'Вопросы к интервью

А. Петровская 13 часов и 5 минут на часах в студии «Эха». У микрофона Александра Петровская. Программа «Чаадаев», наша совместная программа вместе с Европейским университетом Петербурга. Я представляю гостей студии. Арина Дмитриева, научный сотрудник Института проблем правоприменения при Европейском университете Петербурга. Арина, здравствуйте.

А. Дмитриева Здравствуйте.

А. Петровская И Иван Григорьев, доцент департамента прикладной политологии Высшей школы экономики в Петербурге. Иван, приветствую.

И. Григорьев Здравствуйте.

А. Петровская YouTube-трансляция на канале «Эха Москвы в Санкт-Петербурге» работает. Там можно смотреть, слушать, комментировать, а также посмотреть или пересмотреть в любой удобный для вас момент. Смс-портал +79312915800. Можете отправлять свои вопросы. Сегодня мы будем говорить о том, нужны ли конституционному суду поправки, которые предложены президентом, которые сейчас обсуждаются. В ближайшее время, говорят, в апреле, чуть ли 22, дату пока предварительно определили, будем мы с вами голосовать за эти поправки. По крайней мере, в той части, которая касается конституционного суда, и о независимости судебной системы мы сегодня попытаемся разобраться. Давайте прям с этого вопроса, который поставили в качестве темы, и начнем. Иван, с вашей точки зрения, нужны ли эти поправки? Давайте их еще раз обозначим и проговорим, чтобы было понятно, о чем идет речь.

И. Григорьев Да, давайте вспомним. Наиболее нашумевшая поправка касается верховенства Конституцией над положениями международных договоров, в которые Российская Федерация вступает. Конституционный вопрос должен быть отражен в Конституции. Важные поправки касаются численности состава…

А. Петровская Важные они.

И. Григорьев Очень важные.

А. Петровская Давайте назовем, потом перейдем к важности. Что еще? Предложение президента увольнять судей конституционного суда. Оно меня больше численности волнует. Это возможность конституционного суда проверять конституционные законы, которые принимаются Государственной Думой. Не любой закон взяли проверили, а в случае, если президент не готов подписать принятый в 3 чтении закон, если сейчас он так или иначе, пройдя через определенные процедуры, выходит на это подписание или распускает Государственную Думу, то в новой редакции он может обратиться в конституционный суд, попросить проверить этот закон. Давайте разберемся поэтапно. Вы сказали, что очень важна численность. Арина, почему?

А. Дмитриева Прежде всего, это связано с тем, как организован сейчас суд. С тем, какие полномочия у него есть. Изначально у суда довольно большая нагрузка. Сокращая количество судей, мы уменьшаем шансы этого суда рассмотреть то количество дел, с которыми к нему обращаются граждане.

А. Петровская Конституционный суд загружен?

А. Дмитриева Да. В год к нему обращаются 14 тысяч человек. Он принимает всего 40 постановлений. Это отдельная история, как у нас отсеиваются обращения граждан, но важно то, что в том виде, в котором организован суд сейчас… Манипулирование численностью – это довольно важный политический вопрос. Им всегда пользуются политики. Можем вспомнить, как после конституционного кризиса размер был увеличен с 13 до 19 человек. Потом, как в 2002 году, были приняты поправки в закон о конституционном суде, которые позволили уволить некоторых нежелательных судей в силу достижения ими пенсионного возраста. Сейчас опять обращаемся к этому инструменту. Президент обращается к этому инструменту для того, чтобы изменить каким-то образом численность суда.

А. Петровская С 19 до 11?

А. Дмитриева Да. Почему в суде должно быть больше людей? Здесь несколько моментов. Во-первых, нагрузка. Во-вторых, больше людей, но при этом должны вернуться к палатному рассмотрению. Это еще одна важная реформа, которая была в 11 году, когда суд изначально рассматривал дела в 2 палатах. Отдельно собирались. Члены этих палат немножко НРЗБ. Можно было одновременно загрузить работой каждый месяц каждую палату. В 11 году суд объединился в 19 человек, это затруднило работу суда, потому что, представьте себе, как достигать консенсуса 19 человек? Это сложно. Стало сложнее организовывать всю работу суда. Поэтому, как мне кажется, это исходное строение институционального устройства, когда были 2 палаты по 10 и 10 человек, было более правильным, оно напоминает тот суд, который конституционный суд брал как образец немецкий. В немецком суде 18 судей, они разделены на 2 сената. Они принимают решения по не очень сложным делам палатами по 3 судьи. С одной стороны, нам нужно много судей. С другой, они не должны действовать таким массированным коллективом в 19 человек. В 2 палаты было оптимальнее.

А. Петровская Иван, что вы скажете по поводу аргументации? Какая-то аргументация обратная есть наверняка. Знаете ли вы о ней? Чем вызвано желание сократить количество судей? Если не говорить о тех реальных аспектах, о которых сейчас Арина сказала.

И. Григорьев На самом деле, загруженность судей – это вопрос, о котором им самим судить лучше. Насколько мне известно, многие из озвученных президентом предложений 15 января, в том, что касается конституционного суда… Они из конституционного суда и исходили. Они сами их более-менее предложили.

А. Петровская «Давайте нас поменьше, поменьше». Им не тяжело, получается.

И. Григорьев Да. Есть причины, почему им не тяжело. От того, что их так много, им тяжелее. Сложно согласовать позиции. Сейчас у нас в конституционном суде 15 судей, даже в 15 человек сложно… Пока все выскажутся, проголосуют… Более того, есть ощущение, что это все люди с довольно ярким юридическим характером. У них у всех есть свои мнения. Утихомирить эту бешеную ватагу юристов довольно тяжело. Считается, что пока успешно справляется председатель Зорькин, но он довольно немолодой человек. Он уже довольно давно в конституционном суде. В первом призыве еще пришел, в 91 году был назначен. Есть другие судьи того призыва в конституционном суде. Смысл в том, что он как-то умудряется это делать, а люди, у которых есть возможность наблюдать, как это происходит, сотрудники… Они говорят, что это мастерство. Есть ощущение, что Валерий Дмитриевич в какой-то момент перестанет быть председателем суда, выйдет на заслуженную пенсию. Есть подозрение, что это может произойти в ближайшие годы. Может, будет связано с текущей конституционной реформой. Нужен будет новый председатель. Есть много политических рисков, но и есть вопрос. Каким образом этот человек будет умудряться удерживать происходящее в конституционном суде в рамках того, что позволяет суду функционировать нормально? Надо поменьше судей. Сейчас в последние годы видим, как число судей сокращается естественным путем. Идет естественная убыль. Они выходят на пенсию.

А. Дмитриева В прошлом году одна судья умерла.

И. Григорьев Ольга Хохрякова, да. Вакансии не занимаются.

А. Петровская До 11 можно дойти, никого и не сокращая?

И. Григорьев Нельзя. По нынешнему положению конституционный суд должен функционировать в составе 23 от 19. Когда их будет 13 – им спускаться до 12 будет нельзя. А это случится в течение ближайшего года, если я правильно помню. Трое судей выходит на пенсию в 20 году.

А. Петровская Если будет принята поправка эта, то не нужно будет кого-то намеренно сокращать. Не очень понятно, как выбирать из состава равных судей тех, кто будет из состава исключен. Если их 15, а должно стать 11.

И. Григорьев Плавным образом туда перейдут, если правильно понимаю, то в переходных положениях к тому закону про поправки, который рассматривается, будет вписано, что для конституционного суда этот период протянется до 21 года, когда естественным образом туда придут.

А. Петровская Давайте по этой численности подведем итог. Важно это – определили. Нужно ли это? С одной стороны, и так не справляются. С другой стороны, бессменный и незаменяемый Зорькин… Как без него будут 19 человек существовать?

И. Григорьев Зорькин – более яркий интересный сюжет для нас с вами. Если посмотреть на то, как работает конституционный суд, то там и сейчас львиную долю работы выполняет секретариат конституционного суда, который полтора десятка тысяч жалоб ежегодно через себя пропускает и выносит к судьям несколько сотен только, из которых они должно отследить, что есть такого интересного, взять себе на доклад… Будет ли их 19, будет ли их 11… С этой нагрузкой в несколько сотен жалоб, с которыми ими реально приходится работать. Они справятся. Посмотрим на суды в других странах. Мы смотрим на американский верховный суд. Там 9 судей. Тоже немолодые люди, у которых даже нет пенсионного возраста. Судья Гинзбург и вовсе не планирует выходить на пенсию. Она уже очень пожилая, заслуженная дама. Смысл в том, что у них несколько сотен жалоб, с которыми они справляются потому, что работают сами, помощники помогают…

А. Петровская Итог. Голосуем за эту поправку?

И. Григорьев Обязательно.

А. Петровская Арина? Она сомневается, чувствую.

А. Дмитриева: Я нет. Я на стороне большого двухпалатного суда.

И. Григорьев С немецкими судом есть тот момент, что эти 2 сената – это реально 2 разных суда. Они работают параллельно. В России конституционалисты говорят, что это было бы нежелательно. Палаты поэтому и были устранены.

А. Петровская Вы говорите про большое количество жалоб, которые поступают в конституционный суд, а на выходе, Арина сказала, мы имеем 40 рассмотренных дел. Громкими, заметными, о которых мы чаще говорим, становится совсем мало. А конституционный – это не районный, не мировой суд, в который идут с любым… Со всем, что наболело. Все-таки попасть со своей жалобой в конституционный суд – нужно иметь определенные основания. Как так получается?

А. Дмитриева Тут со всем, что наболело. У нас граждане идут с тем, что болит. В отличие от бизнеса и других заявителей, которые не идут в конституционный суд.

А. Петровская Депутаты тоже редко обращаются с просьбой рассмотреть…

А. Дмитриева С депутатами другая история. Есть депутаты, которые обращаются в качестве себя, как депутата. Как правило, это просто перенаправление жалобы гражданина. К Жириновскому попадают постоянно жалобы, он автоматом переправляет в конституционный суд. Это не конституционная жалоба. Это просто обращение гражданина, у которого есть проблема. Здесь, с другой стороны, есть поведение суда, который преимущественно рассматривает вопросы социального характера. Он выбирает к рассмотрению вопросы, которые не выглядят как действительно суперважное, значимое. Очень часто постановления последних лет – просто уточнение правовой позиции, вплоть до того, что уточнение правовой позиции постановления годом раньше. У нас есть льготы северные, добавляем еще одну категорию к тем же льготам. Это решение, которое…

А. Петровская Требуют они вмешательства конституционного суда?

А. Дмитриева Находит основания для того, чтобы рассмотреть это в конституционном заседании, но понятно, что для публики, общества это, кажется, чуть менее значимым, чем некоторые другие обращения, с которыми мог бы работать конституционный суд. Другие проблемы.

А. Петровская Что касается проблем, вы видите проблемы, которые остаются сегодня нерешенными, не отвеченными? С точки зрения конституционного суда. До начала программы с Иваном общались, я вспоминала ситуацию эту перед выборами 18 года. Со словом «подряд». Мне казалось, там было какое-то обращение и комментарий. Проверив информацию, убедилась, что в 98 году суд выносил определение, касаемо той ситуации, которая больше относилась к Борису Ельцину, а не 18 году. Есть ли какие-то вопросы, которые, как долгое время всех волновало про «подряд», конституционный суд не ответил? Не дал своих заключений и определений? А для общества они важны. Иван?

И. Григорьев Хороший вопрос. Это вопрос о том, насколько конституционный суд мог бы что-то поменять. Пристально следить за тем, что делает… Очень многие вопросы социальные, о которых мы между делом поговорили, они имеют огромное значение для конкретных групп населения. В конституционном суде, мне кажется, есть отдельная рубрика дел, которая называется «дела чернобыльцев», которые для людей, связанных с ликвидацией аварии, имеют огромное значение. Нам они не очень интересны, а конституционный суд их успешно разрешает. Нет нареканий. Справедливо все. Есть дела с такой политической значимостью, особым политическим звучанием. В 2018 году вопрос про «подряд», когда он ставился, не доходило до конституционного суда. Понятно же было, что, если Путин в 2012 году однажды избрался на 3 срок, не подряд, но на 3 по числу сроков, то очевидно, что и на 4 может избираться. Ведь 4 будет не 2 подряд.

А. Петровская Этот вопрос нужно было ставить раньше.

И. Григорьев В 98 году его поэтому и поставили. Раньше были опасения, что Ельцин пойдет переизбираться.

А. Петровская Тогда это не случилось.

И. Григорьев Сейчас нам, может быть, надо подождать, пока в 23 году кто-то задаст этот вопрос снова конституционному суду, тогда судьи, думая, что уволят, примут правильное решение, но пока…

А. Петровская Президент уже их освободил от этой нужды. Среди прочих поправок «подряд» тоже предлагают исключить, чтобы этот хаос не вносить в решения. Вы сказали о делах различных. Здесь 2 вопроса. Первый касается отдельных дел, про которые вы сказали, которые для отдельных граждан являются определяющими, а для всего общества… Оно не с таким вниманием следит. Если посмотреть на недавнее дело, по которому было «Особое мнение» судьи Рановского, началось дело касательно получения жилья для родственников репрессированных. Этот вопрос, который касался определенных категорий граждан, не каких-то философских масштабных вопросов, если в итоге вылился в мнение судьи Рановского, который голосовал, как я понимаю… В «Особом мнении» он определил, что это решение, которое конституционный суд выносит не как свидетельство правопреемственности России у Советского Союза, а в противовес этому, но оно должно быть выполнено, жилье должно быть предоставлено. Это подняло глобальный вопрос. Обсуждали «Особое мнение» потом, является Россия правопреемником или нет. Песков высказался. Уже из отдельного дела отдельных категорий граждан переросло в такую большую социальную дискуссию.

И. Григорьев Это стало большим информационным поводом.

А. Дмитриева Это вопросы, которые немножко находятся за рамками, по крайней мере, моей компетенции, потому что вопросы, является ли Россия правопреемницей Советского Союза, решались в 91 году, когда было принято это решение. Сейчас не можем отмотать мир на 30 лет назад и изменить это положение.

А. Петровская Высказывание в «Особом мнении» судьи конституционного суда поднимает гораздо более существенные, глобальные вопросы, начиная с таких конкретных и частных, касающихся определенных людей, решений.

И. Григорьев Там сама история потрясающая. Тот факт, что люди были незаконным, несправедливым образом репрессированы в какой-то момент – это одна история. Их потомки не могут вернуться в Москву, потому что существует законодательство в Москве, которые ограничивает их в этом плане до сих пор.

А. Петровская Нужно переехать, прожить, а потом претендовать.

И. Григорьев Это дикая история, которая говорит о нас как об обществе, государстве.

А. Петровская По сути конституционный суд поднимает в итоге такие важные социальные дискурсы.

А. Дмитриева Я бы здесь не говорила за весь суд. На самом деле, судья Рановский и другие судьи в своих особых мнениях довольно регулярно поднимают важные вопросы. Помимо этого яркого решения можем вспомнить дискуссию, которая появилась после «Особого мнения» судья Рановского относительно высшего образования, которое тоже довольно критично оценил. Должны разделять тут. Человек, который служит в конституционном суде, является судьей, не представляет, не отвечает за весь суд. Он голосует вместе с судом, при этом предлагая другую несколько аргументацию, разворот, решение, с которым он согласен как судья конституционного суда. Здесь, мне кажется, что это очень важная проблема, которая поставила много вопросов перед нами. Кто мы есть в историческом плане. Но мы не можем говорить о том, что это суд осознанно ставит эту проблему перед обществом.

А. Петровская Еще что касается, скажем так, вопросов, которые конституционный суд рассматривает. Вы сказали о некоторых политических или связанных с политикой вопросах. Отсюда рождается такой вопрос: насколько политизирована деятельность суда? С учетом разграничения ветвей власти, системы издержек и противовесов, независимости суда и прочее, прочее. Существуют ли какие-то политически обоснованные решения? Или кажутся нам политически обоснованными? Решение по Котову, Дадинской статье. Мы их воспринимаем как политические, а конституционный суд как действия в соответствии с буквой закона. Иван.

И. Григорьев Судьи конституционного суда с нами на одной странице в этом плане. Видят, что данное дело резонансное, у него есть существенные политические последствия. Когда принимают решения, должны это учитывать хотя бы потому, что в зависимости от того, как они решат данное дело, в правовой системе будет найдено какое-то дальнейшее решение, будут внесены поправки в действующее законодательство или решение конституционного суда вовсе не будет исполняться. Они должны об этом думать. Другое дело, что конституционный суд всеми силами стремится устраниться из политической дискуссии и посылать всем вокруг сигнал, что не хотят заниматься политикой. Это и неудивительно. Столько раз суду на хвост наступали по политическим вещам, что должен был такой рефлекс выработаться рано или поздно. Более того, если правильно понимаю, то если посмотреть на постановления конституционного дела по таким резонансным решениям, то часто выглядят так, что человеку надо хорошо потрудиться, чтобы потом сформулировать это в пресс-релиз так, чтобы людям с интересом можно было послушать об этом. Это делается специально, я думаю. Установка на то, чтобы деполитизировать свою деятельность, проводится довольно последовательно.

А. Петровская Тем не менее, эти решения, которые общество воспринимает как политически значимые… Не политически мотивированные, но политически значимые. Они не всегда исполняются. Об этом после московских новостей.

НОВОСТИ

А. Петровская: 1334 на часах в студии «Эха». Сейчас время для регулярной рубрики «Контора пишет», где мы обозреваем книги, выпущенные в издательстве Европейского университета. Сегодня книга под названием «Силовое предпринимательство» Вадима Волкова.

Контора Пишет В основе любого предпринимательства лежит владение той или иной формой ресурсов – товарами, деньгами или информацией. Что происходит, когда ключевым ресурсом в мире предпринимательства становится насилие?

В книге ректора Европейского университета Вадима Волкова «Силовое предпринимательство: XXI век. экономико-социологический анализ» исследуются отношения между частным предпринимательством и организованной преступностью в постсоветской России. Уголовники и спортсмены, афганцы и менты в начале 1990-х фактически взяли на себя на себя функции регулирования малого и среднего бизнеса. Именно эти силовые предприниматели, как называет их Вадим Волков, а не милиция и не суды, обеспечивали соблюдение контрактных отношений, возврат долгов, или физическую безопасность.

Петербург сегодня никто уже не зовет бандитским городом, но исчезло ли вместе с «улицами разбитых фонарей» и силовое предпринимательство? Или же оно плавно влилось в нынешнюю экономическую и политическую систему? Ответить на этот вопрос, посмотрев на «лихие 90-е» трезвым взглядом социолога и экономиста, вам поможет книга Вадима Волкова «Силовое предпринимательство», которая только что вышла четвертым изданием в издательстве Европейского университета. Ее можно купить в магазинах интеллектуальной литературы. на сайте издательства Европейского университета в Санкт-Петербурге.

А. Петровская Мы с вами возвращаемся к разговору про Конституционный суд. Мы подробно обсудили только одну поправку о сокращении численности. А есть еще на мой взгляд две важные, как минимум две. Это предложение президента увольнять судей Конституционного суда, в том числе и Верховного и других судов. Но мы сегодня говорим о Конституционном суде, на нем и сосредоточимся. Насколько это поправка разрушает… посягает на независимость судебного процесса? И может выглядеть как дамоклов меч, который висит над судьей в момент принятия решения.

И. Григорьев Это вопрос сложный. Если эта поправка будет работать, то она будет работать именно как угроза. И в тот момент, когда эта угроза будет осуществлена, например, президент через своего представителя в Конституционном суде конкретным судьям передаст какую-то директиву, допустим скажет: «Пожалуйста, это дело решайте таким-то образом, в мою пользу! Иначе я вас уволю!» И если он действительно после этого уволит судью, то это значит, что ничего не получилось, что ничего не сработало и он не получил того, чего хотел. Наш президент любит образные выражения, это будет ситуация, когда, как он говорит «режут поросенка, визгу много, а шерсти мало».

А. Петровская А примет ли судья в этом случае, когда он понимает, что за неправильно принятое решение он может быть уволен, даже если это не артикулируется прямо через представителя президента в Конституционном суде? Просто как некий факт, никто не говорит, ч о это будет использовано и что это механизм будет работать. Но просто как факт посягательства на независимость судебного процесса.

А. Дмитриева В политологии это один из факторов независимости судебной системы. Есть пожизненное назначение, есть длительное назначение и есть короткое назначение. Если судья назначается пожизненно, то это как правило политологами-компартивистами воспринимается как позитивный фактор для оценки судебной системы. В целом. Но дальше возникает много конкретных вопросов. Это де-юре независимость, которая гарантируется их пожизненный назначением? Пожизненное или до достижения пенсионного возраста. А есть де-факто, которое мы и так не наблюдаем.

И. Григорьев И я не могу себе вообразить как на практике это бы выглядело. У нас судьи выносят решение в тайных совещательных комнатах. Судьи, когда принимают конкретные решения, то они там голосуют тайно, и мы не знаем кто как проголосовал. Президент может это каким-то образом выяснить, допустим через сотрудников суда, что этот конкретный судья голосовал таким неблагодарным образом. Но я не могу себе вообразить, чтобы судья рассматривая какое-то конкретное дело решал бы так: «Ой, я тут не могу голосовать против, потому что меня президент уволит». В любом случае это будет диспропорционально сильно.

А. Петровская Угрозы нет?

И. Григорьев По-моему, нет!

А. Дмитриева И аргумент за большой суд, когда тебя 19 судей судит, и каждому надо дать какое-то указание… Это сложнее.

А. Петровская Управляемость снижается.

И. Григорьев С другой стороны, решения, это еще не все, чем суд занимается. Есть же история с судьей Кононовым, как говорят в 2000-е годы его судьям пришлось фактически выпихнуть самостоятельно. По новому положению, с новыми поправками, история будет такой: если кто-то из судей осканадалился, то судьям не надо будет вести себя как на партсобарнии. Они могут сказать, что если вам в Кремле что-то не нравится, то пожалуйста! У вас есть все механизмы! Обращайтесь в Совет Федерации и увольняйте! И может быть в этом смысле эта поправка и в пользу Конституционного суда. Я с трудом воображаю, чтобы судьи держали в голове маленького Путина, который мог бы их если что уволить. Или не Путина. Не знаю, кто у нас будет следующим президентом.

А. Петровская А проверка конституционности законопроектов перед их подписанием в случае если возникают разногласия между президентом и Государственной думой? Это хорошая идея или нет? Она меня смущает… Возможно я сейчас очень наивный вопрос задам, но мне как журналисту позволено. Если Конституционный суд проверяет на соответствие Конституции того или иного законопроекта и суд говорит, что это хороший закон и его принимают. А потом к этому закону возникают какие-то вопросы. Как потом обратится в Конституционный суд, который уже сказал на этапе принятия, что с законом все хорошо? Эту функцию проверки конституционных норм закона, которая заложена в функционал Конституционного суда, реализовать будет невозможно для тех законов, которые на этапе законопроекта прошли такую проверку? Или нет?

И. Григорьев Это будет выглядеть так, что Конституционный суд по второму разу спрашивают о том же. А Конституционный суд этого не любит. И да, говорит, что мол я в прошлом году выпустил постановление, идите и защищайте его сами. Это правда;

А. Дмитриева Но есть и другая идея у Валерия Зорькина – живая Конституция. И можно сослаться на то, что обстоятельства могут поменяться, и даже тот закон, который мы посчитали Конституционным двадцать лет назад… Но общество развивается, Конституция развивается и мы можем опять принять его к рассмотрению. Но если мы полагаемся на философию, с которой живет председатель Конституционного суда сейчас, философия «живой конституции», она как раз позволяет вернуться к пересмотру того законопроекта, который они уже приняли. Другое дело, что это неэффективное использование.

И. Григорьев Мы смотрим на это так, что в будущем это положение может политизироваться. Президент будет использовать его себе на пользу, выпихивать вперед себя Конституционный суд, чтобы он, например, защищал его от Думы. Причина, почему это положение возникло, может заключаться в том, что решения Конституционного суда упорно не исполняются. Никаким образом. Они не исполняются уже в тот момент, когда что-то уже стало законом. Существует такое представление, что Конституционные суда вроде нашего российского, смоделированного по австрийской модели, они законы должны рассматривать до того, как он станет законом. Абстрактно его посмотреть и сказать, что с этим законом все хорошо. И пропустить. И может быть это поможет бороться и с неисполнением. Может быть такая мотивация.

А. Петровская А с неисполнением, действительно как-то не очень. Мы сейчас наблюдали за делом Котова. И получив те же ответы, что и по делу Дадина, где были некоторые уточнения, то ждали похожего решения и Верховного суда. Но итог был совсем иной. И это уже второй раз, когда Конституционный суд напоминает законодателю, что в норме записано не совсем то. И в истории с Дадиным это не сподвигло законодателей что-то изменить. И мы не уверены, что и в этом случае что-то изменится. Почему Конституционный суд, который считается главным-главным и важным-важным, но его никто не слушает?!

А. Дмитриева Конституционный суд – не часть судебной системы, судебной иерархии. Это политический орган. Он принимает решения, которые… А почему Верховный суд и нежестоящие суды не исполняют решения Конституционного суда? Это характеристика к решениям Конституционного суда в других ветвях власти. Есть часть решения Конституционного суда, которые довольно быстро принимаются Думой в виде поправки закона, но значительная часть в правоприменительной практике никак не отражается. И это связано отчасти с той невнятностью формулировок, которую Конституционный суд позволяет себе в резолютивной части. Из резолютивной части большинства постановлений никогда не следует однозначной трактовки очень многих вопросов, которые к нем обращаются. Из последних сорока решений, сейчас не вспомню… чуть ли не десяток очень четких формулировок о признании статьи конституционной или неконституционной. В большинстве случаев суд дает трактовку и уточнение, и оставляет правоприменителю, то есть нижестоящим судам возможность гибкости.

А. Петровская Выбора, да выбора как с этим быть дальше. Последний вопрос о рычагах давления. Я пыталась вас о них спросить, появятся ли они с поправками, новые рычаги давления, и вы сказали нет. А такие рычаги давления есть? Бюджетный процесс сам по себе, нет?

И. Григорьев Мне кажется, что не через бюджет. Довольно много денег тратится на Конституционный суд… Намного проще ФСОшники охраняют Конституционный суд. Поработать с конкретными ФСОшниками, чтобы они с конкретными судьями поработали. То что я говорю, это, извините, богохульство, но это более простой путь через бюджет.

А. Петровская На этом мы заканчиваем, на независимости Конституционного суда в России мы заканчиваем. Это была программа «Чаадаев», наша совместная программа вместе с Европейским университетом в Петербурге. Спасибо!



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире