'Вопросы к интервью
КСЕНИЯ ЛАРИНА: 22.15, да, действительно, мы опоздали. Заберем 5 минут у новостей. Добрый вечер. Вновь у микрофона Ксения Ларина. Ну, Вы уже услышали, кто у нас в студии в программе «Коробка передач». Со всеми здороваемся. Елена Ищеева, добрый вечер.

ЕЛЕНА ИЩЕЕВА: Добрый.

К. ЛАРИНА: Арина Бородина, добрый вечер.

АРИНА БОРОДИНА: Добрый вечер.

К. ЛАРИНА: Елена Ямпольская, добрый вечер.

ЕЛЕНА ЯМПОЛЬСКАЯ: Здравствуйте.

К. ЛАРИНА: Дорогие друзья, сегодня мы говорим вновь о вмешательстве в частную жизнь так называемых звезд. Поскольку здесь тоже достаточно все спорно, потому что, по-моему, если не вмешиваешься в частную жизнь, то вроде, как и не звезда. А если вмешиваешься, то, значит, ты уже вмешиваешься в частную жизнь звезды. У нас повод для встречи – письмо открытое, которое несколько известных актеров адресовали сразу прямо президенту Путину с просьбой, или с требованием оградить их от вмешательства в частную жизнь, оградить от желтой прессы, которая контролирует их каждый шаг, искажает их биографические факты, оскорбляет, что там еще, честь и достоинство унижает и прочее, прочее, прочее. По этому поводу мы еще не разговаривали в студии «Эхо Москвы». А мне кажется, что стоит на эту тему поговорить особо. Ну, вот Елена Ямпольская откликнулась статьей в газете «Известия» под названием «Достали». Ну, здесь такая двусмысленность получается в названии, Лен, кто кого достал.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Да, нет никакой двусмысленности.

К. ЛАРИНА: Звезды достали.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Звезды достали.

Е. ИЩЕЕВА: Поясните чем, если не секрет.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Да очень просто. Лен, не секрет совершенно. Во-первых, я ни на секунду не верю в искренность появления этого письма вот именно сейчас. У нас всегда за коллективными письмами, а в принципе я лично считаю, что коллективное письмо – это очень неприятная штука, и уважающий себя человек не должен под ним подписываться, особенно в стране, где история коллективных писем чрезвычайно темна и мрачна.

Е. ИЩЕЕВА: Ну, я поняла, на что Вы намекаете.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Да, да, да. Поэтому я ни на секунду не верю, что это письмо появилось просто так. И я прекрасно понимаю, что если в канун 2007-2008 годов и событий, которые должны состояться, появляется письмо, требующее в итоге чего? Ужесточить законы против СМИ, то под эти законы попадет не газета «Жизнь», чья судьба мне глубоко, честно скажу, безразлична.

А. БОРОДИНА: Но у которой слишком большой тираж, к сожалению.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Никакой корпоративной солидарности у меня нет. Ну, что поделаешь, спросом, значит, пользуется. Я говорю, у меня нет никакой корпоративной солидарности. Я всегда говорю, что корпоративная солидарность – это предпоследнее прибежище негодяя перед патриотизмом. И поэтому я считаю, что все, что является враньем, безусловно, должно быть наказано, как вранье. Но я очень боюсь, что эти законы, если они ужесточатся, коснутся именно нас. И даже в каких-то невинных пунктах. Т.е. будучи даже театральным критиком, я могу написать, что спектакль плох, на меня подадут в суд, потому что я соврала. На самом деле он хорош, ну, и т.д. и т.д. А если речь пойдет вообще не о спектакле, ни о театре, а о каких-то более существенных сферах жизни, то выяснится, что тут очень серьезно все средства массовой информации подпадут под этот закон…

Е. ИЩЕЕВА: Лена, извините, а как остановить лавину? Потому что никого не щадят. В общем-то, ни заслуженных, ни народных, ни реально любимых. И живешь, в общем-то, как под микроскопом. У меня был процесс, я выиграла его, но в Германии. Меня сейчас никто не трогает, потому что я дала сдачи.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Ну, и очень хорошо.

А. БОРОДИНА: А про Вас много пишут, Лена?

Е. ИЩЕЕВА: Про меня написали единожды, что я сбила человека, что я покинула место происшествия. Меня практически обвинили в убийстве. Мне этого хватило.

К. ЛАРИНА: А где это было опубликовано, Лен?

Е. ИЩЕЕВА: В желтой газете.

К. ЛАРИНА: И ты после этого подала в суд.

Е. ИЩЕЕВА: Да.

К. ЛАРИНА: А прочему в Германии тогда?

Е. ИЩЕЕВА: Сейчас объясню. А мальчик захотел на мне заработать. Он этот материал разместил в газете «Русская Германия», которая распространяется по всей Европе. Мне позвонили друзья оттуда. Вышла моя фотография и статья называлась «Лена-смерть». Нормально? Мне как раз перед прямым эфиром на НТВ ее принесли. Стали звонить журналисты различных издательств. У меня прямой эфир. Мне говорят: Лен, кого Вы сбили? А что за человек? Там были фотографии его мамы. Его чуть ли не труп. Место действия. Марка моей машины. Там было… Вот, понимаете, настолько состряпано, что я похолодела. Я не могла работать абсолютно. И вот он, как говорится, этот молодой человек, который очень хотел денежку заработать, он подставился. Потому что в Германии разыскала адвоката, подала в суд на «Русскую Германию». Естественно канал НТВ пытался подать иск здесь против нашей газеты. Все это было затоптано через 2 недели. А там я довела процесс до конца. 5000 евро я отсудила. Принципиально. И они передо мной извинились. Пусть там, в Европе. Но эта история, этот журналист больше там не печатается. Как еще? Вот после этого я нигде в желтой прессе, слава Богу, не появляюсь.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Лена, а что, извините, мешало, я так и не поняла, Вам мешало здесь-то подать в суд?

Е. ИЩЕЕВА: А здесь безрезультатно.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Ну, как безрезультатно. Есть процессы…

Е. ИЩЕЕВА: Нет, мы подали письмо в суд, мы даже не получили ответ. Официально компания подала письмо, потом я из компании ушла. Кто будет защищать мои права, если я уже не сотрудник. Ну, Вы же все, Лена, прекрасно понимаете. Я удовольствовалась тем, что хотя бы там в Европе. А сумма такая, не очень большая, может быть, по нашим меркам. Потому что судья сказал «ну, может быть, в России она известный человек, мы по европейским меркам не знаем, кто она такая. Если бы Николь Кидман, мы бы да. Сумму увеличили. Мне было неважно. Главное, что извинились, и, в общем-то, как-то я смогла себя защитить. Хотя мне этот процесс обошелся гораздо дороже.

А. БОРОДИНА: Это понятно, Лена. Т.е. здесь очень прискорбный факт. Скажите, а вот если про Вас вообще перестанет писать пресса российская, Вы будете удовлетворены этим обстоятельством. Вам ведь, наверное, хочется, чтобы про Вас писали?

