'Вопросы к интервью
04 августа 2007
Z Интервью Все выпуски

Выставки и проекты Музея изобразительных искусств имени А.С.Пушкина в новом сезоне


Время выхода в эфир: 04 августа 2007, 12:15

К.ЛАРИНА – 12 часов 15 минут. У микрофона Ксения Ларина. Начиная с этих минут и до конца часа, мы с Ксенией Басилашвили, Ксюш, добрый день еще раз.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Добрый день.

К.ЛАРИНА – Принимаем в нашей студии директора Музея изобразительных искусств имени А.С.Пушкина Ирину Александровну Антонову. Здравствуйте, Ирина Александровна.

И.АНТОНОВА – Добрый день.

К.ЛАРИНА – Есть, о чем поговорить, есть, о чем рассказать, и конечно же, ответить на вопросы наших слушателей. Напомним средства связи – 363-36-59 – телефон прямого эфира, и SMS-ки можно присылать по номеру +7-985-970-45-45. Мы не отходим от наших традиций и наши беседы проходят, конечно, с призами. Цыганочка с выходом, да?

К.БАСИЛАШВИЛИ – Конечно, у нас есть билеты в Музей изобразительных искусств имени А.С.Пушкина. Сейчас там можно посмотреть выставку до начала сентября американского искусства и, конечно, просто прогуляться по музею, у нас есть и билеты, и каталог этой выставки «Три столетия американского искусства. Новый Свет». Мы вам задаем вопрос. Вопрос такой – ну, вы знаете, что Музей изобразительных искусств создавался как музей слепков изначально, учебный музей. И в том числе, там в итальянском дворике в Музее изобразительных искусств стоит слепок в натуральную величину статуи Микеланджело «Давид». Так вот скажите нам, пожалуйста, в Музее изобразительных искусств слепок «Давида», а вот где, в какой стране, в каком городе находится подлинный «Давид».

К.ЛАРИНА – Оригинал.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Оригинал Микеланджело. Вот таков вопрос. +7-985-970-45-45 – ждем ваших ответов на наш SMS.

К.ЛАРИНА – Ну, с чего мы начнем наш разговор, с Америки? Про Америку сегодня Ксюша много рассказывала, вот говорила о своих впечатлениях, делилась со слушателями и говорила о том, в чем ценность этой выставки. А для Вас в чем ее ценность главная?

К.БАСИЛАШВИЛИ – На мой взгляд, это энергия, прежде всего, которая исходит от этой работы, от этой выставки.

И.АНТОНОВА – Ну, это Ваша оценка самого содержания и как бы характера этого искусства. Это вот тот эмоциональный какой-то заряд, который Вы от нее получили. Это так и есть, конечно. Но вместе с тем, она очень такая дидактичная, т.е. она вот рассказывает этап за этапом, как развивалось на протяжении, ну, не 300 лет, как это заявлено в названии, но, ну, скажем 250 лет.

К.ЛАРИНА – Откуда, кстати, эта цифра взялась – 300 лет?

И.АНТОНОВА – Ну, Вы знаете, это придумали сами американцы. Но действительно, конечно, в самом начале XVIII века уже была живопись какая-то, да, безусловно, были картины. Там у нас, по-моему, самая ранняя картина 1731 года на выставке. Вот так. Ну вот, где-то около 300 лет, да, действительно так. Но колонизация-то все-таки началась в XVI еще веке, значит, естественно.

К.ЛАРИНА – Ирина Александровна, вот еще у меня к Вам тоже вопрос. Ксюша говорила, что для нее в этой выставке Америка выступает как победительница. Вот Ваши эмоциональные ощущения такие же?

И.АНТОНОВА – Нет, я бы этого не сказала, я бы не согласилась. Вы знаете, нет, нет. Мне как раз показалось, что эта выставка рассказывает о таком, ну вот, во-первых, о трудностях пути и о таком среднем добропорядочном американце, который на разных этапах вот этого длинного, несколько столетий пути вот проживает вместе со своей страной очень патриотично. Тема патриотизма проходит буквально через всю выставку от начала и до конца, очень педалируется в каждом разделе. Вот он живет вместе со своей страной. Первый раздел – это портреты отцов-основателей, прежде всего, Вашингтона. Вот этот этап борьбы за независимость, люди, которые создали Америку. Потом большое число пейзажей такой еще… ну, только открытой страны, где еще предстоит все сделать, да? Там крупные пейзажи действительно. Потом идет целая серия таких бытовых, жанровых небольшого размера картин, которые в это время – первая половина XIX век характерны и для России, для Германии, для многих стран, вот этот такой быт и жанр. Ну, а потом идут опять-таки, вступает в силу такое региональное ощущение страны, т.е. очень патриотичное: вот мой дом родной, любимый дом – даже там так написано, а вот наш флаг в небе, а вот наши поля, наши просторы, мы их осваиваем. И целая серия из 5 картин, их больше, на самом деле, открывают такого художника – Бентона. Кстати говоря, это уже ХХ век, ну вот, 29-30 год, это великая депрессия. И вот здесь желание где-то все-таки понять, кто мы. Прежде всего, строители, лесорубы, сеятели – вот эта вся тема, она тоже здесь. Социальная тема. Они не скрывают. В частности, есть довольно такая острая картина с линчеванием, судом Линча.

К.ЛАРИНА – Хотела спросить, да.

И.АНТОНОВА – Да, да, да, она есть, она присутствует здесь. Вот эта безработица чудовищная тогда, такая картина.

К.ЛАРИНА – А тема 11 сентября есть?

И.АНТОНОВА – Нет. Вы знаете, этой темы нет совсем.

К.БАСИЛАШВИЛИ – А они с самого начала ее не предлагали, да?

И.АНТОНОВА – Нет, нет, нет. Вообще, надо вам сказать, эта выставка целиком сделана американцами. Мы сделали кое-какие пожелания. Некоторые они сумели выполнить, некоторые нет. Я думаю, что у них были большие трудности со сбором материала, потому что «Метрополитен» не участвует, МОМА — музей современного искусства в Нью-Йорке не участвует. В свое время мы делали небольшую выставку американского искусства и те же самые мастера, ну, тот же самый Генри Вултели, он был представлен гораздо более такими, ну, для него фундаментальными вещами, понимаете? Я очень просила их показать группу художников так называемого абстрактного, такого экспрессионизма абстрактного. Это, знаете, живопись 50-60-х годов, то, в чем, я считаю, американцы очень… ну, они внесли вклад просто в понятие абстрактной живописи, казалось, что она уже умерла к тому времени совсем, только перепевы идут, да? Как и сейчас, вот ничего нового – Кандинский, Мондриан, Матье — всё. Вот. А нет, они открыли совсем новый ракурс. Они идут за Кандинским, это видно. Джексон Поллак. Вот. И это очень интересно. Я просила привести его большие настоящие картины.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Известные очень, такие хиты.

И.АНТОНОВА – Да. Они привезли раннюю вещь, которая ничего не говорит о Поллаке, об этом направлении, и малюсенького, очень хорошего Поллака. Но маленькая картина, а для Поллака значит размер, как, впрочем, для любого художественного произведения. Размер – это категория. И вот они не смогли это привезти. Поп-арт. Тот же Уорхол, Розенквист, Раушенберг, Лихтенштейн. Мне кажется… Ну, Лихтенштейн – да, это такая, ну, как бы такая его заявочная вещь. Но остальные вещи второстепенны совсем.

К.ЛАРИНА – Как оценивают сами американцы эту выставку? Давай послушаем посла Соединенных Штатов Америки.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Да, во-первых, посол Соединенных Штатов. Это на открытии.

У.БЕРНС – Эта выставка представляет собой крупнейшую выставку искусства США, которая когда-либо приезжала в Россию. И я считаю, что особенно примечателен тот факт, что именно Фонд Соломона Гуггенхайма принял участие в организации этой выставки здесь, поскольку именно Фонд Соломона Гуггенхайма в свою очередь принимал российскую выставку искусств в Нью-Йорке. И это являет собой доказательство того, что взаимоотношения между нашими государствами всегда были улицей с двусторонним движением, с обоюдными отношениями, которая позволяла нам взаимно обогащать культуру друг друга.

К.ЛАРИНА – Это господин Бернс, посол Соединенных Штатов Америки в России.

К.БАСИЛАШВИЛИ – И он там затронул автомобильную тему совершенно не случайно, потому что многие газеты после обошла выставка Ирины Александровны Антоновой в неожиданном ракурсе, я бы сказала, абсолютно Вас не ожидали увидеть на мотоцикле вместе со звездой Голливуда – Джереми Айронсом.

И.АНТОНОВА – Вы знаете, мне так нравится этот актер. Я считаю, что он настоящий крупный актер. Ну, он же из Англии все-таки, понимаете?

К.ЛАРИНА – Да, да.

И.АНТОНОВА – Вот. Но я не могла отказать.

К.ЛАРИНА – Чтобы он Вас покатал на мотоцикле, да?

И.АНТОНОВА – Да, сесть на мотоцикл вместе с ним.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Огромный мотоцикл. Они приехали к открытию выставки…

И.АНТОНОВА – Они же из Петербурга.

К.БАСИЛАШВИЛИ – … на мотоциклах.

И.АНТОНОВА – Да, да, да.

К.ЛАРИНА – Ну, давайте его послушаем.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Да, вот Джереми Айронс вошел в таком ковбойском одеянии в Музей изобразительных искусств.

И.АНТОНОВА – Он встал против картины, кстати говоря, «Обратная сторона Голливуда». Там действительно вот эта знаменитая надпись на холме в Лос-Анджелесе, где написано – Голливуд…

К.ЛАРИНА – Да, да, да.

И.АНТОНОВА – Она видна как бы с другой стороны.

К.БАСИЛАШВИЛИ – И она читается как – ООО – по-русски.

И.АНТОНОВА – Да, да, очень смешно.

Д.АЙРОНС – Нечто, что очень характеризует привлекательную сторону езды на мотоцикле, так это то, что глазам открывается многое, что, может быть, при обычном путешествии и не увидишь. Ты ощущаешь запах, чувствуешь капли дождя, и также чувствуешь, как в глаза попадает дорожная пыль. И все, что бы ты ни ел, и все, что бы ты ни выпил, все напомнит прекрасно путь. И когда глазам открываются какие-то произведения искусства, какие я ожидаю увидеть здесь, когда все ваши чувства и ощущения настолько остры и подвижны, вы полностью открыты становитесь для такого искусства. И вот почему я перемещаюсь на мотоцикле от музея к музею. Я очень рад возможности находиться здесь и с нетерпением жду возможности увидеть представляемые здесь полотна. И вновь извиняюсь за то, что мы опоздали. Спасибо.

К.ЛАРИНА – Это Джереми Айронс, который вот тоже представил свое видение выставки, которая вот сейчас работает в Пушкинском музее. А у вас там есть книга отзывов-то, Ирина Александровна?

И.АНТОНОВА – Да. Вы знаете, отзывы, ну, в целом они положительные, потому что просто очень интересно, от А до Я. Там есть картины 2007 года. Больше того, художник на наших глазах еще доделывал, потому что эта картина представляет собой такие, ну, как обои, знаете, которые клеят на стену. Такие куски ткани такой, ну, там, на бумаге наклеенной, и поскольку он ее перевозит с выставку на выставку, то ее надо обязательно подновлять. И вот все это, наклеив, он еще работал кистью на наших глазах. Поэтому это действительно от А до Я, понимаете? И конечно, это интересно, потому что в принципе все главные направления, ну, иногда мне хотелось, чтобы было вот от этого художника другая вещь, но все представлено, понимаете? все представлено. И конечно, очень такой, я бы сказала, наверное, впечатляющий современный раздел уже XXI века, начиная с 2000 года…

К.ЛАРИНА – А среди участников нету выходцев из России?

И.АНТОНОВА – Ну, как Вам сказать? Обязательно есть. Я вот сейчас просто так…

К.ЛАРИНА – Не вспомните.

И.АНТОНОВА – …сразу вам не вспомню, но там непременно они есть всегда.

К.ЛАРИНА – В том-то все и дело.

И.АНТОНОВА – Это такое дело. В Америке и вообще, и во Франции, особенно когда дело касается современного искусства, безусловно.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Ирина Александровна, открыла я Интернет, набрала название вашего Музея изобразительных искусств имени Пушкина, и очень много сообщений было о том, что музей закрывается. Закрывается он на реконструкцию к юбилею, к 12-му году. И люди общаются, спрашивают: что же делать? Бежать сейчас скорее смотреть, потому что потом вот музей будет недоступен просто для посещения.

И.АНТОНОВА – Нет, ну, это, конечно, такая весьма не соответствующая действительности информация.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Это не так, да?

И.АНТОНОВА – Нет, видите ли, в чем дело. Что правда? Правда, что в 2012 году музею будет 100 лет. Это так. И правда, что мы начали такую уже активную подготовку. Все-таки 100 лет – это дата, как я понимаю. Дело в том, что музей, конечно, основное здание музея нуждается в капитальном ремонте, попросту говоря. Не в реконструкции, в капитальном ремонте, и она будет осуществляться, безусловно. Но во-первых, эта работа будет делаться какими-то этапами, будет там закрываться, скажем, какая-то группа залов, потом открываться. Сейчас пока что в начале ноября мы откроем совершенно новую экспозицию.

К.ЛАРИНА – Шанель?

И.АНТОНОВА – Нет, новая экспозиция всего нашего…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Постоянного музея.

И.АНТОНОВА – Собрания. Дело в том, что год тому назад, как раз в августе, вот в эти дни мы перевели очень знаменитую часть того материала, который находился в этом музее, а именно искусство XIX и XX веков, в том числе знаменитые коллекции Щукина и Морозова, в новое здание, которое мы отреставрировали рядом с музеем. Открыли галерею Искусство XIX и XX веков Западной Европы и Америки. И это половина второго этажа нашего музея. Освободилось пространство. Мы сейчас провели уже все ремонтные работы, пришло новое оборудование. И практически все, конечно, кроме экспозиции слепков, которые недвижимы, все остальное, вся картинная галерея, весь подлинный античный и древний восточный материал – все будет находиться на новых местах. Больше того, грядет большое обогащение, потому что мы смогли очень много нового материала включить. Некоторые залы уже открыты.

К.ЛАРИНА – Хорошо, Ирина Александровна, мы сейчас прервемся на новости. Потом продолжим нашу беседу. Напомним, что в гостях у нас директор Пушкинского Музея изобразительных искусств Ирина Александровна Антонова.



НОВОСТИ



К.ЛАРИНА – Ну что, продолжаем наш разговор с Ириной Александровной Антоновой, директором Музея изобразительных искусств имени А.С.Пушкина. Но при этом мы следим за тем, какие ответы нам присылают наши слушатели на вопрос. Ну, правильных ответов уже более чем достаточно, да?

К.БАСИЛАШВИЛИ – Практически все правильные.

К.ЛАРИНА – Флоренция – адрес «Давида», да? Флоренция.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Да.

К.ЛАРИНА – Место жительства.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Во Флоренции, в Музее академии.

И.АНТОНОВА – Да.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Одно время стоял на площади.

И.АНТОНОВА – Да, потом его перенесли, ну, просто имея в виду погодные, климатические…

К.БАСИЛАШВИЛИ – И туристические условия.

И.АНТОНОВА – Да, но понимаете, это вредно просто для мрамора, конечно, портится под дождем там и т.д. Но там есть ведь все-таки, остался слепок перед Синьорией. И там есть третий Давид на площади Микеланджело, пьяцца Микеланджело. Это немножко на холме над городом. Там есть еще третий.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Но тоже копия?

И.АНТОНОВА – Но это слепок, да. Так что можно в трех местах увидеть его во Флоренции.

К.ЛАРИНА – Освободились наши средства связи для ваших вопросов. Пожалуйста, можно задавать вопросы Ирине Александровне Антоновой. Про Шанель все просят рассказать.

И.АНТОНОВА – Да. Эта выставка у нас будет 26-го, откроется 27-го.

К.ЛАРИНА – Сентябрь, да?

И.АНТОНОВА – Ну, 26-го будет такое открытие торжественное. С 27 сентября выставка будет открыта для публики. Выставка называется «Шанель и искусство». Ну, это принципиальное название, потому что это… ну, конечно, мы будем показывать созданные ею наряды, платья, костюмы, но это… и даже запахи…

К.ЛАРИНА – Даже запахи?

И.АНТОНОВА – Обязательно.

К.ЛАРИНА – Парфюм будет какой-то представлен?

И.АНТОНОВА – Да. Вы знаете, как это делается? Это даже не представлено, это выставка делится на 6 разделов. И в каждом разделе, когда вы входите, во-первых, звучит музыка, во-вторых, вы ощущаете определенные запахи. Т.е. ну, запахи вот линии Шанель. Это же не только Шанель № 5. Там, например, у нее есть такие замечательные духи как «Русская кожа». Вот о ней будет.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Кожа?

И.АНТОНОВА – «Русская кожа», да. Вот такие есть духи. Потом, ну, там есть, вы знаете, Шанель № 20, ну, у нее есть… Это линия.

К.ЛАРИНА – Ирина Александровна, когда туда придут первые посетительницы, дыша духами и туманами, то от Шанель ничего не останется.

И.АНТОНОВА – Все останется. И кроме того, вот действительно «Шанель и искусство». Это название, оно заявляет, что мода, она входит… высокая, настоящая мода является искусством. До нас, кстати, выставку Шанель, правда, не в таком ракурсе, как делаем мы, делал «Метрополитен-музей» в Нью-Йорке.

К.ЛАРИНА – А у вас в музее были подобные прецеденты? Дзефирелли, по-моему, были костюмы у вас?

И.АНТОНОВА – Дзефирелли, но он делал костюмы, скажем, те костюмы, которые для его персонажей, для певицы, там, для Калласс он делал костюмы, вот они были. Но у нас была выставка такого замечательного итальянского модельера Капуччи. Но его платья – это просто… это даже не только скульптура, это архитектура, я бы сказала. Это удивительные совершенно создания. Причем мы их поставили прямо в музее. Вот они стояли в итальянском дворике, в греческом дворике, среди скульптур великолепно воспринимались публикой. Это было просто очаровательно.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Ирина Александровна, а Вы сами не поклонница стиля Шанель?

И.АНТОНОВА – Мне очень нравится.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Потому что Вы очень сильная.

И.АНТОНОВА – Нет, Вы знаете, что, вот Шанель очень хороша…

К.БАСИЛАШВИЛИ – В чем он проявляется, стиль?

И.АНТОНОВА – …для женщин в возрасте, скажем так. Я Вам скажу: во-первых, она, конечно, вот почему — «Шанель и искусство». Она создала образ женщины, вот начиная с 20-х годов. Она украсила юбки, она подстригла волосы, она дала более простые ясные линии. Она ввела целый ряд новых материалов, таких, как твид. Кто считал, что твид – это для женского костюма? Она жила в Англии, она многое там увидела и она восприняла вот и эту фактуру материала, да? Она ввела целый ряд таких цветов: черный цвет, например, как такой, один из основных цветов, действительно вот в сочетании с белым, красный цвет там вот. Она внимательно изучала искусство Византии и Венеции. Там будет раздел «Венеция», например. Она очень много приглядывалась к русскому авангарду. Во-первых, она дружила с такими людьми как Дягилев. Она участвовала и создавала костюмы к балетам Дягилева, костюмы, не только платья для того, чтобы их носить на улице. Она работала вместе с Пикассо. Она внимательно приглядывалась к искусству Гончаровой, например, российской художницы, да? Но она была в большой дружбе со Стравинским. Вот эта русская линия, она есть у Шанель.

К.ЛАРИНА – Она будет здесь представлена, вот эта русская линия?

И.АНТОНОВА – Она создала так называемую рубашку.

К.ЛАРИНА – И маленькое черное платье.

И.АНТОНОВА – Ну, русская линия тоже. Ну, и рубашка будет. Т.е. вы понимаете, это шло от русской такой. Она там видела какой-то народный ансамбль российский, который выступал в Париже, на нее это произвело впечатление. Ну, она была, конечно, выдающейся в этом плане женщиной. И вот какой-то образ деловой такой, ну, подтянутой и вместе с тем обязательно женщины, которая следит за собой. Он существует. Ну, и знаменитый вот уже созданный позже гораздо вот этот костюм ее, да? с такой лентой, ну, обшивкой и с пуговицами. И прочее. Это все – Шанель. Я думаю, что эта выставка будет интересна не только там модницам, да?

К.ЛАРИНА – Т.е. это все-таки явление искусства, безусловно, да?

И.АНТОНОВА – Оно явление искусства, но явление эпохи. Она из тех, кто созидал время, а время во всем. Оно в архитектуре, оно в живописи, в музыке, оно в костюме, оно в запахах, оно во всем. Это ведь все это время. И Шанель одну частицу этого времени тоже создает. И наша задача на выставке это показать.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Ирина Александровна, и все же, вот новая экспозиция, о которой Вы сейчас говорили. Нужно объяснить нашим радиослушателям, что это такое.

И.АНТОНОВА – Что это такое.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Т.е. существует экспозиция, которую мы уже знаем сколько десятков лет.

И.АНТОНОВА – Да, да.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Сколько она висит сейчас вот в том виде, как приходят люди и смотрят, из зала в зал переходя?

И.АНТОНОВА – Ну, что же, я вам сейчас скажу. Вот то, что вы видите сейчас, это очень точно. Мы это сделали все вот это, да. Все мы открыли в каком? В 74 году, по-моему. Да, да, вот лет 30 тому назад.

К.БАСИЛАШВИЛИ – А почему нужно менять?

И.АНТОНОВА – Нет, ну, во-первых, потому, что огромная часть художественных ценностей находится в запасниках. Мы получили еще один дом. Мы перевели туда XIX – XX век. Мы имеем, во-первых, и в том доме мы гораздо больше показали материала. К нам люди приходят: «Как? У вас есть эти вещи. Мы этого не знали». Они у нас лежат в запасниках. И здесь вы сейчас увидите очень много новых вещей, в живописи, прежде всего, в романтичном искусстве. Ну, итальянский раздел очень сильно пополнится, начиная с XIV века и до… вот в этом музее будет искусство до начала XIX, так как бы классика такая. Ну, картины того же Тьеполо, Строцци, Гварди, если брать итальянский раздел. Совсем будет по-новому фламандский раздел, огромный зал мы ему отдали. Там будет и больше Снайдерса, и больше Йорданса, и появятся картины Рубенса дополнительные, и Ван Дейка, и многих других, Тейнерса и т.д. Совершенно новый, вы просто этого раздела не видели, это будет искусство Германии и Нидерландов XV-XVI веков. Несколько новых картин Кранаха, вот великих художников.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Новых, т.е. вы их заново открыли?

И.АНТОНОВА – Нет. Мы их не открыли, они у нас в запасниках были.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Т.е. лежали все это время в запасниках?

И.АНТОНОВА – Но не было места. Это проблема территории. Ведь мы сейчас будем делать еще один дом за нами, нам его передали. Это для чего нужно – чтобы показывать это публике, а не держать в запасниках. Нет, я думаю, что это будет все-таки так вот очень интересно публике.

К.БАСИЛАШВИЛИ – А графика у вас есть, потрясающая графика, тех же Нидерландов. Рембрандт.

И.АНТОНОВА – Графика, да. У нас есть 360-370 тысяч листов графических, в том числе рисунки, печатная графика. И у нас есть… Ну, графику нельзя постоянно держать в экспозиции. Но у нас есть место, чтобы…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Чтобы больше показывать.

И.АНТОНОВА – …показывать на временных выставках.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Появится, да? она сейчас?

И.АНТОНОВА – Кроме того, вот даже если какие-то части здания будут закрыты, то галерея искусств, вот этот трехэтажный дом рядом с нами, где XIX – XX, где Матисс, Пикассо, Мане, кстати, Гойя, Домье – все это вы тоже почти не видели. Вот Коро, новый Коро.

К.БАСИЛАШВИЛИ – И это уже можно смотреть?

И.АНТОНОВА – Все, это уже год можно смотреть.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Причем в отдельном здании эти картины смотрятся совершенно по-другому.

И.АНТОНОВА – Да, совсем по-другому.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Импрессионисты собраны в одном музее.

И.АНТОНОВА – Да, это целый зал Матисса, целый зал Клода Мане, целый зал Ренуара, понимаете, это по-новому смотрится. А кроме того, у нас существует музей личных коллекций.

К.ЛАРИНА – Про него спрашивают тоже отдельно наши слушатели.

И.АНТОНОВА – Да, там около 30 коллекций. Причем там все: там и древнерусская икона, но там и Родченко, и скажем, там, Штернберг.

К.ЛАРИНА – Это то, что постоянная экспозиция?

И.АНТОНОВА – Это постоянная, то, что нам подарили. Мы там, в этом здании, кстати, тоже устраиваем выставки. И вот прелестная выставка откроется 10 сентября. Есть такой замечательный итальянец – Тонино Гвэрра. Он работал с Антониони, он писал для него сценарии.

К.ЛАРИНА – Ага, Тонино Гуэрра. Мы его так привыкли называть.

И.АНТОНОВА – Да.

К.ЛАРИНА – У которого русская жена.

И.АНТОНОВА – У него, да, жена Лорочка. Вот. С ним дружат очень многие, вот Наумов наш.

К.ЛАРИНА – Он у нас часто бывал. Он и сценарист, и художник. Потрясающий человек.

И.АНТОНОВА – Сценарист, художник, писатель.

К.ЛАРИНА – Да.

И.АНТОНОВА – И вот, Вы знаете, он недавно был в Ясной Поляне и на станции, с которой Толстой уходил из дома практически навсегда, он увидел фонарь. Вот этот фонарь, а он человек – необыкновенный какой-то, его воображение, оно… ну, вот никому это не придет в голову. Этот фонарь произвел на него огромное впечатление. Он создал серию фонарей – больших фонарей. Но эти фонари, я посмотрела, Вы знаете, — это они с душой все, они как люди, они какие-то формы имеют. Вот мы покажем эти фонари.

К.БАСИЛАШВИЛИ – А материал какой, интересно?

И.АНТОНОВА – Это знаете, это старое железо. И я даже видела фотографию этого кузнеца, который по эскизам Тонино обрабатывает это железо. Очень интересно.

К.ЛАРИНА – Они все в натуральную величину, фонари?

И.АНТОНОВА – Ну, они, знаете, так метр – метр 20, большие фонари.

К.ЛАРИНА – И сколько там штук?

И.АНТОНОВА – Ну, он привезет… Он сделал 12, но он привезет 9, там некоторые трудно возить. И привезет примерно около 20 своих художественных произведений: картин, фресок и т.д. Эта выставка будет всего 2 недели. Она будет у нас в Музее личных коллекций, а потом 30 сентября Тонино покажет ее у Юрия Петровича Любимова. Ведь будет его огромный юбилей.

К.ЛАРИНА – Да! 90 лет. Да, да, да.

И.АНТОНОВА – Мы все к нему готовимся, это великая дата этого замечательного человека. И там, в Театре на Таганке он поставит их вот таким образом. Вот такая будет еще выставка у нас.

К.ЛАРИНА – Еще вопрос, то, что называется культурные связи с бывшими республиками Советского Союза. А то мы говорим про великих гастролеров из дальнего зарубежья, а искусство, там, не знаю – Грузии, Украины?

И.АНТОНОВА – Да. Вы знаете, что – у нас есть специальная программа, вот которую мы уже начали осуществлять. Вот, скажем, мы сделали выставку в Риге, очень хорошую выставку зарубежного искусства в их музее, у них показали рисунки Матисса. Вы знаете, выставка пользовалась огромным успехом. Они, по-моему, чуть не годовую посещаемость на нашей выставке сделали. Вы знаете, я думаю, это тот же феномен. Они, конечно, видели в свое время рисунки, наверное, Матисса – Матисс – изумительный художник. Но Вы знаете, очень много лет тому назад, в начале 70-х я привезла вытсавку импрессионистов из нашего музея в Лос-Анджелес. Там такое творилось вокруг этой выставки – ну, что-то невероятное. И на пресс-конференции я спросила: скажите мне, ведь у вас столько импрессионистов в Америке, и в разных городах, и в Лос-Анджелесе, почему такой интерес? Потому что из Москвы. И вот я надеюсь, что Матисс в Риге был с таким интересом встречен и потому что из Москвы. Это какая-то ниточка, искусство этому служит, понимаете? Ну вот, каким-то связям нашим. Вот так. А сейчас мы хотим сделать с Грузией. Есть возможность двух выставок. Во-первых, очень старое такое, их вот этот знаменитый, ну, археология такая, золото – древнее их, грузинское искусство. Ну, и конечно, мы бы хотели сделать выставку Пиросмани, показать, его здесь очень любят.

К.ЛАРИНА – Получится?

И.АНТОНОВА – Вы знаете, я уже говорила с моими грузинскими коллегами. Мы надеемся, что да. Они мне говорили, что им кажется, что да. Выставка интересная из ряда музеев Украины у нас намечена. С Казахстаном то же самое.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Еще одна интереснейшая выставка откроется в рамках «Декабрьских вечеров». Как всегда здесь такой сюрприз заготовлен.

И.АНТОНОВА – Вы знаете, наши «Декабрьские вечера» – это музыкальный фестиваль, но он как бы на содружестве пластических искусств и музыки. Это темы, которые нам задал Святослав Рихтер – наш основатель великий. Вот сейчас было 10 лет со дня его смерти, мы отметили этот день, пошли к нему на кладбище. В его квартире, которая нам передана его женой, мемориальной квартире, умирая, Нина Львовна отдала ее музею. Это наш отдел такой вот. Знаете, тема называется в этом году «Перед распутьями земными». Это фраза пушкинская, т.е. это проблема пути, который выбирает человек в жизни.

К.ЛАРИНА – Очень актуально.

И.АНТОНОВА – Но путь бывает всякий: это и духовный путь, это путь действия, это, наконец, просто путь, это дорога через лес, через город, в небо, в космос и т.д. Она тоже носит такие эмоционально-психологические… ну, «Владимирка» Левитана – что это, просто дорога в поле? Или Владимирка, мы же понимаем, кто по ней шел и куда, да? В Сибирь ссыльные. Это целый образ. Вот самые разные вещи будут. Начиная с XVII века, мы берем и западное, и русское искусство. Ну, например, там будет, я не знаю, «Бегство в Египет» Йорданса. «Бегство в Египет» — это тоже путь, когда маленького Христа спасали. Или там, скажем, какой-то портрет Рембрандта, в котором как бы прочитывается вот этот путь, который прошел человек. Портреты стариков его знаменитые, да? Но а это может быть, скажем, «Аэроплан» Гончаровой или «Аэропробег» Вильямса современные. Это может быть… это могут быть «Бурлаки» репинские и т.д. Т.е. я не буду вам открывать все. Это такая…

К.ЛАРИНА – Красивая.

И.АНТОНОВА – …выставка. Мы всегда хотим, знаете чего? Мы всегда хотим, чтобы включать зрителя вот в эти… так сказать, в ассоциативное мышление. Нам хочется. И музыка одновременно. Я не знаю, «Зимний путь» Шуберта. И так далее, да? Вот нам так бы и хотелось. Посмотрим, что получится.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Вот интересный вопрос, такой не вопрос, а реплика, скорее, на наш SMS: «Мне жаль наших провинциальных детей, которые никогда не увидят ваши запасники».

К.ЛАРИНА – Из Самары.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Такое из Самары отчаянное послание. А вот и вправду, а как работать с городами другими?

И.АНТОНОВА – Вы знаете, что, мы эту работу осуществляем. Мы не можем, конечно, приехать в каждый город России. Мы много работали в Перми. Мы сейчас, у нас такое представительство в Екатеринбурге. Мы там сделали ряд выставок, сейчас готовим, кстати, выставку Древнего Египта, что детям очень всегда интересно. Это предмет – Древний Египет в их программах исторических. Мы работали в Челябинске. Мы возили выставки даже на Сахалин. Т.е. короче говоря, мы работаем по России. Работали в Туле, работали в Рязани. Да. Но вот хотелось бы, чтобы… Самара, да, Самара, конечно, город, с которым хочется…

К.БАСИЛАШВИЛИ – С прекрасным музеем, кстати говоря, с прекрасной картинной галереей.

И.АНТОНОВА – Да, прекрасная картинная галерея. Сейчас у нас какие-то намечаются планы с Саратовом тоже. Вот так.

К.ЛАРИНА – А еще такой вопрос, Ирина Александровна, тоже: Вы вот за все годы, пока Вы работаете, возглавляете Пушкинский музей, Вы немало имен вернули русской культуре в буквальном смысле, когда мы открывали для себя художников, чьи имена были запрещены, долгие годы были под запретом.

И.АНТОНОВА – Было это, да.

К.ЛАРИНА – Вот есть ли еще для Вас, сегодня существуют имена, художники, которых Вам бы хотелось показать на родине, т.е. вернуть их, что называется, русской культуре?

И.АНТОНОВА – Вы знаете, я думаю, что художников, которых бы кто-нибудь сегодня запретил показать, таких имен нет. Вот. Ну, Сутин. Это очень крупная фигура. Очень трудно собрать его выставку. Просто сейчас, ну, на нашем пути встали все эти невероятно дорогостоящие моменты, такие, как страховка, транспорт и упаковка. Теперешние ящики, вот теперь любой музей хочет в климатизированных ящиках возить свои ценности, да? Все это безумно дорого. Поэтому все упирается в добрые отношения с нашими спонсорами. Есть они, есть, и мы им очень благодарны. Но они тоже не могут покрыть весь круг, да? Вот, например, мы показали, естественно, не запрещенного художника, но которого, конечно, Россия хотела бы увидеть – Модильяни.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Да. Кстати, я хотела поблагодарить Вас лично за эту выставку. Потому что выставка была собрана из десятков музеев мира.

И.АНТОНОВА – Больше 20, 22 было партнера у нас.

К.БАСИЛАШВИЛИ – Это потрясающе было.

И.АНТОНОВА – Но это были не только музеи. Это были частные коллекционеры. Почему? Потому что так случилось, что Модильяни в свое время не покупался музеями, и попало очень много в частные коллекции. И сейчас музеи, собственно, покупают у частных коллекционеров. Поэтому у нас вот 22 партнера было. Но мне кажется, что это тоже было открытие для нашей публики.

К.ЛАРИНА – Да, конечно, конечно.

К.БАСИЛАШВИЛИ – А вот, кстати, здесь же вопрос в продолжение: а такие же художники-звезды в понимании большинства как Модильяни, я не знаю, я мечтаю, конечно, там, Леонардо да Винчи. Вот собрать такую выставку такого автора с мировой известностью.

К.ЛАРИНА – Такого уровня, да?

К.БАСИЛАШВИЛИ – Что-то нас ожидает…?

И.АНТОНОВА – Вы говорите о монографических выставках?

К.БАСИЛАШВИЛИ – Да, о монографических выставках самых известных художников мира.

И.АНТОНОВА – Вы знаете, для любого…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Что-то ждет нас?

И.АНТОНОВА – Нет, я пока скажу прямо такой… Вот у нас будет выставка художника, кстати, к Вашему вопросу возрождения имен. Баранова-Россине. Владимир Баранов-Россине. Это сейчас очень интересующий и Россию, и Запад художник. Он родился в Одессе, кстати, в 44 году он погиб в Освенциме. Его забрали из Парижа. Это был русский художник — Владимир Баранов, такой очень острый авангардист, который экспериментировал не только в живописи, он был и абстрактным худождником, абстрактным скульптором, но и фигуративным художником, делал очень интересную деревянную абстрактную скульптуру. Одна из таких будет сейчас у нас на выставке. 2 октября мы ее откроем в Музее личных коллекций. Он экспериментировал, его очень волновала музыка, тема, которая волнует нас: музыка и живопись. И он сделал даже такое фортепиано, на котором он как бы иллюстрировал музыкально около 3 тысяч оттенков цвета, как он считал. Ну, он был одержим этой идеей. Даже такое фортепиано сконструировал. Мы надеемся, что оно будет у нас вот собрано и будет демонстрироваться публике. Но это очень такой острый авангардист. Понимаете, у него, может быть… он имеет свое лицо, он узнаваем сразу. Но обращался он к очень многим. Он обращался и к французам. Он такой типичный представитель парижской школы, то, что называется. Очень рано он попал в Париж, и здесь он питался из разных источников: и Матисс, и Пикассо, и Леже, там, и какие-то еще. И русские художники: и тот же Кандинский, и тот же там, я не знаю, Малевич и т.д. Все это как бы было им воспринято, но он создал свой стиль, свое искусство. Будет хорошая выставка, очень качественная, вы знаете. И вот это к проблеме возрождения таких художников, которые… А вот Ваш вопрос о великих. Ну, я мечтала бы о выставке Вермеера, но потому что сейчас эту выставку не может сделать ни один музей мира. Или там Леонардо да Винчи. Да, все это существует на свете, эти великие мастера, но сделать такую выставку…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Портреты Рембрандта, предположим?

И.АНТОНОВА – Ну да, ну, можно сделать…

К.БАСИЛАШВИЛИ – Автопортреты.

И.АНТОНОВА – Ну, автопортреты. Понимаете, если делать автопортреты Рембрандта, должно быть несколько автопортретов, без которых как бы нет выставки. Я знаю, где они находятся, конечно, я их видела. И «Метрополитен», и Лондонская национальная галерея, и Лувр, и «Рейксмузеум» в Амстердаме. Но как? Это невероятные деньги.

К.ЛАРИНА – Вопрос к Вам уже, наверное, больше личный: самый Ваш любимый музей мира? Ну, кроме своего родного, конечно.

И.АНТОНОВА – Вы знаете, я как-то ответила на этот вопрос. Но это, понимаете, это… Ну, конечно, я очень люблю «Эрмитаж», правда? Я люблю Третьяковку, очень. Я люблю «Метрополитен-музей», Лувр, ну, разумеется, Дрезденская галерея, ну, все-таки я жила в одном доме с дрезденскими картинами 10 лет в нашем музее. Вы знаете, это была галерея, все картины были у нас: и «Сикстинская Мадонна», и «Спящая Венера» Джорджоне, да? И картина Тинторетто «Святой Михаил, поражающий дракона» и т.д., и т.д. и Тициан, и Рембрандт, и Вермеера два, кстати говоря. Но люблю я вот такой нежной, интимной любовью галерею «Фрид» в Нью-Йорке. Это небольшой частный музей. В нем для меня просто какие-то невероятные Беллини, там, «Святой Иероним», опять-таки «Офицер и смеющаяся девушка» Вермеера, потрясающий Гойя, Веронезе, Рембрандт. Это небольшой музей, который хорош не только великими картинами, которые в нем есть, но атмосферой. Журчит фонтан в центре этого особняка, и такие, ну, как бы жилые комнаты: камин, мебель какая-то, ну, когда-то это был жилой такой особняк. И вот вы там в очень приближении близком к очень великим художникам, и вы там так начинаете сами вибрировать, волноваться. Я помню, я, когда первый раз в музей пришла, думаю: «Боже мой, и это есть, и то», а это был 63-й год. Это было очень давно. И иду коридором. И вдруг смотрю, вот как раз коридор выходит к фонтану: маленькая картина — «Офицер и смеющаяся девушка» Вермеера. А он же невероятный художник, он такой, ну, это такой сюрреалист XVII века, который к вашему подсознанию апеллирует. И у меня слезы градом, понимаете? Я стою, даже не понимаю, что происходит. Но вот эти его соотношения: этой шляпы офицера, этой девушки, этой карты — всё этого света – это вот чисто художественные средства, которые ударяют по вас. А потом вы уже понимаете, почему.

К.ЛАРИНА – Здорово. Вот, мне кажется, на этом стоит закончить и пожелать таких эмоций, таких впечатлений, да?

И.АНТОНОВА – Да, это очень сильно.

К.ЛАРИНА – Спасибо большое. Ирина Антонова – наша сегодняшняя гостья, директор Государственного Музея изобразительных искусств имени А.С.Пушкина. Спасибо Вам,

Ирина Александровна.

Комментарии

0

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире