'Вопросы к интервью
24 ноября 2011
Z Блог-аут Все выпуски

Свистящие против Путина
Очередь за святыней: мракобесие или духовное возрождение?
Опыт гражданского сопротивления: Матвей Крылов и Дмитрий Щедрин


Время выхода в эфир: 24 ноября 2011, 22:35

К. ЛАРИНА: 22 часа 36 минут. Самое глупое, что я могла придумать, это выйти в эфир после Сергея Собянина. Но я сделала это, дорогие друзья, потому что у меня есть некие обязательства, во-первых, перед людьми, с которыми я договорилась об эфире, мне было важно с ними встретиться в это время, и я это сделаю. Всё сокращаю, естественно, сокращаю до двух тем, которые мне хотелось обсудить с людьми, с которыми договорились о связи в прямом эфире. Первый наш гость – это Роман Супер, мой коллега, обозреватель, журналист «Рен-ТВ», который провел 12 часов, если не больше, в очереди к храму Христа Спасителя, для того чтобы причаститься к святыне пояса Богородицы. Роман у нас на связи. Рома, добрый вечер.

Р. СУПЕР: Добрый вечер, Ксения. Очень рад вас слышать.

К. ЛАРИНА: Спасибо, я тоже. Я следила за вашими небольшими репликами, отчетами в FaceBook'е и фотографии вы делали, было видно, как тяжело, как холодно, просто по всему было видно. Я так понимаю, что результатом этого стояния будет не только личный опыт, но и какой-то журналистский выход. Я так понимаю, будет какой-то сюжет в «Неделе» у Марианны Максимовской.

Р. СУПЕР: Конечно. Я там по этому поводу изначально и находился. Будет большой веселый сюжет обо всем, что там происходило.

К. ЛАРИНА: Давайте теперь просто о ваших ощущениях. Сколько часов? Я правильно сказала – 12 или больше?

Р. СУПЕР: Все-таки 14. Но на самом деле не имеет большого значения. Я вот что хочу сказать. Находясь в городе Сендай, который рядышком с взорвавшейся «Фукусимой», весь обложенный радиацией и МЧСниками, я не получал столько тревожных звонков от родных и близких, сколько получил в этой очереди. «Рома, как ты там? Там вас не кормят. Вы там сейчас замерзнете, вам пальцы ампутируют. Там же сумасшедшие бабушки, которые геев разгоняют. Как ты выживаешь в этой очереди?» Ребята, это полная ерунда. Лучше очереди в моей жизни я еще не встречал. Это была самая лучшая очередь.

К. ЛАРИНА: Т.е. никаких кликуш, никаких сумасшедших.

Р. СУПЕР: Наверняка они там были. Когда речь идет о стольких тысячах, люди приходят разные. Но мне повезло их не встретить.

К. ЛАРИНА: Но что за люди? Вы для себя их как определили? Вы же наверняка смотрели на лица, может быть, с кем-то поговорили. Что за люди стояли?

Р. СУПЕР: Люди разные, но большинство все-таки молодые женщины, 25 плюс, у которых проблемы с беременностью. Потому что вроде как говорят, что пояс Богородицы хорошо работает в этом направлении. Очень много мужчин, которые несут фотографии своих женщин, у которых такие проблемы. Просто прикладывают фотографии к этому поясу и пытаются, чтобы это сработало таким образом. Отдельная очередь с инвалидами, которые на колясках и которые не могут выстоять эту очередь по понятным причинам. И очень много молодежи, которой это важно, интересно.

К. ЛАРИНА: Но это не любители острых ощущений?

Р. СУПЕР: Нет.

К. ЛАРИНА: Хотя я задаю, конечно, дурацкий вопрос. Потому что человек, который на это пойдет сам, по своей воле, стоять на морозе столько времени, сутками стоят люди, для этого нужно иметь какую-то невероятно мощную мотивацию для такого поступка.

Р. СУПЕР: На самом деле никакого геройства в этом нет. Это снаружи, когда едешь на машине, эта очередь кажется какой-то чудовищной, это же полжизни можно простоять. А когда оказываешься внутри, это очень дружелюбные, приветливые, в большинстве интересные, приятные люди.

К. ЛАРИНА: А вас не пугает, Рома, что такое невероятное количество? Уже сейчас тысяч 80 стоит в этой очереди.

Р. СУПЕР: Я думаю, больше. А что в этом страшного? Я хочу сказать, что очередь для русского человек – это же какое-то естественное состояние. 20 лет назад мы по 5-6 часов стояли в «Макдональдс» за гамбургерами. Вот прошло 20 лет, теперь мы стоим в храм. Мне кажется, что это не самый плохой change. Мы же всё время куда-то стоим. Стоим в пробках…

К. ЛАРИНА: Вы же сами сказали, что все-таки это совсем другая очередь.

Р. СУПЕР: Это совсем другая очередь. Я просто к тому, что само стояние, мне кажется, русского человека не пугает. Мы готовы стоять, по-моему, очень долго за чем угодно.

К. ЛАРИНА: Но тут мороз все-таки.

Р. СУПЕР: Тут у людей еще мотивация есть.

К. ЛАРИНА: О прозе, Рома, то, что мне тоже интересно, что касается организации. Всякие туалеты, горячее, это всё на самом деле так, как описывают?

Р. СУПЕР: Вот этим я был просто очень приятно удивлен и поражен. Обычно же как бывает? Сделано всё, чтобы человеку было неудобно. А здесь сделано всё, чтобы человек ни одной минуты не мерз, ни одной минуты не переминался с ноги на ногу, потому что в туалет хочет, не испытывал чувства голода. Всё, к чему журналист любит придираться, вот тут просто не к чему. Хочешь есть? Ешь бесплатно. Гречневая каша, правд, с тушенкой. Я вчера был в очереди, мне говорили, что вчера был постный день. Я не большой эксперт в православной тематике, но просто многие люди не могли мясо есть. Но, тем не менее, можно было выпить горячего чаю, можно было попросить тушенку не класть. А туалетов было, мне кажется, больше, чем людей, они были чистые, и в них было не то что приятно заходить, но в них было нормально заходить.

К. ЛАРИНА: А «Скорая помощь»?

Р. СУПЕР: Очень много.

К. ЛАРИНА: А действительно были случаи, когда людям становилось плохо? Или вы не видели?

Р. СУПЕР: Я беседовал с медиками, они говорили, что каких-то экстренных случаев не было, чтобы люди сознание теряли. Но просто люди устают, просятся или посидеть в «Скорой»…

К. ЛАРИНА: Как я поняла, поскольку я в религиозных вещах не слишком компетентна…

Р. СУПЕР: Я тоже.

К. ЛАРИНА: Тем не менее, как я поняла из ваших слов и из того, что пишут в газетах и журналах, это, прежде всего, проблемы, связанные с женским бесплодием, которое, по преданию, излечивает этот пояс богородицы.

Р. СУПЕР: Я так понял, что да. Еще речь об онкологии идет.

К. ЛАРИНА: Т.е. люди идут буквально за исцелением. Это абсолютное желание чуда. Вот то, что вы рассказываете, у меня знаете какие ассоциации возникают? С временами, когда Кашпировский всех лечил на стадионах, когда люди в полном отчаянии брели именно туда, к нему за помощью, будучи уверенными в том, что после сеансов с Кашпировским всё у них будет по-другому, они излечатся от всех болезней. Что-то в этом есть, конечно, ужасное, как мне кажется, ужасное, с точки зрения состояния медицины в стране.

Р. СУПЕР: Вы употребили правильное слово – отчаяние. Да, люди в открытую и говорят: если медицина нам не очень помогает, если государство нам не очень помогает, если речь идет о раке в разных стадиях, то что людям остается? Остается верить во что-то, что себя не дискредитировало.

К. ЛАРИНА: Рома, лично с вами-то что произошло? Если позволите вопрос такой интимный, вы вообще воцерковленный человек?

Р. СУПЕР: Нет. Больше того, я не очень дружен с господом.

К. ЛАРИНА: Т.е. вы крещеный, наверное.

Р. СУПЕР: Нет, я не крещенный.

К. ЛАРИНА: Даже не крещенный.

Р. СУПЕР: Мне просто было интересно с людьми пообщаться. У меня всяческие журналистские удостоверения, которые позволяли ничего не стоять, а как это обычно бывает, приехать к очереди, взять несколько интервью и уехать, делать свой сюжет. Мне просто было интересно по честноку, вместе, встать в самый конец и дойти до самого начала.

К. ЛАРИНА: И что произошло с вами? Какие-то изменения в себе вы почувствовали?

Р. СУПЕР: Экзистенциальные?

К. ЛАРИНА: Да.

Р. СУПЕР: Я так скажу. Когда я уже оказался в храме, я испытал не религиозный восторг и не религиозное счастье, а мне просто было искренне радостно за тех людей, которым было радостно. Потому что такой честной радости в глазах верующих людей я не видел еще. И мне было тоже за них искренне радостно, что пройдя под этой аркой, где пояс, прикоснувшись к этому, люди просто светились от счастья. Это приятное зрелище, правда. Я никакого мракобесия не заметил в их глазах.

К. ЛАРИНА: Сейчас перед нашей с вами встречей, видимо, власти тоже впали в какое-то состояние отчаяния, потому что поток желающих причаститься не уменьшается, а увеличивается на глазах, они, судя по всему, собираются на вертолете устраивать крещение. Т.е. этим поясом крестить с вертолета всю Москву. Как вы относитесь к такой идее?

Р. СУПЕР: Довольно фантастическая идея. Как сюжет для кинофильма это прикольно.

К. ЛАРИНА: Посмотрим. А вдруг получится?

Р. СУПЕР: Мне кажется, было бы веселее, если бы с дирижабля.

К. ЛАРИНА: Лишь бы не опыляли ничем. Мы уже на всё согласны.

Р. СУПЕР: Знаете, что я еще хочу сказать по поводу великой очереди русской? Мне еще показалось, что очень многие люди пришли туда просто по-человечески пообщаться друг с другом. Москва – такой город, где люди, по-моему, вообще перестали общаться. Т.е. люди либо едут в метро, уткнувшись в свои айфоны, либо ругаются в FaceBook'е, но не общаются по душам. А там люди пришли и понимают, что у них есть 10,15, 20 часов.

К. ЛАРИНА: Т.е. нормальный советский человек только в очереди может себя спокойно чувствовать.

Р. СУПЕР: И не то чтобы религиозные разговоры, а нормальные светские разговоры, без истерики. Как-то тепло было. Я всем советую это повторить. Мне кажется, это интересный опыт.

К. ЛАРИНА: Спасибо большое, Рома, за этот разговор, ждем уже сюжета в «Неделе». Я напомню, программа «Неделя» — отрекламируем Марианну Максимовскую – выходит по субботам в 7 часов. А Роману Супер огромное спасибо за этот рассказ.

Р. СУПЕР: Вам спасибо.

К. ЛАРИНА: А я добавлю по поводу того, что каждый должен пройти этот опыт. Когда я сидела в FaceBook'е во время интервью Собянина, нашла еще одно свидетельство тоже нашего человека. Ксения Туркова, которая сегодня вместе со своим ребенком Кириллом, маленьким мальчиком, отправилась туда, к храму Христа Спасителя. У них была очередь не общая, а отдельная для маленьких детей. Где-то час она простояла и тоже, как и Роман, испытала только позитивные ощущения, и ребенок ее тоже.

А то, что касается различных разговоров, что там есть VIP-проход, когда по блату или по специальным пропускам всяких чиновников, олигархов и прочих блатных проводят к этой святыне, я думаю, что тоже ничего страшного в этом нет. Потому что то стояние, о котором говорил Роман, это выбор каждого человека. Это нужно же этому человеку, который встает в очередь. Я думаю, что тот же Роман Супер тоже мог бы без очереди пробраться, договориться с кем-нибудь. Но он этого не стал делать, решил на себе всё это испытать. Я была во многих местах, где паломники выстраиваются в огромные очереди. И там есть среди прочих есть и такой туристический способ причащения, когда тебя просто приводят на экскурсию отдельно от всей очереди, спокойно, на своих ногах, ты смотришь и уезжаешь. А есть люди, для которых важно пройти этот путь на коленях и в очереди, как, допустим, в Фатиме в Португалии. Так что это выбор каждого человека.



Успеваем еще одну тему еще одного гостя. Итак, еще одна тема, еще одна рубрика, хоть чуть-чуть мне хотелось в ней поговорить. Опыт личного гражданского сопротивления. У Романа Супера был опыт личного гражданского стояния, а это опыт личного гражданского сопротивления. Напомню, что общественность продолжает защиту Матвея Крылова (Дмитрия Путенихина), молодого человека, гражданского активиста, который плеснул в лицо прокурору Смирнову водой с криком «Не забудем, не простим» 30 октября, когда он выразил свое возмущение позицией государственного обвинения по так называемому манежному делу.

С тех пор Дмитрий Путенихин, он же Матвей Крылов, находится под арестом. Ему инкриминируют достаточно серьезные статьи. Поскольку прокурор Смирнов решил – почему-то ему почудилось, – что Матвей крикнул не «Не забудем, не простим», а «Смерть прокурору». Как вы понимаете, это совсем другая статья. На сайте «Солидарность_ЖЖ» опубликован текст открытого письма в адрес Владимира Лукина и Михаила Федотова по поводу ситуации с Матвеем Крыловым. «Просим сделать всё возможное для прекращения произвола», – обращаются люди, которые это письмо сочинили и подписывают. Письмо открыто для подписания. Среди тех, кто его подписал, есть уже известные имена. Это Марат Гельман, Дмитрий Быков, Рустем Адагамов, Евгения Чирикова, Илья Яшин, Артемий Троицкий, Алексей Девотченко, я тоже подписала. Я надеюсь, это сделаете вы тоже, дорогие друзья.

Что касается самого Матвея Крылова, то всё о нем вы можете узнать на сайте «Пленник.org». Кроме этого, я публиковала у себя в FaceBook'е фрагмент из фильма «Легко ли быть молодым-2011», где про Матвея Крылова очень подробно рассказывает Олег Кашин. Кроме этого, значительные и известные люди готовы защитить Матвея Крылова и призвать вас встать на его защиту буквально в ближайшее воскресенье на митинге у Чистых прудов.

ВЫСКАЗЫВАНИЯ ИЗВЕСТНЫХ ЛЮДЕЙ В ПОДДЕРЖКУ МАТВЕЯ КРЫЛОВА

К. ЛАРИНА: Я думаю, что все голоса узнаваемые, для слушателей «Эхо Москвы» совершенно точно. Так что делайте свои выводы, доверять или не доверять. Другой наш герой. Буквально 6-7 минут остается до конца эфира, для того чтобы вас познакомить, если вы не знаете, с Дмитрием Щедриным. Дмитрий, вы здесь?

Д. ЩЕДРИН: Да, я вас слушаю. Добрый вечер.

К. ЛАРИНА: Здравствуйте. Дмитрий Щедрин, блогер, фотограф, который был задержан после митинга оппозиции на Триумфальной площади 31 июля, был препровожден в отделение милиции Метрополитена. Насильно затолкали его в метро, по эскалатору его спустили, затолкали в отдел полиции. Там применили физическую силу, пытались отобрать личные вещи, пытались избить, даже пытались душить. После этого отпустили. И вот когда отпустили, после этого Дмитрий решил бороться за свои гражданские права и написал заявление о том, что с ним там произошло, подал в суд на тех людей, которые таким образом с ним обходились.

Так вот буквально сейчас, 22 числа, по всем пунктам, которые были высказаны Дмитрием в его исковом заявлении, ему было отказано в возбуждении уголовного дела. Это я коротенечко всё рассказываю. Сейчас хочу Дмитрию дать слово. Кто не знает, Дмитрий Щедрин у себя в блоге в «Живом журнале» подробнейшим образом рассказывает всё, что с ним произошло, с фотографиями, с видеосюжетами, т.е. там всё запротоколировано, задокументировано. Сплошные вещдоки, вещдок на вещдоке и вещдоком помыкает. Роман Рожнов, капитан полиции, который и являлся инициатором этого задержания, а затем и этого избиения, ни в чем не виноват. Правильно я понимаю, Дима?

Д. ЩЕДРИН: Да, правильно. Я позволю себе немножко вам поправить с формулировкой.

К. ЛАРИНА: Давайте.

Д. ЩЕДРИН: Вы сказали «пытались изъять, пытались избить». Не пытались, а действительно изымали и избивали.

К. ЛАРИНА: Вы меня дополните. Потому что я коротко ваш путь описала. Для вас что было главным? Вы хотели что получить: деньги с них за моральный ущерб или что?

Д. ЩЕДРИН: Нет, денежная компенсация – это вовсе не обязательно. Для меня был важен сам факт признания судом правонарушений, даже не правонарушений, а преступлений сотрудника полиции капитана Рожнова. Суд встал полностью на его защиту. Причем даже озвучил, можно так сказать, ответчика. Т.е. ответчики в лице Минфина практически ничего на суде не говорили, судья полностью озвучивал позицию ответчика, отказался заслушать всех свидетелей.

К. ЛАРИНА: А ответчиком кто являлся? Капитан Рожнов?

Д. ЩЕДРИН: Ответчиком является государство, в лице Минфина.

К. ЛАРИНА: А почему в лице Минфина?

Д. ЩЕДРИН: Потому что капитан Рожнов в данном случае является представителем государственной власти. А за преступления государственной власти отвечает Минфин.

К. ЛАРИНА: А почему вы не подали иск против действий полиции, против МВД тогда уж?

Д. ЩЕДРИН: Я подавал заявление против самого Рожнова и в прокуратуру, и в следственный комитет, и во второй отдел — куда я только не подавал заявления. Везде, во всех инстанциях дело прекращено.

К. ЛАРИНА: А каким образом они объясняют прекращение дела? У вас же доказательств полным полно. Вы пытались каким-то образом предъявить свои доказательства в виде видеопленки, в виде фотографий, в конце концов свидетели же у вас есть, о чем я тоже прочитала в вашем блоге.

Д. ЩЕДРИН: Я не пытался, я их предъявлял. Но следственный комитет решил иначе, несмотря на все показания, на видеозапись и так далее. Я даже могу мотивировку следственного комитета открыть сейчас. Вот конкретно травмы на шее. Следственный комитет и второй отдел решили, что они образовались от воздействия фотоаппарата. Т.е. вплоть до такого.

К. ЛАРИНА: Дмитрий, а каким образом собираетесь дальше поступать? Будете продолжать пытаться себя защищать? Или на этом закончите?

Д. ЩЕДРИН: Естественно, я буду продолжать.

К. ЛАРИНА: А дальше по процедуре что должно последовать?

Д. ЩЕДРИН: По процедуре мы еще должны обжаловать решение в Московском Городском суде. Что там будет, я уже сразу предполагаю. Ничего не изменится. Это такая обязательная процедура для подачи в Европейский суд по правам человека. И дальше я планирую пикеты возле Белого дома и ГУВД Москвы.

К. ЛАРИНА: Пикеты одиночные?

Д. ЩЕДРИН: Скорее всего да. Потому что я уверен, что в согласовании пикета мне тоже откажут.

К. ЛАРИНА: Для вас что было важным, также проверить этот путь: может ли гражданин, когда таким беспардонным образом нарушается его право, может ли он себя законным образом защитить? Я хочу нашим слушателям объяснить, что всё видео, которое снимал Дмитрий, это был абсолютно эффект присутствия. Т.е. человек, который толкал его по эскалатору вниз в метро, он, этот капитан Рожнов, ему постоянно говорил, что в метро нельзя снимать, видеосъемка и фотосъемка в метро запрещена, здесь бомбоубежище в военное время, поэтому снимать запрещено. Т.е. он пытался себя обложить всеми возможными защитными слоями в виде каких-то статей закона. Вы проверяли, всё, что он вам говорил, действительно запрещено законом?

Д. ЩЕДРИН: Да, я проверял. Фотосъемка в метро разрешена. Дело в том, что сотрудники полиции не могут этого не знать, тем более уже при начале расследования. Сейчас они изменили свои показания. И официальная версия теперь, что я был задержан за то, что неправильно шел по эскалатору, неправильно пользовался. Т.е. сам себя на него выталкивал и пытался подняться наверх. А видеосъемка признана смонтированной. Причем никакой экспертизы не проводилось. Представитель УВД вначале сказал, что он поверхностно изучил эту съемку, а через пять минут он сделал вывод, что звук был вмонтирован, и капитан Рожнов этого не говорил. И что самое интересное – суд принял эти показания, а мои показания даже не были заслушаны.

К. ЛАРИНА: Дима, к сожалению, наше с вами время истекло. Напомните, пожалуйста, ваш ник в «Живом журнале», чтобы наши слушатели, которые хотят подробно ознакомиться с ходом событий, могли бы к вам зайти.

Д. ЩЕДРИН: d-schedrin.

К. ЛАРИНА: Я желаю вам удачи. Спасибо вам огромное за этот разговор. Всего вам хорошего. Это Дмитрий Щедрин. Вряд ли его можно назвать таким уж революционером. Это человек с фотоаппаратом, который пришел выполнять свой, может быть, в какой-то степени и долг на Триумфальную площадь, никого не трогал, ничего не орал, кстати, никаких лозунгов не выкрикивал, а просто фотографировал. Вот и дождался. Я заканчиваю свою сегодняшнюю небольшую передачу. Всё, что можно было успеть, я успела. Рада, что мои гости не зря провели время в эфире «Эхо Москвы». Всем вам спасибо. Пока.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире