М.Майерс― 11.05, здравствуйте, у микрофона Маша Майерс, и сегодня наш гость – заместитель председателя Центрального совета «Партии пенсионеров», доктор юридических наук, Андрей Широков. Андрей, здравствуйте.
А.Широков― Здравствуйте.
М.Майерс― Ну, говорить сегодня мы будем об основных идеях «Партии пенсионеров», с которыми вы идёте на выборы в Государственную думу. Хочу напомнить нашим радиослушателям, если есть вопросы, пожалуйста, пишите +7-985-970-45-45. Вы знаете, наверное, это заблуждение – но, тем не менее, поскольку название обязывает, правда же? Ощущение, что ваша партия занимается только интересами людей старшего возраста
А.Широков― Да нет, это не так. Это мы называемся партией пенсионеров, это короткое название — надо понимать, что люди старшего возраста думают о всей линейке проблем, которые существуют в РФ, это и налоги, и социальная защита, и экономика, и вопросы, связанные с жилищно-коммунальными проблемами, которые существуют, это и коррупция, которая, конечно, сегодня звучит везде и вся, и мы постоянно видим, как эта борьба существует в стране с посадками, да. Это всё темы, которыми занимается политическая «Партия пенсионеров за социальную справедливость в России», короткое название – просто «Партия пенсионеров».
М.Майерс― Хорошо, так вы тем самым отсекаете ту самую аудиторию, которая моложе 60-65?
А.Широков― Нет, ни в коем случае. Знаете, есть слово «избиратель», есть профессиональное слово «электорат», я его просто не очень люблю – это люди от 45 лет и скорее всего до 65 лет. Люди, чаще всего, которые старше 65 лет, они уже больше завязаны на КПРФ, на «Единую Россию», поэтому мы чётко понимаем нашу вот эту зону избирателя, которому мы предлагаем свои программные установки. Но мы на сегодняшний день обращаемся к молодёжи, и в программе у нас есть, особенно в налоговой части, несколько позиций, которые имеют отношение чисто к молодёжи – например, освободить молодёжь от налогов возраста до 26 лет, от всех, для того, чтобы какое-то становление было – а то так получается, они только входят в жизнь, а мы сразу включаем такую государственную машину налогообложения, они даже не успевают поправить свои начальные жизненные позиции.
М.Майерс― Понимаете, какая штука. Каждый раз, сталкиваясь с подобными инициативами, я задаю вопрос: если вы где-то отнимаете, значит, за счёт чего-то нужно прирастать. Где вы планируете покрывать недостатки финансирования?
А.Широков― Это надо более чётко рассматривать бюджет – особенно ту часть, которая не экономическо-социального характера, больше оборонного, всё-таки в неё влезть, посмотреть, на самом деле нужны ли нам эти расходы на сегодняшний день? Не смотрите на меня такими глазами.
М.Майерс― Меньше ракет? Подводных лодок?
А.Широков― Ракет меньше – нет, но надо более чётко делать. Мы всё равно не догоним подводными лодками многие страны, которые имеют большое их количество, сколько бы мы их ни строили – наверное, мы должны переходить на более качественное вооружение, но при этом мы должны понимать, что социальная задача государства – а государство по Конституции у нас носит социальную функцию, социальное государство по Конституции у нас – мы должны понимать, что есть оборона, а есть и прожиточный минимум в стране. Есть некий уровень в стране. И когда мы, слово не боюсь даже сказать, загоняем огромную часть населения. 23 миллиона, в нищенское существование, а зарплата больше половины россиян – на уровне прожиточного минимума, здесь надо задать вопрос: от чего обороняться, от внешнего врага, или внутри искать всё-таки некий баланс жизни в России?
М.Майерс― Есть ответ – от внешнего врага, конечно. Нам с экранов телевидения об этом каждый день говорят, это основа идеологии государства.
А.Широков― Какой канал ни включишь – все на нас нападают.
М.Майерс― Владимир Владимирович это говорит.
А.Широков― Все на нас нападают, и так далее, но вместе с тем мне кажется, что люди глубоко не понимают до конца, кто же на нас нападает. Где эта красная линия, которую надо пересечь для того, чтобы мы дали какой-то ответный удар. Мы как «Партия пенсионеров» можем заявлять: а где эта красная линия, когда народ просто возбухнётся и скажет: «Так дальше жить нельзя»? Это всё надо балансировать.
М.Майерс― Далеко до неё?
А.Широков― Думаю, что до неё недалеко. Руку протянуть, рукой потрогать её можно.
М.Майерс― Это связано с обнищанием и уровнем бедности?
А.Широков― Конечно. Когда едешь по России, вот мы сейчас с вами перед россиянами выступаем с Нового Арбата Москвы, по нему и вообще по Москве нельзя судить о России. О России надо судить, отъехав от неё буквально на километров 50-60, и вы поймёте, что Россия довольно глубоко погрузилась в нищету. Да, мы пытаемся сегодня создать в стране…
М.Майерс― И коррупцию. Это связано.
А.Широков― Связано. Понятно, что некие процессы перетока этих денег не в те карманы даёт именно это обнищание. И здесь мы должны чётко понимать, и мы в партии это понимаем, что этот баланс надо выстраивать – и конечно, создание этих агломераций, теория агломераций, которая сегодня в России существует – она сегодня под большим вопросом. Президент Татарстана уже выступил против, думаю, что и Партия пенсионеров— мы тоже это рассмотрим и выскажем свою позицию.
М.Майерс― О чём идёт речь, об объединении, укрупнении регионов?
А.Широков― Укрупнение регионов, создание 15 или 17 агломераций, таких как Москва и МО, СПб и Ленинградская область – я могу продолжать и дальше. Хотя для меня как для политика, и как в своё время депутата Московской городской думы, всегда был вопрос: а нужно ли Москву и МО объединять? Это разные модели управления, разные субъекты. На территории МО 131-й закон работает – местное самоуправление, хотя там Андрей Воробьёв многие подвинул очень местные самоуправления, уничтожив практически весь нижний уровень, сложив это в большие муниципальные районы. Ну и вместе с тем Москва управляется совершенно по-другому, здесь другие правила игры, если смотреть Москву внимательно, мы увидим, что в федеральном законодательстве много где написано «кроме Москвы и Санкт-Петербурга».
М.Майерс― Города федерального значения, да.
А.Широков― Москва, например, в полном объёме не живёт по вопросам твёрдых коммунальных отходов. Не живёт по выполнению в полном объёме Жилищного кодекса РФ.
М.Майерс― Твёрдые бытовые отходы?
А.Широков― Нет, я правильно сказал. Когда-то они были ТБО, но их перевели в коммунальные услуги. Тогда замминистра был Андрей Чибис, который губернатор Мурманской области. Тогда перевели это в коммуналку, и это уже твёрдо-коммунальные отходы, и они уже оплачиваются отдельной строкой в нашей с вами жировочке, или едином платёжном документе. Раньше ТБО входили в содержание общедомового имущества и люди не заморачивались и не понимали, а сколько вообще платится за вывоз ТБО? Сегодня всё население вздёрнулось по стране, когда им стали отдельно выставлять счета по твёрдым коммунальным отходам, поменяли всё законодательство, сейчас существует единый оператор вывоза ТКО в России. Партия пенсионеров об этом очень хорошо знает, а я кроме этого ещё председатель комитета в ТПП РФ по предприятиям сферы жилищного и коммунального хозяйства, поэтому эта тема у меня просто профессиональна, и я знаю, с чем мы сталкиваемся на сегодняшний день по экологическим вопросам уничтожения того, чем мы мусорим.
М.Майерс― Андрей Широков, заместитель председателя Центрального совета «Партии Пенсионеров». У нас время как песок течёт сквозь пальцы, поэтому давайте пройдёмся по вашим инициативам, поскольку я в начале заявила, что мы будем говорить об основных идеях вашей партии, с которыми вы планируете идти в Госдуму. Первое – это налоги. Вы сказали, что людей до определённого возраста, молодых людей, с вступления в трудовую деятельность
А.Широков― надо освободить от налогов, кроме сверхдоходов — потому что есть и молодёжь, что уже имеет сверхдоходы, очень здорово внедрилась. Правда, спрашивают, что такое сверхдоходы? Давайте определим законодательно, что такое сверхдоходы, после какой суммы они начинаются. Сегодня Владимир Владимирович ввёл некие правила 5 млн доходов, после которых более повышенные налоги идут.
М.Майерс― В год да, разница – с 13 до 15%.
А.Широков― Ну нам надо идти, видимо, дальше, потому что у нас во время ковида-19 миллиардеры стали ещё богаче, и, конечно, людей это раздражает. Ладно, это всё в тайне бы было – а это ведь ещё и пиарится, рассказывается населению, что, посмотрите, кто-то нищий, кто-то бизнес закрыл – особенно малый, он вообще погорел, и мы не только в Москве это наблюдаем, а по всей России. Пандемию 50% бизнеса малого просто не выдержало.
М.Майерс― Это правда. Короче говоря, первая ваша инициатива – часть молодёжи освободить от уплаты налогов и ввести некий необлагаемый минимум. Это как раз довольно популярная идея, которую экономисты регулярно обсуждают.
А.Широков― Мы, конечно, выступаем за прогрессивную шкалу налогообложения – не будем далеко идти, тезисно скажем. Плюс мы предлагаем на сегодняшний день от всех налогов освободить семьи, где доходы ниже 15 тысяч на душу семьи – нет смысла, они и так еле выживают, а мы их ещё и налогами обкладываем. Есть такие идеи, понятно, что эта идея может быть фантастической для многих.
М.Майерс― Давайте остановимся, подождите – 15 тысяч на одного, если семья из 4 человек хотя бы, это 60 тысяч на семью. Наверное, пол-России так живёт.
А.Широков― Значит, пол-России надо освобождать, вводить некие доходы с природной ренты в оборот социальный, надо не деньги отправлять в какие-то стабилизационные фонды, а всё-таки крутить их в России. Слово «крутить» я закавычу, всё-таки такое профессиональное слово. В первую очередь их включать в оборот, в методы социальной защиты. Я сейчас критикую позиции, когда мы к 1 сентября даём 10 тысяч на школьника. Надо не 10 тысяч, всё-таки, не эти разовые бусы давать людям, а всё-таки выстраивать модель длинных преференций налоговых, в том числе для малоимущих домохозяек, понимаете?
М.Майерс― Вот у меня вопрос в связи с этим. Кудрин об этом говорит, что нужна адресная помощь самым незащищённым слоям. А почему это не работает, какая бюрократическая проблема не позволяет эти семьи выделить?
А.Широков― Я бы не сказал, что это не работает. В большей мере законодательство сегодня многие вещи регулирует, хотя мы выступаем за социальные кодексы пересмотра или перетряску социального законодательства, сложения всего этого в один социальный кодекс РФ, чтобы люди могли обращаться к одному документу и видеть, когда, что и как им положено для соцзащиты собственно в ситуации, в которую они попадают, и Кудрин совершенно правильно говорит, многие позиции Кудрина вообще адекватные, и он совершенно правильно многие вещи анализирует и выдаёт их в СМИ. Но, увы, движения нет.
М.Майерс― Но Кудрин – это человек, который много лет был министром финансов, каждый раз, когда кто-то из больших чиновников уходит, меняет позицию, уходит в отставку, он начинает говорить страшно важные и правильные вещи. И мы с ним даже соглашаемся.
А.Широков― Он него ушёл один стул, в котором он играл определённую роль, он пересел на другой стул, причём через политическую модель, потому что он фонд экономический возглавлял, который давал советы. Потом опять получил некую должность, которая опять связана с государственным контролем, за финансами бюджетными в первую очередь, и понятно, что он с этой позиции выдаёт более радикальные и более оптимистично воспринимаемые населением предложения.
М.Майерс― Хорошо, но ему-то не надо избираться, а вам нужно, поэтому разные позиции.
А.Широков― Поэтому мы, идя на выборы и анализируя налоговую систему, видим в ней, что есть некие вещи, которые сегодня можно было бы предложить всем фракциям Госдумы. Понятно, что одной фракции «Партии пенсионеров» многих вопросов не решить. Мы, как я всегда говорю, будем те бычки в стаде, которые всем парламентским партиям (они наверняка все пройдут) будем напоминать их же обязательства, которые они сегодня дают, когда идут на выборы сегодня, в 21-м году, потому что сегодня практически все работают на социальной теме.
М.Майерс― Вы же понимаете, что это обычный предвыборный популизм, извините меня за грубое слово? Вот как с этим – каждый раз в преддверии электорального цикла все дружно начинают заниматься социалкой, как сорвавшись с цепи, абсолютно все – а потом забывают. У меня чувство, что это не потому, что они такие плохие или забывчивые, а потому что это российская экономика – у нас с вами пандемия, падение цен на нефть, сокращение экспорта, просто-напросто не имеет этих доходов. Мы не Скандинавия, нам неоткуда тратить.
А.Широков― Тему доходов мы имеем довольно публичную, опять же можно всё это пересматривать – опять же, я говорю, возвращаясь к бюджету федеральному. У нас сегодня очень много проблем с региональными бюджетами.
М.Майерс― Ещё какие!
А.Широков― Там такая закредитованность, особенно коммерческими банками, которые сегодня Силуанов должен заменить некими уже позициями кредитования бюджета регионов. У меня большой вопрос, вы кредитуете регионы – а как регионы эти деньги отдадут? Они просто физически их не могут найти, они не собирают эти деньги, у них нет объёма этих денег.
М.Майерс― Ответ?
А.Широков― У них нет объёма денег на социальные программы, следовательно, надо смотреть некие вещи. Я вам скажу, я журналистом никогда не был, но я очень быстро прикасался к великим журналистам России, например, главному редактору газеты «Известия» Ефимову Николаю Ивановичу, это мой тесть был. Я могу сказать, что он очень много рассуждал на кухне о той позиции, в которую попал когда-то Советский союз. Ведь нас Америка загнала в угол очень просто. ВВП Америки в разы больше, чем ВВП России, они повышают гонку вооружений, мы за ними стремимся, на социальное у нас остаётся очень много, и мы получили то, что получили в 91-м году
М.Майерс― Очень мало
А.Широков― Очень мало, да, извините. Понимаете, сегодня по идее картина та же самое. Когда мы видим картину американских учений в 17 часовых поясах, мы понимаем, какая это мощь, какие это деньги, какая это экономика. Как бы мы сегодня ни рассказывали, что это направлено всё против России и Китая, потому что у них мы враги, они как бы проигрывают ситуацию против нас, но мы должны понимать, что экономики-то разные. На социальные дела понятно, что многие европейские страны и США тратят денег гораздо больше от своего ВВП, чем мы в России.
М.Майерс― Как вы думаете, в связи с этим абсолютно логичный вопрос, хватит ли политической воли у нынешней российской власти отказаться от державных амбиций и иже с ним и попытаться переориентировать экономику России, маленькую, слабенькую, по крайней мере, в сравнении с мировыми гигантами, на социальную сферу?
А.Широков― Думаю, что над этим надо просто глубоко задуматься.
М.Майерс― 20 лет у нас одна и та же Дума, одни и те же власти почти.
А.Широков― Мы и идём в Госдуму, потому что мы говорим, что армия 47 миллионов пенсионеров, 15 миллионов предпенсионного возраста должны иметь свою фракцию в Думе. Они должны свой голос иметь. Как говорит мой коллега, «Немой должен заговорить». А где он должен заговорить? В первую очередь, в Госдуме. Не просто высказываться где-то и как-то, а иметь уже власть.
М.Майерс― Так должны, но не имеют – это к вам вопрос, к избирателям вопрос? К Центризбиркому?
А.Широков― Вопрос, в первую очередь, к нам и к нашей политике, я имею в виду программу «Партии пенсионеров» и избирателям России. Если избиратели отдадут голос за «Партию пенсионеров», то фракция «Партии пенсионеров» будет в Госдуме, человек 20-30, и при этом это будет достаточно, чтобы шевелить, как бычок, вот то стадо, которое застыло и очень медленно двигается в социальную сторону в Государственной думе.
М.Майерс― Сколько раз вы уже выходили на выборы? Раза 4?
А.Широков― Выходим второй раз, мы выходили на выборы в 16-м году, когда нас здорово порезали – нам тогда не зафиксировали список мажоритарщиков – одномандатников, русским языком скажу проще. Мы тогда шли только политическим списком, у нас не было, мы небогатая партия, огромного финансового ресурса. И я могу сказать, что мы тогда получили миллион голосов – только с радио и телевизора, скажем так, во время дебатов, потому что дебаты всегда проходили на уровне того, что «Партия пенсионеров», а я выступал тогда, всегда доказывала свою правоту – и люди слушали, слышали, доверяли, и миллион человек тогда проголосовал за партию. Сегодня, если каждый 10-й пенсионер проголосует за «Партию пенсионеров», давайте представим гипотетически, каждый 10-й, то, извините меня, это больше 6-7%.
М.Майерс― Я просто сказала, извините меня, про 4-5, потому что вы существуете уже…
А.Широков― Мы существуем давно, мы существуем почти 20 лет, мы соединялись со «Справедливой Россией», упомяну эту партию, хотя она переформатировалась, и пусть люди думают по-другому и ищут её правильно. Мы пожили вместе со «Справедливой Россией», мы увидели, что голос пенсионеров «Справедливая Россия» не слышит, отстаивать наши позиции не хотят – мы переформатировались через общественное объединение партии «Российские пенсионеры» в ту партию, в которой мы сегодня существуем. Поэтому истоки 20-летние. Мы довольно хорошо шагали по субъектовым выборам, в некоторых местах набирали до 22%, переигрывали очень многие парламентские партии – видимо, это кого-то испугало и нас соединили со «Справедливой Россией». Рекомендовали, мы рассмотрели, думали, правда, мы на самом деле сейчас мощно пойдём – но увидели тот результат, который получили. Поэтому будем говорить, что у нас сейчас второй сезон выборной кампании, когда мы идём самостоятельно на выборы в Госдуму и надеемся, всё-таки, что мы пройдём.
М.Майерс― Напомню, Андрей Широков, заместитель Центрального совета «Партии пенсионеров». 5 минут у нас остаётся, давайте всё-таки с тезисами – а то мы начинаем говорить про налоги, потом много интересных деталей.
А.Широков― Это просто нормальный разговор о партии, её видении и стремлениях.
М.Майерс― Нам самое главное, избирателям, это понять про вас. Коррупция – что делать здесь, на ваш взгляд, в первую очередь?
А.Широков― Коррупция – такая ржавчина, которая нас съедает уже многие десятилетия
М.Майерс― Столетия!
А.Широков― В современной России, я добавлю. А если брать всю историю России да и мировой цивилизации – коррупция существовала везде и всегда.
М.Майерс― Есть понимание, что нужно делать, какие-то конкретные шаги? Руки рубить там, не знаю, ноги…
А.Широков― Нет, руки рубить – нет, конечно, за всю коррупцию взяться нельзя, её можно рассматривать очень широко, много разных направлений. Мы, конечно, вспомним коррупцию, которая сейчас захватила нашу публичную власть, в первую очередь, исполнительную. Здесь надо, конечно, пересматривать 44-й закон
М.Майерс― Это закупки
А.Широков― Это закупки. Здесь надо пересматривать вопросы, каким образом должны создаваться конкурсная документация. Сегодня же большая хитрость, сегодня чиновник составляет конкурсную документацию под свои аффилированные системы, свои структуры – понимаете? Иногда прописывает то, что он понимает, что выиграет только его компаньон, назовём так. Говорим о том, что госслужба и бизнес – эти вещи несовместимы. Мы говорим о том в программе, что на сегодняшний день лишить доходов (лишить неправильно – ограничить), ограничить возможность получать эти доходы в государственных корпорациях, где они имеют право дополнительно получать доходы – вот это всё надо ограничивать. И, конечно, мы на сегодняшний день прекрасно понимаем, что, повторюсь, за всю коррупционную линейку партия не берётся, она делает предложение именно в зону, где распределяются бюджетные деньги для выполнения публичных функций.
М.Майерс― Ну и не могу вас не спросить, что касается прав пенсионеров, пенсионной реформы, тут риторика «Партии пенсионеров» понятна. Неделю назад тут был ваш коллега у нас в гостях
А.Широков― Да, Михайлов Александр Георгиевич.
М.Майерс― И мы успели кое-что с ним обсудить про повышение пенсионного возраста и прочее. А по ЖКХ – поскольку это ваша профильная тема – это система такого же масштаба, как и вся наша большая Российская федерация.
А.Широков― «Партия пенсионеров» понимает, что уже 20 лет никакого ЖКХ не существует, и мы непонятно вообще что реформируем. Существует жилищное хозяйство, существует коммунальное хозяйство, это совершенно две разные системы экономики. Жилищная система управляется Жилищным кодексом РФ, коммунальная законами отраслевого характера по видам – вода, тепло, газ и так далее. Мы понимаем, что между ними должны быть компаньонские или договорные отношения, которые рассматривают интересы той и другой стороны, которые на сегодняшний день не выполняются. Мы понимаем, что все ресурсы должны продаваться только по приборам учёта, нет приборов учёта – надо наказывать не управляющие организации, не собственников жилья, а в первую очередь наказывать ресурсные организации, которые пришли продавать свой товар по трубе или по неким расчётам, нормативам – давайте правильное слово вспомним. Нам надо понимать, что всё-таки многоквартирный дом в нашей стране должен стать объектом недвижимости – мы это прописываем в тезисы в своей программе. Мы говорим о том, что мы должны поменять управляющие организации – не могут живопырки с десятитысячным капиталом управлять миллионами квадратных метров и миллиардными суммами при содержании. Мы понимаем прекрасно, что сегодня надо вносить многие коррективы в капитальный ремонт. Когда мы говорим о коррупции – давайте вспомним фонды капремонта в стране – это вообще коррупционные системы, обалденные коррупционные системы. Причём те правила, которые выстроены – они ведут людей просто в коррупционные модели. Просто кто-то понял, кто-то не понял. Мы говорим, что сегодня с коррупцией надо бороться в первую очередь, я от ЖКХ немножечко вернусь к коррупции. Надо в первую очередь бороться, чтобы создавать в России некоррупционные законы, потому что законы, которые я читаю по своему профессиональному направлению, я вижу, что в них изначально заложены уже коррупционные схемы. Если чиновник будет выполнять эти нормы, которые заложены в нашем законодательстве, по многим направлениям регулирования в сферах экономики – мы понимаем, что да, он всё правильно выполняет, но там есть везде лазейки коррупционного характера.
М.Майерс― Андрей Широков. У нас очень много тем, много вопросов, которые нужно обсудить, но действительно время подходит к концу. Я благодарю вас, заместитель председателя Центрального совета «Партии пенсионеров», доктор юридических наук Андрей Широков был гостем нашего эфира.