Е. ИЩЕЕВА: Вы знаете, у меня берут интервью, когда это касается моей профессиональной деятельности, работы на «Домашнем», «Моей семьи», я всегда отвечаю на вопросы, и я рада таким материалам. Но иногда раздаются звонки: ой, Лена, слух прошел. По-моему, Вы у нас тут разводитесь. Я говорю: нет, у меня все хорошо. Ах, как жаль. Вот после этого я уже не знаю, как отвечать на Ваш вопрос. Вот им очень жаль, что порой у нас все бывает в личной жизни хорошо. Я сейчас про тех журналистов, которые даже как-то вот достают телефон.

А. БОРОДИНА: История в том, что мне кажется, что тут очень сложный вопрос, но вот профессия публичного человека, а Вы безусловно относитесь к этой сфере, Вы публичный человек.

К. ЛАРИНА: Это Арина Бородина. Я буду говорить, поскольку по радио.

А. БОРОДИНА: Она имеет свои издержки, и я думаю, что число тех людей, которые подписали вот это письмо, их тоже можно разделить на да, действительно, очень много печатается ложной, искаженной информации. Но с другой стороны, коль ты стал публичным человеком, известным, и это во всем мире так, ну, действие только одно, это идти в суд. Вот Вы привели пример, когда Вы пошли и отсудили.

Е. ИЩЕЕВА: Но не в нашей стране, к сожалению.

А. БОРОДИНА: Да, но при этом я согласна, я вот прочитала сейчас перед эфиром статью Ленину. И соглашусь с тем, что, ну, если б про Вас не писали, если б про Вас не говорили, то уверяю Вас, количество людей, которые бы Вас знали, было бы гораздо меньше.

Е. ИЩЕЕВА: Да я не переживаю. Я спокойно сплю. Мне важно, что у меня есть моя профессия. Когда я рассказываю про коллег в эфире, я же, наверное, отвечаю за свои слова. Я долго проработала на радио. И я знаю, что такое считать материал, поставить визу, проверить. Это элементарная журналистская этика. Когда про меня пишут, даже не спросив… Просто та же ситуация по поводу ухода. Все газеты выступили от желтых до зеленых. И никто не позвонил, не спросил: Лена, можно Ваши комментарии, что произошло.

А. БОРОДИНА: Ну, Вы все-таки, думаю, преувеличиваете, Лена.

К. ЛАРИНА: Нет, извините, но это реально так.

К. ЛАРИНА: Лена, а ты была как раз у Сергея Майорова, по-моему. Ты как раз говорила про уход…

Е. ИЩЕЕВА: Я сейчас про газеты. Вот спустя год Сережа Майоров аккуратненько попытался разворошить, что же было на самом деле. Никто из журналистов не позвонил. Никто. Зато я очень много про себя прочитала. И про деньги, и про характер. Чего там только не было. Лучше никак, чем так, Арин, честно скажу. Я без газет проживу.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Лен, Вы понимаете, мы сейчас находимся в не очень приятной для нас ситуации с Ариной потому что…

Е. ИЩЕЕВА: Нет, просто Вы сказали вот звезды… Вот Вы задали вопрос. Я говорю: лучше, чем абы как, лучше никак. Вот моя позиция.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: У нас проблема с Ариной, что в студию в качестве звездной гостьи приглашены именно Вы. Понимаете?

Е. ИЩЕЕВА: Не дотягиваю до ранга? Ну, извините.

К. ЛАРИНА: Дотягиваете.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Вы – человек, который, безусловно, вызывает своей историей сочувствие и симпатию. Но дело в том, что существует конкретное письмо, с чего мы начали, среди…

К. ЛАРИНА: А давайте напомним, кто подписал его.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Ну, вот целиком этот список из 31 подписанта, мне найти не удалось. Не могу сказать, что я прямо землю носом рыла. Я же все-таки не из газеты «Жизнь». Но, в общем, основные какие-то пункты я видела. Там присутствуют очень уважаемые люди. Поскольку инициатором всего этого был, насколько я понимаю, Александр Абдулов, то подписался почти весь театр Ленком во главе с Марком Захаровым, которого я что-то пока не видела на первых полосах (НЕ РАЗБОРЧИВО) газет. Туда же вошла и замечательная актриса Инна Чурикова, которая, тоже, по-моему, не является объектом сплетен желтых. Никита Михалков, который меня, честно говоря, этим шагом очень удивил. Потому что обычно его слово, оно достаточно весомое. И даже если он в хоре выступает, и, в общем, ни в место это ему. Ой, извините, там есть Филипп Киркоров. Вы знаете, мне не надо, чтобы Филипп Киркоров меня учил журналистской этике. Потому что история как бы замечательная с розовой кофточкой, она еще у всех на слуху, и, наверное, войдет в журфаковские учебники. И если он, в общем, достаточно безнаказанно пережил ту ситуацию. Ничего там страшного с ним, прямо скажем, не произошло. То, может быть, в каких-то ситуациях газета «Жизнь» должна переживать это безнаказанно. Понимаете, меня очень смущает, что это письмо подписано или людьми, которые на самом деле не страдают от желтой прессы. Т.е. они зачем-то его подписали. Их кто-то попросил. Или людьми, которые не имеют права никого учить жить, потому что они сами невоспитанные, не профессиональные, плохо поют и т.д.

Е. ИЩЕЕВА: Леночка, да не учат они никого жить. Они себя защищают. Ну, потому что и бедному Филиппу досталось. И не только дело в кофточке. Живого же места не оставили. Знаем все, с кем, когда и почему. За последние 5 лет столько уже перестирано. Мне кажется, Вы немножко утрируете и устрашаете ситуацию. Ну, коллективное просто потому, что несколько людей. Не надо проводить аналогию с тем, что было. Потому что многие из них уже действительно доведены до ручки. Потому что г-ну Абдулову просто перемыли косточки ему и его ближайшим женщинам и никого не оставили в покое. У него дети, понимаете, у него, в общем-то, родственники.

К. ЛАРИНА: Дайте, я вмешаюсь, товарищи. Я почему-то глубоко убеждена. Вот тут, кстати, Лена приводит в пример Спивакова Владимира, да, можно еще назвать немало имен звездных, действительно, про которых не пишут в желтой прессе, не пишут не потому, что нечего писать, а потому, что этого люди не хотят. Мне кажется, что если человек этого не хочет, то этого не будет никогда. Ну, не бывает так. Потому что если человек пригласил один раз в свою постель, если мы в данном случае берем за точку отсчета того же Филиппа Киркорова или там еще кого-нибудь возьмем из звезд шоу-бизнеса, если один раз ты пригласил в свою постель журналистов с фотообъективами, то уж будь добр, потом успокойся.

Е. ИЩЕЕВА: Ну, я не уверена, что вот кто-то прямо вот так пригласил.

К. ЛАРИНА: А как?

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Ну, вот Лена нам сейчас рассказала историю. Вроде как никто никого не приглашал.

А. БОРОДИНА: Вы знаете, я вообще себя чувствую, как на чужом празднике жизни. Все-таки надо было, наверное, пригласить из коллег, кто на этом специализируется….

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Кто написал.

А. БОРОДИНА: Потому что я себя чувствую крайне неловко. Потому что Лена с таким пафосом сказала, имею в виду Лену Ищееву, в данном случае, потому что у нас две Елены, что она готова подписаться под каждым своим словом и имеет большой опыт. Но Вы знаете, я в своей работе тоже стараюсь подписываться под каждым своим словом. И вообще в другом жанре работаю.

К. ЛАРИНА: Ты же не в желтой газете работаешь. В «Коммерсанте».

А. БОРОДИНА: Да. Но в «Коммерсанте» тоже бывают проколы. И тоже есть рубрика «Светская жизнь». Тоже, наверное, много недовольных. И письма пишут, знаете, и все бывает. И тоже переживают за какие-то ошибки. Но вот везде свое качество и везде как бы своя этика. Но эти газеты работают по другому принципу. А потом если Вы говорите про Александра Абдулова, то я лично сама читала «Караван истории», где очень подробно была описана его жизнь, не какими-то журналистами, а его спутницей, достаточно долго которая проводила с ним время. Но это уже проблема их отношений, проблема этих женщин этого мира. Понимаете. Они живут по совершенно самостоятельным своим законам. В нем, безусловно, есть свои издержки. Эти люди, наверняка, устали от такого вмешательства. Ну, наверное, они когда-то переступили этот порог. Они известны. И, в общем-то, я думаю, что эти публикации определенно создают какой-то имидж дополнительный им.

К. ЛАРИНА: Потом все-таки по-разному еще воспринимают само понятие желтой прессы. Вот опять же Лена Ямпольская сказала по поводу рецензий возможных вот отрицательных на спектакль. Потому что действительно отрицательное впечатление о каком-то продукте, будь то спектакль, или фильм, или передача телевизионная, они иногда воспринимают тоже, как посягательство, я имею в виду, герои, как посягательство на какую-то их частную жизнь. Когда обсуждаешь какой-то фильм здесь вот в эфире, потом тебе говорят, что устроили травлю. Извините меня, какую травлю?

Е. ИЩЕЕВА: Нет, ну, Ксения, подождите, ну, критика есть критика. Просто главное не перейти грань.

К. ЛАРИНА: Вот тогда, пожалуйста, мне ее обозначьте.

Е. ИЩЕЕВА: То, что я вам рассказала свой пример, Вы считаете, грань перешли?

К. ЛАРИНА: Нет, ну, это о чем говорит? Это откровенное вранье, понятно.

Е. ИЩЕЕВА: Нет, ну, очень хорошо состряпанное.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Это не просто вранье, это клевета. Это должно проходить по статье «за клевету». Да, абсолютно. Но это даже и к журналистике не имеет никакого отношения.

К. ЛАРИНА: А где грань между критикой и травлей, объясните мне, Лена.

А. БОРОДИНА: И потом, понимаете, это законодательство, которое будет приниматься, если так к этому призывают деятели культуры, оно будет приниматься в отношении всех СМИ. А собственно вот то, против чего они возмущаются, все-таки опять я к этому возвращаюсь, это в определенном сегменте, если говорить деловым языком прессы. Есть несколько популярных, многотиражных изданий, которые уделяют этому большое внимание. Мы можем их перечислять, но я думаю, что не имеет смысла, зачем делать рекламу. Да, они на этом специализируются. Вот, но Вы тогда как-то ни к Путину. Может быть, кК главному редактору…

Е. ИЩЕЕВА: А к кому?

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Ну, слушайте, а что Путин за все отвечает.

Е. ИЩЕЕВА: Нет, скажите, к кому?

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Ну, так мы, извините…

Е. ИЩЕЕВА: Нет, к главному редактору этих же желтых изданий?

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Судиться, да, наверное.

К. ЛАРИНА: Не допускать их до себя. Ну, в конце концов, трубку бросать.

А. БОРОДИНА: Значит, сначала они подписывают письмо против Ходорковского, часть из этих же подписантов, да. А потом, значит, мы обращается к желтой прессе.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: В том-то и дело, Лена, Вы знаете, еще и потому такая реакция, что мы очень хорошо помним эту историю с предыдущим коллективным письмом. Но та история была организована грубо. Как бы очень грубо состряпали письмо. Люди подписали, не глядя. Потом начались разборки по этому поводу. Получил по шее 90-летний Зельдин, получил о шее 60-летний Калягин. Многие получили по шее, в общем, справедливо. И многие начали открещиваться, говорили «ой, я не видел». «Я плохо вижу. У меня минус 8». «А мне в общих словах и т.д.». Т.е. очень ложанулись с тем письмом. Это письмо составлено гораздо тоньше, значительно.

К. ЛАРИНА: Ну, оно же нигде не опубликовано.

А.БОРОДИНА: Я его в интернете видела, это письмо.

Е. ИЩЕЕВА: Ну, опять же «одна баба сказала». Что значит «нигде не опубликовано»? Что мы тогда обсуждаем?

А.БОРОДИНА: Нет, это в интернете было это письмо.

Е. ИЩЕЕВА: Вот, кстати, по поводу интернета. Как некая сточная канава, где все, что не опубликовано, можно про себя прочитать. Вот как это контролировать, и надо ли это контролировать, это вообще тема отдельная. Я против чего? Рассказываю случай не свой и имен не называю. Рожает одна известная особа. К ней корреспондент под видом врача врывается в родильную палату. И она закрывает своим телом. Говорит, уйди отсюда. Не могу. Мне заказали материал. Мне надо это. Я не знаю, как их остановить. Не частная палата. Не охрана уже их не останавливает. Если они захотят пройти, они подойдут к любимой актрисе, когда она умирает, и сфотографируют. Как вот это остановить, ну, скажите мне.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Лена, Вы говорите сейчас только о том, что там, где рожала Ваша…

Е. ИЩЕЕВА: Это не моя подруга. Я рассказываю историю, это абсолютно… Я не буду называть.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Какая-то особа. Вот там, где она рожала, там отвратительно поставлен сервис. И охрана получает деньги не известно за что. Вот Вы об этом сейчас рассказали историю.

Е. ИЩЕЕВА: Нет, я к тому, что ничего святого. Надо будет и в хирургический…

К. ЛАРИНА: Вот давайте в этом жить, Лена. То, что нет ничего святого – это факт жизни.

Е. ИЩЕЕВА: Я спросила: как защищаться от этого?

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Ну, мне бы хотелось узнать, что святое у Киркорова?

К. ЛАРИНА: мое творчество.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Мне вообще интересно, вот если из Киркорова вычесть брак с Пугачевой, скандал с Сыроян, и еще несколько сплетен, что останется то? Вот останется что?

Е. ИЩЕЕВА: Не знаю.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Вот от Абдулова если вычесть, останется актер Абдулов. А от Киркорова если вычесть, извините, чего.

Е. ИЩЕЕВА: Ну, оставьте Вы Филиппа в покое. Ну, и так сейчас. Ну, что ж Вы такие злые. Ну, давайте, о ком-нибудь другом.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Это мы такие злые. Лен, не Вы.

Е. ИЩЕЕВА: Я просто его видела в свое время, когда милый только начинал и ходил на радио. Он не вызывает у меня такой реакции, и когда про него что-то пишут…

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Да он не вызывает такой реакции. Неадекватность всегда вызывает… Неадекватность, раскрученность…

Е. ИЩЕЕВА: У каждого свой путь. Ну, как сложилось, так сложилось, но добивать нельзя. Вот и все.

К. ЛАРИНА: Все, останавливаемся на новости и потом продолжаем.



НОВОСТИ



К. ЛАРИНА: Я по просьбе Бородиной перехожу к телевидению. А то там нечего обсудить, я Вас умоляю. Вот наши слушатели здесь напоминают про программу «Максимум». Вот если про газеты мы говорим, про так называемых папарацци, я вообще стала себя ловить, когда приходишь на так называемую тусовку, куда я очень редко попадаю, достаточно избирательна здесь. И вот когда нужно обязательно пойти, я иду. Я боюсь попасть где-нибудь под какой-нибудь объектив. И не хочется мне быть опубликованной в каком-нибудь завтрашнем журнале или газете, где будет написано там «Михаил Казаков со спутницей». Как-то мне не хочется. Понимаете? Это неприятно. Но еще другие опасности нас подстерегают теперь в связи с тотальной слежкой скрытой камерой. Поскольку от смешного до трагического здесь один шаг. И не известно, куда тебя тут снимают. Либо над тобой тут пошутят и ты должна в камеру тут же рассмеяться. Ой, как это мило, скрытая камера, а потом, значит, все будем хохотать, глядя в телевизор. А с другой стороны, существуют такие передачи, как, например, тот же самый Глеб Пьяных и его программа «Максимум», где, по-моему, все снято скрытой камерой. Все. А потом очень как-то умело все это смонтировано. И уж что там на самом деле происходит, никто этого не знает. Наверное, только там все на этом разделочном столе решается. В какую сторону будем все это кроить. Вот здесь, вот такие вещи, они требуют защиты уже юридической. А если да, то каким образом? На кого здесь в суд подавать? Если все это снято, все правда? Вот я к Арине обращаюсь. Это скрытая камера, она тебя зафиксировала там, где ты оказалась.

Е. ИЩЕЕВА: Документальное подтверждение.

А. БОРОДИНА: Ну, суд здесь, наверное, выиграть сложно. Я, конечно, не сильна так в юриспруденции. Потому что есть пленка, действительно, ее можно предъявить в суде. Это вопрос, конечно, этики. Мы опять возвращаемся к этому. Это вечная наша дискуссия. Вечная проблема журналистики и вопрос этики. Кстати, Ваш главный редактор, Алексей Венедиктов большой любитель дискутировать на тему о наличии этики, что нет этики профессиональной, есть вот, как мама воспитала. Вот тут можно спорить. Это неважно, действительно. Это все равно возвращается к этике. Ой, ну, программа «Максимум», конечно, это притча во языцах в этом смысле. И как в части известных людей, мне-то как раз трагичнее кажется в этой программе то, что не только  известные люди не могут себя защитить, но и просто люди, которые становятся героями этих репортажей. Им-то еще тяжелее себя защитить, понимаете, Лена. У них и возможностей таких нет, ни финансовых…

Е. ИЩЕЕВА: А я, поэтому ни звездам не завидую, ни простым смертным не завидую.

А.БОРОДИНА: Это очень, к сожалению, тяжелая проблема.

Е. ИЩЕЕВА: Всех жалко, кто попадает. Если поставлена цель и ты заказан, про тебя надо сделать и снять, снимут и сделают.

А. БОРОДИНА: Ну, с другой стороны, понимаете, мы не придем к какому-то четкому, выверенному результату, или там итогу, потому что это востребовано большой, большой аудиторией. Как в газетах, у них тиражи растут, так и на телевидении, у них растут рейтинги.

Е. ИЩЕЕВА: Подождите, я вот перед этим как раз, перед нашей встречей общалась с Максимом Смалем, который выиграл для Александра Абдулова этот процесс. Он сказал, что у нас есть статья законодательства Российской Федерации о защите частной жизни человека. И эти люди, которые подписывались, они имели в виду не вмешательство в частную жизнь. Определить, наверное, границы частной жизни, если камера стоит в туалете, это документально, человек не  хотел, чтобы его снимали в душе или в туалете, наверное, это все-таки вмешательство в частную жизнь, хоть это и документально и все так и было. Просто юристов у нас сейчас не хватает.

А. БОРОДИНА: Ну, я не знаю, сколько подано было исков в адрес программы «Максимум». Сдается мне, что не много.

К. ЛАРИНА: Нет. Ни одного пока не было.

А. БОРОДИНА: И я думаю, что пока ни одного, потому что иначе мы об этом бы узнали. Не далее, как в прошедшую субботу меня до глубины души тронул сюжет о детях, которые растут в лесбийских семьях. И когда корреспондентка, сама девушка, спрашивает у ребенка в кадре, а он знает, кто такие лесбиянки. И у его же матери при нем на камеру спрашивает: а Вы целуетесь с ее партнершей? Я считаю, что это вообще просто за гранью добра и зла.

К. ЛАРИНА: Подожди, его юридические родители, этого ребенка, вот эти две женщины, они дали согласие с мальчиком сниматься в этом сюжете.

А. БОРОДИНА: вот я и говорю, что мы никогда не найдем…

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Это с согласия, да.

А. БОРОДИНА: Нет итогов. Но мне, как зрителю, смотреть совершенно все вот этот неприлично и нехорошо. Даже я могу подать.

Е. ИЩЕЕВА: Арина, простите, но ведь смотрели же, раз пересказываете.

А. БОРОДИНА: У меня профессия, к сожалению, это издержки работы.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Я передачу не видела, но в Вашем пересказе она выглядит очень пристойно. Я честно говоря, не понимаю, если у нас сейчас уже действительно это возможно, там усыновление, удочерение гомосексуальными семьями, то я думаю, что в их интересах рассказывать и пропагандировать это явление.

А. БОРОДИНА: Безусловно. Просто мне кажется, что у ребенка психику не надо травмировать. Вот это единственное, против чего….

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Но дело в том, что ребенок все равно приходит в детский сад, приходит в школу и видит, что у всех мама и папа вот так, а у него почему-то две мамы или два папы.

А. БОРОДИНА: Ну, педалировать на этом…

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Ему все равно этот вопрос видимо объяснили, объяснили, видимо, дома.

Е. ИЩЕЕВА: Боюсь, что нет.

А. БОРОДИНА: Ну, это уже проблема. Это уже проблема, конечно.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: А если нет, то ему тогда зря отдали этого ребенка.

А. БОРОДИНА: Это проблема восприятия, мне-то кажется. Мы не придем здесь к какому-то одному итогу.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Мне вообще, Ксения, всегда казалось, что желтизна, это вопрос формы, а не содержания. Ну, за исключением таких историй, которые рассказала Лена, таких уже патологических и связанных с откровенной клеветой. Обо всем можно написать талантливо и обойти, и написать, и люди прочтут это с удовольствием. Это будет красиво. Это будет любовная история, это будет сексуальная история…

Е.ИЩЕЕВА: Т.е. посмеяться вместе.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Это будет смешная история. Какая угодно история. Я думаю, что у нас проблема, первое, что у нас мало талантливых журналистов, просто сейчас стало. То ли их вообще перепроизводство, то ли их учат плохо. Но уже нет такого, как это было даже 10 лет назад, да. Может быть, в этом проблема. А вторая проблема, я думаю, связана с новой генерацией звезд. Эти звезды не предлагают зрителям тот настоящий 100процентрно качественный продукт, который мог бы затмить любые… Что у нас такой злой народ, что он с утра мчится, вт открывает газеты, что ж там натворила вот эта, вот эта, или вот этот и вот этот.

Е.ИЩЕЕВА: Он не злой, он просто клубничку любит. Жизнь скучная, хочется себя порадовать.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: А почему она такая скучная при таком количестве звезд?

Е. ИЩЕЕВА: Т.е. звезды плохо работают, плохо развлекают.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Отвратительно работают, я бы сказала.

К. ЛАРИНА: Нечего обсуждать, Лена, на самом деле, я соглашусь.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Звезды в большинстве своем как бы вот они из фольги вырезанные, я бы сказала.

К. ЛАРИНА: Почему мы обсуждаем без конца развод того же несчастного Филиппа Киркорова с Аллой Пугачевой.

Е. ИЩЕЕВА: До сих пор обсуждают? По-моему, уже закончили.

К. ЛАРИНА: А что обсуждать? Алла Пугачева не поет. На сцену не выходит. Но при этом она же, Алла Борисовна Пугачева, член общественной палаты, она все равно требует к себе внимания. Она звезда. И попробуй, скажи, что она не звезда. Она звезда.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Да, нет, ну, Пугачева, она молодец. Она вообще так грамотно рулит прессой. Все что надо, все написали, все нормально.

К. ЛАРИНА: То же самое Филипп Киркоров. Где творчество…

Е. ИЩЕЕВА: Ну, я не та звезда, которая дает повод…

К. ЛАРИНА: Которое требует обсуждения?

Е. ИЩЕЕВА: Я на сцене не пою.

К. ЛАРИНА: Давайте, все-таки дальше пойдем. Я к телевизору все-таки хочу вернуться… А кто тогда… Вот объясните мне еще такой парадокс. Вот мы об этом говорили уже за эфиром. по поводу фильма «Личная жизнь королевы» про памяти, как бы памяти Наталии Гундаревой. Все возмущались участники этого фильма. И Леонид Хейфиц, и Татьяна Догилева, и многие другие те, кто в этом фильме делились своими воспоминаниями о Наталии Гундаревой, но все это получилось даже не то, что желтое кино, а просто отвратительная аморальная документалка.

Е.ИЩЕЕВА: Оно еще шло с большими повторами.

А.БОРОДИНА: Да, потому что рейтинг был высокий.

Е.ИЩЕЕВА: Вот эта фраза, да, Ксения, «потому что рейтинг был высокий».

К. ЛАРИНА: Они все возмущались. И естественно на радио у нас возмущались. И Татьяна Догилева говорила, что ее подставили…

А. БОРОДИНА: Они вообще скрытой камерой, кстати, снимали.

К. ЛАРИНА: Кого? Догилеву? Ничего подобного.

А. БОРОДИНА: Но там плохой звук был.

Е. ИЩЕЕВА: Нет, говорят, что она официально давала интервью.

К. ЛАРИНА: Нет, нет. Она давала интервью. Она сама виновата.

А. БОРОДИНА: Значит, просто плохой звук был

К. ЛАРИНА: Но дело не в этом. Почему из них не подал никто в суд? Неужели здесь нет предмета для судебных разбирательств?

Е. ИЩЕЕВА: Ксения, ну, а что? Они говорили? Говорили. У них взяли интервью. Монтаж. Простите, если ты сейчас даешь интервью, тебе даже его потом не присылают. Ты уже читаешь в газете. Раньше было, но… вот , извините, вот Вы представляете уважаемую, хорошую… Сейчас принято ставить какие-то, визировать, или хотя бы считывать по телефону.

А. БОРОДИНА: Это вообще никогда.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Это по желанию, на самом деле.

А. БОРОДИНА: Это вообще нигде не декларируется. Это просто уже твои принципы. Такого нет.

Е. ИЩЕЕВА: А меня учили, что вроде надо была, еще на журфаке. Может, уже все изменилось.

А. БОРОДИНА: Нет, это твои личные принципы. Это вопрос договоренности с тем, с кем ты беседуешь.

Е. ИЩЕЕВА: Если бы они, люди, которые давали это интервью, увидели финальный продукт, смонтированную картину, так называемую, в кавычках, я думаю, они бы ужаснулись. Но им же никто не говорил, каким кино получится это в результате. А мы увидели то, что мы увидели. Они туда вкрапились своими словами добрыми, хорошими, но общая картина оказалась вот такой ужасной. Кто виноват? Никто. Режиссер так смонтировал.

К. ЛАРИНА: Мораль. Не соглашаться. Только на прямой эфир.

Е. ИЩЕЕВА: Ну, Ксения, все равно, что я бы сказала: ой, я к Вам не пойду, я не знаю, вдруг Вы меня о чем-нибудь спросите что-нибудь вот такое. Как не соглашаться?

А. БОРОДИНА: Вы же на прямой эфир , Лена, идете, Вас здесь никак не смонтирует.

Е. ИЩЕЕВА: Ну, в общем-то, только единственное, что и спасает.

К. ЛАРИНА: В том-то все и дело. А так вот вопрос. Я не знаю.

Е. ИЩЕЕВА: Ну, они хотели, как лучше, мне так кажется. Уж Татьяна, ее ближайшая подруга. Я думаю, уж точно не хотела навредить.

К. ЛАРИНА: Хорошо. Прямой эфир, опять же. Программа Андрея Малахова, которые бывают посвящены черт знает чему. Извините за выражение. И вот на это «черт знает что» идут уважаемые люди…

Е. ИЩЕЕВА: Да, они же идут, звезды идут.

К. ЛАРИНА: Они потом начинают возмущаться. Они же приходят сюда в эфир и начинают возмущаться этой программой.

Е. ИЩЕЕВА: Ксения, я же рассказала, как идут. Потому что говорят «прайм тайм на Первом. Бесплатно. Ребята, надо. Страна Вас забыла». И люди идут независимо от темы. Я от темы отказалась.

А. БОРОДИНА: Вот мы, кстати, вернулись к началу программы. Это издержки популярности и профессии. Человеку надо поддерживать свой имидж. Особенно тех, кого сейчас нет в кадре, нет в кино, нет на сцене. Это очень часто.

Е. ИЩЕЕВА: Это опять этика человека. Кто-то откажется, не пойдет, а кто-то придет обязательно. Люди все разные.

А. БОРОДИНА: Понимаете, вот мы уже сказали. Я вряд ли представлю Инну Чурикову в программе Андрея Малахова. Вот я не могу ее представить. Вот какая бы там тема ни была.

Е. ИЩЕЕВА: Ну, если будет тема там обездоленные дети или что-то…

А. БОРОДИНА: Да, но, тем не менее, она настолько состоятельна, как актриса, как человек, и она действительно востребована, да, что ей нет нужды напоминать о себе в таких форматах, вот мне так кажется.

Е. ИЩЕЕВА: Логично, да.

А. БОРОДИНА: И еще, наверное, какое-то определенное количество людей не будут давать откровенных интервью. Понимаете, там в «Караване истории» или еще в каких-то других изданиях. Либо это дается… Ну, либо они дают согласие. Вот мы, кстати, перед началом эфира говорили, есть отличная программа Сергея Майорова «История в деталях». Иногда такие откровенные интервью, но это настолько сделано с уважением…

Е. ИЩЕЕВА: Там уровень определенный, который никогда не понижается.

А. БОРОДИНА: С таким качеством, да. Но, наверное, потому туда люди и идут. И я не думаю, что там они идут туда, чтобы только напомнить о себе. Мне кажется, что это не первично в этой программе.

Е. ИЩЕЕВА: Вы знаете, что меня поражает. Ну, вот некая вот такая синусоида деградации. Т.е. вот «Караван истории», журнал, когда только появился, это считалось престижно его читать, перелистывать, обсуждать. И буквально, да, полгода назад, когда начались вот эти откровения бывших экс, экс. И вот я просто слышала даже в компании людей. И все уже стараются как-то в руки не брать. Вот почему? Ведь можно было развиваться в сторону «Истории в деталях»? Почему выбран этот путь?

А. БОРОДИНА: Ну, это уже проблема к акционерам и к издателям.

Е. ИЩЕЕВА: Я к разговору. Есть спрос. Вы сами говорите, на любом уровне, на желтом, на оранжевом, на зеленом. Вот вопрос, кто идет по этой дорожке, а кто идет по той? Если те, кто будут вот по этой, будет очень тяжело. И такие письма будут возникать не единожды. Вопрос, кто перевесит.

К. ЛАРИНА: Скажите мне, пожалуйста, Лена Ищеева, а вот когда Вы работали в «Принципе домино», У Вас были случаи, когда Вы отказывались от какой-то темы, потому что это каким-то образом нарушает Ваши принципы.

Е. ИЩЕЕВА: Были темы, которые я не хотела вести, но которые заставляли меня вести. Единственное, на что я могла повлиять, я совсем фриковых, совсем не понятных и неприятных для меня людей, я старалась просто не сидеть с ними на одном диване. Потому что я не знала, о чем с ними разговаривать, и я просто пересаживала их на противоположный диван. Это единственное, на что я могла повлиять в рамках темы.

К. ЛАРИНА: Я почему спросила, потому что спрашивали наши слушатели. Вот если сравнить «Принцип домино», вот то время, когда работала Ищеева…

Е. ИЩЕЕВА: Если бы я руководила этой программой, многие темы не прошли бы в эфир.

К. ЛАРИНА: И сегодняшней. Да? Потому что сегодня там, вот Арина Бородина говорит, там про мальчика из лесбийской семьи в программе «Максимум» у Пьяныха. А здесь, по-моему, похлеще обсуждаются темы в 11 часов утра. И опять же уважаемые люди приходят. Уважаемые.

Е. ИЩЕЕВА: Понимаете, надо противостоять этому. Как могла, но не смогла, поэтому ушла. Потому что уже не было сил бороться. Вот и все. К сожалению, полномочий не было.

А. БОРОДИНА: Но в принципе, ведь ходит вот поток шоу в основном и интервью вот в этих газетах. Я вот сейчас себя ловлю на мысли. Я, правда, не большой знаток и не так пристально за этим слежу, в смысле вот желтой прессы. Ну, рассказывают, ведь, как правило, один и тот же круг этих людей.

Е. ИЩЕЕВА: Приблизительно, да.

А. БОРОДИНА: И даже сами авторы этих ток-шоу говорят, Лена, наверное, не даст соврать, что круг героев-то один и тот же.

Е. ИЩЕЕВА: Один и тот же. Они ходят с канала на канал.

А. БОРОДИНА: Но я все-таки говорю, что ну, уважаемый Никита Михалков, там Леонид Броневой, Александр Збруев, ну, я не помню, чтобы они ходили…

Е. ИЩЕЕВА: Вы знаете, редактору в голову не придет их позвать.

К. ЛАРИНА: Подождите, Никита Михалков, по-моему, если мне не изменяет память, может, я чего-то путаю, принимал участие в программе Андрея Малахова, в которой был откровенный пиар этого безобразного порнографического листка боевого Алексея Митрофанова.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Да. И Михалков очень веско и замечательно выступил.

К. ЛАРИНА: И он не встал и не ушел. Он же принимал участие в этом.

Е. ИЩЕЕВА: Он сказал, все, что надо было.

А. БОРОДИНА: Но сдается мне, что все-таки Михалков приходил не ради собственного пиара. Он уже сам человек-бренд.

К. ЛАРИНА: Ради пиара Митрофанова? Ради чего он приходил?

А. БОРОДИНА: А попросили. Может быть, отношения с Первым каналом.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Ну, на самом деле, передача была чудовищная. Если бы не пришел Михалков и не сказал свое веское слово, она была бы полным идиотизмом.

А. БОРОДИНА: А вот если бы он не пришел, представьте, чтобы могло произойти. Т.е. опять кто-то рыцарь на белом коне выезжает.

К. ЛАРИНА: Я бы хотела. Чтобы я хотела, как зритель? Чтобы он встал бы и ушел бы.

А. БОРОДИНА: Зачем?

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Ой, не спасло бы это ситуацию. Ой, не спасло бы. Ксения. А он предпочел остаться и давать бой, пока были силы.

К. ЛАРИНА: Всем не удобно как бы. Вот всем не удобно.

Е. ИЩЕЕВА: Вы чувствуете, когда заговорили о Михалкове, четыре женщины, отвлеклись совершенно.

А. БОРОДИНА: Ну, я хочу просто к тому сказать, что Михалков точно пришел не ради собственного пиара, у него в порядке все с этим.

Е. ИЩЕЕВА: Ну, просто спрос еще на людей. Я Вам честно скажу, вот меня сейчас на ток-шоу не зовут, потому что мне предлагают желтые темы, я отказываюсь. Отказалась раз, отказалась два. Все. Не проходная. Ну и что мне теперь. Вот я теперь буду дружить с газетой «Коммерсант», если получится. Ну, я не знаю, я, к примеру говорю.

А. БОРОДИНА: У нас формата такого нет, к сожалению.

Е. ИЩЕЕВА: Гениальная фраза «не формат». Вот так вот порядочные люди сейчас, извините, «не формат».

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Лен, у нас есть такой формат. Мы Вас приглашаем.

Е. ИЩЕЕВА: Ради Бога.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Приглашаем, безусловно.

Е. ИЩЕЕВА: Вот понимаете, когда ты говоришь все, что думаешь, и отказываешься от таких гадостей, ты становишься не формат.

А. БОРОДИНА: Лена, не передергивайте мои слова. У нас просто нет формата интервью с телеведущими.

Е. ИЩЕЕВА: Я не про Вас. Я не напрашиваюсь к Вам в гости. В общем, если надо и так попадем. Можно что-то придумать.

А. БОРОДИНА: У нас есть рубрика «Светская жизнь» прекрасная по понедельникам.

Е. ИЩЕЕВА: Ой, тоже не мое, Вы знаете, я не светский персонаж. У меня ребенок, семья. И я тоже для себя, как Ксения, сделала выбор. Вот изредка, когда уж очень душа просит и люди хорошие. Вот и все.

К. ЛАРИНА: А в рекламе?

Е. ИЩЕЕВА: Кстати, кстати, а что реклама, светская тусовка? Нет. Кстати, вот когда гадости пишут, я хочу просто сказать. Может, кто-то из коллег слышит, Вы имейте в виду, что люди, у которых рекламные контракты, там есть графа " я не должна быть замечена ни в каких скандальных происшествиях и криминальных хрониках». Там есть графа. Это мои реальные деньги. Почему, когда это произошло, отголоски могли быть для меня абсолютно не предсказуемы. Т.е. это могли и повлечь и финансовые траты для меня достаточно значительные. Никто не знает ведь об этом. Никого не интересует. А реклама что? Хорошо, реклама. Потому что европейский бренд взял не зарубежную звезду, а отечественную девочку. И очень хорошо. Мы первые на этой дорожке после нас будут другие. Поэтому я только рада, что этот контракт у меня есть. Вот и все.

К. ЛАРИНА: Ну, хорошо. Теперь тогда возвращаемся к началу все-таки. Я понимаю, что все равно в этом есть вина, конечно, одинаковая что зрителя, что читателя, который, если ему это надо…

А. БОРОДИНА: Абсолютно. Надо голосовать рублем. Не нравится, не покупай.

К. ЛАРИНА: Читать, если он хочет, значит, он это будет хавать. Если он хочет это смотреть, он будет это смотреть. Сколько тут не обсуждай. Потому что Вы же, обращаюсь я к слушателям, которые это читают, это смотрят, а потом нам звонят и возмущаются и пересказывают, что они какие ужасы они видели.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Да. И пересказывают, что они видели. Вот это меня все время поражает.

К. ЛАРИНА: Да, доколе, доколе, доколе. Вот при советской власти этого не было, говорят нам наши слушатели. Вот раньше, при советской власти никогда такого не было. Никогда не было такой порнографии.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ У нас выбора не было просто.

Е. ИЩЕЕВА: Нет, просто реакция последовала бы незамедлительно. И мало бы не показалось. Сейчас нет реакции. Может быть, возвращаясь к этому письму, оно не такое страшное. Оно просто требует: ну, отреагируйте хоть как-нибудь. Ну, хоть как. Как, надо придумать, но невозможно все это терпеть. Ну, не знаю.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Давайте, еще скажем так, что при советской власти не было певцов, поющих под фанеру безголосых.

К. ЛАРИНА: Были.

Е. ИЩЕЕВА: Были, были же, конечно. Ну, все «Голубые огоньки». Ну, что же? Ну, как же?

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Нет, ну, причем здесь «Голубые огоньки»? Я Вам про живые концерты.

Е. ИЩЕЕВА: А это тоже концерт.

А. БОРОДИНА: А «Ласковый май», а группа «Мираж»? А группа «На-на»?

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: При советской власти. Говорю я здесь, как ветеран советского движения. Там не было телеведущих, ставящих не туда ударение. Много чего не было. Не было много хорошего, но и того, что сейчас есть. И если мы вот сейчас начнем между артистами и художниками, да, и прессой затевать возню, кто из нас виноват в том, что уровень этики в обществе резко упал, то я не знаю, кого из нас вот первым надо вести на плаху. Потому что в принципе, Вы знаете, вообще-то художники – душа общества, а не пресса, на самом деле. И на них лежит гораздо большая ответственность за все, что сейчас происходит. Это ведь, тут очень много всяких зацепок. Вот, Ксения, ты знаешь, как человек, занимающийся театральным журналом, что сейчас творится с этой театральной реформой. Как сейчас визжат, кричат на каждом перекрестке. А ведь это не театральная реформа, это реформа бюджетных сфер. И нигде, ни разу ни один артист никто никогда не сказал, что вместе с нами пойдут под топор очень многие люди, которые не могут выступить и не могут себя защитить. Да, плевать они хотели. Им свои деньги надо отвоевать. Поэтому у нас сейчас нет людей, которых мы называем «совесть нации» еще как-то. Все, эти понятия исчезли. Сейчас есть развлекалово. Качественное развлекалово, не качественное развлекалово. А соответственно и уважения к этим людям нет. А соответственно и уважения к этим людям нет. Но в том, что уважения нет, они виноваты, они, а не пресса. Вот всяком, случае я так думаю.

К. ЛАРИНА: Арина, ты согласна?

А. БОРОДИНА: Не знаю. Ну, отчасти согласна, что чего-то не было хорошего, но и не было и выбора на самом деле при советской власти, хотя я ее, может быть, не так глубоко застала в силу возраста.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Ну, в общем, мне тоже не 65. А то ведь радио…

А. БОРОДИНА: У нас, конечно, такой разговор, понимаете, без начала и без конца. Потому что, конечно, должна быть ответственность журналиста. Но ответственность журналиста в этих изданиях, в этих форматах, она просто не предсказуема. Да, есть акционеры этих изданий, есть владельцы. Возможно, может быть, кстати, письмо надо было как-то обращать к некоему сообществу. Ну, уж точно не к Путину.

К. ЛАРИНА: Какие издания? Вот ты сейчас говоришь «эти издания». У нас же нет такой, у нас же эти издания, все перемешано.

А. БОРОДИНА: Ну, мы догадываемся.

К. ЛАРИНА: Желтой прессой может быть и «Коммерсант», если читать рубрику «Светская жизнь».

А. БОРОДИНА: Нет, я не оглашусь. Я не соглашусь.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Они выглядят даже немножко иначе. Эти издания.

А. БОРОДИНА: Нет, я не соглашусь со «Светской жизнью» и буду это отстаивать, потому что очень профессиональные люди работают в этой рубрике.

К. ЛАРИНА: Хорошо. «Московский комсомолец» это желтая пресса?

А. БОРОДИНА: Отчасти.

К. ЛАРИНА: Что значит отчасти? Либо желтая либо не желтая. Давайте так.

Е. ИЩЕЕВА: Лимонная.

А. БОРОДИНА: Мне не корректно давать оценку коллегам по цеху.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Да, мы так не можем.

А. БОРОДИНА: Это нельзя.

К. ЛАРИНА: Как это?

А. БОРОДИНА: Ну, т.е. это можно, но…

К. ЛАРИНА: А чего же Вы по поводу корпоративной солидарности?

А. БОРОДИНА: А я и говорю, тем более, не в программе «Коробка передач» уж точно давать оценку газетам. Но, тем не менее, говорю, это разговор без начала и конца. Вот опять же Лена считает, что вот сюжет про лесбийскую семью, это, в общем-то, может быть, и не так плохо…

Е. ИЩЕЕВА: Ну, она не видела. Она не видела.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Я не знаю, как он сделан. Я не видела вообще.

А. БОРОДИНА: Да. Для меня это как-то это вот тумач, как говорится.

Е. ИЩЕЕВА: Ну. Вы после этого выключили?

А. БОРОДИНА: Я в записи смотрю очень много каждую субботу… в силу профессии.

Е. ИЩЕЕВА: Если бы в этот момент сидели Ваши дети рядом?

А. БОРОДИНА: Ну, безусловно. Нет, мои дети просто бы не смотрели эту программу. Ровно я думаю о тех детях, которые бы ее смотрели субботним вечером.

Е. ИЩЕЕВА: Я выключаю. Когда я вижу что-то такое, я сразу выключаю.

А. БОРОДИНА: Безусловно.

Е. ИЩЕЕВА: Просто подхожу, куда угодно, тут же выключаю.

А. БОРОДИНА: То же самое с газетами. К сожалению, этот вопрос не урегулирован. И более того, я, конечно же, понимаю возмущение многих деятелей культуры, к которым действительно там залезают в постель, в кошелек, в магазин и т.д. Но, к сожалению, я соглашусь и с Лениной статьей, Лены Ямпольской, что очень многие дают повод для этого сами. И мы действительно знаем в силу, в каких-то неформальных отношениях, мы видим этих людей в неформальной обстановке, какими они могут быть, что они делают и т.д. И делается это порой так нарочито, что просто ленивый не опишет это, или не снимет. Ну, к сожалению, это есть такое. Это дает повод. И это есть. Другой вопрос, что, к сожалению, всегда обратная связь. Люди это смотрят. Телевидение идет, тоже шагает в ногу с интересом зрителей. Все проекты Первого каналы, которые выходят в линейке 22.30, посвященные известным людям, имеют огромные рейтинги. Личная жизнь известных людей имеет очень высокий рейтинг. Но телевидение так устроено. Оно все-таки живет по неким законам. Оно не может не реагировать на рейтинг. Как бы мы его ни пинали. Хотя это бывает очень печально. Мне, кстати, самой глубоко не симпатичны все эти форматы. Мне просто не в смысле даже этики. Они порой просто сделаны на конвейере топорно очень…

К. ЛАРИНА: Небрежно.

А. БОРОДИНА: Небрежно. Именно с точки зрения ремесла. А уже я не говорю про этическую сторону этих форматов. И, конечно, это очень рискованная история. Но, к сожалению, ни начала, ни конца у этой истории нет. Но вот писать письмо Путину, мне кажется, вот это меня как-то очень тревожит что ли и не кажется адекватным.

К. ЛАРИНА: Лена, а вот если бы Вам предложили подписать такое письмо, Вы бы подписали?

Е. ИЩЕЕВА: Я честно скажу, если бы предложили бы по защите чести и достоинства и невмешательству в личную жизнь, я бы подписала бы. Я не отказываюсь. Я не видела, как там это все сформулировано, к сожалению. Мне сказали, что сформулировано именно так. То, что оно было направлено президенту, слышу от Вас впервые. Я думала, что оно просто направлено, мне сказали, в Госдуму и в Совет федерации.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: И туда, и туда, но как копия.

Е. ИЩЕЕВА: А по поводу неких итогов, к сожалению, как с этим бороться, на вопрос, прозвучавший от меня раза три ли четыре, мы ответа не нашли и не найдем. Это чувствуется не к журналистам. Я хочу сказать, пока есть спрос, будет и предложение. Если постоянно писать о тех, кто разводится, женится, тусуется, Вы же тоже навязываете вкусы, я имею в виду, прессу сейчас. Если мы тоже на Ваших страницах не проходные и не формат, а тем, кто скандальны формат и дает Вам рейтинг. Это порочный круг. Тогда выбирайте персон… Совесть нации у нас есть. Есть масса людей, достойных этого звания. Просто Вы искать тоже разучились.

А. БОРОДИНА: Так, Лена, это только не в наш адрес.

Е. ИЩЕЕВА: Я прессу сейчас. Прессу.

А. БОРОДИНА: А мы пресса в том числе.

Е. ИЩЕЕВА: Ну, понимаете, есть. А Вы говорите, «никого нет». Вы сами говорите «артисты плохо развлекают». Есть достойные артисты. Просто пока они прорвутся, им придется на Ваганьково венки нести. Просто надо различать…

А. БОРОДИНА: Вы сгущаете краски, конечно.

Е. ИЩЕЕВА: И других как бы кумиров создавать. Вы создаете кумиров, Вы создаете звезд своими публикациями, в том числе. И когда их слишком много, кажется, что эта девочка, спевшая вчера единожды хит, она во всех и всюду, и она звезда. А она в принципе никто. Но ведь это глянцевые журналы, пресса. Вы навязываете, что она стала звездой. А по нашим меркам профессиональным…

А. БОРОДИНА: Нет, это не пресса, это продюсеры ее и промоутеры…

Е. ИЩЕЕВА: Ну, Вы же пишите.

А. БОРОДИНА: Лена, Вам интервью организовываете, либо…

Е. ИЩЕЕВА: Всегда да.

А. БОРОДИНА: Либо Ваша пресс-служба.

Е. ИЩЕЕВА: Практически я сама.

А. БОРОДИНА: Поэтому давайте грань проведем. Потому что не только пресса, а есть промоутеры. Это огромные деньги. Это бизнес. Это и раскручивание звезд это тоже бизнес.

Е. ИЩЕЕВА: Нам надо раскрутить звезду, мы покупаем рекламное место, считай, и там появляется звезда. Но вот заказные статьи, мне кажется, это не совсем наш профиль.

Е. ЯМПОЛЬСКАЯ: Мне кажется, что те наши звезды, которые научатся грамотно разговаривать с прессой, т.е. наконец, освободятся от своих комплексов и будут вполне откровенно и красиво рассказывать о своей жизни, вот они найдут выход из этой неразрешимой, на мой взгляд, ситуации. Потому что очень часто сталкиваюсь с очень закомплексованными людьми, которые почему-то стесняются своей жизни. Но это их проблема.

Е. ИЩЕЕВА: Леночка, дайте нам найти этот выход. Поверьте, можно сделать хороший материал на пустом месте. Не такие мы закомплексованные.

К. ЛАРИНА: Мы на этом закончим. Елена Ищеева сегодня горой стояла за всех звезд несчастных, обиженных прессой.

Е. ИЩЕЕВА: Я сама не ожидала.

К. ЛАРИНА: Это подвиг. Подвиг просто. Арина Бородина, Елена Ямпольская и программу провела Ксения Ларина. Спасибо большое.



Комментарии

0

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире