'Вопросы к интервью
20 января 2010
Z Интервью Все выпуски

Год Обамы. Российско-американские отношения


Время выхода в эфир: 20 января 2010, 18:10

А.ВЕНЕДИКТОВ: 18 часов и 8 минут в Москве, еще раз добрый вечер. У микрофона Алексей Венедиктов. Сегодня 20 января. Год тому назад прошла инаугурация президента США Барака Обамы. У нас в гостях Джон Байерли, посол США в РФ. Добрый вечер, господин посол.

Д.БАЙЕРЛИ: Добрый вечер.



А.ВЕНЕДИКТОВ: Если говорить о годе президента Обамы в отношении российско-американских отношений, так называемая Перезагрузка, по истечении этого года, господин посол, как вам видится тренд отношений? Стагнация, развитие?

Д.БАЙЕРЛИ: Ну, обязательно развитие – не стагнация. Я бы сказал, что за предыдущий год мы заметили, действительно, рост доверия, спад подозрения между нашими правительствами, между нашими людьми. Даже в российских СМИ начали немножко более позитивно говорить об Америке. Действительно, мы очень старались. Президент Обама, когда он пришел к власти ровно год назад и я был в Вашингтоне на лужайке конгресса, я видел все это, конечно, я помню просто дух вдохновения у всех. Но, действительно, если мы помним, что обещал президент Обама, когда он дал его первое выступление, у него было 3 основных задачи за первый год его президентства. И 2 из них не касались вообще иностранной политики.

Первая задача, конечно, это было вывести США из экономического кризиса. Вспомните, самый сложный кризис с 30-х годов. Второе, это было реформировать финансовую систему, чтобы предотвратить подобный кризис в будущем. А третье – это было восстановить позиции США в мире.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Доверие, скорее – не позиции. Потому что позицию можно понимать как войска, как военные.

Д.БАЙЕРЛИ: Доверие. Доверие тогда.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Он так и сказал, по-моему.

Д.БАЙЕРЛИ: И я бы сказал, что после года особенно что касается российско-американских отношений, мы, все-таки, добились существенных результатов.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вот, давайте посмотрим, господин посол. Было абсолютно очевидно 3 публичных раздражающих фактора на уходе администратора Буша между Россией, между моей страной и вашей страной. Первое, это размещение противоракетной обороны в Европе и, в частности, в Польше и в Чехии. Здесь президент Обама отложил, скажем, или заморозил, или принял иное решение, и этот фактор был, в общем, снят.

Второе, это были разные позиции между США и Россией в отношении Грузии. Здесь что-нибудь изменилось?

Д.БАЙЕРЛИ: Ну, если говорим о ПРО, конечно, новая концепция президента Обамы – это результат реальной оценки угрозы со стороны Ирана. Мы всегда говорили, что эта система, отнюдь, не может представлять угрозу России. И я думаю, что то, что президент Обама изменил планы президента Буша, это, конечно, не для того, чтобы показать России что-то новое или дать им подарок, это просто оценка реальной угрозы. Ну, если Россия поняла, что, действительно, нет плохих намерений со стороны Америки, то, конечно, это плюс.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Это плюс. И мы это положили в плюс.

Д.БАЙЕРЛИ: Да, это плюс. К тому же мы сейчас довольно детально обсуждаем с Россией возможности, чтобы она подключилась к разработке новой глобальной системы ПРО на двустороннем уровне и в НАТО. И я думаю, что уже было 2 раунда переговоров наших экспертов. Так что, действительно, мы уже прошли дальше. Но что касается Грузии…

А.ВЕНЕДИКТОВ: Не, подождите. Давайте про ПРО. Правильно ли я понял, господин посол, и, по-моему, это новость в том, что США и Россия обсуждают реально уже на реальном уровне возможность совместной глобальной системы противоракетной обороны?

Д.БАЙЕРЛИ: Мы обсуждаем теперь возможности сотрудничества в этой области. О том, какую систему мы будем в состоянии построить, еще, может быть, рано судить, но говорить о том, что у нас есть существенные обмены мнениями, это факт.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Грузия.

Д.БАЙЕРЛИ: Ну, Грузия… Мы же всегда говорили, что, несмотря на то, что мы ищем точки соприкосновения с Россией, всегда у нас неизбежно будут те моменты, где мы будем расходиться. И, к сожалению, Грузия – может быть, это самый наглядный пример этого.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Был еще один наглядный пример – Украина. Но теперь, кажется, что этот наглядный пример отходит в прошлое. Известно, что на выборах 2004 года – это вполне внятно заявляли и российские руководители – США, в общем, поддерживали одного кандидата, президента Ющенко, Россия поддерживала другого кандидата, господина Януковича. Господин Ющенко не прошел во второй тур. Какова позиция сейчас американского правительства в момент выборов на Украине?

Д.БАЙЕРЛИ: Ну, мы, конечно, поздравляем украинский народ с успешным проведением этих выборов. Конечно, это уже для нас и для украинцев, я думаю, самих, это еще один пример того, что демократия, действительно, развивается в Украине. И я думаю, что это мнение и международных обозревателей, потому что все они, в общем-то, оценили проведение выборов как успешные. И мы очень надеемся, что и второй раунд будет таким свободным и справедливым, и мы готовы работать с любым украинским лидером, который является отражением воли украинского народа.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я напоминаю, что в эфире посол США в России, а не на Украине Джон Байерли. В этой связи центральной темой – может быть, вы знаете больше меня – обсуждения в этом году является, все-таки, подписание или неподписание нового договора о СНВ, или Старт-3, скажем. Потому что СНВ-1 закончено свое действие, СНВ-2 не было ратифицировано Россией, не вступило в силу. Я знаю, что на прошлой неделе был заместитель госсекретаря Уильям Бёрнс, бывший посол тоже здесь. На какой стадии с вашей точки зрения сейчас находится переговорный процесс о заключении договора между моей и вашей стороной?

Д.БАЙЕРЛИ: Я бы сказал, в финальной стадии.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Эндшпиль, как говорят шахматисты?

Д.БАЙЕРЛИ: И не цейтнот.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Не цейтнот, да, не цейтнот. (все смеются)

Д.БАЙЕРЛИ: А эндшпиль. Вы, действительно, правильно вспомнили, что срок старого договора уже истек 5-го декабря. А что случилось? Ничего. Это никакой драмы не было. Оба государства, правительства объявили, что они будут соблюдать букву этого договора до тех пор, пока не будет подписан новый. Так что это уже немножко показывает, что мы продвинулись вперед.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Так, может, не подписывать, если соблюдают и соблюдают? Зачем подписывать?

Д.БАЙЕРЛИ: Ну, потому что, все-таки, нужен какой-то юридически обязывающий фундамент для такого важного вопроса глобального характера. Я уверен, что в скором будущем мы закончим эти переговоры. Это, я думаю, не сюрприз, что они немножко затянулись, потому что это очень детальная работа. Но главное, я думаю, в том, что и президент Обама, и президент Медведев четко объявили, что политическая воля достичь данное соглашение есть. Это только вопрос «Когда?» и это приближается к финишу, я думаю, в скором, очень скором будущем.

А.ВЕНЕДИКТОВ: В этой связи, вы знаете, что одно из предложение российской стороны, публичных предложений – я не знаю, может быть, это предложение было публицистическое – это увязка договора СНВ-3, назовем это так, с договором о противоракетной обороне, о создании пакета. На сегодняшний день это достигнуто или нет?

Д.БАЙЕРЛИ: Когда наши президенты встретились в Москве в июле прошлого года или даже, может быть, раньше, это было на первой встрече, они заявили совместно, что вопросы о ПРО и вопросы о СНВ – это отдельные вопросы.

Что касается подписания, ну, или подготовки нового договора. Конечно, мы обсуждаем, как я уже говорил, мы обсуждаем с Россией возможность создания новых систем ПРО. Но эти переговоры ведутся и должны вестись отдельно от переговоров о СНВ.

А.ВЕНЕДИКТОВ: И другими людьми? Другие группы?

Д.БАЙЕРЛИ: Ну, вы знаете, состав экспертов на обеих сторонах все еще довольно могучий, так что нет большой дупликации.

А.ВЕНЕДИКТОВ: И в этой же связи еще один вопрос. Президент Медведев на этой неделе сказал о том, что хотелось бы одновременную ратификацию будущего подписанного договора в Конгрессе и в Федеральном собрании. Насколько вы понимаете возможность этой ратификации?

Д.БАЙЕРЛИ: Ну, конечно, желательно, чтобы это произошло как можно быстрее. Если мы можем это организовать, чтобы это было параллельно, я думаю, что это был бы еще один сигнал, что наши позиции более схожие, чем были разные. Что даже наши парламенты нашли возможность поступать параллельно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: В этой связи, ну, мы с вами когда вспоминали, когда следующая встреча 2-х лидеров запланированная, вы сказали апрель на ядерном саммите. Значит ли это, что договор должен быть к апрелю уже готов, чтобы там, может быть, и это красиво, оба лидера в апреле в Нью-Йорке подписали СНВ-3, скажем?

Д.БАЙЕРЛИ: Ну, я предполагал, что будет такая встреча. Я не могу сказать, дал ли президент РФ окончательное согласие присутствовать на этом саммите.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, предположим, что он едет.

Д.БАЙЕРЛИ: Ну, я бы надеялся, что как можно скорее после подготовки парафирования, скажем, нашими переговорщиками нового договора, что президенты могут его официально формально подписать. Потому что только после подписания уже договор идет на ратификацию. Так что с этой точки зрения подождать до апреля, может быть, даже немножко затянутый вариант.

А.ВЕНЕДИКТОВ: То есть правильно ли я понимаю, что вы считаете, что переговорщики могут парафировать этот договор до апреля?

Д.БАЙЕРЛИ: Это я условно, кто будет парафировать.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нет. До апреля?

Д.БАЙЕРЛИ: До апреля, да.

А.ВЕНЕДИКТОВ: То есть так движется, такая скорость, что до апреля парафирование возможно?

Д.БАЙЕРЛИ: Да. Скорое будущее. Я думаю, апрель – это немножко среднее будет.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Средние сроки. Ну, хорошо. Тут опять возникла проблема почему-то. У нас все время ракеты и курица. Вы знаете, господин посол, это выглядит довольно странно. Вот, сегодня американские газеты писали о том, что проблема между Министерством продовольствия США и российским Роспотребнадзором – это политическая проблема. Вы как смотрите? Это пишут газеты американские. Как смотрит посольство на это, через которое все это проходит?

Д.БАЙЕРЛИ: Ну, во-первых, я бы сказал, что я на 100% уверен, что куриное мясо из США и другие американские продукты, которые продаются в России, абсолютно безвредные и безопасные. Я сам покупаю американскую курицу здесь в России. Я даю ее моей дочери. Если бы была какая-то опасность, я бы этого не делал, конечно. Но мы понимаем, что у России другие стандарты и другие регламенты. Так что наши делегации теперь встречаются, обсуждают. И ищем какое-то взаимоприемлемое решение этого вопроса, чтобы вновь американский импорт или импорт американских куриных продуктов мог бы удовлетворить вкус российского потребителя.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А что сложнее: вести переговоры по ракетам или по курицам?

Д.БАЙЕРЛИ: Вы знаете, Колин Пауэлл однажды сказал, что намного лучше спорить о куриных ножках, чем о ракетах. Но что сложнее?.. Трудно сказать.

А.ВЕНЕДИКТОВ: О, даже вот так. То есть можно сравнить?

Д.БАЙЕРЛИ: Да. Что более безопасно, это ясно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Скажите, пожалуйста, на прошлой неделе или на этой неделе, по-моему, в Вашингтоне шли переговоры между «шестеркой» по Ирану, я имею в виду, «три плюс три», да? И как я понимаю, там обсуждался вопрос о введении возможных новых санкций против Ирана по предложению американской стороны. Какова была реакция российской стороны? И почему никакое решение не было принято?

Д.БАЙЕРЛИ: Вы знаете, я думаю, что ни нам, ни вам не нужна гонка ядерных вооружений в Восточной Азии или на Ближнем Востоке. И если мы будем стоять плечо к плечу, если мы будем едины в этом вопросе, то Совет безопасности ООН, то договор о нераспространении ядерных оружий будут иметь силу. Без нашего согласия, без нашего единства это довольно опасная ситуация. Я знаю, что и у России, и у США очень схожие оценки иранской проблемы, ядерной угрозы. И мы оба теперь стремимся убедить Иран просто отказаться от своих возможных ядерных военных амбиций. Мы, конечно, немножко не удовлетворены, что Иран не мог принимать очень креативные, творческие предложения МАГАТЭ, которые мы поддерживали вместе с Россией. И мы считаем, и теперь, действительно, обсуждаем возможности уже перейти от диалога к санкциям. Потому что у нас всегда были 2 параллельных пути, и всегда есть желание и есть надежда, что Иран ответит положительно на предложение МАГАТЭ. Но если нет, то надо уже готовиться к чему-то еще более серьезному.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Можно ли сказать, что позиции между Россией и США по Ирану сближаются по ядерной программе? Или они идут так же параллельно, как шли? Похоже, но параллельно?

Д.БАЙЕРЛИ: Я бы сказал, что наши позиции всегда стратегические. Я думаю, мы были согласны, что, как я сказал, ни мы, ни вы не заинтересованы в том, чтобы развивалась такая программа. Но тактически иногда у нас были и довольно существенные расхождения. Теперь тактически я бы сказал, что мы близки как никогда.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Спасибо. Я напоминаю, это посол США в России Джон Байерли. Вопрос про Афганистан: удовлетворены ли вы, господин посол, как выполняются договоренности между Россией и США по транзиту?

Д.БАЙЕРЛИ: Да, вполне. И есть много, может быть, недостоверной информации о том, что это соглашение едва ли функционирует, что, якобы, только был один полет американского самолета.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Два было?

Д.БАЙЕРЛИ: Нет. Их было, на самом деле 5 уже. И на очереди 11. Так что, вы знаете, это опять не удивительно, что это была довольно сложная процедура внутриправительственная с российской стороны. Но я должен сказать, что с тех пор как был подписан соответствующий указ со стороны правительства, проблемы немножко сгладились. И я думаю, что мы будем очень много пользоваться этим соглашением в этом году, потому что, как вы знаете, президент Обама объявил о существенном пополнении американских и натовских сил в Афганистане. И, действительно, воздушный коридор над Россией для этого очень важен для снабжения наших войск.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Шел тогда еще разговор о возможности сухопутного коридора. Он обсуждается? Он в каком-то виде существует?

Д.БАЙЕРЛИ: Ну, сухопутный коридор всегда существовал и существует. Но это касалось не военных грузов, это были, скорее всего, пища или медикаменты.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Так и осталось?

Д.БАЙЕРЛИ: Говорить о том, что это будет для военных грузов?..

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да. Мой вопрос в этом.

Д.БАЙЕРЛИ: Пока, может быть, рано об этом говорить. Я думаю, для нас самое главное теперь, чтобы стопроцентно пользоваться возможностями, которые представляет воздушный коридор.

А.ВЕНЕДИКТОВ: В этой связи очень много упреков, в связи с Афганистаном правительству США, в том числе от высокопоставленных российских чиновников, например, директора ФСКН господина Иванова. Ну, я насколько знаю, что и министр иностранных дел Лавров затрагивал это в разговоре. Это то, что коалиционные войска и, в частности, американцы не борются с трафиком наркотиков в Афганистане. И в результате той операции, которую ведут союзники в Афганистане, поток наркотиков в Россию увеличился, что, там, вы боретесь с талибами, а наркотики пусть идут, куда идут. Я не знаю, по-моему, для России страшнее наркотики, чем талибы.

Д.БАЙЕРЛИ: Мы понимаем, что для вас, действительно, поток наркотиков из Афганистана – это очень вредное явление, это отравляет вашу молодежь, это очень серьезный вопрос. У нас уже была первая встреча рабочей группы новой президентской комиссии Обама-Медведев против наркотиков. И, действительно, у нас есть иногда кое-какие другие взгляды или расхождения по тактике. Но мы с уважением выслушиваем мнение господина Иванова. Его визави господин Керликовске приедет в Москву на следующий раунд переговоров или встречу рабочей группы в начале февраля, и я думаю, что у нас, несмотря на то, что иногда есть расхождения в тактике, у нас есть очень много схожего в наших позициях и мы обмениваемся информацией о том, откуда происходит или исходит поток наркотиков и так далее. И мы будем не только это продолжать, но мы хотим это развивать. И сделать это более сильным и более эффективным.

А.ВЕНЕДИКТОВ: И мой последний вопрос Джону Байерли, послу США в Российской Федерации, предпоследний в связи с угрозой террористических актов. Мы видели это на примере полета Амстердам-Детройт. Наши слушатели спрашивают: «Не будет ли изменения позиции по предоставлению виз в США? Не будет ли ужесточения требований со стороне Госдепа, ну, и посольства, естественно, по предоставлению виз? Какие-то новые правила, новые требования?»

Д.БАЙЕРЛИ: Пока ничего подобного я не предвижу.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Тогда последний вопрос. Вот, если, в целом, то, с чего я начал, оценить российско-американские отношения за первый год президентства президента Обамы и второй год президентства Медведева, все-таки, я хотел бы вас спросить. Вот, вы сказали, что тренд на развитие. Устраивает ли американскую сторону скорость и качество этого тренда?

Д.БАЙЕРЛИ: Ну, скорость, конечно, никогда не может. Всегда мы хотим, чтобы было быстрее, было более эффективно. Но, ведь, с первой встречи наших президентов в Москве, сколько, 6 месяцев? Президентская комиссия за это время уже начала функционировать, уже 16 рабочих групп и все они уже встретились хотя бы один раз, некоторые уже 2-3 раза. И я думаю, что теперь есть у нас все предпосылки для того, чтобы в наших отношениях мы перешли от диалога, от более конструктивного диалога до конкретных результатов. И в этом я убежден, что 2010-й год будет для нас и для вас отвечать нашим обоюдным интересам в таких глобальных вопроса, где и мы, и вы не только очень вовлечены, но несем громадную ответственность.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Кто приедет на празднование нашей общей победы над фашизмом в Москву на 65-летие, известно уже? Со стороны США?

Д.БАЙЕРЛИ: Еще точно не известно, но мне очень трудно вообразить, что бывший союзник СССР США не будут посылать весомую делегацию.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Спасибо большое. Я напоминаю, что в прямом эфире «Эха Москвы» был Джон Байерли, посол США в РФ. Новости на «Эхе».


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире