'Вопросы к интервью
11 февраля 2021
Z Интервью Все выпуски

Магистрат: Помощь задержанным: вода, еда и представительство в суде


Время выхода в эфир: 11 февраля 2021, 13:06

А. Веснин 13 часов 6 минут в Петербурге. Всем добрый день! Это программа «Магистрат». Ее веду я, Арсений Веснина. Программа-то про город, но в городе есть отделы полиции, есть жители, которые выходили на акции протеста. Можно спорить, как их называть: санкционированными или несанкционированными. Но люди оказывались в отделениях полиции, в спецприемника, в судах. Многие до сих пор ещё оказываются в судах, поэтому будем говорить о том, что происходило еще не раз.
Сегодня поговорим о помощи, которую задержанным и арестованным оказывали совершенно разные люди. Помощь была разнообразная: от рассказывали арестованным помощь. Она была очень разнообразная: от еды, воды, передачек, информации, денег до полноценной юридической помощи, которая продолжается. Представляю наших гостей: координатор группы помощи задержанным Иван Остапчук. Иван, привет!
И. Остапчук Добрый день!
А. Веснин Отлично, связь у нас есть. Я напоминаю, что работаем мы всё ещё удаленно, режим пандемии никуда, к сожалению, пока не делся. Юрист «Правозащиты Открытки» Анастасия Буракова. Анастасия, здравствуйте!
А. Буракова Добрый день!
А. Веснин Отлично, тоже на связи. И правозащитник Владимир Василенко. Владимир, здравствуйте!
В. Василенко Добрый день!
А. Веснин Связь со всеми есть. Совершенно понятно, что с юристами и правозащитниками мы будем больше говорить именно о юридической помощи, хотя, если у вас есть истории, которые касались и обычной помощи, физической или финансовой, подключайтесь к разговору. Но начнем мы об этом говорить с Иваном Остапчуком. Иван, мы с тобой об этом беседуем не первый раз, но давай еще раз. Какая помощь была нужна и насколько она была нужна после протестных акций в Петербурге?
И. Остапчук На самом деле, цель этой помощи не передать первое необходимое, хотя и в этом тоже есть смысл. Но суть в том, чтобы не оставлять человека наедине с полицией. Это больше психологическая поддержка. Бывали случаи, когда срочно была нужна либо вода, либо лекарства. В основном, мы передавали воду, печеньки, влажные салфетки и лекарства.
А. Веснин Какие масштабы у этой помощи были?
И. Остапчук За две акции было задержано 2,5 тысячи человек. Примерно в таких масштабах мы и работали.
А. Веснин Но это же очень много людей.
И. Остапчук В том чате передач, который я создал, часто люди брали на себя инициативу, говорили, что берут на себя три отдела. В ручном режиме этим управлять не приходилось. Люди самоорганизовались внезапно и сами этим занимались.
А. Веснин Как работал чат, который ты создал? Что это такое? Существует ли он сейчас, актуален ли он ещё?
И. Остапчук Сейчас он уже не такой горячий, как в те дни. Сейчас нужен только тем, кто отбывает сутки в спецприёмниках. Я так понимаю, аресты продолжатся, потому что теперь аресты назначают спустя несколько дней после того, как люди уже покинули отдел полиции. Так, это чат, в который вы заходите, и, если вы или ваши родственники арестованы, вы говорите, кто вы, где вы, что вам нужно. Люди, которые свободны и могут вам это привезти, говорят, что свободны и готовы подъехать к вам, привезти все, что вам нужно.
А. Веснин По поводу денег – какой-то сбор денег предусмотрен?
И. Остапчук Люди либо на свои деньги покупают, либо могут сфотографировать чек, прислать. У нас есть отдельный канал, куда мы выкладываем чеки. Люди, которые не могут помогать физически, но готовы все оплачивать, говорят: «Мы готовы погасить этот чек». Как только я выкладываю чек, мне пишет человек 15. Мне одному человеку говорить, какому человеку надо оплатить и как с ним можно связаться, а остальным писать: «Уже не надо, спасибо».
А. Веснин Мошенников не было? Я куплю продукты, сфотографирую, пришлю тебе чек, скажу, что отвез их в такой-то отдел полиции. Может, я кому-то подсказываю способ подзаработать, но надеюсь, что таких нет. В этой суматохе нет времени проверять?
И. Остапчук Мошенники есть такого вида – они просят задонатить денег, не присылая чек. Таких случая было всего два за все время. Мы их отловили, но они выиграли немного. Люди делают прям в отделах фотографии самих передач. К тому же, если есть связь с задержанными, которые внутри отдела сидят, они, когда получают передачу, присылают фотографию с подписью «Спасибо огромное, мы все получили».
А. Веснин Все-таки сколько людей было задействовано?
И. Остапчук Тяжело будет сказать. Я не подсчитывал – пока не осознал, что произошло. Но по моим личным ощущениям человек 800-900. С ними мы постоянно переписывались.
А. Веснин Довольно много. Это те люди, которые покупали и привозили продукты?
И. Остапчук Да. У нас еще есть ОВД-такси. Некоторых арестованных увезли из Петербурга в другие города, чтобы они там отбывали арест. Есть люди с машинами, которые могут забирать людей после ареста. С такими общался, с теми, которые возили передачи и с теми, кто готов оплатить чеки.
А. Веснин Я вижу, что сейчас в этом чате 3690 людей. Многие из них – те, кто готов помогать и что-то делать для задержанных. Я так понимаю, этот чат продолжит существовать и если задержания продолжаться, то этот чат снова заработает, вы снова будете делать передачки?
И. Остапчук Чат существовал с июля. Тогда было 200-300 человек. С той нагрузкой, которая была – задержат 2-3 активистов. 23 января он вырос до 1,5 тысячи. Еще за неделю до 3,5 тысяч. Я думаю, если снова будут происходить массовые задержания, то этот чат будет снова использоваться по назначению.
А. Веснин Тут пришла новость. Назовем ее срочной. Наверняка, многие обратили внимание, что накануне репера, который известен как «Слава КПСС» или «Гнойный», арестовали на 7 суток. Только что была апелляция. Срок ареста сократили до одних суток. По идее он сегодня выходит. Напоминаю, что задержали его 2 февраля, когда «Слава КПСС» вышел на Невский проспект. Там же были сторонники Алексея Навального. Он кричал он некие слова про клитор. Не вижу ничего страшного в этом слове. По-моему, это медицинский термин. За это его арестовали на 7 суток. Теперь сократили арест до одних суток.
Теперь вопрос, наверное, и к Анастасии, и к Владимиру. Мы говорили в общих чертах. Есть конкретные истории, связанные с тем, что происходило в отделах полиции, в спецприемниках, НРЗБ (09:28)?
И. Остапчук Из того, что было нужно – стандартный набор. Ну, были диабетики, которым нужны были лекарства. Так ничего интересного: воды, тёплые вещи. Когда была первая партия арестованных, мы решили поднять им настроение, купили всем девушкам, которые были в спецприемнике, маски для лица, патчи.
А. Веснин Никаких особых, экстравагантных или ужасных случаев в голову не приходит?
И. Остапчук Ужасных случаев по содержанию арестованных?
А. Веснин Да-да.
И. Остапчук В целом, содержание людей до и после суда в отделах полиции – ад. Были, конечно, хорошие отделы, в которых с задержанными хорошо обращались, но, в основном, людей могли, например, держать сутки в рейсовом автобусе на улице. В Колпино у отдела стояло три рейсовых автобуса. Пока оформляли первый, второй и третий стояли на улице битком набитые. Кого-то оставляли на ночь в подвале без еды, воды, в туалет выпускали раз в 4 часа, если они начинали кричать. У кого-то отбирали телефон. Кому-то угрожали поломать пальцы, если они не сдадут отпечатки пальцев. Ада было достаточно.
А. Веснин Теперь обратимся к нашим юристам и правозащитникам. Историй о таком масса. Что с этим можно делать, как обстояли дела с точки зрения закона, начиная от задержания, суда, ареста и так далее. Анастасия Буракова, «Правозащита Открытки», вам слово.
А. Буракова Спасибо! Адвокат «Правозащиты Открытки» Павел Яспов как защищает репера «Гнойного». Только что отписалась, что клитор у нас не опасен на 7 суток, а опасен на одни. Что было с задержанными и судами с юридической точки зрения? Как юристу, мне очень больно об этом говорить. Это совершенно неправовая процедура, а репрессивная. Ничего общего с юриспруденцией это не имело. У всех одинаковые обвинения, одинаковые протоколы. Текст повторяется слово в слово. Разные только места и время задержания, фамилии.
Не думаю, что правоохранительные органы обладают телепатией или в единстве мыслей написали протоколы. Уверена, что текст был запущен сверху. В судах такая же история. Если видели ситуацию, когда в шапке – «Постановление вынес судья Выборгского суда», а в самом конце – «судья Калининского суда». Постановления кочевали от суда к суду, тексты тоже полностью повторяются. Самое удивительное, чем эта акция отличилась с юридической точки зрения и с точки зрения наказания – никому не шили статью 20.2. Это стандартная митинговая статья. Ее присвоили только Ирине Фатьяновой – координатору штаба Навального в Петербурге, Денису Луговскому из НРЗБ (13:20).
Всем остальным вменяли одновременное пребывание граждан, не связанное с публичным мероприятием. Чаще всего эту статью используют для уличных музыкантов, вокруг которого собралось большое количество людей, либо для тех, кто предлагает сфотографироваться с голубями на Невском проспекте, то есть образуют скопление граждан без единой политической цели. Я не очень понимаю смысл применения этой статьи. Раньше в Петербурге такой практики не было. В Москве была другая практика: там стандартно применяли статью 20.2 с обстоятельством перекрытия дорог.
Мы видели повальное принуждение к дактилоскопия, что незаконно, но вместе с тем поэтому были угрозы оставить на ночь до суда тех, кто откажется сдавать отпечатки пальцев.
А. Веснин Я хотел бы уточнить про дактилоскопию. Очень многие жаловались, что от них требовали сдачи отпечатков пальцев. Кому-то удавалось отказываться, кому-то не удавалось, они сдавали. Зачем полиции отпечатки пальцев?
А. Буракова Несколько лет назад была создана база МВД с дактилоскопией, куда граждане либо добровольно, либо в порядке, предусмотренном законом о дактилоскопической операции Российской Федерации, вносят отпечатки пальцев граждан. Они потихоньку пополняют эту базу, часто заставляют обманными путями, уговорами свои пальчики откатать и вносят туда. Почему это просили сделать после митингов, причем не только в Петербурге, но и в Москве – мне сложно сказать.
Я подозреваю, что это шпиономания и шизофрения власти, когда они видят не мирных протестующих, выходящих на улицы города без оружия, без специальной подготовки, а видят каких-то радикалов, которые сегодня вышли с российским флагом или без оного, завтра вышли с бутылками с зажигательной смесью. Потом они будут по пальцам выяснять, кто это сделал. У меня такое объяснение. В некоторых отделах по большей части в Москве, а не в Петербурге, были факты насильственного принуждения взять отпечатки пальцев.
Я имею в виду не психическое, а физическое насилие выламывание пальцев. Думаю, что есть такая установка сверху и, скорее всего, это шпиономания и шизофрения власти.
А. Веснин Владимир, ваша оценка происходящего с юридической точки зрения.
В. Василенко Всем еще раз добрый день! Я не только правозащитник, но и активист, так получилось, что меня задержали, 8 суток я был в спецприемнике. Моя оценка происходящего следующая – в судах по факту никто абсолютно ни в чём не разбирался, это было кривосудие. Суда не было от слова «совсем». У одного моего подзащитного после того, как я вышел из спецприёмника, судьи отказывались понимать ходатайство с фразой «Дома требовать будете». Это было начало этой эпопеи.
Но все началось раньше, когда начали задерживать, потому что уже в автобусах начали угрожать разбивать телефоны. Я знаю, что в 3-м, 29-ом, 31-ом отделах полиции людям угрожали сломать пальцы, оставить на ночь, посадить на бутылку (по крайней мере это я слышал в спецприемнике). У людей забирали телефоны при входе в отдел. Это было в 31-м и в 64-м отделах, в последнем их потом вернули, в 31-м – нет. Люди фактически остались без связи.
Когда ты без связи – ты без помощи, к тебе никого не пускают. Приезжали еще на НРЗБ (18:00). Нас четыре человека, кто был самым активным, спрятали, не показали НРЗБ (18:08). Проблема в том, что, когда ты без связи, когда у тебя нет возможности помочь людям вокруг и когда людям не к кому обратиться за помощью, происходит паника. Это была паника, потому что даже как правило даже в судах судья говорили: «Признайтесь, что участвовали в митинге – и будет вам штраф».
Суды в прямом смысле слова выполняли указку. Мне при выходе четко сказали, что есть распоряжение, что председатель суда должен отчитаться к концу дня, сколько человек арестовано.
А. Веснин Ты считаешь, что было прямое указание именно арестовывать людей в определенном количестве?
В. Василенко Да. Система повально нахватала невинных жертв, но при этом она не может с ними справиться, потому что спецприемник рассчитан всего-навсего на 200 человек. Это звучит грубо, но так, потому привезли 400.
А. Веснин И не могли справиться. Мы за всем этим наблюдали. Насколько я знаю, обычно когда ты просто попадаешь в отдел полиции как задержанный, у тебя никто не забирает телефон. Его забирают, если ты отправляешься под арест, потому что под арестом ты не имеешь права пользоваться мобильным телефоном, его выдают на 15 минут в день. Почему в этот раз я из многих отделов полиции слышал, что забирают телефоны? Это законно или нет?
А. Веснин Это незаконно. Изъять телефон можно только под протокол относительного задержания, которое предусматривается в том случае, если санкция статьи, по которой тебя обвиняют, предусматривает относительный арест. Безусловно, 20.2, примечание 2, часть первая Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусматривает относительный арест, но проблема в том, что никто не составлял никаких протоколов об изъятии телефонов. Это происходило потому, что, когда ты беспомощен, тебя легче давить.
А. Веснин То есть просто незаконно отбирали телефоны. Анастасия, такие случаи были?
А. Буракова Телефоны могут забрать при размещении в специальном помещении — в камере, когда оставляют на ночь, делают пометку в протоколе о доставлении.
А. Веснин Даже если тебя отправляют в отделе полиции в камеру, то телефон могут забрать?
А. Буракова Если помещают в камеру, то это предусмотрено. Все личные вещи: шнурки, ремни, телефоны – изымают под протокол и выдают при выезде в суд. Но мы сталкивались с ситуацией, когда даже при выезде в суд, человеку не возвращали его личные вещи – я говорю про телефоны, шнурки и ремни возвращали. Я достаточно давно защищаю задержанных после массовых акций, это была первая акция, когда люди не могли найти своих родственников, когда звонили и спрашивали, что его задержали, связь прервалась, уже прошло 3 дня, где мне найти человека?
Это отчасти связано с тем, что задержанных размещали в НРЗБ (22:17), там другие правила по отношению к подозреваемым в совершении преступлений. По большей части там содержаться такие лица. Люди, работающие в этой системе, никогда не сталкивались с административно арестованными. Им положен телефон на 15 минут в день, но сотрудники НРЗБ (22:33) в виду того, что они не сталкивались с таким в своей практике и, видимо, обладают невысокой юридической квалификацией, не давали положенных 15 минут в день для звонков.
Так и по несколько дней родственники не могли найти своих близких. На моей памяти это – первая такая ситуация в Петербурге.
А. Веснин Близкие и родственники не могли найти членов своей семьи и друзей. Сейчас мы прервемся на московские новости.
НОВОСТИ
А. Веснин Возвращаемся в эфир петербургского «Эха». Меня зовут Арсений Веснин. Мы говорим о том, как помогали и продолжают помогать задержанным на акциях протеста. У нас в гостях координатор группы помощи задержанным Иван Остапчук, юрист «Правозащиты Открытки» Анастасия Буракова и правозащитник Владимир Василенко. В перерыве мы беседовали на Ютубе. Владимир рассказывал о том, как 12 часов провели в автобусе. Тут мы прервались, чтобы вернуться в эфир.
Я правильно понимаю, что, проведя 12 часов в автобусе перед тем, как вас разместили в спецприемнике, было сложно даже в туалет выйти?
В. Василенко Да, потому что нам говорили: «Мы вас выпустить не можем. Сидите и терпите». Это очень сложно, но тем не менее как-то прошло. Еще большой минус – нас даже к врачам не повели. Там был медицинский осмотр. Нам, четырем людям из Кировского района, сотрудники полиции сказали: «Мы не хотим ехать на спецпост. Можете сказать, что у вас болит. Мы вас вывезем, и вас больше никто не найдет». Это было сказано с усмешкой, но это было не очень приятно.
У меня в постановлении суда было написано: «Нуждается в медицинской помощи». Но ни сотрудники полиции, ни в спецприемнике никто мне скорую не вызвал. В спецприемнике мне сказали: «Когда вы будете терять сознание, тогда и обращайтесь».
А. Веснин Когда убьют – тогда и вызывайте полицию. Просто на другой лад.
В. Василенко Надо еще понимать, что в спецприемнике нет никаких медицинских аппаратов. В случае чего медицинскую помощь не окажут, потому что там есть только корвалол и валерьянка.
А. Веснин Вы провели в спецприемнике 8 суток – можете рассказать, как там с едой, с распорядком дня?
В. Василенко С едой все не очень хорошо. Есть можно, но не очень вкусно, но ты не задумываешься об этом. Первые сутки ты еще об этом думаешь, на вторые забываешь. Тебе на это все равно. Когда я выходил из спецприемника, то есть в понедельник, там не осталось ни одного человека, у которого не было бы апелляционной жалобы и которому бы не была не оказана медицинская помощь.
На третий день я записался в волонтеры раздавать еду, прошелся по камерам, спросил, кому нужны апелляционные жалобы. Таким образом я составил порядка десяти апелляционных жалоб. Это еще один плюс моего нахождения в спецприемнике. Но то, с чем столкнулся я – очень плохой советский пионерский лагерь. Максимально плохой.
А. Веснин Владимир, здесь пишут, что многие боялись попасть в спецприемник – это понятно, никто не хочет проводить там ни день, ни десять, но как вам кажется, люди, которые оттуда выходят, которые там сидят, они перестают после этого выходить на акции протеста, чтобы не повторить этот опыт или, наоборот, ожесточаются, проявляют дух борьбы?
В. Василенко Не то чтобы ожесточаются. В основном, наоборот, перестают бояться. Со мной в камере находился мужчина. Его задержали, когда он шел домой. Он охранник. Он шел домой к жене, но не дошел – ему дали 12 суток ареста. Непонятно, как суды назначали аресты, потому что, допустим, мне дали 8 суток при том, что у меня есть вступившая в силу 20.2, часть вторая и суд этим обосновывает арест. А у человека, у которого вообще никакой административной ответственности в жизни не имел, 12 суток ареста.
А. Веснин Так и что он, он же попал случайно? Какого его отношение?
В. Василенко Люди перезнакомились между собой на прогулках, поддерживают контакты. Мне уже сегодня вышли с фразой «когда погуляем, когда увидимся?». Люди перезнакомились. Я слышал даже: «Раньше мы не ходили на митинги. Теперь мы будем на них ходить».
А. Веснин То есть в целом люди, как тебе показалось, не очень испугались? Кстати, в чате писали, что одному задержанному в 29-м отделе полиции заломали руку за то, что он не хотел отдавать телефон. Анастасия, что дальше? Удалось ли оказать всем юридическую помощь?
А. Буракова Мы надеемся, что удалось оказать всем. В первую очередь мы обжаловали административные аресты. Вместе с тем горсуд не соблюдал срок. Напомню, что тем, кому назначено наказание в виде административного ареста, апелляция должна рассматриваться в течение суток после поступления жалобы. Думаю, что это связано с неспособностью судебной системы переварить такое количество постановлений судов первой инстанции, потому что горсуд у нас один и не такой огромный.
Сроки нарушались. Вместо суток были 4-5 дней. Мы старались, повторюсь, в первую очередь обжаловать административный арест и передавать жалобы в спецприемнике, чтобы задержанные передавали их через администрацию или через адвокатов по ордеру для тех, у кого не было защитников в суде первой инстанции. Безусловно, сложно. В Петербурге у нас традиционно очень дружное правозащитное комьюнити, мы все координируемся в одном чате, обмениваемся информацией о задержанных, об адвокатах, которые выехали в тот или иной отдел, чтобы друг друга не дублировать.
Но даже если сложить все силы «Правозащиты Открытки», «Апологии Инфо», «ОВД-Инфо». Конечно, нам не хватает сил на единовременные суды, когда в каждом суде около 3-4 судей параллельно слушают дела задержанных. Скорее, нам нужно возрождать институт общественных защитников как бы иронично юристы не относились к нему. Можно констатировать, что правосудия нет. Какую бы ты ни занял юридическую позицию, насколько бы ты ни был прав с точки зрения закона, сделать в суде ничего нельзя. Скорее, это возможность не оставить человека одного, один на один с судебной системой.
Владимир говорил, что суды требовали от задержанных в обмен на штраф вместо ареста признания участия в митинге. Но весь фарс в том, что статья не митинговая. Им не вменяют участие в митинге. Им вменяют участие в единовременном скоплении граждан, не связанном с публичным мероприятием, никак не регулируемом 54 ФЗ, поэтому это удивительная штука. Мы тоже сталкивались. Судья говорили: «Признайте свою вину в том, что вы участвовали в митинге». НРЗБ (31:00).
Говорить о том, что мы, юристы, на что-то можем повлиять в рамках показательных массовых репрессий – это было бы самонадеянностью. Максимум, что мы можем увидеть – это недостатки в протоколе, которые делают его недопустимым доказательством. Тогда полиция пересоставляет протокол, человек на какое-то время свободен, затем дело направляется в суд для нового рассмотрения.
Но когда сверху спускаются все тексты протоколов с разлинованными графами, куда остается только вписать фамилию задержанного из паспорта и его данные, то ошибок минимальный процент.
А. Веснин Получается, главная задача юриста – поддержать человека, показать, что он не один, что дальше ЕСПЧ или?
А. Буракова В первую очередь, если в суде первой инстанции был защитник и человек уехал на сутки в спецприемник, то защитник имеет право обжаловать жалобу, не затягивая этот процесс, не передавая жалобу в спецприемник. Это может сделать и не адвокат, на это не нужен ордер. Пока ещё не запретили представлять интересы без юридического образования, поэтому есть возможность быстро подать жалобу на административный арест, возможность правильно, грамотно сформулировать свою позицию, использовать все возможности и в перспективе обратиться в Европейский суд по правам человека.
После принятия поправок отношение к решениям Европейского суда по правам человека – единичные случаи. Но, надеюсь, нам не придётся ждать выхода из совета Европы с замиранием сердца в негативной коннотации. Но посмотрим. ЕСПЧ не способ получить компенсацию. В первую очередь это способ восстановить нарушенные права.
А. Веснин Горсуд удовлетворяет апелляции или оставляет в силе решения об арестах?
А. Буракова По-разному. В рамках этой последней массовой акции в большинстве своём оставляли в силе. Но в теории могут снизить на какое-то количество суток.
А. Веснин Да, «Гнойному» сократили.
А. Буракова Это «Гнойный». Арсений, надо понимать, что и Оксимирон ушел из отдела. Если они начнут закрывать лидеров общественного мнения, известных людей, то думаю у большего числа населения будет несколько иная реакция.
А. Веснин Если коротко, в полминуты – надо подавать апелляции или посидеть и свалить?
А. Буракова Надо использовать все возможности обжалования. Также надо отстаивать право на свободу собраний. Можно, конечно, просто речь запереться дома и «не выходить из комнаты, не совершать ошибку», но я всегда за то, чтобы использовать все возможные механизмы, которые у нас пока еще есть.
А. Веснин Давайте повторим еще раз – «Правозащита Открытки», «Апология протеста», «ОВД-Инфо» – это то, куда можно обратиться в таких случаях, потому что люди до сих пор периодически, оказывается, не знают, куда стоит писать и звонить. Запомните эти три инстанции. Иван, последний вопрос. У нас минутка остаётся. По твоему ощущению, люди, которые оказались задержаны, они почти все получили юридическую помощь? Они остаются на связи? Или они пропадают, юридическую помощь не получили и много каких-то концов потерянных?
И. Остапчук В саму ночь задержаний очень сильно не хватало правозащитников. Много куда не пускали. Даже адвокатов в отделы. Но я сразу хочу сказать, что, если вы пользуетесь и знаете, что такое 51 статья Конституции, защитник в отделе вам не нужен. Главное – не наговорить ничего лишнего. Я всем объяснял, что даже про погоду не стоит говорить с полицейскими. Просто озвучивайте 51 статью, если у вас нет защитника.
Дальше, в основном, все, кто после судов получили штрафы или попали в спецприемники, получили возможность подать апелляцию либо через родственников, либо им передавали листочки и инструктировали, как подавать апелляции.
А. Веснин В основном, удалось. Коллеги, здесь мы должны закончить. У нас подошло к концу время. Надеюсь, это было полезно. Что я вынес для себя из разговора – огромное количество людей разных профессий, не только юристы, друг другу помогали и готовы помогать. Это, наверное, самое позитивное, что удалось вынести из прошедших протестов лично мне. Анастасия Буракова, Владимир Василенко и Иван Остапчук. Меня зовут Арсений Веснин. Спасибо! Всем пока!



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире