'Вопросы к интервью
14 февраля 2005
Z Интервью Все выпуски

Почему филиалы иностранных банков не пустят на российский рынок


Время выхода в эфир: 14 февраля 2005, 12:10

О. БЫЧКОВА – У микрофона Ольга Бычкова, добрый день, итак, наша тема ближайших 20 минут прямого эфира «Эха Москвы» – почему иностранные банки не пускают и, наверное, не пустят на российский рынок. Гарегин Тосунян, президент ассоциации российских банков, в нашей студии прямого эфира. Добрый день, Гарегин Ашотович.

Г. ТОСУНЯН – Добрый день.

О. БЫЧКОВА – Повод для этого разговора у нас такой, на этой неделе предстоит очередной раунд переговоров о присоединении России к ВТО, переговоры будут проходить в Женеве. И одна из важных тем, которая будет обсуждаться, это сохранение запрета на деятельность филиалов иностранных банков, а также квоты, которая ограничивает долю иностранного капитала в российской банковской системе. Россия намерена присоединиться к ВТО уже в нынешнем году, и доля иностранного капитала в российской банковской системе – это одна из важных тем переговоров, в которой, возможно, еще не все точки над «и» поставлены, правильно я понимаю, Гарегин Ашотович?

Г. ТОСУНЯН – Правильно.

О. БЫЧКОВА – Скажите пожалуйста, вы среди тех, кто выступает за существенное ограничение иностранного капитала в России, в том числе за то, что российские банки должны в нашей стране работать через свои дочерние структуры, а не филиалы, не напрямую, скажите пожалуйста, может быть, вы просто боитесь иностранные банки как представитель российской банковской системы? Иностранные банки как серьезных конкурентов?

Г. ТОСУНЯН – Вам, конечно, может быть, удобнее так трактовать, но, на самом деле, никакой боязни нет, есть очень простой здравый смысл и расчет. Речь идет о том, что, во-первых, никто не говорит о не допуске иностранных банков на российский рынок, потому что возможность открывать дочерние банки и работать на рынке, это уже прямой доступ на наш рынок. Речь идет о другом. Мы все время ставим вопрос о том, чтобы, в принципе, банковские услуги были доступны для наших граждан, чтобы были бы сняты многие ограничения, которые являются исключительно нашим, сначала советским, а теперь уже российским изобретением, которое идет с советских времен. Мы обременены всякого рода ограничениями, всякого рода затратами, совершенно неоправданными, и поэтому сегодня мы ставим вопрос о следующем. Если речь идет о конкурентных условиях работы на российском рынке, то либерализуйте возможность работы на российском рынке, но не так, чтобы иностранным филиалам, которые сюда придут и будут находиться под юрисдикцией своей страны, а там совершенно другие режимы работы для банковских структур, для ресурсов. А российские банки при этом будут находиться, в том числе, кстати, с иностранным капиталом, будут находиться в тех совершенно неприемлемых условиях, когда у нас фактически ограничены ресурсные возможности, у нас высокие затраты. Поэтому мы ставим вопрос о том, не то, чтобы не пускать кого-то на наш рынок, а либерализовывать, начиная с внутренней либерализации. А не так, как было в советский период, когда иностранец в нашей стране имел право на все, в ресторан свободный доступ, ко всем магазинам свободный доступ, а советские все граждане должны были в очередь выстраиваться и получать разрешение на чеки, которые давали какие-то эксклюзивные товары.

О. БЫЧКОВА – Эта аналогия совершенно понятна. Но все-таки объясните, в чем здесь разница, ведь сейчас в России существуют дочерние структуры иностранных банков, висят эти вывески иностранными буквами знаменитых банков, названия которых у всех на слуху.

Г. ТОСУНЯН – Они российские резиденты, они работают в тех же условиях отчетности, подконтрольности, в тех же условиях налогообложения, в тех же условиях требований по открытию филиалов, которые, значит, 3-метровые стены, продолжают висеть дамокловым ножом над нашей шеей, хотя ЦБ вроде перевел их в разряд рекомендательных, но зато МВД никак не переведет в разряд рекомендательных.

О. БЫЧКОВА – Сейчас про это расскажете более подробно, эти 3-метровые стены – это важно, но все-таки если я вижу вывеску знаменитого немецкого банка, не буду названия сейчас употреблять, понятно, или французского, или американского, это, получается, не французский, не американский?

Г. ТОСУНЯН – Конечно, это «дочка» французского, американского, это российская «дочка» со стопроцентным капиталом, у нас 30 с лишним банков со стопроцентным иностранным капиталом и порядка почти сотня с разными долями иностранного капитала.

О. БЫЧКОВА – От российских они ничем не отличаются, на самом деле?

Г. ТОСУНЯН – Они отличаются тем, что, конечно, материнская компания когда за спиной стоит, то она их может снабдить большим объемом ресурсом, в этом смысле у них есть некоторые преимущества перед российскими банками, но, с другой стороны, есть преимущества и у российских банков, которые знают лучше своих клиентов, все-таки работают на своей земле, здесь есть баш на баш. По крайней мере, мы в отношении них никаких вопросов не ставим. И я должен сказать, что их доля сегодня составляет в общем капитале чуть меньше 7%.

О. БЫЧКОВА – Таких дочек?

Г. ТОСУНЯН – И даже за последний год суммарный капитал, дочернего иностранного капитала в дочерних банках, суммарно, меньше 7%, хотя, на самом деле, даже когда пытались в свое время вводить ограничения, 15% они были, эти ограничения, никто никогда этого барьера не достигал. Почему, потому что иностранному капиталу приходить на наш рынок невыгодно в качестве российских резидентов.

О. БЫЧКОВА – Это я не понимаю, хочет иностранный капитал на наш рынок или не хочет иностранный капитал на наш рынок?

Г. ТОСУНЯН – Хочет.

О. БЫЧКОВА – Через минуту, хорошо? Серьезный вопрос.

Г. ТОСУНЯН – Хорошо.

О. БЫЧКОВА – Краткий выпуск новостей, потом продолжим.

НОВОСТИ

О. БЫЧКОВА – Итак, мы продолжаем нашу беседу с президентом ассоциации российских банков Гарегином Тосуняном. Мы говорили о том, надо пускать иностранные банки на российский банковский рынок или надо их как-то ограничивать. Об этом пойдет речь на переговорах в Женеве на этой неделе по присоединению, очередных переговоров, не последних, по присоединению России к ВТО. Все-таки непонятно, Борис, например, тоже просит уточнить, наш слушатель, который прислал вопрос на эфирный пейджер. Борис спрашивает, какова сейчас доля иностранных банков на российском банковском рынке? Вы сказали, около 7% в общей сложности?

Г. ТОСУНЯН – Суммарный капитал в доле капитала банковской системы, да, меньше 7%.

О. БЫЧКОВА – И как она может измениться все-таки после вступления России в ВТО?

Г. ТОСУНЯН – Нет, предметом торга на ВТО является допуск филиалов иностранных банков, я еще раз подчеркиваю, это разные статусы, филиал иностранного банка, он все-таки находится, в первую очередь, под юрисдикцией своего государства, а потом уже, во вторую очередь, под юрисдикцией России. Дочерний банк, который находится на территории России, он, наоборот, даже при стопроцентном капитале, он является полностью резидентом РФ. Но, опять же, по аналогии, вы можете быть кем угодно по национальности, но если вы гражданин России, то вы гражданин России, а не национальность играет, в первую очередь, роль. В этом смысле они уравнены во всех правах с гражданами и с резидентами России, банки дочерние.

О. БЫЧКОВА – Т.е. сейчас доля иностранных банков ноль, правильно, в этом смысле?

Г. ТОСУНЯН – Ни одного филиала, в этом смысле ни одного филиала иностранного банка в России нет сегодня.

О. БЫЧКОВА – А что будет?

Г. ТОСУНЯН – Вы завершили предыдущий период вопросом о том, хотят или не хотят иностранные капиталы идти на российский рынок, в банковскую сферу, я хотел сразу вам ответить, что хотеть-то хотят, но в тех условиях, в которых работает российский капитал в банковской сфере в России, они в таких условиях, работать им очень тяжело.

О. БЫЧКОВА – Вы хотите сказать, что им слабо, что ли, это все?

Г. ТОСУНЯН – Представьте себе, да, им тяжело работать, потому что они не понимают, почему они должны нести такие огромные затраты на совершенно непроизводственные и не на банковские свои задачи.

О. БЫЧКОВА – Но мне казалось всегда, что затраты несут потребители, в том числе частные, в нашей системе, все эти проценты, все эти условия сложные.

Г. ТОСУНЯН – Но вы понимаете, что, конечно, любой участник рынка старается большую часть своих затрат, если возможно, все свои затраты перенести на своего контрагента. Но в этом случае он теряет своих контрагентов, а мы сегодня как раз имеем ситуацию, когда мы заинтересованы клиентуру нашу расширять. Мы заинтересованы давать все виды кредитов, мы заинтересованы давать долгосрочные кредиты, мы заинтересованы давать их по более низким ставкам. Но те обременения и те затраты, которые на нас накладываются, та ситуация, которая на нашем финансовом рынке длительный период имеет место быть, она фактически и делает эти ставки и эти услуги настолько дорогими, что нашему населению, которое, в общем, только-только приучается к банковскому обслуживанию, очень тяжело. Поэтому обычно у нас разводят, говорят – это банки виноваты, что не дают кредиты, они плохие, а мы начинаем объяснять, что недостаточно обеспеченные кредиты. А вся причина в этой ситуации, когда государственная политика не направлена на расширение именно финансового обслуживания граждан, не на снижение затрат, самих ставок. Я вам могу элементарный пример привести, сегодня у нас основные фонды изношены в стране, в целом, усредненно, на 42%, это коммуникации, это флот наш, и воздушный, и наземный.

О. БЫЧКОВА – Фабрики и заводы.

Г. ТОСУНЯН – Это заводы, это АЭС. Изношены основные фонды, которые требуют долгосрочных больших инвестиций, вложений. В принципе, для этого нужны, действительно, большие объемы ресурсов на долгий срок. Но у нас в результате именно политики финансовых властей, у нас только 3-летние, свыше 3 лет ресурсы наши, это не больше 5% от всего объема наших ресурсов. Почему, потому что пенсионные средства из банковской системы выведены, социальные фонды выведены, в результате получается, какими средствами, а иностранный капитал не будет приходить в страну, где собственный капитал не может, или не хочет, или не рискует вкладываться долгосрочно, понимаете? Они всегда соизмеряют, насколько ты в состоянии верить и вкладываться в свою страну.

О. БЫЧКОВА – Понятно, если свои, которые знают обстановку, не хотят вкладываться, почему это должны делать другие, т.е. вы описываете, насколько тяжела ситуация для банкиров в России потому-то, потому-то и потому-то, по разным причинам.

Г. ТОСУНЯН – Не для банкиров – для экономики, как раз не для банкиров. Банкиры, естественно, стараются как-то свои вопросы решать, но это проблема экономики и страны в целом.

О. БЫЧКОВА – Да, я хочу спросить о другом. Если вы утверждаете, что иностранные банки не так сильно стремятся проникнуть в Россию и здесь вкладывать свои деньги, потому что видят, как все сложно, то зачем тогда устанавливать квоты?

Г. ТОСУНЯН – Понятно, т.е. вы хотите меня на нарушении логики поймать. Так вот, я вам отвечаю. На самом деле, очень интересно, когда я вам создаю массу ограничений и при этом говорю – раз ты при этих ограничениях не в состоянии осуществлять свои функции, давай я приглашу другого соседа своего, которому я никаких ограничений не буду накладывать, я в этом случае должен согласиться и сказать – конечно, если ты меня повязал по рукам и ногам, кандалами обвешал, соответствующими шлагбаумами ограничил, то, конечно, приглашай соседа, он тебя будет любить. Сегодня день влюбленных, он тебя будет без этих кандалов, без этих цепей, без этих всяких ограничений, конечно, любить гораздо больше. Я должен с этим смириться и на это спокойно смотреть? Я поэтому вам встречный задаю вопрос, если вы хотите любви, если вы хотите соответствующего обеспечения всех ваших нужд и потребностей, так зачем вы меня так ограничиваете и связываете по рукам и ногам? Дайте возможность нам, российскому капиталу, российской национальной банковской системе, включая и с иностранным капиталом, и с государственным капиталом, дайте нам возможность обслуживать нашу клиентуру, не создавайте между нами и клиентами множество тревожных кнопок, множество трехстенных, трехметровых стен, множество ограничений.

О. БЫЧКОВА – Если можно, про трехметровые стены и про ограничения, что сейчас создается, как вам кажется, искусственно для российской системы?

Г. ТОСУНЯН – Ой, если я буду перечислять перечень, вашего суточного эфира не хватит.

О. БЫЧКОВА – Самое ужасное?

Г. ТОСУНЯН – Но я приведу просто тот пример, который еще два года назад всем оскомину набил, это вопрос о том, что были в свое время требования ЦБ по открытию отделений, филиалов, доп. офисов. Мы убедили и, наконец, с ЦБ согласовали, что не нужно требований, вы можете рекомендовать, чтобы эти стены были бы чуть потолще, а не картонные, но риски несут сами банки. Поэтому дайте возможность нам это определять. ЦБ с этим согласился. Оказалась маленькая заковыка, Центральный-то банк согласился, но все ГОСТы и все требования, которые от правоохранительной системы остались с советских времен, они так до сих пор и продолжают действовать.

О. БЫЧКОВА – Какие ГОСТы?

Г. ТОСУНЯН – Если вы сдаете объект по отделению или по доп. офису, то вам говорят – нет, извините, пока вы не оснастите его соответствующими стенами, соответствующими тревожными кнопками и камерами, которые вы согласуете, у вас объект не примут. И ЦБ говорит – а я ничего не могу сделать, это уже от МВД зависит.

О. БЫЧКОВА – Так, может, это и правильно, пускай будут кнопки и стены?

Г. ТОСУНЯН – Нет, вы извините, но если риск несет не МВД, в советский период МВД нес риски, государство несло риски, а сегодня коммерческий объект, он несет риски, а кнопки должен, за каждую кнопку должен платить. Это огромные деньги, между прочим, которые в совокупности потом ложатся на плечи, в том числе, потребителей, хотя и на плечи банков в том числе.

О. БЫЧКОВА – Это препятствует тому, чтобы банки развивались и свои сети развивали по всей стране?

Г. ТОСУНЯН – Это один из примеров, который, действительно, является серьезным тормозом.

О. БЫЧКОВА – Понятно.

Г. ТОСУНЯН – Таких примеров великое множество, два-три десятка только в наших бумагах, которые мы направляли в разные инстанции.

О. БЫЧКОВА – Сразу два вопроса на одну и ту же тему на пейджер и на сайт в Интернете, Владимир спрашивает – располагаете ли вы сравнительными данными о степени доверия клиентов к российским банкам и к зарубежным. И Натан Мильман из Санкт-Петербурга на сайт прислал вопрос, как вы воспринимаете требование либерализации деятельности иностранных банков с точки зрения выгоды для потребителей банковских продуктов? Многие считают, что граждане более склонны доверять как раз иностранным банкам, нежели свои, извините.

Г. ТОСУНЯН – Вы знаете, это, опять же, вопрос по поводу иностранцев, которые, когда приходили, приезжали в свое время в СССР, то они, конечно, особым расположением наших граждан в некоторых случаях пользовались.

О. БЫЧКОВА – Нет, это же понятно. Банк, которому 200 лет, у которого огромный капитал или российский?

Г. ТОСУНЯН – Вы поймите, банк, которому 200 лет и его «дочка» здесь или его если бы был бы филиал, поверьте, когда возникают какие-то катаклизмы в государстве, то у этого филиала кроме ряда обязательств или у этого дочернего банка кроме ряда обязательств по отношению к своим клиентам еще есть ряд прав требований по отношению к государству и к некоторым другим его институтам. И 98 год, например, показал, что как только возникла такая ситуация, то я, опять же, не буду называть ряд банков, то они выдвинули столько исков напрямую к государству и к некоторым нашим институтам финансовым, что это давало им полную индульгенцию на то, чтобы и свои обязательства тоже не выполнять. Это вполне разумно. Поэтому думать, что кто-то пришлый будет только выполнять обязательства по отношению к гражданам, а свои требования не будет выкатывать государству, в том числе, которые потом будут и регрессным образом на гражданах сказываться, это иллюзия. На самом деле, если вдруг в государстве происходят какие-то катаклизмы, то это одинаково сказывается на гражданах, независимо от того, кто был кредитором.

О. БЫЧКОВА – Понятно. На переговорах по присоединению России к ВТО какие аргументы и требования выдвигает противоположная сторона, например, США или ЕС?

Г. ТОСУНЯН – Я же не участник переговоров.

О. БЫЧКОВА – Но вы же знаете.

Г. ТОСУНЯН – Поэтому надо задавать вопросы те, кто ведут переговоры, но основной тезис, основная логика – это то, что интеграция в сообщество означает, в первую очередь, участие в финансовых рынках. Почему, потому что наши западные коллеги, они очень хорошо понимают, что такое финансовый рынок вообще для любой страны. Это мы только очень плохо понимаем, что значит для экономики и для страны в целом финансовый рынок, поэтому они хотят иметь максимальный доступ, потому что они понимают, что не сегодня-завтра, все-таки наш рынок настолько необъятный, что желание в нем участвовать всегда будет и завтра тем более.

О. БЫЧКОВА – А российская сторона говорит им «no pasaran»?

Г. ТОСУНЯН – Нет, российская сторона, в данном случае, по крайней мере, я надеюсь, ведет себя вполне адекватно. Она говорит, что финансовый рынок, безусловно, будет открываться и уже сегодня достаточно открыт. Но филиалы в условиях, когда еще соответствующие наши финансовые системы, имея в виду сами условия работы рынка, не обеспечены должной инфраструктурой, должным уровнем организации, мы не можем просто отдать ее вам на откуп, как это сделала Восточная Европа. Потому что мы все-таки страна, которая должна о своей национальной безопасности и о своих геополитических интересах заботиться вдвойне, втройне. Мы имеем определенную историю, и в этом смысле обращаю внимание на то, что эта проблема финансового рынка, его независимости, это проблема суверенитета нашего государства.

О. БЫЧКОВА – Эта проблема является препятствием на переговорах?

Г. ТОСУНЯН – Я думаю, что здесь вполне будет все урегулировано, потому что наши партнеры по переговорам, они также на свои финансовые рынки допускают при очень многих, многих оговорках. Например, один из наших российских банков сейчас пытается в ЕС открыть «дочку», с нуля открыть, не то, что купить какой-то банк, и они такие препоны и такие ограничения ставят. Казалось бы, уж открытые ворота, все уже участники этого, так что здесь не надо думать, что это мы такие, какими-то железными заборами, никаких железных заборов, в этом смысле наши экономические ведомства сейчас действуют, слава богу, достаточно разумно. Они просто выторговывают те условия, которые не ставили бы нас в неконкурентные условия, ущербные условия нашу страну и наш рынок.

О. БЫЧКОВА – Спасибо вам. Президент ассоциации российских банков Гарегин Тосунян был в прямом эфире «Эха Москвы».

Г. ТОСУНЯН – Спасибо.



Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире