Procter&Gamble». Вот это вот — новаторство.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Ну, все время расширяется список продуктов, которые выпускает компания «Procter&Gamble», благодаря как раз вашим исследованиям и желанию что-то новое постоянно выпускать на рынок. И наш корреспондент Алина Гребнева провела небольшой уличный опрос и выяснила у людей, пользуются ли они продукцией компании «Procter&Gamble», если да, то какой.

«Клиент всегда прав. Мнение покупателя».

А. ГРЕБНЕВА — Продукцией «Procter&Gamble» хоть раз пользовался каждый из тех, кто мне встретился. При этом у подавляющего большинства бренд ассоциируется с зубной пастой и шампунями. Менеджер Светлана присвоила «Procter&Gamble» ни много — ни мало, звание народной марки:

— Хорошая компания, которая выпускает косметику для всеобщего пользования, для каждого дня.

А. ГРЕБНЕВА — Никаких других шампуней, кроме средств от «Procter&Gamble» Наталья не признает:

— Шампунь «Pantene Pro-V» — вот и все, им пользуюсь всегда.

А. ГРЕБНЕВА — А вот Алиса Григорьевна скептически относится к продукции «Procter&Gamble»:

— Нет такого шампуня, который, вот как они сейчас делают рекламу, это все компьютерные съемки, волосы там прям такие красивые! А то, что он «Procter&Gamble» — это мне безразлично.

А. ГРЕБНЕВА — Студентку Эмилию больше всего привлекает косметическое направление компании:

— Различные товары, касающиеся гигиены, касающиеся ухода за телом, за лицом, за детьми, кремы, гели, ватные палочки. Безусловно, это очень качественная марка, и ей можно доверять.

А. ГРЕБНЕВА — Не устраивает «Procter&Gamble» медсестру Ирину, и вот почему:

— Ну, не могу ничего плохого сказать, но я приверженец российской косметики или профессиональной.

А. ГРЕБНЕВА — Музыкант Геннадий признался, что отдает предпочтение пасте от «Procter&Gamble»:

— «Блендамед» — да, я чищу зубы этой пастой. Качество устраивает вполне. По ценам вообще не очень, вообще все устраивает, потому что зарплата не очень. Но когда думаешь о зубах, покупаешь все-таки хорошую вещь.

А. ГРЕБНЕВА — В лидеры по узнаваемости также выбились средства бытовой химии. Катя расхвалила и стиральные порошки:

— Стираем усиленно. Порошок хороший, привыкли уже. Но, например, для шерстяных тканей, там другой порошок, а для детских вещей — нормально.

А. ГРЕБНЕВА — У парковщика Юрия товары от «Procter&Gamble» использует вся семья:

— Самая большая компания, которая дает деньги на рекламу. Хорошая компания. Моющие средства, стоматология, зубки, щетки — ну все буквально, что нужно современному человеку. Они заменили горчицу. Раньше мыли все горчицей. Прекрасное, хорошее качество.

А. ГРЕБНЕВА — Некоторые признали, что перестали покупать продукцию «Procter&Gamble», потому что на рынке появились другие марки, такие же качественные, но более дешевые.

М. КЕДРОВСКИЙ – Это был опрос, который подготовила Алина Гребнева. Вот так мы незаметно перенеслись из Цинциннати в столицу России, в Москву. Напомню, что сейчас в столице уже почти 15 часов 30 минут. Впереди нас ожидают краткие новости с Мариной Максимовой, а разговор о компании «Procter&Gamble» с руководителем группы отдела внешних связей Константином Дубининым мы продолжим буквально через 4 минуты. Оставайтесь с нами.

НОВОСТИ

М. КЕДРОВСКИЙ – В столице 15 часов и 35 минут. Вы слушаете программу о торговых мировых марках. В студии находятся Татьяна Фельгенгауэр и Михаил Кедровский. Вот Таня… очень неудачные эксперименты с креслом… А сегодня мы говорим о компании «Procter&Gamble», и у нас в гостях руководитель группы отдела внешних связей Константин Дубинин. Еще раз добрый день, Константин.

К. ДУБИНИН – Здравствуйте.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Прежде чем мы продолжим, я надеюсь, чуть-чуть быстрее говорить про историю компании, есть очень много интересных фактов, но нам надо добраться и до дня сегодняшнего, давайте я вам расскажу, кто получает призы от нашего сегодняшнего гостя. Напомню, что вопрос звучал так: как выглядел первый логотип компании «Procter&Gamble»? Ответы начали очень быстро приходить, люди говорили, что это и оливковая ветвь, и енот, и вообще все на свете, но правильный ответ звучит так: бородатый мужчина с лицом в форме месяца, окруженный 13 звездами. И кто у нас получает приз: Геннадий получает туалетную воду, Геннадий с номером 906-71-81, Ася, ха-ха-ха…

М. КЕДРОВСКИЙ – К вам пришла тетя Ася…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Ася получает набор разных порошков «Tide», 903-52498, и Анна, 903-77999 получает бритвенные станки «Gillette».

М. КЕДРОВСКИЙ – Да, вот все-таки мы разрешили вопрос с призами. Кстати, Тань, в большинстве своем отвечали: ну, мужик какой-то, — говорят, — непонятный, со звездами.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – А вот смотри, ответ: «Сатана с тринадцатью звездами». Откуда, что за сатана?

К. ДУБИНИН – Хочу сказать, что, наверное, в первом логотипе компании «Procter&Gamble» было что-то, заимствованное из русских народных сказок. Это был месяц, месяц ясный, как иногда показывают в детских мультфильмах…

М. КЕДРОВСКИЙ – Который светит.

К. ДУБИНИН – Который светит и иногда говорит какие-то добрые вещи. Вот. Вот этот самый месяц в окружении тринадцати звезд был первым логотипом компании. Очень жалко, что иногда фантазия людей начинает двигаться в каком-то таком своеобразном очень направлении.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Ну не спроста же вы, наверное, выбрали месяц и тринадцать звезд? Ну, не вы, точнее, а основатели компании «Procter&Gamble».

К. ДУБИНИН – Итак, 1837-й год, год смерти Пушкина (неразборчиво) сказки свои, к сожалению, он больше уже не писал в это время, а вот месяц… производство свечей… все свечи используются в темноте, ночью, месяц. А на ящиках, деревянных ящиках, в которых лежали свечи, появился месяц, который указывал на, собственно, то, когда используется продукция, находящаяся внутри.

М. КЕДРОВСКИЙ – Ну так, для очень недалеких людей, которые не понимают, когда надо свечку зажигать.

К. ДУБИНИН – И тринадцать звезд. Тринадцать звезд — тринадцать соединенных штатов Америки, в то время их было столько. Это сейчас их…

М. КЕДРОВСКИЙ – Совершенно отсталая страна, да, Тань? Мы уже говорили, банановая республика практически.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Да, да, ну что поделать — зато сейчас…

К. ДУБИНИН – Вот. И вот комментарии, которые были по поводу… там было слово «сатана» использовано. Летом закончился суд в Соединенных Штатах Америки, когда несколько компаний, которые пытались говорить о логотипе компании «Procter&Gamble» вот в сходном ключе, они были осуждены, и репутация «Procter&Gamble» защищена полностью, на 100%. Мы вспоминаем этот замечательный месяц и тринадцать звезд Соединенных Штатов. Сейчас это все трансформировалось в логотип, который представляет собой определенные фазы разноцветные, то есть, в принципе, этот самый месяц, только такой хай-тековский месяц, мы можем увидеть и сейчас, и я надеюсь, будем видеть еще 170 лет как минимум.

М. КЕДРОВСКИЙ – Небось, денег отсудили хороших.

К. ДУБИНИН – Не в деньгах счастье, в добром имени…

М. КЕДРОВСКИЙ – Для «Procter&Gamble» это хорошо звучит — не в деньгах счастье!

К. ДУБИНИН – В данном случае репутация очень важна, и мы гордимся тем, что получено официальное серьезное судебное решение, которое снимает все и поднимает нашу репутацию на новый уровень — это здорово.

М. КЕДРОВСКИЙ – И все-таки мы вернемся к опросу, который у нас прозвучал незадолго до новостей, в котором прохожие ответили на вопрос: что для них и чем для них является компания «Procter&Gamble»? Вот многие люди называли, там, кто порошок, кто зубную пасту, кто еще что-то и так далее, но прозвучало несколько слов о том, что все это дороговато как-то.

К. ДУБИНИН – У компании в мире три стратегии. Третья стратегия — это развитие и продвижение продукции на рынках развивающихся стран. В принципе, Россия туда попадает, хотя она же попадает…

М. КЕДРОВСКИЙ – Как хорошо поменялись местами страны, да, Тань?

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Да.

М. КЕДРОВСКИЙ – То там тринадцать…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – В 37-м году все было совсем наоборот.

К. ДУБИНИН – В тысяча восемьсот.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – ДА.

К. ДУБИНИН – На сегодняшний день Россия является одной из крупнейших, наиболее статистически важных стран, попадет в 12 стран, где бизнес превышает 1 миллиард долларов, и в России он растет ежегодно свыше 20%. В стратегии компании заложено, что она выпускает продукцию, рассчитанную на потребителя самого широкого, поэтому мы выпускаем, скажем, стиральные порошки в четырех ценовых категориях…

М. КЕДРОВСКИЙ – То есть товары из совершенно разных ценовых линеек.

К. ДУБИНИН – Абсолютно. То есть каждый найдет для себя, причем в каждой из этих ценовых линеек товар будет наивысшего качества, для того чтобы наилучшим образом удовлетворять нужды вот человека с теми привычками и доходом, которые вот покупают этот товар.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Я думаю, что нам надо обязательно поговорить про один из продуктов компании «Procter&Gamble», потому что меня просто пронзила эта история. В 61-м году в магазинах города Пеории, штат Иллинойс, появились подгузники!

М. КЕДРОВСКИЙ – Подгузники!

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Подгузники «Pampers».

М. КЕДРОВСКИЙ – А в 61-м году, какого века-то?

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Тысяча девятьсот…

М. КЕДРОВСКИЙ – Я просто не знаю, когда подгузники появились.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Меня… я просто когда изучала историю компании, меня поразила просто история Виктора Миллса. Это один из, по-моему, самых важных людей для истории развития компании.

К. ДУБИНИН – В плане инноваций Виктор Миллс, безусловно, у нас главный новатор, и существует такое общество имени Виктора Миллса в компании, куда приглашаются люди, которые придумали наиболее яркие инновационные решения. Итак, все началось с того, что Виктор Миллс стал дедушкой. У него появились внуки, а дети были не в состоянии, значит, уделять достаточное количество времени, и Виктор Миллс подключился к этому процессу как заботливый любящий дедушка.

М. КЕДРОВСКИЙ – Всегда говорил: лень — двигатель прогресса.

К. ДУБИНИН – Вот. Был он инженером, причем занимался он вещами, связанными с конвейерным производством, то есть не совсем как бы так… к подгузникам. Тогда, до него, использовались подгузники тряпочные. Их надо было стирать, они были дорогие, дорого было с ними обращаться, долго, неинтересно, и он предположил, попробовал использовать бумагу в качестве подгузника, и получилось.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Меня больше всего умиляет в этой истории то, что все свои изобретения Виктор Миллс тестировал на собственных внуках, то есть такие подопытные несчастные детишки. На собственной семье все испробовал.

К. ДУБИНИН – Он просто новаторские решения привносил в семью с, ну, просто, просто с пылу с жару. Я видел первый подгузник — это, конечно, уже пожелтевший такой кусок бумаги, без застежек, но он хранится в музее в городе Цинциннати и очень бережно. Классная штука. Сейчас, конечно, подгузник — это очень высокотехнологичный продукт, там десятки компонентов, там разные слои, которые впитывают жидкость, превращаются в гель. Очень такой высокотехнологичный продукт. Но и тогда для своего времени это, конечно, была революция.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Ну, вот с течением времени компания развивается не только за счет каких-то изобретений, инноваций, но и за счет слияния, покупки других компаний. И если мы посмотрим перечень того, что сейчас есть в «Procter&Gamble», можно очень сильно удивиться. Например, друзья, чипсы «Pringles» — это «Procter&Gamble». Косметическая компания, — я думаю, многие женщины знают ее, активно она рекламируется, — «MaxFactor», это полупрофессиональная косметика, и она часто используется во время съемок. Это тоже «Procter&Gamble». Я правильно понимаю?

К. ДУБИНИН – Да, действительно сейчас мы производим, ну, скажем, синтетические моющие средства, товары для уборки, товары для красоты — там очень широкая линейка. Это и крем, средство для кожи «O’lay», это, там, дезодоранты «Old Spice», «Secret», это очень много шампуней и зубные пасты. Из таких вот вещей, которые не все могут знать — действительно, «MaxFactor». Но и компания сейчас интегрировалась с компанией «Gillette», и теперь торговая марка «Gillette» — это у нас, бытовая техника «Braun» — это тоже мы.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Батарейки «Duracell».

К. ДУБИНИН – Батарейки « Duracell «.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – «Oral-B».

К. ДУБИНИН – «Oral-B».

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Но это все «Procter&Gamble». Впечатляет.

М. КЕДРОВСКИЙ – Я уж не говорю о Лауры Бьяджотти, «Hugo Boss»… «Lacoste» и «Valentino», «Dolce & Gabbana», «Gucci», «Escada»... Тут я начинаю падать, плакать и вообще…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Тут надо отметить, что, конечно, мы имеем в виду не одежду «Dolce & Gabbana», а «Procter&Gamble» делает парфюмерную линию «Dolce & Gabbana», «Lacoste» и миллион других известных марок.

К. ДУБИНИН – Мы начинали, говорили о том, что очень много делается парфюмерии, есть свои собственные парфюмеры в штате компании, которые разрабатывают вот отдушки, много душистых веществ. Есть торговые марки и вообще категории, где вот… которые не очень хорошо представлены пока в России. Может быть в будущем, будем надеяться, но вот из экзотических фактов: «Procter&Gamble» — лидер рынка кофе в США с торговой маркой «Folgers».

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Кофе?

К. ДУБИНИН – Кофе.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – С ума сойти! Слушайте, вы меня совсем запутали.

М. КЕДРОВСКИЙ – Cлова, фраза «мировые закулисы», которая прозвучала перед эфиром, полностью оправдывает себя.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – А вот Максим, который, по-моему, один из самых активных наших слушателей, прислал еще один интересный вопрос: «Вами антимонопольный комитет в Америке еще не заинтересовался?»

М. КЕДРОВСКИЙ – Как там Конгресс, еще не думает?

К. ДУБИНИН – Мы постоянно взаимодействуем со всеми необходимыми государственными структурами и США, и России…

М. КЕДРОВСКИЙ – Причем напрямую, я так понимаю.

К. ДУБИНИН – Знаете, что компания «Procter&Gamble» — одна из тех, по которым меряется индекс Dow Jones, индекс развития американской экономики.

М. КЕДРОВСКИЙ – Это мы представляем, потому что компания является одной из крупнейших не только в США, но и во всем мире.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Сейчас просто для того, чтобы понять масштабы, скажу, что вот, как посчитали эксперты, наверное, вами и нанятые специальные люди, 3 миллиарда раз в течение одного дня, 3 миллиарда в день потребители во всем мире соприкасаются с товарами, которые создает «Procter&Gamble».

М. КЕДРОВСКИЙ – А сколько нас на планете, 6 миллиардов сейчас?

К. ДУБИНИН – Ну сейчас, наверно, даже уже немножечко больше, и я думаю, что 3 миллиарда…

М. КЕДРОВСКИЙ – Что ж вы не охватили-то половину населения?

К. ДУБИНИН – Мы над этим работаем в компании. Бизнес очень удачно растет. Очень успешно прошли последние процессы интеграции с «Gillette». Там был вопрос по поводу регулирующих органов. Сделки такого масштаба, они получают одобрение, проходят ряд инстанций. И, в общем, безусловно, опять же в компании … очень хорошо поставлено дело, готовятся материалы, поэтому мы получаем разрешение на все эти сделки, то есть вот собственно интеграция «Gillette» — это операция, которая требовала разрешения ряда регулирующих органов…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Вы долго готовили эту сделку?

К. ДУБИНИН – Я лично вообще…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Ну, компания «Procter&Gamble».

К. ДУБИНИН – В 2005-м году это все произошло. Ну, какое-то время. Долго? Нет. Я не могу прокомментировать.

М. КЕДРОВСКИЙ – Ну, вопросы глобализма, они нас, конечно же, всегда интересуют, но тут у меня возникла идея перейти все-таки к частностям, потому что у нас есть еще один материал, подготовленный нашим корреспондентом, который касается именно мнения людей, непосредственно продающих и общающихся с клиентами. Вот, что получилось.

«Клиент всегда прав. Мнение продавца»,

— Популярная, пользуется спросом. Все покупают. Женщины, мужчины, пенсионеры, если обеспеченные, то покупают. Просто идут люди, падкие на рекламу. Идет реклама — люди идут покупают.

М. КЕДРОВСКИЙ – Вот видите, Константин, прозвучало еще одно мнение очень такое настораживающее. Люди падки на рекламу.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Но, с другой стороны, «Procter&Gamble» вложило, по-моему, огромные деньги именно в рекламу и с самого начала, вообще буквально с создания компании очень большое внимание уделяется именно рекламе, то есть, наверное, так и должно быть.

К. ДУБИНИН – Так это же здорово, да, я тоже считаю, что так должно быть. Эти товары мало произвести, главное, чтобы его…

М. КЕДРОВСКИЙ – Продать.

К. ДУБИНИН – …люди купили. А знаете что самое еще главное? Чтобы они потом пришли в следующий раз и купили снова тот же самый продукт. Существует первый момент истины и второй момент истины. И «Procter&Gamble» гордится тем, что он побеждает как в первый момент истины, просто реклама, так и во второй.

М. КЕДРОВСКИЙ – А вы много вкладываете в рекламу на сегодняшний день?

К. ДУБИНИН – Да.

М. КЕДРОВСКИЙ – «Да» — это просто ответ. А «да» — это сколько?

К. ДУБИНИН – Не знаю.

М. КЕДРОВСКИЙ – А в процентном соотношении годового дохода?

К. ДУБИНИН – Не знаю.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Сейчас так лампу в лицо, допрос… Татьяна из Москвы пишет: «Почему ваш порошок буквально в последние дни подорожал более чем на 30%, притом, что доллар падает по отношению к рублю?» Наверное, у Татьяны экономическое образование, параллели провела.

К. ДУБИНИН – Сильно сомневаюсь, что такое вообще возможно. Нужно смотреть, что за порошок, то есть вот смотреть конкретику. Нет, ну 30%, я не представляю, как такое может быть возможно.

М. КЕДРОВСКИЙ – Даже мы, как не экономисты, не можем этого понять. По большому счету, может быть, это зависит опять же от какого-то конкретного продавца, который решил, что залежался у меня товар, надо бы его как-нибудь скинуть. Но при этом у нас же скидывают как? Давайте распродажу, только подороже.

К. ДУБИНИН – Ну, что-то малообъяснимое, но с удовольствием отвечу на этот вопрос, если узнаю конкретно, что, где, когда, чего.

М. КЕДРОВСКИЙ – Вот тут возникает еще одни вопрос, который я читаю в Таниных глазах. Проблемы контрафактной продукции.

К. ДУБИНИН – О, к счастью, в России с этим у нас дело обстоит хорошо, в общем, с работой в части искоренения и не появления контрафактной продукции. В общем, сегодня процент подделок, он пренебрежительно мал, и, значит, в магазинах это вообще исключено, на каких-нибудь открытых удаленных рынках это могут быть, ну, доли процентов, то есть это, в общем, то есть в России такой проблемы сейчас нет совсем. Где-то вот в конце 90-х вот появилась такая тенденция, но она, к счастью, была очень успешно преодолена, и сегодня, особенно в магазинах, можно смело идти покупать, пользоваться, и все очень здорово.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Юля из Питера пишет: «Расскажите о продуктах люкс, пожалуйста».

К. ДУБИНИН – Что мы относим к продуктам люкс… Хорошо, давайте духи. Значит, торговые марки «Lacoste», «Hugo Boss», «Valentino», «Gucci», «Dolce & Gabbana», там, первоклассная парфюмерия, косметика, да, «MaxFactor» мы уже вспомнили, (неразборчиво), Лаура Бьяджотти в России сейчас представлено незначительно. Но будем думать, что этот сегмент будет развиваться. Вообще говоря, хотел сказать, что… про одну стратегию я уже говорил, это развитие на развивающихся рынках, вторая стратегия — это диспропорциональное, то есть усиленное развитие товаров высокотехнологичных, товаров из области товаров для красоты, потому что это тенденция мировая, эти товары лучше продаются, у них спрос очень хороший. Россия, кстати — это страна красоты. У российской женщины в сумочке и дома находится больше средств для красоты, чем у очень многих других потребительниц даже в развитых странах. Поэтому здесь товары для красоты будут развиваться дальше и больше.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Ну, вопрос, который невозможно не задать компании, которая занимается парфюмерией, косметикой и бытовой химией. Касается он экспериментов и тестирования на животных.

К. ДУБИНИН – Ну вот мы сейчас вспомнили с вами парфюмерию и косметику. Вот на готовой парфюмерно-косметической продукции, вот в ее испытаниях животных компания не использует. Вообще говоря, компания является лидером в мире в разработке альтернативных методов тестирования, которые исключают использование животных.

М. КЕДРОВСКИЙ – Константин, извините, перебью вас буквально на секунду. А откуда ноги растут, почему довольно большое количество скандалов связаны именно с упоминанием вашей компании с опытами над животными?

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Да, и видела я призывы к бойкоту «Procter&Gamble», потому что люди утверждают, что вы мучаете животных.

К. ДУБИНИН – Ну вот мы с вами про…

М. КЕДРОВСКИЙ – … монгольских кого?

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Монгольские песчанки.

М. КЕДРОВСКИЙ – Монгольские песчанки. Вот Таня очень озаботилась судьбой монгольских песчанок.

К. ДУБИНИН – Вы знаете, я думаю, что в Монголии, вообще говоря, представлен бизнес не очень серьезно, там вообще…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Монгольские песчанки, они по всему миру в принципе распространены, на них очень часто ставят опыты. Очень несчастные… ну, они из отряда… хомяки, в общем, они.

К. ДУБИНИН – Вот если говорить серьезно, иногда для того, чтобы обеспечить безопасность для потребителя — главное для нас, это безопасность для потребителя — какое-то незначительное количество испытаний на животных все-таки необходимо. Однако ежедневно ведется большая работа в направлении того, чтобы как можно меньше этих было испытаний. Я уже про парфюмерию и косметику сказал, а на сырье, в общем, испытывает не компания, а те, кто разрабатывает сырье, то есть с каждым днем этого все меньше и меньше. Вот когда вы говорите, вот ноги растут, что-то такое вот было, случалось, ну, наверно, мы очень большие. Это наказание за лидерство, что обращают внимание на такие вещи. То есть реально… ну, иногда так бывает, что обращают внимание на большие компании больше, чем на какие-то другие. Я еще раз хочу повторить, что мы являемся лидерами в разработке альтернативных методов. Недавно мы сделали семинар, где-то год назад в Москве, по альтернативным методам. Приезжали ведущие эксперты европейские и наши. Компания сейчас на генном уровне смотрит экспрессию генов и может понять, что происходит с клеткой (неразборчиво), что происходит с клеткой в зависимости от воздействия какого-то вещества. То бишь, не беспокойтесь о судьбе монгольских песчанок. С каждым днем им живется лучше, их все больше…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – И веселее.

К. ДУБИНИН – Да, да, да, да.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Все понятно.

К. ДУБИНИН – Больше хорошего у них в жизни.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Татьяна из Москвы, кстати, прислала нам подробный рассказ, где и как поднялись цены на порошок «Tide». Очень грустная история. Я потом вам покажу, просто не могу я в эфире называть конкретный магазин и конкретные цены. Юля из Челябинска написала, что каждая третья тушь — правда, не указала, какой марки — поддельная. Не знаю, может, она шесть купила, и две из них оказались поддельными.

К. ДУБИНИН – Надо смотреть, где, что да и какая. Нет, «MaxFactor»… я не видел подделок «MaxFactor».

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Наверное, вы тушью не пользуетесь, я подозреваю.

М. КЕДРОВСКИЙ – Ты знаешь, я тоже, поэтому цен не знаю. Константин, все-таки о конкретике. На сегодняшний день как вы представлены в России в смысле производственных мощностей?

К. ДУБИНИН – У нас три завода. Наша гордость — это завод в городе Новомосковск Тульской области. Есть завод…

М. КЕДРОВСКИЙ – Среду загрязняете?

К. ДУБИНИН – Не-а.

М. КЕДРОВСКИЙ – Это следующий вопрос…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Это да, про монгольских песчанок, я поняла, животных не мучаете, среду окружающую не загрязняете, очень социально ответственная компания, все у вас прекрасно. И еще скажете, безотходное производство.

К. ДУБИНИН – Практически. Итак, вы сейчас сказали по поводу социальной ответственности. Это важнейшее направление деятельности компании. Вы знаете, даже сейчас цель компании, как мы ее себе формулируем, изменилась. Если раньше мы говорили, что мы производим товары наивысшего потребительского качества под торговыми марками, для того чтобы улучшать жизнь потребителей, сейчас добавился очень высокий такой, весомый финал этой фразы: для сегодняшних поколений и поколения грядущего. То есть компания… у нее очень высокие, серьезные обязательства перед будущим. Новомосковск работает по замкнутому циклу в плане воды. То есть вода не приходит извне и не уходит никуда. Значит, выбросы там соответствуют всем мыслимым и немыслимым стандартам как международным, так и российским. И Новомосковск при этом является крупнейшим предприятием сейчас в мире по производству синтетических моющих средств. Больше 300 тысяч тонн в год.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Куда же это все уходит?

М. КЕДРОВСКИЙ – Какие же мы грязнули!

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Какие мы грязнули, сколько мы тратим на стирку, мойку и прочее. Это на Россию или на весь мир?

К. ДУБИНИН – Это 75 — Россия, 25% — экспорт. Но я хочу сказать, что в России на душу населения стирального порошка используется сейчас сильно меньше, чем во многих странах, даже соседних, даже Центральной Европы.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – А все-таки мы грязнули.

К. ДУБИНИН – То есть стирать, в общем, можно еще гораздо чаще.

М. КЕДРОВСКИЙ – Константин, вот несколько вопросов, один из которых я задам вместо Тани, вместо Тани.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – …очень хороший… ну ладно, хорошо.

М. КЕДРОВСКИЙ – Таня перед эфиром очень интересовалась, что будет, если выпить, например, «Fairy»?

К. ДУБИНИН – Значит, «Fairy» — очень безопасная штуковина. Средство относится к четвертому классу опасности, то есть 5 грамм на килограмм веса если употребить, ничего не будет. Но это в пересчете, вот если, там, человек весит, там, 80 килограмм, это 400 миллилитров «Fairy», и с ним ничего не произойдет. Он столько не выпьет ни за что, просто это невкусно очень.

М. КЕДРОВСКИЙ – Константин сказал, очень невкусно, еще какую-то горечь специально добавляют.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – У нас мало времени очень осталось. Татьяна пишет, что порошок «Tide» — один из самых аллергенных продуктов. Причина — оптическое отбеливание, то есть не чистота, а камуфляж грязи белым напылением.

К. ДУБИНИН – Боже мой! Оптический отбеливатель существует практически во всех стиральных порошках на рынке в принципе, и давно. Оптический отбеливатель мало того, что прошел все экспертизы, безопасен полностью, но еще и как бы, вот собственно, в формуле «Tide» используется только самый чистый, который проходит контроль, то бишь, я уверяю вас, «Tide» — безопаснейший порошок.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – «Tide» тоже можно пожевать немножко вместе с «Fairy».

К. ДУБИНИН – Да, примерно так же, как и «Fairy», ничего не будет.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Прекрасно. На этой оптимистической ноте я предлагаю заканчивать сегодняшнюю программу «Бренд».

М. КЕДРОВСКИЙ – Да. Сегодня мы говорили и узнали очень много интересного об этой компании с огромной историей, как выяснили, в 1837-м она образовалась, то есть это больше 170 лет, точнее, 170 лет исполнится в этом году. К сожалению, охватить полностью историю подобной компании невозможно, но будем надеяться, что когда-нибудь нам удастся это сделать. Мне остается напомнить, что в гостях у нас был Константин Дубинин, руководитель группы отдела внешних связей «Procter&Gamble». Огромное спасибо вам, Константин.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Спасибо большое. Я надеюсь, что благодаря вашему рассказу люди, может быть, как-то заинтересуются историей «Procter&Gamble».

М. КЕДРОВСКИЙ – Да…

К. ДУБИНИН – Большое спасибо.

М. КЕДРОВСКИЙ – Приходите к нам когда-нибудь еще. С вами были Татьяна Фельгенгауэр…

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – И Михаил Кедровский.

М. КЕДРОВСКИЙ – Всем пока.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР – Пока.



Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире