'Вопросы к интервью
19 октября 2011
Z Интервью Все выпуски

Новый поворот в деле о похищении и убийстве Антона Сапсая


Время выхода в эфир: 19 октября 2011, 23:08

В. ДЫМАРСКИЙ: Добрый вечер. Я приветствую аудиторию радиостанции «Эхо Москвы». У микрофона Виталий Дымарский. Сегодня мы в течение получаса будем говорить о похищении и убийстве Антона Сапсая. Дело достаточно громкое. «Эхо Москвы» и другие СМИ не раз обращались к нему, оно находится в поле зрения и в поле внимания журналистов и нашей радиостанции, и «Новой газеты», я в Интернете видел очень много материалов по этому делу. Мы, продолжая следить за развитием событий, сегодня принимаем в студии Елену Бухарину, адвоката родственников Антона Сапсая. Добрый вечер, Лена.

Е. БУХАРИНА: Добрый вечер, Виталий.

В. ДЫМАРСКИЙ: Мне остается напомнить нашей аудитории номер для смс +7-985-970-4545, на Twitter'е аккаунт vyzvon. А я тогда приступлю к разговору с Еленой Бухариной, адвокатом родственников Антона Сапсая. Лена, я думаю, что не все наши слушатели постоянно следят за развитием этого дела, хотя тот, кого интересуют подробности, может обратиться в тот же Интернет, там много можно найти. Дело достаточно запутанное, с огромным количеством участников, прямых и косвенных. Может быть, вы нам саму канву расскажете с самого начала и к чему мы сегодня пришли.

Е. БУХАРИНА: Совершенно верно. Дело интересное, дело абсолютно не стандартное, про него много писали в «Новой газете», совсем недавно была очередная публикация. Суть дела такова, что в апреле 2010 года был обнаружен в лесном массиве труп гражданина Сапсая Антона Александровича. Разыскивать его начали ранее, разыскивать его начали с декабря 2009 года, поскольку в 2009 году он ушел из дома и не вернулся. Произошла такая история. Ушел он из дома на встречу со своей бывшей однокурсницей, одноклассницей, к некой граждане Калигиной.

В дальнейшем выяснилось, что от дома, где он проживает, он был похищен тремя лицами – Шумлянским, Мартиросяном, еще одним товарищем, который до настоящего времени не установлен. Его запихнули в машину, привезли в подвал в городе Одинцово, где находился Кафаров, ожидал, стали с него вымогать деньги, причиняли телесные повреждения. В дальнейшем было сообщено о том, что он был задержан еще одними лицами – Исаковым и Становым, которые выехали, забрали его из подвала Одинцово и увезли Сапсая в лесной массив, где он был зверски убит. У него была переломана трахея, горло, дышать самостоятельно он не мог, передвигаться самостоятельно он не мог, он был брошен умирать.

Здесь начинаются самые интересные моменты. Родственники Сапсая, его мама с папой с утра кинулись разыскивать сына, кинулись в органы внутренних дел, кинулись к Калигиной и стали выяснять, где их сын. На что свидетельница – акцентирую внимание, что свидетельница – Калигина заявила…

В. ДЫМАРСКИЙ: Это та девушка или женщина, которая вызвала его на встречу.

Е. БУХАРИНА: Да. Она говорит: «Я не знаю. Он ко мне не пришел». Самое интересное, что она является близким человеком, как она в суде поясняет, г-на Шумлянского. Шумлянский у нас по делу проходит, везде описано в показаниях, имеются ссылки, что он имеет отношение к определенным ОПГ. У нас есть телефонные соединения, где Калигина до момента, когда Сапсая повезли в лес убивать, тесно связывалась с Шумлянским, который находился в этот момент в подвале в Одинцово с Сапсаем. Вот такая интересная ситуация.

Дело было изначально возбуждено в Западном округе, достаточно активные следственные действия предпринимались по розыску Сапсая в Москве. Были получены телефонные соединения с постановления. У нас Московский Городской суд санкционирует такие вещи. Прослушивание телефонных переговоров. Калигину неоднократно вызывали, выясняли, что произошло, как произошло. Но она достаточно тонко уводила ситуацию от Шумлянского, уводила следствие по ложному следу. В результате достаточно долго не могли понять, что же произошло. В результате все-таки выяснили, когда уже 10 апреля обнаружили труп Сапсая. Дело передали, поскольку обнаружили в Одинцово, по месту обнаружения трупа дело передали в следственное управление следственного комитета города Одинцово. И тут начались проблемы. Расследовать дело никто не хотел. На сегодняшний день следственное управление, оно препятствует всеми возможными способами, чтобы дело было объективно расследовано и было объективно предъявлено обвинение.

В. ДЫМАРСКИЙ: Как можно этому препятствовать?

Е. БУХАРИНА: Я вам сейчас расскажу. Очень интересная история. Мы знаем о том, что следователи, они процессуальные документы составляют, а существует еще так называемое оперативное сопровождение дела. Есть сотрудники милиции, так называемые опера, как мы их привыкли называть, которые рыскают, ищут и иногда находят. В этой ситуации этим занималось УВД города Одинцово под руководством начальника оперативного подразделения по фамилии Курган, также был сотрудник милиции Ретинский, которые установили, кто это совершил. И не только установили, но даже нашли этих людей, и даже задержали этих людей, и привезли этих людей к следователю.

На сегодняшний день установлено по детализации телефонных соединений, что и Становой, и Исаков, и г-н Ермолаев, свидетель по делу, в момент причинения телесных повреждений, может быть, некоторые из этих лиц немножечко позднее на месте убийства были, на месте обнаружения трупа. Были ли основания для задержания этих лиц? Сколько угодно. Достаточно доказательств, что люди находились в этот момент на месте совершения преступления. Этих людей задержали, этих людей привезли.

В результате были, насколько мне известно из выступления предыдущего адвоката по этому делу, и показания Станового, непосредственного исполнителя убийства на сегодняшний день. Хотя по уголовному делу оно не проходит как убийство, оно происходит как неосторожное причинение смерти. Т.е. случайно совершенно всё горло перебили и человек не мог дышать, совершенно случайно, никто не хотел, чтобы Сапсай умер. И здесь Становой давал какие-то объяснения именно в отношении свидетеля Ермолаева. В дальнейшем получается, что свидетель Ермолаев говорит: как так, меня задержали незаконно, у меня давным-давно больные почки, мне надо идти в больницу лечиться. Его отпускают.

А дальше происходит странное. Дальше определенным участникам, не всем, было предъявлено обвинение, изначально было предъявлено убийство. В дальнейшем по тем же показаниям, при тех же доказательствах убийство переквалифицируется: Становому вменяется причинение смерти по неосторожности, а всем остальным вменяется самоуправство. По уголовному кодексу эта статья – до 5 лет лишения свободы. Смешно. Человека похитили, применили насилие…

В. ДЫМАРСКИЙ: А всем остальным – это кому?

Е. БУХАРИНА: Это Шумлянскому, это Исакову, это Кафарову…

В. ДЫМАРСКИЙ: В общем, всем тем, которые участвовали.

Е. БУХАРИНА: Не всем. Есть такой Мартиросян, который в момент похищения Сапсая и в момент, когда он находился в подвале, когда с него якобы вымогали деньги, он тоже участвовал. Он свидетель. Калигина, которая ранее изначально свела Сапсая и Шумлянского. Калигина тоже у нас свидетель. Вот такие интересные события. Ермолаев у нас тоже свидетель. Он не только свидетель, он у нас потерпевший, он пострадал. Он обратился вместе с Исаковым с заявлением в милицию, в следственное управление, в это же, которое расследует дело в отношении Сапсая, и это же, которое по тем доказательствам, которые были переквалифицированы на маленькую, такую низенькую статью, обратились, говорят: как так, сотрудники милиции меня неправомерно задержали и еще избили. Я беседовала с адвокатами, на сегодняшний день проведено две или три экспертизы. Не установлено никаких повреждений у Ермолаева. Да, больные почки, но про почки он говорил и ранее.

В. ДЫМАРСКИЙ: На этом основании начались неприятности у этого опера, который их задерживал.

Е. БУХАРИНА: Да, Курган. У него начались не то что неприятности… Его всеми возможными правдами и неправдами засадили в тюрьму, при наличии у него 6-сантиметровой аневризмы в районе легкого его держали в тюрьме длительное время. Я пыталась, хотела допросить его в суде, пыталась, чтобы его допросили по делу. Невозможно. Человек в тюрьме. Никому это не интересно. Благодаря усилиям его адвоката – у него совершенно замечательный адвокат Юрий Николаевич, который на сегодняшний момент смог все-таки добиться, противостоять этому следствию, и Кургана выпустили под залог. Из тюрьмы его перевезли чуть ли не на скорой в больницу, он лечится, ждет операции. Следствие неоднократно выходило с изменением меры пресечения, чтобы Кургана обратно закрыть. На сегодняшний день, насколько мне известно, против него фабрикуется очередное какое-то дело. Может, я неправильно выразилась – фабрикуется. В общем, пытаются еще какое-то дело возбудить, лишь бы только Курган сидел в тюрьме, вот такая позиция. Второй сотрудник Ретинский, по нему тоже до сих пор дело не прекращают.

В. ДЫМАРСКИЙ: Второй сотрудник, коллега Кургана.

Е. БУХАРИНА: Да. И получается такая интересная ситуация. Следователь говорит: а я не давал отдельное поручение на задержание этих лиц. Т.е. есть все основания подозревать, что эти лица совершили преступление, и в дальнейшем предъявляются обвинения части этих лиц, а следователь говорит, что не давал отдельное поручение на задержание. Т.е., получается, никто задерживать преступников не собирался, это никому не нужно было, это никому не интересно. А когда задержали, стали квалифицировать по таким статьям детским, вот это абсолютно странно.

В. ДЫМАРСКИЙ: Лена, насколько я успел прочитать по этому делу к нашему эфиру, на что я еще обратил там внимание, что вроде там какие-то материалы из дела то ли пропали, то ли были изъяты.

Е. БУХАРИНА: Да, это тоже интересная ситуация. Когда я начала заниматься этим делом – я начала им заниматься только в мае, стала изучать дело, – обнаружила такой интересный момент. Было прослушивание телефонных переговоров, получали детализацию телефонных соединений этого круга лиц. Для этого нужно постановление Мосгорсуда, как я говорила. И в деле есть постановление №2, в деле есть постановление №3. В деле нет постановления №1. Когда стали выяснять… Собственно говоря, детализацию получали длительный период времени, достаточно давно планировалось, что будет похищение Сапсая. Даже этими лицами была произведена встреча, как его лучше из Парижа выманить сюда, в Москву, как его лучше найти. Выделялись на это специальные телефоны, были секретные номера. В результате с декабря месяца и до того момента, когда фактически обнаружили труп и когда вызывали этих сотрудников, этих лиц прослушивали, детализацию их телефонных соединений брали. В материалах дела нет ничего. Диски пустые, вещественными доказательствами эти диски не были признаны.

В. ДЫМАРСКИЙ: А это как-то объясняется?

Е. БУХАРИНА: Нет, никак это не объясняется. У нас следственное управление, оно делает всё что ему заблагорассудится, никому объяснять оно не обязано. Такое абсолютно пустое дело направляется в суд. Прослушивание телефонных переговоров (понятно, что это были аудиоразговоры, аудиобеседы) в материалах дела отсутствует. В общем-то, с таким делом вышли в суд и начали слушать свидетелей.

В. ДЫМАРСКИЙ: Вот сейчас, к чему вы пришли, в мае.

Е. БУХАРИНА: Да, это было в мае месяце. Мы с потерпевшими заявили ходатайство о возвращении дела прокурору, мы не соглашались, конечно, с подобной квалификацией. Понятно, что при такой ситуации люди могут не только уйти от ответственности, но и получить несоразмерное, несправедливое наказание. И суд согласился с позицией защиты, даже указал, что постановление о привлечении в качестве обвиняемых указанных лиц – Станового, Шумлянского, Кафарова, Исакова, — они не основаны на тех доказательствах, которые имеются в материалах дела. И когда дело поступило в прокуратуру, прокуратура в ужасе от того, что дело абсолютно не расследовано. И здесь, конечно, мы стали понимать такую вещь, что в Одинцовском следственном управлении Следственного комитета мы не получим правду правильного расследования.

В. ДЫМАРСКИЙ: Когда суд это постановил, дело вернули опять туда же, в Одинцовской Следственный комитет?

Е. БУХАРИНА: Суд вернул в прокуратуру, потому что прокуратура составляет список тех недоделок…

В. ДЫМАРСКИЙ: Прокуратура Одинцовского района.

Е. БУХАРИНА: Да. Поэтому, как только дело вернули, мы стали предпринимать попытки, для того чтобы дело забрали для расследования в Следственное управление следственного комитета Московской области. Что мы делали?

В. ДЫМАРСКИЙ: Чтобы вывести из одинцовского следствия.

Е. БУХАРИНА: Да, из одинцовского следствия. Потому что как так: здесь убийство, здесь убийцы, здесь же сотрудники, которые задерживали. Родственники Антона, папа и мама, рассказывали мне совершенно жуткую историю, что они обратились с заявлением в Следственное управление Следственного комитета Московской области о привлечении к уголовной ответственности следователя, который при обнаружении трупа – вы сами понимаете, два месяца прошло, мышки по лесу бегают, не совсем вид приятный… Отец сразу понял, что да, это его сын. А мать не хотела верить до конца в это: единственный сын, замечательный человек, абсолютно уникальный, приятной внешности, без вредных привычек и так далее.

И мать попросила провести генетическую экспертизу. Так вот родственники мне рассказывали о том, что у них взяли деньги за то, чтобы провести эту экспертизу. Хотя все экспертизы в рамках расследования проводятся бесплатно. Поэтому это еще здесь же. Здесь же еще какое-то абсолютно непонятное рвение сотрудников Следственного управления. Как мне рассказывают коллеги по отношению к сотрудникам милиции, которые дела ведут, такое ощущение, что испытывают личный интерес в этом деле, абсолютно какие-то ненормальные реакции в разговорах. Естественно, мы хотим уйти оттуда, не видим, что правда может там восторжествовать. Мы для этого писали в прокуратуру Московской области. Прокуратура нас поддерживает, обращается в Следственное управление.

В. ДЫМАРСКИЙ: Извините, я вас перебью. Это, видимо, отголоски этой борьбы между прокуратурой и следственным комитетом. Видимо, на всех уровнях, начиная с федерального и кончая местным.

Е. БУХАРИНА: Конечно, нам известно об этом, об этом неоднократно говорил Хинштейн. Мы, кстати, обращались к нему, и он писал запросы в прокуратуру. После того, как он начал обращаться в прокуратуру с запросами о том, что происходит, как так, только тогда началось активное движение, только тогда мы смогли вернуть дело прокурору на предоставление обвинительного заключения, только после этих неоднократных обращений. Конечно, то, что произошло, я не исключаю все эти истории с казино и так далее, всё это повлияло на взаимоотношения между прокуратурой и следственным управлением Московской области.

Прокуратура Московской области нам отвечает, да, мы обращаемся, мы просим, чтобы дело забрали. Следственное управление Московской области нам не отвечает. Было уже два, даже три наших обращения, как лично руководителю следственного управления следственного комитета по Московской области, так и через Бастрыкина, писали заявление на его имя. До сих пор нам известно, что они находятся в следственном управлении. Но ответа пока нет никакого по этому поводу. «Новая газета», сама редакция, тоже обращалась с просьбой, тоже они пытаются помочь, чтобы дело забрали из следственного управления, тоже понимают, что справедливого расследования мы не добьемся. Тоже ответов нет никаких.

В. ДЫМАРСКИЙ: Я понимаю, что у каждой из сторон, в том числе у этих правоохранителей, у них может быть какая-то своя позиция. Но если идет запрос, почему не отвечают? Чтобы не оставлять следов, что ты отказал, что ли?

Е. БУХАРИНА: Я не понимаю.

В. ДЫМАРСКИЙ: Господин Бастрыкин, ответьте.

Е. БУХАРИНА: Я очень хочу получить ответы. Мне очень интересно, каким образом смогут мотивировать отказ в данной ситуации, при наличии такого беспредела, который творится в этом следственном управлении следственного комитета. Я хочу сказать о том, что мы даже обратились за защитой потерпевших, потому что к ним были угрозы. Мы по этому поводу обращались и в УВД, и в суд. Нам на сегодняшний день выделили защиту, мои доверители, потерпевшие находятся под программой защиты свидетелей, потому что они опасаются за свою жизнь, им угрожали, им говорили о том, что, если вы не перестанете вести активную гражданскую позицию по данному вопросу, с вами случится то же самое. Непосредственно свидетельница Калигина после судебного заседания высказывала неприятные слова в адрес моих доверителей. Они обращались по этому поводу в органы внутренних дел. Надо возбуждать уголовное дело по 309-й за то, что идет воспрепятствованию осуществлению правосудия. Пока никак, пока воз и ныне там.

В. ДЫМАРСКИЙ: Спасибо, Елена. Я напомню, что это была Елена Бухарина, адвокат родственников Антона Сапсая, зверски убитого в 2010 году. Вот уже скоро два года, как идет следствие с непонятным пока результатом. Единственное, что я могу в заключение сказать, что мы будем продолжать следить за развитием событий, как у нас принято говорить. Если будут какие-то новости, Лена, то милости просим.

Е. БУХАРИНА: Спасибо вам большое. Мы на вас надеемся.



Комментарии

1

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.
>
Не заполнено
Не заполнено

Не заполнено
Не заполнено минимум 6 символов
Не заполнено

На вашу почту придет письмо со ссылкой на страницу восстановления пароля

Войти через соцсети:

X Q / 0
Зарегистрируйтесь

Если нет своего аккаунта

Авторизируйтесь

Если у вас уже есть аккаунт


zemljanka 21 октября 2011 | 00:36

Ужасные новости кущевской.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире