'Вопросы к интервью
13 сентября 2012
Z Блог-аут Все выпуски

Выборы в Координационный совет оппозиции


Время выхода в эфир: 13 сентября 2012, 21:09

И.ВОРОБЬЕВА: 21 час 20 минут в столице. Всем добрый вечер, меня зовут Ирина Воробьева, это программа «Блог-аут». Она у нас поскольку переехала и я надеюсь, что все к этому привыкнут рано или поздно, что «Блог-аут» у нас выходит не в 22, а в 21 час, потому что программа «Блог-аут», по крайней мере, до этой программы не была 16+. Но я надеюсь, что она и в это программе не станет, хотя, периодически я тут зачитываю всякие жестокие штуки. В общем, на всякий случай, 14+, 12+, 16+. В общем, все с плюсом.

Давайте сейчас быстро я вам расскажу о Топ-10 блогеров за эту неделю. Потом всю остальную программу мы посвятим выборам в Координационный совет оппозиции. Будут 2 разных абсолютно мнения, абсолютно диаметрально противоположных, поэтому я думаю, что все будет интересно. Давайте быстро расскажем, кто же на этой неделе в самом Топе.

ТОП-10. ЛУЧШИЕ БЛОГЕРЫ

И.ВОРОБЬЕВА: Чтобы не тратить время (уж извините, так подробно не буду), я вам сейчас зачитаю с 10-го по 3-е. Только 3 первых места расскажу, собственно, почему эти блогеры попали в десятку.

Итак, 10-е место, депутат Европарламента от Эстонии Кристина Аюланд. 9-е место, лидер парламентской фракции «Справедливая Россия» Сергей Миронов. 8-е место, депутат Илья Пономарев. 7-е место, вице-премьер России Аркадий Дворкович. 6-е место, исполняющий обязанности главы подмосковных Химок Олег Шахов. 5-е место, блогер Донтеджамарсимпс. 4-е место, адвокат Виолетта Волкова.

И тройка. 3-е место, координатор Левого фронта Сергей Удальцов, который писал у себя в Twitter’е по поводу согласования проведения оппозиционного Марша миллионов 15 сентября. Все мне говорят, что записи Сергея Удальцова по этому поводу попадали в Топ.

2-е место, депутат Дмитрий Гудков, который в очередной раз в своем блоге опубликовал компромат на депутатов, которых он обвиняет в незаконной предпринимательской деятельности, депутаты от «Единой России», насколько я понимаю, еще несколько фамилий. И, кстати, один из депутатов ЛДПР попал теперь в этот список. 2-е место, депутат Дмитрий Гудков.

1-е место, телеведущая Ксения Собчак, которая была, скажем так, шокирована, удивлена тем, что запись в ее Twitter’е обсуждал президент Владимир Путин с журналистами на саммите АТЭС. После полета Путина во главе стаи журавлей Ксения Собчак написала «63% журавлей полетели на Путиным, остальные предпочли лететь на юг. Только небольшая часть осталась вить гнезда на площадях». Эту запись процитировал президент. На это он сказал, что, действительно, не все журавли полетели за ним сразу и добавил, что не полетели только слабые журавли, да и то с первой попытки. А со второй все полетели. Twitter Собчак цитировался также и в связи с отказом Мосгорсуда вернуть ей изъятые при обыске деньги.

Такая у нас десятка, рейтинг цитируемости блогеров за неделю, по традиции предоставляемый нам компанией Медиалогия. Спасибо большое. Давайте мы будем переходить к теме нашей программы.

Ну, у нас тут должна быть красивая отбивка «Программа «Блог-аут». Ну, поскольку ее нету, я ее озвучила сама.

Действительно, программа «Блог-аут», говорим про выборы в Координационный совет оппозиции. У нас в студии два гостя. Это журналист Аркадий Бабченко. Добрый вечер, Аркадий.

А.БАБЧЕНКО: Добрый вечер.

И.ВОРОБЬЕВА: И спецкорреспондент «Новой газеты» Ирек Муртазин. Добрый вечер.

И.МУРТАЗИН: Добрый вечер.

И.ВОРОБЬЕВА: Специально позвала. Вот, по записям в блогах мы звали вас, потому что у каждого из вас свое мнение по поводу этих выборов, и каждый из вас это мнение высказал именно в блоге, что стало так или иначе предметом обсуждения. Поэтому давайте так поступим. Сначала будет выступать за, потом против. Поэтому первым я предлагаю высказаться журналисту Аркадию Бабченко. Нужны выборы в Координационный совет оппозиции? Зачем?

А.БАБЧЕНКО: Ну, я бы не сказал, что я уж прямо так уж и за.

И.ВОРОБЬЕВА: Ну, по крайней мере, не сильно против.

И.МУРТАЗИН: Скорее колеблющийся.

А.БАБЧЕНКО: Я выдвинул свою кандидатуру, я пойду на эти выборы в Координационный совет. Ответить на вопрос, зачем они нужны, я не знаю, у меня ответа нет на этот вопрос и это, на мой взгляд, конечно, основная проблема, потому что выборы в Координационный совет оппозиции для обсуждения протестных действий в том случае, когда протест практически уже сошел на нет, мне не совсем…

И.МУРТАЗИН: Не, ну это ты не прав. Осеннее обострение протеста еще впереди.

И.ВОРОБЬЕВА: Осеннее обострение впереди – это пугает. Так?

А.БАБЧЕНКО: Протест, согласованный с властью, протест против власти, согласованный с властью, это оксюморон. Я 25 раз это говорил. Протест согласованным быть не может. Ну хорошо, оставим это в стороне.

Опять же, с вероятностью, я не знаю, 9 к 1-му это будет мертворожденный ребенок, скорее всего, возможно. Ну, и уже создавались и коалиции, и народная ассамблея, и объединенный гражданский фронт, и там вагон и маленькая тележка всяких других объединений. И они с такой же легкостью распадались как и создавались. То есть проблем никаких не было.

И.ВОРОБЬЕВА: Зачем же вы идете тогда туда?

И.МУРТАЗИН: А вдруг.

И.ВОРОБЬЕВА: Тут у меня вопрос внезапный.

А.БАБЧЕНКО: Все-таки, 10% вероятности сохраняется. Но самое главное. На мой взгляд, самое главное в этом деле, что это выборы. И это первые независимые выборы. Они могут быть кривые, косые, там, первый блин комом, что угодно. Но это выборы. Это выборы, где будут люди голосовать, будут голосовать так, как они, действительно, хотят. Во всяком случае, эти выборы можно рассматривать как минимум как праймериз, чтобы понять, кто что из себя представляет, кто кого представляет, за кем люди идут, за кем люди не идут.

И опять же, самое главное, почему я принял решение туда идти, еще раз повторюсь, потому что это выборы, это интересно, в этом хочется участвовать, хочется попробовать… Я вот не помню, ну, по-моему, первый раз на моей жизни я буду участвовать в, действительно, по-настоящему независимых выборах. Потому что 1996-й я пропустил в Чечне, 2000-й я пропустил в Чечне, а после этого независимых выборов, как бы, и не было. Вот у меня это моя основная позиция.

И.ВОРОБЬЕВА: Я прошу прощения, тогда сразу. Как будут считать, если вы уверены в том, что они независимы? Вы знаете, как будут считать репутацию?

И.МУРТАЗИН: На самом деле, Аркадий ошибается. Во-первых, это не выборы.

И.ВОРОБЬЕВА: Так. Уже началось.

И.МУРТАЗИН: В принципе, ну, какие могут быть выборы, когда?.. Ну, междусобойчик. Например, вот я говорю, я очень плохо отношусь к Тесаку, но его не зарегистрировали кандидатом. Просто взяла комиссия, сказала «Не будет он кандидатом». Ну, какие же это выборы, если комиссия считает избирателей настолько тупыми, что они сами не могут разобраться, за кого голосовать, за кого нет? То есть это та же чуровщина. Какие же это выборы?

Второе. Извините, когда избиратель получает там бюллетень и ему надо выбрать 30 человек по общегражданскому списку, понятно, что он 5-6 человек выберет сам, а остальных он выберет тех, на кого скажет тот же Навальный в своем блоге за 2-3 дня. То есть избиратель-то будет…

И.ВОРОБЬЕВА: Ну, собственно, интернет – штука жестокая. Если вы не в состоянии агитировать за себя, то тут, знаете, дружите вы с Навальным или не дружите, это не важно.

И.МУРТАЗИН: Ну, давайте вещи называть своими именами. В чем принципиальная разница между мастурбацией и нормальным сексом?

И.ВОРОБЬЕВА: 16+ пошел. Так? Рассказывайте.

И.МУРТАЗИН: Так вот. После секса есть вероятность, что появится плод в виде ребенка. А мастурбация – это такая вещь, которой можно обзаниматься, а детей все равно не будет. Вот, выборы в Координационный совет – это самая настоящая политическая мастурбация.

И.ВОРОБЬЕВА: Подождите. То есть получается, что хочется, чтобы родился ребенок, но просто получать удовольствие от выборов – это плохо? Ну вот смотрите, Аркадий же говорит, что он идет, потому что он считает, что это будут выборы независимые.

И.МУРТАЗИН: Ну, я уже объяснил, почему это не выборы. Вот, уже одного факта, что взяли и не зарегистрировали.

А.БАБЧЕНКО: Нет, ну, здесь я не согласен. Здесь я…

И.МУРТАЗИН: Ну, ты можешь объяснить, почему не зарегистрировали?

А.БАБЧЕНКО: Ну, там у них написано на сайте, что регистрировать тех, кто поддерживает резолюции протестного движения. Тесак их, безусловно, не поддерживает.

И.МУРТАЗИН: Почему это не поддерживает? Он за честные выборы, он за свободу политзаключенных. Человек сам отсидел. Он все требования Болотной, Сахарова поддерживал. Ты сам писал, в общем-то, что человек страдал в борьбе за власть. Другое дело, что методы его, вот, я не поддерживаю.

И.ВОРОБЬЕВА: Тесак страдал в борьбе за власть? Сидел не за это, давайте вспомним. Сидел Тесак не за борьбу с властью, не надо. Сидел он не за это.

А.БАБЧЕНКО: Нет-нет. На мой взгляд, это, безусловно, выборы. Как они организовали, как люди организовали проведение этих выборов, сколько там галочек надо ставить, это их вопросы, как они будут считать, это их дело. Мне это совершенно не интересно, честно скажу. И это все равно будут выборы, это все равно люди будут проходить, голосовать, ставить галочки за тех, кто им нравится, выдвигать этих людей.

Меня поначалу больше всего смущало, что сначала за 3 дня до окончания регистрации кандидатов конкурс был 1,5 человека на место. Вот это меня смущало. Это был основной момент, когда я заколебался, идти туда или не идти, потому что тогда получается, что туда проходят вообще все. То есть не за кого голосовать. Сейчас я вижу, сейчас Волков пишет, что уже будет около 200 возможных кандидатов, 180-200 он называет цифру, то есть конкурс будет 4-5 человек на место. И я вижу, что туда пошли люди, я вижу, что туда пошли люди, которых мне хотелось бы видеть. То есть не какие-то совершенно неизвестные фамилии, которые там были в этом списке, а уже туда пошли люди, которых мне хотелось бы видеть, которых я постоянно вижу 31-го, которых я вижу там и в Крымске, и на Триумфальной, и везде, да? Которые, действительно, активисты, которые работают, то что называется, на земле и которые составляют кость вот этого протестного движения.

Вот здесь уже будет интересно, вот здесь уже будут люди, уже будут настоящие выборы, уже будет какая-то борьба, уже можно будет посмотреть. В любом случае я все это рассматриваю, ну, как минимум, как тренировку перед, возможно, там какими-то другими уже совсем-совсем настоящими выборами, которые, ну, когда-нибудь у нас, в конце концов, будут, все-таки.

И.МУРТАЗИН: Но почему будут? Почему будут? Вот, представь там, если Исинбаевой предложили бы во время Олимпиады поучаствовать в каком-нибудь Чемпионате Нью-Васюков. То есть идут Олимпийские игры, говорят «Блин, ну давай, вот же нормальные соревнования. Давай, ты там победителем будешь». Ну, пошла бы она на эти соревнования, ну, прыгнула бы там на свои 5 метров. А она не 5, а завалилась бы. У нас в 60 регионах идут выборы в муниципальные органы, идут в региональные парламенты, идут выборы губернаторов. Ну, кто мешает пойти и выдвинуться? А страшно, страшно! Потому что…

Или как тот же Варламов, мягко говоря, обделаться, не собрать подписей, не зарегистрироваться – вот, что страшно, вот, что пугает. Есть настоящие выборы. Говорить, что там везде чуровщина, везде фальсификации, ну, извините, просто несерьезно.

И.ВОРОБЬЕВА: Ну что, не везде?

И.МУРТАЗИН: Ну, Кац как-то прошел?

И.ВОРОБЬЕВА: Кац прошел, да.

И.МУРТАЗИН: И таких Кацев по стране очень много. Кто мешает пойти, вот, взять сегодня развернуть борьбу за муниципалитеты? Кто мешает? Никто не мешает.

И.ВОРОБЬЕВА: А что это дает?

И.МУРТАЗИН: Что это дает? Сегодня, извините, от этих депутатов зависит, быть или не быть губернатору. Сейчас чтобы выдвинуться губернатором, надо собрать там сколько-то подписей муниципальных депутатов. И именно от них очень многое зависит. Так извините, если мы возьмем в руки 60% муниципалитетов по России, все, эта власть будет в наших руках. Кто мешает это сделать? Ведь, вместо того, чтобы, говорю, заниматься мастурбацией, там, в интернете сидеть…

Да более того, я вам могу сказать, что вот эти выборы в Координационный совет представляют очень серьезную опасность, вообще-то, для политических процессов дальнейших.

И.ВОРОБЬЕВА: Почему?

И.МУРТАЗИН: Уже в самом названии структуры заложена мина замедленного действия. Координационный совет оппозиции. Что такое оппозиция? Оппозиция – это группа лиц или партия, которая действует против действующей власти.

И.ВОРОБЬЕВА: Ну, подождите. Оппозиция – это там сторонники системных изменений в стране, давайте так.

И.МУРТАЗИН: Правильно, правильно. Правильно, сторонники перемен, изменений. Это люди, которым не нравятся тарифы ЖКХ, которым не нравятся…

И.ВОРОБЬЕВА: Беспредел, коррупция и так далее, и так далее.

И.МУРТАЗИН: ...беспредел, коррупция, транспортная реформа. То есть это и левые, и правые, это и бабушки-пенсионерки, которые хотят перемен. Правильно? Много таких людей в стране? Очень много. А что мы получаем? Сколько человек зарегистрируется в качестве избирателя? Я думаю, что их будет тысяч 300.

И.ВОРОБЬЕВА: Кстати, это тоже интересный вопрос.

И.МУРТАЗИН: И будет тысяч 300-400 – это максимум, это потолок. Притом технические возможности зарегистрировать 500 тысяч избирателей – больше они не могут.

И что мы получаем? И дальше приходит на какой-то митинг, на какое-то собрание тот же председатель этого Координационного совета, некто там пусть Иванов какой-нибудь и говорит «Я – председатель Координационного совета, за мной 500 тысяч избирателей». А ему тот же Миронов скажет: «Слушай, а ты кто такой? До свидания».

И.ВОРОБЬЕВА: Ну и скажут, хорошо.

И.МУРТАЗИН: «За меня на думских выборах голосовало 3 миллиона. Я представляю оппозицию».

И.ВОРОБЬЕВА: Ну хорошо, так и скажет, конечно.

И.МУРТАЗИН: А тот же Прохоров – тот вообще, он – Гулливер оппозиции, потому что за него проголосовало 5 миллионов избирателей, недовольных этой системой. И получается, оппозиция сама дает в руки власти козырь, что у нас в стране недовольных и желающих перемен всего-навсего 500 или 300 тысяч, ну, сколько зарегистрируется избирателей. А остальные все довольны.

И.ВОРОБЬЕВА: Нет, ну подождите. Это очень такая логика… Я бы назвала это даже не логикой, ну, не знаю, каким словом. Нет, мне не нравится это рассуждение, несмотря на то, что я нигде не регистрировалась и пока еще даже не собираюсь становиться этим избирателем, но тем не менее. Ну, послушайте, ну, нет у них технической возможности зарегистрировать больше 500 тысяч. Ну и что дальше? Это же не выборы в оппозицию, то есть это не значит, что все те, кого выберут…

И.МУРТАЗИН: А зачем надо было называть Координационный совет оппозиции? Назвали бы «Координационный совет организации протестных действий». Всё! Не было бы никаких вопросов. Зачем пытаться монополизировать вообще все протестное поле России? Зачем?

И.ВОРОБЬЕВА: Аркадий, вы собираетесь быть официально избранной оппозицией? Или вы готовы поспорить, что в этом названии ничего нет такого?

А.БАБЧЕНКО: Да нет, в этом случае я, может быть, даже и согласен с Иреком, потому что я тоже считаю, что назвать Координационный совет всей оппозиции – это слишком, конечно, амбициозно. Без таких сегментов, не участвующих в этих выборах, как «Яблоко», как те же самые нацболы. Это очень серьезный сегмент.

И.МУРТАЗИН: КПРФ.

А.БАБЧЕНКО: Да, КПРФ.

И.ВОРОБЬЕВА: А почему, кстати, они не участвуют, «Яблоко» с нацболами?

А.БАБЧЕНКО: Я не знаю, почему люди не пошли. Видимо, все по тем же самым причинам, почему люди перестали ходить за самопровозглашенными лидерами протестного движения. Я вот им больше не верю. Я 15 сентября пойду просто на марш, я на митинг уже не пойду, я не буду слушать там в 325-й раз о том, что мы здесь власть и Путин нас боится. Ну, это уже неинтересно, это уже не смешно. уже год прошел, уже, на мой взгляд, уже все проворонено.

И.ВОРОБЬЕВА: Так а подождите, а что тогда нужно сказать со сцены, чтобы вы послушали? Вот, правда, что?

А.БАБЧЕНКО: А зачем вообще говорить чего-то со сцены? Зачем вообще сцена нужна?

И.ВОРОБЬЕВА: Просто марш и все?

А.БАБЧЕНКО: Ну, просто марш. Я – сторонник Майдана. Я всегда везде пропагандировал идею Майдана.

И.МУРТАЗИН: А я – противник.

А.БАБЧЕНКО: Но опять же, все хорошо в свое время, в своем месте. Сейчас уже не время для Майдана. Мне кажется, уже время упущено. Будет какой-то другой момент – вот его нужно ждать. Нужно куда-то выходить, садиться, сидеть, прибивать резолюцию на двери Избиркома и говорить «Мы отсюда не уйдем, пока вы не выполните наши требования». Вот, на мой взгляд, можно только так.

И.ВОРОБЬЕВА: Ну и все. И насилие, растаскивание, аресты, ну и так далее, собственно, по обычной схеме, к сожалению.

И.МУРТАЗИН: Кровь, война. Кому это надо?

И.ВОРОБЬЕВА: Знаете, что меня пугает, честно говоря? Я сейчас послушала и поняла, что это, правда, пугает. Правда, что было очень много попыток создать что-то, какую-то новую там ассамблею, совет и прочее-прочее-прочее?

А.БАБЧЕНКО: Полно было, да.

И.ВОРОБЬЕВА: Действительно, много. Все они разваливались. Но есть такое ощущение, что в данный момент, вот, кто бы сейчас что ни предложил по какой-то общей площадке, мол, «ребят, вот давайте на этой общей площадке что-то сделаем», обязательно найдутся какие-нибудь нацболы, яблочники или еще кто-нибудь, кто отвернет нос, скажет «Нет. Мы туда не пойдем, потому что мы считаем, что мы – вот тут центр, и вокруг нас все должны объединяться». Ну, это же болезнь какая-то, честное слово.

И.МУРТАЗИН: А вот представьте, что в этот Координационный совет не попадут Навальный, Удальцов, Немцов, Яшин.

И.ВОРОБЬЕВА: Будет смешно.

И.МУРТАЗИН: Вот, не выбрали их.

И.ВОРОБЬЕВА: Будет смешно.

И.МУРТАЗИН: Это не смешно будет. Думаете, они признают этот Координационный совет?

А.БАБЧЕНКО: Ну, он развалится тогда.

И.МУРТАЗИН: А, в принципе, сделать технически чтобы они не попали, это очень просто. Нет, вообще такие выборы проводить можно, там где-нибудь высадиться на острове, и вот мы на этом необитаемом острове сейчас организуем власть, то есть исключив такой фактор как Управление внутренней политики администрации президента, НАШИ, «Единая Россия», то есть все, кто против этого. Вот тогда можно такие выборы проводить, чтобы там организовать хозяйство, там, типа, кто будет дрова колоть, кто будет за водой ходить, кто будет рыбу ловить. Ну, кто-то должен распределять как-то, да? Или там устраивать кулачные бои, чтобы самый сильный, самый ловкий стал вождем, или проводить такие выборы.

А на политическом поле, где есть и другие силы, есть возможность противодействия. Кто мешает, там не знаю, тому же Морозову Олегу дать команду тем же нашистам взять и зарегистрировать там 200-300 тысяч избирателей? И они эту команду выполнят, стопроцентно выполнят, да? И сказать «Голосуйте за кого угодно, только не за этих». И там, вот, на сегодняшний день там же человек 10, живущих за пределами России, которые находятся в СИЗО. Вот, за них проголосуют, вот вам Координационный совет без Немцова, без Удальцова, без Яшина.

И.ВОРОБЬЕВА: И первое слово, которое мы услышим после этого, будет слово «провокация». Сейчас прервемся на пару минут. У нас новости на «Эхе», потом продолжим программу «Блог-аут» о выборах в Координационный совет оппозиции.

НОВОСТИ

И.ВОРОБЬЕВА: 21:35 в столице, всем еще раз здравствуйте, это программа «Блог-аут». Обсуждаем выборы в Координационный совет оппозиции. Смотрите, вот у меня тогда такой вопрос. Да, у нас в гостях журналист Аркадий Бабченко, спецкорреспондент «Новой газеты» Ирек Муртазин.

И.МУРТАЗИН: Тоже журналист.

И.ВОРОБЬЕВА: Да, журналист, естественно. Ну, тут все понятно из названия. Смотрите, какая история. Я, наверное, не сторонник выборов в Координационный совет, но, тем не менее, я вижу в этом некий позитив. Тут у меня вопрос к Иреку Муртазину. Вот, есть государственная власть, есть Государственная Дума, которую там выбирают, не выбирают. Как бы там ни выбирали, тем не менее, в сознании большинства россиян это что-то прозрачное, более-менее легальное. Оппозиция – это такая какая-то тусовка непонятная в разных частях страны с разными совершенно задачами, абсолютно разной идеологией. Вот, они периодически собираются на сцене, и понять, кто из них кто, и за что из них кто вообще непонятно. Поэтому, может быть, выборы в Координационный совет как-то прояснят это? То есть каждый скажет, за что он выступает, там более-менее будет какая-то прозрачность?

И.МУРТАЗИН: Да вот в том-то и дело, что не прояснят выборы в Координационный совет ничего. Давайте начнем с конца. Выбрали Координационный совет, все, вот он есть. Собрались они все вместе, выбрали там председателя, заместителя председателя, ну, всем раздали должности в Координационном совете. Дальше что? Чем они будут заниматься?

И.ВОРОБЬЕВА: Аркадий, чем вы планируете заниматься в Координационном совете?

А.БАБЧЕНКО: Я планирую радикализировать протест. Я говорю это откровенно. Я буду там в оппозиции в Координационном совете.

И.МУРТАЗИН: Ну, никто из тех, кто сейчас идет в Координационный совет, включая Навального, Удальцова, Немцова, Яшина, не за радикализацию и это правильно. Потому что мы сразу должны определиться, то, что мы все время говорили, что мы будем действовать… Я себя тоже считаю оппозиционером. ...что мы будем действовать в рамках правового поля. Никаких действий, выходящих за рамки правового поля, мы допустить себе не можем, потому что действия, выходящие за рамки правового поля, это кровь, пот, тюрьмы, лагеря. В общем, нам этого не надо.

И.ВОРОБЬЕВА: Митинг через один не вписывается в правовые рамки, если мы говорим о законе города Москвы.

И.МУРТАЗИН: И получается, проводить митинги? Да устали ждать все этих митингов. Там, писать воззвания, письма, обращения? Ну, бесполезно. И получается, единственный путь к переменам в рамках правового поля – это путь через выборы. То есть когда на выборы будут приходить миллионы сторонников оппозиции, когда мы их убедим прийти на выборы, когда в дни голосования около избирательных участков будет собираться по 300, по 400 человек и члены комиссии будут знать, что если они тут начнут мухлевать, начнут шулерствовать с бюллетенями, разнесут к едрене-фене этот…

И.ВОРОБЬЕВА: Там ничего не будет. Никто ничего не заметит. Я была наблюдателем на выборах, и я могу сказать, что там…

И.МУРТАЗИН: Замечают-замечают. Есть подвижки. Когда членов комиссии таскают там по судам, по прокуратурам… Есть такой, допустим, отчаянный активист в Татарстане Игорь Веселов, он задолбал уже избирательные комиссии и есть конкретный результат. В том же Московском районе, где он наладил контроль за проведением выборов и где все его знали, там явка получилась на 30% меньше, чем в соседних районах, и партия-победитель получила чуть ли не в 2 раза меньше, чем в соседних районах. И, вот, через этот путь мы должны пройти, потому что таких как Игорь Веселов должно появиться сотни, тысячи, десятки тысяч. И тогда, когда мы придем к тому, что у нас члену комиссии, фальсифицировавшему там результаты выборов, будут тыкать в глаза и к нему будет приходить сын или дочь домой, он говорит: «Мама, почему же ты такая сволочь? Весь класс, вся школа, все соседи говорят, что ты – негодяй, что ты, вот, выборы сфальсифицировала», они не будут этого делать.

Другого пути, поверьте, нету. И получается, этот путь – он есть, но он долгий, нудный, кропотливый, может занять год, два, три, четыре, пять. А этим надо здесь и сейчас очень быстро.

И.ВОРОБЬЕВА: Но послушайте. Вот то, о чем мы уже говорили, о том, что много создается всяких объединений и никто не может договориться между собой. Вот, как это происходит? Это происходит так. Значит, мы задумали ассамблею, давайте позовем туда Каспарова. Вот, мы туда позовем. Вот, Лимонова звать будем? Может быть, не будем. Будем звать Рыжкова, Навального и Яшина, а, может быть, не будем. То есть какие-то люди изначально решают, кто там будет. А тут все по-другому. Получается, что…

И.МУРТАЗИН: А кто сказал, что тут по-другому?

И.ВОРОБЬЕВА: Ну, люди же выдвигаются. Вот, Аркадия, наверное, никто не утверждал там.

И.МУРТАЗИН: Ну и что? Ну, выдвинулись люди. А дальше смотрите, ведь, какой заложен механизм в этих выборах. Человек должен выбрать 30 членов Координационного совета, у него 30 голосов на один. И думаете, он будет знать, за кого голосовать? И в итоге он будет голосовать за того, за кого скажет Навальный, Удальцов, Немцов, то есть лидеры, что называется.

И.ВОРОБЬЕВА: Подождите секундочку. То есть вы сейчас говорили, что избиратели посчитали идиотами и не включили Тесака в список, но при этом говорите, что как только Навальный напишет, за кого голосовать, они все побегут.

И.МУРТАЗИН: Многие побегут.

И.ВОРОБЬЕВА: Ну, они же тоже не идиоты, наверное.

И.МУРТАЗИН: Многие прислушаются. Ну, нет, тут есть авторитет Навального, которого я очень уважаю и понимаю. И, вот, под авторитет Навального…

И.ВОРОБЬЕВА: Давайте попросим Алексея Навального не писать про кандидатов.

И.МУРТАЗИН: Многие пойдут голосовать именно за тот список, который покажет…

И.ВОРОБЬЕВА: Давайте попросим: «Леша, Алексей Навальный, не пиши, пожалуйста, список».

И.МУРТАЗИН: Я не понимаю, зачем Навальному нужна какая-то легитимизация через какой-то мифический Координационный совет? Вот, для меня он, в принципе, безусловно, авторитет, он, безусловно, лидер оппозиции. Не надо ему больше никаких выборов. Это дурь, глупость, в общем-то. Он себя принижает, в общем-то, участием в этих выборах.

А.БАБЧЕНКО: Я согласен.

И.МУРТАЗИН: Извините, создать какую-то структуру, движение, ну, пойди по пути Гавела, сделай «Солидарность» или, там, того же Ландсбергиса в Литве. Полный вперед! Но вот такое ощущение, что он побаивается. Он не верит, что за ним пойдут.

И.ВОРОБЬЕВА: Это, ну, не была же инициатива Навального, насколько я помню. Все-таки, это была инициатива Леонида Волкова. Аркадий?

А.БАБЧЕНКО: Я согласен с вами, Ирина. Потому что все предыдущие объединения, движения и ассамблеи, люди координировались сами друг с другом, кого хотели брали, кого хотели не брали, да? Здесь основное отличие – это выборность. Это основное и главное отличие. Это то, что вообще меня привлекает в этой идее. Это выборность.

То есть кто-то не пошел, не захотел идти на этот Координационный совет – это его решение, да? Допускали всех, открыто было для всех. Хочешь – иди, пожалуйста, избирайся. Если ты проходишь, понятно за тобой сколько людей, ты там находишься.

И.МУРТАЗИН: Хочешь – мастурбируй, хочешь – детей делай.

А.БАБЧЕНКО: И никто тебя уже не выгонит, никто тебе ничего не запретит. Вот ты прошел, ты уже всех представляешь. Поэтому здесь, конечно, говорить о легитимности…

И.МУРТАЗИН: Стоп-стоп-стоп. Как же никто не представляет? А имущественный ценз? Для участия в выборах надо заплатить 10 тысяч рублей. Извините, если там какой-нибудь активист профсоюзов, работающий на заводе, у которого там зарплата 12-13 тысяч и ему то ли семью кормить, то ли участвовать в выборах…

И.ВОРОБЬЕВА: Ну, вы знаете, я не знаю, как насчет таких людей, но если мы говорим про интернет, то я, например, видела в Twitter’е, люди абсолютно открыто собирали кому-то на взнос. И, как бы, мне кажется, собрали без проблем.

А.БАБЧЕНКО: Нет, я ничего криминального в этом не вижу совершенно, потому что люди, которые все это делают, они зарплату не получают, а им надо это все делать. И пока они все это делают, им нужно что-то кушать и покупать там эти и кабинки, и что там они еще делают, я не знаю, разрабатывать, создавать сайты. Это нормально.

И.МУРТАЗИН: Люди при деле. Нормально.

И.ВОРОБЬЕВА: Ну, послушайте. Это важно.

А.БАБЧЕНКО: Мне, вот, внести вот этот вклад совершенно не жалко, потому что я понимаю, что он идет на дело, я понимаю, что он идет на обеспечение моей возможности участвовать в этих выборах. Я с этим абсолютно согласен. Эта работа должна оплачиваться.

И.ВОРОБЬЕВА: Смотрите, вот и вторая часть моего аргумента заключалась в том, что появится этот Координационный совет. Ведь, в чем была проблема всегда подобных объединений? Люди не могли договориться между собой никогда. Никогда не могли договориться. Может быть, сейчас, когда они не просто там вписаны в этот список чьей-то рукой, а прошедшие выборы, вот этот взнос, какие-то вот такие вещи – может быть, они будут ценить собственное место чуть больше и у них будет просто больше шанса договориться о чем-то? Я не говорю о том, что обо всем, но какую-то общую платформу, которой сейчас просто нет, ее не существует. Может быть, это?

И.МУРТАЗИН: Ну, почему нету? Я не понимаю вот этого. Почему нету? Есть платформа Республиканской партии России, есть платформа «Яблока», есть та же «Солидарность», есть платформа Народного альянса, которую там тот же Волков создает. Но пожалуйста, сядьте лидеры, в конце концов. То же самое будет в Координационном совете. В Координационном совете будет то же самое. Вот, пока будут стоять вопросы такие. не принципиальные, кто должен подписать заявку на организацию митинга…

А.БАБЧЕНКО: Я думаю, это будет самый главный вопрос, на самом деле. Основной вопрос, мне кажется.

И.МУРТАЗИН: И что? Кто-нибудь запретит там тому же Удальцову подать заявку? И вообще вопрос стоит, а кто признает этот Координационный совет? Власть признает его?

И.ВОРОБЬЕВА: А зачем нужно, чтобы власть это признавала? Я не понимаю, в чем смысл?

И.МУРТАЗИН: Нет, а, ведь, задача-то стоит же глобально – усадить за стол переговоров. Потому что, извините, мотивируя необходимость Координационного совета, один из аргументов был такой, что, вот, мы достигнем такой ситуации, когда власти надо будет с кем-то садиться за стол переговоров. С кем садиться? И тут скажем: «Вот, мы. Мы – Координационный совет».

И.ВОРОБЬЕВА: Так. Ну, хотя бы будет какая-то группа переговорщиков.

И.МУРТАЗИН: Стоп-стоп-стоп. А с какой это радости? Люди, за которыми стоит там всего 500 тысяч человек, избиратели? Кто им даст право говорить от миллионов? Извините, за Митрохиным с Явлинским – 3,5 миллиона избирателей. То есть они более легитимны для той же власти. За теми коммунистами, которые, что бы там ни говорили…

И.ВОРОБЬЕВА: Послушайте, но все партийцы, особенно те, кто лидеры партии, которые проходят в Государственную Думу, не могут вести переговоры от оппозиции, потому что они не являются оппозицией.

И.МУРТАЗИН: Почему не могут? Стоп, извините, какие у вас претензии к Илье Пономареву? Какие у вас претензии могут быть сейчас к Гудкову? Они не могут вести переговоры?

И.ВОРОБЬЕВА: То есть на переговоры пойдут Пономарев и Гудков, И все?

И.МУРТАЗИН: Почему нет?

И.ВОРОБЬЕВА: И все?

И.МУРТАЗИН: Нет. Что значит «и все»? Почему тот же Митрохин не может пойти?

И.ВОРОБЬЕВА: Ну, давайте. Значит… Давайте так. Давайте тех, у кого партии есть.

А.БАБЧЕНКО: На какие переговоры-то? Я понять не могу.

И.МУРТАЗИН: Ну, переговоры с Путиным. Не, у нас же, конечно… (все смеются)

И.ВОРОБЬЕВА: В том случае, если власть говорит там «Сажусь за стол».

И.МУРТАЗИН: О передачи власти. Конечная цель, чтобы власть сказала «Да, мы не правы, за вас весь народ, я ухожу. Но давайте обговорим условия моего ухода». Вот же как стоит вопрос.

А.БАБЧЕНКО: Нет, для меня смыслы сбора в этот Координационный совет, конечно, это, безусловно, поиски новых смыслов, новых тактик и новых стратегий, потому что я считаю, что протест зашел в тупик, потому что я считаю, что уже практически все слито, я считаю, что…

И.МУРТАЗИН: Аркадий, вылезай из интернета в реальную жизнь.

И.ВОРОБЬЕВА: Ну подождите. Дайте уже сказать. Ну, подождите. Ну, давайте послушаем.

А.БАБЧЕНКО: Я считаю, что пока эта ситуация развивается вот так, как она развивается, это развитие идет в тупик. И насколько я могу судить, идет достаточное количество людей в Координационный совет с такими же мыслями как я. То есть они видят развитие ситуации по-своему, я вижу по-своему, они видят по-своему. Но мы сходимся в том, что ситуация зашла в тупик. Я вижу, что идет довольно большое количество людей, которые так же считают. То есть будет оппозиция оппозиции, соберется в этом Координационном совете. И я надеюсь, что вот эта возможность, все-таки, даст нам шанс, действительно, не наступать 25-й раз на одни и те же грабли, не махать флагами со сцены и говорить о том, что Путин боится, а, действительно, выработать какие-то работающие нормальные реальные стратегии. Это единственный смысл вообще существования этого Координационного совета, который может быть и который я вижу. Я иду именно с этой целью. У меня есть свои взгляды, свои стратегии, свои тактики, я их, безусловно, буду продвигать. Будем смотреть, что из этого выйдет, будем смотреть, что из этого получится.

И.МУРТАЗИН: Вот смотри, я сегодня не поленился, прочитав твой пост о том, что выдвигаешься. Открыл сайт зарегистрированных кандидатов и посчитал. Зарегистрировано 96 претендентов было, из них 59 москвичей.

И.ВОРОБЬЕВА: Да, кстати, это правда.

И.МУРТАЗИН: Ну, что мешало взять этим москвичам собраться и выработать? Вот, 59 человек активных, боевых, новых. Что мешало до сих пор?

А.БАБЧЕНКО: Не знаю. Я всех зову: «Приходите к нам. Пожалуйста. Чего никто не идет?»

И.МУРТАЗИН: Вот и началось, вот то же самое, да? И Митрохин говорит «Приходите к нам», и Рыжков говорит «Приходите к нам». И здесь то же самое будет. То есть реальная демократическая оппозиция, все-таки, была разделена сегодня, как бы, на 2 куска – на «Яблоко» и РПР-Парнас. Остальные – все-таки, это мелочевка. Ну, я имею в виду серьезные силы, да? Ну, будет 3 теперь – вот, еще Координационный совет добавится.

И.ВОРОБЬЕВА: Ну а «Солидарность» что? Не было, что ли?

И.МУРТАЗИН: Ну, «Солидарность» вся влилась в этот Координационный совет, в общем-то. И получается, что получится дробление той же оппозиции. И на митинги, на которые призывают Навальный, Митрохин, Зюганов, КПРФ… Кац сказал, что они пойдут 15-го на все акции протеста. Выйдет намного больше людей, чем на митинг, на который будет звать только Координационный совет.

И.ВОРОБЬЕВА: Ну а почему на митинг должен звать только Координационный совет? Это уже…

А.БАБЧЕНКО: Ну, они же – Координационный совет оппозиции, они же всю оппозицию представляют. Когда под каким-то обращением захочешь подписаться «Оля Романова» или «Ксения Собчак», которая там не вошла в Координационный совет, и член Координационного совета, руководитель департамента связи с прессой Координационного совета Аркадий Бабченко скажет: «Вы кто такие? Давай, иди отсюда, до свидания».

А.БАБЧЕНКО: Нет, создается новая площадка, не использовать которую глупо. Я, опять же, я скептически, довольно скептически отношусь к этому. Я уже все это говорю, я считаю, 9 шансов против одного, что все это закончится очередным просто пшиком, очередным паблисити. Но шанс, что это все заработает, шанс, что это будет работать, есть. Шанс, что, действительно, это получится работоспособный орган, есть. И я не понимаю, почему бы не попробовать, почему бы не использовать эту площадку. Ну, не заработает – не заработает. Ну, через 3 месяца он развалится – развалится. Ну, разойдемся и все, и бог с ним.

И.МУРТАЗИН: Стоп-стоп-стоп. Вот это как раз окончательно перечеркнет всю надежду на возможное объединение, скажет «Господи, да они не могут. Вот же выбрали, и то не смогли работать. Ну, перечеркнет и перечеркнет, ну все, ну, 12 лет будем жить так, как жили».

И.ВОРОБЬЕВА: Ну, давайте будем честными. В который раз перечеркнет. Уже много раз разбегались, много раз ругались и много раз ничего не получалось. Просто очередная попытка договориться?

Вот, честное слово, я много сегодня лазила по разным блогам и видела этот негатив. И я не понимаю, почему такой негатив идет. Ну, это попытка договориться.

И.МУРТАЗИН: Кого с кем?

И.ВОРОБЬЕВА: Попытка…

И.МУРТАЗИН: Кого с кем?

И.ВОРОБЬЕВА: Вот, всех этих людей, которые идут туда в Координационный совет.

И.МУРТАЗИН: Так они договорившиеся давно уже.

И.ВОРОБЬЕВА: Ну а чего ж тогда они ругаются? Ну, договорятся и будет центр какой-то оппозиции. В чем проблема?

И.МУРТАЗИН: Площадок для того, чтобы договариваться, более чем и достаточно. Они есть. То есть надо садиться и договариваться. Опять же, взять тот же круглый стол. Он же есть, он работает, они собираются, они действуют. То есть площадки есть, договаривающихся нету. Ну, появится еще одна площадка под названием «Координационный совет». Ну и что? Вот, выберут туда, там не знаю, того же Костю Крылова, да? Ну, он после первого же заседания Координационного совета скажет: «Ребята, да пошли вы нафиг со своей вот этой самой. Вот, я против вот этой резолюцией».

И.ВОРОБЬЕВА: Ну и будут какие-то механизмы, которые…

И.МУРТАЗИН: И дальше начнется такой, планомерный выход этих людей. Будет еще одна площадка, на которой так ни о чем и не договорились.

И.ВОРОБЬЕВА: Аркадий?

И.МУРТАЗИН: Которых было уже много.

А.БАБЧЕНКО: Вот, когда мы 6 мая звали людей прийти на Манежную площадь, мы приходили в этот Оргкомитет именно подготовки к Болотной, и приходили со своими предложениями, как бы нам там вместе с вами сделать так, чтобы всем было хорошо и всем было счастливо. На что нам было сказано «Ты кто такой? Давай, до свидания. Это, типа, наш митинг и валите отсюда». Здесь, опять же, выборность – это основной момент, о котором я говорю. Здесь мне уже никто не скажет «Ты кто такой? Давай, до свидания». Ну, условно говоря, да? Не я, а Вася Пупкин.

И.МУРТАЗИН: Почему? В этот раз тебе скажут «Ты кто такой? Нас большинство. Давай, до свидания».

А.БАБЧЕНКО: Ну, о’кей.

И.ВОРОБЬЕВА: Нет, ну послушайте, у него будет возможность хотя бы сказать об этом.

И.МУРТАЗИН: Так здесь у него тоже была возможность сказать.

А.БАБЧЕНКО: Но я-то… Я, вот, пожалуйста, Вася Пупкин, меня выбрали, у меня свой взгляд на то, что в дальнейшем мы должны все заниматься разведением ежиков, вот моя стратегия. Я считаю, что каждый должен развести 10 ежиков и тогда мы все победим, и нам всем будет счастливо. Давайте за него голосовать.

И.МУРТАЗИН: А народ решил, что будем разводить кроликов.

А.БАБЧЕНКО: О’кей, о’кей, пожалуйста.

И.МУРТАЗИН: А с ежиками – пожалуйста, вот, давай свой террариум заводи.

А.БАБЧЕНКО: Да ради бога, пожалуйста. Но это уже будет не Координационный совет.

И.МУРТАЗИН: И ты после этого останешься в Координационном совете?

А.БАБЧЕНКО: Ну, посмотрим, как там будет.

И.МУРТАЗИН: А что значит «посмотрим»? Или, все-таки, будешь ежиков разводить индивидуально?

А.БАБЧЕНКО: У меня будет возможность написать свое особое мнение.

И.МУРТАЗИН: Ну, написал. Дальше?

И.ВОРОБЬЕВА: Подождите. Опять же, вот те люди, которые сидели на этих столах оргкомитета, который делал митинги, это же то же самое было. Люди туда либо приходили сами, но у них были имена и все с радостью говорили «Боже мой, наконец-то писатель Акунин» (все были рады). Либо там людей звали. Но опять же, это было чье-то мнение. Туда нельзя было попасть Аркадию Бабченко, который считает, что митинг должен быть не таким и он должен быть другим.

И.МУРТАЗИН: Ну почему нельзя? Почему нельзя? Да можно было спокойно прийти на эти мероприятия свободно. И приходили, и говорили.

И.ВОРОБЬЕВА: Но решали все другие люди, не те, которые… Может быть, кому-то хотелось бы, чтобы решал Аркадий Бабченко.

А.БАБЧЕНКО: Не, с другой стороны, почему они меня должны слушать? Это их митинг, они там где-то нашли денег, купили сцену, они его организовывают. Я не говорил, что их митинг должен быть другой, я говорил «Давайте действовать вместе». Они не захотели. Ну, не я, а ходили другие люди – не знаю, стоит ли называть фамилии, да? Но координации не получилось.

Здесь придется слушать уже каждого. Здесь уже придется слушать каждого. А там дальше, пожалуйста, как выйдет.

И.МУРТАЗИН: Так там тоже каждого слушали. А решение примет большинство, правильное большинство.

И.ВОРОБЬЕВА: Ох. Все, вот, разбивается об скептицизм Ирека Муртазина.

И.МУРТАЗИН: Да делом надо заниматься, только и всего.

И.ВОРОБЬЕВА: Хотя, на самом деле, я тоже не понимаю, почему бы не попробовать. Но, опять же, знаете что?

И.МУРТАЗИН: Да можно пробовать. Результата не будет.

И.ВОРОБЬЕВА: Ведь, тут совершенно неожиданные люди, ну, мне так кажется. Люди, которые как-то приняли на себя это решение, хотя, до этого они не были в этих всех советах и ассамблеях, и прочем.

И.МУРТАЗИН: А думаете, это хорошо? У человека нет никакого опыта борьбы. Я вот почитал там биографию, допустим, один там пишет «Нахожусь в эмиграции. Вернусь, когда победит этот самый…» Он в Координационный совет идет. Ну, вот, выбрали его. И что?

И.ВОРОБЬЕВА: Но послушайте…

И.МУРТАЗИН: Он оттуда, из Лондона будет?..

А.БАБЧЕНКО: Я сильно сомневаюсь, что этого человека выберут.

И.ВОРОБЬЕВА: Ну, конечно. Ну, какой избиратель здесь, отсюда пойдет выбирать человека, который находится в эмиграции?

И.МУРТАЗИН: А почему нет? А он возьмет сейчас, проведет в интернете кампанию такую мощную, там встанут интернет-пользователи, граждане РФ, живущие в Израиле, в Германии, проголосуют за него. Всё. Вот, готов.

А.БАБЧЕНКО: Ну вот о чем я и говорю. Это тренировка, это праймериз. Посмотрим вообще, есть ли вообще возможность проводить выборы в России, вообще, в принципе, честные и независимые.

И.МУРТАЗИН: Ну, знаете, можно опытным путем вывести, что дважды два – четыре. Но если ты заранее знаешь, что дважды два – четыре, зачем писать там «Дважды два – четыре»? Написал «Пять». Бац, учитель «2» поставил. Написал «Шесть». Учитель говорит «Ты знаешь, что 4. Ну, напиши ты сразу 4».

И.ВОРОБЬЕВА: Не, дважды два равно четыре – это не так опытным путем выясняется, там есть целая очень длинная формула, через которую можно доказать, что дважды два равно пять, на самом деле, как мы знаем.

Я просто, правда, не понимаю, почему вы так сильно против? Это же никаких…

И.МУРТАЗИН: Да я, по-моему, в самом начале программы объяснил, что мне жалко тратить время.

И.ВОРОБЬЕВА: Чье? Вот, чье время тратить? Ваше?

И.МУРТАЗИН: Да и свое время, и время потенциальных избирателей. Я слишком долго прожил в этой жизни, слишком давно занимаюсь политикой. Меня исключали из двух партий.

И.ВОРОБЬЕВА: Это из каких?

И.МУРТАЗИН: Ну, я, вот, участвовал в создании «Яблока», был в Центральном совете «Яблока». Из «Яблока» меня исключили. Потом я участвовал в создании «Справедливой России», был членом Татарстанского регионального совета партии «Справедливая Россия». Меня исключили. То есть, вот, из двух партий меня исключали.

Я просто боюсь, что у людей наступит разочарование.

И.ВОРОБЬЕВА: У каких людей наступит?..

И.МУРТАЗИН: У избирателей, у кандидатов.

И.ВОРОБЬЕВА: У каких людей в России еще может наступить разочарование?

И.МУРТАЗИН: Ну, сейчас же «Ах!», эйфория такая: «А! Всё! Координационный совет появился! Мы сейчас придем, мы сейчас начнем разводить ежиков, мы их… У нас будет миллион ежиков. Ура!» А дальше что?

И.ВОРОБЬЕВА: Да ну бросьте.

И.МУРТАЗИН: А потом будет разочарование.

И.ВОРОБЬЕВА: Вот тут вы не правы совершенно – в России уже нет таких людей.

И.МУРТАЗИН: Нет, есть. Есть, на самом деле. Вот как раз именно такие-то и пошли в массе своей, побежали регистрироваться в кандидаты и большинство избирателей таких же будет.

Единственное, я вот сегодня Аркадию сказал. Когда у командира батальона стоит задача взять высоту и он понимает, что эта высота не нужна, она не имеет никакого стратегического значения, но есть приказ взять эту высоту, единственное, что он может… Он понимает, что надо туда отправить роту, роту смертников. И единственное, что он может сделать, это пойти командиром роты туда сам. Сам повести в атаку эту роту и сложить там голову.

Вот, поэтому я еще до завтра подумаю – может, я завтра тоже выдвинусь. (все смеются)

И.ВОРОБЬЕВА: Вот это будет крайне неожиданный результат нашей программы. Значит, для тех, кто еще не знает или не был знаком с тем, что мы сейчас обсуждали. Значит, есть, если я ничего не путаю, сайт cvk2012.org, на котором вы можете все посмотреть. Там есть… Это называется «Центральный выборный комитет». Там считается, сколько дней осталось, какие есть кандидаты, списки, биографии, программы кандидатов, можно зарегистрироваться пока еще кандидатом до 15 сентября включительно. Так что у Ирека Муртазина есть еще шанс, действительно.

И.МУРТАЗИН: От либеральных сил, да? Кстати, вот мне не понятно. Еще один момент непонятный совершенно, почему известные либералы Немцов, Яшин, и они почему-то идут по общегражданскому списку.

И.ВОРОБЬЕВА: Ой, это, знаете, вопросы, мне кажется, такие, уже технического характера и уж точно не ко мне, несмотря на то, что я тут…

И.МУРТАЗИН: Ну, понятно. Это к Аркадию.

А.БАБЧЕНКО: А я-то здесь причем?

И.МУРТАЗИН: Как причем? Ты в Координационный совет идешь, ты должен знать, с кем будешь работать рука об руку.

А.БАБЧЕНКО: Мне совершенно, кто по какому списку, совершенно как они будут считать, я не считаю. Я не читатель, я – писатель.

И.МУРТАЗИН: Вот, возьму и выдвинусь от националов. Потому что Татарин. (все смеются)

И.ВОРОБЬЕВА: Будет смешно, да. Хорошо. Значит, смотрите. Сайт cvk2012.org. В любом случае просто зайдите, посмотрите – может быть, вы будете такого же мнения как Ирек Муртазин, может быть, вы станете еще одним кандидатом как Аркадий Бабченко. Может быть, вы решите, что вам хочется стать избирателем и зарегистрируетесь. В любом случае просто примете какое-то решение для себя, что вы будете с этим делать.

Если же подробнее, то можете в Живой Журнал Леонида Волкова – он очень подробно пишет о техподдержке, о проблемах технических.

И.МУРТАЗИН: Можете зайти в Живой Журнал Бабченко, почитать, почему надо идти. Или в Живой Журнал Муртазина, почему не надо идти. (смеется)

И.ВОРОБЬЕВА: Я думаю, что после этой программы совершенно точно те, кому интересно, прочитают оба ваших Живых Журнала.

Хорошо. Спасибо вам большое. Программа «Блог-аут», говорили о выборах в Координационный совет оппозиции. Я благодарю гостей этой программы – это журналист Аркадий Бабченко и журналист, спецкорреспондент «Новой газеты» Ирек Муртазин. Спасибо большое.

А.БАБЧЕНКО: Спасибо. До свидания.

И.МУРТАЗИН: Спасибо.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире