15 апреля 2021
Z Интервью Все выпуски

Как приватизация может сохранить архитектурные памятники России?


Время выхода в эфир: 15 апреля 2021, 12:35

Д. Назарова― Добрый день уважаемые телезрители и радиослушатели, это программа «Интервью», меня зовут Дина Назарова, и я веду наш сегодняшний эфир с Андреем Степаненко, генеральным директором Российского аукционного дома, и руководителем Комитета по торгам общественного объединения «Деловая Россия». Добрый день, Андрей Николаевич.

А. Степаненко― Добрый день.

Д. Назарова― Сегодня у нас с вами будет очень важная, стратегически важная, я бы сказала, тема. Она будет касаться поправок в закон о приватизации объектов культурного наследия и того, какая ситуация на рынке Санкт-Петербурга, где, как известно, у нас значительное количество памятников, требующих реставрации. Начнем с мировой практики: как в Европе, в мире происходит привлечение частного капитала для реставрации объектов культурного наследия? И как это происходит в России, в чем Россия могла бы адаптировать мировой опыт?

А. Степаненко― Этот вопрос злободневный: с одной стороны, поддержка бизнеса, с другой стороны реставрация памятников ― что первично. Каким образом привлечь бизнес именно в этот сегмент. Не секрет, что он достаточно низко маржинальный с точки зрения получения прибыли, достаточно сложный, достаточно большие обязательства. Инвестор должен взять на себя сохранение объекта культурного наследия, его реставрацию, порой приходится реализовывать достаточно сложные проекты. И единицы из них могут претендовать на прибыль и высокую маржинальность. Что касается мировой, здесь скорее, европейской практики, процесс передачи происходил с учетом выполнения инвестиционных условий по реставрации. Помимо передачи в собственность, объекты передавались в долгосрочную аренду, но в большей степени, конечно в собственность. И инвестиционные условия распространялись на весь срок жизни объекта культурного наследия. Если это замок, который передан частному инвестору, то инвестор, который получил этот объект в собственность, имеет абсолютный фри холд, но обязан в любом случае осуществлять экскурсионные туры или использовать гостиницу в определенные дни для того, чтобы туристы, посещая этот объект, знакомились с историей, с интерьерами той эпохи, той страны, где этот памятник находится. С инвестиционными условиями. И ещё третий вариант ― это концессия, государственно-частное партнерство. Здесь речь идёт о достаточно крупных архитектурных комплексах. Потому что концессия сама по себе достаточно сложный механизм. Это то, что используется на Западе.

Д. Назарова― Что касается Санкт-Петербурга и Ленинградской области, какая вообще ситуация сейчас с городом? Какой объем объектов культурного наследия сейчас требующий реставрации?

А. Степаненко― Ну, вы знаете, Петербург состоит на 50% из памятников, памятников регионального значения, федерального значения, вновь выявленных памятников, исторических зданий, есть такая категория — это памятники, которые построены до XX века, они тоже периодически переходят в сегмент вновь выявленных памятников. Как мы знаем это не категория, в категорию потом они переходят, как правило, в региональные памятники, в федеральные, в связи с тем, что процесс идет всегда, посчитать объем достаточно сложно, но это тысячи объектов Санкт-Петербурга. Где-то они объемные, где-то это небольшие здания.

Санкт-Петербург достаточно активно продавал объекты в нулевые годы в частную собственность с условием реставрации. Есть хорошие примеры, где эта реставрация уже завершена, и в этих объектах уже есть бизнес. Это и здание Кушелева-Безбородко, дворец и здание на набережной на Кутузова, 22, которое недавно приобрел Европейский университет, и здания разнообразных рынков, которые в своё время были реализованы, и сегодня там гостиничные операторы. На территории Новой Голландии есть 7 гектар, которые были переданы в собственность с инвестиционными условиями. Безусловно, этот проект был реализован, в течение семи лет, возник интересный архитектурный ансамбль, работает общественное пространство и гостиница. Поэтому у Петербурга есть хороший опыт передачи в собственность памятников инвесторам с условиями реставрации. Инвестор сразу получает памятник в собственность и выполняет инвестиционные условия где-то в течение трех лет, где-то в течение пяти лет, если это гостиница. А по сложным объектам в течение семи лет. Это позволяет инвестору привлечь проектное финансирование, потому что он обладает титулом, он собственник. Вы скажете, большие риски утраты памятников для государства. Да, действительно, в 90-е года памятники раздавались направо-налево, и были вопросы к тем инвесторам, которые эти памятники не сохраняли, не реставрировали. Но сегодня в Москве и Санкт-Петербурге, Ленинградской области, там, где есть те объекты, которые были переданы инвесторам, практически везде инвестор выполнил свои инвестиционные условия. Есть, конечно, единичные ситуации и судебные истории, которые длятся еще достаточно долго, но, скорее всего, по сделкам, которые были заключены в 90-х годах и в начале нулевых. В современной, в новейшей истории, такого нет, и есть десятки и сотни примеров. По Москве — десяток отреставрированных зданий, а в Петербурге порядка 70-ти, которые были переданы в частные руки за последние 10-15 лет. Этот опыт достаточно прогрессивный, мне кажется, и если государство сегодня не имеет средств на содержание и реставрацию памятника, то конечно же эти памятники должны быть переданы в частные руки. А мы сегодня знаем, когда памятники находятся в собственности муниципалитетов, субъектов Федерации, в конце концов, в собственности самой РФ, и подведомственные учреждения, в том числе, Министерство культуры держит на балансе эти памятники. В связи с этим, в собственность они их не продают, а предлагают в аренду за один рубль. Я могу сказать, что инвесторы, которые пойдут на сегодняшний день особенно в руинированный памятник или памятник, который полуразрушен, в сделку аренды за рубль, их единицы, и всем нужны гарантии. Гарантии – это титул. Титул – это право собственности. Пока государство не примет решение передавать памятники в частную собственность с инвестиционными условиями, на мой взгляд, способ передачи памятника в аренду за рубль, не ведет к тому, чтобы инвесторы пошли валом эти памятники реставрировать. Мне кажется, это путь, по которому пытались пойти и передали ряд зданий в ряде регионов, но он не принёс желаемого эффекта. Сегодня об этом можно уже сказать однозначно: в РФ нет сотен зданий, которые были отреставрированы после того, как они были переданы в аренду за 1 рубль. Есть несколько зданий, возможно, десятки по стране, но это ничтожно малое количество. И этот путь, на мой взгляд, требует определенного переосмысления.

Д. Назарова― Давайте поговорим немного о законодательной базе что вообще сейчас у нас в законе о приватизации объектов культурного наследия, и какие есть противоречия, которые мешают малому и среднему предпринимательству получать в собственность такие здания?

А. Степаненко― Действительно, сегодня в первом чтении приняты изменения в закон о приватизации в части объектов культурного наследия земельных участков, которые предоставляются инвесторам под этими зданиями. К сожалению, в 2014-15 годах были приняты поправки в ФЗ-73, закон о памятниках, в котором было отражено, что памятники могут предоставляться исключительно на конкурсах. Есть же памятники как Ростральные колонны, есть Эрмитаж, есть разрушенная дача Фаберже, которая находится на балансе подведомственного учреждения одного федерального органа. А есть объекты, которые находятся в собственности Санкт-Петербурга, но не требуют реставрации, они уже сохранены, но находятся в государственной собственности. К сожалению, те изменения, которые были приняты тогда в 2014-15 годах определили, что способ отчуждения и передачи в собственность инвестору, от государства один, вне зависимости от памятника — на конкурсе. Конкурс с инвестиционными условиями. Эти конкурсы с предоставлением заявок в бумажных конвертах, где инвестор может предоставить только одно свое ценовое предложение, что для сегодняшней эпохи уже странно. Когда это эпоха электронных торгов, электронных платформ, агрегаторов, это какая-то феодальная норма, которая сохранилась. Сегодня же сенатором Кутеповым внесен законопроект… Обращаю внимание, не федеральный орган власти, а Совет Федерации увидел определенный пробел, что объекты культурного наследия могут продаваться только на конкурсах. Это первая инновация, которая записана в этих поправках. Вторая инновация касается земельного участка, о котором забыли: у нас все памятники передавались без земельного участка. А земельный участок — это основное. Если сравнивать европейскую практику: там земля первична, здание вторично. В России наоборот. В итоге, предложенная поправка, убирает эту неопределенность, и памятники могут продаваться вместе с земельными участками или передаваться в долгосрочную аренду. Третья новелла касается выкупа малыми предпринимателями объектов культурного наследия. Опять же это не дворцы, не Ростральные колонны, не музеи, это небольшие помещения на первых этажах: рестораны, магазины, парикмахерские и так далее, которые малый бизнес арендовал на протяжении последних 20 лет, ремонтировал, держал в какой-то своей части реставрировал. И он не виноват, что весь этот дом, это памятник, архитектурный ансамбль регионального значения или вновь выявленный памятник. У него здесь вот 100 метров, по федеральному закону до 2015-го года он имел право выкупить его в случае, если арендовал 2 года и более. И являлся добросовестным арендатором, исправно платил арендную плату. И, внимание, исправно ремонтировал и реставрировал объект. Такое право было утрачено в связи с теми поправками. И сегодня тот законопроект, который внесен, устраняет эту неопределенность, и в случае его принятия, малый бизнес получит возможность, выкупить целевым образом без аукциона и конкурса тот объект, который арендовали сроком более, чем на 2 года. Как правило, это долгосрочные договоры аренды на 10-20 лет. Ну, вот такие дискуссии, к сожалению, ведутся с органами федеральной власти, которые формируют нормотворчество в этом сегменте. Они высоко, далеко, не всегда спрашивают мнение муниципалитетов, субъектов, а как на самом деле, на практике, происходит взаимодействие арендатора, малого бизнеса, здания, комитетов по охране памятников, какие вопросы и проблемы. Также была поправка, которая внесена в этот же законопроект с предложением убрать эскизный проект на этапе продажи памятника в собственность инвестора. Почему это было сделано? Да потому, что это огромные бюджетные затраты. Если есть 100 памятников, то к каждому нужен эскизный проект реставрации. Под что, внимание: допустим этот проект сделан под гостиницу в Санкт-Петербурге или Иркутске. А инвестор, который купил объект, не хочет строить там гостиницу, он хочет делать апартаменты или жильё, или музей, что-то другое. И он просто выбрасывает этот проект, то есть это выброшенные государственные деньги и потраченное время для того, чтобы разыграть конкурс, выбрать проектную организацию, запланировать деньги в бюджете. Уходят годы, а памятники разрушаются. Поэтому, конечно, этот пункт, на наш взгляд, на взгляд экспертов и «Деловой России» в частности, Министерства культуры, и, кстати, комитета по охране памятников Санкт-Петербурга очень важный. Эту инициативу об исключении обязательности эскизного проекта на этапе передачи объекта культурного наследия из рук государства, в частные руки как раз и поддержал Сергей Макаров.

Д. Назарова― Андрей Николаевич, большое спасибо за нашу сегодняшнюю интересную, насыщенную беседу. Будем наблюдать за ситуацией и тем, как будет развиваться законодательство в части охраны объектов культурного наследия. Я напомню нашим зрителям и слушателям, что в гостях у нас сегодня был Андрей Степаненко, генеральный директор Российского аукционного дома, руководитель Комитета по торгам общественного объединения «Деловая Россия».

А. Степаненко― Спасибо.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире