'Вопросы к интервью


Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вы слушаете «Эхо Москвы», и мы представляем в нашей студии вице-президента компании «Балтика» Даниила Бримана, здравствуйте.

Д. БРИМАН: Добрый день.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: И руководителя агентства «Бизнес-аналитика» Андрея Стерлина, здравствуйте.

А. СТЕРЛИН: Здравствуйте.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: И говорим мы о пивных акцизах. Я так понимаю, что поводом нашей сегодняшней встречи послужило обращение к председателю Совета Федерации Сергею Миронову от Союза российских производителей пива и безалкогольной продукции, и речь идет о повышении акцизов на пиво. Правительство РФ внесло, сейчас уже, собственно, в думе обсудили законопроект, я так понимаю, что мои гости возражают, изложите, пожалуйста, аргументы.

Д. БРИМАН: Если позволите, поскольку письмо подписывали мы от Союза российских пивоваров, суть в следующем, да, действительно, законопроект в третьем чтении 27 апреля был утвержден в ГД. Как раз он-то и отличается от того предложения, которое предварительно вносило правительство. Законопроект, внесенный правительством, предполагал индексацию акцизов в рамках планируемой инфляции на период 8-10 гг., когда ставка акцизов менялась от 7 до 6%, уменьшаясь к 10-му году. И в результате обсуждения и голосования в ГД было принято решение эту ставку акциза по предложению правительства сохранить для вина, сохранить для водки, существенно уменьшить действующий акциз для слабоалкогольных напитков. В то же самое время увеличить ставку акциза на пиво на 2008 год, до 33%. Нам это показалось крайне несправедливым не то, чтобы для бизнеса, потому что понятно, для бизнеса это неудобно. Но нам показалось, что это неправильно и в рамках алкогольной политики государства и в рамках того, что завтра потребитель увидит на полках магазинов.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Андрей, что-то имеете добавить к сказанному Даниилом?

А. СТЕРЛИН: Да, ведь дело в том, что в последние годы в России довольно активно меняется структура потребления алкогольных напитков в пользу слабоалкогольных, пива, слабоалкогольных коктейлей, вина. И это, конечно, позитивная тенденция, потому что это так называемая северная модель потребления, когда большая часть алкоголя выпивается человеком с крепкими напитками, она, конечно, менее здорова, чем так называемая модель южная, в которой больший удельный вес занимают слабоалкогольные напитки. И то, что происходит в государственной политики в области акцизов в отношении слабоалкогольных напитков в последнее время, сначала была история со слабоалкогольными коктейлями, которая, правда, сейчас развернулась. Теперь такое нападение, что ли, на пивную отрасль. Выглядит, честно говоря, странно, притом, что государство декларирует, в своей алкогольной политике декларирует приоритет снижения потребления вообще, прежде всего, снижения потребления водки и, в том числе, нелегальной водки, оборот которой колоссальный, колоссальных размеров достигает. Эти последние действия, они как-то идут вразрез с тем, что декларировалось ранее.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Скажите, пожалуйста, возможное повышение акцизов на пиво на сколько повысит потребительскую стоимость бутылки пива?

Д. БРИМАН: Мы просчитывали этот вопрос, нужно разделять пиво на категории, потому что существует пиво, которое продается в так называемом дискаунт сегменте, например, такое пиво, как «Жигулевское», которое по-прежнему всеми любимо. Существуют популярные российские брэнды, такие, как, в частности, «Балтика», например, которую я представляю здесь сейчас. И существуют лицензионные сорта пива, которые производятся в России по лицензии. И если мы говорим о лицензионных сортах, то, разумеется, повышение для них в объеме до рубля на бутылку пива, к 40, 35 рублям стоимости бутылки мало что прибавит. Но в эконом-сегменте, в массовом сегменте пиво стоит на сегодняшний момент, в среднем, в России порядка 12 руб. бутылка. И мы ожидаем, что такое изменение акцизов с учетом повышения цены потом дистрибьюторами, повышение цены розничной торговли приведет к удорожанию бутылки пива до 1 рубля на пол-литра.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вы считаете, что это много?

Д. БРИМАН: Мы считаем, что для потребителей, которые выбирают пиво за 11-12 рублей, прибавка почти 10% к цене бутылки, это много по одной простой причине, есть целая категория потребителей, которые пьют пиво каждый день, для которых это является заменой крепкого алкоголя.

А. СТЕРЛИН: Я хочу еще два слова добавить, дело в том, что эти низкоценовые сегменты, в них представлена так называемая большая упаковка, это бутылки 2-2.5 литра, сейчас даже еще больше появились. И абсолютное повышение цены на эту бутылку может составить уже 4-5 руб., это существенно, действительно, для людей, которые знают до копейки, сколько у них денег в кармане, такое повышение может быть существенно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Скажите, пожалуйста, господа, есть такая информация, что, по оценкам, государством в очередной раз создается предпосылка, вынуждающая потребителей делать выбор в пользу дешевого суррогатного алкоголя. С вашей точки зрения, т.е. проще говоря, вместо пива будут пить водку и паленую водку, с вашей точки зрения, на чем основывается подобная оценка?

Д. БРИМАН: Если позволите, короткий комментарий, надо взглянуть на историю вопроса. В 60-е гг. соотношение цены бутылки пива и водки было 1 к 10, в 70-е гг. это же соотношение сохранялось. Уже в конце 80-х это соотношение стало равным 7.5. После 2003 года оно уменьшилось до 7, если говорить о цене сейчас, с учетом изменений акцизов, получится, что по отношению к бутылке пива бутылка водки, причем водки не паленой, уже будет равной 4.5-5. А если мы говорим о паленой водке, произведенной незаконно или из некачественных продуктов, то это соотношение будет равным 1 к 4. И понятно, что в такой тенденции, особенно в ретроспективе лет, мы и можем говорить, мне кажется, с полным обоснованием, что фактически это является таким управляемым процессом, когда потребителям с небольшими доходами показывают только один возможный путь удовлетворять свои естественные потребности. Мы не говорим сейчас, плохо или хорошо, но удовлетворять их через покупку суррогатного алкоголя, в первую очередь.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Даниил, да, Андрей, вы хотели добавить.

А. СТЕРЛИН: Имеет смысл взглянуть на абсолютные цифры, мы говорили о том, что основная упаковка, основная единица, в которой люди покупают дешевое пиво в низких сегментах, это ПЭТ 2.5 литра, и стоит он 53-54 руб., и если случится повышение акциза, цена на эту бутылку может вырасти где-то под 60, и здесь же рядом в Москве, может быть, вы не найдете, но можно отъехать на 50-100 км от города, и на полке увидеть массу водки неизвестного происхождения по примерно 60-62 руб.

Д. БРИМАН: Извини, в Москве, я думаю, просто нужно знать адреса (НЕРАЗБОРЧИВО), где можно то же самое купить и дешевле.

А. СТЕРЛИН: Так что выбор, выбор будет понятный, потому что, в конечном итоге, водка валит с ног быстрее.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Круче, крепче. Даниил, в письме указывается возможность, так скажем, ухудшения социальной обстановки в связи с существенным увеличением отпускной и потребительской цены на пиво. Подробнее на эту тему, пожалуйста.

Д. БРИМАН: Я поясню, что мы имели в виду, когда мы говорили об этом. Дело в том, что очень активно в обществе, это, наверное, правильно, обсуждается и смертность от употребления алкоголя, и высокая аварийность на дорогах, огромное количество различных социальных конфликтов, связаны с неблагополучными семьями, где, опять же, проблемой является алкоголизм.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: А какая разница, чем спиваться?

Д. БРИМАН: Есть один нюанс, что если мы говорим о смертности, а это десятки тысяч человек, которые умирают каждый год, то от употребления пива как факт от отравления пивом умереть нельзя. И нравится или не нравится, но это медицинский факт, можно чаще ходить в туалет, но умереть нельзя. А как раз основная смертность, которая не падает, а держится очень стабильно последние годы, превышая 35 тыс. человек в год, это связано с потреблением некачественного суррогатного алкоголя, от которого, мы считаем, потребление пива постепенно начинает убирать большое количество людей. Это один пример. Во-вторых, даже такой момент, как, например, управление транспортным средством в нетрезвом виде, давайте будем говорить откровенно. Чтобы напиться пивом, его нужно выпить очень много, до такого невменяемого состояния, и обычно, как и вино, так и пиво, это напитки, которые при больших объемах, человек если не обездвиживается, то, как минимум, ему уже и за руль садиться становится сложно. В то же самое время как крепкий алкоголь – это мгновенный эффект опьянения.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: 5 капель, и все в порядке.

Д. БРИМАН: Да, от небольшой порции, при этом ты вроде бы физически держишься на ногах, что и дает возможность очень многим считать себя способными управлять машиной. И это, опять же, одна из косвенных причин, которые, мы считаем, работает тоже в минус. И наконец, есть исследования, европейские исследования, которые говорят о следующем, что дети, они хотят быть различными с родителями, отличными от своих родителей. Наверное, отчасти поэтому, допустим, в Англии сейчас снижается потребление пива и увеличивается потребление вина. Но, в целом, держится все же потребление, в основном, слабых алкогольных напитков. А в то же самое время как в Италии и во Франции, то начинает снижаться потребление вина и увеличивается потребление пива, потому что там тоже дети хотят отличаться от своих родителей, так и в России. В России тоже дети, наконец, начинают, вырастая, смотреть на своих взрослых родителей, хотят быть другими. Они выбирают для себя менее крепкие напитки, напитки, которые позволяют контролировать себя, контролировать среду общения, потому что алкоголь, может быть, по определению продукт некачественный и ненужный для потребления, он все равно есть на рынке, но хотя бы, как минимум, многие люди начинают от него переключаться. И мы считаем, что если с этим не бороться и по-прежнему сохранять модель потребления, которая в России была, то, к сожалению, все эти общественные явления и проблемы, они сохранятся. Мы поэтому и говорим об этих проблемах.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Скажите, пожалуйста, опять же, цитирую ваше письмо, существующая в настоящее время акцизная политика государства целенаправленно стимулирует население к потреблению крепкого алкоголя. Можно ли считать, что законопроект в том виде, в котором мы с вами его обсуждаем, штука, пролоббированная, например, производителями крепкого алкоголя? Андрей, наверное, к вам вопрос.

А. СТЕРЛИН: Прямо утверждать, естественно, мы не можем, но по логике вещей.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Кому выгодно.

А. СТЕРЛИН: Это вполне может быть, потому что дело в том, что потребление алкоголя, если пересчитывать все алкогольные напитки, которые употребляются в стране, на чистый алкоголь, более или менее величина постоянная. Уровень потребления увеличивался в послекризисные годы, где-то с 99 по 2002 год, где-то с 9.5-10 литров чистого алкоголя вырос до 11 с небольшим, но с 2003 года он не меняется. Растет потребление пива, растет потребление вина, снижается потребление водки. А общий уровень не меняется. Поэтому если предпринять какие-то шаги, которые из этого микса уберут какую-то часть, в данном случае, пиво, сократят пивную часть, то естественно ожидать, что вырастет часть крепкого алкоголя и, прежде всего, водки. Но беда-то, главная беда наша даже не в том, что водки много, водка занимает большую часть этого алкогольного микса, беда в том, что почти 40% внутри водки – это водка нелегальная, водка, которую…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Т.е. покупая в магазине, человек не всегда?

А. СТЕРЛИН: Человек может подозревать, потому что он будет платить.

Д. БРИМАН: Меньше.

А. СТЕРЛИН: Сильно дешевле, сильно меньшую цену. Так вот, возвращаясь к алкогольной политике государства, мне кажется, что основной акцент должен был быть сделан на преодоление этого момента, сокращение и вымывание с рынка водки нелегальной, водки паленой, как мы ее называем, а не уменьшение слабоалкогольной части. Так что, в конечном итоге, конечно, производителям, выиграют, прежде всего, производители крепкого алкоголя, если снизится потребление пива или если замедлятся темпы роста этой отрасли.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Даниил, у меня к вам вопрос, скажите, пожалуйста, вот написано письмо, подписанное Союзом производителей пива и безалкогольной продукции. В заключении письма я вижу – рассмотреть вопрос об отклонении решения ГД о значительном повышении акциза. И скажите, пожалуйста, просто отклонить решение, наверное, нельзя, наверное, нужно как-то изменить ситуацию. Какого результата вы ждете в идеале от письма?

Д. БРИМАН: Мы, конечно, хотим, чтобы в рамках рассмотрения закона, который принят ГД, в Совете федерации была создана согласительная комиссия, это обычная ситуация, рабочая, в таких случаях, и мы надеемся, что будет признано целесообразным вернуться к тем формулировкам закона, которые в ГД готовило и подавало правительство РФ. А закон и поправки, сформулированные правительством, предусматривают, что, да, безусловно, так же, как и на пиво, так же, как и на крепкий алкоголь, как и на вино, акцизы должны меняться, но должны они меняться в размере не больше, чем прогнозируемые темпы инфляции. Т.е. они должны компенсировать возможную потерю государственного бюджета от инфляционных процессов. Но мы считаем, что пивоваренная отрасль, которая, сбор налогов от которой составляет 99.8% в стране, это практически самая высокая цифра по показателю сбора налогов по отрасли, заслуживает того, чтобы и в будущем стабильно получать налоги от этой отрасли, а не пытаться работать против нее, стараясь получить все и сразу. И мы надеемся, что, вернувшись к формулировкам закона, предложенным правительством, сохранив паритет цен между крепким алкоголем и слабым алкоголем, мы сможем и сохранить хорошую тенденцию на рынке алкогольном в России, когда формируется южный тип потребления алкоголя, т.е. потребление менее крепких напитков, в то же самое время не ударить по кошельку обычных потребителей.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Скажите, пожалуйста, насколько мне известно, в марте несколько лет назад было даже совещание такое, социально-экономическое значение развития пивоваренной отрасли, на этом совещании, собственно, были, рассматривалась ситуация. И тогда же было предложено заморозить ставки акциза на пиво на следующий бюджетный год. Но я повторю, что это было несколько лет назад. Скажите, пожалуйста, до какой степени, до каких пор можно на этот год заморозить, на следующий год заморозить, я так понимаю, что люди, которые принимают решение о повышении акцизов, они тоже, наверное, что-то себе думают? Просто сталкиваются интересы производителей и государства, нормальная ситуация, Андрей, как вы считаете?

А. СТЕРЛИН: Это правильно, но я хочу вспомнить то, что несколько минут назад Даниил говорил, ведь был в правительстве согласован с пивоварами план индексации акцизов на следующие несколько лет, который, главной целью которого было не уронить доходы бюджета в связи с инфляцией. На уровне инфляции, и замечательно, но я хочу напомнить историю последних лет, когда, по крайней мере, то, что сейчас я могу вспомнить, увеличение акцизов на водку где-то в 2003 году резкое, привело к очень резкому сокращению потребления водки поначалу. Потом оно восстановилось, восстановилось как раз за счет увеличения производства суррогатной водки. Ведь посмотрите на данные того же самого Госкомстата, производство легальной водки уменьшилось, продажи водки населению не уменьшились.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Да, понятно.

А. СТЕРЛИН: Все понятно. В прошлом году история со слабыми алкогольными, со слабоалкогольными коктейлями, о которой я сказал сейчас, развернули обратно, но увеличение вдвое акциза на слабый алкоголь привело к тому, что сначала в прошлом году производители затарили все склады продукцией, которую можно было продавать по старой цене. При этом все равно в начале года, в январе, феврале цена выросла на 4%, продажи сразу упали почти на четверть. На четверть.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Хорошо, давайте попробуем поработать Кассандрами хотя бы на полставки, как вы считаете, какова будет реакция, в частности, на обращение к Сергею Миронову?

Д. БРИМАН: Сложно, об этом все-таки, наверное, нужно спросить…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Боитесь, да? Боитесь?

Д. БРИМАН: Нет, почему?

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вы сами как просчитываете, скажут – да, ребята, вы правы, давайте переиграем, или скажут – ребята, извините, но мы будем делать по-своему.

Д. БРИМАН: Вы знаете, как раз это вопрос не к нам, боимся ли мы, мы написали это письмо, мы открыто с вами сейчас об этом говорим. Мы не боимся своей позиции, потому что мы считаем, что она верная. Другое дело, как политики на это отреагируют, не побоятся ли они, ведь парадокс заключается в том, что в частных беседах или в частных разговорах, начиная от запрета спонсорства спорта пивом, когда все говорят, что за абсурд, или запрет говорить о том, что пиво утоляет жажду, примерно из той же области, что сахар сладкий, запретить говорить, да, все признают абсурдность этого. Но публично бояться это обсуждать, боятся говорить, потому что в этот момент принята такая политика. Поэтому мы как раз надеемся, что такой открытый диалог, который у нас был и в ГД, и в правительстве, и в СФ, позволит рассчитывать, что политики не побоятся вернуться к этой теме, не побоятся.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Пойти навстречу собственному народу.

Д. БРИМАН: Да, пойти навстречу собственному народу и посмотреть на это разумно, не с точки зрения политики, а с точки зрения повседневной жизни, собственного похода в ближайший магазин.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Ну что же, успехов вам, господа, я напомню, что в нашей студии вице-президент компании «Балтика» Даниил Бриман и руководитель агентства «Бизнес-Аналитика» Андрей Стерлин, говорили мы о возможном повышении пивных акцизов.



Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире