'Вопросы к интервью
02 октября 2009
Z Интервью Все выпуски

Музей истории московской милиции


Время выхода в эфир: 02 октября 2009, 12:08



А. ДЫХОВИЧНЫЙ: 12 часов 08 минут в столице, Алексей Дыховичный в студии радиостанции «Эхо Москвы», и у нас в гостях Людмила Каминская, начальник музея истории Московской милиции. Здравствуйте, Людмила Анатольевна.

Л. КАМИНСКАЯ: Здравствуйте.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: И культурного центра ГУВД, по городу Москве ещё. Людмила Анатольевна, настоящий, между прочим, подполковник, должен я сказать нашим слушателям, и ещё сообщить, что у нас СМС работает +7-985-970-45-45, вы можете присылать свои сообщения. Вы так посмотрели на меня, ну, я же не могу ошибиться по пагонам. Вы подполковник? Или что? Ходят слухи, дадут полковника, вы так посмотрели на меня? Нет?

Л. КАМИНСКАЯ: Полковника не дадут.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Не дадут?

Л. КАМИНСКАЯ: Потому, что должность подполковничья.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Не позволяет?

Л. КАМИНСКАЯ: Да, уже бы давно дали.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Понятно. Людмила Анатольевна, ну, сам музей, ну, понятно, что в том числе, это история московской милиции. Та история. Которая уже совсем стала историей. Это только об этом музей, или ещё может быть, ведь история милиции, она и сейчас творится, и есть дела, по которым фигуранты не то, чтобы живы, а просто напросто ещё вот страсти не улеглись, и фигуранты находятся в местах не столь отдалённых. Это тоже уже история для вас, и это тоже является частью экспозиции? Или вы не трогаете? Вот это вот, и берёте только послереволюционную только эпоху?

Л. КАМИНСКАЯ: Нет. Наш музей берёт всё, потому, что мы не от чего не отказываемся. Историю мы ведём конечно, ещё с дореволюционного периода. И у нас хранятся уголовные дела, которым около 300 лет. И очень много СМИ снимается по этим уголовным делам, очень много проходит сюжетов в Средствах Массовой Информации. Но понимаете, мы должны хранить и современность. Вообще, в принципе, направлено на всё на то, ведь приходит молодое поколение, согласитесь, интересно ведь приводить примеры на сегодняшнем. Да, ну понятно, как наши предки раскрывали дела. А как в наше время? И когда приходят молодые люди, и рассказывают, что 10 лет назад, было раскрыто такое-то преступление, которое уже является историческим делом, конечно же, все эти дела хранятся у нас. Мы сотрудничаем с Мосгорсудом, и как только проходит какое-то интересное и громкое дело, все материалы и вещественные доказательства, мы стараемся взять в наш музей. Ну, естественно, всё, что касается Московской милиции. Кингисепское дело, взрыв на Котляковском кладбище, вот помните, ранение в синагоге, прошло уже это дело. Ну, какое ещё громкое? Захват заложников в следственном изоляторе, материалы Ореховской группировки, все они находятся уже в нашем музее.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Ну, именно то, чем занималась милиция?

Л. КАМИНСКАЯ: Да.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: То есть, не спец какие-то другие структуры?

Л. КАМИНСКАЯ: Поэтому мы продолжаем, конечно же, зачем же нам брать? Конечно же, мы уйдём, придёт новое поколение, они скажут: «А что же, милиция не работала в наше время»?

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Посетители вашего музея, это кто? Это сотрудники в основном?

Л. КАМИНСКАЯ: У нас разные посетители, но прежде всего, конечно же, наши сотрудники, потому, что мы принимаем молодых сотрудников, и все подразделения, в соответствии с графиком, посещают наш музей. У нас проходят ритуалы, присяги, вручения пагон, мы активно общаемся со студентами, молодёжью, школьниками. Потому, что вы знаете, к сожалению, средства массовой информации, больше негатива какого-то обычно дают. И когда, мы, конечно же, заинтересованы, чтобы школьники к нам приходили, изучали нашу историю, смотрели на нас, может быть, какими-то другими глазами. И готовим может быть, будущую смену. Потому, что когда они приходят, они с интересом разглядывают экспозицию, и, в общем-то, я даже знаю такие случаи, когда ветераны приводят подшефные школы, потом говорят: «Людмила Анатольевна, а вы знаете, уже 2 милиционера растёт». Поэтому тоже, занимаюсь как бы, профориентационной подготовкой.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: То есть, если говорить о целях и задачах, то это создание образа, позитивного положительного?

Л. КАМИНСКАЯ: Конечно. Но создавая положительный опыт, вы знаете, нельзя назвать сахаром то, что не сладко. Потому, что мы рассказываем о той истории милиции, которая была. Потому, что в принципе, история, она связана с нашим обществом. Вот как страна рождалась, как она создавалась, и в принципе, мы с ней неразрывны. И поэтому, мы не украшиваем. Мы не говорим, что бравурный отчёт. Вот почему школьники уходят совершенно в другом состоянии, или даже те же молодые сотрудники? Потому, что мы не рассказываем о том, какие мы хорошие, мы говорим, какие мы есть. Если мы рассказываем даже о каком-либо преступлении, мы не говорим о том, что вот этого бандита поймали, так-то, и так-то. Мы говорим, что при поимке этого бандита, произошло бы меньше жертв, и гораздо бы его быстрее поймали, потому, что был предатель в наших рядах. То есть, мы рассказываем всё, что было по этому преступлению, не скрывая ничего от людей, которые к нам приходят. То есть, со всеми подводными течениями.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Экскурсоводы – это девушки лейтенанты. Да? Все в форме обязательно. Правильно?

Л. КАМИНСКАЯ: Нет. У нас в нашем музее, одна я аттестованная, одна я сотрудник милиции, остальные вольнонаёмные. Поэтому у нас без формы проводит экскурсии.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Вот что любят показывать и рассказывать? Вот самые-самые какие-то такие интересные моменты?

Л. КАМИНСКАЯ: Ну, если брать с доисторического периода,

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Доисторические – это с точки зрения музея истории милиции, это до революции, наверное.

Л. КАМИНСКАЯ: Да, с дореволюционного периода. Ну, рассказываем, во-первых, откуда вообще произошли милиционеры. Ведь мало, кто знает, что прообразами первых милиционеров, были стрельцы Ирышники. Вернее стрельцы, объезжие головы. Они воспринимались, как стражи правопорядка. И служба в стрелецком войске была пожизненной, и передавалась по наследству. Потом, мы рассказываем о нашем знаменитом сыщике, Иване Дмитриевиче Путилине, который верой и правдой прослужил царю батюшке, для него не было не раскрытых преступлений. Все вы, наверное, недавно смотрели, прошёл многосерийный фильм про Соньку – золотую ручку. В общем-то, у них такая была идеологическая борьба, и именно этот сыщик, поймал Соньку – золотую ручку. Ну, рассказываем в дореволюционном периоде о русском Шерлок Холмсе, Анатолии Франсовиче Кашко. Действительно, гений русского сыска. Его методы раскрытия преступлений, брал на вооружение Скотлондярд. И в 1893 году, Московский сыск был призван лучшим в мире. Раскрываемость составляла 52 процента. Вы знаете, опять же, когда мы рассказываем о всём этом, мы говорим о трагедии, мы рассказываем через призму биографии этих людей. Потому, что лучший сыск в мире, да? И тут, свершается революция. После свершения революции, люди, которые работали при царском режиме, им было запрещено работать в молодой республике. И он вынужден был бежать, мигрировать в Турцию. В Турцию он бежит с одним чемоданом, забрав с собой только свою семью. Вынужден был, причём, его приглашали к себе на работу все разведки мира, он отказался, он сказал, что никогда не придаст Россию, вынужден был, создал своё детективное агентство в Турции, искать собачек, кошек у местного населения. Дела его пошли в гору. Но тут Советское правительство помирилось с Турецким, и как акт доброй води, они должны были выдать беглых эмигрантов. И он тогда был вынужден бежать во Францию. Где работал меховщиком, на меховой фабрике, и уже раскрывал свои преступления в очерках, воспоминаниях, которые с 1871 года, переиздаются до сих пор. То есть, мы рассказываем. Понимаете, Советское правительство как бы расправилось с гением. С русским Шерлок Холмсом. Поэтому, мы рассказываем всё.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Но это, как вы говорите, доисторический этап развития милиции. А когда уже началась история?

Л. КАМИНСКАЯ: Доисторическая, да. Ну, Февральская революция, говорим о том, что свершилось, и Керенский, как акт доброй воли, распускает весь уголовный элемент, который нахлынул в Москву, и начались массовые беспорядки. И когда уже свершилась ноябрьская революция. В принципе, в Москве, и во всех стране, был вот именно, уголовный беспредел. Показываем оружие первых времён. У нас очень много кстати в музее оружия, которое мы демонстрируем нашим посетителям, за каждой из них, это изъятые по уголовным делам, тянется кровавый след. То есть, это как бы история. Ну, естественно, очень много оружия, которое было на вооружении вообще, за весь период.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: И вы одна его там охраняете. Слушайте, это же опасно.

Л. КАМИНСКАЯ: Ну, не одна, у нас хорошая охрана. Вот. Рассказываем о ярких уголовных делах. Самый мой любимый зал, наверное, ну, у меня все залы любимые, мы рассказываем о действиях милиции в период Великой Отечественной Войны. Хотелось бы конечно выступить у вас на радио, на следующий год, потому, что будет 65 лет. И за слаженные действия Московской милиции в годы войны, мы получили орден красного знамени, и с 1944 года, носим почётное звание Московской краснознамённой милиции, ордена Красного знамени. У нас есть зал послевоенного периода, зал современности, и есть зал памяти.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Много залов. «А коррупция в МВД есть в музее»? Спрашивает Геннадий, по СМС.

Л. КАМИНСКАЯ: Коррупции в МВД, в нашем музее нет.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Нет, он спрашивает, не о «Есть ли коррупции в вашем музее», он спрашивает, «Представлена ли коррупция». Причём, коррупция, я так понимаю, не просто коррупционные дела, а коррупционные дела, именно сотрудников МВД. Каким-то образом представлены в музее?

Л. КАМИНСКАЯ: Нет. Коррупционные дела сотрудников МВД, у нас не представлены.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Вот вы вспомнили фильм, «Сонька – золотая ручка», А мне на ум пришёл сериал, который сейчас вот. Я вообще, сериалы не смотрю, но даже вот этот вот взглянул, посмотрел несколько серий, этот сериал называется «Глухарь». Не видели такого?

Л. КАМИНСКАЯ: Вы знаете, я видела одну серию, или две, мельком.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Понимаете, о чём, да? Вот образ сотрудника милиции, который пьёт, который крышуют, взятки берут, и так далее. Но при этом, ребята хорошие. Потому что вот когда дело касается каких-то серьёзных вещей, то они по чесноку работают. Вот такой вот образ сотрудника милиции, как вам? И как этот сериал вам?

Л. КАМИНСКАЯ: Если говорить с точки зрения… Там очень много вообще ошибок и оговорок, и совершенно… То есть, я не знаю, кто из консультировал, потому, что там в общем-то, не совсем отражает. Даже и в разговоре, и в службах. Они даже не понимают, кто такой адвокат, что такой следователь, кто такой опер, очень много таких вот ошибок, именно в  построении нашей системы. Поэтому, я не знаю. Консультант может быть, даже там и не работал.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Я думаю. Что любой профессионал, в любом фильме, который связан с профессией, всегда найдёт какие-то вот такие неточности. Тем более, когда речь идёт о сериале, там потоком всё это дело идёт, это сложно.

Л. КАМИНСКАЯ: Нет, там такие очень глупые неточности, которые режут слух. Потому, что в основном, люди-то всё равно, кто смотрят фильм, они даже если тот, кто далёк от милиции, всё равно понимают, что опера нельзя назвать следователем, и так далее. А у них там прямо какие-то очень…

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: А образ милиционера? Давайте отвлечёмся от сериала. Вот такой образ милиционера?

Л. КАМИНСКАЯ: Вы знаете, я не могу вам ответить на этот вопрос, поскольку я смотрела буквально одну серию как-то мельком, минут пять или десять. И вторую, поэтому, я не могу делать выводы об этом фильме. Вот вы говорите, вы не смотрите сериал. А я вообще, не смотрю телевизор.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Понятно. Так. Ну, тут собственно говоря, на эту же тему вопрос по интернету. Скажите, вот пистолет, майора Евсюкова, может ли когда-нибудь войти в экспозицию музея?

Л. КАМИНСКАЯ: Пистолет майора Евсюкова, конечно же, в экспозицию музея, просто никогда не войдёт. Потому, что это трагедия, это наша боль. К сожалению, как и в любой профессии, есть люди, которые не достойны звания милиционера. И поэтому, в общем-то… Но, к сожалению, общественный резонанс такой, что он перечеркнул деятельность, можно сказать всех. Понимаете? Потому, что человек, который носит форму, и который действительно исполняет свои обязанности, и их большинство, конечно, для нас это трагедия. Потому, что мы ответственности с себя, за те злодеяния, которые произошли, не снимаем. И вот каждый на себе, кто действительно честно служит, они действительно чувствуют эту трагедию. Кончено же, не попадёт. Но я вам хочу сказать, что если брать с исторической точки зрения, с точки зрения эпохи, мы говорим о том, что среди и наших руководителей, с точки зрения истории, были разные личности. Вот, например, одним из начальников МУРа, который пошёл на повышение, и именно за это, его назначили начальником МУРа, Никулин, он участвовал в расстреле царской семьи. Цесаревичем. Но время было такое, революционеры, до мозга костей преданные партии, и когда уже пошли совершенно другие… Он до конца жизни, он не осознал вот эту трагедию, которую он совершил. То есть, в те же времена об этом было не принято… Но мы говорим, что у нас да, были такие руководители. Потому, что это как бы с точки зрения исторической. Вот у одной матери один сын был за белых, другой за красных. И мы этого не скрываем, мы говорим, что разные эпохи, разные личности. А здесь, откровенный преступник, откровенный предатель, и популяризировать, и говорить о чём-то, чтобы его пистолет хранить в музее, это конечно, было бы просто кощунством перед памятью тех людей, которые действительно, честно служат. И пользуясь возможностью, я, конечно, хотела бы за всех нас, носящих погоны, извиниться за этот поступок, хотя конечно, извинения в общем-то можно принять только нашими добрыми делами.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: «А как на счёт репрессивных дел»? Интересуется Елена.

Л. КАМИНСКАЯ: Да, есть репрессивные дела, очень много. Ну, у нас уголовные дела, по разным видам преступления. Поэтому, у нас проходят съёмки по разным видам. Есть. Нужно просто приходить и узнавать. Если сотрудники Московской милиции. Нужно чётко разграничивать. И наших сотрудников именно московских милиционеров, очень много репрессированных. Первый начальник МУРа, который очистил всю Москву от бандитских группировок, и бандиты уехали в Петербург, вот мы сейчас смотрим фильм «Бандитский Петербург», за что получил орден красного знамени, и пошёл на повышение. А в 1937-м году по ложному доносу был вызван на Лубянку, ни одного документа против себя не подписал, и был в возрасте 50-ти лет репрессирован. У нас практически все первые начальники московской милиции репрессированы, все начальники МУРа первые репрессированы. Поэтому среди наших сотрудников тоже очень много попали в водоворот этих репрессий.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Я напомню, что у нас в гостях Людмила Каминская, начальник музея истории московской милиции. Приглашаете в музей, а не говорите где.

Л. КАМИНСКАЯ: Я приглашаю в музей. Музей находится на Сретенке. У нас в каждой службе имеется комната истории, а у нас головной музей. Его специально вывели с Петровки, чтобы был более свободный доступ для посетителей. Музей истории московской милиции.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Он существовал давно на Петровке?

Л. КАМИНСКАЯ: В своё время да, это был знаменитый криминалистический музей, экспозиция которого плавно переехала в это наше здание.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: То есть он был такой узкоспециализированный, а стал…?

Л. КАМИНСКАЯ: Да, сейчас это учебный класс МУРа. А в 2001-м году для того, чтобы был более свободный доступ в музей, и представлены все службы, все виды службы, открыли наш музей в 2001-м году к 200-т летию МВД как раз, ему исполнилось, и 57 лет со дня вручения московской милиции ордена красного знамени. Музей находится на Сретенке, это метро «Чистые пруды», «Сретенский бульвар», «Тургеневская». Телефон 621-90-98. Мы работаем по коллективным заявкам, потому что просто так с улицы зайти не получится, не придёте. По коллективным заявкам, по предварительной договорённости милости просим. Но, несмотря на то, что музей закрыт и в субботу, и в воскресенье, для всех желающих, если есть коллективная заявка для школьников, семьи наших сотрудников объединяются, мы всегда открываем наш музей и всегда находим время и приходим даже в выходные дни.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Если говорить о современном этапе, то, что здесь в музее представлено?

Л. КАМИНСКАЯ: Мы уже называли в начале нашей передачи.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Я как-то пропустил тогда. Просто мне показалось, что мы остановились на послевоенных годах.

Л. КАМИНСКАЯ: Вот дело «Юкос».

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Вы не говорили.

Л. КАМИНСКАЯ: Про «Юкос» не говорили, но мы говорили про взрыв на Котляковском кладбище, ранения в синагоге, и так далее. То есть так. Битцевский маньяк, материалы дела.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Представлены в музей, это ксерокопии?

Л. КАМИНСКАЯ: Конечно, копии материалов. Кстати, уголовные дела до 50-х – 60-х годов мы потом получаем в подлинном виде. То есть у нас заключения, приговоры, а здесь всё это сейчас ксерокопируются. Но вещдоки у нас подлинные. То есть мы их забираем. Допустим, оружие Ореховской группировки, его же можно уничтожить потом, а можно по ходатайству отдать в музей.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: И таким образом?

Л. КАМИНСКАЯ: Да, собираем.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Вещдоки доходят и до вас. Само здание, оно?

Л. КАМИНСКАЯ: Здание историческое 18-го века.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: К милиции не имеющее отношение?

Л. КАМИНСКАЯ: Нет.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Вот на Петровке, 38 было более логично в этом плане.

Л. КАМИНСКАЯ: Да. Но там конечно сложнее. Там же пропускная система какая.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: А само здание Петровки,38, оно?

Л. КАМИНСКАЯ: Здание конечно историческое. Дело в том, что первоначально оно было построено в 1800-м году по проекту архитектора Баве. Это была усадьба князя Щербатова. Оно представляло собой двухэтажный особняк в выступающими флигелями. А потом в 1816-м году это здание было продано казне. Сначала там были строительные батальоны, а потом жандармерия, и назывались «Петровские казармы». В 1917-м году естественно здание отдали московской милиции, а с 1952 по 1958-й год его надстраивали по проекту архитектора Месинского. И вот  в том виде, в котором оно сейчас находится, оно и представлено с тех пор с 1958-го года. Такой долгострой был.

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Ясно. Спасибо вам. Людмила Каминская, начальник музея истории московской милиции была у нас в гостях. О музее истории московской милиции, есть такой, мы говорили. Спасибо вам.

Л. КАМИНСКАЯ: Пожалуйста.

Комментарии

1

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

argenteus 02 октября 2009 | 14:07

А пистолет гражданина Евсюкова есть в этом славном музее?

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире