'Вопросы к интервью

С. Кагермазов Меня зовут Сергей Кагермазов, вы слушаете «Эхо Москвы». И у нас спецэфир, посвящённый приговору фигурантам «Дела Сети». Приговор огласили буквально только что в отношении двух молодых людей, Юлия Бояршинова и Виктора Филинкова. Военный суд признал их виновными в участии в террористическом сообществе «Сеть» (она запрещена на территории РФ). Одному молодому человеку присудили 7 лет лишения свободы, другому – 5 лет и 6 месяцев. Со мной также сейчас на связи моя коллега Татьяна Троянская. Таня, приветствую тебя.

Т. Троянская Добрый день. Действительно, в течение часа мы будем вызванивать и адвокатов, и журналистов, и родных Виктора Филинкова и Юлия Бояршинова. Во-первых, стоит сказать, что вокруг здания суда сегодня прошли незапланированные, скажем, акции. Один человек приковал себя, и полиция задержала в том числе жену Юлия Бояршинова Яну Сахипову. И мы сегодня, наверное, начнём с того, что свяжемся с Яной по телефону.

С. Кагермазов Яна, приветствую.

Т. Троянская Яна, добрый день.

Я. Сахипова Здравствуйте.

С. Кагермазов Где вы находитесь сейчас, расскажите?

Я. Сахипова В 78 отделе полиции. Нас завезли и держат у входа пока что, в коридоре.

С. Кагермазов За что вас задержали, собственно?

Т. Троянская И как проходило задержание?

Я. Сахипова Конкретно меня – за то, что я пела песню. А остальных… Многих задержали за то, что они подошли и просто обнимали меня, и видимо, тем самым не давали сотрудникам меня увести. Кого-то здесь задержали изначально просто за песню – человека с гитарой. И здесь есть парень, которого задержали за то, что, как я понимаю, он зажёг фаер и приковал себя наручниками к ограде.

Т. Троянская Сколько всего человек задержали вместе с вами?

Я. Сахипова Нас в отделе 13. Насколько я знаю, ещё в другом отделе задержанные. Не знаю, сколько всего.

С. Кагермазов Вы устроили дискотеку в автозаке? Я видел в Twitter какие-то танцы, что это было?

Я. Сахипова Ну, мы просто решили… Нам было скучно, нас держали у входа. Здесь у одного человека есть с собой колонка, он начал включать песни, и мы стали под них танцевать и подпевать. То есть, это скорее просто веселье было.

С. Кагермазов А что полиция, как она себя вела? Насколько жёсткие были задержания?

Я. Сахипова Сами задержания – довольно жёсткие, меня протащили по асфальту. Я сидела на асфальте, когда меня стали задерживать, и меня протащили, у меня спина расцарапана. Остальных, честно говоря, я не особо видела. Я видела, что кого-то тоже тащили, не особо понимала, что вообще происходит. Но задерживали жёстко по ощущениям.

Я. Сахипова: Сами задержания – довольно жёсткие, меня протащили по асфальту.

С. Кагермазов Ваш супруг заключил сделку со следствием, сотрудничал. Получил… Что вы думаете насчёт этого приговора? Довольны, недовольны в итоге? То ли это, что хотела линия защиты?

Я. Сахипова Поправка: он не заключал сделку со следствием и не сотрудничал, это немного другое. Он просто признал вину и пытался пойти на особый порядок рассмотрения дела. Но он не заключал сделки. А приговор… Конечно, он жёсткий в любом случае. Я думала, что дадут 6 лет, как запрашивал прокурор, дали не особо-то меньше.

Т. Троянская Яна, скажите пожалуйста, вот эти песни и потом уже танцы – это была реакция на приговор или на что?

Я. Сахипова Сложно сказать. Я не знаю, это спонтанно, то есть, мы не замышляли это. Скорее, просто мы сидели в автозаке все с грустными лицами и… Кстати, продолжают петь. Сидеть с грустными лицами как-то не хотелось, и мы стали делать то, что мы можем. Не было цели какую-то акцию сделать или что-то такое. Просто получилось спонтанно.

Т. Троянская Это скорее такое отчаяние или, наоборот, радость всё-таки, что не 6 лет, а 5 лет и 6 месяцев?

Я. Сахипова Я не думаю, что из-за этого вообще хоть какая-то радость может быть. Неважно, какой приговор – ребят посадили на большие сроки в любом случае, посадили ни за что, и радости здесь не может быть вообще. Конечно, скорее отчаяние. Опять же, это было просто скорее для себя веселье, никто не воспринимает это как какую-то акцию.

С. Кагермазов То есть, люди пришли с барабанами случайно.

Я. Сахипова А, вы про!.. Я подумала, вы про автозак. С барабанами я не знаю, тут нет людей с барабанами, они в другом отделе. А когда я начала петь… Я тоже не планировала петь, я просто увидела, что задерживают людей за песню, и это мне показалось совершенной дикостью. И не только мне, потому что сотрудник ОМОНа, который стоял рядом со мной, когда они пошли к поющим… (на фоне голоса: «Рюмка водки на столе!» — прим.ред)

С. Кагермазов Это полиция поёт или задержанные, кто из вас?

Т. Троянская Вряд ли полиция!

С. Кагермазов Ну, может быть, уже братание идёт.

Я. Сахипова Да!.. В общем говоря, они пошли к поющим, и один сказал другому: «Да это ж песня». Не сразу пошёл, но потом всё-таки пошёл задерживать. Мне показалось диким, что задерживают людей за песню, и я просто… Я не знаю, я не успела подумать в этот момент, я не планировала ничего. Я просто продолжила петь, и меня задержали. Могу говорить за себя, по крайней мере.

С. Кагермазов Скажите пожалуйста, последний раз, когда вы общались с супругом, какое у него настроение было перед приговором? Как он себя чувствует, жалуется ли на что-либо?

Я. Сахипова Я с ним общалась недолго совсем. Им дают на звонки 15 минут. Он мне звонил в прошлую пятницу, когда уже прокурор запросил сроки. Я спросила у него, какой он ожидал срок, он сказал, что это по верхней планке ожидаемого. То есть, он не думал, что дадут больше, надеялся, что меньше запросят. Настроение… Я не знаю, он обычно не высказывает, когда что-то не так. Сложно понять. Внешне он держится, всё хорошо.

С. Кагермазов Спасибо. Это была Яна Сахипова, супруга одного из фигурантов по делу «Сети» из Петербурга, Юлия Бояршинова. Я напомню, её сегодня задержали у здания военного суда, где огласили приговор фигурантам по делу «Сети». Они получили от 7 до 5 лет.

Т. Троянская Филинкову дали 7 лет, а Бояршинову – 5 лет и 6 месяцев. Александра Аксёнова, жена второго фигуранта этого дела Виктора Филинкова, находится в Финляндии. После того, как случился приговор, Александра написала у себя в Facebook, что она отказывается разговаривать с журналистами.

С. Кагермазов Но позже всё-таки вышла с нами на связь. Александра, добрый день.

А. Аксёнова Да, здравствуйте.

Т. Троянская Добрый день, Александра.

А. Аксёнова Я хотела уточнить: я написала ещё до приговоров.

Т. Троянская Важное уточнение.

А. Аксёнова Но сейчас я настолько возмущена тем, что я услышала и увидела… Эти зачитанные за пару минут буквально приговоры, то, как выгоняли всех слушателей из зала, как выгоняли журналистов, как задерживали рядом с отделом – это всё вызывает у меня просто звериные чувства, я бы сказала.

А. Аксёнова: Это всё вызывает у меня просто звериные чувства.

Т. Троянская Александра, 7 лет – это было неожиданно для вас?

А. Аксёнова Скажем так, 7 лет – это был тот худший вариант, к которому морально, наверное, я пыталась готовиться. Конечно, мы не исключали того, что, как и в Пензе, суд удовлетворит полностью просьбу прокурора и даст запрошенные 9 лет. Но тем не менее я считаю, что обольщаться такой поблажкой суда не стоит, потому что 7 лет – это всё равно 7 лет. Это чудовищно, это ужасные сроки, это несправедливые сроки.

С. Кагермазов А что планирует делать программа Rupression, которую вы, в частности, представляете, в защиту фигурантов дела «Сети»? Какие будут дальнейшие акции или методы поддержки, что можно сделать для фигурантов сейчас?

А. Аксёнова Мы от лица Rupression призывали всех, кто может поддержать, заходить и высказывать своё мнение, своё возмущение несправедливостью данных приговоров. Мы будем это всячески освещать и поддерживать. Мы уже планируем акции в том числе у российского посольства в Финляндии. И, насколько мне известно, движение «Гражданское общество» сегодня планирует в 18 часов выйти к зданию Лубянки с одиночными пикетами.

С. Кагермазов Я поясню для слушателей, что вы получили политическое убежище в Финляндии. Как чувствуется там, за границей международная поддержка фигурантов дела «Сети»? Насколько западным правозащитникам это интересно, и разделяют ли они вашу точку зрения?

А. Аксёнова Конечно, ситуацией в России обеспокоены очень многие правозащитники. И, наверное, если бы не ситуация с карантином, был бы больше какой-то всплеск возмущения. Может, ещё не до всех дошло всё происходящее, но тем не менее, я думаю, что в ближайшие пару дней это отзовётся уже как-то в международной поддержке.

Т. Троянская Александра, вы записали видеообращение ещё до суда, которое в интернете можно посмотреть. Мы сегодня давали небольшой фрагмент. Какой-то резонанс это видеообращение имело?

А. Аксёнова Сложно сказать. Не скажу, чтобы сильно. Опять же, я думаю, на данный момент в России так много инфоповодов, что общественность просто не успевает на всё реагировать должным образом. И конечно, мне бы хотелось, чтобы это вызывало куда больший резонанс и куда большее возмущение.

С. Кагермазов Я хотел бы ещё вот что уточнить. Вас на федеральных каналах и во всяких государственных СМИ называли чуть ли не пособницей бандеро-нацистов, ещё что-то подобное. Что это вообще такое, откуда ноги растут и имеют ли хоть какое-то основание под собой? Почему про вас так говорят?

А. Аксёнова Безусловно, нет. Это была такая первоначальная чёрная грязь со стороны канала НТВ, которые были крайне возмущены тем, что дело о терроризме приобрело такие масштабы, а я, как человек, которому удалось уехать за границу, подверглась таким нападкам. А учитывая, что на тот момент я находилась в Киеве и только впоследствии уехала в Финляндию, видимо, они решили использовать вот этот «бандеровский» контекст только из-за того, что я находилась в Украине.

С. Кагермазов Ещё хотел бы спросить: вы точно общались с вашим супругом, получали какую-то весточку от него. Как он себя чувствует, как он настроен? Последние известия о нём каковы?

А. Аксёнова За последний, наверное, месяц никакая корреспонденция не доходила. Нам удавалось только обмениваться словами через адвокатов на самих заседаниях суда. И конечно, Виктор в принципе был бодр, но готовился к тому, что он услышит, потому что никакой надежды на оправдательный приговор не было. Мы понимаем, что в России оправдательные приговоры почти невозможны. И мы видели отношение суда ко всему происходящему: равнодушие к каким-либо попыткам стороны защиты разломать дело, все ходатайства отклонялись, все возражения не принимались. И я думаю, весь происходящий суд и все приговоры были чистой формальностью, сроки были уже заранее известны всем.

А. Аксёнова: Мы понимаем, что в России оправдательные приговоры почти невозможны.

С. Кагермазов Спасибо большое. Это была Александра Аксёнова, супруга Виктора Филинкова, одного из двух петербургских фигурантов дела «Сети», которые получили сегодня большие сроки лишения свободы. Я напомню, что Александра получила политическое убежище в Финляндии и связывалась с нами оттуда.

Т. Троянская Мы продолжаем наш эфир, и у нас уже на очереди Марк Нуждин, наш корреспондент, который в течение всего этого времени как раз ходил в суд и знает об этом деле очень хорошо.

С. Кагермазов Марк, добрый день.

М. Нуждин Да, добрый день, слушаю вас.

Т. Троянская Марк, привет. Расскажи, пожалуйста, что происходило сегодня с утра у здания окружного суда.

М. Нуждин Во-первых, я должен сказать, что ещё за час до того, как суд должен был оглашать приговор, около суда уже было около 100 человек. В дальнейшем это число только увеличивалось. В момент чтения приговора в зал впустили буквально 5 человек. Забавная деталь, что ещё до всякой прессы, посетителей и даже до родственников… Упоминалась просто телекомпания НТВ чуть раньше – в здание суда запустили журналистов с телекомпании НТВ. И когда их микроавтобус проезжал через толпу людей у входа, толпа скандировала «Позор!».

Два слова о приговоре – о том, что происходило вокруг меня, вы, может быть, ещё спросите. Сам приговор, как я понял, и у меня как у человека, который долго наблюдал за процессом, и у родителей и родственников осужденных, вызвал некоторое недоумение, потому что мы в ходе процесса не раз и не два слышали, что, когда сторона защиты говорила о нарушениях, о фальсификации в доказательствах, суд говорил: «Мы дадим этому оценку во время вынесения окончательного решения по делу». Вот прямо такая формулировка. И в результате этих оценок мы не услышали, потому что судья очень быстро, в течение получаса зачитал только резолютивную часть решения – то есть, кто на сколько лет куда отправляется, и что делать с вещдоками.

А подробной мотивировочной части нет у защиты, и мы её до сих пор не знаем. Я думаю, что суд в соответствии с законом в течение 10 дней её подготовит, и только тогда мы получим ответ на вопрос, на основании чего всё-таки на 7 и на 5,5 лет Филинкова и Бояршинова отправили в колонию.

Т. Троянская Марк, скажи пожалуйста, ожидали, что так быстро всё случится? Потому что обычно же с этим затягивали и приговор оглашали уже ближе к вечеру скорее.

М. Нуждин Нет, рассчитывали как раз на то, что всё решение суда от и до, со всеми мотивировками прозвучит именно в зале. И то, что всё закончилось в течение получаса, конечно, вызвало недоумение. Причём отец Юлия Бояршинова Николай, который находился очень близко к судье, отметил, что руки у судьи дрожали, и он очень спешил.

С. Кагермазов Насчёт задержаний: полиция уже была готова сегодня, там были какие-то силы стянуты, или это всё случилось достаточно внезапно и спонтанно?

М. Нуждин Полиция явно готовилась, хотя никаких сил поблизости не было заметно перед началом заседания. Но уже в тот момент, когда самый первый активист зажёг фаер и приковал себя к металлической ограде рядом со зданием суда, чтобы его быстро не увели в автозак – после этого полицейские во всей экипировке, с дубинками, в бронежилетах и шлемах появились моментально. Видимо, они ждали где-то неподалёку.

А после этого задерживали уже просто всех подряд. И молодой человек с гитарой, который попытался что-то спеть, и девушки с барабанами, которые пытались в эти барабаны бить, и все люди, которые более-менее активно возмущались и кричали: «Что же вы делаете?! Отпустите!» – они все оказывались в автозаках. Надо сказать, что один из двух автозаков-микроавтобусов стоял на жаре, и оттуда кричали: «Нам душно! Хватит сюда уже людей пихать». Но полицейские даже воду им не дали передать, к сожалению.

Т. Троянская Скажи пожалуйста, насколько жестоко задерживали людей? Мы также задавали этот вопрос Яне, жене Юлия Бояршинова. Со стороны как это выглядело? Всё-таки её задерживали, поэтому хочется взгляд со стороны.

М. Нуждин Это не самое жестокое задержание, которое я видел. Мужчину, который пытался сопротивляться, держась за металлическую ограду, оттуда отдирали достаточно сильно. Вокруг кричали: «Не ломайте ему пальцы! Что вы делаете?» Но это был самый суровый эпизод. Чтобы кого-то здесь дубинками – этого не происходило.

С. Кагермазов Спасибо, Марк. Это был наш коллега Марк Нуждин, он работал сегодня у суда, где вынесли приговор последним фигурантам дела «Сети», петербургским фигурантам Юлию Бояршинову и Виктору Филинкову. Им назначили, соответственно, Филинкову 7 лет, а Бояршинову 5,5 лет колонии. Мы вернёмся к нашему эфиру после перерыва.

Т. Троянская После московских новостей и рекламы, да.

С. Кагермазов Оставайтесь с нами.

НОВОСТИ

ЗАСТАВКА

С. Кагермазов Вы слушаете «Эхо Москвы», меня зовут Сергей Кагермазов, со мной моя коллега Татьяна Троянская. Всем ещё раз добрый день. Это спецэфир, посвящённый приговору, который огласили только что, двум последним фигурантам «Дела Сети», они из Петербурга. Это Виктор Филенков, суд назначил ему 7 лет колонии, и Юлий Бояршинов, он получил 5,5 лет колонии. Напомню, что по версии ФСБ в России существовала леворадикальная организация «Сеть», её участники планировали теракты, и в итоге ФСБ официально признало эту организацию террористической и запретило в России. Приговор сегодня прошёл громко. Он был зачитан быстро, но это было громкое событие, потому что примерно 20 человек, по сообщениям корреспондента, задержали в здании суда. Они протестовали против приговора молодым людям, потому что некоторые из фигурантов заявляли, что их пытали. Но официально эти пытки не подтвердились.

Т. Троянская Сейчас на связи адвокат Юлия Бояршинова Ольга Кривонос, мы связались с ней по телефону.

С. Кагермазов Ольга, добрый день. Слышите ли вы нас?

Т. Троянская Пока видимо, связь устанавливается.

С. Кагермазов Я лишь напомню, что линия защиты у Юлия Бояршинова и Виктора Филинкова отличалась. Если Филинков отрицал все обвинения, заявлял о пытках и настаивал на том, что сотрудники ФСБ применяли непозволительные методы дознания, то Юлий Бояршинов признал вину, но, можно так сказать (я не юрист) – частично. Он сказал, что не знал, в каком сообществе находится, просто интересовался методами выживания, как и многие в мире. Но когда узнал, что сообщество планирует какие-то теракты, покинул его. Правда, это не устроило суд.

И дело в том, что последние показания Юлия Бояршинова оказались фатальными для линии защиты Виктора Филинкова, потому что Бояршинов сказал (я немножко утрирую эти показания, грубо их пересказываю), что да, действительно Филенков состоял в этом сообществе, он припоминает, что этот молодой человек там был. На этом и основывался вердикт судей. Потому что у них ничего не было по Филинкову, на чём и настаивала защита.

Т. Троянская Серёжа, скажи, пожалуйста, благодаря этому признанию Юлия Бояршинова ему дали чуть меньше?

С. Кагермазов Так утверждает защита Виктора Филинкова. Пока мы не можем связаться с Ольгой Кривонос…

Т. Троянская Думаю, тогда мы перейдём к нашему следующему спикеру, Сергею Смирнову, журналиста и главному редактору «Медиазоны». Сейчас Ольга Павловна попробует дозвониться до журналиста, и будем уже говорить о том, как это дело вообще может повлиять на нашу жизнь. Ведь, казалось бы – приговор, дело и мы, люди, которые живут в этой стране; что может измениться в нашей жизни?

С. Кагермазов Тем более что как символично – 22 июня, в День начала Великой Отечественной войны, когда на Советский Союз напали нацисты (а Советский Союз всегда заявлял себя антифашистской державой), последний приговор, точка в «Деле Сети», деле антифашистов ставится. Антифашистов приговаривают к реальным срокам. И сейчас у нас на связи журналист Сергей Смирнов издания «Медиазона». Сергей, добрый день.

С. Смирнов Да, добрый день.

С. Кагермазов Ваше издание и вы следили за этим делом с первого дня. Как вы оцениваете это дело для России? Что может значить этот приговор?

С. Смирнов Ну, это был не первый приговор, а всё-таки второй после приговора в Пензе. И после первого шока и шокирующих сроков там не то чтобы привыкли, но примерно понимали, чего ждать. Конечно, этот приговор и само дело вызывают очень много вопросов – когда молодых людей-анархистов объединили в некое сообщество, которое назвали террористическим. Притом, что в деле нет ни потерпевших, ни каких-то реальных доказательств терактов, а всё построено буквально на текстовых файлах, каких-то разговорах и признательных показаниях, которые, как утверждали сами подозреваемые по делу, у них вырывали с помощью пыток.

С. Кагермазов Вы сказали «Пензенское дело», и вообще «Медиазона» называет это дело «Пензенским». Поясните немножко для наших слушателей, почему именно «Пензенское».

С. Смирнов Потому что само дело началось в городе Пензе, именно там была изначально задержана группа молодых анархистов и антифашистов. А слово «сеть» по отношению к этим молодым людям это ведь версия следствия – что была некая организация «Сеть», которая ставила своей целью приход к власти, в том числе с помощью террористических методов. И просто зная анархистов и их культуру, и то, что следствие обвиняло их в каких-то структурах и разных подразделениях, есть очень большие сомнения в существовании такой организации, и поэтому слово «сеть», мне кажется, не всегда корректно звучит.

Вообще вся история выстроена вокруг пензенской группы, а вот осуждённые сегодня двое участников питерской группировки, то, что власть называет «сетью», силовики называют «сетью» — это только часть их изначальных планов. И вот на что ещё хочу обратить внимание по поводу «Сети». Дело в том, что власти, когда объявили о раскрытии организации, утверждали, что ячейки есть и в других городах помимо Питера. Речь шла о Москве и других городах. Но что-то после питерских задержаний и после того, как фигуранты стали говорить о пытках, никаких других городов и групп в деле так и не появилось.

С. Кагермазов Как вы думаете, почему такая мощная реакция на это дело, во всяком случае, в Петербурге? Не все процессы заслуживают внимания общественности и обычно проходят тихо, а тут какие-то задержания, барабаны, танцы, песни.

С. Смирнов Думаю потому, что люди прочитали, в чём обвиняли осуждённых, что сами осуждённые рассказывали о пытках, о том, как их били электрошокерами. Думаю, многие посчитали, что могут оказаться в такой же ситуации, отсюда такая обострённая реакция – как на это дело, приговор, так и вообще на обвинение по статье «Террористическое сообщество», с какими-то запредельными сроками.

Т. Троянская Сергей, у меня ещё вопрос. Скажите пожалуйста, вот мы ещё не проголосовали за поправки в Конституцию, и, тем не менее, у нас суды каждый день, «театральное дело» сейчас в Москве. А что будет после поправок, если их примут?

С. Смирнов Очень трудно говорить. Не думаю, что что-то сильно изменится с точки зрения репрессивной политики государства. Мне кажется, сами суды и уголовные дела нужны для того, чтобы общество постоянно помнило о страхе, помнило о том, что любые попытки каким-то образом что-то противопоставить власти могут заканчиваться уголовными делами. Так что не думаю, что принципиально что-то изменится от поправок, но лучше точно не будет.

С. Кагермазов Спасибо большое. Это был главный редактор издания «Медиазона» Сергей Смирнов, и сейчас с нами на связи адвокат Юлия Бояршинова Ольга Кривонос. Ольга, добрый день.

О. Кривонос Добрый день.

С. Кагермазов Первый к вам вопрос – как защитник Бояршинова вы довольны этим приговором, ведь ваш клиент дал показания, признал вину? Это то, что хотела сторона защиты или вы хотели меньшего приговора?

О. Кривонос Смотрите, с одной стороны, приговор ожидаемый, и по санкции в том числе. Всё-таки Юлию Николаевичу назначен минимум по статье 205.4 УК РФ, то есть, 5 лет. С другой стороны, суд не удовлетворил просьбу защиты о смягчающих вину обстоятельствах. Речь идёт о просьбе защиты рассмотреть дело в особом порядке, без исследования доказательств. Это то, о чём мы говорили в прениях. Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, правила назначения наказания сохраняются. То есть, минус 23 от максимального срока. И суд, судя по всему (мы должны делать поправку на то, что еще не получили мотивированный приговор), учёл деятельное раскаяние (мы так предполагаем), но не учёл обстоятельство, связанное с ходатайством о рассмотрении дела в особом порядке.

Приговор обжаловать будем, поскольку суд, по нашему мнению, не применил норму УК, подлежащую применению. По статье 205.4 максимум, по мнению защиты, с учётом всех смягчающих вину обстоятельств, 4 года 5 месяцев. По условиям содержания Юлия Николаевича в СИЗО-6 Горелово, если у вас будут вопросы – была подана жалоба в ЕСПЧ, в ближайшее время будет рассматриваться административный иск в российском суде . У защиты нет никаких сомнений в том, что условия содержания не соответствовали ни российским, ни международным стандартам.

С. Кагермазов Скажите пожалуйста, а вот по этим статьям предусмотрено ли условно-досрочное освобождение?

О. Кривонос Предусмотрено.

С. Кагермазов И когда можно на него претендовать примерно?

О. Кривонос Я ещё не рассчитала, честно говоря, но приблизительно через год.

С. Кагермазов А то время, что фигуранты провели в СИЗО (два года кажется) – оно засчитывается в срок?

О. Кривонос Почти 2,5 к июлю месяцу будет. Один к одному засчитывается, к сожалению.

С. Кагермазов То есть получается, конкретно Бояршинову 3,5 года дали, если посчитать с учётом СИЗО? Даже три года осталось.

О. Кривонос Получается так, да.

С. Кагермазов Скажите пожалуйста, вот такой вопрос. Адвокат Черкасов, вторая сторона, защита Виктора Филинкова, публично обвинял вас и адвоката Царёва, второго адвоката Юлия, в том, что вы мешали работать ему — когда ваш подзащитный дал показания на одном из последних заседаний. Ваше мнение насчёт этих обвинений, действительно ли это так или, может быть, это одни лишь эмоции адвоката Черкасова?

О. Кривонос Значит, я скажу так: по поводу линии защиты Филинкова нужно задавать вопросы защите Филинкова. Юлий Николаевич не меня и не корректировал намеренно свои показания никогда. О том, что он признаёт вину, известно уже два года как минимум. Это, как говорится, дело вкуса, какими словами человек изъясняется. Понимаете ли, всё, как правильно указали, на эмоциях. Я думаю, что этими эмоциями такие мнения и продиктованы. Всем тяжело далось это дело, что уж тут говорить.

С. Кагермазов Спасибо большое. Это была Ольга Кривонос, адвокат Юлия Бояршинова, одного из двух фигурантов «Дела Сети», которые получили сегодня свои сроки, и как мы узнали, могут претендовать на УДО. Юлий Бояршинов, если всё получится, отсидит три года. Напомню, что примерно такой срок получил первый фигурант дела в Петербурге Игорь Шишкин. Он сразу всё признал, получил особый порядок, но при этом был жесточайше избит. Это видели многие, в том числе члены Общественной наблюдательной комиссии, но Шишкин заявил, что его не пытали и все эти травмы он получил на тренировке – например, чтобы вы понимали, уважаемые радиослушатели, перелом глазницы.

С. Кагермазов Сейчас с нами на связи правозащитник Григорий Михнов-Вайтенко, который тоже следит за этим дело всё это время и в частности, если я ничего не путаю, даже ездил к пензенским фигурантам. Григорий, здравствуйте.

Г. Михнов-Вайтенко Да, добрый день, совершенно верно. К пензенским фигурантам ездил, там был на судах и здесь тоже на нескольких заседаниях присутствовал.

С. Кагермазов Ваше мнение о том, что произошло сегодня?

С. Кагермазов Вы уже сказали о том, что очень символично, что суд над молодыми людьми, которые в чём безусловно сознаются, так это в принадлежности к антифашистскому движению, состоялся 22 июня. Точнее, завершился, 22 июня вынесен приговор. Какие-то символы у нас в последнее время страшноватые.

Т. Троянская Вы про день начала Великой Отечественной войны?

Г. Михнов-Вайтенко Да, совершенно верно. Надо сказать, что моё знакомство с материалами этого дела, когда они оглашались в Пензе, и знакомство с приговором, который в Пензе был вынесен, говорит о том (моё частное мнение), что дело сфальсифицировано, обвинения надуманные. Общение с молодыми людьми, которых обвиняют в попытке свержения государственного строя, вызывает недоумение, потому что большинство ребят, хотя конечно, молоды и помимо прочего это ещё и некий конфликт поколений, но, тем не менее, им не по 14-16 лет. Многие из них отслужили в армии, и достаточно хорошо представляют себе, как выглядит оружие. И предположить, что вдевятером с восьмью макетами, двумя гранатами и одним пистолетом ПМ они собираются власть свергать… Простите, тогда хотелось бы увидеть справку от психиатра, потому что только не очень здоровый человек может придумать такую конструкцию.

Однако ребята вменяемы и, видимо, следователи тоже, заодно вместе с судьями, которые считают, что всерьёз вот в таком составе, с таким вооружением у людей было целенаправленное намерение – подчёркиваю, судят их не за террористическую деятельность, а за некое намерение. В частности, они якобы собирались то ли разрушить мавзолей Ленина, то ли вынести тело вождя мирового пролетариата оттуда. В общем, какие-то странные планы у них были, по меньшей мере. Абсолютно политическая, надуманная история, которая, на мой взгляд, является позором и для следствия, и для ФСБ, ну и для судов, которые эти обвинительные заключения проштамповали.

Т. Троянская Григорий, вы начинали говорить о неких знаках – что сегодня приговор был оглашён. А какой знак в том, что вот сегодня огласили и таков приговор – вообще для нашей жизни, как она изменится с сегодняшнего дня?

Г. Михнов-Вайтенко Если проводить какие-то сравнения с окружающей нас жизнью, знаете, резьбу невозможно закручивать бесконечно. То, что сегодня оглашён такой приговор; то, что сегодня прокуратура потребовала 6 лет для Кирилла Серебренникова; то, что продолжаются суды над Юрием Дмитриевым; то, что в последний день прокуратура обжаловала УДО для 70-летнего учёного – вот это всё знак, приговор сегодняшнему порядку дел в нашей стране. Невозможно гайки закручивать бесконечно.

Т. Троянская Вопрос, насколько ещё резьба способна работать, закручиваться гайка.

Г. Михнов-Вайтенко Думаю, что 1-го июля её уже сорвёт окончательно. Я могу так спрогнозировать.

Т. Троянская А насколько разумно власти сейчас, перед голосованием по поправкам, делать такие, скажем, невыгодные с точки зрения власти решения?

Г. Михнов-Вайтенко Конечно, неразумно. Но, видите ли, у нас же нет единой системы. Отдельные… специалисты придумали «Дело Сети», другие специалисты в дальнейшем его расследовали, третьи проводили массированное информационное сопровождение. Причём странным образом в числе последних вдруг оказались некогда вполне респектабельные и уважаемые издания. Имею в виду, конечно, в первую очередь «Медузу», которая сегодня, в день оглашения приговора, очередную странную статью опубликовала, о неизвестном человеке, который якобы тоже был одни из организаторов этого дела, но потом куда-то из дела исчез. «Медуза» делает свои предположения, кто бы это мог быть. Каждый хочет свою медаль.

С. Кагермазов Я поясню для слушателей: имеется в виду обвинение со стороны «Медузы», что фигуранты дела замешаны в убийстве двух человек.

Г. Михнов-Вайтенко Но видите, уже никто об этом не упоминает. Как-то про это уже все забыли.

Т. Троянская Но, может быть, и хорошо, что забыли об этом?

Г. Михнов-Вайтенко Плохо. Потому что люди-то действительно исчезли.

С. Кагермазов Следователи же нашли тела и подтвердили, что это тела именно тех, убитых в лесу. Раз уж речь зашла об этом аспекте дела.

Г. Михнов-Вайтенко Простите, кто подтвердил?

С. Кагермазов Следователи. Тела-то выкопаны были, насколько я понял.

Г. Михнов-Вайтенко Кому подтвердили?

С. Кагермазов Сами себе.

Г. Михнов-Вайтенко Вот «сами себе», вы и ответили на этот вопрос.

С. Кагермазов Ну, мы с официальной точки зрения в данном случае объясняем эту историю.

Г. Михнов-Вайтенко В данном случае там очень много вопросов, к сожалению. В том числе к следователям. Которые почему-то перестали общаться с родственниками убитых, как только вышел этот материал, и всё это было опубликовано на Первом канале. Видимо всё-таки расчёт был на то, что значительно снизится поддержка фигурантов этого дела.

Но она не снижается, и сегодняшние задержания в Санкт-Петербурге, столь многочисленные (люди пока ещё продолжают оставаться в отделе полиции, и чем это всё грозит для них, непонятно), говорят о том, что группа, осуществившая операцию «Сеть» (я всё-таки считаю, что эта группа состоит, в первую очередь, из следователей, прокуроров и судей, а теперь подкреплена ещё и полицейскими силами), продолжает настаивать на том, что их мнение является единственно правильным. Посмотрим, устоит ли в вышестоящих судах этот приговор. Апелляции ещё не было. Посмотрим, как это вообще будет развиваться, не сомневаюсь, что будут поданы и в ЕСПЧ соответствующие заявления.

Т. Троянская Спасибо. Это был Григорий Михнов-Вайтенко, епископ Апостольской православной церкви и правозащитник. Он наблюдал за «Делом Сети» в течение продолжительного времени.

С. Кагермазов И продолжает заниматься этим резонансным делом. У нас на связи сейчас защитница Виктора Филинкова Евгения Кулакова. К сожалению, адвокат Черкасов сейчас на другом громком деле, и находится в другом регионе, но мы связались с Евгенией. Добрый день.

Е. Кулакова Здравствуйте.

С. Кагермазов Расскажите, пожалуйста, о вашем мнении по поводу сегодняшнего приговора, насколько это то, чего добивалась защита, или это полностью не то, и Виктор должен быть оправдан?

Е. Кулакова Защита, конечно, настаивала на том, что Виктор невиновен и требовала его оправдания, об этом мы говорили в судебных прениях. Прокурор же запрашивал 9 лет, практически максимум по статье, вменяемой Виктору. Суд дал ему в итоге 7 лет, то есть на два года уменьшим запрашиваемый срок. В общем можно сказать, что это… Нельзя это назвать никакой победой даже близко, но то, что суду пришлось подвинуться, это приятно. Так же суд засчитал время фактического задержания Виктора, то есть то, что не отражено в процессуальных документах. Те 30 часов, что он находился без оформления и когда его пытали, суд засчитал в приговор и он считает срок как раз с момента его фактического задержания.

С. Кагермазов А давайте поясним быстренько для слушателей: действительно, Виктор, по сути, пропал вначале, а потом объявился, согласно материалам следствия. И вот в это время, как считает сторона защиты, его и пытали. И суд принял это время, я правильно понял?

Е. Кулакова Да, вы всё правильно поняли, суд засчитал это время. Хотя официальный протокол задержания Виктора датирован самым концом дня 24-го января, практически 25-м уже, а Виктор был задержан в 19-30 23-гого января. Об этом и говорили весь судебный процесс и суд это засчитал. Ка кон это будет объяснять, мотивировать, мы ещё не знаем, потому что слышали только резолютивную часть приговора, мотивировочную мы ещё не знаем. Сам приговор никто не видел, не читал, непонятно, он уже написан или нет. Но узнаем со временем.

С. Кагермазов У нас на связи была Ольга Кривонос, адвокат Юлия Бояршинова, мы как раз говорили о том, что сторона защиты Филинкова возмутилась последними показаниями Бояршинова, заявив, что это повредило линии защиты Филинкова. Но вот Ольга Кривонос считает, что нет, это были одни эмоции со стороны вас и адвоката Черкасова, и её подзащитный не менял никаких показаний, ничего нового не сказал. Это действительно так?... У нас прервалась связь, попробуем снова связаться, ответить на этот вопрос.

Ещё раз напомню для слушателей – действительно это был последний, можно сказать, скандал в этом году, потому что не до конца было понятно, удастся ли Филинкову устоять в суде или нет. Мы можем сказать, что не устоял, потому что он получил большой срок. Но дело, во всяком случае, в глазах таких дилетантов, как мы, журналистов, разваливалось. Потому что конкретных показаний против Филинкова не было. Но, как утверждает сторона защиты Филинкова, именно Юлий Бояршинов своими словами изменил приговор Виктору.

С. Кагермазов Вот мы снова связались с Евгенией. Евгения, вы слышали мой вопрос?

Е. Кулакова Только начало.

С. Кагермазов Быстро повторю: защита Филинкова говорила, что последние показания Бояршинова навредили вам, как защитникам. Ольга Кривонос отрицает это. В итоге – навредили или нет последние показания Бояршинова?

Е. Кулакова Мы ещё не видели окончательного приговора. Прокурор в прениях ссылался на часть этих показаний. Например на то. что все осознавали насильственный характер действий во время обсуждения на так называемом «съезде», и так далее. Посмотрим, что суд включит в приговор. Но я хочу сказать, что тут важно понимать, что всё дело основано либо на признаниях, данных под пытками, либо на вещдоках, которые… Мы на суде доказали их сфальсифицированность, ненадлежащую оформленность, и так далее.

В общем, конечно же, те показания, которые дал Бояршинов – мы их проанализировали, и они нам кажутся хуже в части вопросов, чем он давал их раньше. Но это не будет (наверное, мы это увидим в приговоре) каким-то решающим, ключевым моментом. Потому что всё, на что ссылается обвинение, все доказательства – неправомочны. Многие из этих доказательств мы призывали суд признать ненадлежащими. Посмотрим, как он на это отреагирует.

С. Кагермазов Спасибо большое. Это была Евгения Кулакова, защитница Виктора Филинкова. Сегодня он и Юлий Бояршинов получили приговор по «Делу Сети». Филинков получил 7 лет колонии, Бояршинов – 5,5 лет. Этот приговор сопровождался массовыми протестами, массовыми задержаниями у здания военного окружного суда. Меня зовут Сергей Кагермазов, Татьяна Троянская была со мной на связи. Всего хорошего.

Т. Троянская Спасибо, что были с нами этот час.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире