'Вопросы к интервью
27 января 2011
Z Блог-аут Все выпуски

Теракт в Домодедово: свидетельства очевидцев и комментарии блогеров;
рейтинги блогосферы по версии «Медиалогии»;
за что закрыли ЖЖ Паркера;
зачем ведет блог Борис Акунин


Время выхода в эфир: 27 января 2011, 22:10

К. ЛАРИНА — 22 часа 10 минут. Добрый вечер. У микрофона Ксения Ларина. И мне так приятно приветствовать вас в этот вечерний час. Немножечко непривычно. Забыла немножечко. Но, тем не менее, здравствуйте. Действительно, это наша новая передача. Сегодня её первый выпуск. Посвящена она новостям блогосферы и самым интересным блогам, которые существуют в российском Интернете. Это, конечно, и Живой Журнал, это, конечно, и социальные сети – Facebook и Twitter. Ну, вы знаете, что мы идём в ногу со временем. Мы просто обязаны отслеживать в том числе и в первую очередь эту информацию. Давайте, у нас будет несколько рубрик, я скажу, мы собираемся сегодня поговорить с некоторыми авторами самых ярких постов. Я надеюсь также на ваше активное участие. И самое главное, что мне хочется сказать, что передачу я эту задумывала не для блогеров, а о блогерах. Для тех, у кого нет возможности пользоваться Интернетом и кто слушает новости из рунета только благодаря средствам массовой информации, когда появляются какие-то ссылки, когда новость приходит из блога и становится новостью №1. Я думаю, что даже те, кто далёк от блогосферы, от виртуального мира, даже те понимаю, насколько сегодня этот мир важен, актуален, насколько он опережает время. Наши партнёры в одной из рубрик компания «Медиалогия», которая регулярно будет нам давать еженедельно топ-10 самых цитируемых блогеров. С этого мы и начнём.

Материалы по теме

Имеет ли право президент РФ собирать деньги на благотворительность в социальных сетях?

нет, не имеет право
75%
да, имеет право
21%
затрудняюсь ответить
3%


ТОП-10. ЛУЧШИЕ БЛОГЕРЫ.

К. ЛАРИНА — Ну, понятное дело, что на первом месте неизменно будет самый главный блогер страны Дмитрий Анатольевич Медведев. Я сейчас вам эту десятку прочту, а потом мы про Медведева немножечко с вами поговорим, про блогера. Итак, на первом месте Дмитрий Медведев, на втором месте Алексей Навальный. Помню, что Алексей Навальный вступил в заочный спор с президентом «Транснефти» Николаем Токаревым, который заявил, что публикация блогера о хищении их компании не соответствует действительности и направлена на дестабилизацию её работы. Напомню также, что это исследование по итогам недели с 19 по 26 января. На третьем месте Аркадий Дворкович, тут понятно, стипендии, и по этому поводу, по поводу реплики его в Twitter’е, конечно, развязалась огромная дискуссия, и это стало настоящей полноценной новостью. На четвёртом месте Сергей Мавроди, который завёл свой блог и объявил о создании новой пирамиды – «МММ-2011», это отдельная история. На пятом Рустем Адагамов, блогер другой, которого вы хорошо знаете наверняка по ссылкам в новостях. На шестом месте Олег Черкунов, который на прошедшей неделе прокомментировал в своём блоге арест главы Краснокамского муниципального района Дмитрия Маркелова. На 7 месте Олег Кашин. На 8 – Илья Варламов, фотограф. И на 9 месте Unmint, блогер, это сотрудница аэропорта Домодедово. Ну, вот, видите, только в конце недели, естественно, это всё случилось в понедельник, в конце недели появились вот эти страшные истории, связанные с терактом в Домодедово. Ну и на последнем месте в этой десятке Антон Носик. Напомню, это неделя с 19 по 26 января. Что же наш главный блогер Дмитрий Медведев? Вы видите, что он этим увлечён невероятно, и даже Сергей Шнуров на своей лекции в Политехническом музее на вопрос «что делать Дмитрию Медведеву?» посоветовал ему завязать с Twitter’ом. Всё-таки уже взрослый мальчик. Что-то типа этого он сказал. Но тем не менее мы с вами видим, насколько волнует виртуальная жизнь нашего президента, до такой степени, что даже в Давосе после своего выступления он так любовно поглаживал эту свою папочку с ipad’ом и горестно рассказал о том, что, вот, открываю утром Интернет через известный прибор и читаю отзывы России о правительстве, о себе лично и сразу хорошо просыпаешься, сон уходит. Ну, я думаю, что на самом деле ему было очень грустно. Никто не поддержал эту печальную шутку, никто не рассмеялся. Но буквально сегодня нам блогер Медведев ещё один подарок преподнёс. Сегодня президент перепостил опубликованный в Twitter’е пользователем Ларин Руслан просьбу о сдаче крови для больного ребёнка. «Москвичи, малышу срочно нужна наша помощь», — написал пользователь Ларин Руслан, а Медведев опубликовал это сообщение в своём микроблоге. Известный блогер-фотограф Илья Варламов тут же ему написал: «Ну не может же президент ретвиттить просьбы о помощи, это уже даже не смешно». Президент ему ответил: «Может». Это, конечно, большая дискуссия, поскольку, как мне кажется, я тут согласна с возмущением Ильи Варламова, президент страны, если он видит просьбу о помощи у себя в Интернете, в своём Twitter’е, то он должен решить эту проблему, а не перепащивать её, не обращаться к гражданам своей страны, для того чтобы они все собирали помощь, помогали больному ребёнку. Это вопрос, который наверняка ещё будет дискутироваться, потому что сегодня, я слышала, по этому поводу высказался ещё и наш гость в «Особом мнении», главный редактор газеты «Известия» Виталий Абрамов, который как раз сказал, что, вот, президент – это человек. Что же вы ему отказываете в человеческом чувстве, человеческом участии. Но мне кажется, было бы правильным, если б он взял это на контроль и тут же решил эту проблему, потому что собирать деньги на благотворительность – это, извините меня, всё-таки не президентское дело. А я напомню, что раньше президент уже перепащивал сообщение уполномоченного по правам ребёнка Павла Астахова по поводу дела мальчика Ярослава Колосова. Ну, здесь, слава Богу, проблема судя по всему будет решаться. И операцию в Германии с помощью государства Российского ему всё-таки сделают. Я ещё раз поблагодарю «Медиалогию» за то, что они нам составляют такие рейтинги. И в следующий раз посмотрим, как будут перемещаться позиции, хотя что-то мне подсказывает, что несмотря ни на что, несмотря на трагические события вначале этой недели всё равно на первом месте будет главный блогер страны.

БЛОГ-ПОСТ

В этой рубрике мы будем с вами смотреть и читать самые главные и яркие посты, которые были опубликованы на прошедшей неделе. Ну, безусловно, самая обсуждаемая тема – это трагические события в аэропорту «Домодедово». Сообщения о теракте в Интернете появились почти сразу же после взрыва. По сети даже бродил слух, что президент Медведев узнал о происшедшем из Twitter’а. Ну, никто не знает, правда это или нет, но факт остаётся фактом. Официальные профессиональные СМИ, прежде всего телевидение, повели себя, увы, как всегда отвратительно, не нарушили привычный ход программ и даже не пустили бегущую строку. Не было никаких спецвыпусков. Ну, я думаю, что на эту тему мы отдельно будем говорить с Ирой Петровской в субботу. И наверняка Арина Бородина также выскажется в своей передаче «Программное обеспечение». Но тут меня ещё поразило, что на канале «Россия-24» президент России уже дал свою оценку, уже поговорил в телекамеру. Необходимо было, наверное, всё-таки даже ради его обращения прервать привычный ход программ, сделать паузу и выйти с экстренным выпуском. Но даже это не стало для телевидения поводом прервать эфир. Тем не менее в Живом Журнале и в Twitter’е, и в Facebook’е очевидцы рассказывали о трагедии, публиковали видеоматериалы. Немало было страшных слухов в отношении количества погибших. Но первые сведения и подробности были опубликованы именно в сети. Вот Эдуард Сагалаев пишет в Facebook’е: «Смотрю ленту и понимаю, что попросить политического убежища в стране «Российские социальные сети». Здесь и грусть, и гнев, и сострадание, а там, в РФ, Кущёвки в особо крупных размерах и лицемерие. А может Домодедово просто страшный сон? А реальный мир здесь? В любом случае спасибо за тепло и искренность, идущие из глубины экрана компьютера». Я, наверное, готова бы разделить такую пронзительную позицию по отношению к виртуальному миру Эдуарда Сагалаева, но меня помимо искренней боли и переживаний, которые демонстрировали пользователи Интернета, и, конечно же, те люди, которые попали в эту мясорубку и которые успели что-то сообщить на ленты. Самый первый, вот, замечательный предприниматель, владелец кафе, которое находится на территории «Домодедово» Илья Лихтенфельд, который первый, наверное, первый, я боюсь ошибиться, но, по-моему, это был он, первый написал о том, что в Домодедово теракт в Twitter’е: «Страшный взрыв в здании аэропорта, десятки тел, разорванных людей, звоните близким. Много погибших, у меня там сотрудники. Теракт произошёл в зоне международного прилёта. Нет света. Разорваны тела. Не можем найти сотрудницу, которая была на смене. Нигде её нет. Погибших не менее 70 – это говорят несколько человек, которые были прямо там. Раненых больше 100. Всё оцепили, никого не пускают». Илья Лихтенфельд стал настоящим героем Интернета, героем информации, настоящим журналистом, который по сути вот такой вёл репортаж прямой в Twitter’е из этого ада. Кстати, он один из первых опубликовал и первые фотографии трагедии, которые появились в Интернете и, естественно, потом их всех показывали по всем каналам телевидения в плановые выпуски новостей. А потом уже пошли комментарии. И среди комментариев недели меня поразил один текст, попавший в Топ-30 постов блогосферы. Это не политическая аналитика и не журналистское расследование. Это жёсткий беспощадный взгляд на сегодняшнюю Россию. Сформулирован он в вопросах, по большей части риторических. Автор – молодая девушка Аня. Её ник в ЖЖ – Many Peny, по-моему, так. Если что, она меня поправит, она уже у нас на линии. Её пост на сегодняшний день получил почти 700 комментариев. Я хочу его процитировать для вас, чтобы вы его услышали, а потом мы с Аней поговорим.

«Всё начинается с малого. Я хочу задать вопрос. У меня эти вопросы давно колобродят в голове. Все мои друзья не раз их слышали. Моя семья их слышала. Пусть их услышит Интернет. — Аня, прошу прощения, мне придётся сокращать ваш текст, поскольку он очень большой, — Почему, за какие такие великие грехи мы живём бок о бок с таким невероятным количеством мудаков? Ленивых, прожорливых, жадных и трусливых мудаков? Почему наш город, мой город выглядит так, как будто по нему Мамай прошёл? Почему не чищены улицы? Почему дичайшие пробки? Почему я должна бояться за жизнь и здоровье своих подруг, оттого что у них тёмные глаза и волосы? Почему когда я еду на работу, прикрывают Большой каменный мост, потому что туда отцы родные наши едут, и вся Москва стоит и покорно ждёт, пока проедут колесницы? Почему я стою в очереди в магазине, а передо мной бабушке не хватает 3 рубля на рулет, и ей его не продают? Почему через день после теракта на Парке культуры я еду на Киевскую, и поезд останавливается в туннеле минут на 5? И я вижу, как люди на моих глазах седеют от страха и сама я тоже седею? Почему никто не скажет по громкой связи, что поезд стоит по техпричинам? Почему я должна бояться поймать машину, чтобы элементарно доехать домой, засидевшись у подруги? Почему наших ветеранов унижают подачками на великий праздник? Почему мы должны бояться ложиться в бесплатные больницы, оплаченные нашими налогами? Почему к больным людям относятся как к скоту? Почему мы не видим наших инвалидов? Почему мои знакомые мужчины изучают и выбирают оружие для защиты себя и своих детей, жён? Почему это норма? Как в этой стране, в этом городе мне рожать детей и за что они должны погибать? Я прекрасно знаю ответы на эти вопросы. Они в сущности вполне просты. Но вопросы не уходят, они остаются. Всё начинается с малого. С того, что я описала. А то, что случилось вчера и в декабре, и весной – Домодедово, Манежка. Киевская, Парк культуры и много раньше – закономерность при таком развитии событий, при таком отношении».

Аня у нас на связи, да? Ань.

АННА — Да, добрый вечер.

К. ЛАРИНА — Добрый вечер, здравствуйте. Ну, вот, простите, что сокращать пришлось ваш текст, поскольку он…

АННА — Да нет, наоборот…

К. ЛАРИНА — Да?

АННА — Да.

К. ЛАРИНА — Ну, самое главное сказали, да? Ань…

АННА — Потом, конечно, это очень эмоционально было. Я, если можно, хочу всё-таки извиниться за достаточно жёсткую форму, потому что, конечно, чернуху, хоть это не пресса, но чернуху толкать, я считаю, что тоже пока что, конечно, не стоит.

К. ЛАРИНА — Ну какая ж тут чернуха? Вы просто описали всё, что каждый видит, да?

АННА — Ну, то, что вижу я.

К. ЛАРИНА — Ань, расскажите немножечко о себе. Вы кто, чем занимаетесь? Сколько вам лет, если не секрет?

АННА — Вы знаете, меня зовут Анна. Мне 22 года. Живу я в Москве. Работаю я в музее, в одном из крупном московских музеев.

К. ЛАРИНА — И получаете 9000 рублей, вы написали, да?

АННА — Да, я получаю, но я к тому же учусь в университете и плюс к тому я подрабатываю дизайнером…

К. ЛАРИНА — Угу.

АННА — У меня вот такой идёт поток жизни. Но в будущем я, конечно, не знаю, потому что я в музее… я бы очень хотела заняться книжной иллюстрацией, в том числе детских книг, я бы в первую очередь хотела заняться… поэтому, наверное, возможно, мой путь изменится, но пока так.

К. ЛАРИНА — Ань, скажите, пожалуйста, как вас приняли ваши читатели, ваши друзья, ваши френды в Живом Журнале этот пост, поскольку там огромное количество комментариев, мне интересно, наверняка там разделились мнения по этому поводу.

АННА — Вы знаете, на самом деле мнения, конечно, разделились, но я бы не сказала, чтобы они разделились сильно. Но, если честно, если честно, прочитав все 600 с чем-то комментариев, выслушав своих друзей в первую очередь, я пришла к выводу, что, наверное, я уже не только знаю ответы просто на эти вопросы, я уже в принципе достаточно точно знаю, что с этим можно сделать, но вопрос в том, что, насколько… я-то в своей жизни это буду делать, насколько другие люди будут делать.

К. ЛАРИНА — А как это возможно?

АННА — Ну, я хотела бы сказать, да, в первую очередь о том, что к власти, я сейчас в политику никакую лезть не буду, но я считаю, что власть должна обеспечивать людям безопасность, для того чтобы люди, люди вели себя как люди, потому что когда ты знаешь, что завтра ты можешь работать, ты можешь стараться, ты можешь помогать людям, ты можешь быть очень честным человеком, но если ты завтра можешь взорваться, то для тебя это всё несколько теряет какой-то вес. Оно не должно терять вес. Мы должны помнить о том, что мы в первую очередь люди, только уже потом мы врачи, милиционеры и так далее, и так далее, и так далее.

К. ЛАРИНА — Люди-то это понимают и вы это понимаете. А, вот, люди, которые…

АННА — Я бы не сказала. Я, вот, хочу, между прочим, кое-что сказать. Дело в том, что когда был теракт в аэропорту, многие… некоторые из моих знакомых и многие люди в городе Москва поехали тоже на своих машинах, на своём личном транспорте встречать людей и довозить их куда-нибудь до какого-то места, до метро как минимум, да?

К. ЛАРИНА — То есть не только движение «Наши» поехали, да?

АННА — Нет. Вы знаете, я хочу сказать – очень много людей. Мне очень многие рассказывали, что и коллеги с работы, и так далее. Я тоже хочу сказать спасибо, потому что я хочу сказать, что мне приятно жить в таком обществе, где есть такие люди, но я хочу вам сказать, что одна из моих знакомых сказала, что ей пришлось оправдываться за то, что она приехала с такой целью, потому что люди не верят. Она говорит – от меня отворачиваются так, как будто я сейчас посажу в машину, а потом заломлю цену.

К. ЛАРИНА — А, то есть когда она людям говорила, что она отвезёт их бесплатно, люди ей не верили?

АННА — Да. Это страшно, это очень страшно, потому что люди на самом деле – они не то, чтобы… оттого что мы не верим власти, да, которая не может нас защитить, мы начинаем не верить друг другу. Это наша первая ошибка, я считаю. Нужно очень, конечно, лучше сто раз лоб разбить, столкнувшись с чем-то неприятным, но один раз столкнуться с чем-то нормальным, нежели продолжать в упорстве не верить в то, что есть… что мы люди в первую очередь. Я не считаю, что мои сограждане – это какие-то нелепые вообще создания, которые неспособны на человеческое отношение, грубо говоря.

К. ЛАРИНА — Вы знаете, даже по тем кадрам, которые мы видели с мест событий трагических, было заметно, как многие люди раненые, сами контуженные, пытались оказать помощь тем, кто уже лежал на полу. Но при этом, с другой стороны, в самом здании аэропорта, тоже на это многие обратили внимание, когда уже скорая помощь и МЧС катили эти каталки с окровавленными людьми, по залу аэропорта мирно прохаживались милиционеры. И никто не бросился из них, не спросил, в чём дело, не нужна ли помощь, поскольку у них тоже как бы свои задачи, что называется, «это не моё дело».

АННА — Вы знаете, вот об этом я и говорю, да, то есть власть, власть должна быть… она должна обеспечивать безопасность, но эти же милиционеры – они те же самые люди. И я хочу, кстати, задать своим комментаторам вопрос, я надеюсь, они на него ответят. А многие из тех, кто комментировал «да», кто говорил – да, это правильно, и так далее, и так далее, многие ли из них работают в госучреждениях и многие ли из них врачи, милиционеры, там, и так далее, так далее, так далее. Они же тоже не мифические какие-то ЖЖ-блогеры, правильно? Они сами у себя на своей работе могут как-то тоже начать вести себя по-людски, или это только разговоры?

К. ЛАРИНА — А какие контраргументы они вам-то выкатывали? В чем они не соглашались?

АННА — Вы знаете, очень мало было контраргументов, я была удивлена этим, вообще, честно говоря, до глубины души. Но в основном… я запомнила, вот, одного молодого человека, он говорил о том, что не хочет так жить за работой, там, купи, там, облупи и так далее. Я говорю – я могу заработать, но в чём гарантия? Я могу не дожить до того дня и я могу остаться инвалидом до того дня, когда я заработаю. То есть в завтрашнем дне не уверен, не только через год будет. Я не знаю, что будет завтра. Вот это, я считаю, проблема власти. А, вот, остальное всё, что происходит – это, конечно, наши проблемы, нас, людей, и нам нужно с этого начинать, потому что, в конце концов, если мы сможем образовать общество, в котором люди не будут друг другу равнодушны, возможно, либо власть сменится, я, конечно, очень наивно говорю, вот, либо, в конце концов, те люди, которые не могут так жить, они тоже куда-то денутся.

К. ЛАРИНА — Я хочу сказать нашим слушателям, что то, что Аня сейчас говорит в эфире – это не пустые слова, потому что я купировала один эпизод из её текста по поводу бабушки, которой не хватало 3 рубля на торт, по-моему, да? И там вы написали, что вы её догнали, этот торт ей всучили, и это действительно так было?

АННА — Вы знаете, да, это действительно так было, потому что несмотря на то, что милиционеры достаточно шустрые, догоняют… достаточно быстро пасут.

К. ЛАРИНА — То есть вы купили за неё, заплатили деньги и этот торт….

АННА — Нет, я не за неё, потому что она покупала что-то уж совсем… мне просто не удобно… у меня не было никаких трёх рублей, у меня была большая бумажка, и я купили торт, потому что мне просто неудобно. И, вы знаете, я скажу вам так, мои друзья, те, кто мне близки, да? Они ведь делали тоже самое и они делают то же самое. И я вас уверяю в том, что есть такие люди. Это не откровение. Это не то, что мы какие-то тут невероятные послы доброты в этом мире. Нет, это просто нормально, уважительное отношение. Меня поразило другое. Почему она мне сказала, что ей стыдно? Она должна была принять это, как должное.

К. ЛАРИНА — Ей стыдно за то, что она… за бедность за свою, конечно, я понимаю…

АННА — Я считаю, что это не ей за это стыдно должно быть. Вот, понимаете? Вот, в чём дело. И я считаю… вот, кстати, тоже… я очень хотела обратиться к радиослушателям с тем, что, люди, дорогие, нужно давать помощь уметь, но нужно её и принимать уметь и просить уметь, когда она тебе нужна, потому что помощь реальная, да, она оказывается чаще всего из уважения, не из жалости. Это нормальный процесс. Это, вот, должно стать нормой, да? И как-то давайте всё-таки… и мне очень было удивительно, я говорю – за что вам стыдно, потому что ничего стыдного тут нету…

К. ЛАРИНА — Аня, вы слышали, как я рассказывала про сегодняшнюю историю с блогером Медведевым, который перепостил крик о помощи?

АННА — Да.

К. ЛАРИНА — Вот, на ваш взгляд, президент вообще имеет право такие вещи делать? Это не стыдно?

АННА — Вы знаете, на мой взгляд, да, он, конечно, таких вещей делать не имеет право. Дело в том, что если мы, люди, которые здесь живём, да, имеем гораздо меньшие возможности, да, и то себе, я надеюсь на это, не будем позволять это делать, это нелепые тирады в Интернет, а будем всё-таки делать, да?

К. ЛАРИНА — Угу.

АННА — То уж он своим примером должен в первую очередь показывать то, что мы должны все делать. Потому что, ну, как бы мы же не можем жить в виртуальном правительстве.

К. ЛАРИНА — Безусловно.

АННА — Которое выражается в том, что мы будем перепащивать друг другу посты.

К. ЛАРИНА — Да, и блогер Медведев будет в этом активно участвовать.

АННА — Мы же живые и тепленькие, мы здесь и сейчас живём, правильно?

К. ЛАРИНА — Анечка, всё, к сожалению, наше время истекло. Я очень рада с вами познакомиться. Напомню, что в Живом Журнале Аня пишет под псевдонимом Many Peny. И мне тут напоминают, что это секретарша Джеймса Бонда, да?

АННА — Ну, да. Правда, у меня неправильно написан ник, но найдёте.

К. ЛАРИНА — Спасибо вам. Спасибо и удачно.

АННА — До свидания.



НОВОСТИ



К. ЛАРИНА — 22 часа 33 минуты. Мы продолжаем нашу программу. Я немножко выдохну и теперь сообщу нашим слушателям все средства связи, которыми мы располагаем. Значит, СМС +79859704545. Телефон прямого эфира 3633659. Есть, конечно же, есть эта программа, посвящённая социальным сетям и блогам в Интернете. Подожди, пока не звони… Мы успеем пока кое-что со слушателями обсудить. Конечно же, у нас есть Twitter под названием vyzvon. Вот это наш адрес. Сюда можете тоже чего-то присылать, если хотите. Ну, я надеюсь, что мы так будем тоже немножечко оформлять передачу в стиле Интернета, конечно же, хочу я и видеотрансляцию, просто сегодня первая передача, немножко распределиться надо было. Будет и видеотрансляция, и, конечно же, будет блог программы Блог-аут на нашем сайте, который я буду постоянно вести. Кроме этого, напомню вам, что у меня есть постоянный блог в Живом Журнале под названием xlarina. Есть я и в Twitter’e xlarina1, есть и в Facebook’е под своим почётным именем – Ксения Ларина. Так что везде можете меня найти. И я буду рада всегда вашей помощи, чтобы вы могли мне сюда прислать какие-то ссылки на интересные блоги, интересные community, сообщества в Живом Журнале и в других сетях. Ну и, конечно, будем так открывать новые имена. Я очень рада, что сегодня я, например, познакомила вас с девушкой Аней, которая, вот, такой неравнодушный человек. Так. Ну теперь давайте пойдём дальше. Давайте мы пойдём дальше, поскольку у нас тут скандал произошёл в Живом Журнале на прошедшей неделе. Немножечко у нас сейчас тут будет мирная тема в этой части программы. Дело в том, что есть такой журналист Максим Кононенко, которого, я надеюсь, знают не только пользователи Интернета, но и читатели различных средств массовой информации и радиослушатели. Но в Интернете, конечно, это тоже фигура суперпопулярная. Зовут его там Мистер Паркер. И, вот, регулярно у него случаются такие провокативные посты в Живом Журнале, за которые он потом либо отстреливается, фигурально выражаясь, от своих читателей, либо от конфликтной комиссии в Lifejournal. Максим, ты здесь?

М. КОНОНЕНКО — Да, привет.

К. ЛАРИНА — Привет, дорогой, здравствуй. Значит, на прошедшей неделе конфликтная комиссия Живого Журнала перевела в режим «только для чтения» блог журналиста Максима Кононенко, Мистер Паркер из-за призывать убивать собак. Правила сервиса запрещают пропаганду жестокости и насилия. Ну, вот, для начала я бы хотела, Максим, поскольку не все читают Живой Журнал, а обнаружить эти посты уже невозможно, что ж там такое было страшное? Может быть, ты расскажешь?

М. КОНОНЕНКО — Был видеоролик опубликован с YouTube’а, на котором свора бродячих собак нападает на девушку.

К. ЛАРИНА — Так.

М. КОНОНЕНКО — Мирно идущую по улице. И прибегает дворник разгонять собак лопатой, вот. Значит, это далеко не первый мой пост на эту тему, на тему того, что по Москве ходит огромное количество здоровенных собак с огромными зубами, которые представляют реальную опасность. Городские власти с ними ничего не делают, поэтому я говорю людям – вы сами как-то справляйтесь с этим. Я считаю, что эти собаки ничем не отличаются от крыс и почему-то за призывы проводить дератизацию у нас Живые Журналы не закрывают. За призывы избавляться от бродячих собак – закрывают.

К. ЛАРИНА — А какой… как ты был призыв? Что ты написал, скажи пожалуйста.

М. КОНОНЕНКО — Там было написано, что надо убивать.

К. ЛАРИНА — То есть ты так открытым текстом это написал?

М. КОНОНЕНКО — Ну а каким это ещё текстом писать?

К. ЛАРИНА — Угу. А второй про что?

М. КОНОНЕНКО — А второй тоже был там… там был опубликован метод, который я тоже в ЖЖ нашёл, не один я озабочен этим вопросом. Существуют препараты, безопасные для людей, которые убивают собак. Лекарство со сложным названием от туберкулеза, я не помню его название, не смогу воспроизвести по памяти.

К. ЛАРИНА — Я сейчас когда ехала на программу, в 8 часов сегодня, кстати, была передача у Малахова «Пусть говорят» как раз в тему про девочку, которую огромный пёс, не помню, как его… я не разбираюсь в этих породах… задрал так, что на ней живого места нет. Трёхлетний ребёнок. И по этому поводу была передача. И собаку эту привели прямо на эфир. Один… сказал, что собаку вообще-то надо было усыпить, что вы её привели. Так что здесь у нас очень странная такая, действительно, двойная мораль, потому что пропаганда жестокого обращения с животными у нас запрещена, а жестокого обращения с людьми вполне себе разрешена. Вот, у меня вопрос к тебе. Как ты считаешь, вообще, справедливо поступил суд, таким образом тебя наказав?

М. КОНОНЕНКО — Ну, суд всячески открещивается, говорит, что комиссия работает независимо от него.

К. ЛАРИНА — А что это такое за конфликтная комиссия?

М. КОНОНЕНКО — Ну. Она исторически существовала с самого начала существования Lifejournal. Это некий такой орган, в котором сидят такие люди, которым можно пожаловаться на несоответствие того или иного поста, там, законодательству, нормам морали. Они там разноязычные люди сидят, и, значит, вот, посты на разных языках отслеживают. Это не первый раз, когда мой журнал закрывали…

К. ЛАРИНА — Да, я помню, тебя закрывали за объявление войны Англии, как барон Мюнхгаузен.

М. КОНОНЕНКО — Да. Вот, например, тоже была причина, прекрасная для закрытия. Люди там сидят, в общем, мало адекватные. С ними я давно зарёкся иметь какие-то взаимоотношения. Они Тёмин журнал закрывали за то, что он там голые сиськи опубликовал.

К. ЛАРИНА — Артемия Лебедева, я объясню нашим слушателям, за то, что он опубликовал обнажённый топлесс, да?

М. КОНОНЕНКО — Да… и оказалось, что девочке нет 18 лет.

К. ЛАРИНА — Угу.

М. КОНОНЕНКО — Хотя она эту фотографию сама повесила в свой Живой Журнал.

К. ЛАРИНА — А слушай, а как работает эта комиссия? Это должен пожаловаться на тебя или они сами отслеживают?

М. КОНОНЕНКО — Не-не, конечно, должен кто-то пожаловаться. Все отслеживать – это как думать о том, что ФСБ прослушивает все наши телефонные разговоры. Конечно, у них рожа треснет всё читать. Им жалуются, им жалуются. Безусловно, такая тема, вот, с собаками – она очень горячая. И есть огромное количество людей, которые считают, что всех людей надо убить, для того чтобы жили собаки.

К. ЛАРИНА — Угу.

М. КОНОНЕНКО — И когда собака кусает человека, они говорят, что виноват человек. Он или спровоцировал, или он бросил. А на мой вопрос, регулярно тоже задаваемый, а чем собака отличается от овцы, от крысы, они говорят – собака – высоко интеллектуальное существо, которое приручил человек, и бродячая собака – это, значит, вина человека, что она бродячая. Ну, вот, такие какие-то сложные философские построения.

К. ЛАРИНА — А, ты знаешь, наверное, это всё-таки такая, безусловно, провокативная вещь, очень спорная, безусловно дискуссионная. Об этом действительно нужно говорить, что называется, собирать по этому поводу круглые столы, дискуссии, и в том же самом парламенте об этом где-то… понятно. И в Живом Журнале, кстати, тоже, безусловно, сам Бог велел. Но вопрос в том, правы вы или не правы. Есть в этом нарушение закона? есть в этой статьей пропаганда жестокого обращения с животными? Наверное, есть. Вот так, если по закону говорить. Если ты призываешь убивать собак.

М. КОНОНЕНКО — А что такое «жестокое обращение»? Вот там в законе про жестокое обращение с животными в нашем Уголовном Кодексе там написано, что это такое. Это когда ты убиваешь животными из хулиганских побуждений или причиняешь ему мучения из корыстных побуждений. А ни подо что это не подпадает мой текст, потому что я говорю – ребята, животные, которые… как, я потерял слово, они опасны.

К. ЛАРИНА — Опасны.

М. КОНОНЕНКО — Речь идёт о защите.

К. ЛАРИНА — Угу. Ты писал там в комментарии к этому событию, к этой новости, что очень достаточное количество денег на благотворительные цели ты собирал с помощью Живого Журнала. И такой достаточно радикальный вывод делаешь, что собаки будут жить, а дети умирать, да? Ну, я понимаю, что это эмоционально, да. Во-первых, скажи, какова дальше судьба живого журнала Паркера. Это такая временная санкция или что это такое?

М. КОНОНЕНКО — Ну, это как бы… первая стадия – это предупреждение, которое они мне прислали после предыдущего поста. Вторая стадия – это перевод в журнала в «read only», а третья стадия – это его suspend.

К. ЛАРИНА — То есть ты должен себя хорошо вести?

М. КОНОНЕНКО — Я должен вступить с ними в какие-то переговоры.

К. ЛАРИНА — Ага.

М. КОНОНЕНКО — Разумеется, ни в какие переговоры я с ними вступать не стану, потому что я уже говорю – сто лет назад зарёкся это делать. А по поводу, там, сбора денег мы придумаем какие-то другие способы это делать, но уже без Живого Журнала.

К. ЛАРИНА — Вопрос, который сегодня я пытаюсь задать всем участникам нашей программы. Их не так много. Вот, слушатели. И второй у нас на связи… по поводу сегодняшней истории с Twitter’ом медведевским, когда он перепостил крик о помощи больному ребёнку, сделал перепост у себя в Twitter’е. Как ты думаешь, это правильно президент поступил? Имеет он право на такие шаги?

М. КОНОНЕНКО — Вообще, так… у меня иногда складывается впечатление, что он не очень адекватен. Кстати, это не первый случай… не конкретно, там, с Медведевым, а с другими людьми, которые тоже большие чиновники, которые вместо того чтобы помочь в конкретном случае, причём, суммами не очень большими, они делают репост, значит, остальным. Для меня это странно. Когда, вот, я помню, к Путину принесли эту, вот, просьбу увидеться с ним от мальчика, помните, в РДКБ?

К. ЛАРИНА — Да.

М. КОНОНЕНКО — Путин приехал и, там, построил больницу.

К. ЛАРИНА — Да.

М. КОНОНЕНКО — В этом, безусловно, была куча пиара, но больница-то есть.

К. ЛАРИНА — Угу, угу.

М. КОНОНЕНКО — Медведев мог бы решить эту проблему с помощью одного телефонного звонка. Ну, почему-то не захотел.

К. ЛАРИНА — Может, действительно, в голову не пришло? Может, это эмоциональный порыв? Или человек расписывается в собственной беспомощности. Да, вот, у нас так. Вот, давайте всем миром собирать.

М. КОНОНЕНКО — Я вообще не понимаю, что он делает в Twitter’е. Мне хочется спросить… ребята, вот, я плачу налоги, вообще-то, вот этих всех людей, которые там сидят, чиновников.

К. ЛАРИНА — Угу.

М. КОНОНЕНКО — Я плачу налоги. И я вижу, что вы полный рабочий день сидите в этом Twitter’е, пишите какую-то херню про какие-то выставки, какие-то фильмы, книги. Вы работаете вообще или нет? За наши деньги…

К. ЛАРИНА — Ну, кстати, кто-то поднимал этот вопрос – запретить чиновникам вообще в блоге писать что-либо.

М. КОНОНЕНКО — Это Шигаев поднимал этот вопрос.

К. ЛАРИНА — Да, да, да.

М. КОНОНЕНКО — Но это по другой причине, потому что они все выглядят там идиотами. Ну, не все, но большинство.

К. ЛАРИНА — То есть лучше не подставляться?

М. КОНОНЕНКО — Конечно.

К. ЛАРИНА — Ну, хорошо, да. Спасибо тебе большое. Ещё одну тему подарил для обсуждения нам, да. Напомню, это Максим Кононенко. Он же Мистер Паркер. Мы надеемся, что суд и конфликтная комиссия всё-таки соблаговолит вернуть Паркера его френдам, а Максиму спасибо.

М. КОНОНЕНКО — Спасибо вам. Пока.

К. ЛАРИНА — Пока, пока. Вот, давайте, у нас сейчас есть буквально несколько минут, для того чтобы уже с вами побеседовать. Значит, я напомню телефон прямого эфира – 3633659. И, конечно, тут можно, конечно, обсудить две темы. Но меня волнует больше всё-таки Twitter президента в данном случае, поскольку это очень спорный вопрос. Ещё раз напомню, что, вот, президент как пользователь Интернета увидел сообщение о том, что ребёнку нужна помощь, и вместо того чтобы действительно сделать один звонок и решить проблему, просто, значит, перепостил это, что называется, пустил в массы, поскольку у него-то уж, конечно, огромное количество пользователей и читателей, для того чтобы откликнулись какие-то богатые люди и помогли больному ребёнку. Вот, на ваш взгляд, есть ли в этом поступке… чего больше всё-таки? Какого-то там, не знаю, цинизма, растерянности, неадекватности, как говорит Максим Кононенко, или это такой порыв человека, действительно, сделать доброе дело? Только не забывайте, пожалуйста, дорогие друзья, что это дело сделал не простой пользователь, не простой твиттерянин, а Президент Российской Федерации. Наш телефон 3633659. И у нас есть возможность вас послушать. Алло, здравствуйте, алло, алло.

СЛУШАТЕЛЬ — Алло, здравствуйте.

К. ЛАРИНА — Да, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ — Меня зовут Андрей. Я из Москвы.

К. ЛАРИНА — Да, Андрей.

СЛУШАТЕЛЬ — Ну, вот, по поводу вашего вопроса о президенте я считаю, это до такой степени цинично, цинично и бессовестно, вот, просто, вот, нереально. Позорное поведение. Нехорошо так делать. Вот, абсолютно прав Максим Кононенко, когда сказал, что, вот, мог бы реально сделать дело хотя бы одно единственное маленькое дело для одного человека… вот, посмотрите, как живут наши люди. Не знаю, это не видно, наверное, из Москвы, как живёт Россия, но почему же такие деньги тратятся на ерунду, действительно, на ерунду? А социально, вот, людям ничем-ничем никто не помогает. Сплошная болтовня.

К. ЛАРИНА — Андрей, спасибо. Я поняла ваш порыв. Я уже думаю, надо проголосовать, наверное. Наташ, давай-ка мы заведём голосовалку, нам время позволяет это сделать. Вопрос… я сейчас его сформулирую, быстро-быстро сформулирую. Имеет ли право Президент Российской Федерации собирать деньги на благотворительность в социальных сетях? Да – 6600664. Нет, это не дело президента, он должен помогать реальными делами. Ещё раз. Имеет ли право Президент Российской Федерации собирать деньги на благотворительность в социальных сетях, для того чтобы помочь больным детям? Да – 6600664. Нет – 6600665. Не могу найти правильную мышь. У меня их много. Вот эта что ли? А что я нажимаю-то? Здесь ничего не работает. Что ж такое. Вот, доброе дело решишь сделать – нет. Всё валится. Ну давай делай что-нибудь. Пока Наташа Класова тут что-то делает, я вас послушаю по телефону прямого эфира. Ещё есть время, пожалуйста, 3633659. Вопрос прозвучал, я думаю, что на него ответить можно однозначно. Да или нет. Алло, здравствуйте, алло.

СЛУШАТЕЛЬ — Алло, здравствуйте.

К. ЛАРИНА — Да, здрасти.

СЛУШАТЕЛЬ — Дмитрий из Москвы.

К. ЛАРИНА — Да, Дмитрий.

СЛУШАТЕЛЬ — Вы знаете, моё мнение следующее. Нынешняя власть, скажем так, медвепутов, в целом – это власть великой имитации и великого популизма, принятом в части народа безделья и бездействия. И вот это очередное просто проявление, и, конечно же, не имеет право он всем этим заниматься, как и, в общем-то, фактически разрушать Россию своей деятельностью. Вот, простите, может, немножко резкие слова…

К. ЛАРИНА — Но, вот, скажите, давайте всё-таки вернёмся. У человека был порыв. Он заходит в Twitter в свой родной и любимый, в котором он сидит круглые сутки между рабочими своими поездками, да?

СЛУШАТЕЛЬ — Угу.

К. ЛАРИНА — И видит, что такой, вот, призыв о помощи. Естественный порыв нормального человека – конечно, придать это гласности, чтоб как можно больше людей откликнулось. Он это делает.

СЛУШАТЕЛЬ — Вы знаете. Нет, естественно, вот, согласен со всеми предыдущими выступающими, не дело это его.

К. ЛАРИНА — А что он должен сделать, когда он видит такое объявление? Где угодно – в газете, на заборе, в Twitter’е, что он должен?

СЛУШАТЕЛЬ — Замечательно. Он должен в первую очередь действительно работать, не заниматься… не нужно никаких кличей, у нас народ очень друг друга и так выручает и помогает, где может, и последним делится. А они нас фактически за баранов держат, за каких-то, вот, непонятных. У нас всё самообразуется. Они нам жить мешают и давно, понимаете, нормально мешают жить. И все эти призывы – это пиар, дешёвый, рассчитанный, вот, я, к сожалению, считаю, на то, что они нас просто считаю, по-моему, всех вместе каким-то стадом, которыми им интересно управлять и весело. Как играют в копьютер.

К. ЛАРИНА — Да. Спасибо.

СЛУШАТЕЛЬ — Это моё мнение.

К. ЛАРИНА — Спасибо вам большое. Да нет. Что вы извиняетесь. Всё у нас тут честно и открыто высказываются. А у нас заработало голосование. Я ещё раз напомню, потому что мне интересны эти результаты. Имеет ли право Президент Российской Федерации собирать деньги на благотворительность, на помощь больным детям в социальных сетях? Да, президент тоже человек – 6600664. Нет, президент должен помогать реальными делами, решать проблему – 6600665. Голосование идёт. Ну что ж, пока у нас идёт голосование, мы можем уже перейти к нашей следующей рубрике, которая у нас называется… ну, давай, вот эту поставь, пожалуйста.

БЛОГ-АУТ. ПЕРСОНА.

К. ЛАРИНА — Итак, мы в этой рубрике, пока идёт голосование, вы голосуете. Как раз нашей персоне привожу результаты голосования. В этой рубрике «Персона» я собираюсь представлять блоги известных людей. Не просто представляю блогеров, вас это слово, я чувствую, пока очень сильно раздражает, а известных людей, публичных, которые вдобавок ко всему ещё и ведут личные блоги. Сегодня у нас в этой рубрике писатель Борис Акунин, Григорий Чхартишвили. Алло, Григорий, вы здесь?

Г. ЧХАРТИШВИЛИ — Да, добрый вечер.

К. ЛАРИНА — Да, добрый вечер, здравствуйте. Ой. Не добрый вечер. А вечер-то оказался не добрый. Так. Напомню, значит, блог называется «Любовь к истории». Автор именует своё сообщество, своих друзей «Благородным собранием». Создан этот блог 7 ноября 2010 года. Но самое-то главное, что попасть к нему в друзья и получить право на комментарий совсем непросто. Для этого нужно пройти несколько уровней проверки. Это первый случай на моей памяти в Живом Журнале, когда френды проходят через такой жёсткий фильтр, через сито. Григорий, вы здесь?

Г. ЧХАРТИШВИЛИ — Да, я здесь.

К. ЛАРИНА — Да. Я тоже, кстати, проходила эти тесты, но что-то мне подсказывает, что меня зафрендил Чхартишвили, не потому что я правильно ответила на все вопросы, а потому что просто мы с ним знакомы. Скажите, пожалуйста, Григорий, для чего такие кордоны вы выставили вокруг своего блога?

Г. ЧХАРТИШВИЛИ — Это сделано специально и даже нарочно. Дело в том, что меня вся эта затея в том числе интересует как своего рода эксперимент. Мы все знаем, что российская блогосфера – это, в общем, территория такого дикого и тотального хамства.

К. ЛАРИНА — Это правда.

Г. ЧХАРТИШВИЛИ — Вот. И мне захотелось посмотреть, сколько людей захочет вести себя на каком-то одном острове цивилизованным образом, сколько их там соберётся и как долго они продержатся. Именно поэтому я ввёл всякие вот такие вязкие дурацкие правила, для того чтобы отсеять, так сказать, ну, каких-то, вот, бездельников, людей, которые не ценят право слова, да?

К. ЛАРИНА — Ага.

Г. ЧХАРТИШВИЛИ — И, вот, в результате тех, кто вступил в этот самый клуб, он у меня там называется «Благородное собрание», потому что все ведут себя вполне благородным образом, их много и число их всё время растет. И надо сказать, что содержание и тон обсуждений, вот, в комментариях меня радуют. Там вполне сталкиваются противоположные мнения, но никто никого не оскорбляет и никто никому не хамит. Ну, посмотрим, что будет дальше.

К. ЛАРИНА — Там, кстати, собираются очень интересные люди. Иногда читаю комментарии к вашим постам и понимаю, что, конечно, это собрание действительно благородное. Но, вот, последний пост вы написали о том, что некие новшевства ещё вводите, для того чтобы понять, из чего состоит пространство ваших друзей, вот это благородное собрание. И я так понимаю, по последним результатам там всё больше людей творческих, да?

Г. ЧХАРТИШВИЛИ — Вообще, процент творческих людей, судя по вот этой самой добровольной анкете, довольно большой, довольно большой. Ну, с другой стороны, у нас вообще ведь людей, которые ведут блоги, среди них творческих людей много. Они так или иначе себя каким-то образом проявляют, да?

К. ЛАРИНА — Угу.

Г. ЧХАРТИШВИЛИ — Вот. Человек может работать где угодно и при этом заниматься творчеством и считать это основным занятием. Это нормально.

К. ЛАРИНА — Угу. В свободное от работы время человек творит. Так, кстати, много людей, которые очень хотят рассуждать не только на актуальные сегодняшние темы, не только размахивать пистолетами и саблями, но и немножечко так, что называется, друг друга образовывать. Я к чему перехожу. В вашем Живом Журнале очень много интересных глав, которые, наверное, когда-нибудь соберутся в книгу, но тем не менее есть посты, есть тексты, посвященные каким-то актуальным событиям. И одно из последних – это ваша реакция на приговор Ходорковскому и Лебедеву, где вы просто обратились к своему сообществу в том числе и к интеллигенции в частности, для того чтобы не забалтывать, не замалчивать эту тему, а всё-таки каким-то образом оставлять её наплаву, на виду, для того чтобы, как вы говорите, ребята совсем там не погибли. В связи с этим у меня к вам вопрос уже другого порядка. А вот эта интеллигенция, к которой вы обращаетесь и говорите о том, что должно быть много людей с известными именами. Мы же все этих людей знаем. Их по пальцам можно перечесть, которые готовы на такое обращение, которые готовы свою подпись поставить под таким письмом.

Г. ЧХАРТИШВИЛИ — Ну, я думаю, что я не могу себе представить живое существо, у которого такое количество пальцев, потому что этих людей очень много.

К. ЛАРИНА — Много, да?

Г. ЧХАРТИШВИЛИ — Очень много. Вот, я, например, ну, если так будет идти дальше, я имею в виду, вот, давление на Ходорковского и Лебедева, то людей, поддерживающих его в среде деятелей культуры, ну, будет больше, я уверен, что они сейчас уже составляют большинство. И я уверен, что письмо появится, сбор подписей уже идёт. И это будет, ну, весьма впечатляющий подбор имён.

К. ЛАРИНА — Вы сами замечаете, вот, вы в блогосфере не так давно всё-таки. Сколько там? Месяца 2 получается, 3, да? Ноябрь, декабрь, январь. Три месяца.

Г. ЧХАРТИШВИЛИ — Блог…

К. ЛАРИНА — Да.

Г. ЧХАРТИШВИЛИ — Я… да, да, да. 2 месяца, да.

К. ЛАРИНА — Скажите, пожалуйста, а вы ощущаете, что там формируется некое гражданское общество, о котором мы так мечтаем в реальной жизни или мы это преувеличиваем?

Г. ЧХАРТИШВИЛИ — Нет, я не думаю, я не думаю, и, собственно говоря, такой задачи у меня не было. Мне вполне достаточно, чтобы люди вежливо общались друг с другом. Вообще, мне кажется, что проблема вежливости – это, может быть, коренная проблема нашей страны. И, вообще, всё, что я не люблю в нашей стране сверху донизу, так или иначе связано с хамством. Я считаю, это наш главный враг. И тон дискуссий важнее предмета дискуссий. И то, как люди говорят… На мой взгляд, вот, на нашем этапе развития это самое важное.

К. ЛАРИНА — Ну ещё один вопрос, который сегодня у нас как бы является таким главным… главной темой, которую мы обсуждаем в этой передаче… сегодня Президент Российской Федерации Дмитрий Медведев позволил себе перепостить, что называется, сообщение, просьбу о помощи, помочь больному ребёнку. Он увидел это сообщение в Twitter’е и сделал перепост, опубликовал это у себя. В связи с этим возник вопрос – имеет ли право Президент Российской Федерации собирать деньги на благотворительность в социальных сетях или всё-таки у него есть некие другие рычаги управления и работы с такими проблемами? Вот, ваш взгляд на эту новость.

Г. ЧХАРТИШВИЛИ — Мне это кажется немножко странным. Это всё-таки отдаёт пиаром, хотя, конечно, это симпатичный пиар. Вообще-то, обычно для страны, чтобы такого рода вещами занималась первая леди, да, жена президента.

К. ЛАРИНА — Угу.

Г. ЧХАРТИШВИЛИ — Да. Как-то, вот, это более традиционно. В том, что касается…. Президент всё-таки главным образом отдаёт распоряжения. Да, такова его функция. Это инстанция, которая принимает решения. Так мне кажется.

К. ЛАРИНА — Угу. Ещё один последний вопрос, поскольку мы говорим, завершая неделю… так, это у нас в понедельник всё случилось в Домодедово… вот, про это не написали у себя в Живом Журнале, а напишете что-нибудь?

Г. ЧХАРТИШВИЛИ — Вы знаете что? Я на это… ну что про этому поводу можно написать? То, что мы все думаем, мы говорим. Я на это откликнулся несколько косвенным образом. Я рассказал историю, которая, как мне кажется, должна действовать духоподъёмно, будучи совершенно не кровавой. Это, как у нас говорят, асимметричный ответ.

К. ЛАРИНА — Угу, угу.

Г. ЧХАРТИШВИЛИ — Вот, а повторять, ну, вот эти вот слова, ну, как-то… ну что… кто я такой… информационное агентство?

К. ЛАРИНА — Нет. Вы писатель Борис Акунин, в миру – Григорий Чхартишвили, автор блога «Любовь к истории». Я желаю удачи вам и вашему «Благородному собранию».

Г. ЧХАРТИШВИЛИ — Спасибо, Ксения.

К. ЛАРИНА — Спасибо. Счастливо.

Г. ЧХАРТИШВИЛИ — Всего хорошего.

К. ЛАРИНА — До свидания. Ну что ж, напомню, это Борис Акунин был. А нам остаётся подвести итоги нашего голосования. Я спрашивала вас, имеет ли право Президент России собирать деньги на благотворительность в социальных сетях. Лишь 12,5 % наших слушателей такое право нашему президенту дают. Подавляющее большинство, 88 почти процентов считают, что не царское это дело, в смысле в том, что всё-таки у Президента Российской Федерации должны быть другие механизмы и рычаги работы с такими проблемами. Действительно, это стыдно. Даже такой порыв, может быть, человеческий. Думаю, что наверняка хотя бы он ответить должен был по-другому блогеру Варламову, который спросил – не стыдно ли вам? Что-то типа этого. Ну что, дорогие друзья, мы заканчиваем. Время 23 часа. Я должна уже выметаться из эфира. Не знаю, как вам, мне было с вами сегодня интересно. Прошу прощения за то, что мы приняли мало звонков. Это была первая передача. Я просто пыталась как-то распределиться. Но меня радует одно – что всё, что я запланировала, я успела сделать. Но, к сожалению, мало с вами поговорила. В следующий раз обязательно мы это время и место найдём. И я всех призываю к нам на наши блоги, в живые журналы, в Facebook’и, в Twitter’ы, приходите, мы везде. С вами была Ксения Ларина. Счастливо.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире