Время выхода в эфир: 12 октября 2007, 23:05

ИРИНА ЦВЕЙ: Добрый вечер. У нас в гостях сегодня Петров Андрей Борисович. Я представляю Вас по всем регалиям, которые Вы имеете, народный артист России, профессор кафедры хореографии, балетоведения, московской государственной академии хореографии, художественный руководитель театра Кремлевский балет, академик. Я все правильно сказала?

АНДРЕЙ ПЕТРОВ: Да. Добрый вечер.

И. ЦВЕЙ: Еще раз добрый вечер. Андрей Борисович, ну, вот мы как бы привыкли к тому, что есть Большой Театр. Немножко, конечно, «Кремлевский балет», звучит, конечно, красиво – «Кремлевский». Но что это такое? Не все наши слушатели знают, что «Кремлевский балет " заслужил очень много званий, о которых мы поговорим позже.

А. ПЕТРОВ: Вы знаете, «Кремлевский балет» был создан в 90-м году прошлого века. Тогда, когда Большой театр и Кремлевский дворец, который до этого много времени были вместе, единым учреждением разделились, и Большой театр ушел к себе в здание, а Кремлевский дворец в 89-м году остался один. Без своей труппы, без творческого наполнения. И естественно эти годы были очень трудными для Дворца, потому что в это время менялась и его принадлежность, его швыряли от одной организации, которая должна была его курировать к другой. Зарплату подчас было нечем платить. И поэтому я предложил создать труппу для того, чтобы давать спектакли, и чтобы заплатить работникам дворца и артистам тоже естественно. И вот руководство дворца, в то время это был директор Павел Павлович Нилов, который до этого был зам. директора Большого театра… Мы все работали…

И. ЦВЕЙ: Выходцы из Большого театра.

А. ПЕТРОВ: Да, работали в Большом театре. И я незадолго до разделения был назначен балетмейстером по Кремлевскому дворцу. И вот так и вот так собственно там и остался. А до этого 20 лет в Большом театре. И плюс еще 20 лет до этого я у Григоровича был заведующим балетной труппы Большого театра.

И. ЦВЕЙ: Ну, насколько мне известно, Вы не только были у Григоровича, но Вы и танцевали основные партии у Григоровича в Большом театре.

А. ПЕТРОВ: Ну, я не могу сказать, что я был каким-то выдающимся солистом. Я был один среди многих солистов, не Васильев, и не Лиепа, танцевал я такого характерного и актерского амплуа. Довольно много партий я станцевал. Действительно это было замечательное время Большого театра. И, конечно, оно у всех у нас в памяти. И, наверное, мы научились чему-то. Все, кто в этот период танцевал, они, конечно, очень много вынесли с собой от этого периода. Но это к тому, что вот когда создавался этот театр, он был никому абсолютно не нужен. И все были против. И единственное, вот дирекция дворца была «за». И поэтому мы создали такой театр частного характера. Была такая студия «Мир искусства», которую в свое время создавал при «Видеофильме» при Госкино. И вот мы учредили как бы этот театр. Он был 3 года не государственный. Но он сразу начал жить своей собственной жизнью. Мы сразу же сделали несколько спектаклей. Набрали труппу из учащихся разных школ, училищ, это была очень разношерстная труппа. Конечно, совершенно не такая, как сегодня. Пришли работать некоторые солисты из других театров. Из театра Станиславского, даже из Большого театра. Пришли педагоги, многие из которых и сейчас работают. Все из Большого в основном театра. Это Екатерина Максимова, Людмила Чарская. Я могу много дальше продолжать. Т.е. за недостатком времени скажу, что это все воспитанники Большого театра, и тех, кто протанцевал на этой сцене большое количество времени.

И. ЦВЕЙ: Ну, давайте немножко еще о прошлом. Вот Вы работали с Юрием Григоровичем. Все-таки это основное, так скажем, имя, которое знают во всем мире. А какие у Вас отношения сложились особенно тогда, когда уже образовался Ваш театр, Ваш балет?

А. ПЕТРОВ: Вы знаете, после того, как мы разделились, у нас никаких не было взаимоотношений с Юрием Николаевичем, поскольку он работал в одном театре, мы делали все в другом театре. И точек соприкосновения таких не было. И он никак не реагировал на создание нашего театра. Он в это время свою студию очень пестовал. У него была своя студия. Он, думаю, был этим очень занят. Поэтому наши очень тесные взаимоотношения в прошлом, они как-то в этот период прервались. И возобновились они только тогда, когда Юрий Николаевич уже оставил пост главного балетмейстера, и собственно, вынужден был уйти из Большого театра. Тогда мы пригласили его поставить один из лучших спектаклей его «Ромео и Джульетту», который уже не шел в этот момент на сцене Большого театра. И вот это был как бы предлог для новой встречи. И с тех пор мы поддерживаем отношения. Вот сейчас Григорович ставит у нас третий уже спектакль, после «Ромео» был «Иван Грозный» и сейчас вот «Корсар» 19 октября премьеру, я надеюсь, зрители увидят.

И. ЦВЕЙ: Тогда вернемся к настоящему, прежде чем говорить о будущем. Что сейчас представляет собой Кремлевский балет? И где он находится? Где его основная сцена? Ну, я понимаю так, наверное, это Кремлевский дворец съездов. Но все-таки, где проходят репетиции, какие ведущие артисты в нем выступают? Какие балеты? Ну, вот много вопросов сразу. Ну, наверное, у Вас понятно направление, по которому можно отвечать.

А. ПЕТРОВ: Ну, прежде всего, я скажу, что после существования 3 года вот такого частного театра в Кремле, это не осталось не замеченным. Поскольку мы выпускали спектакли, мы работали, мы ездили уже за границу. И резонанс какой-то общественный уже был. Нас поддерживали многие. Т.е. у нас появились те люди, которые нас начали поддерживать. В основном это люди балетные Галина Сергеевна Уланова, Марина Тимофеевна Семенова, Раиса Степановна Стручкова, Софья Николаевна Головкина, Борис Александрович Покровский. Это те люди, которые как-то интересовались, приходили на наши премьеры, говорили что-то нам, поддерживали нас. И в 93-м году, кстати, Кремлевский дворец был переименован из Кремлевского дворца съездов в Государственный кремлевский дворец. И следующим распоряжением президента театр был там узаконен, переведен уже на государственные рельсы, так что с 93-го года это уже как государственный театр. Конечно, если сравнивать ту труппу, которая пришла, все-таки для того, чтобы создать какой-то стиль, в театре нужно время. Время. И то я думаю, что сейчас мы открываем 18-й сезон. Ну, практически 10 лет необходимо для того, чтобы какое-то стилевое единство артистов создалось, спектаклей, направления какого-то художественного. И вот практически где-то после 2000-го года мы только почувствовали, что наш театр набирает настоящую силу.

И. ЦВЕЙ: А что послужило таким толчком? 2000-й год это переход к другому тысячелетию?

А. ПЕТРОВ: Нет, я думаю, что это только время. Вот 10 лет прошло, когда как-то вот наши педагоги уде у них сложилась свой метод, свой стиль, который они начали передавать. Они начали меня понимать очень хорошо в моих постановках. И все вместе это привело к какому-то… Понимаете, театр – это же коллективное дело. Один человек это не может делать. Поэтому вот от каждого в театре это зависит. Зависит то, что получается на спектакле.

И. ЦВЕЙ: Ну, а что в принципе может больше зависеть или от кого больше может зависеть, нежели от хореографа?

А. ПЕТРОВ: Ну, от хореографа очень много зависит. Но все равно нельзя не говорить об артистах, нельзя не говорить о репетиторах, нельзя не говорить о тех художниках, которые с нами работают. Нельзя не говорить о той музыке, которую мы берем. Все это вместе. Понимаете, вот сейчас к нам пришла очень несколько лет назад талантливая молодежь, которая встала во главе театра.

И. ЦВЕЙ: А откуда она, кстати, пришла?

А. ПЕТРОВ: Складывалось по-разному. Если первые годы театр составляли из разных городов выпускники, из Минска, из хореографического Московского училища, из Воронежа, из Перми, то сейчас в основном из Московского хореографического все-таки училища. Я должен сказать, что уровень преподавания в академии московского балета оче6нь высокий. И вот эти ребята, она могли выбирать, пойти в Большой театр в кордебалет, не знаю, может быть, у них и там бы получилась карьера, потому что они очень талантливые. Но они предпочли пойти к нам. И вот сейчас они собственно, это Кристина Кретова, это Сергей Смирнов*, это Саша Тимофеева, вот они сейчас составляют основной костяк наших премьеров и танцовщиц.

И. ЦВЕЙ: Может быть, я сейчас задам такой несколько обывательский вопрос, но, наверное, это будет интересовать наших слушателей. А какой стиль, вот Вы говорили о стиле Кремлевского балета, это все-таки стиль такой же, как у Большого театра, такой классический, к которому мы привыкли. Мы привыкли видеть балет, как раньше говорили, наш балет, он первый на всей планете, или это что-то другое, есть какие-то балеты, которые отличаются от стиля Большого театра. Тем более, Вы сами говорили, что Вы сотрудничаете с Григоровичем.

А. ПЕТРОВ: Знаете, каждый человек имеет стиль. И каждый театр тоже.

И. ЦВЕЙ: Ну, конечно.

А. ПЕТРОВ: Вот Вы, наверное, понимаете разницу между стилем, допустим, Мариинского театра и Большого.

И. ЦВЕЙ: Ну, я честно могу сказать, как зритель, я не всегда это понимаю.

А. ПЕТРОВ: А вот профессионалы, и даже многие непрофессионалы, они чувствуют. Потому что стиль Мариинского театра, во-первых, сцена меньше. Во-вторых, многолетнее присутствие царской семьи в ложе постоянно на каждом спектакле уже исключало какую-то вольность.

И. ЦВЕЙ: Т.е. более строго.

А. ПЕТРОВ: Очень четкая проработка какой-то техники. Не дай Бог не тот костюм или что-то там. Может великий князь спросить, почему она сегодня не в этом костюме, который положен?

И. ЦВЕЙ: Да что Вы.

А. ПЕТРОВ: Из-за этого даже в свое время уволился директор императорских театров.

И. ЦВЕЙ: Ну, в двух словах, ну, расскажите. Ну, это же интересно.

А. ПЕТРОВ: Эта история очень простая. Потому что когда Кшесинская вышла в своем костюме в одном из спектаклей, на следующий день ей повесили замечание, за подписью директора императорских театров. Но император позвонил и сказал: ну, что же Вы обижаете нашу великую, любимую артистку. Снимите, пожалуйста, это объявление. Конечно, Ваше величество, слушаюсь. Он снял, и в этот же день написал заявление об уходе – директор императорских театров.

И. ЦВЕЙ: Как многим надо поучиться у такого директора.

А. ПЕТРОВ: Так я говорю о том, что вот стиль. И Москва, присутствие университета, галерки вот этой публики. Вдали от вот этих глаз вельмож непосредственных. Более демократическая программа, поскольку Горский был, допустим, в последний период перед революцией главным балетмейстером. Это уже присутствие Московского художественного театра рядом. Все это вот создало стиль более широкий, сама сцена больше Большого театра. Широкий такой более эффектный, рассчитанный на широкую такую аудиторию. Может быть, менее аккуратный в какой-то мере.

И. ЦВЕЙ: Менее аккуратный по технике?

А. ПЕТРОВ: В смысле классики. Немножко менее аккуратный. И вот таким образом свой стиль. Ну, конечно, мы, когда создавали театр, мы, может быть, не думали, каким будет наш точный стиль. Но мы стремились к определенным вещам. Например, мы хотели сохранить большой стиль Большого балета, поскольку наша сцена тоже громадная, наверное, самая большая в Европе.

И. ЦВЕЙ: А, кстати, извините, а действительно сцена Кремлевского дворца, она больше, чем Большого театра?

А. ПЕТРОВ: Намного больше. Сцена, конечно, диктует вот этот стиль большого спектакля. Но мы его, этот стиль пропагандируем не только поэтому. Потому что мы считаем, что в большом спектакле с развернутыми какими-то декорациями большими, с сюжетом, который проходил бы через 2, по крайней мере, или 3 акта, где разворачивалась бы целая духовная жизнь человека. Это все вот адекватно сегодня нужно зрителю. Вместе с тем мы не хотели какие-то не очень приятные вещи из Большого театра переносить в наш театр. Например, некоторые взаимоотношения внутри коллектива.

И. ЦВЕЙ: Да, о них было сказано уже много.

А. ПЕТРОВ: Вот хотелось как-то сохранить какую-то чистоту взаимоотношений внутри труппы.

И. ЦВЕЙ: А вот все-таки, ну, везде, во всем мире, Большой театр – это такая марка. Ну, вот приезжает Большой театр, гастроли Большого театра. Большой театр знают, чего скрывать. Какие есть награды, какие-то, может быть, успехи, вот такие отмеченные во всем мире, которые есть у Кремлевского балета?

А. ПЕТРОВ: Ну, я не знаю, у нас, по-моему, сейчас есть для театров, только есть «Маска золотая», которую мы не имеем и нас даже ни разу не выставляли на нее…

И. ЦВЕЙ: А почему?

А. ПЕТРОВ: Я не могу ответить на этот вопрос.

И. ЦВЕЙ: А Вы подавали какие-то?

А. ПЕТРОВ: Нет, мы не подавали. Ну, я не знаю, понимаете, дело в том, что мы к этому, честно говоря, совершенно не стремимся. Нам важно, чтобы мы сами знали, какого уровня достигли, и чего нам не хватает, и работали в этом направлении. Мы хотели создать несколько направлений репертуара, сохранить классику, но в том виде, в котором бы сегодняшний зритель мог бы ее наилучшим образом прочувствовать, ощутить и воспринимать. И в наших работах с классическим репертуаром, это видно. Каждый спектакль, но по-разному.

И. ЦВЕЙ: Назовите, пожалуйста, конкретно, какие спектакли.

А. ПЕТРОВ: Ну, например, последняя премьера театра – это балет «Эсмеральда», который создан на основе хореографии Перро. Потом с вкраплениями Петипа. Но практически мне пришлось его там 50% сделать заново. Потому что сегодняшний зритель требовал уже другого прочтения этой вещи, другого ритма, других подходов к этой вещи, в том числе пришлось новую совершенно музыкальную редакцию делать. Потому что, к сожалению, во времена того, как Перро ставил, там очень много разных было композиторов, которые прикладывали руку. И иногда даже из одного спектакля в другой вариации переходили, приезжала балерина в Петербург из Москвы со своими нотами и со своим костюмом. Понимаете, и это было совершенно чужеродное явление. Но, тем не менее, она танцевала. И это была принято, пока все-таки вот такие деятели крупнейшие наши, как Петипа, боровшийся, конечно, с этим Горский, боровшийся за целостность спектакля, за его художественное единство, привели нас уже к сегодняшнему дню, пониманию этих вещей. И что можно еще сказать. Вы говорите Большой театр… Большой театр был поставлен в такие условия, после уже революции, когда он… Сначала ведь его хотели совершено закрыть. И был уже подготовлен указ о его закрытии, И, в общем, это не состоялось. Наоборот, вместо того, чтобы его закрыть, ему дали дров, и дали бархат на занавес. Это был указ Ленина знаменитый. Он часто использовался раньше в прессе. И Большой театр стал нужен. Классика повернулась как-то, и оказалось, что самому простому зрителю, который сидел в шинелях, и стряхивал махорку с ярусов, что ему тоже нужно что-то прекрасное видеть, что-то красивое. Понимаете, ведь балет – это одно из тех искусств, к которому можно отнести музыку, поэзию, который может говорить о самых высоких чувствах. О самых таких возвышенных вещах, понимаете.

И. ЦВЕЙ: Скажите, ну, мы говорили о классическом стиле сейчас. Наверное, понятно, и нашим слушателям в первую очередь. Вот есть такая обывательская терминология, это классический балет и современный балет. Что означает в Вашем театре современный балет? Что это значит? Что это за стиль? Какие спектакли?

А. ПЕТРОВ: Вы как раз затронули вопрос о втором направлении нашей работы. Когда мы пытаемся создать современные спектакли. Ну, что значит современные спектакли? Во-первых, это должна быть написана новая музыка современным композитором.

И. ЦВЕЙ: А какие композиторы с Вами работают?

А. ПЕТРОВ: Ну, с нами работал Тихон Николаевич Хренников. Он написал «Наполеон» для нас. Тема, мне кажется, очень такая была интересная. Она и сейчас, я думаю, интересна во многих смыслах. Тогда в 95-м году она была просто экзотическая немножко. Сейчас она ближе к каким-то политическим ситуациям. Но дело в том, что мы применяли там, по лексике, как классическую хореографию, так и более современную пластику, т.е. там танцевали и босяком артисты, так далее. Но мы поняли, что приучать зрителя к современному танцу на такой большой сцене не так просто. Зритель все-таки у нас любит классику. И мы тогда начали это делать постепенно. Вот немножко в этом спектакле, немножко в следующем спектакле, допустим. Фантастические симфонии Берлиоза, еще что-то. Еще что-то. И таким образом, мы хотели двигаться, но в какой-то момент нам эту линию даже немножко оборвали, я бы даже сказал. Потому что сказали: нет, давайте, одну классику. Вот это надежно. Вот это надежное. Зрителя полно, у Вас аншлаги, 6 000 приходят. Это три театра Большого театра три спектакля, и давайте, вот это очень хорошо. Зрителю нравится. И у Вас это получается. Но, мы, конечно, не можем без этого жить. Поэтому все время пытаемся что-то сделать. Мы пробовали вот это в малых формах как-то сделать. Пытались сделать на верхней сцене Кремлевского дворца. И так это все и заглохло, потому что сейчас как бы это все не актуально там на верхней сцене работать. Надо искать какой-то зал в Москве, что мы пытаемся делать.

И. ЦВЕЙ: Т.е. Вы хотите отдельный театр, скажем так.

А. ПЕТРОВ: Ну, хотя бы филиал, какую-то маленькую сцену. Для того чтобы показывать какие-то современные спектакли. Все-таки современные спектакли – это довольно большой эксперимент.

И. ЦВЕЙ: Мне кажется, особенно в Москве, эта ниша совершенно пустует. Т.е. вот есть Большой театр и как бы и все. Есть какие-то современные…

А. ПЕТРОВ: Нет, почему. Сейчас, во-первых, идет фестиваль «Территория», там много очень современных спектаклей. Ведь дело в том, что весь 20 век современный танец развивался параллельно, но не у нас, а за рубежом в Америке, в Европе, параллельно с классическим балетом развивался совре6менный балет. И сейчас у них есть своя методика, свои принципы построения. И многие современные хореографы этим владеют, западные хореографы. Мы не владеем. Потому что наша школа, система классического танца, на сегодня у нас предметы эти очень редко встречаются в наших академиях. Т.е. у нас есть, допустим, джаз танец, но нет современного танца ни в каком виде. А их уже много течений различных, с серьезными очень подходами, с методикой своей и т.д. Вот это наш пробел, который, безусловно, надо восполнять. Это, конечно, требует затрат. Потому что надо пригласить западных профессионалов в модерн балете, которые бы нашим артистам дали полное представление, что это такое. И тогда они выйдут из училища, академии уже полностью подкованными. Подкованными и в классическом, который у нас сохраняется на высоком уровне образования классического балета. Ну и выйдут уже подкованными и в этой области. А будущее все-таки я убежден за сочетанием вот этих вещей. Потому что классический балет – это не изобретение России. Классический балет пришел к нам из Италии и Франции, и благодаря таланту русских он стал балетом во многом русским, во многом мировой балетной державой стала Россия. И я думаю, что сейчас такая прививка вот этого современного балета к классике, она дала бы очень интересные результаты, и в дальнейшем и выход на какие-то совсем интересные формы хореографии.

И. ЦВЕЙ: Андрей Борисович, ну понятно, Вы только что говорили, для того, чтобы это как-то возрождать, ставить спектакли новые, совмещать, для этого нужны средства. Если для такого балета, как, ну, понятно, что больше мы не будем говорить о Большом театре, с ним уже все понятно, вот давайте поговорим конкретно о Вашем. Есть ли какие-то спонсоры, есть ли какие-то меценаты, которые поддерживают Кремлевский балет?

А. ПЕТРОВ: Да, у нас, конечно, есть спонсоры. Но я должен сказать, что то, о чем мы сейчас говорили относительно создания кафедры хореографии, это касается именно поддержки наших академий в Москве и в Петербурге. Финансовой поддержки наших академий. Вот для того, чтобы там это создать, им нужны деньги. А нам для постановки спектаклей, для пропаганды, и конечно, для рекламы. Потому что очень много сейчас уходит на рекламу. И рекламировать очень тяжело наши спектакли. Поэтому, может быть, многие и не знают, когда приходят в Кремлевский дворец и думают, что это спектакли Большого театра. Хотя мы действительно сейчас в период ремонта Большого театра даем им возможность 4 дня выступать. Два обычно бывает, это две оперы, и два балета. Чтобы поддержать Большой театр, пока он ремонтируется. Но все равно, о нас мало знают. Нам дают хорошие, нормальные деньги, не смотря на то, что сделать на нашу громадную сцену спектакль стоит дорого, нам управление делами президента, которое нами руководит, оно дает нам эти средства. Мы каждый год выпускаем, а в этом году, наверное, в этом сезоне, наверное, даже 2 раза будем выпускать спектакли. Поэтому это можно сказать только спасибо, что мы имеем эту возможность. И Кремлевский дворец нам в этом тоже помогает. Но, конечно, вот осилить, допустим, рекламу, мы не в состоянии. Кроме афиш, не больших вот эти баннеров, растяжек, а просто афиш, расклеенных по городу, мы, к сожалению, почти не можем ничего в этом плане сделать.

И. ЦВЕЙ: Ну, это, все-таки, дает какие— результаты? Зрительский зал наполняется или не очень?

А. ПЕТРОВ: Ну, наш зал вообще очень неплохо на балетах наполняется. Особенно в периоды, когда ну действительно бывают такие театральные периоды, это зима, и до весны. Начиная с мая уже, конечно, начинается отток зрителей, все уезжаю на дачи. Потому что наш зритель сейчас, в основном, раньше, если это были иностранцы, мифические туристы, сейчас их уже давно нет. В основном идут наши москвичи, кто в области живет, приезжают на автобусах большим и группами. В основном это Москва и Московская область.

И. ЦВЕЙ: Вы знаете, я летом буквально, по-моему, это был август, я гуляла в саду Эрмитаж, и там увидела афишу, что Вы там выступает Кремлевский балет. И я видела, что там стояло очень много людей, хотя это было лето. И, по-моему, зал был полон, насколько я поняла. Потому что мы были с друзьями, мы даже захотели пойти, я билетов не купила.

А. ПЕТРОВ: Нет, Вы знаете, там, в основном, выступает Имперский балет. И там они действительно, там небольшой зал. И там еще другие коллективы. В этом году даже там был фестиваль очень неплохой.

И. ЦВЕЙ: Да, это был фестиваль балета.

А. ПЕТРОВ: И летом очень хорошо там они проходили. Дело все в том, что у нас летом уже несколько лет проводится ремонт кремлевского дворца. На 5 месяцев мы вынуждены закрываться летом. С мая по октябрь.

И. ЦВЕЙ: Вы гастролируете в это время?

А. ПЕТРОВ: Мы гастролируем, мы готовим новые спектакли, пользуемся вот этим промежутком времени для того, чтобы, мы довольно много гастролируем. И нас с удовольствием приглашают. Совершенно разные страны и Европа, и Азия, мы везде бываем. Но вот этот период, если бы, конечно, мы выступали во Дворце, я думаю, это был бы, конечно, востребованный период. Потому что где-то, начиная с июля месяца, когда уже все на дачах подустали…

И. ЦВЕЙ: Ну, да, собрали весь урожай.

А. ПЕТРОВ: Все уже тянутся…

И. ЦВЕЙ: К прекрасному.

А. ПЕТРОВ: Обратно в театр. И обычно июль-август всегда хорошо ходит зритель. Но мы в этот период не выступаем, пока не закончится наш ремонт.

И. ЦВЕЙ: Скажите, пожалуйста, чем Вы открываете свой новый сезон? Вообще когда он открывается? Какие спектакли в этом сезоне? Какие новые спектакли? Какие старые?

А. ПЕТРОВ: В этом сезоне мы уже открылись 7-го числа двумя спектаклями…

И. ЦВЕЙ: С чем Вас поздравляю.

А. ПЕТРОВ: Да, двумя спектаклями. Утром была «Эсмеральда», наша последняя премьера. И вечером «Лебединое озеро». И теперь 19-го у нас премьера, первое исполнение вот спектакля балета «Корсар» в постановке Юрия Николаевича Григоровича. И это наша первая премьера в этом сезоне. А после этого мы начнем работу. И за 2 месяца должны успеть. И после Нового года выпустить еще одну премьеру это балет на музыку Моцарта и Россини, балет «Фигаро». Это я уже ставлю. Это будет вторая премьера. А потом уже сразу на следующий день после премьеры у нас начнутся большие разъезды. Я имею в виду, на месяц в Китай мы уезжаем сразу в середине января после премьеры. Потом у нас Испания планируется, планируется Южная Америка, это все большие довольно поездки.

И. ЦВЕЙ: У Вас вообще большая труппа?

А. ПЕТРОВ: У нас сейчас около 80 человек.

И. ЦВЕЙ: Ну, это немало.

А. ПЕТРОВ: Я считаю, что больше труппу, может быть, даже в каком-то смысле не нужно иметь. Потому что, да, у них нагрузка очень большая, потому что если по масштабу спектакль, как Большого театра. Но они там отработали первый акт и ушли домой. А второй отработали другие, то у нас они работают все три акта, это способствует и поддержанию и формы всех в хорошей форме. И вообще интенсивная работа, я считаю, всегда полезна артистам.

И. ЦВЕЙ: Андрей Борисович, ну, вот сейчас нас слушают очень много людей, наших слушателей «Эхо Москвы». Вам такое слово, на что бы Вы хотели пригласить особенно, ну, я понимаю, что на все спектакли, наверное, Вашего театра. Но какие спектакли в самое ближайшее время все-таки состоятся. Может быть, числа Вы назовете, какие конкретно спектакли это будут? И что их ждет? Все-таки классическая форма, классический стиль, современный танец, такой смешанный стиль? Что их ждет? И куда, кстати, прийти и купить билеты? Это просто билетные кассы, которые у нас стоят на улице, или это в Кремлевский дворец просто надо прийти?

А. ПЕТРОВ: Значит, на первый вопрос с удовольствием я отвечу. Потому что для нас, конечно, все эти годы, и трудные, и более удачные годы нас поддерживал зритель. Своим приходом в этот громадный зал. И те аншлаги, которые у нас бывают, и в прошлом году их у нас было достаточно много, они, конечно, поддерживают нас в том, что мы в правильном направлении как-то движемся. И это полугодие у нас как-то посвящено больше классическому балету. Премьера «Корсара» 19-го, 23-го у нас октября «Щелкунчик», 12 ноября будет «Эсмеральда». Потом мы дадим 3 спектакля в декабре на сцене театра Станиславского и Немировича-Данченко. Это будет наш совместный проект, который мы делаем с Андрисом Лиепой под названием «Возрождение русских сезонов».

И. ЦВЕЙ: Кстати, там такой красивый театр, просто необыкновенно.

А. ПЕТРОВ: Да, после ремонта…

И. ЦВЕЙ: Да, после ремонта просто необыкновенный театр.

А. ПЕТРОВ: Замечательный театр. И там мы дадим два вечера этих балетов Фокина, и Брониславы Нежинской «Болеро» там будет. И, кроме того, еще будет вечер Николая Цискаридзе, в котором мы участвуем. Очень рады, что он порадует нас в балете «Послеполуденный отдых фавна». И после этого в новом сезоне уже после елок сразу кремлевских, 18-го января «Фигаро». Это уже, конечно, другой спектакль, это не классика. Но это классика вместе с современными какими-то элементами, т.е. это современный спектакль.

И. ЦВЕЙ: Где можно купить билеты?

А. ПЕТРОВ: Билеты очень просто. Продаются в наших кассах, и всегда можно купить в кассах Кремлевского дворца. Продаются они и в кассах в городе. Но иногда их трудно достать в городе, но всегда можно купить в наших кассах Кремлевского дворца у Кутафьей башни.

И. ЦВЕЙ: Спасибо большое. Я напоминаю, что в гостях у нас был Андрей Борисович Петров. Это народный артист России, профессор кафедры хореографии и балетоведения Московской государственной академии хореографии, художественный руководитель театра «Кремлевский балет», академик. Вы знаете, мне бы хотелось пожелать Вашему балету и Вам лично, чтобы, конечно, марка вообще российского балета, она не только была в рамках Большого театра, а то, чтобы Кремлевский балет, как можно больше набирал сил, как можно больше наших слушателей, поскольку мы сейчас в эфире «Эхо Москвы», приходили на Ваши спектакли, и понимали, что балет жив в любых его направлениях, в классических, в современном, и что есть действительно замечательный балет – Кремлевский балет. Я Вам желаю удачи. Я Вам желаю всего самого хорошего. И здоровья Вам и Вашей труппе. Чтоб Вы радовали нас как можно дольше. У микрофона была Ирина Цвей.

А. ПЕТРОВ: Спасибо.

* Сергей Смирнов - физлицо, признанное иностранным агентом.


Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире