'Вопросы к интервью
21 марта 2008
Z Интервью Все выпуски

Перспективы ратификации Рамочной конвенции по борьбе против табака


Время выхода в эфир: 21 марта 2008, 12:08

А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Надежда Школкина, исполнительный директор совета по вопросам развития табачной промышленности, у нас в гостях. Здравствуйте, Надежда.
Н. ШКОЛКИНА: Добрый день.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Мы говорим о перспективах ратификации рамочной конвенции ВОЗ по борьбе против табака, правительством в январе было рекомендовано Госдуме ратифицировать эту конвенцию, собственно говоря, там целый ряд моментов и пунктов в этой конвенции. Давайте по порядочку пойдем, первое – это, наверное, начнем с ограничения рекламы. Как вы считаете, как ограничение рекламы может подействовать на табачную промышленность?
Н. ШКОЛКИНА: Алексей, пользуясь случаем, я еще раз хочу сказать о том, что табачная промышленность полностью поддерживает решение правительства о присоединении России к рамочной конвенции. И если мы с вами обратимся в самом названии, что такое рамочная конвенция Всемирной организации здравоохранения по борьбе против табака, само название, на мой взгляд, уже содержит ключевое слово, рамочное, т.е. сама по себе конвенция носит рекомендательный характер. Мы должны с вами об этом никогда не забывать.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Можно уточнить?
Н. ШКОЛКИНА: Да.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Сразу уточнить, т.е. даже после того, как она ратифицирована, это лишь рекомендация по изменению законодательства, а не жесткое требование привести законодательство действующее к тем параметрам, которые прописаны в рамочной конвенции, я правильно понимаю?
Н. ШКОЛКИНА: Да, это абсолютно верно. Более того, что да, там содержится ряд жестких мер, которые обязательные требования, но к которым предусматривается переходный период, это, например, требование к упаковке, маркировке табачных изделий, по нему предусматривается переходный период в течение трех лет после вступления конвенции в силу, которую уже подпишет РФ, и она вступит в силу. По рекламе, например, такой переходный период составляет пять лет. Самое главное, что есть ряд мер, которые уже принимаются самой по себе страной, которая подписала и ратифицировала рамочную конвенцию, именно с учетом национальных особенностей, юридических, конституционных, культурных и т.д. Поэтому мы с вами должны не забывать, что рамочная конвенция – это все-таки рекомендация к действию, а не обязательные жесткие требования по всему комплексу мер.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Табачная промышленность, которую вы представляете сейчас, она за ратификацию или против?
Н. ШКОЛКИНА: Табачная промышленность, я еще раз хочу акцентировать, полностью поддерживает присоединение России к рамочной конвенции. Вы знаете, что мы уже ратифицировать ее не можем, уже Россия опоздала, но мы можем к ней присоединиться. На сегодняшний момент рамочная конвенция, если более глубоко посмотреть на нее, то она, на самом деле, отражает несколько основных положений, на мой взгляд. Это снижение потребления табачных изделий, защищает пассивного курильщика от воздействия табачного дыма. Естественно, по этим направлениям есть вектор, который содержит рамочная конвенция, касающийся вопроса ограничения рекламы, как вы правильно сказали, налогообложения, это ограничение курения в общественных местах и т.д. Что касается самой рекламы, хочется подчеркнуть, я еще раз говорю, что все-таки конвенция – это не ряд таких, знаете, жесткого единого свода ограничений. Это рекомендации. Я вам говорила, что там содержатся как раз-таки рекомендации по ограничению рекламы табака.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Не запрет, а ограничение?
Н. ШКОЛКИНА: Ограничение, именно, еще раз обращаю, что рамочная конвенция, она все-таки строится на принципах уважения и соблюдения конституционных принципов самой страны. И по рекламе там предусматривается обязательно переходный период, т.е. Россия после вступления в силу конвенции в течение пяти лет имеет право привести свое законодательство в соответствии с положениями рамочной конвенции. Давайте сегодня вернемся к реалиям нашей жизни в России. Вы помните, что, и, наверное, уже наши радиослушатели заметили, что с 1 января 2007 года наружная реклама табачных изделий была запрещена. Т.е. уже реклама табака и табачных изделий с помощью наружных биллбордов, крыш, каких-то конструкция, она уже сейчас запрещена, в принципе.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Метро?
Н. ШКОЛКИНА: Вы знаете, да, к сожалению, есть, еще осталась у нас реклама в метро, но на сегодняшний момент в ГД находится уже ряд законопроектов, которые говорят уже о том, что нужно запретить рекламу метро либо вообще ввести полный запрет. Мы поддерживаем инициативу законодателей по поводу, действительно, запрета рекламы в метро, но, на наш взгляд, полный запрет рекламы не приведет ни к чему хорошему. У нас с вами наш опыт нашей страны показывает к тому, что полный запрет никогда ни к чему хорошему не приводил.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Остается не так много, какие-то специализированные журналы, места продаж, что еще там?
Н. ШКОЛКИНА: Да, вы знаете, сегодня остается совсем и так уже немного. У нас осталось буквально метро, переходы.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Метро, переходы, вы говорите, что уже.
Н. ШКОЛКИНА: Да, уже запрещено будет.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Как так получилось, кстати, что метро осталось, а все наружные биллборды, какая разница между биллбордом, висящим на улице, и каким-то плакатом, который…
Н. ШКОЛКИНА: Вы знаете, я скажу честно, я думаю, что это просто произошла такая, знаете, организационная ошибка, не более того. Т.е. законодатели просто…
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Проглядели?
Н. ШКОЛКИНА: Проглядели, да, это по-другому не скажешь. Естественно, бизнес как любой бизнес, он просто этой возможностью воспользовался, не более того. Я хотела бы вернуться по поводу рекламы, мы с вами, я думаю, что и в силу возраста, все-таки пожили в СССР и на полной мере на себе ощутили, что рекламы не было, мы с вами очень хорошо помним отсутствие рекламы, малое количество брендов, но курение-то от этого никуда не делось. Люди, вспомним с вами, курили, продолжают и будут курить. Алексей, мы сейчас с вами для себя принципиально примем решение, что давайте запретим в нашей стране курить. У нас с вами в стране проживает свыше 50 млн. курильщиков, я вас уверяю, я думаю, что вы тоже об этом знаете, что они в одночасье курить не бросят. Что касается полного запрета рекламы, то, на мой взгляд, он, в первую очередь, ударит по потребителям, которые просто не будут получать информацию о потребляемом товаре. С одной стороны, ведь, на самом деле, нам, для производителей очень важно, чтобы мы могли для своих производителей в полном объеме доносить информацию о новинках, об инновациях, именно в местах продажи.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Потребителям, наверное.
Н. ШКОЛКИНА: Потребителям, именно потребителям, которые приходят в эти места продажи, они, естественно, совершеннолетние, которые покупают продукт, они обязаны.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Не естественно, естественно, к сожалению.
Н. ШКОЛКИНА: Нет, я имею в виду, что они приходят именно в места продаж по-любому, потому что мы не рассматриваем другие места. Т.е. у нас на сегодняшний момент практически вся продукция продается или в специализированных киосках, которых очень маленький процент, или, естественно, в супермаркетах, в больших магазинах. Я имею в виду, об этом говорю. Нам очень важно, чтобы потребитель все-таки знал, какие новинки, какие для него делаются новые продукты с тем же самым пониженным риском для здоровья. С другой стороны, производители, реклама производителей всегда стимулирует делать продукцию более качественной, скажем, с новинками, удивлять. Если производитель не сможет доносить это до потребителя до своего, скажем, ради которого он старается, тогда смысл ему тратить свои деньги на различные научные исследования, производить товары новые, как сейчас очень принято говорить, с пониженным риском для здоровья. Поэтому очень важно, что на сегодняшний момент мы не просто, так скажем, тупо запретили, а регулировали, но регулировали с умом, потому что на сегодняшний день почему-то у нас такое мнение, что в России очень слабое законодательство в области регулирования. Я вам могу сказать, что это ошибочное мнение. Регулирование у нас сегодня в России табачной индустрии существует, уже очень многие нормы той же самой рамочной конвенции, они уже сейчас учтены в действующем законодательстве. У нас запрещена продажа несовершеннолетним, у нас запрещена продажа поштучно, у нас запрещена продажа через автоматы. И сегодня, несмотря на то, что рамочная конвенция, между прочим, не подписана Россией, многие производители уже сейчас учитывают нормы положений в своей деятельности. Например, я не знаю, выходя буквально, так скажем, в ближайший киоск, можно увидеть, что вся продукция, большинство нашей продукции уже выпускается в соответствии с нормами ЕС. Это я имею в виду по смоле и по никотину. Несмотря на то, что наше государство еще не обязало производителей раскрывать ингредиенты, уже многие, уже производители сейчас, я знаю, что один и второй производитель уже раскрыли состав ингредиентов, присутствующих в табачных изделиях, органам здравоохранения. Причем это делают уже третий год. На сегодняшний момент сами производители информируют потребителя о том, что курение вашему здоровью, он также информирует и во вкладышах, через брошюру о правилах оборота табачных изделий, о курении в общественных местах. Т.е. кроме того, на сегодняшний момент очень многие нормы рамочной конвенции уже учитываются в техническом регламенте, который, вы знаете, что в соответствии с техническим регулированием у нас по каждой отрасли составляется основной закон, который дает основные параметры качеству к требованиям к самому продукту. Он сейчас находится у нас в ГД ко второму чтению, там уже очень многие нормы именно рамочной конвенции уже учтены.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: В ряде европейских стран, тут, на самом деле, я так понимаю, что хотят добиться. Во-первых, не вовлекать новых курильщиков, да? Не вовлекать новых людей, не провоцировать людей на то, чтобы они начали курить. Здесь в разных странах по-разному все происходит, в частности, маркировка непосредственно самих пачек, в ряде стран жуткие совершенно эти картинки, изображения с какими-то желтыми зубами, пятками умерших людей, бог знает чего, разрезанные легкие. Это все вполне логично, как мне кажется. Я, признаюсь, я курю, может быть, мне это поможет, я думаю, я увижу эту пачку, может быть, я не захочу в какой-то момент.
Н. ШКОЛКИНА: Опять же, выбор останется за вами, насколько я понимаю, я еще раз вернусь к тому, что то, что я говорила, что в соответствии с рамочной конвенции есть обязательные нормы. Это, например, увеличение надписи. На сегодняшний момент в соответствии уже с положениями рамочной конвенции, я вам говорю, что технический регламент уже предусматривает увеличение надписей до 30%. Наличие, нанесение рисунка, пиктограмм, это уже та мера, которая может приниматься именно в соответствии уже с национальными особенностями и общественным мнением нашего государства.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Как вы считаете, правильно или нет? Как производители считают, увеличение надписей – это понятно. Сколько, 30%, сейчас поменьше.
Н. ШКОЛКИНА: Просто опираясь на опыт тех же самых европейских стран, я вижу, что многие страны, которые попытались ввести пиктограммы и рисунки, они от этого стали отказываться. Например, я знаю, что опыт Великобритании, к которому мы часто апеллируем, принимаем, они тоже вводили эти страшные, которые вы говорите, рисунки. Но, к сожалению, от них начинают отказываться. Почему, потому что эти пачки курильщик, который… часто их бросаем, забываем. Это, в принципе, стало оказывать такое психологическое именно воздействие на детей, что, вы знаете, можно сказать, это положительно, а, можно сказать, это отрицательно. Т.е. я не могу сказать, что воздействие рисунка на детей прямо, впрямую скажется на то, что он бросит или не захочет курить. Может, противодействие пойдет. Т.е. здесь такой спорный вопрос, я сама, у меня есть ребенок, ей 11 лет, она знает, что я достаточно очень жестко отношусь к курению, в том числе, к пассивному курению, потому что я стараюсь ее оградить. Я как-то в один момент ее спросила – дочь, ты увидишь мальчика, девочку или мальчика своего возраста, который курит, ты ему сделаешь замечание? Вы знаете, она меня ошарашила этим ответом, говорит – нет. Я говорю – а почему? Потому что его родители должны ему сказать об этом. Возвращаясь к английскому опыту нанесения рисунков, пиктограмм, я знаю, по статистике там просто увеличиваются аксессуары для табачных изделий, т.е. сами курильщики стараются просто эти пачки сигарет спрятать.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: В какую-то красивую упаковочку положить.
Н. ШКОЛКИНА: Да, в красивую упаковку.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: А потом саму пачку выбрасывают, на нее смотрят, понятно.
Н. ШКОЛКИНА: Да, т.е. новые портсигары увеличиваются. Поэтому я к тому, что на сегодняшний день все-таки, мне кажется, какое бы количество законов мы ни приняли, что бы мы ни заставили рисовать, самое главное, чтобы они носили такой взвешенный, обдуманный характер. Самое главное, чтобы для нас с вами, те, которые будут исполнять, нам бы захотелось их исполнять. Мы бы смогли и захотелось исполнять. Это самое, мне кажется, главное.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Ударить рублем по курильщику, резко повысить акцизы?
Н. ШКОЛКИНА: Рамочная конвенция, правильно совершенно сказали, еще раньше отметили, что рамочная конвенция тоже считает, что снижение потребления табачных изделий возможно за счет увеличения налогообложения. Я вам могу сказать, что российское правительство уже, даже не подписав рамочную конвенцию, это делает ежегодно.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: У нас, что называется, инфляция, акцизы тоже повышаются.
Н. ШКОЛКИНА: За последние буквально несколько лет у нас акцизы на табачные изделия увеличиваются большими, опережающими темпами инфляцию. Например, в 2006 году на 2007-й год у нас акцизы увеличились больше, чем на 30%. Сейчас вы знаете, что принят трехгодичный бюджет, там увеличение акцизов предусмотрено, 20%. Понятно, что цены на российские сигареты еще далеки от цен на табачные изделия в Европе, но я вам могу сказать, что и в Европе самой нет такого выравнивания цен, о котором мы говорим. Например, в Великобритании пачка сигарет стоит около 8 евро, во Франции она стоит 5 евро, в Латвии она стоит 1 доллар, 1 евро, извините, не ту валюту назвала. А уже в Чехии она стоит, например, больше 2 евро. Безусловно, что на цену табачных изделий оказывает влияние акциз и другие налоги, но мы с вами не должны забывать и об уровне жизни наших сограждан, какую они зарплату, извините, получают. Мы не должны забывать о ценах на сопоставимую продукцию в других государствах. Ведь на сегодняшний день никому не секрет, что с увеличением, чем больше увеличение на акцизные нагрузки увеличения сигарет, то больше на рынке присутствует нелегальной продукции. У нас на сегодняшний момент в России, между прочим, в отличие от Европы, благодаря нашей сбалансированной акцизной политике нет нелегальной продукции.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Да ну?
Н. ШКОЛКИНА: Это не я вам говорю, это говорят эксперты, это говорят наши эксперты УБЭП, у нас на сегодняшний день нелегальной продукции менее 1%. Вы знаете, что на сегодняшний момент в Европе, например, возьмем рынок Великобритании, там на сегодняшний до 40-50% рынок состоит из нелегальной продукции.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Опять же, хочется «да ну».
Н. ШКОЛКИНА: Не «ну», а оно так и есть, это подтверждение, это вам могут подтвердить эксперты. На сегодняшний момент бюджет стран европейского содружества теряет до 4 млрд. евро в год. У нас благодаря, как я сказала, благодаря такой сбалансированной акцизной политике доля нелегальной продукции минимальна. Самое главное, что это естественный, так называемый рыночный механизм, он работает наиболее эффективно, чем все правоохранительные, рейды правоохранительных органов, потому что на сегодняшний день ответственность за неуплату акцизов и как следствие продажу нелегальной продукции, она перевешивает.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Несоизмеримо выше.
Н. ШКОЛКИНА: Да, несоизмерима с тем, что, извините, пожалуйста, ты можешь потерять и можешь угодить за решетку. Т.е. поэтому мы еще раз говорим, что нужно законы принимать взвешенно, нужно их всесторонне продумывать. Нужен именно системный, качественный подход, а не создавать такие некие предпосылки, которые приведут в результате к нелегальному рынку с нелегальной продукцией. Вот и все. Ведь, на самом деле, проблема состоит, я уже несколько раз говорила, не в том, что в количестве законов, которые мы примем, мы можем их как пирожки печь каждый день, но проблема состоит в том, что у нас на сегодняшний момент или иногда законы, может быть, действительно, безумные, которые мы не хотим выполнять, или у нас нет культуры выполнения законов, вот в чем проблема. Нам с вами надо учиться исполнять действующие законы. А для этого, наверное, законы все-таки должны быть, действительно, грамотно и качественно составлены, адекватно, во всяком случае.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Может быть, тогда специализированные и даже лицензированные места продаж, т.е. не в супермаркетах, не в ларьках, которые стоят на улице на каждом шагу, а есть страны, где в аптеках продаются.
Н. ШКОЛКИНА: Есть, я сама это видела в Америке.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Только аптеки, больше ничто. Аптека работает до 9 часов, не знаю, до 7 часов вечера, все, после семи практически нереально или как-то очень сложно.
Н. ШКОЛКИНА: Вы знаете, что лицензирования, это такая у нас отдельная больная тема, про которую мы уже неоднократно говорили. С одной стороны, у нас государство пытается регулировать, жестко пытается регулировать отрасль, с другой стороны, получается такое некое разрегулирование. Вы знаете, буквально несколько лет назад у нас было вообще отменено лицензирование производства табачных изделий. Т.е. это фактически такой был некий барьер, при котором, при получении которого ты четко знал, где производятся табачные изделия, там было определенное наличие таких очень жестких критериях, как производство, переработка табака, наличие квалифицированных специалистов и лабораторий. Тем самым отсекались мелкие и некачественные производители. На сегодняшний день с отменой лицензирования у нас фактически произошло некое разрегулирование рынка, что то оборудование, которое выходит на рынок, оно, фактически его можно купить, извините, производить в гараже. Но я еще раз говорю, что единственное, благодаря этой сбалансированной акцизной политике, это просто на сегодняшний день в России невыгодно делать. Что касается продажи в специализированных, говорили, специализированных местах продажи, если мы к ним только относим, например, условно говоря, киоски специализированные, то у нас их на сегодняшний момент меньше 1%. Т.е. у нас, в основном, все-таки продажа…
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Это позволит, вы говорили об исполнении законов, это позволит каким-то образом, как мне кажется, следить, более тщательно следить за продажей табачных изделий несовершеннолетним. Когда это не везде и всюду, а когда, будь добр, получи лицензию, и если, не дай бог, то лицензия, до свидания, отбирается.
Н. ШКОЛКИНА: Нет, вполне возможно, это может быть результативным шагом, вполне возможно. Но на сегодняшний день, к сожалению, то, что мы наблюдаем, у нас, в принципе, в законе есть запрет продажи несовершеннолетним, но, как мы с вами видим, он просто не исполняется. Есть и закон, есть и штрафы по административному кодексу, но, к сожалению, как говорится, детям продают. Я не могу вам сказать о крупных магазинах, супермаркетах, все-таки крупные супермаркеты, они стараются соблюдать. Здесь только касается, так скажем, продукции, которая продается, действительно, через киоски и т.д., которые сложно отследить, которые, по большому счету, действительно, вы правильно говорите, нужна более, может быть, повышенная ответственность. Но еще и должна быть определенная степень безопасности, я бы так сказала, потому что у нас на сегодняшний момент сознание общества такое, я сама лично разговаривала с продавцом, она говорит – вы знаете, попробуй я не продать мальчику, который пришел. Пришел папа с компанией, разбомбил весь мой киоск. Т.е. мы, опять же, должны, наше общество должно, сознание, понимание того, что это неправильно, что мы должны сами бороться с этим явлением, как именно с подростковым курением.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Так, и что касается, что с курением в кафе, запретят, спрашивает Николай, защита прав не курильщика.
Н. ШКОЛКИНА: Вы знаете, что касается регулирования вообще курения в общественных местах, на мой взгляд и на взгляд нашей отрасли, регулировать курение в общественных местах нужно. Но это делать, на наш взгляд, нужно все-таки, действительно, в принципе уважения. Т.е., с одной стороны…
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Рамочная конвенция позволяет?
Н. ШКОЛКИНА: Рамочная конвенция…
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: С уважением это делать?
Н. ШКОЛКИНА: Да, рамочная конвенция как раз-таки и говорит о том, что данная мера должна приниматься именно с национальными особенностями и конституционными принципами. Как раз-таки здесь, на мой взгляд, вообще рамочная конвенция, она составлена на каком принципе уважения друг к другу, это говорит о том, что, на самом деле, и курильщик должен иметь, естественно, места, где он может курить. С другой стороны, некурящий также имеет право на чистый воздух, это 100%. Ведь на сегодняшний день, конечно, понимаем, что в больницах, поликлиниках, медицинских учреждениях курить, действительно, нельзя. Это 100%. Но на сегодняшний день те, которые законодательные инициативы находятся в ГД, например, есть закон, который вносит поправки в закон об ограничении табакокурения, где предусматривается зона, свободная от табачного дыма. На мой взгляд, сам термин «зона, свободная от табачного дыма», она дает такую расплывчатую характеристику. Ведь зона – это такое ограниченное пространство, поэтому нельзя ограничить какое-то пространство или все остальное, на наш взгляд, нужно предусмотреть зоны для курения. Тем самым мы уважим и курильщика, и дадим право свободы выбора для некурящего.
А. ДЫХОВИЧНЫЙ: Спасибо вам. Надежда Школкина, исполнительный директор совета по вопросам развития табачной промышленности, была у нас в гостях, свой взгляд на рамочную конвенцию ВОЗ по борьбе против табака излагала, спасибо.
Н. ШКОЛКИНА: Алексей, спасибо, что пригласили.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире